Мемуары первого Темного Властелина

ЭА Как ни странно, я отчетливо помню момент своего создания. Я появился из удивительно гармоничного слияния двух противоположных мелодий. Одна из них была громкой и очень быстрой. Я пытался поспеть за ее звучанием, но вечно не успевал на какие-то доли мгновения. Вторая - не менее громкая, но неспешная, вдумчивая, постепенно вытесняла первую, пока наконец не заглушила вовсе. И сколько бы я ни прислушивался, так и не мог более уловить даже отзвука первой темы. Слияние этих мелодий породило пространство. Вначале оно ежесекундно менялось, словно не могло найти оптимальную форму своего существования. Но, постепенно темп изменений замедлялся, и вокруг сформировалась Вселенная. Я совершенно не мог понять кто я есть и для чего создан, что происходит вокруг и откуда взялись знания о "пространстве" и "Вселенной", если буквально только что всего этого просто не существовало. То были самые пустые несколько мгновений (вечностей?) проведенных мной в полном одиночестве. Я чувствовал кого-то над собой, кого-то сильного и важного, и очень занятого. Мне было интересно, чем именно занят тот, другой, но ему было не до меня. А потом появился Он. Он был почти такой же как я, и с Ним было удивительно спокойно. От Него шел чистый мелодичный звук, постепенно складывающийся в столь же прекрасную тему. Я чувствовал какую-то странную ответственность за Него и частенько прятал от гнева того, другого, когда тот в ярости принимался уничтожать только что созданные им творения. Вначале тот практически постоянно на что-то злился, сметая все на своем пути. Подчас я с трудом успевал сокрыть нас обоих от его взора и пару раз испытал на себе отголоски его гнева. Но тот всегда успокаивался и снова брался за работу. Это не могло не вызывать моего восхищения. Постепенно вспышки его гнева стали все более редкими и мы с Ним могли свободно блуждать по формирующийся вселенной. Мы вместе смотрели на рождение звезд и планет, сновали между метеоритных дождей, блуждали возле черных дыр, пока, наконец-то, не встретили того, другого, лично. Казалось, он вмещал в себе все оттенки существующих звуков, но вместо ожидаемой какофонии, звучал очень... правильно. Другой пребывал в благодушном настроении и сказал, что он – Эру Илуватор, наш отец и что он выбрал нам имена. - Тебя, мой сын, отныне и вовек звать будут Мелькор. – Сказал мне отец, после чего обратился к Нему. – Тебе же имя будет Манвэ. Носите их с гордостью, сыновья Илуватора. Имена, данные нам Илуватором, звучали странно. Признаюсь, я долго не мог понять, зачем нам эти нелепые сочетания звуков. Ведь я бы никогда не спутал Его ни с кем иным, как и Он меня, но спорить с отцом из-за таких мелочей я счел излишним. К тому же, мне все еще было интересно – чем же занят наш Создатель. Отец, заметив мое любопытство, продемонстрировал результаты своих трудов. Оказалось, что он переделывал Вселенную, придавая ей форму, упорядочивая. Это было самое завораживающее зрелище, из всех, что мне доводилось видеть. Я неотлучно ходил за отцом, спрашивая его обо всем, что нас окружало. Мне была интересна каждая мелочь. Но тот был слишком занят обустройством своей вселенной и редко отвечал на мои вопросы, а если и отвечал, то только сильнее запутывал. Так что я принялся познавать окружающую реальность путем экспериментов. Брат помогал мне, хотя сам не сильно этим интересовался, больше желая помочь отцу, чем выяснить принципы нашего существования. Но, когда Илуватор наконец отвлекся на нас, то похвалил за проявленную инициативу и даже снизошел до разъяснений совсем непонятных мне вещей. Позже, мы с братом начали помогать отцу по мере сил. Иногда мы не сходились во мнениях, но в итоге я уступал отцу. В конце-концов, ему и правда лучше знать как обустраивать свою вселенную. Однако, было кое-что еще. То, что я обнаружил во время самостоятельного изучения. То была неведомая сила, что таилась где-то за пределами Вселенной. Я слышал отзвук той, первой мелодии, что так понравилась мне при создании, у черных дыр. Ее музыка играла при взрывах звезд, она была… удивительна. Но брат этой силы боялся, а отец становился хмур, стоило мне заговорить о ней. И я решил оставить ее в покое. Ведь, у меня были брат и отец. У меня была семья. Я бросил все силы на помощь отцу, мы вместе придумывали новые миры, создавали систему. Конечно, я не мог удержаться от шалостей и некоторые миры, а порой и созвездия получались весьма… своеобразными. Илуватор качал головой, но не ругал. За него это делал мой брат. Ему жутко не нравилось, когда что-то шло вне плана, а мне, признаюсь, нравилось его дразнить. Несмотря на то, что я появился раньше, Манвэ был намного серьезнее и часто пенял на мое сумасбродство. Но я-то знал, что он меня любит. Тогда я это знал. --- Его приближение я чувствую всем существом. Непроизвольно улыбаюсь, не отрываясь от своего занятия. Брат застывает чуть в отдалении, не спеша вмешиваться. – Что ты делаешь? – Наконец не выдерживает он, подаваясь ближе. – Смотри! – Тут же хвастаюсь, слегка подталкивая пылающий сгусток. Тот врезается в соседний, запуская череду движения. Мы увлеченно наблюдаем, как все больше ускоряющиеся метеоры мелькают вокруг, разгоняя друг друга. Брат тянется к одному, заставляя его полыхнуть светло-белым. – Эй! Возвращаю своему метеору первоначальный красно-рыжий цвет. Манвэ хмыкает и перехватывает другой, обеляя, и запускает в полет. Тот, врезаясь в «мой» метеор, заражает его своей белесостью. – Ах так! Брат с вызовом вскидывает брови. Ну все, сам напросился! Носимся, отбирая друг у друга небесные тела, стараясь отвоевать «свой» цвет. Смеясь, толкаемся, все больше ускоряясь. Метеоры, подпитываясь нашей энергией, сливаются в едва различимую линию, и до меня слишком поздно доходит – чем это чревато. Манвэ улавливает перемену мгновенно, оттаскивая меня от эпицентра, а я отбрасываю ставшие опасными игрушки подальше от нас. Но взрыв все равно отдается. Нас подкидывает и слегка оглушает. Но это не самое страшное. Гораздо хуже – красноречивая дыра в ровненьком ряду расставленных отцом планет. – Это ты виноват! – Заявление выходит обоюдным, так что мы негодующе смотрим друг на друга. Но разгореться спору мешает появление Отца. Хоть он и не облекает себя в духовную форму, его присутствие ощущается мгновенно и сразу же накрывает собой. Мы тут же замолкаем и виновато опускаем головы. – Что здесь происходит? – Голос Отца спокоен, но я сразу же улавливаю нотки недовольства. – Я проверял