Скрипач

            Эд*       Маман который раз просит меня подняться, ссылаясь на то, что время позднее. Ну почему всегда так? Вчера было так весело, а сегодня во рту такая дрянь, трудно глотать, сам чувствую, как пахнет изо рта. Вспоминаю вечер в баре, то, как потом носились на бешеной скорости по городу. Кричали и бесились, пока нас не остановил патруль ДПС. Можно было скрыться от них, куда им на своём газике угнаться за нами. Была такая идея, сорваться с места и выжать из своей Хонды всё, на что она способна. Одно останавливает: знаю, что на следующий день отец опять будет бухтеть. Что он не рад жизни, что сын у него полный разгильдяй и бездельник. Каждый раз приходится улаживать скандал, особенно после моих вечеринок. Ну и пусть орёт, это ему за то, что я рос, не зная и не чувствуя его любви. Сколько себя помню, он всегда был занят. Да по ходу я мало ему был нужен, на первом месте для него всегда была его карьера, работа. Вот пусть теперь и расплачивается за всё, а мне совсем не жаль его денег. Сам себе улыбаюсь, надо же такому случиться. Вчера на какое-то время мне стало стыдно, за своё поведение. Нас попросили сбросить скорость и остановиться. Из патрульной машины вышел пожилой мужчина, в звании капитана. Видимо он не сразу вспомнил меня, лишь когда посветил фонариком в мою сторону, появилась гримаса на лице.       — Опять ты?! И как только твой отец с тобой справляется?       — А никак, тебе что надо? Говори быстрей, нам некогда балаболить долго.       — Опять нарушаешь, может закрыть тебя в «обезьяннике»?       — А ты попробуй, если не жаль своего звания. Завтра же сам меня молить будешь простить тебя. Капитан кусает губы, сплевывает на землю, смотрит на своего напарника.       — Был бы ты моим сыном, как я выпорол бы тебя ремнём!       — Ну я к счастью не твой сын, так, вот тебе косарь, крупнее нет. А теперь давай, отвали от нас.       Достал из кармана куртки первую попавшуюся купюру, швырнул её в лицо капитану. Тот с испугу наклонил в сторону голову, пока наклонялся, чтобы поднять косарь, мы с рёвом ринулись прочь. А потом было ещё пойло, помню как покупал виски, одну, вторую бутылку, а потом провал в памяти. Мне стало стыдно? С каких это пор я стал стыдиться? Наверное перепил, а может наоборот недопил малёха.       — Ты сегодня намерен вставать? Папа два раза звонил уже, зол как цепной пёс. Ты чего опять натворил вчера?       — Мама, можно потише, голова раскалывается.       — У тебя это слишком часто в последнее время. Не пробовал не бухать, ты же за рулём. Когда-нибудь разобьешься, и ничто тебе не поможет, даже то, что ты сын мэра.       — Вожу я классно, мне нечего бояться. Сидеть дома и ждать, когда приедет отец, мне вовсе не хотелось. Выслушивать его нытьё по поводу того, что каждый раз он унижается из-за меня, что все деньги на ветер, что я бездарность и прочее, прочее. Свалю-ка я лучше из дома. Быстро перехватил кое-что на кухне, затем звонок другу.       — Ты чего, ещё дрыхнешь?       — Эд, голова просто чугунная, мы сколько вчера выпили?       — Не знаю, я это… в центр, ты как? Со мной или?       — С тобой, сейчас холодненькой минералки перехвачу и к тебе.       — Тогда жду тебя у сквера, на нашем месте.       Люблю скорость, меня это успокаивает. Подъехал на наше место, пацаны одним за другим стали потихоньку подтягиваться. Ну и рожи же у них, неужели и я такой же помятый? — Эд, может по маленькой? Сушняк давит, голова раскалывается.       — Обломайся, пить меньше надо. Вот тебе полтос, возьми себе водичку. Я пока в кусты, отлить нужно.       