Пройди со мной этот длинный путь

Вирус распространился летом, когда в магазинах было мало зимней одежды. А то немногое, что оставалось на прилавках, давно разобрали, к большому разочарованию Стайлза. По стандартам Центральной Америки ещё не особо холодно, но следующие несколько дней температура всё больше понижается. Стайлз ужасно страдает: нос и руки краснеют от холода, кожа трескается. Он вздрагивает от каждого порыва ветра и обнимает себя руками, каждый раз, как они выходят из джипа. У Дерека волчий метаболизм, к тому же в Нью-Йорке зима не сахар, поэтому переносить холод ему легче. Но иногда, глядя на стучащего зубами Стайлза, он сам начинает мёрзнуть. Поэтому ему хочется хоть чем-то помочь. Он всегда садится к Стайлзу поближе во время перекусов. Пытается закрыть его своим телом от ветра, когда они куда-то выходят. Конечно, это мало помогает, но Стайлз льнёт к нему при каждом удобном случае, будто выражая признательность. Они оба немного поправились, пока путешествовали вместе. И неудивительно: выживать вдвоём куда легче. Они разделяют обязанности и меньше волнуются, зная, что напарник всегда прикроет спину. Но Стайлзу не повредило бы набрать вес ещё немного, тогда ему не пришлось бы одеваться в сто одёжек. — Ты как тот мальчишка из рождественского фильма, — подмечает Дерек однажды утром, наблюдая за тем, как одевается Стайлз. На нём уже три слоя одежды, но он не собирается на этом останавливаться. — У меня руки не опускаются! — очень похоже подражает Стайлз герою. Дерек смеётся, потому что вспоминал именно эту фразу. Стайлз и так с трудом встаёт по утрам, а с наступлением морозов положение усугубляется. Ведь теперь приходится вылезать из тёплого кокона одеял на холод. Первое, что делает Стайлз по пробуждении — садится и натягивает на голову чёрную вязаную шапочку, которую он забрал из одного дома в Гранд-Айленде. В последнее время он часто говорит, что не мешало бы сменить кроссовки на тёплые ботинки, поэтому сегодня они едут в округ Ларами. — Может, не стоило брить голову, — подмечает Дерек, наблюдая за тем, как Стайлз натягивает шапку чуть ли не на глаза. Стайлз сердито смотрит в ответ и показывает средний палец. — Постараемся раздобыть тебе ботинки и, может, ещё и куртку потеплее, — произносит Дерек и на несколько секунд накрывает загривок Стайлза ладонью, делясь теплом. Затем Стайлз натягивает на голову капюшон, и они продолжают путь. Супермаркет в Ларами почти нетронутый, что уже само по себе чудо. Свежей еды нет, как и бутылок с водой. Не видно наборов для выживания и походных вещей. Батареек и вещей первой необходимости тоже нет, но это неудивительно. Сейчас везде так. В бутиках ещё много чего осталось, в том числе одежда. Туда они и направляются первым делом. Стайлз находит тёплые ботинки и сразу переобувается, оставляя почти развалившиеся кроссовки на полу. Он также обзаводится меховыми наушниками и надевает их поверх своей шапочки. — Ты шутишь? — А что такого? — оскорблённо взвивается Стайлз. — У меня уши мёрзнут! — Это девчачьи наушники, — подчёркивает Дерек. Боже, на них написано «Hello Kitty». — Оставь свои половые предрассудки, чувак, — фыркает Стайлз. — У нас тут вообще-то апокалипсис. Дерек ни за что не станет продолжать этот разговор. Лора вела блог о социальном равенстве, пока не отрубило интернет. Дерек разворачивается и идёт в продуктовый отдел. Там ещё осталось кое-что приличное. Он обдумывает, какой сок лучше взять: морковно-яблочный или клюквенно-малиновый? Стайлз, двумя рядами выше, набивает рюкзак лапшой быстрого приготовления и другой едой, которую можно просто залить водой и есть. По крайней мере, Дерек надеется, что Стайлз занимается именно этим, а не ковыряется в очередном барахле. Хотя шуршание пакетов и привычное бормотание его обнадёживает. Но внезапно Дерек слышит не только Стайлза. Он замирает. К ним приближаются другие оборотни. — Стайлз, — беспокойно зовёт Дерек, надеясь, что тот его услышит. Но не тут-то было. К ужасу Дерека, Стайлз уходит ещё дальше, бормоча что-то о соусе к спагетти. Оборотни (трое, как кажется Дереку) вовсе не пытаются как-то скрыть своё присутствие, напротив, они будто привыкли появляться именно так. Они разделяются и всё ближе подходят к Дереку. Он ставит сок обратно на полку, берёт свой лом и медленно поворачивается, при этом отслеживая перемещения чужаков. Дерек оказывается между Стайлзом и незваными гостями, поэтому остаётся там, где стоит. Было бы лучше, будь у него возможность видеть Стайлза, дотянуться до него, но сейчас ему лучше не высовываться. Конечно, другие оборотни знают, что их в магазине двое, но пока что всё их внимание обращено к Дереку. Скорее всего, они видят в нём большую угрозу, и это ему на руку. Наконец, один из оборотней появляется в его поле зрения: здоровый парень, из тех, чьи мышцы спрятаны под толстым слоем жира. Дерек по собственному опыту знает, что такие ребята могут выдержать много ударов. Его круглую голову прикрывает грязная кепка, а на губах играет противная улыбочка. На куртке вышито «Толстяк». К счастью, Стайлз притих. Видимо, нашёл то, что, по его мнению, Дерек не одобрит, и теперь пытается спрятать находку в рюкзаке. Сейчас Дерек как никогда этому рад. Пока Дерек с Толстяком играют в гляделки, справа появляется ещё один оборотень. Очередной крепкий парниша в выцветшей фланелевой рубашке с укороченными, несмотря на холод, рукавами. Он встаёт позади Толстяка и скрещивает руки на груди, сверкая синими глазами в сторону Дерека. Ну конечно, почти у всех выживших оборотней глаза поменяли цвет на синий. И люди бы не стали исключением, будь они устроены так же. Дерек не отвечает на вызов. Он надеется разойтись мирно. Никто не успевает ничего сказать, потому что за спиной Толстяка появляется третий оборотень. Если скрестить диснеевскую принцессу и гота, то вышло бы что-то похожее: розовые волосы, пирсинг по всему лицу и толстая линия чёрной подводки. Она смеряет Дерека скучающим взглядом и держится так, будто ей на всё начхать. — Это наша территория, — заявляет Толстяк, когда все собираются. Довольно громко, Стайлз наверняка услышал. — Мы просто искали припасы, — отвечает Дерек настолько дружелюбно, насколько возможно. — Мимо проезжали и решили зайти. — Здесь всё наше, — добавляет паренёк-бета. Что ж, это объясняет, почему в супермаркете до сих пор есть из чего выбирать. Вот только не совсем понятно, почему всё это добро не перенесли в более безопасное место. Возможно, оборотни таким образом завлекают наивных путников, таких же, как Стайлз и Дерек. Девушка-бета открывает рот, чтобы что-то сказать, как вдруг её взгляд меняется, и она начинает принюхиваться. Наверняка учуяла Стайлза и теперь, конечно же, знает, что он человек. Дерек надеется, что ему хватит ума не лезть в их разборки. — Эй, что тут происходит? — спрашивает Стайлз, высунув голову в проход позади них. Дерек вздыхает. Действительно, а чего ещё можно было ожидать? Он бросает на Стайлза быстрый взгляд, после чего вновь переключается на оборотней. Ладно, хотя бы эти дурацкие наушники снял. — Эти милые люди говорят, мы вторглись на их территорию, — поясняет Дерек. Он уже хочет откланяться и уйти, как герой паршивого вестерна, но оборотни вдруг тянут носом воздух и обращают всё своё внимание на Стайлза. В жилах Дерека мгновенно вскипает кровь, а когти так и просятся наружу. Ему хочется наброситься на них и растерзать, выколоть глаза, чтобы они даже взглянуть на Стайлза не могли. — Так-так-так, — тянет