теорию разнополярности. – Не успев толком обдумать последствия, подаюсь вперед. – И немного ошибся с расчетами. – Мелькор. – От накатившего неодобрения я едва стою на месте. – Ты достаточно разумен, сын мой, чтобы осознавать последствия совершаемых действий. И столь беспечное отношение меня крайне разочаровывает. – Это я попросил показать. – Влезает брат. – Мелькор говорил, что еще не все доделал, а мне было любопытно. – Мы все восстановим! – Торопливо обещаю, пока Отец не заострил внимание на очевидной лжи. Илуватор задумывается и благосклонно соглашается, вновь оставляя нас одних. Молча переглядываемся и принимаемся за работу. --- Все стало меняться, когда Эру создал Их. Первой из них была Варда. Томный перелив низких звуков, то упоительно медленный, то волнующе-быстрый. Едва взглянув на нее, я решил, что никогда не видел и более не увижу ничего прекраснее. Окутанная тьмой бесконечного космоса она тем не менее сияла ярче, чем любая из созданных нами звезд, но была холодна, далека и полна тайной, не совсем понятной мне притягательности. Меня влекло к ней с неудержимой силой, а дух заходился трепетом, стоило ей бросить на меня мимолетный взгляд. Я готов был сделать все, что угодно, лишь бы она чуть дольше находилась в моей компании, которой так откровенно избегала по непонятной для меня причине. Заметив, как ее влекут созданные нами небесные тела, я попросил отца позволить ей присоединиться к нам, но получил отказ. " - У каждого из вас свое предназначение, Мелькор. - Строго ответил мне отец. - Тебе же следует поучиться разделять работу и личные интересы". Тогда я не посмел ему перечить, хоть и не совсем понял, почему Варда не может помогать нам. Возможно, отец действительно лучше знает, что уготовано его детям. Но, помимо этого, создание Варды заставило меня задуматься над тем, как же выгляжу я. Отбросить навязчивую мысль не получалось, и я сбежал на другой конец вселенной, к небольшому озеру звездного света. В нем отражались планеты и другие космические тела, так почему бы не отразиться мне? Я осторожно подошел к краю озера и, преодолевая непонятно откуда взявшуюся робость, взглянул на свое отражение. Из глубин призрачных вод на меня смотрел темный силуэт, словно впитавший всю темноту этой вселенной. Хм, не так уж сильно мы различались с Вардой, разве что, вместо холодного серебра ее глаз мои полнились тяжелой синевой. - Не замечал за тобой раньше приступов самолюбования, Свет мой. - Брат? – Я подскочил, будто попался на чем-то действительно постыдном. - Не уж-то наша новая сестра заставила тебя вести себя столь необычно? – С ласковой насмешкой поинтересовался тот. - Вовсе нет! – Непонятно с чего слукавил я, но тут же понял, сколь это бессмысленно. – Разве тебе самому никогда не хотелось узнать – как ты выглядишь? - Я знаю. – Невозмутимо пожал плечами брат. – Так же, как и ты. Я открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Вместо этого я, наверно в первый раз, вгляделся в брата. Мы действительно были похожи, хоть я и не мог сказать - в чем именно, ведь облик моего брата был светел до рези в глазах. Мне это, конечно, нисколько не вредило, но стало понятно почему Варда так редко смотрела на него в упор. - Нет, брат мой, - я покачал головой, - взгляни сам. Отодвинувшись от края, я протянул ему руку. Манвэ, чуть поколебавшись, ее принял и также следуя моему примеру, взглянул в озеро. Мы стояли у вод звездного света и смотрели на самих себя. Было так странно видеть нас со стороны, столь схожих и различных одновременно. - Это не имеет значения. – Нарушил тишину Манвэ. – Мы, ведь, одно целое, брат мой. – От его слов у меня в груди разлилось что-то теплое. Я порывисто обнял его, зарываясь носом в светлые волосы. - Да, брат. Мы – одно целое. --- Вторым из них отец создал Алуе. И вместе с ним родилась неприязнь. Громкий, резкий, монотонный, от одного его присутствия хотелось перестать слышать. Или заставить его замолкнуть. Мы не нравились друг другу, до того откровенно, что даже безучастная ко всему Варда высказалась по этому поводу. - Видит Эру, эта вселенная слишком тесна для вас двоих. Алуэ был рыжим, как огонь в кузне и коренастым, как его творения. Он создавал земную твердь в наших мирах, нагромождал огромные валуны, чем-то похожие на недвижимые метеориты, и назвал их горами. Признаюсь, во время работы он раздражал меня меньше всего. Илуватор же продолжал творить. Тонкий, текучий Ульмо, чей силуэт почти закрывали синие пряди волос, наполнял миры водой. Его мелодия была чистой и тихой, как перезвон водных капель. Ульмо мне нравился, и я сводил его к озеру звездного света, о котором мне напоминала его вода. Он тут же загорелся идеей сделать что-то столь же необычно-прекрасное. Йаванна, светилась изнутри теплом и уютом, и этим светом готова была поделиться со всеми. Иногда мы оставляли все дела и просто приходили посидеть рядом и послушать ее плавное, теплое звучание. Даже Варда рядом с ней потихоньку оттаивала. Йаванна создавала причудливые растения, напоминавшие по цвету ее волосы. Чтобы эти творения жили, Манвэ окружал миры воздушным куполом, названным атмосферой, который защищал планеты от пагубных явлений космоса. Намо, казалось, решил воплотить собой мрачность. Тяжелая низкая тема призывала держаться от него подальше, а его немигающий взгляд смотрел, будто, в саму твою суть. Но мне удалось найти с ним общий язык. Мы много говорили о бытие и, вначале осторожно, подбирая слова, о том, что лежит за его гранью. Намо действительно было интересно, что находится по другую сторону. Тогда я впервые за долгое время вспомнил о той, другой силе. После некоторых колебаний, я отвел Намо к черной дыре. Пораженно замерев вначале, тот все смелее прислушивался к таинственной музыке, я же просто наслаждался позабытым ощущением причастности. Мы тайком облетали Вселенную, сравнивая музыку у разных черных дыр, строили теории… А потом появился Ирмо. Пожалуй, именно тогда я окончательно убедился, что остальные создания Илуватора не являются нам братьями. Между Намо и Ирмо сразу же возникла необычайно плотная связь, коею я мог сравнить лишь со связью между мной и Манвэ. Да, они определённо были братьями друг другу. Это становилось ясно любому, даже несмотря на противоположность характеров. Ирмо был легким, немного беззаботным и дружелюбным. Одним своим присутствуем он рассеивал мрачность брата. Тема Ирмо переливалась весельем и звоном, но каким-то невероятным образом превосходно сочеталась с тяжелой темой