О принятии и недосказанности
12 февраля 2020 г., 15:00
― Проходи, разувайся, ― указывал я, закрывая дверь. ― Вещи где кинуть, знаешь. Есть хочешь?
― Не сильно. Я бы сначала позанимался, ― сказал Кир, стараясь выглядеть спокойно и расслабленно, ведь он бывал здесь не раз и не два. Но было заметно, что он нервничает, видимо, всё же остерегаясь, что я тут же на него наброшусь. Но я зарёкся, что, по крайней мере, этой ночью не сделаю больше того, что делал раньше.
― Тогда проходи в комнату, располагайся, а я сделаю нам бутеров на перекусить, ― решил я и прошёл на кухню, доставая из холодильника всё необходимое. У меня и раньше холодильник не пустовал, а с тех пор, как Кир стал заходить ко мне куда чаще, в нём всегда были или набор продуктов, из которых можно что-то сделать, или что-то уже приготовленное.
Зайдя в комнату с тарелкой, я поставил её на тумбочку со стороны Кира и уселся к нему на кровать, попутно доставая из сумки свой ноут.
Следующие пару часов из комнаты доносился только стук клавиш, тяжёлые вздохи задолбавшегося меня и тихое чавканье, если это можно так назвать. Зато я быстро сделал таблицы по работе и исправил то, что хотела Грищенка, и сейчас уже успешно продвигался по билетам к сессии, надеясь сегодня закончить подготовку к ней и забыть обо всё этом, как о страшном сне. Может, даже получится уговорить Кира отдохнуть до начала сессии, а не начинать учить всё это уже завтра: он, как я знал, тоже был уже на финишной прямой.
― Я на сегодня всё, ― подтвердил мои предположения парень, смачно потягиваясь, не пытаясь одёрнуть чуть задравшуюся футболку, оголяющую часть впалого бледного живота. Я глянул с интересом, любуясь, но ничего не предпринял. Кир, казалось бы, заметил, и смешно фыркнул. ― Можно у тебя душ принять?
― Да, конечно, ― я поднялся и подошёл к шкафу, доставая свежее полотенце. ― Вот, держи. Одежду дать?
― Если тебя не затруднит, ― кивнул Кир, кусая уже переставшие быть бледными губы.
Достав из шкафа футболку и домашние шорты, я протянул их парню, в последний момент схватив его за руку и притянув к себе. Он всё ещё зажимал в руках одежду и полотенце, но я не обратил на это внимание, целуя, как мне того хотелось. Руки блуждали по дрожащему телу, не удержавшись, я довольно ощутимо сжал его ягодицу, получив в ответ полный эротизма стон. Куснув влажную губу, я отстранился, поглаживая Кира по горячей щеке. Тот смотрел на меня из-под светлых ресниц и улыбался.
― Иди уже, пока я не предложил принять душ вместе, ― с ответной улыбкой фыркнул я, разворачивая его к двери и придавая ускорение звучным шлепком. Кир возмущённо вскрикнул и стремительным шагом пошёл в сторону ванной, не оборачиваясь на меня.
А я, поправив внушительный стояк в штанах, сел обратно за комп, надеясь успеть сделать билеты до того, как парень вернётся. А заодно и охладить свой пыл. Забивать голову учёбой, чтобы не сходить с ума по Киру, начинает входить у меня в привычку. Так ведь и поумнеть можно.
