Поединок

--Не зря сходили, а Мариш? — Ярослав возбуждено говорил, поддерживая жену под руку.- Не зря ведь? Скажи? —Не зря. Успокойся уже, — устало вздохнула Марина, которой тяжелая музыка была не по душе. —Автограф хочу, — снова засуетился муж, — тебе подарить. Будет написано: «Марине от Сергея Маврина».Сейчас сделаем. —Эээ. Не надо, Ярик! — всполошилась Марина, вцепившись в руку мужа.- Не стоит! Пойдём уже! Не удобно их беспокоить. Устали люди. Потом как- нибудь. —Когда ещё представится такая возможность? -Ярослав тянул жену к гримерке.-Это в Москве концертов хоть отбавляй, а сюда когда теперь приедут? Это ж Маврин, Маришка! —Ну тогда без меня иди, -Марина плюхнулась на диван и подхватила бокал с коктейлем. —Ну как так? — опешил Ярослав. —Так так, — жена мило улыбнулась.-Иди уже пока отпускаю. А сама подумала «Курить хочу, как не знаю кто. Иди уже.» —Я мигом! — Ярослав чмокнул жену в щеку и скрылся в узком коридоре. Возле двери гримерки топтались фанаты. Кто с постером, кто с билетом, а кто просто с блокнотом. Народ радостно гудел, предчувствуя встречу с кумиром. —Кто крайний? — подскочил к поклонникам Ярослав. —Плоть крайняя, а последний здесь я, — не очень добродушно ответил покрытый татуировками и заросший бородой здоровяк.-Не пускают пока. Балашова, как собака цепная, в дверях. Так что ждём-с. —Ясно, — Ярослав присел у стены и попытался поддержать беседу.-А пустят вообще? —А черт его знает, — ответил бугай.-Автобус около чёрного входа ждёт, если не свалят через гримерку, то здесь пройдёт. Марина вышла на крыльцо, огляделась по сторонам и хотела уже закурить, как наткнулась глазами на запрещающий знак и грозного вида охранника. «Погонит», — подумала девушка, спрятала сигареты в карман и поспешила за угол клуба. Прислонившись спиной к стене здания, Марина закурила и принялась разглядывать луну и звёзды. Уши потихоньку приходили в себя после громкой музыки. —Господи, как же хорошо когда тихо, — сама себе прошептала Марина. Девушка наслаждалась тишиной и не заметила как дверь, находящаяся в двух шагах, за углом, открылась и двое вышли на улицу. —Зажигалку дай, Серёга, — вывел её из задумчивости мужской голос. — Изодранная —то вся. —Слайд, — коротко ответили первому.-Стыров, ты и так концерты еле тянешь, а ещё куришь. Выгоню на фиг. Займись уже связками. —Ты сам-то как? — игнорировал предложение тот кого назвали Стыровым.-С утра был, как не в себе? —Нормально всё, — сухо ответил Сергей.-После перелёта нехорошо просто. —Ааа, — протянул собеседник, — ну будем считать что всем нам показалось, что ты узнал ту девчонку. —Тёма! — повысил голос Маврин, слышно как вокалиста прижимают спиной к стене.-Я лезу к вам всем в душу? —Значит правда, — по голосу понятно, что Артём улыбнулся, -однако, Серый, ты ходок… Так она с ребёнком была, вроде? Слышен толчок кулаком в бок. —Больно же, Маврик, — выдохнул Стыров. -Понял, не дурак. Молчу. Марина прислушивалась к чужому разговору и забыла зачем вышла. Сигарета истлела и пепел упал на землю. Девушка прикурила вторую, счелкнув зажигалкой. —Кто здесь? -Сергей отпустил вокалиста.-Слышал? —Ничего я не слышал, — Артём отдышался.-Пойдём, люди ждут. —Знаешь, Тёма, раз уж зашёл разговор, я не прочь узнать кто отец ребёнка, — дверь хлопнула и двое скрылись в клубе. «Да что там узнавать? — завертелось в голове у Марины, спешащей в клуб. -Все крошки с тебя Васька подобрала. Даже цвет глаз. Все дети, как дети, с голубыми рождаются, а она с карими! Надо Насте звонить.» Закутавшись в батник мужа, девушка вспомнила начало 2014 года. Начало января. Ещё не прошли новогодние каникулы. --Настя! — по привычке завопила Марина, увидев подругу, усаживающуюся в «Скорую помощь».-Ты куда? —Тише, девушка, тише, — остановила её фельдшер, помогающая Насте. -Чего раскричалась? —Вы куда её повезли? — не унималась подруга. —Куда — куда? Вот расквохталась, — медработник усадила Настю в машину и закрыла дверь.