Намо. - Мы больше не пойдем к той силе. – С легким сожалением в голосе сказал мне Намо. – Она опасна, и если собой я рисковать могу, то Ирмо… - Конечно, я его понял. Я бы тоже никогда не стал рисковать любимым братом, но отчетливо почувствовал сожаление от очередного расставания с запретным знанием. Нелюдимый Оромэ, сопровождаемый лихим, задорным ритмом, меня забавлял. Он вечно носился по Вселенной подальше ото всех. А однажды принес в подарок Йаванне хвостатую комету, из-за чего вусмерть разругался с Алуэ. Но Йенни, как и всегда нашла нужные слова для обоих. Впрочем, вскоре появилась Вана, сразу ставшая сестрой Йаванне, и Оромэ переключил внимание на нее, чего я откровенно не понимал. Я и помыслить не мог променять на кого-то Варду. Да, я нашел в себе мужество признаться, что полюбил ее и всеми силами добивался взаимности. --- Легкие облака газа послушной стайкой клубятся под руками Варды, потихоньку принимая задаваемою ей форму. Мельчайшие частицы кружатся в быстром, непрерывном танце и их звонкая чистая мелодия превосходно оттеняет голос создательницы. Отец не позволяет ей творить планеты, но разжигаемые ей звезды и собранные из них созвездия не менее прекрасны, чем будущие обитаемые миры. Прячусь в туманности, украдкой любуясь точными, но плавными движениями. Тем, как длинные красивые пальцы зарываются в светящиеся сгустки, разгоняя заленившиеся частицы, а после играючи смешивают, набивают газовые облака в упругий пульсирующий эллипс. Хочется подойти ближе. Сказать, как я восхищен ее творениями. И как очарован ей. Но почему-то не могу сделать и шага. Не могу даже пошевелиться, боясь спугнуть, прервать звучащую песню. Интересно, если я добавлю ее звездам немного цвета, она обратит на меня внимание? – Мелькор! – Отвлекаюсь от комплектования магмы и разворачиваюсь к вступившей в мою обитель Варде. Ее вид как всегда бесстрастен, но глаза… я невольно отступаю, натыкаясь на выцветший до белизны взгляд. – Илуватор недоволен моей работой? – Отец недоволен? – Быстро прокручиваю в голове последние разговоры с Эру. – Он не упоминал ничего подобного. Что случилось? – Ты внес изменения в мои творения. – Холодный высокий голос пробирает до самой сути. – Если не по приказу Создателя, то для чего? - Тебе… не понравилось? – Осознание, что мое вмешательство было не желательным наваливается внезапно и буквально парализует. - Что именно мне должно было понравиться? То, что ты исказил мои творения ради неизвестных замыслов? - Ледяной свет ее глаз на миг становиться ярким до слепоты, но она тут же берет себя в руки. - Не вмешивайся в мою работу, Мелькор. Опускаюсь на высокий стол, зачерпывая в горсть магму и бездумно переливаю из ладони в ладонь. Кретин! Ну конечно, ей не понравились эти темные пятна! А теперь она еще и считает, что я специально порчу ее работу... Торможу мысли, готовые уже потянуться за утешением к брату. Нет уж. Не хочу, чтобы он видел меня таким... слабым. Нужно придумать что-то другое. Что-то, что точно понравится Варде. И найти уже мужество с ней объясниться. --- - Сегодня. – Решаю окончательно и бесповоротно и поясняю, удивленно смотрящему на меня брату. – Сегодня я приглашу ее на прогулку и во всем признаюсь. - Какой ты смелый. – Пораженно выдыхает Манвэ. – У меня вряд ли хватило бы духу… - Смотри, - вытаскиваю шкатулку, демонстрируя содержимое брату, - как думаешь, ей понравится? - Спрашиваешь! – Тот пораженно осматривает мое творение. Тонкое ожерелье из двадцати и одного камня, пропитанных силой. Каждый из них я наделил своим универсальным свойством, чтобы вместе они образовывали гармоничный узор. Мы неторопливо идем по Чертогам безвременья. Эру создал их для нас. Он сказал, что мы можем считать их своим домом. Я не знал что такое дом и спросил его об этом. «- Ты можешь блуждать среди звезд и вселенных, - сказал мне отец, - ты можешь творить и разрушать. Но что бы ты не делал, дома всегда будет место для тебя. Здесь тебя примут кем бы ты ни стал, сын мой.». Моя любовь стояла вместе с Йаванной около небольшого фонтана – довольно забавного сооружения Ульмо. - Варда, - подхожу ближе, привлекая к себе внимания, - могу я?.. - Нет. – Ее голос звучит твердо и безжалостно. - Но я не… - Пытаюсь возразить, но вновь оказываюсь прерван резким взмахом изящной кисти. – Посмотри хотя бы… - Я знаю, что ты хочешь спросить и что сказать, Мелькор. – На этот раз она полностью разворачивается ко мне. – Мой ответ – нет. Твоей любви я не приемлю. – Острый коготок цепляет протягиваемое ей ожерелье, Варда вертит его и недовольно поджимает губы. – Душа твоя полна теней и гордости ростки щекочут разум. Твое творение лишь это подтверждает. Ответ мой окончателен и изменить его не в силах ничего. – Она безжалостно отшвыривает мой подарок, тонкая нить не выдерживает такого обращения, камни звонко катятся по полу чертогов, и я просто сметаю их в просторы вселенной. Может, там они кому-нибудь придутся по вкусу! Не помню, как я покинул Чертоги, как отделался от Манвэ, хотя тот упорно не хотел оставлять меня в покое, прихожу в себя, сидя на краю самой дальней черной дыры. Голова совершенно пуста, создается ощущение, что изнутри вырвали что-то важное, оставив взамен лишь ледяную пустоту. В которой разгорались искры злости. Чем я заслужил подобные обвинения?! И ведь никто, никто из них ей не возразил! Никто, даже… даже Манвэ! Уязвленное самолюбие требовало немедленно что-то натворить, я уже было вскочил, но замер, прислушавшись к музыке. Та зазвучала более умиротворенно, призывая успокоиться и подумать. Хмм, что ж, раз уж мне и так приписали якшанье с темными силами, так почему бы не воплотить их домыслы в жизнь? - Ты собираешься сделать глупость. – Бесстрастный, без какого-либо намека на вопрос голос Намо узнаю сразу. Впрочем, не удивительно, что меня нашел именно он. - Собирался. – Поправляю нашего всезнайку. – Принятое мной решение вполне закономерно, и если ты пришел меня отговорить… - Не вижу смысла сопротивляться предначертанному. – Пожимает плечами Намо. – Я лишь хотел сказать, хоть ты и не поверишь, что об отказе нашей звездной королевы ты будешь вспоминать как о счастливейшем моменте в жизни, когда нити твоей судьбы сплетутся с теми, кто тебе предназначен. - Ты прав, владыка судеб. Я тебе не поверю. – Кое-как выдавливаю улыбку. – Но все равно, спасибо. А сейчас мне пора. – Отбросив последние сомнения, решительно шагаю навстречу силе и музыке. - Иди, Мелькор, только помни, вернувшись, что не все из нас были тебе врагами.

