Не было бы счастья, да Уголовное право помогло

Pov Аня.       После разговора с Михаилом Сергеевичем и его ухода я стала думать над его словами. В целом, полковник прав — Матвеев не заслужил похабного отношения к себе. Он и так от Лизы нахлебался, а тут я ещё себя гордой показываю. Может, я действительно та, которая ему нужна, а он — тот, кто нужен мне? Да, пускай он меня намного старше и почти мне в отцы годится, но всё же… Может, я больше никого не встречу достойного?..       В общем, наплевав и наступив своей гордости на горло, я решила идти на дискотеку универа в самый последний момент. Тем более, что обида на то, что Шерлок оказался тем, кого я сначала терпеть не могла, а потом влюбилась, это не повод лишать себя праздника. Поэтому, собравшись, я поехала вместе с Серым в универ. Только, приехав туда, мы разделились: он пошёл с главного входа, а я — с «чёрного». Сюрприз устроим одногруппникам.       Пройдя в учебное заведение с другой, более тихой и неприметной стороны, я увидела, что коридоры были пустые, так как все собрались в актовом зале. Мне же это на руку — никто мешаться не будет. Поправив одежду в туалете, я прошла к залу и, зайдя вовнутрь, прошла к сцене. Благо, людей было много и меня не заметили.       Конечно, перед выходом на сцену с песней «Музыка нас связала» группы «Мираж», которые знают люди всех возрастов в нашем универе, очень менжевала. Песни последнего десятилетия прошлого столетия кто-то знает в силу возраста, кто-то — в силу кинематографа, который в последнее время помешался на советском и постсоветском прошлом России. Лично я в силу возраста. Я буквально выросла на песнях тех времён, так как родители и родственники постоянно крутили их на своих пьяных посиделках. Даже до сих пор так делают…       Но когда я всё-таки решилась исполнить свой план, я не сразу поняла, как заворожила всех. А одного человека особенно. Я чувствовала на себе взгляд Матвеева, но не думала об этом, так как нужно допеть, что начала. Иначе собьюсь.       Но должна признаться, что всё-таки мой план удался. Всё прошло потрясающе. Конечно, отдельные личности были недовольны моим неожиданным появлением (вслух таких не называем), но в целом все были довольны. Даже Серёга с Сашкой кинулись танцевать и подпевать мне в первых рядах. — Ты же говорила, что не придёшь на дискач! — пыталась перекричать музыку Алмазова, когда я завершила своё эффектное появление столь же эффектным уходом со сцены. — Я решила, что из-за жопы в жизни не стоит себе отказывать в празднике, — отозвалась я, мухлюя с диджейской аппаратурой. Пыталась выбрать медляк какой-нибудь для студентов. — Ладно, перекрашенная Танька Овсиенко, поставь какой-нибудь медляк и сама на танцпол подваливай! — произнесла Саша каким-то странным тоном, пока я копалась в компе. — И Джеймса Бонда с собой бери, а то пожирает тебя взглядом!       Вообще-то в известных нам песнях этой группы звучит голос Суханкиной. Везде, причём! Но подруга быстро скрылась в толпе, оставляя меня думать над своими словами. — Какой Бонд? — удивлённо спросила я, пытаясь перекричать музыку, но девушка меня уже не расслышала.       Переведя взгляд на Матвеева, что стоял за ними (а, так вот ты про какого Бонда говорила, Саня!), я бегло осмотрела его, оценивая одежду препода. Сука, ведь знал же о том, что я неравнодушна к двум типам мужчин — мужчинам в форме и в деловых костюмах. — Ну да, на бандита из девяностых ты не похож, — добро хмыкнула я. — Те массивные цепи и малиновые пиджаки носили.       Перекинувшись ещё парочкой фраз, мы с Максимом, как и все остальные присутствующие в этом, отправились танцевать медляк. Оказавшись на танцполе, препод осторожно коснулся руками моей талии, будто боялся мне навредить. Я же с несвойственной мне уверенностью (её обычно как ветром сдувает, стоит только появиться тому человеку, который мне небезразличен) коснулась руками его широких и сильных плеч и закружилась с ним в танце. Приятная слуху музыка какого-то зарубежного исполнителя буквально обволакивала нас, заставляя нас смотреть друг на друга с улыбками и немного топтаться на месте, иногда совершая круговые движения. — Как Новый год планируешь провести? — задал вполне безобидный вопрос Максим, а у меня уже мурашки пробежали по телу. Они устроили шествие из-за его приятного голоса. — Ну как можно его провести с родителями и другими родственниками у тёти в загородном доме? — пожала я плечами. — Побегаю от детворы в колпаке Деда Мороза, поем пару салатов, а затем спать пойду. — А не хочешь провести этот праздник со мной? — услышала я то, о чём даже и не мечтала.       Матвеев, ты угораешь? Конечно, хочу! Я мечтала об этом ещё с первого взгляда, который метнула в твою сторону! Ладно, не с первого… Ладно, не со второго! Короче, после того спектакля для Боярской, который пошёл не по плану для нас самих, я очень хочу сблизиться с Максом. Не в смысле переспать, а в душевном понимании. Хочется узнать, какой вне стен универа. Слова его мамы — одно, а то, когда он сам себя покажет с этой стороны, — другое. — Заманчивое предложение, — ответила я. — