Черный мотылек

Скрытый Лист начал переживать свои воистину худшие времена. Как многие причастные и предсказывали, с падением Учиха Ясу начнется самый настоящий кошмар. Все случилось в один пасмурный мрачный день. Дверь в кабинет Хокаге распахнулась, в помещение вошли старейшины вместе с Данзо. Цунаде, напрочь убитая и раздавленная горем утраты, так и не сумевшая взять себя в руки за столь короткий промежуток времени, предчувствовала эту сцену уже давно. Шизуне напряглась так, словно к ним пришли навязать полноценное сражение. Не хватало только раскатов грома на улице. — Цунаде, мы должны серьезно поговорить с тобой, — строго начала Кохару, сверля наследницу Сенджу своим жестким беспринципным взглядом. Старая блевотина, как же не померла-то до сих пор. — Отложи все свои дела. — Возможно, в последний раз, — скверно добавил Шимура. Пререкаться недопустимо. Никогда не было допустимо, а сейчас даже и не хотелось. Совсем нет сил бороться, нет желания держаться дальше. Да и хвататься уже не за что. Цунаде отодвинула от себя все бумаги и встала из-за стола. Вопреки внутреннему состоянию, ее глаза свирепы и наполнены горечью. Она не сдастся так просто. Не позволит себе проиграть сейчас, по крайней мере, без боя. — Мы переговорили. Мнение старейшин деревни таково: ты не справляешься со своими обязанностями Хокаге. Совершенно, — это произнес уже Хомура. — У тебя было множество шансов исправить ситуацию, и не одним из них ты не захотела воспользоваться. Если раньше, когда дни были тише, мы еще могли закрывать глаза на твое бездействие и безынициативность, то сейчас ситуация кардинально изменилась. Над Скрытым Листом нависла серьезная угроза. Не только извне, но и внутри. Раскол делает нас уязвимыми. — А ты не можешь с этим разобраться уже несколько месяцев. Доверилась малолетней распутнице, у которой лишь одно на уме. Это недостойно Хокаге и порочит честь предшественников, — Утатане полноценно взяла разгон и даже искренне возмутилась, высказывая принцессе Цунаде все, что уже давно назревало и накапливалось, бродило в этом старческом маразматическом уме, закисало, как некачественное вино. — Не смейте так говорить про Ясу. Она, в отличие от вас, сделала очень много, когда как ваша функция сводится только к бесконечному снобизму и старческому ворчанию! От вас никакой мудрости, старейшины, только одни потемки и проблемы. Вы, не желая принимать ничего нового и менять устраивающие вас устаревшие порядки, довели Коноху до такого состояния, что спасти ее могут только такие неискушенные малолетние умы, как Учиха Ясу! — Сенджу тоже завелась не на шутку, видел Бог, она с самого момента инаугурации пыталась сохранять нейтралитет и держала язык за зубами. — Вы втроем прижали к ногтю лидеров всех наших кланов, закрыли глаза на десятки военных преступлений и, я уверена, имеете отношение к падению клана Учиха! И сейчас вы заявляетесь сюда и обвиняете меня в том, что я не смогла вытащить это захолустье из дерьма, которое вы же тут и устроили? Я вот что скажу, — кулак женщины крепко сжался, еще немного, и она ударила бы им по столу, — вы – раковая опухоль. И это вас настала пора освободить от обязанностей. — Да как ты смеешь, нахальная невоспитанная девка!.. — началась бабская склока. — Довольно, — строго объявил Данзо, ударив тростью по полу. — Цунаде имеет право высказаться, пускай и в свойственной себе неприличной манере. Однако… — глаз старика загорелся каким-то недобрым холодным огнем, хотя Шимура все еще продолжал сохранять спокойный вид. — О каких это военных преступлениях идет речь? И на основании чего ты обвиняешь нас в причастности к гибели клана Учиха?                 — О множественных военных преступлениях. Вы прекрасно знаете, о чем я, прекратите этот фарс. Ваш лимит доверия стремится к завершению, Данзо-сан, — Цунаде тверже и нерушимее гранита. — Вместе с людьми, прикрывавшими ваши бесчинства, канули в лету и времена вседозволенности. Раз вы позволили себе сегодня прийти сюда и выдвинуть мне обвинения, я тоже, на правах Хокаге, позволю себе поставить точку в этом вопросе. — Цунаде… — предупреждающе выдал одноглазый старик, уже мысленно готовясь к настоящей полноценной битве. Как Шимура и предполагал, с этой женщиной просто не будет. — У тебя больше нет прав Хокаге. Ты освобождена от своих обязанностей указом Дайме Огня. Он вступает в силу с сегодняшнего дня. В доказательство словам коллеги, Хомура достал из внутреннего кармана своих одеяний официальный свиток в алом орнаменте, после чего протянул его Шизуне, решив доверить посреднице зачтение. Секретарша приняла документ дрожащими руками. Она не могла поверить, сознание отказывалось воспринимать эти слова. Да и так же не бывает!.. — Но как же так!.. А как же соблюдение протоколов!.. Даже Дайме Огня не имеет полномочий разжаловать Хокаге без собрания представителей администрации Скрытого Листа и общего голосования! — воскликнула Шизуне, не желая мириться с несправедливостью. — Вы при всем желании не смогли бы провернуть такое за спиной Цунаде-сама!.. Это так не осталось бы!.. — Все протоколы соблюдены, — уже спокойнее оповестил Данзо. — Даже получены печати участников собрания. — И кто же вошел в число участников? — не унималась девушка. Все это время Цунаде пребывала в ступоре. Первичная животная реакция на стресс: бей в ответ, беги или притворись мертвым. Оттуда человек приобрел реакцию ступора, одно из самых нерациональных и губительных решений, которое только может принять мозг в случае опасности. Абсолютно беззащитное уязвимое состояние. В горле набухает ком, мешающий говорить, сердце замирает, нервная система набирает болезненный импульс, словно готовясь к рывку. И перед глазами все так ужасно темнеет. Сенджу знакома с этим состоянием не понаслышке, оно часто настигало ее в самые неудачные неподходящие моменты. И даже сейчас. — А это уже конфиденциальная информация, разглашать ее запрещено. Однако, Дайме посчитал всех участников достойными представителями Листа, их мнение было услышано и учтено при вынесении вердикта. А вердикт вы уже услышали, — продолжал Шимура неукоснительно. — Собрание ни для кого не было секретом. Возможно, всю информацию о нем Цунаде упустила в своей алкогольной скорби. Не может быть. Так просто не бывает. Почему никто не сказал? Неужели никто не был в курсе? Даже из приближенных? Даже Какаши не слышал? Все люди, которым Цунаде так искренне доверяла и никогда не совершала никакого зла, почему они ничего не сказали? Только если не знали сами. Нет, нельзя поддаваться на манипуляции, нельзя верить словам Данзо. Нихрена все не было доступным и открытым! Это очередные темные происки! Но кто стал предателем? Кто поставил свою печать на собрании и голосовании? Имеет ли смысл сейчас искать этих людей? Дело проиграно. По всем фронтам одни сплошные поражения. Цунаде не могла отрицать, при ее власти в Конохе ничего не изменилось в лучшую сторону. Своими способностями и навыками Сенджу смогла лишь поддержать стабильность и не допустить краха после нападения Скрытого Песка, и только. Как это ничтожно мало для нее, казалось бы, принцессы своего клана, легендарного саннина, опытной шиноби. Она не добилась ничего. Это плохо, в военном округе всегда должно соблюдаться правило неукоснительного движения вперед, иначе ты начнешь отставать от своих потенциальных врагов и конкурентов. И здесь провал. А что полиция? Полиция, безусловно, стала самым рискованным вложением ресурсов Пятой Хокаге, а итогу, увы, не суждено состояться. Ясу не хватило времени. Она взлетела слишком высоко и слишком быстро, ее крылья, слепленные из воска доверия уважаемых влиятельных шиноби, расплавились о жаркое солнце неопытности и юношеской импульсивности, излишней эмоциональности. И, разумеется, интриг Данзо. На Ясу можно было рассчитывать, полиция практически успела занять позицию третьего столпа Конохи. Администрация, в лице Хокаге и ее приближенных, а также штатных шиноби. АНБУ, как представители специальной исполнительной власти. И, наконец, полиция, блюстители порядка и правосудия. Вновь Листу суждено покачиваться на двух своих нестабильных старых уставших ногах, неорганизованных и немощных. А продвинутый институт полиции больше не имеет влиятельного покровителя и вдохновителя. О чем речь, если Учиха не успела перед своей смертью даже передать информацию о виновнике раскола внутри деревни! О личности Крота, подчиненных ему людей, о всей этой заварухе с преступными бандами, завладевшими улицами Листа. Что теперь делать? У Цунаде ни единого козыря в рукаве, ей нечем крыть обвинения старейшин. Принцесса Сенджу не сделала ничего, навсегда осталась лишь тенью былых заслуг своих предшественников. Джирайя ошибся, когда предложил ей этот пост. Зря он ей доверился. Зря доверились они все. Шизуне медленно развернула свиток и начала зачитывать содержимое вслух: — «…приняв во внимание мнение членов созванного совета представителей Деревни Скрытого Листа, правом Дайме Огня постановляю: освободить госпожу Цунаде Сенджу от занимаемого ею поста Хокаге в связи с невыполнением своих обязанностей, несоблюдением клятв и обязательств, утратой контроля над нестабильной ситуацией в деревне, а также утратой доверия среди шиноби. Пост Хокаге оставить вакантным до следующего собрания. О дате собрания сообщить заранее». Утрата доверия. Утрата контроля. Несоблюдение обязательств. Какой позор. Какой же это невыносимый кошмар, какой страшный удар по собственной же гордости! Наследница Великого Хаширамы Сенджу, Бога всех шиноби, основателя деревни! Так позорно выгнана с поста Хокаге, как самая бездарная и неспособная предательница!.. Осквернительница всей Воли Огня. Для Цунаде не новость, что она непутевая и паршивая девка. Ей так говорили всегда, всю жизнь. И с этим она смирилась уже давным-давно. Но текущая ситуация уже навсегда оставит свой кровавый болезненный след. Вся мнимая стабильность развалилась, точно карточный домик, стоило только всего-то Учихе Ясу выбыть из игры. Неужели Данзо настолько сильно боялся ее влияния и сил? Это смешно, это вздор! — Цунаде-сама… — тихим напуганным голосом произнесла Шизуне, накрыв часть лица ладонью. Не хватало еще только расплакаться. — Деревня не может без Хокаге. Ни дня. Кого же вы выдвинете? — напоследок решила спросить Цунаде. Сейчас она не могла думать трезво, беспристрастно, эмоций внутри нее слишком много. Сейчас битва проиграна. Но для следующего сражения необходимо запастись всей информацией, сколько получится. — Ты что ли пойдешь, старый маразматик? — строгий взгляд впился в Данзо, точно стрела, выпущенная из лука. На убой. — Не смешно ли тебе от себя? — Кандидатуры достойнее не предвидится, — будучи умудренным стариком, Данзо умело не реагировал на откровенные оскорбления и провокации. — Среди поколений, выросших стараниями Хирузена и твоими лично, не засияло ни одной внушительной звезды. Все, кто хоть немного подавал надежды старейшинам, косвенно связаны с Учихой Ясу, а значит мы не можем допустить их до правительственного аппарата. — Это почему это еще? — Сенджу нахмурилась сильнее. — Где обоснование? — Сейчас ведется независимое расследование обстоятельств смерти Учихи Ясу. И на поверхность уже всплыли некоторые улики, связывающие ее с Акацуки. Доказательств пока не представлено, но это вопрос времени, для меня все очевидно. И как раз по этой причине мы больше не можем доверять никому из ее приближенных. Ибики Морино, заместитель капитана полиции, глава специального отдела и ныне временно исполняющий обязанности капитана. Какаши Хатаке, самый выдающийся из джоунинов и шиноби листа своего поколения, по совместительству муж погибшей подозреваемой. Шикаку Нара, Иноичи Яманака, Чоуза Акимичи, Хиаши Хьюга – лидеры своих кланов, первоклассные джоунины старой школы. Список можно продолжать, не будем тратить времени. Все, чьей поддержкой в свое время заручилась Ясу. Все в списке Данзо. И что это за независимое расследование, кем оно согласовано и одобрено? У старейшин нет таких полномочий, неужели Дайме Огня мог поставить печать и на такой бумаге? Что-то тут не так! Что-то тут совсем не так! — И что ты хочешь с ними делать? В лучших традициях Корня – похищать, пытать и запугивать? — Это уже тебя не касается. Цунаде. Сохрани хоть каплю уважения к своим великим предкам и сложи полномочия достойно, как подобает истинному руководителю и воспитанному человеку. Спорами ты ничего уже не добьешься, твое время ушло, — строго потребовала Кохару, точно так же нахмурившись. Они не ведают, что творят. Своими же руками они обратят Коноху в еще больший хаос. Этими санкциями к товарищам Ясу поселят смуту и недоверие к администрации. Раскол лишь усилится. И во всем этом хаосе Данзо и на самом деле покажется единственным оплотом стабильности и доверия, как представитель совсем уж старой строгой школы. Ложный Бог. Дерьмо. Смириться? Отступить сейчас, принять позорное поражение? Это развяжет скотам руки. Оставь должность сейчас – оставь надежду на какое-либо светлое будущее. Данзо упорно добивался плацдарма для своих темных интриг и манипуляций, его исключительное тоталитарное видение будущего Скрытого Листа соответствует его методам. Это невыносимо. Несправедливо. Позволить ему сейчас забрать власть – обречь Коноху на мучительное разложение. Тиранам, что рвутся к власти, необходим беспорядок и беззаконие на самых низах, только так они способны поддерживать и легитимизировать свой авторитет. Нет уж, только не сейчас, когда Акацуки подозрительно залегли на дно и бездействуют. Они выжидают момента. Только за пределы крепости Скрытого Листа улетит весточка о разжаловании Хокаге – тут же начнется вторжение. Ни этого ли добивается одноглазый марзматичный урод? Цунаде закусила нижнюю губу и крепко сжала кулаки. Ногти болезненно впились в кожу, легкая доза боли отрезвила затуманенный рассудок, планомерно погружавшийся во тьму от отчаяния и разочарования. Сейчас не время раскисать. — Нет, — твердо и четко заявила принцесса Сенджу. — Это ваше время ушло. Помяните мое слово – справедливый суд настигнет каждого из вас. Может, я уже и не Хокаге, но я все еще шиноби Скрытого Листа. И я не позволю погрузить эту деревню в хаос, как ни старайся, Данзо. Как бы ветер ни ярился – гора не склонится перед ним. Старик нахмурился, распахнув единственный доступный обзору глаз. — Это мы еще посмотрим, — вкрадчиво ответил он. — Согласно протоколу и своду правил, установленному основателями и заверенного Дайме Огня, пока не выбран следующий Хокаге, его обязанности осуществляет совет клановых лидеров, — напомнила Цунаде, — не там вы нашли себе врага. Заявление очень оптимистичное. Однако, Цунаде знала, на что шла. Практически все кланы встали на сторону Учихи Ясу, когда та решила забраться повыше и погрузиться в дела деревни основательно. Она заручилась поддержкой самых влиятельных представителей Листа, убедила их в правильности и возможности своей стратегии. Теперь же, когда Ясу мертва, справедливо было бы предположить, что и дело ее погибло вместе с ней, тем более когда речь заходит о Данзо. Тому совсем несложно шантажировать даже клановых лидеров в обход полиции, которая теперь, безусловно, потеряет в своем авторитете и влиянии, если и вовсе не будет распущена. И тем не менее. Умирает человек, но не его идеи. Верхушка Листа верит в идеи Ясу. Даже без нее самой. У всех открылись глаза на происходящее, никто не остался равнодушным. Может, они и утратили своего духовного идейного лидера, но не утратили истины, к которой обратились однажды. Цунаде больше ничего не может сделать, как Хокаге. Но как саннин. Неофициальное собрание ближайших подчиненных и руководителей было созвано к вечеру. Цунаде собрала всех в подземном зале. Пришедшие джоунины, клановые лидеры, приближенные АНБУ, да и просто доброжелатели явились незамедлительно и без опозданий. — Я думаю, уже до каждого из вас дошли неприятные новости. С сегодняшнего дня я освобождена от полномочий Хокаге решением Дайме Огня и присутствовавших на закрытом с ним собрании, — начала свою речь женщина, смотря на каждого бывшего подопечного. — Сразу скажу, я не собираюсь искать тех, кто дал свое согласие. Пока что. Покуда мне суждено оставаться живой участницей событий. Но знайте, если вы среди нас – длань справедливости настигнет каждого, так или иначе, — Цунаде выдержала короткую паузу. Зал безмолвен. — Я счастлива, что мне довелось поработать с такими чудесными людьми. С кем-то меньше, с кем-то больше, но ваши усилия бесценны для меня, вы лучшие из лучших, и я горжусь, что Коноха воспитала таких превосходных шиноби. И все же, наши пути расходятся. Теперь мы с вами на равных. Я более не ваша руководительница, вы – не мои подчиненные. Вы не обязаны слушать мои приказы, вы даже не обязаны слушать меня в принципе. Но я все-таки попрошу выслушать меня хотя бы в последний раз, — Сенджу сжала ладонь в кулак, мысленно готовясь произнести нечто отчаянно провокационное и недостойное, однако другого варианта у нее не было. — Я не смогла изменить Скрытый Лист к лучшему, но я искренне старалась хотя бы не мешать его развитию. Сейчас же, когда моя честь, как Хокаге, растоптана и унижена, мне остается только направить остатки своих сил в поддержание порядка, потому что грядут тяжелые темные времена. Мир шиноби на пороге очередной войны, на сей раз войны с силами, неведомыми нам даже сотни лет назад. Не зная как с ней бороться, вместо объединения новое руководство предпочло избрать курс насилия и хаоса. Что недопустимо. Поэтому, если среди вас есть неравнодушные, готовые бороться за правый путь, прошу – помогите мне, помогите всем нам и Скрытому Листу не увязнуть во тьме. Никогда в жизни Цунаде не была настолько серьезна, как сейчас. Речь шла не о ее личном горе, но о судьбе целого народа. Сейчас чертовски важно объединиться и не дать этой посудине пойти на дно. — Цунаде-сама, — Шикаку-сан никогда не стеснялся говорить и выражать свое мнение, особенно когда дело о таких страшных вещах, — я думаю, не всем из нас понятно, что именно произошло в Скрытом Листе за последние несколько месяцев. Могу ли я взять на себя обязанность рассказать вам? Всем присутствующим. Правду, которую вы больше нигде не услышите. — Да, Шикаку-сан, расскажите! — послышались возгласы и перешептывания в рядах шиноби. Разных джоунинов и капитанов отрядов АНБУ, полицейских, работников администрации. — Говори, Шикаку, — утвердил Ибики Морино, стоявший возле стены в полутьме. Его тяжелые руки были скрещены на груди, выражение лица, как и всегда, серьезно, очень твердо и невозмутимо. Вновь установилась тишина. Цунаде даже напряглась. Она догадывалась, что ей не все известно. Единственное, чего она не понимала, почему правда должна была вылиться именно сейчас, когда некоторые возможности упущены безвозвратно? — Почти год назад в Скрытый Лист вернулась ранее изгнанная куноичи – Учиха Ясу. Прежде она была пленницей Скрытого Дождя, однако ей удалось сбежать оттуда. Три года ей приходилось заниматься вольнонаемничеством, чтобы обеспечивать себя. Позже она решила попробовать вернуться в Коноху и обосноваться на своей же родной земле, законно и официально работать нашим шиноби, потому что ей надоело скитаться. И службу она до последнего своего дня несла честно, — Нара вышел вперед и встал рядом с Цунаде. Взор его строгих темных глаз теперь обращен к собравшимся коллегам. — Однако, в самом начале своей службы Ясу заинтересовало остановленное расследование по делу о падении клана Учиха. Она начала сама разбираться в деталях происшествия и обнаружила, что расследование искусственно заморожено приказом Шимуры Данзо-сана. Без обоснований, без объяснения причин и приписок. Распутывать это дальше не представлялось возможным, поскольку Данзо очень влиятелен, к тому же он один из старейшин. Буду честным – Ясу захотела восстановить полицию Листа только ради того, чтобы у нее появилась легальная возможность нырнуть в эту яму дерьма с головой. И в процессе ее собственного расследования, всего этого невозможно тяжелого и муторного дела о становлении полиции и по ее итогам, Ясу нашла свидетельства и доказательства множества военных и противоправных преступлений Данзо. За это ее сейчас и нет вместе с нами, — в глаза мужчины словно сверкнула молния. В зале воцарилось гнетущее напряжение, прямо невыносимое. — Я сам лично видел все это. И готов взять на себя ответственность. Заявляю во всеуслышанье: Шимура Данзо – самое худшее, что могло случиться не только со Скрытым Листом, но и с человечеством в принципе. На самую верхушку управленческого состава забрался человек, промышляющий лишь тьмой. Насилием, кровопролитием и бесчеловечными опытами над живыми людьми. В том числе и детьми. Без вести пропавшими детьми, среди которых могут быть и ваши собственные дети, братья и сестры, родственники. Я продолжу быть откровенным с вами. Некоторые клановые лидеры знали, что с Корнем происходит что-то кошмарное, но у них не было возможности как-то повлиять на эту ситуацию. Потому что в плену Корня по-прежнему их кровные сокланы. — Шикаку-сан, почему же никто не сообщил об этом Хокаге? Если я правильно понимаю, при Третьем-сама уже происходило все это и он по какой-то причине закрывал глаза на деятельность Данзо-сана. Но почему же никто не донес Пятой-сама, когда она заняла свой пост? — вопрос был задан одним из капитанов АНБУ, в маске Ласки. — Потому что положение Цунаде-сама было очень шатким. Я думаю, это не секрет для Цунаде-сама, — Нара посмотрел на женщину, та несколько поникла, но не теряла своего напряжения и определенной степени встревоженности, — никто не желал видеть ее у власти. Старейшины, да и не только они, рассчитывали на Джирайю-сама, но тот соскочил. Вынеси мы тогда темные происки Данзо на всеобщее обсуждение – от Цунаде-сама избавились бы сразу же. Как и от Ясу, когда она заявила, что предъявит прямые доказательства личности преступника, стоящего за организацией раскола Конохи, после завершения визита делегации Скрытого Песка. — Вот как. Звучит очень логично, — Ласка согласился. — И эти вещи связаны? Раскол в Листе и Данзо-сан? — Позвольте, я присоединюсь к докладу, — Морино вышел вперед и встал уже рядом с Шикаку. Личность Ибики и без того внушала каждому страх и трепет, а в полумраке этого приглушенного освещения страха только прибавлялось. — Как вам известно, в Скрытом Листе на ровном месте абсолютно внезапно организовались две преступные группировки, о которых ранее ничего не было слышно. Бесконечная резня в попытках урвать как можно больше денег и влияния, вся зима прошла под эгидой красного от крови снега. Все это – спектакль, поставленный Шимурой Данзо для уничтожения самой главной нависшей над ним угрозы – Учихи Ясу. Ясу узнала слишком много правды о нем, обзавелась надежной поддержкой и почвой под ногами, и могла разнести правду о делах Корня всему народу. Однако, убить ее просто так Данзо не мог, потому что знал, что ее смерть вызовет слишком широкий резонанс, и приближенные Ясу сразу поймут, чьих это рук дело. По сути, так и случилось, только сейчас мы отрезаны от администрации Листа из-за разжалования Цунаде-сама, у нас меньше свободы действий. Данзо решил из своих собственных подчиненных, АНБУ Корня и его пленников, организовать карманную преступную группировку, которая пошатнет порядок в деревне и уничтожит репутацию полиции, особенно – репутацию Учихи Ясу. Более того, он планировал убить ее в ходе случайного побоища, как будто так даже должно было случиться когда-то. Некто Крот – один из приближенных Данзо, специальный человек, которому было доверено учинить хаос и разруху как можно ярче и страшнее. Так и произошел раскол. — А что по Мертвому? Это тогда кто такой? — спросил уже один из представителей джоунинов. — Мертвый – наш агент. Мы решили действовать тем же способом, с тем лишь отличием, что группировка Мертвого ни у кого не отнимала денег и даже никому не угрожала. Они вообще не занимались ничем, кроме отвлечения внимания Крота и нескончаемых битв с его людьми. Крот же поимел очень много со своей безнаказанности, и все эти деньги осели в карманах Корня и Данзо лично. Пока продолжался этот спектакль – полиция продолжала свое секретное расследование и собирала доказательства. На сегодняшний день все они собраны. И Ясу собиралась представить их обществу, когда Казекаге и его сопровождающие покинут Лист, дело, все-таки, не для посторонних ушей. Да, я согласен, — Ибики заговорил жестче, — гордиться нечем. Метод мы избрали такой же отвратительный, однако, единственно верный в сложившейся ситуации. Данзо старательно отдалял администрацию Конохи от полиции, чтобы первые ни в коем случае не встали на сторону вторых и не начали им помогать, иначе правда точно вскрылась бы чуть ли не в самом начале Красной зимы. Данзо удалось совершить раскол. Он добился своего. — Это…я просто вне себя от гнева!.. — Цунаде разозлилась уже критически, она держала себя в руках на невероятных морально-волевых усилиях. Сейчас не время впадать в панику и агрессию, манию, иначе можно захлебнуться и проиграть окончательно. — И вы все это время молчали, потому что хотели собрать все доказательства? — Именно так, — спокойно ответил Морино бывшей Хокаге. — Сотрясать воздух, не имея стопроцентных доказательств – рыть себе могилу. — И что же это за доказательства? — осторожно спросила Шизуне. — У нас, как минимум, есть свидетель, чья память проверена лично Иноичи-саном, — вновь громогласно заявил капитан полиции. — Это правда, — подтвердил лидер клана Яманака. — Но мы не станем называть его имени во избежание утечки информации. Его могут убить. — Это совершенно новый виток отвратительной грязной правды махинаций Корня и Третьего Хокаге. Но о мертвых людях либо хорошо, либо никак, так что впредь не будем об этом, — отрезал Шикаку, скрестив руки на груди. — Сейчас очевидно, что пост Хокаге займет Данзо. Он шел к этому долго и упорно, даже пошел на такой греховный промысел, как резня и ограбление собственного же народа. А все потому, что тирану необходимы хаос и беззаконие в низах, и тогда массы посчитают его единственным оплотом порядка и справедливости. И он получит поддержку. Нам важно не терять головы и не верить в этого Лжебога. Его путь – только кровь. С началом его официального правления Скрытый Лист увязнет в войнах. Я абсолютно уверен, что в первую очередь избавятся от нас с вами. — Но как же!!.. Как же Хирузен-сама мог такое допустить? Разве он желал зла своей деревне?.. — собравшиеся окончательно растерялись. — Мы не знаем, как обстояли дела в диалоге Хирузена-сама и Данзо на самом деле, — вмешался Какаши. Его тоже были готовы слушать, как самого сильнейшего и опытнейшего джоунина своего поколения. Да и всей деревни в принципе. — Не зная подробностей, мы не беремся судить Третьего-сама. Он всегда действовал только на благо Листа, ему выпало тяжелое бремя послевоенного упадка. Не думайте о нем плохо. — Но Какаши-сан! Он что, не знал, к чему впоследствии приведут решения Данзо-сана?? — Возможно, у него имелся план, как спихнуть Данзо вниз с поста старейшины и руководителя Данзо, — предположил Хатаке. — Но он не успел его исполнить. Потому что погиб в битве с Орочимару. — Что было частью его плана, — уверенно заявил Ибики. — Только сейчас, в ретроспективе, мы имеем возможность провести логическую цепочку, а тогда даже не могли подумать о таком. Никто и вообразить не смог бы, что Данзо способен даже на такое ради власти и устранения конкурентов, а также людей, которым известно хоть что-то о его происках. Данзо был тем, кто посодействовал Орочимару в нападении на деревню. В тот день ни одного АНБУ Корня на своем посту не было. Как и обыкновенных дежурных АНБУ. Все они были приказом отправлены на дальние миссии за пределами Листа. Экзамен сопровождался АНБУ Корня. И те не мешали шиноби Песка уничтожать наших коллег и жителей. И не помешали Орочимару убить Третьего-сама. Пока Данзо отсиживался в своем подземелье. Так в лету канул последний человек, знавший всю страшную правду о Данзо и Корне. — Сукин сын… — одними губами проговорила Цунаде, осознав масштаб трагедии. Она даже не догадывалась, какие ужасы творились в Листе в ее отсутствие. И за ее спиной. Никто не догадывался. — Он что, собирается уничтожить все наследие моего деда? Коноха не для этого строилась, мать его!!.. — Так точно, — капитан полиции покивал головой. — Он был бы и рад, уничтожь Орочимару Коноху. Весь старый костяк полег бы под грудами разрушенной деревни, тут же можно было бы построить и новую. С новым порядком, — объяснил Какаши, смотря на Пятую-сама. — Ваше возвращение нарушило все его планы, а мы все, получается, спаслись. У Цунаде перед глазами пронеслись события всех тех дней, когда за ней явился Джирайя в компании мелкого златовласого наглого мальчишки, лепечущего о своей мечте стать Хокаге. С ума сойти. Мир был в шаге от хаоса, от истинного беспорядочного хаоса, полнейшего уничтожения. И в тот миг спас его Наруто. Своей настойчивостью и целеустремленностью, верой в себя и свои силы. Противная старая карга все-таки стала Хокаге, потому что поверила в глупого наивного ребенка. Даже не в себя. С ума сойти. Это безумие. — Вы что, хотите сказать, что не приди в деревню Учиха Ясу – мы бы так никогда этого и не узнали, что ли? — Сенджу чуть не трясло от шока. — Скажем так, Ясу стала очень удачным катализатором. Ей всегда нравилось дразнить и злить взрослых, это ее природа, — Шикаку даже добродушно улыбнулся, вспоминая те неспокойные деньки, когда малолетняя пигалица кошмарила АНБУ Листа. — В этот раз она поступила точно так же, только уже новыми методами. Данзо попался в эту ловушку сразу же. — Такое безобразие возможно только в Скрытом Листе! Черт, куда я только смотрела столько лет, — женщина тяжело покачала головой. — Хорошо, — она медленно выдохнула, — сейчас наша главная задача: не дать Данзо занять пост Хокаге. У нас есть время до следующего собрания у Дайме. — Но что нам делать? — вопрос был озвучен еще одним из капитанов АНБУ. — Вы предлагаете устроить мятеж?.. — Для начала мы должны понять, как именно будет действовать Данзо. Какими методами, — высказался Хиаши Хьюга. — Предполагаю, он попытается избавиться от «личной армии» бывшей Хокаге, то есть, отправит большую часть АНБУ в увольнение или отпуск. Чтобы заменить их АНБУ Корня, — рассуждал Какаши, основывая свои суждения на жизненном опыте. — Это самое простое и безобидное решение. Никто ничего не заподозрит. Люди подумают, что полицейских достаточно и столько АНБУ больше не нужно. Расширение полицейских полномочий, которого добилась Ясу, сейчас сыграет Данзо на руку. — Этого еще не хватало, — капитан АНБУ искренне опечалился. — Все равно, что ноги сломать. При таком раскладе нам всем угрожает серьезная опасность. АНБУ Корня работают не по общему протоколу, а на свое усмотрение. Они часто нарушают правила и режим, любят применять грубую силу даже там, где этого не требуется. Им все сойдет с рук, теперь особенно. — Иными словами, если Данзо захочет кого-то из нас убрать – он сделает это беспрепятственно, — заключил Ибики. — В таком случае мы могли бы попытаться собрать свою делегацию и встретиться с Дайме. В этом вопросе нужно разобраться, — лидер клана Хьюга задумался, глубоко нахмурившись. — Даже если им удалось провернуть за нашими спинами такое, увольнение основного состава АНБУ в отпуск – серьезное событие, которое не должно остаться без внимания. Но это не упреждающая мера… — Слушайте, так давайте выловим Крота и представим его всеобщему суду? — предложил, внезапно, Майто Гай. Мысль, на самом деле, очевиднейшая, и ему было непонятно, почему до сих пор никто не высказался в этом направлении. — Если у нас есть доказательства и свидетель – какой смысл тянуть? Если мы прямо сейчас сможем обличить причастность Данзо ко всей этой истории, то пост Хокаге ему не занять. Тем более, сейчас у нас есть фора, пока он еще не избран. — Я думаю, это хорошее решение, — подтвердил Шикаку. — И, возможно, единственно верное. Пока еще и свидетель жив, и народу нас много, — Нара посмотрел на Ибики. — Хм, — капитан полиции начал думать. — Да дело-то в том, что без Ясу этого свидетеля тяжело будет представить обществу. Возможно, для нас это плохо кончится. В данный конкретный исторический момент, скажем так. — Как это? — Шикаку выгнул бровь. Он знал определенные подробности дела, видимо, Учиха не рассказала ему все до конца. Как же хреново, когда информация доносится до всех причастных частями, причем умышленно. — Будь ситуация чуть проще, у нас не возникло бы проблем. Однако, Данзо успел каким-то образом перетянуть доверие Дайме на себя, так что сейчас нашего свидетеля воспримут очень враждебно, — попытался объяснить Морино. — И, вероятно, полетят именно наши головы. — Что не так со свидетелем? Говори, — строго потребовала Цунаде. Сейчас она была готова рассматривать все варианты решения проблемы, какими бы они ни были. Хотя, по существу, проще было бы просто устранить Данзо. Известным способом. — Давайте так. Я сам с ним поговорю. И завтра утром дам вам ответ. И дальше будем действовать по ситуации. А пока, — Ибики вновь повернулся к залу и внимательно осмотрел всех присутствовавших, — не ослабляйте бдительности. Никто. Сейчас в истории Конохагакуре наступил переломный момент, будьте начеку. На этом предлагаю расходиться. Какаши решил сопроводить Цунаде-сама и ее верную помощницу Шизуне до дома, поскольку подозревал, что Данзо вполне мог бы попытаться избавиться от принцессы Сенджу этой ночью. Сейчас в деревне небезопасно. Необязательно «избавиться» означало убить кунаем, людей сживали со свету и иными путями. Кто бы мог подумать, во что перерастет личное расследование Ясу. Вот он, тот самый ветер перемен. — Какаши, поражаюсь твоему профессионализму, — сетовала Цунаде, шагая рядом с мужчиной. Хоть какая-то компания в такой отвратительный поздний вечер. Настроение ужасное, мысли убийственные. И гнев, и отчаяние, и смирение разрывали душу бывшей Хокаге. Она никогда даже не думала, что ее путь завершится именно таким образом. Лучше бы ей погибнуть в бою, как и подобает настоящему воину и защитнику своей земли. — У тебя жена погибла, а ты еще умудряешься на дежурства ходить и с людьми на собраниях разговаривать. Я бы не вынесла. — Благодарю за такую лестную оценку, — спокойно и вполне любезно ответил Хатаке. — Или че, жена-то нелюбимая по итогу? Я как поняла, вы с ней так, чисто номинально, потому что ей потребовалось, а тебе не жалко, — нужно было отвлечься хотя бы на такие пустые разговоры, которые уже ничего не решат. И Цунаде как-то не особенно задумывалась о том, что, возможно, ее подопечному такие темы сейчас очень неприятны. — Цунаде-сама, ну нельзя же так, — поспешила напомнить Шизуне. — Жена всю нашу совместную жизнь вбивала мне в голову идею о том, что у нее всегда все под контролем, и я обязан довериться. И не совершать глупостей. Вот я и следую ее воле, может быть, это наивно, но мне это греет душу. Я сделаю тем самым хоть что-то приятное для нее, — тем же ровным приглушенным тоном объяснил джоунин, конечно, не улыбаясь. Ему тяжело. Очень. И все же он верит. Хитрая Ясу всегда обманывала его, почему-то в этот раз хотелось ей довериться. Лишь бы снова не проиграть, не оказаться дураком. Нет ничего больнее разбившихся ложных надежд. Ужасающее чувство, какого врагу не пожелаешь. На полминуты установилась тишина. Цунаде ничего не ответила, она молча шла вперед. Легкий ветер разбавлял ее размышления теплыми воспоминаниями, уносил тревоги вдаль, остужал голову. Дышать постепенно становилось легче. — Я тебя не осуждаю, — вдруг произнесла Сенджу. — Я тоже своего не спасла, хотя, мне кажется, могла. Все, что мне остается сейчас, это продолжать бороться за свои идеи, хотя бы ему на радость. Он был бы доволен мной. И это действительно много значит для меня, дает мне сил даже в такие тяжелые моменты. — Вы очень сильная, Цунаде-сама. — Да и ты не слабак. Мы можем пережить это. Нужно только потерпеть. В Амегакуре сегодня тишина. Несмотря на тяжелые серые тучи, удушливо спрятавшие чистое небо своим грязным влажным полотном, дождь не шел. Совсем. Натура словно замерла в ожидании извержения вулкана или иного природного