парень-бета, вдыхая через рот, будто выпивая запах Стайлза. У Дерека руки чешутся разбить ему морду. — Мне кажется, запахло вкусненьким, — усмехается девушка-бета. — Какой у тебя хорошенький дружок, — говорит Толстяк Дереку и облизывается. — Фу, — подаёт голос Стайлз. — С нами тебе будет лучше, — обращается готическая принцесса к Стайлзу и подходит ближе. Дерек рычит, обнажая клыки и забывая обо всём. Беты радостно гогочут, а Толстяк сверкает глазами. Он — альфа. Просто отлично. — Мы как следует о нём позаботимся, — говорит Толстяк Дереку, демонстративно подтягивая штаны. — Я и сам прекрасно с этим справляюсь, — огрызается Дерек сквозь зубы. — Эй, придурки! — возмущённо вскрикивает Стайлз. — Я вам не какая-то беззащитная девица! Я могу за себя постоять! Стайлз всё ещё держится на расстоянии, и Дерек, кажется, догадывается, почему. Вряд ли он оставил где-то бейсбольную биту, она всегда при нём. Толстяк пропускает слова Стайлза мимо ушей, зато красноречиво шевелит бровями, вновь обращаясь к Дереку: — Тогда обидно будет, если с тобой что-то случится. — Ты говоришь заезженными фразочками, чувак, — произносит Стайлз таким тоном, словно сильно разочаровался. Парень-бета давится смешком, чем зарабатывает недовольный взгляд своего альфы. — Мне скучно, — объявляет готическая принцесса и вновь безучастно смотрит на Дерека. — Давайте просто убьём его и заберём… Дерек срывается с места. Невероятно глупый ход, ведь противников трое, к тому же, один из них — альфа. Но Дерек вне себя от ярости, внутри него всё клокочет. Он не смог бы остановиться, даже если бы попытался. Дерек бросается вперёд без лома. Лучше довериться когтям с клыками, потому что альфа с лёгкостью может выхватить оружие из рук и использовать против него же самого. Краем глаза Дерек замечает мрачного Стайлза с битой наперевес. Дерек бросается на Толстяка в надежде сбить того с ног. Но с тем же успехом можно было бы попытаться сдвинуть дом. Страхи Дерека подтверждаются: Толстяк крепкий, Дерек буквально от него отскакивает. А ещё он сильный, зараза. Бьёт так, что Дерек отлетает обратно и плюхается на задницу. Стайлзу везёт больше. Он придерживается своего коронного стиля «переждать, а потом замахнуться», обманывает девушку-бету, и та открывается. Дерек медленно встаёт, вытирает кровь с губ и успевает заметить, как Стайлз подлавливает девушку и бьёт рукояткой биты в челюсть. Затем на Дерека кидается Толстяк, и они летят на пол, сбивая по пути кучу стеллажей. С полок падают бутылки с соком, и одна из них ударяет Дерека по голове. На мгновение он теряется, пытаясь сморгнуть попавшую в глаза кровь. В какую-то секунду Дерек оказывается верхом на Толстяке, но тот быстро подминает его под себя и прижимает его левую руку к полу, рядом с головой. Дерек поднимает правую руку и берёт противника за горло, стараясь вонзить когти поглубже. Но Толстяк хватает его за запястье и заводит руку ему за спину до тех пор, пока у Дерека не щёлкает в локте. Дерек еле сдерживает крик и дёргается всем телом, но безуспешно: Толстяк с него не сваливается. Именно тогда с полки со звоном падает лом. Прямо рядом с ними. Они оба замирают. В наступившей тишине Дерек слышит, как Стайлз бьёт битой по чему-то металлическому и отпускает колкости, издеваясь над бетами. Дерек пытается вырваться, чтобы дотянуться до лома первым, но его левую руку всё ещё прижимает к полу Толстяк, а правая лишь беспомощно шлёпает по полу. Он пытается её поднять, но, кажется, она сломана. Ему невыносимо больно. Лицо Толстяка оживляется, он тянется к лому и при этом смотрит Дереку прямо в глаза. Толстяк не забывает о здоровой руке Дерека, удерживая её на месте. Он берёт лом и заносит над ним. Чуть дальше по проходу Стайлз бросается в бет консервами — и, судя по звукам, частенько попадает. Толстяк оглядывается через плечо в сторону Стайлза, а затем ухмыляется Дереку. — Бойкий паренёк, да? — говорит Толстяк. Дерек рычит. Но собеседник лишь недовольно цокает, словно Дерек не более, чем нашкодивший щенок. — Разве мама не учила тебя делиться? — спрашивает он, качая головой. — Моя мама мертва, — Дерек опять дёргается, пытаясь высвободить руку. — Неужели? Передавай ей от меня привет, — и с этими словами Толстяк вонзает ему в грудь лом. На этот раз Дерек не сдерживает крика, который быстро превращается в бульканье, как только лёгкие заполняются кровью. Стайлз тоже начинает кричать, но не от боли. Он пронзительно, с ужасом зовёт Дерека по имени. Толстяк смеётся, отпускает Дерека и хватается за лом обеими руками, проталкивая его до тех пор, пока его конец не упирается в пол. Ухмыльнувшись, Толстяк прокручивает железку, и Дерек снова кричит, на этот раз слабее. Он кашляет кровью, в глазах мутнеет. Дерек тянется здоровой рукой к лому, но это бесполезно. Всё, на что он способен — вяло обхватить его ладонью и продолжать дышать, несмотря на мучительную боль. Дерек уже думает, что вот-вот потеряет сознание, но вдруг видит за спиной Толстяка Стайлза. Он держит биту двумя руками прямо над ним. Стайлз замахивается и опускает её точно на голову врагу. Раздаётся приглушённый влажный звук, как если бы арбуз шлёпнулся на пол. Глаза Толстяка закатываются, и он заваливается набок. Стайлза чуть не утягивает следом, пока он не осознаёт, что гвозди на бите застряли в голове Толстяка. Тогда Стайлз разжимает пальцы. Толстяк с грохотом падает на пол, будто срубленное дерево. От удара бита отскакивает, а Толстяк продолжает неподвижно лежать. Побледневший от ужаса Стайлз ошеломлённо смотрит на неподвижного врага. Дерек знает, что за последние несколько месяцев Стайлз убил много зомби и скитальцев, но, видимо, это был первый незаражённый человек на его счету. — Стайлз, — задушенно зовёт Дерек и слабо дёргает лом, всё ещё торчащий из груди. Голос Дерека отрезвляет Стайлза. Он опускается на колени и помогает вытащить железку. Ощущения повторяются: Дерек испытывал адскую боль, когда его пронзали ломом, теперь же он мучается, когда орудие пытки из него достают. В глазах рябит, но он цепляется за ускользающее сознание. Худшее позади, теперь его тело само исцелится, нужно только подождать. Но времени нет. Парень-бета незамедлительно вступает в игру. Секунда — и Стайлз болтает в воздухе ногами, захваченный в плен. Дерек может лишь беспомощно наблюдать, как Стайлза оттаскивают назад, прижимая к себе за горло. Стайлз пытается вырваться, скользя по полу подошвами новых ботинок. Дерек едва успевает сесть, а бета уже оттаскивает Стайлза в конец прохода и пропадает за стеллажами. Дерека трясёт от желания броситься следом. Дышать нестерпимо больно, и он до сих пор не может шевелить правой рукой, но ему нужно освободить Стайлза. Готическая принцесса тоже решает напомнить о себе, вздрагивая на полу в нескольких метрах от Дерека. Будто без неё было мало неприятностей! С её затылка свисает огромный кусок кожи, а на полу, прямо под щекой, собралась лужа крови. Дерек нащупывает лом левой рукой и, опираясь на него, встаёт. Тот скользкий от его собственной крови, но Дерек старается не думать об этом. Дыша через раз, он ковыляет до готической принцессы, волоча за собой лом. Девушка поворачивает голову в его сторону, и тогда Дерек целится в глазницу и бьёт. Второй глаз изумлённо распахивается, но лишь на мгновение. Затем бета обмякает. «Двое есть, остался ещё один», — думает Дерек. Он всё ещё слышит Стайлза и парня-оборотня в глубине магазина. С каждым шагом Дерек всё отчётливее чувствует, что к нему возвращаются силы. Его правая рука уже не болтается, как минуту назад, выбитый локтевой сустав медленно встаёт на место. Дерек хрипит, но упорно идёт всё быстрее на звуки борьбы. Он видит их двумя проходами выше, в пустой секции замороженных продуктов. Бета продолжает тащить Стайлза, хоть и с трудом. Стайлз явно не собирается сдаваться: хватает и сбрасывает всё, до чего дотягиваются конечности. К тому же, пытается вцепиться парню в лицо, живо размахивая руками, и тогда тот прижимает его ещё сильнее. Лицо Стайлза начинает краснеть. Если бы у Дерека не горели лёгкие, он бы взревел. Вместо этого, он пытается выпрямится во весь рост и рычит так угрожающе, как только может. Бета останавливается. Стайлз же начинает пугать своей покорностью. Его тело становится вялым, и только руки всё ещё безуспешно пытаются ослабить хватку на горле. Бета заговаривает первым: — Просто выслушай, ладно? — его голос пропитан страхом, а на его лбу красуется вмятина, которая появилась, скорее всего, благодаря Стайлзу. — Я могу прикончить его за две секунды, а ты не в том состоянии, чтобы драться. Мы оба это понимаем. Давай ты бросишь лом, я отпущу его, и мы разойдёмся? И больше никто не пострадает. Стайлз на секунду встречается с Дереком глазами, прежде чем они закатываются, и он слабо бьёт бету по руке. Кажется, ещё чуть-чуть — и он потеряет сознание. Дерек сгибает руку в локте, подмечая, что та почти исцелилась. — Хорошо, — соглашается он и роняет лом на пол. — Отпусти его. Бета медленно ослабляет хватку, но не отпускает. Стайлз шумно глубоко вдыхает, с благодарностью наполняя лёгкие воздухом, а потом орёт: — Сказал же, что я не какая-то беспомощная девка! Бета матерится и вновь пытается схватить Стайлза покрепче, но не тут-то было. Стайлз извивается, как пойманная на крючок рыба, и рука оборотня оказывается на уровне его губ. Когда мясистая конечность затыкает ему рот, Стайлз приглушённо вскрикивает, затем злобно сверкает глазами и со всей дури вгрызается во вражескую плоть. Бета испуганно вопит, и Стайлз получает преимущество, которым незамедлительно пользуется. Он, наконец, вырывается и заезжает парню локтем в нос. Раздаётся отвратительный хлюпающий звук, и бета внезапно валится на пол, обхватывая лицо руками и завывая от боли — сквозь пальцы течёт кровь. Стайлз тут же падает на колени, хватается за горло и заходится кашлем, отползая подальше от врага. Дерек проходит мимо него и останавливается около беты. Тот захлёбывается хлещущей из носа кровью и жалобно скулит. Дерек презрительно усмехается. Знает он таких парней: строят из себя крутых, а на деле и слабенького удара выдержать не могут. Они только запугивать умеют, а как дело доходит до драки — в кусты. Дерек садится на корточки и смотрит бете прямо в глаза: — Боишься? — спрашивает он. Парниша съёживается, обнимает себя руками и с ужасом таращится на Дерека. Потом что-то утвердительно бормочет. Правильно, он должен его бояться. Дерек, в общем-то, не жестокий и не кровожадный, просто осторожный. Хотя то, как он хватает бету за голову и как резко её поворачивает, сложно оправдать осторожностью. Дерек разжимает пальцы, и бета с глухим звуком падает на пол. Его голова неестественно вывернута. Несколько секунд стоит полная тишина, если не считать тяжёлого дыхания Дерека и болезненного кашля Стайлза. — Твою ж мать, я чуть коньки не отбросил! — хрипит Стайлз и поднимается на ноги, вытирая рот рукавом куртки. — Цел? — спрашивает Дерек и тоже встаёт, поворачиваясь к Стайлзу лицом. Он еле сдерживается, чтобы не взять Стайлза на руки или не выкинуть ещё что похлеще. На горле Стайлза не осталось следов, но сам он потный, взъерошенный и бледный. Стайлз вздрагивает, сглатывая слюну, но всё же говорит: — Да, чувак, — он смотрит на большую кровавую дыру в рубашке Дерека, через которую видна рана. Она затягивается, пусть и медленно. — А ты цел? Он кивает, не сводя глаз со Стайлза, который подходит всё ближе и ближе. Дерек уже начинает подаваться вперёд в ожидании объятий, как вдруг лицо Стайлза гневно вспыхивает, а Дереку в лоб прилетает щелбан. — Ай! — восклицает Дерек, хотя ему и не больно. Скорее, страдает его гордость. — Поверить не могу, что ты начал бойню, — шипит Стайлз. — С катушек съехал?! Один против троих! — Дереку снова достаётся. — О чём ты вообще думал?! — Ай, да хватит тебе! — повышает голос Дерек. Он потирает лоб и пытается не дуться. Вообще-то, он заслуживает хотя бы капельку сочувствия, ведь это его тут недавно проткнули насквозь! Но признаваться в том, о чём он тогда думал, как-то не хочется. Дерек ни за что не расскажет, какие мысли роились у него в голове, когда оборотни облизывались на Стайлза, говорили о нём, вдыхали его запах. Странно, но хватило нескольких секунд, чтобы Дерек слетел с катушек. Поэтому лучше уж он и дальше будет держать язык за зубами и грустно смотреть на дырку в рубашке. — И не думай, что твой потрёпанный видок меня разжалобит, — грозно заявляет Стайлз. — Я ужасно зол на тебя! Собираем манатки и валим отсюда ко всем чертям! Дерек на собственном опыте знает, что сейчас со Стайлзом лучше не спорить. Если Дерек примется защищаться, то эта ссора переплюнет их грандиозный спор о том, кто лучше — Тоби Магуайр или Эндрю Гарфилд, — который они затеяли на прошлой неделе. Стайлз спотыкается на ровном месте, когда подходит к полке с соками и видит неподвижное тело Толстяка, который лежит головой в луже крови. Стайлз расправляет плечи и молча подходит ближе. Он подбирает биту с пола и рюкзак с ближайшей полки, больше не оглядываясь на труп. У Стайлза серое измождённое лицо, а его руки трясутся. — Поверить не могу, что ты укусил оборотня, — говорит Дерек. В основном, чтобы отвлечь Стайлза, но ещё и потому, что до сих пор переваривает увиденное. Все без исключения боятся укуса альфы! Дерек ещё никогда не слышал, чтобы кто-то кусал оборотня. — Всё это время я делил с тобой ложе, но не представлял, что ты такой опасный. — Ну, я должен был что-то предпринять, — отвечает Стайлз и попутно запихивает в рюкзак несколько бутылок сока. Дерек не видит его лица, но его голос скорее сердитый, чем расстроенный. — Никто не хочет сдохнуть в супермаркете. Надо же, Дерек как-то об этом не задумывался. Он никак не может отделаться от этой мысли по дороге к машине. Как только Дерек переодевается в чистую одежду, Стайлз смачивает одну из футболок водой и вытирает его исцелившееся лицо. Дерек мог бы умыться и сам, но Стайлз настроен решительно, поэтому Дерек прикрывает глаза и доверяется чужим рукам. Скорее всего, Стайлз даже не догадывается, что означает для оборотней такое проявление заботы. Дерек не знает, стоит ли посвящать его в тонкости стайных отношений. Стайлз нежен до боли. Он осторожно стирает кровь вокруг глаз и скул, пока пальцы другой руки едва касаются челюсти Дерека. Закончив, Стайлз откладывает тряпку, обхватывает лицо Дерека ладонями и прижимается к его лбу своим. Дерек не открывает глаз, даже когда слышит судорожный вздох Стайлза и ощущает дрожь в его пальцах. — Надо уходить, — произносит Дерек, еле ворочая языком. Те трое клоунов в супермаркете могут быть частью одной большой стаи. Им нельзя здесь оставаться. — Знаю, — отзывается Стайлз, но не спешит идти. И не возражает, когда Дерек начинает поглаживать его рёбра. — Через минутку, ладно? — Ладно, — соглашается Дерек. — Через минутку. Стайлз подходит ещё ближе, прижимаясь к Дереку вплотную и обхватывая его за шею. Вот оно, то самое объятие, которое так ждал Дерек.

* * *

После того случая они почти не выпускают друг друга из виду. Даже начинают спать вместе под ворохом одеял, больше не притворяясь, что у каждого своё место. Стайлз теперь не мёрзнет. Ему нравится, когда Дерек обнимает его со спины, да и Дерек лучше спит со Стайлзом под боком. Дерек боится показаться чересчур приставучим, но Стайлз всем доволен и держится раскрепощённо. Если Дерек прикасается к нему, то он придвигается ближе, а если Дерек его не трогает, он всё равно лезет под руку или виснет на нём, пока они изучают карту во время остановок. Стайлз прислоняется к Дереку, когда они перекусывают, устроившись на багажнике. И ласково прижимается головой к его подбородку перед сном. Наверное, Дерек не должен потакать Стайлзу, особенно учитывая определённые мысли, которые всё чаще посещают его по утрам в последнее время. Но Стайлз похож на котёнка, постоянно трущегося о лодыжки. А разве можно устоять перед милым котёнком? Вот и Дерек не может — тянется к Стайлзу в ответ. Дерек знает, что ходит по тонкому льду. А ещё он уверен, что Стайлз и сам был бы не против перейти к более откровенным прикосновениям. Надо быть глухим, слепым, к тому же потерять чуткое обоняние оборотня, чтобы не понять его намёков. Стайлз был бы только рад, если бы Дерек предпринял что-то, даже несмотря на их разницу в возрасте. Именно поэтому Дереку нужно держаться. Он старше, а значит, должен бороться с соблазнами. Они уже недалеко от Калифорнии. Он справится.

* * *

У Стайлза начинается течка прямо перед въездом в Юту. До городов побольше отсюда далековато. Поэтому, как только появляется возможность где-то остановиться, они сразу же ей пользуются. Для ночёвки ещё рановато, но Дерек глушит мотор, доехав до последнего города на границе Вайоминг-Юта. Им в любом случае нужно запастись припасами, а уже потом можно и отдохнуть. Они заходят в жилой квартал и видят дом с хорошим крепким забором. Обычно такого ограждения достаточно, чтобы зомби держались подальше, ведь умом они не блещут. Дерек пробует отпереть входную дверь, но та не поддаётся. Тогда он подходит к окну и пытается открыть уже его. Пока он пыхтит, Стайлз поднимает цветочный горшок с крыльца и находит под ним ключ. Он с ухмылкой демонстрирует его, а затем впускает их обоих внутрь. Проходя мимо него, Дерек ладонью надвигает ему шапку на глаза. Стайлз тут же громко возмущается. Воздух в доме затхлый, но, по крайней мере, нет трупов. В шкафчиках ещё есть кое-какая еда. Дерек переключает автоматический режим гаражной двери на ручной, после чего загоняет туда джип. Звуки привлекают небольшую группу зомби: они несколько минут бродят у забора, а затем уходят. Стайлз с Дереком совершают набег на кухню. Точнее, Дерек роется в поисках еды, пока Стайлз рассматривает кухонный таймер в виде пингвина, который им совершенно без надобности. Краем глаза Дерек выхватывает движение за окном. Во дворике стоит проклятый зомби. — Чёрт, — озвучивает свои мысли Дерек и кладёт на столешницу коробку с запечённым картофелем, съедобность которого только что обдумывал. — Ого, как он сюда попал? — спрашивает Стайлз, тут же забывая про пингвина. — Через забор? — Может, он уже был здесь? — предполагает Дерек. Возможно, это хозяин дома, хотя странно, что Дерек не заметил его раньше. Они со Стайлзом быстро расправляются с одиноким зомби и перебрасывают его через забор в соседний двор. Но только они успевают смыть всю дрянь с рук в фонтанчике, как появляется второй зомби. На этот раз скиталец. Проходит всего пара секунд, и на горизонте появляется ещё один. — Быстро в дом, — говорит Дерек и хватает Стайлза за руку, поторапливая его. Казалось бы, всего-навсего двое скитальцев, но воспоминания о Ларами ещё слишком свежи. Дерек до сих пор приходит в себя. Стайлз подчиняется без возражений. Видимо, он тоже всё ещё на взводе. Иллюзия безопасности стремительно ускользает. Дерек обеспокоенно смотрит в окно и видит, как появляется ещё один скиталец, а за ним — другой. Вот их уже пять. Если они объединят усилия, то повалят ворота. Шум привлекает больше зомби, шатающихся неподалёку. Такими темпами они скоро сюда прорвутся. — Блядь, — выдыхает Дерек. — Нельзя здесь оставаться. Бери, что можешь — и уходим. Должно быть, где-то рядом целое логово зомби. Открывать гаражную дверь вручную сложно, особенно когда до зомби так близко, но Стайлз справляется. Он запрыгивает в джип раньше, чем Дерек выезжает на подъездную дорожку. По пути к дороге они сбивают, наверное, полдюжины зомби. Остальные пытаются угнаться за машиной, но остаются позади в считанные секунды. — Охренеть, — говорит Стайлз, оглядываясь на дом. — Должно быть, где-то логово. — Я подумал о том же, — соглашается Дерек. Интересно, как далеко нужно уехать, чтобы точно от них оторваться? Пары километров должно хватить, но Дерек на всякий случай проезжает ещё несколько. В конце концов они останавливаются на заправочной станции на окраине города. Там Дереку удаётся пополнить запасы бензина, но вот с провизией туго: ни энергетика, ни даже пачки чипсов. Дерек ставит джип в ремонтный отсек, после чего они быстро ужинают чёрствыми крекерами с арахисовым маслом. Становится холоднее, ветер усиливается, но топливо на работу двигателя они расходовать не могут. Дерек с грустью вспоминает о доме, в котором пережить ночь было бы куда лучше. Но удача повернулась к ним задом. Делать особо нечего, поэтому спать они ложатся рано. Дерек просыпается от холода, без Стайлза под боком. Он в ужасе распахивает глаза, но успокаивается, когда замечает Стайлза в машине. Он свернулся калачиком и явно не спит, судя по быстрому дыханию. Стайлз лежит к Дереку спиной, закутанный в своё одеяло. Его сердце стучит так быстро, будто он чего-то сильно испугался. Дерек садится, и в нос тут же ударяет тёплый, соблазнительный запах Стайлза, который будто стал слаще и насыщеннее, чем всегда. Такое чувство, словно все самые любимые ароматы Дерека воплотились в одном человеке. Всё его тело отзывается на Стайлза. Приходится вцепиться в подушку, чтобы справиться с желанием подмять его под себя. Какое-то время Дерек совершенно растерян. Это же всего лишь Стайлз. Тогда почему он так пахнет… Почему Дереку так хочется… — Твою же мать, ты омега? — шипит Дерек, и сердце Стайлза ускоряет бег. Дерек видит, как он неуверенно кивает и подбирается ещё больше. — Блядь! — ругается Дерек, откидывает одеяла в сторону и выходит из машины. Он захлопывает за собой дверь и полной грудью вдыхает морозный воздух. Запах моторного масла и старого табачного дыма приглушают аромат Стайлза. Теперь, когда обоняние Дерека