- Рожать повезли. —Как рожать? Ей ещё рано! — Марина прилипла к стеклу «буханки». —Ну знаешь ли, — улыбнулась фельдшер, - срать да родить нельзя погодить. Поехали, Василий. —В каком хоть роддоме искать её? — Марина распахнула закрытую перед её носом дверь. —Вот неугомонная! — сердито ответил водитель. -На Пушкина сегодня дежурит. Там будет. И началась свистопляска… Максим, которому позвонила бившаяся в истерике Марина, боялся опоздать. Дорога —то не близкая. Как оказалось, зря боялся. Часов шесть Настя, как не прикаянная, бродила по родзалу. Давно наступила ночь. Схватки вышибали слёзы. «Реветь нельзя. Орать нельзя, — продолжала она нарезать круги по родилке.-Только бесишь этим.» —Ты так смешно пыхтишь, — заглянула в зал молодая, только после училища, акушерка.-На мячике вон ещё попрыгать можешь. Попозже зайду ещё. Медсестра надула пузырь из жвачки и скрылась в коридоре. —Однако, — Настя, поддерживая живот, продолжила бродить по палате. —Да вы что, бабоньки, с цепи сорвались? — услышала она недовольный голос из коридора.-Сколько же можно рожать? И все в мою смену. В зал, слегка прихрамывая, вошла гинеколог лет 50-55 и окинула роженицу оценивающим взглядом поверх очков. —Молодая, — махнула врач рукой.-Тимуровна, сделай ей снотворное, а утром прокесарим. Спать хочу. На пороге появилась акушерка лет тридцати, с лотком и шприцем в одной руке и тонометром в другой. —Безводный период сколько? — глянула она на Настю из-под шапки. —Часов десять, — растерянно ответила пациентка. —Схватки как? -Ольга Тимуровна сняла колпачок с иглы и выпустила воздух. —Каждые пять минут, -Настя присела на жёсткую кровать. — КТГ сто ударов показывает. —Сколько? — округлила зеленые глаза акушерка.-Должен быть 180-200. До утра не доживет. Лежи пока, хватит бродить. Дальше был смутно знакомый Насте врач, маты в сторону кого-то по фамилии Семилетко."Спит она, бля!".Каталка, операционная, анестезиолог, который просит считать до десяти и надевает на лицо маску. Голос из неоткуда «Спи, малыш, всё хорошо». Чья-то теплая рука коснулась лба. --Ну и за что ты на парня налетел, Серёга? — аккуратно, чтоб не разгневать и без того злого шефа, спросил Юра. —Глаза дома забыл потому что, — рыкнул в ответ Маврин. -Давно уже пора эту прокладку поменять. —Какую? — повернул кудрявую голову Стыров. —Меж сидением и рулём той "Лады", -Сергей поставил машину на ручник и добавил. -Наш автопром способствует быстрой смерти водителя, без мучений. Жена у него рожает, видите ли. Тревога. Чувство не понятно откуда взявшееся, необьяснимое, толкающее бежать или ехать куда-то, только бы не быть одному в пустой квартире. «Может, с Ленкой что?» — Маврин скинул вызов матери, которую набрал минуту назад и позвонил бывшей жене. Ничего не изменилось с сентября, когда он последний раз звонил Лене. "Данный вид связи не доступен для абонента " — разочаровал его оператор. «Группа по домам. Анька тоже, лично до подъезда довез и убедился, что добралась до квартиры- в комнате зажегся свет. Что-то с кем-то происходит, причём не просто со знакомым, а с родным. А ты не знаешь, Маврин.» Сергей поставил кружку с уже холодным кофе на стол, накинул куртку и вышел на улицу. "Куда тебя несёт? -сонно забубнил Кузьмич. -Три часа ночи. Время глухое. Ищешь приключений себе на зад, Маврик? " Зима вступила в свои права и начала засыпать Москву снегом. Снежинки слипались в крупные хлопья и сыпали уже часа три. Перед глазами Маврина вдруг возник тот парень из "Приоры", ушибленный о знак лоб наливался синяком. Бескровное, напуганное лицо. «Успел к жене или опоздал? — подумал Сергей, прикуривая сигарету.