* * *
Оторвавшись от компа, я сладко потянулся и взглянул на часы. И только сейчас понял, что Кир в ванной уже как-то долго возится, а я за работой и не заметил. Может, случилось что, а я не услышал? Поднявшись с кровати, я пошёл по коридору, не включая свет, и прильнул ухом к двери, ведущей в ванную. Мерно лилась вода из душа. И, если бы помимо этого звука не было других, я бы постучал, чтобы убедиться, что всё хорошо. И, если что, зашёл бы без задней мысли. Но звуки были, да такие, что задние мысли появились тоже. Кир тяжело дышал, кажется, почти забывая сдерживаться и надеясь, что вода всё заглушит. Так бы оно и было, сиди я спокойно в комнате или даже проходи я мимо ванной на кухню. Но я весь обратился в слух, то ли придумывая, то ли действительно различая тихие стоны. Собственные руки если и подумали о том, чтобы лечь на уже вновь возбуждённую плоть, то быстро передумали, так как это отвлекало бы меня от подслушивания за Киром. Да и могло вообще заглушить звуки шелестом одежды. А так мне мешал только стук крови в ушах. Я прикрыл глаза, вслушиваясь и представляя, как Кир стоит под горячими струями воды, опираясь одной рукой о стену, а другой сжимая свой член. Как двигает рукой то быстро, то медленно, забывая, что он вообще-то в гостях и ему нужно поспешить. Я представлял, как выглядит его лицо, раскрасневшееся от воды и возбуждения. Как он запрокидывает голову назад, жмурясь от стыдного кайфа: дрочить в душе у своего парня, с которым ещё не спал, но, видимо, очень хочется. Представлял, что он представляет меня, делая всё это. Что это мои руки касаются его, что мои губы целуют горячую шею и шепчут на ухо всякие непотребства. Когда из-за двери раздался последний, особенно подкашивающий мои коленки стон, я был готов кончить вместе с ним. Как можно тише я прошёл к туалету, приспустил штаны и за пару судорожных движений довёл себя до разрядки, забрызгав стену и лишь чудом не издав никаких совсем уж громких звуков. Через стену и из-за воды вряд ли можно было услышать моё пыхтение и тихий стон сквозь зубы. Устало плюхнувшись на унитаз, не обращая внимания на неудобство, я прикрыл глаза, позволив себе пару секунд так посидеть. И ведь и мысли не возникло, чтобы ворваться туда к нему и «помочь». Точнее, возникло, но сразу же и пропало как что-то реальное: спугну же нахрен, хоть мы и хотим этого оба. А оно мне надо? Нет, тут нужно действовать иначе: терпеливее, спокойнее. Дразнить так, чтобы он не понял, что я его дразню. Распалить, чтобы до звёздочек перед глазами. А то, что я знаю его маленький секрет, так это лишь плюс. К тому моменту, как Кир вышел из душа, я уже успел привести себя и туалет в порядок, выйти на кухню и даже прикинуть, что можно приготовить. ― Прости, что так долго, ― сказал парень, присаживаясь на стул и смотря на меня сверкающими от смущения и веселья глазами, мол, знал бы ты, чем я там занимался. Да, Кирилл, знал бы ты. ― Я так давно не принимал душ неспешно — всё куда-то постоянно спешил или лень было. А тут встал под горячую воду и поплыл. Больше всего мне нравился тот факт, что он не пытался скрыть эмоции и, похоже, даже не врал. Просто не договаривал. В ответ я спокойно, безо всяких намёков, улыбнулся ему. ― Без проблем. В следующий раз я тебе ванну организую, ― пообещал я. ― А то из учёбы совсем не вылезаешь. Подозревая, что если бы Кир уже не был таким красным после душа, то покраснел бы сейчас. Интересно, о чём он думает? ― Ловлю на слове, ― всё же хмыкнул он, поднимаясь со своего места и заглядывая на кухонный стол, на котором были разложены продукты для сегодняшнего ужина. ― А что ты будешь готовить? Все те разы, что мы бывали у меня, Кир очень интересовался этим вопросом. Нахваливал приготовленное, стремясь в подробностях узнать рецепт и с удовольствием принимая участие непосредственно в процессе готовки. Поначалу и он, и я смущались этого, но потом как-то прекратили париться. Да и было что-то особенное в том, чтобы вместе готовить ужин. ― О, я решил, что умереть от холестерина — это довольно забавная штука, и решил приготовить салат под названием «Курочка под кайфом», ― голосом ведущего кулинарного шоу начал я, глядя на весело-заинтересованное лицо Кира. ― Для него нам понадобятся: отварная кура, помидоры, мак, майонез и сухари.* * *