улавливает не только его, в голове начинает проясняется, но приятный запах въедается в кожу, в волосы. Член Дерека стоит и пульсирует, требуя внимания, но Дерек пытается держать себя в руках. Он ходит туда-сюда и клянёт всё на свете: в ушах стучит кровь, а мозг отказывается мыслить здраво. Первое о чём он думает, когда может более или менее связно мыслить — теперь всё сильно усложнилось. Дерек не может похвастать большим опытом общения с омегами. Он знает только, что они не совсем люди, но и не оборотни. Ещё они довольно редко встречаются. Многие годы они подвергались гонениям со стороны людей, ведь, по мнению многих, омеги появились благодаря смешению кровей. Но для оборотней омеги были чем-то вроде дара свыше. За всю свою жизнь Дерек только несколько раз пересекался с ними. Случайно встретить омегу в зомби-апокалипсисе? Вероятность почти нулевая! Когда Дереку начинает казаться, что он больше рассержен, чем возбуждён, он возвращается к джипу и открывает дверь. В нос опять бьёт запах Стайлза, но Дерек достаточно сосредоточен, чтобы не отвлекаться на него. Стайлз не шевелится. Дерек вцепляется в дверцу одной рукой, а ладонь другой впечатывает в бок машины, чтобы удержать себя на месте. — Почему ты мне не рассказал? — спрашивает он. Стайлз болтал днями напролёт, но забыл упомянуть такую мелочь? Что за хуйня? — Я не думал… — Стайлз начинает говорить, но замолкает. Как же он хорошо пахнет! — Не думал о чём? О том, что это важно? — продолжает допрос Дерек. — Да, — тихо признаёт Стайлз. — Не знал, что так получится. Как ни странно, но Стайлз говорит правду, поэтому Дереку остаётся лишь ему поверить. Он изо всех сил старается сохранить хладнокровие. Стайлз лежит неподвижно и молчит. — Сколько это продлится? — Дерек вспоминает, что всё индивидуально. — Не знаю, — отвечает Стайлз. Дерек уже хочет спросить, как он может этого не знать, как Стайлз продолжает: — У меня это впервые. — Блядь! — опять повторяет Дерек и опускает голову, позволяя ей повиснуть меж расставленных рук. Он стоит в одних носках на холодном асфальте. Дерек пытается ухватиться за эту мысль. Член немного опал, но Стайлз всё ещё одуряюще вкусно пахнет. — Я проснулся и почувствовал себя как-то странно, — делится Стайлз дрожащим голосом. — А потом я понял, что происходит, и… И отодвинулся от Дерека как можно дальше… Чёрт. У Дерека всё сжимается внутри, когда до него доходит: Стайлз испугался того, что может сделать с ним Дерек. Несмотря на принятые законы и проведение разъяснительных бесед, многие продолжали болтать, что оборотни становятся рядом с омегой жестокими и неуправляемыми. Вполне возможно боязнь оборотней крепнет по мере их взросления. А такая любопытная омега, как Стайлз, наверняка облазила весь гугл и насмотрелась такого дерьма, от которого по-настоящему бросает в дрожь. Поэтому неудивительно, что за последние несколько недель Стайлз хоть и в подробностях рассказывал о своей жизни, но об этом умолчал. — Слушай, я не собираюсь… принуждать тебя, — говорит Дерек и делает глубокий вдох, пытаясь не злиться. — Я могу держать себя в руках. Забудь про ту хрень, что видел в интернете. — Хорошо, — отзывается Стайлз. Дерек принюхивается, но слезами от него не пахнет. — Боже, блядь, правый, — ругается Дерек в который раз, но других слов у него не находится. Стайлз заметно съёживается. — Тебе теперь необязательно брать меня с собой. Я могу добраться до Калифорнии сам, — произносит Стайлз. Дереку больно даже думать об этом. Мысль о том, что он оставит Стайлза, поднимает в нём такой протест, что он едва сдерживает эмоции. Хотя, возможно, его разум затуманен гормонами Стайлза. — Я пойму, если ты не захочешь больше меня видеть, — продолжает Стайлз надтреснутым голосом, и это отрезвляет Дерека. В первую очередь сейчас следует побеспокоиться о молодом неопытном и перепуганном Стайлзе. — Эй, — говорит Дерек, наконец, забираясь в машину. Он протягивает руку, чтобы погладить Стайлза по голове, но колеблется. — Можно к тебе прикоснуться? — Вообще-то, неприлично трогать омегу в течке, пока она сама об этом не попросит. — Да, — отвечает Стайлз по-прежнему дрожащим голосом. Дерек всё равно к нему прикасается, мягко массируя затылок. Стайлз вздрагивает всем телом, и его запах становится лучше, притягательнее. Дерек опять возбуждается, но не подаёт виду. Ему нужно утешить Стайлза, но их обоих слишком волнуют эти прикосновения. — Всё будет хорошо. Мы справимся. Через несколько дней течка закончится, и мы вернёмся к привычному ходу вещей, ладно? — произносит Дерек как можно бодрее, хотя верить в лучшее не в его натуре. — Ладно, — отзывается Стайлз с надеждой. — Хорошо, — соглашается Дерек, после чего садится и мысленно уговаривает себя перестать лапать Стайлза. Второе на удивление сложно сделать. Стайлз наконец поднимает голову и поворачивается к Дереку лицом. Он всё ещё выглядит неуверенным и смущённым. Его лицо разрумянилось, губы пухлее, чем помнит Дерек, да и дышит он тяжелее, чем обычно. Под взглядом Дерека Стайлз из осторожного медленно становится заинтересованным. Он смотрит на лицо, потом на грудь Дерека и ниже. Внезапно что-то сильно бьёт по стеклянной двери в зоне обслуживания посетителей, и они оба вздрагивают. Дверь джипа до сих пор открыта, так что Дерек потихоньку выглядывает из-за неё. — Скиталец, — говорит он Стайлзу. Несмотря на то, что он сказал это тихо, скиталец останавливается и склоняет голову набок, словно собака. Этот зомби в хорошей форме, только начинает подгнивать. Значит, он заразился недавно и всё ещё довольно силён. Дерек видит, как тот обнажает клыки и вгрызается в дверную ручку. — Нужно ехать, — произносит Дерек. Конечно, он мог бы его прикончить, но вряд ли кто-то из них уже уснёт, да и солнце вот-вот встанет. Так что оно того не стоит. — Хорошо, — безоговорочно соглашается Стайлз, что для него совершенно нехарактерно. Они по очереди умываются холодной водой в грязной уборной. Но даже это не ослабляет стояк Дерека, поэтому он быстро дрочит, вспоминая один из своих любимых порно-роликов. Эх, вряд ли он его когда-нибудь вновь посмотрит. Через несколько минут он садится в машину и пытается не думать о мастурбирующем Стайлзе. Это трудно, особенно учитывая, что Дерек точно знает, чем тот сейчас занимается. Скитальцу удалось разбить окно, ещё чуть-чуть — и он прорвётся внутрь. Дерек уже начинает волноваться, когда Стайлз, наконец, выходит из уборной. Он почти такой же, как обычно — только до сих пор пахнет так, словно готов к сексу, а на щеках остались румяные пятна. Но в целом он выглядит нормально. У них всё будет отлично.

* * *

Всё меняется, когда они выезжают на трассу. Стайлз уходит в себя и, кажется, смущается. Сейчас он напряжён и осторожен, хотя раньше держался беспечно и живо. Он включает музыку и смотрит в окно на занимающийся рассвет. Наступает новый день, который должен был походить на предыдущие, но вместо этого решил выделиться. Притворяться, что всё нормально, невозможно. Они ощущают близость друг друга, стараются лишний раз не смотреть в глаза, но повисшая в воздухе неловкость не умаляет похоти. Между ними искрит от желания. Та быстрая разрядка на заправке не принесла Дереку облегчения — и, судя по запаху, Стайлзу тоже. Его аппетитный аромат медленно наполняет джип, пока воздух не становится густым и сладковатым. Дерек открывает окно. Краснеющий Стайлз чуть съезжает в кресле и отворачивается, но ничего не говорит. Дереку тишина только на руку: ему нужно привести мысли в порядок. Ужасно, что он не понял, к чему всё идёт, несмотря на многочисленные знаки. С каждым днём они сближались всё больше, Дерек вдруг стал нежным, а Стайлз принимал это как должное. Дереку внезапно начал нравиться запах Стайлза. А их ночные объятия и его мысли поутру? Дерек напал на трёх оборотней, чтобы защитить Стайлза — тот проявил заботу после драки. Классическое поведение омеги и оборотня, но никто из них не догадался об этом, потому что для них обоих подобное было в новинку. Дерек считал, что между ними образовалась какая-то особая связь или что-то вроде того. Он думал, что они становятся стаей. А виной всему были разбушевавшиеся гормоны. Дерек чувствует себя так, будто им поиграли и бросили. Он разочарован всплывшей наружу правдой, но сейчас это наименьшее из всех бед. Омега. Боже… Дерек не знает, догадывается ли Стайлз о том, насколько популярны омеги в общинах оборотней. В некоторых кругах их и вовсе идеализируют. Когда Дерек был подростком, он, как и большинство юных оборотней, внимал каждому преданию — и даже прочёл несколько бульварных романов, хотя ни один уважающий себя оборотень даже под страхом пыток не признается, что читал такие книги. Ещё он смотрел порнушку, но она мало его вдохновляла. В основном потому, что в тех роликах у всех омег в период течки срывало башню, а все оборотни сходили с ума от их феромонов. Секс получался однообразным: омеги умоляли, чтобы их оттрахали, а оборотни жёстко в них долбились. Теперь же, повзрослев, Дерек понимает, что большинство омег в тех фильмах играли обычные люди, а сам секс был фальшивкой, шоу. Никому не известно, почему запах омеги для оборотня настолько притягателен. Существует мнение, что природа распорядилась так умышленно, чтобы прекратить кровосмешения среди оборотней и дать им возможность размножаться с другим видом. От союза оборотня и человека всегда рождаются люди. Единственный способ зачать оборотня с не оборотнем — омеги. Так уж решила природа: у Стайлза иногда будут течки, а тело Дерека будет на них откликаться. Но сейчас время для этого самое неподходящее.

* * *

К обеду напряжение между ними немного уменьшается. Как знать, возможно, они потихоньку начинают приспосабливаться, как знать. Они останавливаются перекусить у дороги, ведущей в горы, наслаждаются редкими лучами солнца и даже о чём-то болтают. И вдруг из леса, шаркая, выходит скиталец. У него длинные волосы, а из одежды на нём лишь ракушечные бусы и походный ботинок. — Фу, — высказывается Стайлз и открывает пачку чипсов. Дерек ещё ни разу не видел, чтобы он съел хотя бы один «Читос», но Стайлз продолжает ими пахнуть. Загадка какая-то. — Не хочу даже смотреть на него. Они и в одежде не красавцы. Дерек полностью с этим согласен. — Кто им займётся? — спрашивает Дерек и роется в коробке с едой, пытаясь нащупать солёные огурцы. Этот зомби в очень плохом состоянии: одна рука свисает на растянутой полоске кожи, к тому же, ходит он довольно медленно. Они играют в камень-ножницы-бумага, и Стайлз проигрывает. Он всегда будет проигрывать, потому что Дерек видит все четыре непроизвольных сигнала, по которым легко можно догадаться о следующем действии. Вот только Стайлз этого ещё не понял, а Дерек бесстыдно использует это знание в своих целях. — Отлично, — говорит Стайлз, слегка ссутулившись. Он забрасывает горсть чипсов в рот и бормочет что-то вроде: «Передай лом». Инструмент валяется у багажника, рядом с ногой Дерека, поэтому он незамедлительно протягивает его Стайлзу. Тот забирает лом и пару раз взвешивает его в руке, двигаясь навстречу скитальцу. Зомби тут же меняет курс. Дерек вытаскивает следующий огурчик и хрустит им, а Стайлз бьёт скитальца в лоб, а затем вытирает железку о высокую траву у дороги. — Очередной день в раю, — вздыхает Стайлз, возвращаясь, и садится на место. — Точно. Огурчик? — спрашивает Дерек и протягивает банку. Стайлз берёт огурец и предлагает чипсы взамен. — Мне кажется, скоро нам будут чаще попадаться голые зомби, — делится своими мыслями Стайлз, доев огурец. — Если одежда сгниёт быстрее тела. Дерек на секунду задумывается. — Да, наверное. — Теперь нам есть, ради чего жить, — договаривает Стайлз. Дерек пытается сдержать смех, но ему это не удаётся — изо рта вылетают кусочки огурца. Если подумать, то шутка не очень смешная, но этот разговор — самый непринуждённый за последние несколько часов. От этого становится легче, ведь это значит, что пока у них всё получается. Обеденный перерыв, убийство зомби и чёрный юмор помогают вернуть всё на круги своя. Они садятся в джип и чувствуют, будто дышать стало легче. Как только они сворачивают на шоссе, Стайлз вытаскивает одну из своих книг и начинает читать вслух, хотя он явно витает в облаках — запинается почти на каждом слове. И, может, Дерек потихоньку сходит с ума, но он готов поклясться, что голос Стайлза стал… ниже, чем обычно. Дерека никогда не привлекал секс по телефону, он вообще мало болтал во время секса. Сотни километров Дерек слушает, как Стайлз читает эти глупые книжки, поэтому он совершенно не понимает почему теперь его тело отзывается иначе. В книге, которую читает Стайлз, нет ни намёка на секс, но каждое произнесённое им слово по-разному откликается в Дереке. Он словно чувствует, как пальцы Стайлза зарываются в его волосы, как скользит по его шее язык. Дерек вновь открывает окно. Стайлз прекращает читать, включает печку и возвращается к прерванному занятию, не имея ни малейшего представления о муках Дерека. Открытое окно не спасает. Дерек чувствует, как его члену становится тесно в джинсах. Сам Дерек обливается потом, но, когда он тянется выключить печку, Стайлз начинает возмущаться: — Эй, я только хорошо устроился! — на нём четыре слоя одежды, а на Дерека всего два. Дерек незамедлительно хватается за ручник как за спасительную соломинку. Руль скрипит, когда он пытается удержать его на месте потными ладонями. — Может… чтения на сегодня хватит? — теперь и у него голос становится чуть ниже. На несколько мгновений воцаряется полная тишина, затем Стайлз говорит: — Да быть не может, чувак. Я читаю о Палпатине и ты… того? — Да! — выдавливает Дерек сквозь зубы. — Боже, прекрати! — умоляет он, когда к запаху Стайлза добавляются недвусмысленные нотки. — Не могу! — чуть ли не срывается на крик Стайлз. — Теперь я думаю об этом, потому что ты думаешь об этом! Дерек так резко останавливает джип, что визжат шины. Он заглушает двигатель, после чего они оба вываливаются на дорогу и расходятся в разные стороны, оставляя двери нараспашку. Через какое-то время Дерек возвращается к машине, но не спешит садиться на место. Он закрывает глаза и просто стоит там, пытаясь успокоиться. Дерек буквально чувствует, как от его кожи поднимается пар. Он слышит шаги Стайлза по ту сторону от джипа, но пока не может даже взглянуть на него. Да уж, оказывается, это сложнее, чем он думал. Исходя из своего небогатого опыта, Дерек думал, что находиться рядом с омегой в течке — всё равно, что ходить мимо пекарни и улавливать аромат свежего печенья. Хочется попробовать, но терять голову из-за приятно пахнущей выпечки не станешь. На самом деле желание отведать печенье и рядом не стояло с этой мучительной ноющей потребностью, с чётким осознанием того, как сильно они жаждут друг друга. Дерек никогда не испытывал такого влечения к знакомым омегам, которые ему нравились. И ни одна из этих омег не была похожа на Стайлза. Молодого и одинокого Стайлза, который впервые столкнулся с течкой, с неведомыми доселе ощущениями. Они оба в этом деле новички. Но выбора у них нет. Придётся найти способ, как не отвлекаться на течку. Насколько Дереку известно, в повседневной жизни, течки — пустяковое дело. Он справедливо полагает, что омега, которая не раз через них проходила, вероятно, прекрасно с ними справляется и не позволяет им хоть как-то влиять на её жизнь. Что касается оборотней, то они следуют строгим правилам поведения с омегами. Эти правила начинают вдалбливать, когда те становятся достаточно взрослыми, чтобы откликаться на омегу и понимать, кто они такие. Уточнение: оборотни следовали правилам до апокалипсиса. Дерек почти хлопает себя по лбу, когда до него доходит, что же на самом деле произошло в супермаркете. Те придурки учуяли то, чему Дерек не придавал значения. Неудивительно, ведь он проводил со Стайлзом двадцать четыре часа в сутки и не заметил, как начал меняться его запах. Вот почему оборотни так им заинтересовались. От этой мысли его кровь снова вскипает, и Дерек возвращается к размеренным глубоких вдохам-выдохам. Он сказал Стайлзу, что может держать себя в руках, и он не соврал. Дерек не допускает другой мысли, потому что он никогда не сможет обидеть Стайлза или принудить к чему-то, чего тот не хочет. Вот только загвоздка в том, что Стайлз хочет. А Дерек и рад бы прикинуться дурачком, но тело Стайлза посылает слишком громкие и чёткие сигналы. Если бы у них не было разницы в возрасте в несколько лет и Стайлз бы так сильно от него не зависел… Но какой смысл вообще об этом размышлять? — Прости, — говорит Дерек, когда Стайлз возвращается, крепко обнимая себя руками. До сих пор первая течка Стайлза проходила просто ужасно, и Дерек не помогал облегчить ношу. — Это не твоя вина, — мрачно произносит Стайлз. — Но и не твоя, — добавляет Дерек на случай, если Стайлз считает иначе. Он же не может просто взять и прекратить всё это. Стайлз смотрит на Дерека с благодарностью, затем садится в машину и закрывает дверь, дрожа от холода. Дерек выжидает ещё пару минут, чтобы подсох пот. Футболка уже прилипла к спине. Когда они продолжают путь, Стайлз откладывает книги и вместо этого включает музыку. Им уже порядком надоело слушать песни, записанные на айпад, но сейчас они выбирают меньшее из двух зол. — Жаль, у меня нет Майкла Болтона, — сокрушается Стайлз, прокручивая меню. — Где убийца стояков, когда он так нужен?