***

Хаос был упоительным. Просто немыслимо потрясающим. Его живая, яркая мелодия захватывает меня мгновенно и я жадно впитываю ее звучание. Беспорядочно ношусь среди взрывов, уворачиваюсь от странных щупалец, тянущихся от некоторых планет, мечусь среди черных провалов буквально перекидывающих меня из одной области пространства в другую. В очередной раз провалившись в одну из таких дыр я пораженно замираю, глядя на огненное зарево занявшее большую часть пространства. Странное явление имело эллипсовидную форму и тихо вращалось во все стороны сразу. Заметив странное колыхание вокруг, оглядываюсь и понимаю, что эта часть мироздания тоже вполне обитаема. Медленно окружающие меня хаоситы выглядели… странно. Их небольшие и непривычно-материальные тельца окутывались толстым крепким слоем, чем-то напомнившем мне о скалах, возводимых Алуэ. У каждого за спиной трепыхались небольшие кожаные крылья, с помощью которых они ловко сновали вокруг и закрывали остальное туловище от пролетающих осколков метеоритов. Существа пока держались в отдалении, видимо, присматриваясь. Обуреваемый любопытством, первым тянусь к одному из них, но тут же отшатываюсь, получив болезненный удар когтистой лапой. Хаоситы ощетинились, угрожающе рыча. Пока я обдумываю, как поступить, парочка залетела с боков и попыталась меня цапнуть. Увернувшись от острых клыков, я начинаю злиться. Вот вы, значит, как! Запускаю в них сгустком энергии. Хаоситов отбрасывает, но они довольно быстро приходят в себя, всем роем кидаясь в атаку. Проклятье! Уворачиваться от этих существ становится все труднее, вспышки энергии, которые я кидаю в рой не всегда достигают цели. Инстинктивно отмахиваюсь от подлетевшего слишком близко хаосита, и слышу его болезненный визг. С удивлением смотрю на свои руки. Когти? Не знал, что я так могу. Отбиваться стало значительно удобнее. Но почему мне кажется, что я что-то делаю не так? Отец говорил, что, если сомневаешься в чем-то – слушай музыку, в ней есть все ответы. В нашей реальности это всегда помогало, так что я привычно тянусь к мелодии вселенной. Та охотно отзывается и меня накрывает волной ярости. Почти не контролируя себя, перехватываю одну из тварей, когтями сдираю шкуру и впиваюсь отросшими клыками в визжащее от ужаса существо. Когда я прихожу в себя вокруг не остается ни одного хаосита. Мелкие паразиты, второй уровень опасности. Забавно, кажется, при поглощении их жизней мне передалась часть их опыта и знаний об этом месте. Нужно все это… переварить. Чем больше я блуждал среди хаоса, тем больше вопросов у меня возникало. Как? Как, побери вас всех бездна, существует эта реальность? Вселенная, что творил Отец имела четкие систему и правила. Все планеты и миры пригодные для обитания в будущем занимали предназначенные им места. Все космические тела перемещались по вселенной в строго заданной последовательности. Из всей этой системы происходило время и пространство, также имевшие четкие, устойчивые свойства. Здесь же… практически каждую секунду приходилось подстраиваться под новые правила игры. Пространство вокруг издевательски менялось. Планеты создавались и разрушались в хаотичном порядке. Пару раз я едва успевал сбежать, потому что миры буквально начинали вырастать вокруг меня. Черные дыры работавшие здесь своеобразными порталами тоже не отличались постоянством. Одна из таких начала преобразовываться прямо у меня на глазах, через несколько секунд превращаясь в странное озеро наполненное темной водой, которое просто зависло в пространстве. А главное, спросить обо всем этом было решительно некого. Все попадавшиеся мне обитатели были крайне не дружелюбны. Так что приходилось поглощать новые знания путем пожирания их носителей. Но это тоже не особо помогало. Хаоситы не знали принципов существования своей реальности, принимая ее как данность. Вначале я по привычке все пытался вычислить закономерности: периодичность изменений в Хаосе, интервалы накатывающих бурь, концепцию создания и разрушения миров, но вскоре понял, сколь это бесполезно. Эта сторона реальности жила своими законами, понять которые разумом было совершенно невозможно, ими нужно пропитаться, пропустить через свою суть и принять, что я и пытался сделать. К реальности меня возвращает слабо позвякивающая нить, тянущая назад. Манвэ. Наша связь оказалась нерушимой даже здесь. Я нужен ему. Мгновение поколебавшись, нахожу нужный портал и возвращаюсь в свою реальность.

***

Стоит мне появиться в Чертогах, как меня тут же заключают в крепкие объятья. - Где ты был? Свет мой, я так волновался! - Манвэ несет какую-то поучительно-радостную чушь, а я обнимаю его в ответ и чувствую то, о чем когда-то говорил отец - я вернулся домой. - Со мной все в порядке, братишка. – Прерываю его лепет. – Что-то случилось? Я слышал, как ты звал меня. - Конечно звал! Тебя же не было… Мелькор! Что с тобой? – Брат отстраняется от меня, пристально рассматривая. - А что со мной? – Честно говоря, я несколько удивлен этим вопросом. Манвэ молча подводит меня к ближайшей отражающей поверхности (благодаря стараниям Ульмо таковых в Чертогах было немало). Хм, и правда, я стал выглядеть как-то… иначе. Не могу сказать, в чем конкретно это выражалось, разве что глаза – они стали намного темней и отсвечивали красным. – Тебя это пугает? - Меня это беспокоит. – Манвэ, хмурясь, продолжает меня рассматривать. - Как и меня. – Мы оба чуть вздрагиваем и резко разворачиваемся. - Отец! – Кажется, восклицание вырвалось у нас одновременно. Поддавшись нашему влиянию он изредка облекал себя в духовную форму, но с тех пор, как Эру занялся созданием живых, мы виделись очень редко. - Идем, сын мой, нам следует поговорить. – Он кивает мне и неспешно идет дальше. Я жестом показываю брату, что разберусь во всем сам и следую за ним. Мы в полном молчании идем по Чертогам безвременья, пока не оказываемся в зоне, которую отец выбрал для себя, и никто не смел нарушать его покой в ней. Меня это, правда, никогда не останавливало. Отец хоть и был вначале недоволен моим присутствием, вскоре смирился. Видимо, потому, что я никогда не мешал его исследованиям, да и сам любил придумать что-нибудь новенькое. За остальными я почему-то подобной страсти не замечал. С интересом оглядываюсь по сторонам, отмечая странные полупрозрачные сферы, медленно перемещающиеся по огромному залу. - Нам давно следовало это обсудить, - наконец произносит Илуватор, и, видимо заметив мое непонимание, поясняет, - твою тягу к неизведанному. Я знаю, где ты пропадал. - Отец!.. - Помолчи и послушай меня, Мелькор. – Строго нахмурившись, прерывает меня отец. – Я не просто так защитил эту часть мирозданья от Хаоса, ибо он крайне опасен. Ты и сам видел, сколь беспорядочно там все устроено. – Ты жил там, да? – Вдруг понимаю я. – До того как создал все это? – Не все так просто, сын. – Илуватор качает головой, устраиваясь в любимом низком кресле. Я привычно устраиваюсь на полу, укладывая голову ему на колени. – Там все такое странное. – Никак не могу выбросить из головы заинтриговавшую меня реальность. - Я не нашел ни одной привычной метки, ни одного знакомого плетения. Как все это вообще существует? – Никаких предположений? – По голосу понимаю, что отец улыбается и явно заинтересовано поглядывает на меня. – Мне попадались необычные… субстанции? Вещества? – Неуверенно начинаю я. – Огненное зарево, бездонное озеро и воздушные смерчи. Мне показалось, что тема этой реальности исходит прямо оттуда. Но едва я начинал что-то понимать эти явления исчезали, сливались или преобразовывались во что-то иное. Но, мне кажется, что это своеобразные источники, да? Такие же странные как и все там. Или все там такое странное, потому что у них такие источники? Отец тихо смеется, поглаживая меня по волосам. А я вдруг задумываюсь, могу ли я принимать более материальную форму? И как, интересно, я бы в ней выглядел? Как те хаоситы или как-то иначе? А остальные создания отца? - Ты слишком громко думаешь. – Фыркаю, и немного недовольно кошусь на создателя. Признаться, его манера отвечать только на некоторые вопросы либо не отвечать вовсе меня порядком раздражала. Хотя, порой приятно было доходить до ответов своим умом.