катаклизма. Обито решил навестить Пейна, чтобы узнать, как идут приготовления к захвату Девятихвостого. Саске с его командой уже отправились на поиски Восьмихвостого, казалось бы, все шло по плану. Ничего не предвещало беды, дела шли четко. Единственное, что напрягало – глаза малолетнего бандита не успели зажить до конца после пересадки, как бы не вышло чего дурного. Для того Обито велел обоим Зецу отправиться вместе с Такой, незаметно следить за ними и в случае чего помочь. Впрочем, таким количеством они обязаны справиться. На балконе резиденции Пейна вместо привычной рыжей мужской фигуры на кончике каменного языка нукенин увидел полностью черный силуэт. Высокий, крепкий, тяжелый. Мрачный. И до трясучки знакомый. Каждый чертов миллиметр, каждый дрянной косматый черный, как уголь, волос. Облаченный в плащ Акацуки, он ровно стоял на самом конце выступа, будто грозясь в любой момент свалиться вниз. Сначала Обито не мог в это поверить. Своими собственными глазами он видел перед собой Учиху Ясу, живую и обособленную от этой реальности, вроде и настоящую, а вроде и нет. Длинные космы ниспадали с ее статных плеч на спину густым черным водопадом, липким и вязким, как нефть. Осанка ровная, как при жизни. Только одна рука заметно длиннее второй. И объемнее. Что это? Кто это? Она мертва. Вдруг черный фантом обернулся, и все встало на свои места. Глаза. Вместо черных бездонных угасших глаз – стеклянная проекция риннегана. На некогда чистом нетронутом лице бессчетное количество куройбо – чакроприемников, созданных с помощью того же риннегана. Этого не может быть. Не может быть. Так не должно быть. Одномоментно Обито ощутил такой степени отвращение, что его чуть не начало тошнить, вопреки дисфункциональным органам желудочно-кишечного тракта. В кончиках пальцев неприятно закололо. Свет не должен был увидеть это тело таким. Это извращение. Гадость, мерзость! Слишком даже для такого ублюдка, как Обито. Или он слишком впечатлился? Не ожидал подобного хода от своего абсолютно безумного товарища? Узумаки все больны на голову, на генетическом уровне. Как же ужасно она походила на Мадару. Да это он и есть! Словно оживший ночной кошмар. Один-в-один, не отличить от старика из воспоминаний, что он сам же и показал много лет назад в гендзюцу. Это…она должна была оказаться там. Не Обито. Обито обязан был сдохнуть под грудой камней. Это чудовище натурально вогнало Учиху в ступор. Невыносимо смотреть. — Вот как ты поступил, — слова все же вырвались наружу, нукенин стоял на месте неподвижно, наблюдая за куклой с расстояния. — Твое безумие не знает границ, Нагато. Кукла внимательно следила за гостем. И внезапно криво усмехнулась. Так естественно, так натурально. Как сделала бы она. И раньше-то рядом с ними было очень дискомфортно, теперь так вообще сравнимо с ужасной психологической пыткой. Существо подошло ближе. Одного роста с ним. Это пиздец. Малолетняя женщина высотой практически в сто восемьдесят пять сантиметров. М, кажется, все-таки, сто восемьдесят три. Ну тварь, блядь, выросла. А был такой милый жизнерадостный рахит когда-то. — Неужели тебе не нравится? По мне – это величайшее произведение искусства, которое только могло родиться в синтезе природного естества и человеческого знания, — и голос такой же, настоящий. Живой. Какая гадость. — Пусть ее идеи найдут свой покой в этом безупречном теле. — Мне кажется, ты издеваешься над собой. Нашел способ резать вены без ножа. — Какая теперь разница. — Как ты создаешь эти тела? Я так и не понял, — вопреки всем возникшим непростым тяжелым чувствам, Обито вытянул руку и прикоснулся к черным волосам. Пальцы беспардонно намотали жесткую прядку, ощущения непередаваемо гадкие и неоднозначные. А волосы, прямо как у него самого. Такие же. — Как вообще человек смог прийти к такой идее? — прядка была отпущена. — Я воскрешаю тела с помощью Пути Гедо, возвращаю им жизнь, но не душу. Вместо души у них лишь моя собственная чакра, передаваемая в тело, как в сосуд, через куройбо. Такое «воскрешение» ничего не стоит, никаких жертв. Тела абсолютно настоящие, живые, как и любой другой человек. Это позволяет мне использовать все их ресурсы, весь потенциал. Кроме родных техник, потому что они напрямую связаны с чакрой и душой погибшего. Иными словами, риннеган замещает их способности своими, — произнес уже второй голос. К компании подошел Тендо. Выглядело со стороны очень забавно, он ниже своей любимицы. Хотя теперь они так органично смотрелись вместе. — Более того, эти тела продолжают взрослеть и стареть, а их раны заживают со временем, как у нормальных людей, и даже могут оставаться шрамы, — Тендо, впрочем, ничуть не стеснялся разницы в росте. Фетишист, что ли? — Так вот почему тело Яхико не походит внешне на пятнадцатилетнего школьника, — осознал Обито. Мысленно он покивал головой. Да, ума Нагато не занимать. Где надо – он гений. Надо же такое придумать, а самое главное, удачно испробовать и начать пользоваться. — Его биологический возраст – тридцать один год, кажется. — Именно так. — Ты страшный человек, Нагато. Это мне в тебе и нравится. И что же вместило в себя новое тело? — Я отдал ей Путь Асуры, Шурадо. Через нее получается намного эффективнее. Пришлось немного повозиться с утраченной рукой, я долго думал, нужно ли ее восстанавливать. Решил, что этим можно воспользоваться, однако, это накладывает свои ограничения. Правая рука Шурадо вытянулась вперед, демонстрируя свое неживое механическое начало. Протез. Металлический сегментный протез, какая-то невероятно сложная мудреная конструкция, размерами немного массивнее и длиннее обыкновенной человеческой руки. Интересно, для чего это? Связано ли такое инженерное решение с еще одним потайным механизмом, похожим на выдвижной вал раскладного ножа? Непонятно. Что еще непонятно – как Нагато смог это разработать и собрать? Да еще и за такой срок! Шурадо. Это в принципе механическое чудище, которое в нормальном исполнении дарует пользователю способность модифицировать свое собственное тело, призывать различное механическое вооружение, даже огнестрельное, баллистическое. Страшная игрушка в руках опытного кукловода. Помнится, Нагато рассказывал, что Шурадо – самое сложное и самое эффективное оружие риннегана, и осваивать этот путь критически тяжело. Тело Ясу показалось ему удобнее в использовании, это точно как-то связано с новой искусственной рукой. Затейник, что-то придумал и доволен собой. А плащ Акацуки действительно ей очень идет. Такая красотка. — Вот в Конохе обрадуются, — только и оставалось сказать Обито. — Вижу, вы уже собираетесь? — Да. Уже пора. — Не подведи меня. Следующее утро начиналось обыденно тихо. Постепенно уходили остатки снега, улицы пронизывал холодный густой ветер, по дорогам растекались вода и грязь. Весна не спешила приходить в эти края, словно что-то ее отпугивало, не позволяло решиться. Земля в напряжении, ей страшно просыпаться, она могла лишь дрожать и вибрировать от тяжелых судьбоносных шагов новых гостей Конохи. Их шестеро. Седьмая гостья приземлилась рядом с лидером движения. На Коноху открылся прекрасный вид с высокого лесного холма. До цели едва ли полтора километра. Совсем немного. Никто из караульных пограничников даже не подозревал, чем сегодня закончится их смена. — Ты уверен, что мы должны ее разрушить? Было бы достаточно найти главных причастных и испытать их, — ровно спросила Ангел, наблюдая за деревней, постепенно просыпавшейся от ночного сна. Замысел Пейна заключался в молниеносном и стремительном разрушении кварталов поселения, чтобы заставить людей паниковать и ошибаться. Так они охотнее делятся информацией, быстрее принимают решение о капитуляции, когда сталкиваются с невиданных масштабов силой одномоментно. Без предупреждения, без объявления войны. Как это принято в мире таких низменных существ, шиноби. Гордился бы Бог шиноби, основатель Конохи Хаширама Сенджу, глядя на то, как его детище, положившее когда-то начало новой эпохе, уничтожается его же главной идеей? Он жизнь положил на то, чтобы упорядочить это безумное хаотичное движение, каков же итог? Еще больше кровопролития во имя отмщения, любви и справедливости. Ангел много думала о том, что ей предстояло осквернить дом Ясу. Место, которое она определила своим домом, для которого так много работала и унижалась, превозмогала. Уничтожить все ее старания одним лишь щелчком пальца – какое же это богохульство и неуважение. Впрочем, Пейн уже забрал ее тело себе, что могло быть еще более мерзким? Кажется, теперь это сущий пустяк. Всего лишь дом. Всего лишь люди, ее друзья, близкие. Они не уберегли ее. Даже не пытались. Зачем ей такие товарищи? — Остальные успеют скооперироваться, потратим только больше времени, — четко ответил Тендо. — Не нужно милосердия для этих людей. Их души исцелятся только огнем и кровью. Красноречивее любых приказов. Все началось быстро и громогласно. Словно дирижируя для профессионального оркестра, Пейн уничтожал целые кварталы и всех их обитателей в такте танцев театра Но. Каждая ударная волна сопровождалась оглушительным грохотом, земля под ногами трепетала в ужасе перед вторженцами, небеса к событиям равнодушны. Люди, толпы бежавших в панике людей сновали из стороны в сторону в надежде найти хотя бы один единственный островок безопасности, однако безопасно не было нигде. Там, куда еще не успела добраться длань Господня, спасавшихся ожидал Ангел. Много Ангелов. Повсюду. Они явились в это царство смуты, как оружие, призывающее к установке нового порядка. Особенного порядка. Погибло очень много. Большая часть штата шиноби направила свои силы на эвакуацию всех уцелевших и раненных, и лишь малое число встретилось лицом к лицу с кровожадными гостями. Не имея ни малейшего представления о техниках и способностях врага, обученные ниндзя не торопились атаковать, они решили прибегнуть к тактике удержания и баррикадирования территории боевого конфликта. АНБУ пытались использовать печати и барьеры, но ни у одной команды не получилось завершить создание преграды. Акацуки двигались слишком быстро, а их навыки поражали воображение. Они поглощали техники, убивали прикосновением, призывали ужасающих демонических зверей из древних легенд, двигали каменные плиты под ногами и сталкивали их друг с другом. Хуже всего – везде одновременно. Именно такое позиционирование и организованное нападение очень серьезно мешало сбору информации. Шиноби Листа не справлялись, не успевали. Полицейские пытались распространять прогнозы о передвижении Лидера Акацуки, но практически все камеры видеонаблюдения были очень быстро выведены из строя. Не щадя ни детей, ни стариков, ни убогих, Пейн старательно выпытывал из каждой своей жертвы местонахождение Узумаки Наруто. Как и следовало полагать, простой плебс не обладал такими секретными сведениями, но что удивительно – даже среди джоунинов до сих пор не нашлось никого, кто знал бы, где скрывался джинчуурики Девятихвостого. Все дороги вели к зданию администрации, цитадели зла и порочных амбиций, чуждых всему человеческому. Посеяв достаточно хаоса, Тендо лично выдвинулся к алой постройке, передвигаясь быстро, почти молниеносно. Пока остальные тела выполняли свою работу, пассивно вел себя лишь Путь Асуры. Новоиспеченное тело Шурадо заняло особую позицию на окраине поселения, так ни разу и не выпустив ничего из своего арсенала. Чикушодо справлялся с этой задачей достаточно неплохо. Никогда прежде Скрытый Лист не становился жертвой настолько концентрированной массивной атаки. Да, на них нападали, но не таким количеством и качеством. Точечно, в конце концов. Никто, как и всегда, не оказался готовым к подобной тактике, ни у кого в голове не имелось и подобия сценария, плана, как можно все урегулировать и как лучше командовать своими войсками. Что тут оборонять, если бьют со всех сторон сразу? Как против них сражаться, если их настолько много и все они первоклассные ниндзя-отступники, о чьих техниках не имелось ни малейшего представления или познания? Основная задача шиноби – сбор информации. Для сбора нужны живучие и неприметные, не особенно боевые. — Шикамару, Шино, — твердо и четко командовала Цунаде, смотря на все безобразие с балкона-площадки, некогда принадлежавших ее бывшему кабинету Хокаге, — так больше не может продолжаться, из-за неупорядоченности мы просто все тут поляжем! На вас ложится серьезная ответственность – получите как можно больше информации и сведений о способностях нашего противника любой ценой! Во имя деревни! Мы должны понять, как с ними бороться! — Я могу пойти с ними, — выступила Хината. — С помощью бьякугана мы сможем наблюдать издалека и лучше подбирать свою позицию. — А я, если что, попробую удержать кого-нибудь из них на месте, — согласился Шикамару, осознавая всю степень серьезности происшествия. Сегодня он не струсит. — Из нас хреновые бойцы, но на что-то мы сгодимся. — А Данзо где? — поинтересовался между делом Шино, разминая шею. — Что-то совсем не вижу ни одного АНБУ Корня на горизонте. Уж не сбежал ли он в подземелье? — Старый урод! — выплюнула Сенджу. — Некогда сейчас об этом заботиться! Вперед! — Есть! — синхронно выдали чуунины и тут же исчезли из виду. Подумать только, а маразматика Шимуры действительно нигде не наблюдалось. И ни одного его подсоса тоже! Как же он собрался быть Хокаге, если сбежал в неизвестность и безопасность в такой чрезвычайной ситуации? На кону жизнь всей деревни, а он!.. Цунаде не могла найти себе места от бешенства, посмотрела бы она сейчас на рожи этих ублюдских старейшин. Однако, гневом делу не поможешь. Сенджу отошла в центр площадки и, сложив печати, села в позу медитации. Концентрация поможет ей успокоить себя и остудить голову, разработать какой-никакой, но план. Печать Бьякуго начала постепенно проявлять свою истинную форму, расползаясь причудливыми темными узорами на лбу бывшей Хокаге. Ее окружили собственные АНБУ, чтобы в случае чего прикрыть и защитить ценой своей жизни. — Госпожа Пятая, что вы делаете? — спросил один из ниндзя. — Пока у меня есть возможность и пока мы дожидаемся хоть каких-нибудь данных – я исцелю всех, кого смогу, с помощью техники Кацуи. Для этого мне понадобится много чакры. Не теряйте бдительности! — строго наказала Цунаде. — Есть! — АНБУ вернулись в исходное положение. Бойцы Конохи, несколько адаптировавшись к бесконечным взрывам, ударным волнам, толчкам и шуму, смогли, наконец, опомниться. Они словно вышли из ступора и начали вспоминать все, чему их научила жизнь и годы работы шиноби. Скооперировавшись в небольшие команды, они пробовали различные стратегии и техники против врагов, однако серьезного успеха никто не добился. Одному из отрядов джоунинов удалось несколько повредить призывателя, но тому, кажется, это совершенно не было интересно. Он не кричал от боли, из него не лилась кровь, лицо не корчилось от невыносимой агонии. Каким бы легендарным шиноби ты ни был, ты не способен пережить столько атак и даже бровью не повести. Глядя на все это, Шикамару пытался разобраться. Всех этих людей объединяли рыжие волосы и пирсинг на лице. Маловато, чтобы вывести какое-то логическое суждение. Техники у них разные. И били они в разных секторах Скрытого Листа, удаленно друг от друга. Быть может, у них имелась какая-то связь, рация, передатчики или что-то в этом духе. С трудом верилось, что обыкновенные люди могли координировать свои действия удаленно друг от друга с такой точностью и синхронностью. Отрепетировать это невозможно. Прошло уже больше двух часов, а внятных показаний так и не появилось. Никто толком не мог объяснить, что вообще он перед собой видел. Более-менее получилось определиться с шиноби-призывателем, что без конца использовал дзюцу призыва. Способности остальных же пока не получали конкретной оценки. И это чертовски плохо. — Угораздило же нашу деревню погрузиться в такое дерьмо, — сетовал Нара, перебегая из одного укрытия в другое. Их группа двигалась по наводке Хинаты, что могла отслеживать чакру своим бьякуганом. Нужно отдать ей должное, она совершенно не боялась и действовала уверенно, с холодной головой, как настоящий профессионал. — Прошло уже столько времени, никто нихрена не соображает, что вообще творит. Ясу была права, у нас в деревне полнейший бардак с дисциплиной, — присоединился к обсуждению Шино. Он спокоен и тверд, его никак не беспокоила вся эта шумиха на фоне. Молодой человек был заинтересован только в поставленной задаче. — Будь все мы организованнее, мы бы уже поймали, как минимум, одного урода. — В деревне сейчас не простая ситуация. Все были озабочены разжалованием Цунаде-сама, — попыталась оправдать Хината, хотя и понимала, что ее друзья абсолютно правы. — И это тоже. Враг как будто знал, когда нужно ударить. Все так грамотно сошлось в один единственный момент, почти как сингулярность. Все эти события что-то или кто-то объединяет, сработал общий триггер. Я не верю в то, что нашу деревню предали, но пока все выглядит именно так, — Шикамару скрылся за очередным укрытием, куда быстро присоединились и его коллеги. Что-то ужасно громко прогремело в десяти метрах от них, улица заполнялась ужасающими криками жертв. Увы, отряд Шикамару ничем не мог им сейчас помочь. По городу начинали ползать светло-голубые слизняки с лазурными полосочками. Техника Цунаде-сама сейчас очень вовремя! Она хотя бы сможет оказать экстренную помощь нуждающимся, чтобы те дождались полноценного исцеления от ниндзя-медиков. Сколько же проблем обнажается в подобных чрезвычайных ситуациях! — АНБУ передавали, что враг постоянно выпытывает информацию о Наруто, — уточнил Абураме. И вновь вперед, взрывная волна растаяла. Еще несколько дополнительных минут движения к цели. — Тогда его стратегия мне ясна. Он навел столько шуму, чтобы впоследствии без проблем передвигаться по деревне и испытывать каждого на своем пути, пока кто-то не расскажет о местонахождении Наруто, ведь цель Акацуки – захват джинчуурики, — капитан отряда постоянно хмурился, рассуждая вслух об этом всем. — Это намного удобнее, чем пытаться делать это тихо. Да и с такими техниками… Еще грохот, еще импульс, на сей раз сбивший с ног. Вся команда отлетела чуть ли не на семь метров в сторону. Призывная псина творила что-то неадекватное, а ведь она еще и не одна. Страшно представить, какое сумасшедшее количество чакры у призывателя. И уровень контроля какой-то невероятный! Разве возможно преодолеть человеческий предел? Шикамару кое-как поднялся и осмотрелся. Они втроем двигались в сторону западной окраины Конохи, там, что удивительно, тише всего. Какие-то разрушения происходили и в тех местах, но они как-то сравнительно быстро стихли. Хината сообщила, что в том направлении есть все та же зловещая чакра. Но что же там за враг? Что вообще делают все остальные? Кто-то рассказывал про какого-то бумажного ангела, а местами бумага реально была разбросана по всем улицам, почти как снег. Дерьмо-то. И тут в голову гениального Нары пришла новая мысль. А что, если один из этих уродов под шумок ищет нечто вообще другое? Преследует другую цель? Все шиноби стянуты к центру и северу поселения, потому что там происходят основные атаки и разрушения. Может ли быть так, что лидер Акацуки приказал найти что-то еще? Или кого-то?.. — Там… — замерев в ужасе, произнесла оклемавшаяся Хината, чей бьякуган продолжал активно исследовать поле битвы. — Я не понимаю!.. Там!.. Я не понимаю, что я вижу, но!.. Там…Ясу?.. Все зависли. Глаза Шикамару широко раскрылись. — Чего? Ты не перепутала?? Она мертва!.. — Я знаю! Но это она!.. Только…я не могу объяснить, не понимаю. Нужно увидеть. Идем в ту сторону? — Серьезно это все, — прикинул Шино. — Ладно, не будем терять времени. Нам все равно в ту сторону. Бегом! Они прибежали так быстро, как только смогли. К этому времени в западной части города не изменилось ничего с момента первых минут нападения. Только эти улицы опустели полностью, здесь не осталось никого. Только тела погибших жертв, среди которых и простые люди, и шиноби, и даже совсем юные генины. Как невыносимо тяжело было смотреть на это, но слезам и печали сейчас здесь не место. Шиноби обязаны защищать своих близких и свою деревню любой ценой, даже если это искреннее сочувствие и разрывающая скорбь. Все трое замерли, увидев впереди Учиху Ясу. Это действительно она. Настоящая. В плаще Акацуки. Девушка словно чего-то ожидала, может, какого-то вербального знака, приказа, послания свыше. Абсолютно безразличным взглядом она сверлила то небо, то пространство вокруг себя. Ее совершенно ничего не беспокоило. Шикамару оторопел, Хината даже чуть вскрикнула, распознав все-таки в этом человеке свою подругу. Этого быть не может. — Ясу, ты… — неуверенно начала Хьюга, даже не зная, какие подобрать слова, чтобы не выдать свой ужас слишком ярко. — Что это?.. — Ты че… — увидеть ожившего мертвеца – это уже слишком много для сегодняшнего дня, так решил рассудок Шикамару. Ладно, он был готов поверить в то, что Ясу на самом деле нихрена не умерла, и все это лишь очередной ее хитроумный план, все-таки определенного рода склонности Учиха продемонстрировала еще на этапе экзамена на звание чуунина много лет назад. Однако Акацуки!!.. — Ты че, охуела совсем? Ты че устроила??.. Слова нашлись только такие. Искренние. Абсолютный шок. Ступор. Никто не знал, как реагировать. — Предательница что ли? — Шино напрягся, однако он держался лучше всех. — Ясу, как ты, блядь, можешь!!.. — Нара по-настоящему разозлился от отчаяния. Кто угодно мог пойти на такую низость, но только не Учиха Ясу! После всего, через что они все вместе прошли! После целого года крепких дружественных отношений, постоянного сотрудничества! Какое-то дерьмо. Это все не по-настоящему. Чушь. — Скажи хоть слово, что ты молчишь!.. Учиха наклонила голову набок, чуть насупившись. Друзья? А это хорошая возможность. Отступница вдруг полноценно развернулась к трем потревожившим ее шиноби. Между ними сохранялось расстояние в пять метров, не слишком много, но достаточно, чтобы в случае чего успеть разорвать дистанцию и защитить себя. Но ребята застигнуты врасплох. Они уже не могут сконцентрироваться так же, как было до этого, у них убавилось уверенности и в себе, и в своих действиях. Им было приказано собрать информацию, и что теперь делать? — А вы знаете, где Узумаки Наруто? — ровно спросила Учиха, даже не моргнув. — Это бред какой-то, я не могу в это поверить, — сокрушался Шикамару. — Это либо не ты, либо ты с ума сошла. Ты не могла обманывать нас все это время, я точно знаю. — Глаза, — внезапно обратила внимание Хината. — Присмотритесь к ее глазам. Юноши, как по команде, устремили взор к глазам их потенциальной противницы. Да, с ними что-то не так. Они не черные. Светло-серые, или же даже немного сиреневые, в них что-то рябило. Это не глаза Учихи Ясу, совершенно точно нет! И на шаринган совсем не похоже, что-то совершенно другое, новое, с чем ребята еще не сталкивались. Да и, наверное, никто из мира шиноби не сталкивался. Но собственные-то глаза не могли обманывать! Это точно Ясу! Что-то тут не то, не могло все обернуться таким образом. Хотя, если это все – гениальная многоходовка с постановкой собственной смерти, чтобы без лишнего шума присоединиться к врагу, Шикамару готов на колени пасть от восхищения. И ужаса. — Может, это гендзюцу? — предположила Хьюга, не отводя взгляда от пока еще бездействовавшей противницы. — Гендзюцу на пользователе шарингана? Не представляю, кто смог бы провернуть такое, — ответил Шино. — Как бы то ни было… — чуунин поправил свои очки, приготовившись к нападению и защите, — а сейчас – она нам враг. Ее товарищи уничтожают деревню и убивают людей, она никак не противодействует этому. Наш долг – позаботиться об этом. И собрать информацию, что самое важное. А отступница прошла несколько шагов левее, так же не сводя глаз с троицы ниндзя Листа. Серьезными противниками их не назовешь, лишь кучка детишек. Но у Бога еще были на них своих планы. Имело смысл потянуть время. — Ясу, ну скажи же хоть что-нибудь! — требовал Нара. — Объяснись! Скажи нам, зачем ты так поступаешь? Все же было хорошо? Все мы были на твоей стороне, всегда! Столько народу вписалось за тебя, они рисковали своими жизнями и жизнями своих близких, чтобы помочь тебе! Зачем ты предала их?.. Что движет тобой сейчас? — Я помогаю им познать мир, в котором они живут. Чем беспечнее живут такие люди, как шиноби Листа, тем сильнее они забывают о своем истинном человеческом начале. Напомнить себе о том, что ты все еще живой, что ты всего лишь человек, а не вершитель судеб и божественная воля, можно лишь через боль. Я – боль. Я несу просветление, — отступница вдруг медленно отвела руку в сторону, из черной материи хламиды вдруг показалась рука заметно больше и длиннее обыкновенной человеческой. Ненастоящая. Протез. Тяжелый композитный протез, щелкавший и звеневший своим механизмом при каждом движении, имитации подвижности суставов. — Я разбужу все человечество от глубокого высокомерного сна. Я – спасение, я – искупление, я подарю вам всем боль. Из района плечелучевой мышцы вдруг раскрылся клинок. До ужаса длинный, острый и блестящий, невероятно тяжелый и сравнимый с одачи по своим параметрам. Механические композитные пальцы ухватились за острие, точно за рукоять. Ясу прошла вперед и взмахнула мечом перед собой, обозначив готовность к смертельной схватке. Откуда?.. Небеса, откуда там мог взяться одачи? Перед тем, как отскочить от самого первого рассекающего выпада, Шикамару обратил внимание, что лезвие не было сегментным, оно совершенно целостное. Быть может, внутри механического протеза сокрыт свиток, что при помощи чакры призывает дополнительный модуль руки? Еще одного взмаха оказалось достаточно, чтобы сбить всю троицу с ног и отбросить их на несколько метров назад. Нет, это точно не призыв. Клинок просто появился и все, при этом метод его сочленения с рукой объяснен конструкцией, то есть, в протезе абсолютно точно присутствовал настоящий выдвижной механизм, как у раскладного ножа. Вот только сам нож…физически невозможно запихать такой длины меч в руку! Девица не спешила кромсать своих оппонентов, она вновь прошла пару шагов левее, как будто присматриваясь к ним и планируя свой лучший выпад. Одно очевидно точно – тело серьезно потяжелело от такой модификации, согласно законам физики, оно больше не могло двигаться так же быстро, как умела когда-то Ясу. Это очень серьезное преимущество для них троих, как для не особенно подвижных шиноби. Если так задуматься, то шансов на победу больше у Хинаты, поскольку она единственная, кто оттачивал контактный бой всю свою жизнь. От Шикамару толку мало, молодой человек признавал это и уже со всех сил думал, как им лучше поступить. — В ее крови смертельный яд, помните об этом, — предупредил Нара, обнажив кунай. Смешно. Что он мог сделать? Сгодится для чего-нибудь. — Хината, Шино, выиграйте мне немного времени. Она проигрывает в скорости, за вашими руками не угонится. Первое, что пришло на ум опытного Абураме – вывести из строя искусственную руку, очевидно, она создавала все проблемы. Мелкие жуки стремительно охватили механическую конечность и забрались во все даже самые маленькие отверстия, из-за чего