-Пятничные пробки да и дорога скользкая. Полетел на всех парусах.» --Да все вы люди одинаковые, чуть что поднимаете кипиш, несетесь, теряя тапки, -демон зевнул и поежился, садясь на заснеженную скамейку. Жена рожает! Как будто без него не родит! Кузьмич чихнул и исчез. —Ну что растерялся, папаша? — медсестра умело запеленала ребёнка и подала Максиму.-Забирай своё сокровище. Целых 4 кг золота. В маму рыжая. POV Маврин. Кого несёт в ночь глухую? Только лёг, только, вроде, уснул. Не пойду открывать. Надо же, звонить перестали! Аллилуйя! Неужели дошло, что люди спят и собаки тоже. Теперь за ручку дверную подергать? Совсем уже обнаглели. Никого нет дома, проваливайте! Кто бы ни был. Не слышите? Сейчас прольется чья-то кровь, сейчас — сейчас. Где джинсы? Хоть какие-нибудь? Не открывать же в неглиже. —Моть, ты бы хоть голос подала, — собака сонно поднимает голову, делает вид, что ничего не происходит, сворачивается и снова засыпает.- Сторож, тоже мне. Ну и кто здесь? Только скажите, что ошиблись, завтра же дверь заварю, нет не в квартиру, в подъезд. Чтоб не шастал никто. Странно, нет никого. Прохожусь по площадке, заглядывая в каждый угол, возвращаюсь обратно к дому. Управляющая компания так и не удосужилась сменить мерцающую лампу, как же слепит. Вон на шестом всегда горит, создаёт, так сказать, интим. Кто это тут голоногий рассекал, по площадке, чьи сырые следы? Вот чьи. Пролетом выше, привалившись к батарее, сидит человек, кутается в как его там? Пижама, по-русски. Кугуруми! Енот, вроде. Назовут же. Капюшон с черными ушами скрывает лицо. —Эй, — поднимаюсь и тормошу, — живая? Не знаю почему решил, что это девушка, ну парни, вроде, не носят это нечто. Скрючивается ещё сильнее, прячет лицо в коленях, такое ощущение, что хочет исчезнуть, всхлипывает. —С родителями поругалась? — поднимаю за подмышки и ставлю на ноги.- Ты не отсюда? Так? По снегу шла? Кивает в ответ. —Замерзла? Утвердительный кивок. —Пошли, — беру за руку. Идёт. Не сопротивляется. Не боится, значит. --Надо тебя согреть, заболеешь ведь. Собака продолжает спать. Пока закипает чайник, нашёл для гостьи пару тёплых носков, кивнула головой в знак благодарности, подогнула ноги под себя, устроилась на кухонном диване, сняла капюшон. Сколько веснушек! Всё лицо осыпано, короткие чуть вьющиеся волосы каштанового цвета, темные глаза, редкое сочетание светлой кожи и тёмной радужки. Чай с имбирем и лимоном согревает почти, как глинтвейн. Стук в дверь. Уже не звонят, а ломятся, в наглую. Да что ты будешь делать? На пороге Миша Горшенев, бухой или упоротый, на ногах еле стоит. —Привет, Серёга, давно не виделись, -салютует прибывший. —Давно, — соглашаюсь я.-Зайдешь? —Нет. Попросили забрать у тебя кое - кого, — Горшок заглянул в коридор, но в квартиру не вошёл. -Пойдём, беглянка. Ждут тебя уже. Девушка послушно, опустив голову, идёт к выходу, переступает порог, оглядывается. —Что? — спрашиваю я. — Иди. Родителей не выбирают. Накидывает капюшон. Зябко ежится. —Иди, там машина, — торопит Мишка.-Бывай, Серый. «Миша -то откуда в Москве? Да ещё в таком состоянии? Впрочем, свинья грязи найдёт, — ноги ватные от недосыпа и всего свалившегося в эту ночь. -Стоп! Мишка мертв! А кто же это был?» —Эй! Горшок, подожди-ка! — Хватаю девчонку за запястье и вытаскиваю из кабины лифта, прячу за спиной.- Она с тобой не пойдёт. Вместе с ней пятимся к квартире. —Не я, так другой заберет, Серый. Всё равно здесь не останется, — ухмыльнулся Горшенев, почти протрезвев.-Ты ж меня знаешь, я не обижу. —Вопрос снят, Мишаня, — закрываю дверь и поворачиваюсь к девушке. -Ты кто или что? Молча смотрит в глаза. --Ложись спать, утром отвезу куда скажешь, — поворачиваюсь к ней спиной, иду курить. --Паап… Давит на грудь. Нечем дышать. Надо проснуться, Маврин, у тебя снова сонный паралич. Ну, раз, два, три, просыпайся же! POV END Маврин. Сергей открыл глаза, резко сел и глубоко вздохнул. За окном темно. Рядом суетится собака. --Господи, думала уж никогда не вернешься, — вымученно улыбнулась Марина, когда муж уселся на диванчик рядом. -Чего такой кислый? —Ничего, -вздохнул Ярослав. — Пойдём домой, Мариш. —Не получилось с автографом? Ну чего молчишь? — заводилась Марина, видя подавленное состояние мужа. —Дома расскажу, — скривился он.-Пойдём. —Вас люди ждут, а вы, — налетела на Маврина и Стырова Балашова. -А вы… Да когда успели-то? Организатор помахала перед собой рукой и обнюхала обоих музыкантов. —Коньяк? Откуда? —Анька, не шуми, -алкоголь ударил Артёму в голову.-Ты же видишь, что на Серёге штаны с множеством карманов. Больше скажу, задний карман не пустовал весь концерт, а ждал своего часа. —Тёма, — прошипела Балашова, -ты же в курсе, что это конец. —А что я могу? -вокалист развел руками, по стенке пробрался мимо организатора и опустился в кресло.-Коньяк Серёгин, я не рискнул связываться, но сам отказаться от угощения не смог. —Сколько? — Анна изменилась в лице и сжала кулаки.- Хотя, судя по его глазам, грамм 100 точно. —Чекушка, если быть точным, -активировался Маврин. — На двоих разумеется, я не жадный. Хорошо, но мало. —Но у нас с собою было, — вдруг услышала Аня голос Стырова и булькание.-Серёга лови, теперь я угощаю. Артём закрутил крышку фляги и бросил её через гримерку Маврину. Балашова попыталась перехватить сей предмет, но не удалось. —Акела промахнулся! — как ребёнок, передразнил Сергей, отхлебывая коньяк. —Юра, -скрипнула зубами организатор, — займись погрузкой оборудования и этих двоих. Придётся извиняться перед людьми. —А ты меня так ещё больше заводишь, — Маврин захлопнул дверь за группой и обнял Балашову сзади за талию.-Кошечка моя дикая. —Сдурел? -Аня с силой впечатала каблук — шпильку в травмированную год назад ногу шефа.-Грузись давай со всеми! —Фак! — чуть не завопил от боли Маврин и резко развернул Балашову к себе лицом. -На твоём месте, я бы над действиями задумывался, дорогой поэт. Я ведь могу превратить для тебя этот тур в ад. За счёт высоты каблука Анна почти сравнялась с Сергеем по росту. —Смотри, как бы самому не заплакать, — не отводя взгляда от глаз шефа, бросила она. —Ну и что ты можешь сделать? — гитарист отпустил плечи Анны, взял инструмент и вышел на улицу. "Тебе лучше не знать, Серёжа,"— подумала поэтесса, выходя к фанатам. --Марин, смотри, вон они грузятся, — чуть с тоской сказал Ярослав, мотнул головой в сторону автобуса группы, выжал сцепление и начал выруливать на трассу.-Вон Рыжий. —Вот же зануда ты! — выпалила жена, отстегивая ремень безопасности. -Тормози! —Куда? Марина! -Ярослав на половину высунулся из машины и прибавил в полголоса.-Я ж тебе не сказал. Бухие они! —Что мы бухих мужиков не видели? — сердито рявкнула жена, а себе под нос добавила.-Помнится, не такой уж страшный был год назад за столом. --Девушка, вы нормальная вообще? — заорал водитель автобуса, резко затормозив, когда Марина откуда не возьмись появилась на дороге. -Машины вас не е..т, они вас давят! —Мне быстро, буквально на минуту, — выпалила девушка, открывая дверь и влезая в салон почти целиком. Ну и темень тут у вас. Свет включи, шеф. —Ночью нельзя, -растерянно пробормотал водитель, но счелкнул выключателем. У Анны от такой наглости отнялся язык и сказать что - либо она не смогла, зато встрял Стыров: —Вам кого? — дыхнул коньячным перегаром вокалист.- Совесть поимейте, девушка! —У меня там в машине ребёнок слезами заливается, автограф просит, а они уже чешки нарезали! — не отступала Марина.- Как так? —Тёма, ты выражаешься, как босяк, — раздался голос из глубины салона, показалась татуированная рука в рваной джинсовой куртке -Давайте ваш постер.  — Афиша, — Марина подала свернутый рулоном лист. Маврин показался почти полностью, прищурившись в полутьме, подписался, передал афишу сядящему рядом Юре и внимательно посмотрел на девушку.  — Мы с вами нигде не встречались? -Сергей зубами вытащил сигарету из пачки и закурил.-Лицо уж больно знакомое. —На концерте только если, — пожала плечами Марина, чувствуя неладное. — В третьем ряду стояли. —Имею ввиду неформальную обстановку, — гитарист продолжал беззастенчиво рассматривать краснеющую Марину. —Нет, — отрезала она.-Я бы запомнила вас. Тесная гримерка, где только что толпилась вся группа, опустела. Только что проведен саундчек, оборудование настроено и оставлено на сцене, кроме гитары Маврина, с которой он практически не растается. —Осторожно, -Аня только по ей известной причине протискивается между столом и диваном, на котором сидел Сергей, с кружкой горячего кофе к окну. Маврин, заметив опасность, подобрал ноги поближе и вжался в диван. Одно неловкое движение и организатор, запнувшись за складку на ковролине, потеряла равновесие и всё содержимое кружки оказалось на белой наглаженно рубашке Сергея и его светлых рваных джинсах. —Аня, блин! — подкинуло на диване Маврина. Сергей содрал испорченную рубашку в поисках чего-нибудь холодного, чтоб приложить к обожженной коже.-Да как так-то? —Помешал? — в дверях появился Лео. -А че джинсы- то сырые? Всё так плохо, шеф? —Скройся с глаз! — огрызнулся Маврин. — И поэта с собой забери! Пока она жива. Анна проскакала в обратную сторону, по пути отдавив Серёге ногу. —Аня! — заорал шеф.-Ты специально что ли? Обшарпанная дверь приоткрылась и появилось сияющее лицо Балашовой. —А ты думал съехать на халяву, Серёжа? — подняла она брови.- Ответочка прилетела за запоротые автографы. Маврин оглянулся в поисках того, чем бы запустить в нагло улыбающегося организатора, но дверь захлопнулась. —Серый! — на пороге появился Стыров. —Тебе-то чего? -уже завыл обваренный кофе Маврин и запустил в вокалиста залитыми джинсами. —Да ничего! -Тёма перехватил предмет одежды на лету и швырнул обратно.-Выходить пора, а ты без штанов! —Смотри не заиграйся, Анюта, — проворчал себе под нос гитарист, переставляя тяжёлый ремень в повседневные джинсы.-Концертный костюм в виде тату? Пойдет. Зря что ли бил? Первые три композиции публика недоумевала, глядя на полуголого фронтмена, потом потихоньку пришла в себя. —Серёга, ты чего издеваешься? — Алексис подошёл во время антракта к Маврину. -Я не знаю, что у вас там с Анной произошло и знать не хочу, но оставьте свои терки за кулисами. Не буди Лихо, пока оно тихо, Серёж. —А я ещё и не начинал будить, — Сергей прикурил и ухмыльнулся.-Всё ещё впереди. Последняя песня в сетлисте, музыканты выдохнули и Анна тоже. —А теперь, — наклонился к микрофону Маврин.- Я приглашаю на сцену человека, которому мы обязаны практически всеми нашими текстами. Наш организатор Анна Балашова! Попросим! Половина зала восторженно заголосила, вторая разочарованно вздохнула, но зааплодировали все. Сергей отошёл к ноутбуку, следом шмыгнул Стыров. —Ты что творишь Рыжий? — затараторил вокалист.-Этого в сценарии нет. Давай поклон и всё. —Залитой кофе рубашки в моём сценарии тоже не было, но…- Маврин развел руками и приветливо улыбнулся бледной Ане, на трясущихся ногах поднимающейся на сцену. -"Зеленый" концерт, Тёма. Рано вы расслабились. —Эпилог! Эпилог! — начала скандировать первая половина публики, тогда как вторая степенно расселась на мягкие диванчики. —Зал просит, Анют, — Сергей отказался позади Балашовой и незаметно пододвинул её к микрофону.-Не срывать же выступление. Смелей, девочка. Организатор отстранилась от его руки и бросила растерянный взгляд на Артёма. —Жизнь, как череда…- прочла она по губам вокалиста. —Помню, -тихо ответила Балашова. —Я помогу, — добавил Стыров, отходя в глубь сцены. —А наша восходящая звезда сидит здесь, от всех в отдалении и рыдает! — констатировал факт Маврин, когда вся группа завалилась в гримерку. На стол поставлен призентованный поклонниками торт с надписью «Маврин», на диван положена подушка в виде черепахи в шляпе. —Ань, — на диван рядом с поэтессой присел Тёма и убрал в хвост кудрявые волосы, — ну не всё так плохо, подтянем твой вокал. На альбоме же хорошо звучит. --А я этого хочу? — Балашова подскочила с дивана, будто сидела на сжатой пружине. -А я просилась на сцену? —Анька, это называется "зелёнка", — улыбнулся Маврин, — последний концерт в туре. Если ты забыла. —Это не честно! — в голос заревела поэтесса. -Я вам ничего плохого не сделала, чтобы так меня подставлять! —Вот так выпад, — Лео посторонился от активно размахивающей руками Анны. —Я знаю, что я безголосое существо, которое напрочь лишено чувства ритма и слуха! - Балашова размазывала потоки слез и туши по щекам.-Не за чем мне напоминать об этом! —Тебя там ждут, Аня, — попытался переключить внимание Балашовой Юра. —Я, я, — всхлипывала девушка, никак не находя слов. —Тебя ждут, Ань, — вежливо повторил Алексис. —Кто? — продолжала реветь организатор. — Холодная вода в раковине, чтобы умыться? —И напудрить носик, — не задумываясь ляпнул Максимов. —Тебя поклонник ждёт, Ань, — Маврин устало потер глаза. -Иди уже и в гостиницу пора. Завтра домой летим. Пустой зал. Только бармен ещё суетится около стойки, натирая бокалы и убирая пустые кеги. «Опять прикол, — закусила губу Анна. -Конечно, Рыжий без них не может. Ещё и парней подбил. Всё один в один, как тогда в лесу со Стыровым.» Девушка оглядела помещение и собралась уже уходить, но её окликнули. —Аня! — произнёс звонкий детский голос. Балашова обернулась и увидела в нескольких метрах от себя девочку лет десяти — одиннадцати, светлые волосы, заплетенны в две косички, серо-зеленые бойкие глаза из-под тонких бровей, тёмная футболка с непонятным логотипом, чёрные вытертые джинсы. —Аня, — чуть тише повторил ребёнок. —Да, милая? — поэтесса присела на корточки перед девочкой. — Это ты меня ждёшь? —Подпишите, — девочка во все глаза глядя на Балашову, протянула ей блокнот.-Нет только вашего автографа. —Но я же, — Анна стушевалась и выдавила, -технический персонал. —Это не важно, — девочка поправила съехавшую на глаза бандану. — Я вас люблю, просто за то что вы есть. —Для кого подписать? — Аня улыбнулась и взяла из холодных , худых рук бумагу. —Для Ани, — выпалила поклонница и тут же осеклась.- Нет, для Нюты. Поэтесса подписалась и передала вещь хозяйке. —Здорово! — протянула Нюта. -Жанна обзавидуется! Спасибо! --Серёга, да просыпайся же, — толкнул шефа в бок Стыров. -Сколько можно спать? Уже десять часов дрыхнешь! Как сурок! —Я сплю впрок, -пробормотал Маврин, отворачиваясь от вокалиста и натягивая одеяло по самые уши. —Да ёлки-палки! — Тёма стащил одеяло с засыпающего Сергея, но тот попытался завернуться в лежащую под ним простыню. -Все уже давно собраны, машина через несколько минут придёт, самолёт ждать не будет! —Маврин, я что-то не пойму, что у тебя на щеке? -Юра уже минут пять разглядывал шефа, сидя за столом в кафе аэропорта, и всё — таки решился спросить. —А что там может быть такого, Алексис? —Сергей привычным движением провел по щеке. —Если бы я знал, то не спрашивал бы, — как ни в чем не бывало ответил друг, с живым интересом разглядывая начальника. -Ооо, и на лбу тоже проявляется. Ну лоб хрен с ним, пониже бандану повяжешь, а со щеками не знаю что и делать? Юра откинулся на спинку кресла и в задумчивости потер подбородок. —С каких пор ты пользуешься автозагаром, Серёга, вместо крема после бритья? — подошёл с чашкой горячего чая Стыров. —С тех пор, как вытащил меня на сцену, — ответила из кресла напротив Анна.-Два - два, Серёж. Смотри чем мажешься, тем более со сна, особенно с бодуна… —И увидел великий Гессер, что силы равны…- процитировал Лукьяненко Леонид.-И если не остановить битву, погибнут все…