* * *

У Стайлза нет ни одной песни Майкла Болтона, зато есть Бон Джови, который тоже прекрасно расправляется со стояком Дерека. Возбуждение спадает настолько, что остальная часть пути перестаёт казаться непреодолимым препятствием. Чем раньше заводишь двигатель машины, тем меньше блуждающих зомби встречаешь, да и на шоссе пусто. А значит, они оставят позади восточную Юту куда быстрее. Дорога в Солт-Лейк-Сити усеяна предупредительными знаками. Они призывают повернуть назад, но в этом уже нет необходимости. В первые дни болезни город стал штаб-квартирой на удивление популярной секты. Его приспешники верили, что мир пал и единственный способ спастись — стать зомби. Люди, в которых осталась хоть капля здравомыслия, немедленно уехали, а сама секта довольно быстро исчезла. Немудрено, ведь все её члены в конце концов превратились в зомби, а они плохо ведут дела общественных организаций. Теперь Солт-Лейк-Сити — город-призрак. Кажется, зомби тоже решили здесь не задерживаться. Их далеко не так много, как Дерек ожидал увидеть там, где тысячи людей добровольно принимали укус. Что ж, значит Стайлзу с Дереком повезло: им как раз нужно запастись припасами до поездки в Неваду. Первый дом их разочаровывает. Когда-то он принадлежал одинокой старушке, поэтому для них не находится подходящей одежды, да и кухонные шкафы почти пусты. Они находят хозяйку дома наверху. Она лежит мёртвая в своей постели, а в её иссушенных руках — чётки. Второй дом они предусмотрительно пропускают, потому что у входной двери слышатся громкое шипение и стуки. Такое впечатление, что внутри замурована целая семья. С третьей попытки им везёт: внутри нет ни зомби, ни трупов, а Дерек находит несколько рубашек, пару чуть великоватых, но тёплых ботинок и немного арахисового масла. Стайлз запасается носками и новым парикмахерским набором. Перед выходом Стайлз подбирает у задней двери упаковку бутилированной воды и пластмассовую тару. — Я могу это понести, — предлагает Дерек, но Стайлз отказывается от помощи. Он подпирает громоздкую ношу коленом и берёт её подмышку. Джип недалеко, поэтому Дерек не спорит. Может, их отвлёк шум и запах зомби из соседнего дома, а может они чересчур расслабились, но никто из них не замечает скитальцев до тех пор, пока не становится слишком поздно. Дерек идёт вперёд и поспешно открывает дверь машины, а Стайлз пытается прибавить шаг и одновременно не уронить бутылки с водой. Это так глупо, ужасно глупо, потому что они должны быть умнее. Они ведь уже проходили подобное в Ларами. Три скитальца появляются из-за ограды, прямо между Дереком и Стайлзом. Неясно, срабатывает инстинкт бывшего оборотня или это простое совпадение, но всё идёт не в их пользу: Дерек со Стайлзом разделены, а между ними целая стая скитальцев. — Блядь, — ругается Стайлз, и в его голосе проскальзывает тревога. Дерек разворачивается: все трое скитальцев направляются к Стайлзу. Дерек словно в замедленной съёмке видит, как Стайлз бросает воду, чтобы освободить руки. Упаковка шлёпается о землю. Несколько бутылок вываливаются из неё и рассыпаются повсюду. Когда Стайлз поднимает биту и отступает назад к забору, то наступают на одну из них. Он комично поскальзывается, будто герой мультфильма, и падает. В ту же секунду на него набрасывается зомби. Стайлзу едва успевает поднять биту и с силой ударить врага в лицо. Дерек бросает свои пожитки и кидается к Стайлзу, чем привлекает внимание одного из скитальцев. Тот оборачивается и скрипит грязными клыками в гниющем рту. Дерек видит его бледно-красные глаза. Раньше этот скиталец был оборотнем-альфой. Что ж, теперь это не имеет никакого значения. Дерек расправляется с ним одним хорошим ударом лома. Третий скиталец сидит верхом на Стайлзе и пытается расцарапать его лицо когтями. Стайлз отталкивает его битой, и тогда Дерек протыкает зомби ломом голову. Скиталец, которого Стайлз до этого ударил в лицо, ковыляет к ним и рычит, но уже без нижней челюсти. Дерек тянет Стайлза на себя, помогая подняться на ноги, и они бегут к джипу. Хрен с ней, с водой. — Они хотя бы не были голыми, — дрожащим голосом говорит Стайлз, когда они, наконец, оказываются в безопасности. Последний оставшийся скиталец протирает окно Стайлза своим грязным лицом. Дерек намеренно сначала его переезжает, а потом уже выруливает на дорогу.