***

Пожалуй, последующие время, до начала сотворения Арды, было для меня самым веселым и беззаботным. Я гулял по темным мирам, издевался над Алуэ, чем вызывал крайнее неодобрение Манвэ. Йаванна с помощью Нессы от растений перешла на творение простейших форм жизни. Мне эта идея показалась интересной, и я тоже немного в этом попрактиковался, создавая миниатюрные и безобидные аналоги существ, встретившихся мне в других измерениях. Правда, они, почему-то, никому не понравились, а Йенни некоторое время на меня обижалась. С Вардой я почти не пересекался. Задетое самолюбие нет-нет, а давало о себе знать, но любви к этой валиэ я более не испытывал. Отец в это время вплотную занялся созданием жизни. Возвращаясь, я с каждым разом встречал все больше и больше новых творений. У Намо и Ирмо появилась младшая сестренка – Ниэнна. Шумный излишне панибратский здоровяк Тулкас стал чуть ли не лучшим другом Алуэ, и закономерно не понравился мне. Тихая Вайрэ всегда смотрела словно сквозь тебя, замечая только ей видимые нити чужих судеб. С яркой и эксцентричной Эсте у нас чуть было не закрутился роман, но пока я в очередной раз блуждал по иным мирам, она сдружилась с Вардой и демонстративно меня не замечала. Как ни странно, это совершенно меня не затронуло. После создания последнего из них, отец созвал всех нас в огромном зале. Там звучала уже знакомая мне музыка творения - именно с ее помощью мы с отцом создавали миры, но здесь она была будто… приглушена и не несла той силы, что так завораживала меня когда-то. Я едва подавил зевок, и удивленно оглядел остальных, восхищенно внимающих этой скукотище. - Валар и Валиэр. - Громогласный голос отца заполнил собой все пространство зала, однако его самого видно не было. - Все вы – мои верные помощники в обустройстве нашей вселенной. Близится час, когда народ айнур завершит свое формирование и к вам присоединятся ваши младшие подопечные - майяр. Общими усилиями мы практически завершили формирование Порядка, теперь же я объявляю о начале создания центра этой вселенной – Арды. Этот мир станет основой, а вы будете в ответе за него. Каждый из вас выполнит предначертанную ему мной задачу и возглавит сие мой сын. – Я резко отвлекся от своих мыслей. Отец хочет, чтобы я возглавил их? Эта мысль была... интересна. Я представил себя, сидящем на троне в окружении валлар, рядом со мной был Манвэ, и мы вместе правим всем и всеми. Завораживающая картина… Я так увлекся представлением своего будущего правления, что остальную речь отца просто пропустил. Ладно, если там и было что-то важное, всегда можно спросить у Манвэ.

***

- ... целое скопление планет. Пятнадцать или около того. И через какое-то время одна из планет взрывается. В произвольном порядке, разумеется. Так вот, местные каким-то образом умудряются вовремя перебраться с обреченной планеты на безопасные. Ну, а на месте старой практически сразу формируется новая планета. - Оромэ с младшей сестренкой Нессой слушали меня с широко распахнутыми глазами, Намо как всегда напустил на себя скучающий вид и то и дело одергивал Ирмо, пытавшегося влезть с ехидными комментариями. Йаванна тепло улыбалась, кажется, она не очень интересовалась иными мирами, а приходила чтобы просто повидаться со мной. В последнее время я частенько надолго уходил в Хаос, изучая его законы и принципы существования. - А в другом мире живут такие забавные огненные создания. Я бы хотел попробовать их воплотить. - Вытягиваю из памяти образ небольших крылатых сгустков пламени, хаотично кружащих по планете. - Как красиво. - Завороженно тянет Несса. И, внезапно подскочив, врывается в центр иллюзии и начинает танцевать вместе с огоньками. Да, действительно красиво. – Мелькор, зайди ко мне. – Голос отца отвлекает меня от завораживающего танца Нессы. Он звучит достаточно ровно, но я всей сущностью улавливаю охватывающее его недовольство. Злить отца еще больше не хочется, так что я без промедлений следую на его зов. – Ты снова ушел. – Констатирует Илуватор, стоит мне появиться на пороге его кабинета. Я молчу, потому что не вижу смысла отпираться, да и оправдываться мне не за что. – Мелькор. – Отец недовольно хмурится. – Я запрещаю тебе покидать нашу вселенную. – Запрещаешь? – До меня не сразу доходит смысл сказанного. Нет. Нет! Он же не серьезно? Я же только начал что-то понимать! – Твои путешествия опасны. – Продолжает Илуватор. – Не только для тебя. Если та реальность найдет лазейки в нашу, она просто поглотит все вокруг. Все мои труды растворяться в хаосе. Я не могу допустить этого. – Но отец! - Я лихорадочно ищу аргументы против его слов. Проклятье! Я не позволю запереть меня здесь! – Мелькор, послушай! Послушай меня. – Он сокращает дистанцию, пристально глядя мне в глаза. – Я… понимаю. Ты захвачен новыми знаниями. Ты ищешь ответы. Хочешь постичь все тайны мироздания. Ты так похож… - Он замолкает, качая головой. – Я не могу рисковать всеми своими творениями. Когда-нибудь ты это поймешь. – Но ты уже рискуешь. – Я не даю ему отстраниться. – Черные дыры. Думаешь, никто оттуда никогда не догадается, что это проход в иную реальность? – Я помню, как в начале Творения отец бесился из-за этих прорех. Несмотря на все его старания полностью избавить вселенную от них не удалось. Единственное, что у него получилось – заставить эти отзвуки иной реальности взаимодействовать с выстроенной им системой. – И что ты предлагаешь? – Медленно, будто неохотно интересуется Илуватор. – Заставы. – Эта мысль уже мелькала у меня в голове, но окончательно оформилась только сейчас. Я прохожу в кабинет отца, высвобождаю из одной из сфер карту нашей вселенной и начинаю быстро добавлять детали. – Если я захвачу территории на выходе из порталов и образую из них защитные и наблюдательные пункты, мы сможем вовремя отслеживать и блокировать угрозы нашей реальности. Мне только нужно понять, как там хоть что-то надежно зафиксировать. Но, кажется, я почти нашел ключ к разгадке! – Илуватор явно колебался, рассматривая обновленную карту с добавленной мной областью хаоса. – Отец, пожалуйста! – Ты действительно сможешь это сделать? – Наконец интересуется он. – Да. Дай мне время, и тебе больше не придется волноваться о проникновении к нам сил хаоса. – Хорошо. Я верю тебе, сын. Только покинув покои отца я понимаю, как сильно меня трясет от волнения. – Вот ты где, Свет мой, что… - брат запинается, видимо, уловив мое состояние. – Мелькор, что случилось? – Хорошо. Уже все хорошо. – Я непроизвольно тянусь к нему, и брат окутывает меня теплом объятий. Как же я рад, что он у меня есть.

***

– Ты снова опоздал. – Упрек летит, стоит мне переступить порог зала собраний. – А ты так переживаешь о моем отсутствии, Алуэ? Польщен. – Бросаю, не оборачиваясь, и усаживаюсь на свое место. – Да мог бы вообще не приходить. Без тебя хоть дышится легче. – Тут же встревает Тулкас. – О, ну теперь я точно не пропущу ни одно собрание. – Прекратите. – Привычно одергивает нас Манвэ. Мои противники недовольно сопят, но замолкают. Я ухмыляюсь и демонстративно поднимаю руки. Брат на это только неодобрительно качает головой. Ну вот, опять будет ворчать и пенять на мою безответственность. Валар и Валиэр привычно шумят вокруг, обсуждая наш новый мир, но я никак не могу переключиться. В мыслях все еще витают схемы плетений, расчеты и пока до конца не сформировавшиеся проекты будущих укреплений. Задача, поставленная отцом, оказалась не из легких. Я практически не вылезал из приграничий хаоса, не рискуя пока пробираться глубже. Вынужден признать, на словах моя идея казалась проще, чем на деле. Но я не собираюсь сдаваться! У меня начало получаться. Тяжко, со скрипом, но та реальность начинала поддаваться моему напору. Я все еще не мог надолго зафиксировать захваченные миры, чтобы они не рассыпались по частям, от легких потоков хаоса, но, кажется, начал понимать принцип. У меня же почти получилось! Я слышал это по меняющейся теме вокруг. И, кажется… да, кажется я знаю, где допустил ошибку! Нужно просто… – Мелькор! – Удивленно моргаю, и фокусируюсь на очень, очень рассерженном брате, буквально нависающим надо мной. – Ты что-то хотел? – Осторожно интересуюсь. – На сегодня все. Можете вернуться к своим делам. - Бросает Манвэ. - Мелькор, задержись. - Валар и Валиэр быстро покидают зал, оставляя нас с братом наедине. - Да что с тобой происходит? - Раздраженно рявкает он, стоит последнему постороннему покинуть нас. - А со мной что-то происходит? - Переспрашиваю как можно более невинно. - Ты издеваешься? Пропадаешь неизвестно где, пропускаешь наши собрания, а даже если соизволишь появиться, то витаешь в неизвестных просторах. - Брат расхаживает передо мной, явно стараясь успокоиться. - Тебе настолько не интересно со мн... с нами? Совсем не волнует наш новый мир? - Не говори глупостей, братишка. Стал бы я тратить время на эти посиделки, если бы не был заинтересован в успехе. И сегодня, между прочим, я все слышал. Ну, большую часть. - Быстро поправляюсь под скептическим взглядом. - А теперь, извини, но мне нужно ненадолго отлучиться. - Беззаботно подмигиваю все еще недовольному брату и выскальзываю из зала. Я иногда подумывал, чтобы рассказать ему чем именно занимаюсь, но каждый раз отказывался от этой идеи. Зная Манвэ, он наверняка увяжется за мной, желая помочь. А хаос далеко не безопасен. Рисковать братом я не мог, пусть уж лучше считает меня разгильдяем, оставаясь в блаженном неведении.