в какой-то момент рука просто упала, повиснув мертвым грузом. Вмиг внезапно произошла реакция, раздался звук небольшого взрыва, из руки повалил дым. Оттуда же посыпался прах всех убитых букашек. Вновь вернув себе контроль над протезом, Ясу начала атаковать. Исключительно ее могучим ростом можно было совладать с таким длинным тяжелым клинком. Уверенно разрубая самые плотные жесткие доспехи верхом на коне, одачи поражал своих врагов беспощадно и кроваво, неумолимо, как правосудие и неизбежная кара за грехи. Учиха двигалась точно в танце, взмахивая лезвием и рассекая им воздух, не забывая при этом атаковать и ногами. Вопреки всем ожиданиям, отступница планомерно начинала двигаться все быстрее и быстрее, сокращая дистанцию за доли секунд и сотрясая землю своим импульсом. Мягкая ладонь Хинаты ей безразлична, хотя бы потому, что девчонка не смогла ударить ни разу. Ни один замах не увенчался успехом, только глубокими горячими порезами. Бесполезно. Длинное оружие должно двигаться медленно, лишь при таком раскладе можно заиметь преимущество. Однако, Учиха нарушала все законы физики. Она слишком сильна. Тянуть к ней собственные руки в попытках ударить – самоубийство. Колющий выпад, плечо Шино поражено насквозь. Сильный тяжелый удар ногой по торсу отправил чуунина прямиком в стену некогда жилого здания. Шикамару, наконец, успешно поймал их противницу в теневой захват. Такой ужасной ценой, но выбирать не приходилось. В этом минус контактного бойца. Он уязвим для дальних атак, пока занят другим авангардом. — Вот так, — кряхтел Нара, удерживая захват со всей силы. Это было очень непросто. Тело Учихи не поддавалось, оно сопротивлялось легчайше, ни один мускул на лице не дрогнул, в то время как у Шикамару даже вены на лбу выступили. — Хината, я долго не продержусь. Ослепи ее и сломай все конечности, она нужна нам живой для допроса… Как тяжело давались эти слова в отношении близкой подруги. Ясу ворвалась в их жизнь внезапно и очень ярко, стала неотъемлемой ее частью, да и, в конце концов, они вместе через столько прошли! Стали настоящими друзьями! И чем это все закончится? Нужно торопиться, пока Шино не откис. Доставят тело Цунаде, там уже Иноичи-сан сможет залезть в ее голову. — Шикамару, — Хината тяжело дышала, приходя в себя после недавнего удара по голове тем самым протезом. Чуть ли не смертельный урон. — Ты не заметил, что она не применила ни одной техники за все время? В ней чакра, но…я вижу ее движение, но она как будто…чужая, — девушка выпрямилась, приготовившись атаковать. Ее руки налились энергией чакры так, что в какой-то момент чакра даже стала видимой глазу. Она принимала очертания тигров. Учиха продолжала сопротивляться, словно играя с тенью Шикамару в перетягивание каната. Занимательная техника. Нара вдруг опомнился. А ведь точно. Ни единой техники. Да и стиль боя совсем не похож на Ясу. Та, конечно, тоже двигалась очень быстро, но основная ее идея – без конца скакать из стороны в сторону и стараться зайти за спину, потому что Учиха невынослива, у нее в приоритете прикончить противника как можно скорее. Сейчас же отступница атаковала в лобовую, да еще и так долго затягивая сражение. Она совсем не пыталась ударить в слабые места, застигнуть врасплох, точно участвовала в дуэли, а не в быстром убийстве. Это не похоже на Ясу, совершенно. Подобное тяжелое оружие тоже не сочеталось с ее невыносливым телом, хоть физические параметры и позволяли свободно маневрировать с такой бандурой. Но самое главное – ни капли воды, ни капли крови. Да это же совсем не то! Шикамару однажды спарринговался с Ясу, более того, он видел, как она сражалась по-настоящему. Совсем все не так. Хината сказала о чужой чакре. И это странное поведение. Абсолютно странная умалишенная речь о боли и спасении. Глаза. Да это вообще ли Ясу? Тень начала слабеть, Хината уже совершала удар, как внезапно произошло нечто. Лицом отступница была обращена к Хинате, к Шикамару же, что находился от них метрах в четырех, боком. Правая искусственная рука задержана в замахе, а левая же отчаянно тянулась вверх, словно пытаясь сбросить оковы теневого захвата. Вдруг раздался выстрел. Шикамару даже осознать ничего не успел, как его техника вдруг полностью рассеялась. А собственные пальцы перестали слушаться, похолодели. Юноша замер на несколько секунд, наблюдая за тем, как Ясу в очередной раз отбросила от себя Хинату ударом ноги. Шино все еще не мог оклематься, хотя искренне старался подняться. Из Шикамару же почему-то лилась кровь. Очень много. Осознание пришло не сразу. Выстрел. В него выстрелили. Баллистическим оружием? Как же это называется…огнестрел? Снаряд, он же пуля, зашел в район плеча очень глубоко и наверняка там же и раздробился. Темные глаза чуунина заметили непонятное оружие, показавшееся из второй руки отступницы, настоящей. Настоящая рука разложилась, точно шкатулка, и оттуда вышла огнестрельная пушка. Быть не может. Это вообще человек?.. Его сильно затрясло, он упал на колени, затем и на собственные плечи. Нельзя. Только не сейчас. Это же не смертельное ранение, нельзя сдаваться. Сейчас Шикамару поднимется. Он сделает это, нужно собраться с силами, нужно превозмочь. — Х-хината… — хрипел шиноби, осознавая, к чему все шло. — Шикамару!!.. — закричала Хьюга, уже порываясь метнуться к нему. Бесполезно. Ее отделали слишком сильно, она и на ногах-то едва стояла. Они не поняли, с чем столкнулись. Шикамару даже не до конца понимал, что его по итогу повергло. Он имел очень смутные представления о работе металла и пороха, в их краях такого никогда не водилось. Если где и водилось – далеко на севере, на землях снега и льда, куда дорога простым людям и шиноби Пяти Великих стран закрыта надолго. Какой кошмар. Юноша чувствовал, что чудище приближалось к нему. Его вдруг схватили за раненное плечо и легким рывком поставили на ноги. Блядь, ну она и страшная. Нет, это точно не Ясу. Ясу мертва. — Беги, — Нара попытался кунаем рассечь левую живую руку противницы, но та легчайше перехватила его искусственной ладонью. Взгляд этого создания не содержал в себе ничего человеческого. Все правильно. — Она – не человек. Это не Ясу…она ненастоящая!.. Кто-то использует ее мертвое тело, как оболочку!.. — Шикамару!!!.. — вновь раздался женский крик. Ему даже не оставили шанса выругаться на Хинату, чтобы та перестала паниковать и начала действовать. Крепкая хватка с плеча пропала, молодой человек вот-вот упал бы от потери крови. Ожидаемо, дни его были сочтены. Механическая рука, клинок на которой уже скрылся, словно его и не было, ударила его с такой силой, что ее кулак прошел насквозь через твердую мужскую грудь, раздробив к чертям все кости и органы. Ужасное кровавое зрелище, доселе незнакомое молодым чуунинам, дорвавшимся до своего звания, казалось бы, честным трудом и опытом. Бесконечные мучительные тренировки, лишения, смирение, и все ради чего? Чтобы умереть вот так? Даже не имея шанса оказать сопротивление? Хоть как-нибудь. Хоть немного честно. А бывает ли у шиноби «честно»? Разве ни все средства хороши в этом нескончаемом жестоком кровавом ремесле?.. Как же жизнь была коротка. Ясу с силой вырвала кулак обратно, наружу из тела паренька вырвался кровавый фонтан. Еще теплый труп рухнул на землю с поминальным грохотом. Хинатой завладел такой степени ужас, что она не могла и пошевелиться от шока. Дыхание сбилось, горло сдавил плотный ком, все тело затрясло. В ушах еще что-то так неприятно зазвенело, а перед глазами все поплыло. В полнейшей дезориентации девушка все-таки смогла заметить, что отступница шагала в ее сторону. Если ничего не сделать, все закончится точно так же. А информация так и не доберется ни до кого. Хьюга посмотрела на Шино. Тот все-таки смог встать на ноги. Решение только одно. И, кажется, они пришли к нему одновременно и единогласно. Абураме только согласно кивнул. Таков путь ниндзя. Такова Воля Огня. Иного выхода не оставалось. Все же поднявшись, Хината набрала воздуха в легкие. Все слезы и истерики потом. У них есть цель. Они обязаны выполнить свою миссию, иначе деревня будет уничтожена окончательно. Шино набросился на Учиху уже напрямую, взяв в руку кунай. Выиграл тем самым пару секунд, которых оказалось достаточно, чтобы Хината сбежала. В ее голове все полученные знания. В голове Шино – любовь. Глава-то правда уже отбитая. Надолго ли? К месту событий вдруг пришел второй отступник. Высокий и длинноволосый, среднего вытянутого телосложения. Не боец. Шино не ошибся в своих выводах, но ему это не могло. Шурадо крепко схватила его за шею и насильно поставила на колени. — Ты скажешь, где Узумаки Наруто? — повторила свой вопрос отступница. — Чудовище, осквернившее тело Ясу, достойно только моего плевка. На макушку молодого человека легла широкая ладонь Нингендо. От этой души никакого проку. И полезной информации там не оказалось. Разве что…при жизни Ясу слишком злоупотребляла алкоголем. Какие красочные воспоминания у этого мальчишки. Опустошенное тело ребенка рухнуло на землю недалеко от своего товарища. Пора действовать активнее.