* * *

— Этот выглядит многообещающе, — высказывается Стайлз о доме. Они ездят по Солт-Лейк-Сити в поисках ночлега. На сегодня с них приключений хватит. — Поверни здесь. Они научились распознавать благоприятные районы для ночёвки, а в этот раз вообще отыскали клад: закрытую резиденцию с приглашающе открытыми воротами. На железном заборе сидит бродячая кошка и наблюдает за ними. Дерек закрывает за собой ворота, затем сгибает и связывает между собой пару каких-то боковых прутьев, чтобы никто их не открыл. Они подъезжают к огромному особняку и заходят внутрь. Дом производит приятное впечатление: в нём множество больших спален с удобными кроватями. Дерек уверен, что они здесь одни, но осторожность не повредит. Сперва они открывают каждую дверь, заглядывают в шкафы и под кровати. И только после этого идут рыться на кухне. Внезапное появление зомби их бы точно не обрадовало. На кухне поживиться особо нечем: хозяева дома либо пытались продержаться тут какое-то время, либо забрали большую часть съестного с собой. Но Стайлз чуть ли не танцует, когда находит фруктовые рулетики и плавленый сыр. — Если ты начнёшь есть всё это вместе, меня стошнит, — предупреждает Дерек, после чего достаёт из сумки последнюю пачку крекеров и бросает её Стайлзу. — Я могу, — дерзко сверкнув глазами, отвечает Стайлз. — Раз уж ты подал мне такую мысль. Однако он этого не делает. Вместо этого он, как нормальный человек, намазывает крекеры сыром и протягивает Дереку, но тот отказывается. Лучше он никогда больше не съест ни одного кусочка сыра, чем станет давиться этим дерьмом. У них ещё осталось кое-что повкуснее. Пока они едят, Дерек раскладывает карты, чтобы наметить путь на следующие несколько дней. Стайлз подсчитывает оставшиеся километры до Калифорнии и объявляет, что теперь их, наконец-то, меньше тысячи. Достойный повод для праздника! Стайлз улыбается, рисуя завтрашний маршрут розовым маркером. И где он только его достал? Но как только они заканчивают с картами, Дерек замечает, что Стайлз пристально наблюдает за его руками, словно фантазирует о его прикосновениях. По телу Дерека разливается жар и задерживается приятной тяжестью между ног. Внезапно он не может перестать думать о том, что у него есть руки. Ужасно глупо, ведь, конечно же, они у него есть! Но то, как Стайлз следит за каждым его движением, выглядит совершенно непристойно. Вскоре он прикусывает нижнюю губу, словно заводится от того, как Дерек открывает упаковку вяленой говядины. Дереку отчаянно хочется поправить штаны, в которых стало слишком тесно, но он не осмеливается. Скорее всего, это жест станет последней каплей. Дерек не может припомнить, когда ещё он настолько возбуждался в присутствии того, кто уже давно хотел его в ответ, но при этом ничего не предпринимал. Но Стайлз ведь на самом деле хочет не его, так? Он просто хочет, и так уж получилось, что Дерек оказался единственным доступным оборотнем. Но тело Дерека мало волнуют эти заморочки. Он хочет, но не может перестать принюхиваться, а если он сейчас же не возьмёт себя в руки, то начнёт ещё и прислушиваться к сердцебиению Стайлза. Оно всегда бьётся быстрее, если Дерек дольше обычного задерживает на нём взгляд. Дерек отзывается на Стайлза каждой клеточкой своего существа и невыносимо мучается из-за этого. Он надеется, что справится с собой, но сидеть в тёмной кухне и наблюдать, как Стайлз слизывает с пальцев аэрозольный сыр — что вообще-то должно казаться отвратительным — и знать, о чём он думает… Ох, Дерек хочет дать ему желаемое. Он изнывает от желания дать волю рукам, скользнуть ими под его футболку, в штаны. Стайлз, скорее всего, начал бы издавать какие-нибудь невероятные звуки и схватил бы Дерека за волосы своими способными ручками… Стайлз смотрит на него так, будто знает, о чём думает Дерек. Воздух между ними искрит и дыхание Стайлза немного сбивается. Дерек опускает взгляд на своё яблочное пюре и старается побороть наваждение. Он прислушивается к порывам ветра снаружи, принюхивается к слабому запаху живших здесь людей и их питомцев. Вроде бы, хозяева держали хомячка и черепаху. Они молчат всю оставшуюся трапезу. Дереку удаётся усидеть на стуле только благодаря силе воли и напоминаниям самому себе, что Стайлз ещё очень молод и неопытен. — Нам, наверное, надо бы спать в разных комнатах, — говорит явно раздосадованный Стайлз, когда они поднимаются по лестнице в спальни. Дерек тоже не в восторге от этой мысли. Но делить комнату на двоих и спать на одной кровати — ещё хуже. Да что уж там, они вдвоём даже коробку с печеньем не могут съесть без сексуального подтекста. Дерек сворачивает в первую же от лестницы комнату. Видимо, она когда-то принадлежала девочке, которая любила жёлтый цвет. Дерек намеренно выбрал её, чтобы у него была возможность первым встретить любого незваного гостя. Вряд ли сюда кто-нибудь дойдёт, но Дерек сейчас прибывает в полной гармонии со своим внутренним параноиком, что в свете недавних событий неудивительно. Стайлз устраивается в следующей от Дерека комнате, чтобы быть как можно ближе друг к другу, хоть и порознь. Дерек садится на узкую вычурную постель, снимает обувь, кладёт лом на пол и понимает, что не сможет уснуть без Стайлза. Его это ужасно злит. Дерека бесит, что он ведёт себя так под влиянием течки Стайлза. Несколько минут он упрямо пытается убедить себя, что гормоны омеги над ним не властны. После чего встаёт, нехотя собирает свои вещи, и думает, с какой отговоркой идти. А может, вообще не стоит ничего говорить? В коридоре он чуть не налетает на в Стайлза, который внезапно выскакивает из комнаты с бешеными глазами. Он пахнет тревогой и клубничными рулетиками. — Мне кажется, нужно… — начинает Дерек. — Я не могу спать оди… — говорит Стайлз одновременно с ним. Они смотрят друг на друга, после чего Стайлз молча возвращается в свою комнату, а Дерек идёт за ним по пятам. Стайлз не может видеть в темноте, как оборотни, поэтому в руках у него горит свеча. Он уже разложил одеяло с подушкой на двуспальной кровати, а ботинки с курткой бросил рядом на пол. Холодно даже в доме, поэтому снимать что-то ещё — глупо. — Замёрз? — спрашивает Дерек, пытаясь хоть как-то оправдать свой приход. Стайлз привык к теплу его тела по ночам. — Да, — отвечает Стайлз и беспокойно елозит руками в карманах толстовки, садясь на постель. — Но… Не знаю, что со мной не так. Я просто не могу оставаться здесь один, — выдаёт он, но не смотрит Дереку в глаза, будто стыдится собственной откровенности. — А ты… Ты тоже по мне соскучился? — Да, — признаёт Дерек. — Половое созревание — настоящая жуть. Стайлз открыто смеётся, прямо как раньше. Его смех согревает Дереку сердце. Эх, не сердце, а какой-то комок розовых соплей. Стайлз задувает свечу, пока Дерек кладёт на кровать спальные мешки. Они, как обычно, используют их в качестве одеял. Когда они удобно устраиваются, Дерек по привычке прижимает к себе Стайлза, у которого тут же сбивается дыхание. И теперь он сомневается, что поступил правильно. — Так только хуже? — шепчет он. — Да, — говорит Стайлз, но быстро исправляется. — То есть, нет. Обними покрепче. Да, думаю, так лучше. — Он накрывает руку Дерека своей. Будто хочет, чтобы она так и лежала на его животе. — Не уходи. — Не ухожу, — произносит Дерек и зарывается носом в волосы Стайлза, вдыхая их аромат. Задница Стайлза прижимается к ногам Дерека. Они впервые так близки с тех пор, как началась течка. Наверное, затея не самая удачная. Дерек начинает возбуждаться, чем только больше всё усугубляет. Стайлз прекрасно чувствует изменения: его запах вдруг становится сильнее, ярче, соблазнительнее. Стайлз слегка ёрзает и трётся задницей о его член. Дерек прикусывает язык, едва сдерживая стон. Он крепче обнимает Стайлза, чтобы пресечь беспокойные движения, и всё же тихонько стонет. Дерек сомневается, что уснёт сегодня. Надо было хотя бы подрочить перед тем, как сюда идти. Он крупно просчитался. Следующие несколько минут Дерек мужественно сжимает челюсти и запрещает себе шевелиться. Но вместо того, чтобы страдать всю ночь напролет, он, как ни странно, потихоньку успокаивается от близости Стайлза. Видимо, Стайлз испытывает нечто похожее: он расслабляется в руках Дерека и его сердцебиение постепенно замедляется. Он засыпает почти так же быстро, как обычно, и Дерек следует за ним.