***

Дальнее крыло Чертогов Безвременья окутала темень. Огоньки-светильники, созданные Вардой и заботливо пристроенные Йаванной, померкли, повинуясь чужой воле. Пространство широкого зала заполняла гнетущая тишина, в которую постепенно вплеталась мелодия. Тулкас насторожено оглядывался, явно пытаясь понять что происходит и куда делись Алуэ и Оромэ, вроде бы шедшие рядом. Он делает осторожные шаги, но все таки умудряется зацепиться за внезапно появившийся выступ и грохается на пол. – Мелькор! – Ревет разобиженный здоровяк. – А ну покажись! Я знаю, это твоих рук дело! Ну моих, и что? Должен же я как-то расслабляться. А то сплошной стресс с этими заставами. Демонстративно смеюсь, но увожу звук смеха чуть в сторону, одновременно творя едва видный фонтом. Тулкас подрывается и со всего лету врезается в прозрачную поверхность, эпично стекая по ней на пол. – Ну вот и что ты делаешь? – Едва слышно вздыхают рядом. – Проверяю бойцовские навыки Асталдо? – Невинно кошусь на брата. Тулкас меж тем поднимается и с едва ли не большим энтузиазмом с разгону влетает в ту же стену. Манвэ честно пытается сохранить благостно-строгий вид, но на третий раз все же не выдерживает, смеется вместе со мной. – Он стену сейчас пробьёт. – Качает головой Манвэ. – А тебе какое имущество больше жалко? – Хмыкаю, привычно уворачиваясь от подзатыльника. – Не, не пробьет. – Пробьет. – Упрямится брат. – Нет. – Выразительно смотрю. – Да. – Получаю не менее выразительный взгляд. – Спорим! – Предлагаем одновременно. Хаос, а я почти забыл, что он может так улыбаться. Тулкас в очередной раз поднимается с пола, пылая праведным гневом, но бросаться на стену не спешит. Я уже было готовлю ехидную реплику, но тут этот гаденыш выдает натурально моим голосом. – Так и думал, что тебе это не под силу! Тебе никогда не добраться до меня, болван! – Болван?! – Негодующе шиплю. – Серьезно? Еще бы безобразником назвал! Брат только отмахивается, продолжая каверзно ухмыляться. Взбодренный Тулкас издает ревущий звук и таки сносит стену. - Я выиграл. - Заявляет Манвэ, утаскивая меня по коридору подальше от бушующего Асталдо. - Жулик. - Фыркаю. - У тебя учусь. - Парирует брат. - Ну и?.. - Демонстрирую полное смирение перед победителем. - Мм, - Манвэ задумывается, но как-то слишком демонстративно, - разгони пояс астероидов у Глэи. - Чем он тебе не угодил? - Припоминаю довольно безобидное скопление небесных тел. - Подожди-ка. Туда же Оромэ на свиданки носится? - И не работает. - Кивает Манвэ. - Мне хватает и того, что ты вечно где-то шляешься. Пожимаю плечами. Разогнать так разогнать. Чего для любимого брата не сделаешь.

***

Я летел по Чертогам, буквально переполненный восторгом и гордостью. Получилось! Правда получилось! Первая застава готова! Прочная. Надежная. И даже с гарнизоном. Как только у меня действительно получилось зафиксировать захваченные миры, ко мне потянулись группы четыре-пяти уровневых хаоситов, предлагая свое служение. Благодаря поглощенным знаниям местных я уже знал как правильно накидывать вассальные привязки. Так что теперь я мог с чистой совестью отчитаться перед отцом, что мой план работает. И нет совершенно никакой необходимость запрещать мне продолжить изучать хаос. Уже подлетая к покоям отца я неожиданно сталкиваюсь с Алуэ. - Создатель велел не беспокоить его. - Мрачно сообщает он. - Я передам папе, что ты стараешься, - хмыкаю, - может, он даже почешет тебя за ухом. - Нет. - Этот исполнительный придурок демонстративно загораживает мне проход. - Ты придешь сюда, когда Он позволит. - Я приходил, прихожу и буду приходить сюда когда захочу. В отличии от вас мне не нужно высочайшее соизволение, чтобы повидаться со своим отцом. - Насмешливо окидываю его взглядом. - Тебе лучше отойти с моей дороги. - Даже не... - Мелькор. - Прерывает его явно гневную тираду голос отца. Я демонстративно изгибаю бровь. Алуэ одаривает меня яростным взглядом, но отходит - перечить воли Илуватора никто не смеет. - Хорошие новости? - Окидывая меня беглым взглядом, интересуется отец. И я принимаюсь вываливать на него тонну информации о своем первом успехе. Он внимательно слушает, кивает и даже просит показать схему моих действий. Я беспрепятственно пускаю его в свое сознание. - Да, это может сработать. - Он отстраняется, устремляя задумчивый взгляд в пространство. - Ты взял на службу тварей хаоса? - Ну да, - пожимаю плечами, - кого мне еще оставлять там на страже? - Ты не должен доверять им, сын. Хаос коварен, как и те, кто ему служит. - Как скажешь, отец. - Я покорно склоняю голову. - У меня еще много работы, так что я пойду. - Он кивает, и я тут же выскальзываю из его кабинета. Я мог бы поспорить с ним, рассказав, что принимал вассальную присягу у моих подопечных по всем законам хаоса, но почему-то уверен, что отцу это не понравиться. Как и способ которым я добыл об этом информацию. --- - … пойду и скажу! – Решительный басовитый рык Тулкаса доноситься особенно четко. Подслушивать я не планировал – просто, ммм, беседа с Эсте завела нас в один из укромных уголков Чертогов, а то, что этот участок избрали для своего обитания мои любимчики я вспомнил только после ухода валиэ. – Не глупи. Илуватор мудр и знает, что и кому поручать. – Наставительно зудит Алуэ. Уйти или послушать? Вряд ли это что-то интересное, но… - Он слишком доверяет этому… темному. Это должно было быть моим делом, понимаешь? Моим! – В голосе здоровяка неподдельная обида. Впрочем, я очень сомневаюсь, что он способен на «поддельные» чувства. – Он знает лучше. – Со значением произносит Алуэ. – И испытывает каждого из нас. Не уподобляйся и будешь вознагражден. – Голоса удаляются и я, сдерживая смех, покидаю свое убежище. Испытывают их, значит. Что ж, сами напросились. – Ульмо! – Широко улыбаясь, приобнимаю за плечи скучающего около фонтанов валу. – Представляешь, отец обмолвился, что стоять на страже Анирэ могут лишь достойные. Как думаешь, что бы это могло значить?.. --- – Что это? – Манвэ немигающим взглядом всматривался в проект будущего мира. – Мелькор? - Вулканы. – Пожимаю плечами. – По-моему получилось забавно. – Тоже мне забава – пышущие огнем горы! – Не замедлил недовольно прогудеть Тулкас. - А ну как через край польется? - Польется. – Со всей возможной серьёзностью киваю я. – Вот будешь там гулять, земная твердь твоего веса не выдержит, сдвинется, огонь и польется. – Не засмеяться, глядя на медленно наливающегося краснотой здоровяка было практически невозможно. – Да он просто издевается над нами! – Негодующе рявкнул Алуэ. – Светозарный Манвэ… - Достаточно. – Ровный голос брата останавливает и медленно поднимающегося Тулкаса и разошедшегося кузнеца. Я тоже унимаю смех. – Каждый из нас вправе вносить свой вклад в оформление будущего мира. Если творения нашего брата не несут угрозы целостности планеты, то я не вижу причин отвергать его задумку. Но я вынужден вновь напомнить вам о недопустимости внутренних конфликтов. – Неразлучная парочка что-то тихо извиняющее пробурчала. Я под взглядом брата тоже прикинулся паинькой, прекрасно зная, что он не поверит ни на секунду. – Предлагаю вернуться к делам. – Ты когда-нибудь перестанешь их задирать? – Брат перехватывает меня на полпути к мастерской. – Когда найду кого-нибудь поинтереснее. – Хмыкаю в ответ, не сбавляя шага. – Они все так же умилительно жалуются на меня по любому поводу? - Алуэ потратил уйму времени чтобы проинспектировать небесные тела, имеющие в составе больше пятнадцати процентов карбада, и рассортировать их в зависимости от массы и удаленности по поручению Отца. Которого, как оказалось, не было. А сколько бы Тулкас простоял в почетном карауле около созвездия Анирэ, если бы его не нашел Оромэ? - В следующий раз нужно заранее обговаривать маршрут нашего бродяги. – Легко уворачиваюсь от воспитательного подзатыльника. – Да ладно тебе! Еще скажи, что тебя это не повеселило! – Мел, они же наши… - … подданные. – Подсказываю я. – Ты же не считаешь их братьями? – Нет, Свет мой, не считаю. – У Манвэ приятно смягчается голос и я не могу сдержать улыбки и порыва к нему прикоснуться. – Посмотришь на пару моих задумок? – Ненавязчиво перехватываю его руку и переплетаю наши пальцы. Он молча кивает, сжимая мою руку в ответ.

***

Мои владения и подданные множились, вызывая во мне заслуженную гордость. Еще бы! Ведь я наконец-то стал понимать, чувствовать хаос, практически так же как и местные обитатели. О, как же много мне хотелось тут попробовать! Я даже подумывал оставить Арду не время брату и перебраться сюда. Мне бы очень хотелось найти источники, попадавшиеся в мой первый визит. И кого-нибудь более разумного. Уровня пятнадцатого, хотя бы. Я так и не понял сколько конкретно уровней у местных. Мне пока не попадалось никого старше десятого - они были достаточно разумны, чтобы общаться, хоть и не понимали многого из моей речи. Именно таких существ я поставил во главе своих миров, они руководили своими менее разумными собратьями и следили за порядком. Но я точно знал, что где-то в глубинах хаоса есть существа подобные мне. Надеюсь, когда-нибудь я их найду. Что меня неимоверно раздражало, так это появившаяся у Валар традиция собираться в главном зале, для обсуждения дальнейших планов. Хаос, как же нестерпимо скучно это было. Так что, когда одна из моих защитных сетей предупреждающе запищала, я с радостью сбежал оттуда. В одном из темных миров проходил дележ власти и территории, в который я оказался невольно втянут. Да и пара новых миров лишними не будут. Темные цверги отдельно порадовали, притащив на откуп огромный молот, рукоять которого даже немного возвышалась над моей головой. Оружие мне понравилось и я дал ему имя – Гронд, в память о месте, где он был выкован. Однако, в этот раз я был в темном измерении гораздо дольше обычного, и что-то подсказывало мне, что по возвращению меня ждет много сюрпризов. Реальность была оживленной. Очень оживленной. Тут и там сновали какие-то духи, еще не принявшие телесной формы. Майар. Точно, отец же говорил о них. Илуватор встречает меня у входа в Чертоги. - Ты многое пропустил, Мелькор. – Он явно недоволен. - Прости, отец, - я хмурюсь, не понимая причин его раздражения, - в одном из миров началась война, мне пришлось драться за территорию. - Кто-то пытался пробраться к нам? - Нет. Цверги хотели отвоевать себе часть одного из миров. Там какой-то редкий металл. Мои подданные выступили против них, но цверги заручились поддержкой ленгоров, так что мне пришлось вмешаться и... - Что за бесполезное занятие! – Отец отмахивается, кажется, уловив лишь то, что его вселенной ничего не угрожало. – Твое место здесь, мой сын, как и твое предназначение. - Кто так решил? – Вопрос сорвался раньше, чем я успеваю его обдумать. Но, в самом деле, почему я должен подчиняться какому-то неизвестному мне сценарию? - Так решил я! – Сила, до этого сдерживаемая Илуватором на мгновение сжимает меня в тисках, я, пошатнувшись, проваливаюсь к стене. – Ты - мое творение, Мелькор. И ты обязан подчиняться мне. Надеюсь, тебе этого будет достаточно. Отец уходит, а я все еще пытаюсь осознать, что только что произошло. Нет, до этого я пару раз видел вспышки его гнева, в основном связанные с моим сумасбродством, но еще никогда он не… не указывал мне на мое место. Это было обидно. А еще пугающе. Только сейчас до меня в полной мере дошло, что Илуватор действительно может заставить меня делать то, что ему нужно, не считаясь с моим мнением. И даже запретить мне… Перспектива больше никогда не прикоснуться к Хаосу, оставить все, что я с таким трудом завоевал… потерять свободу. На мгновение накрывшая паника требовала немедленно сбежать в один из миров, спрятавшись там, но я быстро взял себя в руки. Я – первое творение Илуватора и достоин стоять рядом с ним. И я докажу это. Во что бы то ни стало.