Вечер за готовкой и взаимными подколами прошёл незаметно. Хоть ты тресни, я чувствовал, что Кир наконец позволил себе расслабиться и от осознания этого я не мог перестать улыбаться. Он теперь позволял себе подойти ко мне ближе, коснуться меня, даже благодарно чмокнул меня один раз в плечо, когда я сказал, что сам помою посуду — он это дело ненавидел всей душой. Поужинав сытным салатом и поджаренным к нему мясом, мы разлеглись на кровати и играли в приставку в начатого недавно третьего Дьябло, переругиваясь и смеясь от реплик героев по типу «Мне не хватает гнева», когда у персонажа заканчивалась мана для выполнения того или иного действия. Обсуждали, кто из преподов на гневной тяге планету бы раза два обогнул по экватору. Но ближе к ночи силы всё же подошли к концу у нас обоих: мы начали зевать и клевать носом. И тут я задумался над тем, куда Кира, собственно, положить. ― Ну смотри, теоретически в моей импровизированной студии есть раскладное кресло, ― начал я, придавая себе расслабленный вид а-ля «мне всё равно, что ты выберешь», но на самом деле цепко следил за реакцией Кира и очень надеялся на другой выбор. ― Но постельного белья и одеяла на него нет, могу только большие дать. ― Если ты не будешь против, я бы разделил с тобой твою кровать, ― парень тоже напустил на себя улыбчивое спокойствие, но не слишком сильно — я знал, что при желании он умел притворяться намного лучше. ― Она большая, тесно не будет. ― Я в этом не уверен, ― ласково улыбнулся я, не в состоянии выглядеть не как счастливый идиот. Судя по ухмылке Кира, тому это тоже нравилось. ― Тогда я тоже пойду в душ, схожу и вернусь, а ты пока снимай покрывало и располагайся. Покрывало можешь кинуть на стул, оно там обычно и ночует. Кир кивнул, и я удалился в ванную, думая, а не подрочить ли мне снова, чтобы суметь держать себя в руках, как и планировал. Но, встав под прохладный душ, понял, что, несмотря на то, что Кира хотелось неимоверно, долго плескаться, наоборот, не хотелось. Да и чай не подросток, могу и потерпеть. Поэтому я быстро ополоснулся, вымыв ещё и дурацкие кудрявые волосы, надев обратно и футболку, и штаны, вернулся в комнату, хотя спать предпочитал без штанов. Кир лежал под одеялом и залипал в телефон, но отложил его, как только я вошёл. И, может быть, я это себе придумал, но слегка надулся от обиды, увидев меня вновь одетым. Я подошёл к кровати со своей стороны и уже хотел было лечь, но парень всё же подал голос: ― Ты в курсе, что в одежде спать вредно? Она нарушает регуляцию температуры тела, ― нарочито заумным тоном сказал Кир. Но весь сжался, когда я на него глянул, приподняв брови в удивлении. ― То есть ты хочешь сказать, что ты сейчас под одеялом без одежды? ― медленно и чувственно спросил я, опираясь на кровать руками и тем самым нависая над парнем. ― Эм, нет, ― чуть нервно, но с усмешкой парировал Кир. ― Но на твоём месте точно бы снял штаны. ― Только если ты настаиваешь, ― я встал и медленно, показушно стянул с себя штаны, а поднимая их, повернулся к парню спиной и прогнулся в пояснице. Повернувшись обратно, я мог наблюдать залитые румянцем щёки и горящие глаза, которые этот наглец даже не думал отводить. И прервал для себя и него картинку, щёлкнув кнопкой пульта, лежащего на тумбе, выключив тем самым свет. ― Надеюсь, ты счастлив, ― чуть хрипло выдохнул я, ложась рядом, но не собираясь даже пальцем тронуть Кира первым. ― Весьма, ― фыркнул тот, пододвигаясь и утыкаясь носом мне в шею. Я поднял руку, приобнимая его, чтобы он лёг удобнее. ― От тебя пахнет хвоей, ― сообщил он мне шёпотом, шумно втягивая воздух. ― От тебя тоже, это мой шампунь тире гель для душа, ― хмыкнул я, начиная водить рукой по его боку, на котором она лежала. ― Да, я заметил разнообразие твоих банных принадлежностей, ― выдохнул Кир, щекоча мне шею своим дыханием. А потом вдруг приподнялся на локте и, заглянув в мои глаза, потянулся за поцелуем. В этот раз я просто лежал, с удовольствием отвечая ему и поглаживая по спине и бокам, иногда зарываясь в отросшие уже почти до плеч светлые волосы Кира, массируя кожу головы, но не пытался перехватить инициативу. И парню, кажется, это нравилось, он смело оглаживал меня по животу и забирался руками под футболку. Я был готов к этому, но всё равно не смог сдержать стона, когда шаловливые, явно нарывающиеся ручонки, нашли один из сосков. И пирсинг в нём. Кир аж отстранился, судорожно убирая руку и переводя взгляд с моего лица на грудь, разглядывая проступающий через ткань футболки сосок со штангой пирсинга. Смотрел он со смесью удивления, возбуждения и недоумения. А я просто улыбнулся ему, не зная, что тут можно сказать. Мы оба тяжело дышали и были на грани того, чтобы сорваться. Но Кир, внезапно переменившись в лице и смутившись донельзя, вдруг отвернулся и накрылся одеялом с головой, пробурчав что-то наподобие «спокойной ночи». Я рассмеялся столь детской реакции и обнял его со спины через одеяло, целуя в шею, от чего тот ещё сильнее сжался, будто боялся чего-то. ― Спокойной ночи, Кир, ― прошептал я на красное от смущения ухо. После чего и сам прикрыл глаза, вновь невольно задумавшись о том, а было ли, собственно, у Кира что-то с парнями или девушками. И как именно. И насколько ему нравятся подобные бодимодификации. Но терзать его дурацкими вопросами, когда он в таком состоянии, не стал, решив оставить этот вопрос до более удобного случая. Да так и уснул, с удовольствием отметив, как спустя время тёплое тело расслабилось в моих руках.