Слышу возмущённые возгласы в мой адрес, что молодёжь совсем стыд потеряла, справляют нужду где им вздумается. Ну и пусть возмущаются, я же просто отдаю долг природе. Стою такой в кустах сирени, бля, какой кайф, думал мочевой лопнет сейчас. Меня как будто кто-то оглушил сзади, бах по голове и замер. Недалеко от меня расположился молодой парень, сначала сидел на скамейке. Всё рассматривал свою скрипку, что-то писал в своей тетрадке. Затем встал и началось, не думайте, что я поклонник такой музыки. Всё дело в нём, то, как он водил пальцами по струнам. Глаза закрыты, он словно в другом измерении, ничто его не тревожило в этот момент. Проходящие пары, люди просто останавливались и слушали его музыку. Шелест травы, кусты раздвигаются и…       — Эд, ты чего так долго? Думал, с тобой что-то слу… Ты что, дрочишь?! Фу, Эд!       — Дебил, я что, похож на пацана?       — Так, а что твой член тогда?       Сам не заметил как возбудился, всё это время любовался парнем, его игрой и… Я возбудился от парня?! Да я никогда и не думал об этом, я сам презираю таких, ну вы правильно поняли меня. Хотя… Мне реально нравился тот парень, стройный, есть в нём что-то такое, что заставило меня задуматься.       С того самого времени я всё больше и больше стал думать о том, кто я есть. Нет, я не искал себе парня, чтобы его трахнуть, мне хватает и женского внимания, стоит только пальцем поманить. Даже не помню кто тогда мне сказал как парня зовут, что он учится в нашей музыкалке. Что проживает в частном секторе с бабушкой. Скромный, без лишней фальши, да что я опять о нём? Теперь это стало моей целью, да я где бы то не был, выслеживал его. Часто проезжал мимо его дома, а если удавалось его увидеть, то всё повторялось вновь. Дикое желание заняться сексом, не важно с кем. Вызванивал первую попавшуюся подругу, драл её так, что та через пару минут молила меня отпустить её. В банде поползли слухи, да мне, если честно, было плевать на всё. А всё из-за того, что я имел неосторожность остановиться возле Антона. Парни поначалу шутили, но затем вызвался один умник, тоже мне знаток жизни нашёлся.       — Эд, ты случаем не «того»? Смотрю на Волка, да, это у него кличка такая. У нас у каждого своя кликуха, хотя вру, у меня её нет, меня все зовут просто Эд, хотя полное имя Эдуард, Эдик.       — Серый, ты что опять тормозишь? Говоришь какими-то загадками, хватит ребусов, говори ясней.       — Тебе, тебе.       — Что сопли жуёшь, скажи внятно.       — Тебе что, этот скрипач типа нравится? Вот это вопросик, а я что, ответ перед ними держать обязан?       — Твоё какое дело?       — Просто пацаны шепчутся, тебе что, девок мало?       — Может и мало, не обязан я отчитываться перед вами. Не нравится — проваливайте, и корешам своим передай.       — Да не, Эд, ты чего, я же просто спросил. Мне, если честно, по фигу, кого ты там решил натянуть. Кусаю губы, смотрю на Антона, на его попку, хорош чертёнок! Как же хочется его натянуть на свой член и чтобы в этот момент он… играл на скрипке. Водил смычком по струнам и стонал.       — Бля, Эд, с тобой реально опасно стало общаться, ты чего, и на меня возбуждаться стал?       Пока Серый говорил об Антоне, я мечтал, как я его буду иметь во всех позах, ну вот и результат.       — Бля, Серый, ты себя-то в зеркало давно видел? Да я в голодный год тебя не захочу, не то что сейчас. А вот скрипача не прочь поиметь, и мне плевать что скажут. Пока молод, хочу всё испробовать, чтобы потом не сожалеть.       — Да он тебя обломает, вот увидишь.       — Ха, меня никто не смеет отталкивать, а тем более этот скрипач.       — Плохо ты в людях разбираешься.       — Мне нечего разбираться, деньги — вот что делает людей покладистыми и податливыми, это ты знаешь?       — Знаю, но не таких, как твой скрипач, он лучше голодать будет, работать за копейки днём и ночью, но отвергнет твои деньги. Гордость не позволит, пойми это, Эд.       — Ну это мы ещё увидим, и не таких уламывал. Вот увидишь, как через пару недель он будет сидеть на моём байке и кушать с моей руки.