***

С тех пор я не пропустил ни одного собрания, оживленно участвовал в обсуждениях планов, вступал в дискуссии с Валар… старался быть на виду. Это вызывало несказанную радость Манвэ. - Я уже и забыл, когда мы с тобой о чем-то говорили дольше пары минут. – Он сосредоточенно, тащит меня куда-то по Чертогам. - Брось, братец, вечно ты утрируешь. – Я улыбаюсь, про себя признавая его правоту. Тем временем мы заходим в дальнее крыло, обычно пустующее. - Мм, Мелли, - брат останавливается и как-то смущенно на меня смотрит, - нужно поговорить. - А разве мы не этим занимаемся? – Приваливаюсь к ближайшей стене, разглядывая брата. У того донельзя смущенно-растерянный вид, а еще, мне показалось, что он чувствует себя виноватым. – Что случилось, Манвэ? - Я… я хотел поговорить о Варде. – Он усилием воли стряхивает с себя эмоции и, решительно выпрямившись, смотрит мне в глаза. Я морщусь. - О, только не начинай, братишка! Я же сказал, что больше не испытываю никаких чувств к этой валиэ. - Точно? – Его взгляд пробегается по моему лицу, словно выискивая признаки лжи. - Совершенно. – Пожимаю плечами. - Хорошо. Если бы это было не так, я бы никогда не стал… - Манвэ запинается, а у меня начинает ворочаться нехороший червячок предчувствия. – Не стал встречаться с ней. - Вот как. – Мои слова звучат удивительно безэмоционально, а где-то внутри противно скребется задетое самолюбие. – И давно? - Мы… сблизились как раз перед твоим последним исчезновением. Я хотел поговорить сразу, но не успел. Ты же не обижаешься на меня, Свет мой? - Какие могут быть обиды! – Усилием воли загоняю уязвленную гордость как можно дальше и беспечно улыбаюсь брату. Мы еще о чем-то болтаем, чтобы заполнить возникшую неловкость, но, когда его окликает Оромэ, я испытываю облегчение и буквально сбегаю в один из своих миров. Хмм, и когда это я стал считать их своими?.. Заглушаемое рассудком самолюбие тут же берет верх, требуя немедленно что-то сделать, как-то испортить им отношения, высказать этому мелкому предателю все! Разумом я понимал, насколько иррационально мое раздражение и злость, но обуревавшие чувства успокоить не удавалось. И что она нашла в НЕМ такого, чего не было во МНЕ? Перебив немного хаоситов и успокоившись, я вернулся в Чертоги. Не следовало надолго покидать реальность, это может поставить под угрозу весь мой план… Со своим мнением по поводу выходки брата я так и не определился, решив, что постараюсь избегать этой темы. --- Сотворение Арды было в самом разгаре. Алуэ заканчивал с ландшафтом, Ульмо спорил с Йаванной где должны простираться моря и океаны, а где будут расти ее творения, Манвэ окружал мир атмосферой. Меня же отец привлек в качестве помощника для сотворения обитателей этого мира. Он хотел создать нечто особенное. Вначале я даже подумал, что он говорит о чем-то наподобие животных, создаваемых Йаванной, но постепенно понял, что это вовсе не так. Он хотел создать жизнь чем-то похожую на хаосидскую, только свою, упорядоченную. Квенди мне, почему-то не понравились сразу. Они получались чересчур, приторно светлыми. И слишком походили на менее удачные копии Валар. А вот люди… люди меня чем-то зацепили. Пусть их жизненный путь и должен был быть недолгим, отец планировал наделить их величайшим даром – свободой воли. Только услышав об этом, я чуть было не отменил весь свой замысел, но сдержался. В конце концов, теперь у меня хотя бы появилась надежда, что он меня поймет. Арда, и правда, обещала стать величайшим творением этой Вселенной. Однако, чем ближе подходил момент окончания ее сотворения, тем страннее себя вели Валар. Наши собрания все больше и больше походили на кружок поклонения. Темы то и дело скатывались в обсуждение гения Илуватора, а я все пытался понять – что же случилось со всеми. Они стали как-то… слабее. Словно специально сдерживали свою силу. На мои осторожные попытки это выяснить, я получил лишь полное непонимание и отповедь Алуэ: - Наша жизнь и силы принадлежат Эру, разве имеем мы право использовать их без его указаний? Честно говоря, такой подход меня несколько… смутил. Они что, не помнят, как еще недавно обустраивали Вселенную? А теперь боятся лишний раз применить силу в мире? И отец ожидает, что я стану одним из них?!

***

Итак, этот миг настал. Отец собрал нас, для завершающего этапа творения. Пение Валар и Валиэр, и тихое многоголосье майяр придавало окончательную форму задуманному нами миру, а музыка отца несла жизнь в созданную им Вселенную. Все его творения, кроме айнур, спали и должны были проснуться еще не скоро, но он уже распределял судьбу и предназначение каждого их них. Песнь порядка звучала удивительно сильно, хотелось зажать уши, столь неприятна она была для моего восприятия. Эру нес жизнь и вместе с тем распределял роли… для всего в ней. И когда он дошел до нас, Валар, я решительно шагнул, становясь рядом с ним. - Мы не марионетки, отец! И достойны сами определять свою судьбу! – Страх, волнение, окутавшие меня накануне исчезли без следа, оставив место лишь полной уверенности в своей правоте, своей силе и себе самом. - Мелькор, что ты делаешь?! – Брат пытается удержать меня. Зачем? Разве ты не видишь, Манвэ, я делаю это ради всех нас! - Ты смеешь бросать мне вызов, мальчишка?! – Илуватор в ярости, впрочем, этого следовало ожидать. - Рядом со мной встанут другие! - Конечно, встанут, ведь не могут же они слепо вручить себя чужой воле? - Что-то я не вижу желающих! – Я недоуменно оглядываюсь на остальных… и вижу лишь непонимание и страх на их лицах. - Манвэ… - Я с отчаянием смотрю на брата. Неужели он тоже?.. Тот отводит глаза. Хаос, почему так больно? Усилием воли загоняю чувства подальше, разбираться с ними буду потом… если оно будет. – Не имеет значения. – Я вновь разворачиваюсь к Илуватору. – Если они позволяют добровольно одевать на себя цепи, то это их дело. Я – свободен! И равен тебе, отец. - Ты пожалеешь о своих словах! Все, слова больше ничего не значат, остается лишь чистая сила, воплощенная в музыке. Песнь Порядка звучит ужасающе сильно, но я готов. И в ответ ей несется великая музыка Хаоса! Мы кружим в безумном танце схватки, переплетая нити силы. Да, по стечению обстоятельств я – сын Порядка, но Хаос принимает всех. Да, я стал хаоситом, и мои домены раскиданы по всем темным мирам, но недавно я соединил их. О, это было сложно, переплетать нить сквозь измерения, завязывать их на одной точке, принявшей форму темной башни, проростающей сквозь все мои миры. Признаюсь, я сам еще не до конца понял принцип ее действия. Но силы, которые я мог свободно тянуть оттуда, того стоили. В какой-то момент мы одновременно отступили, заглушая музыку. Это была лишь разминка, время, чтобы узнать основные приемы противника. Присмотреться, продумать тактику… и снова кинуться в бой! Второй этап нашего поединка был не в пример жестче. Мы оба отбросили церемонии, сражаясь в полную силу. А Эру был силен, намного сильнее, чем я предполагал, но и я уже давно не был простым Вала. Схватка продолжалась, и я постепенно чувствовал, что Илуватор… слабеет? - Подумай о том, что делаешь, Мелькор! – Отразив мою силовую волну, заговорил он. Мы снова перешли в режим тишины, лишь покалывающая на кончиках пальцев сила говорила, что мы готовы немедленно вернуться к схватке. – Ты идешь против семьи ради Хаоса. - Я иду против семьи ради свободы! – Неужели он действительно не понимает? - И что же ты будешь с ней делать? - В этом и смысл, отец, - все, что захочу! Довольно разговоров, пора с этим заканчивать. Силы беспрестанно схлёстывались друг с другом, в попытках поглотить соперника, я, на периферии сознания, отметил разрушение нескольких миров. Какие-то из них необратимо изменялись от бушующего урагана. Порядок был силен, но Хаос ему не уступал. Постепенно Эру стал отступать и пропускать мои удары. И я совершил самую страшную ошибку из возможных – почувствовал свое превосходство, еще не победив врага. И это стоило мне всего. Последнее, что я запомнил перед погружением во Тьму – оглушающий мощи удар, отразить который я просто не успевал…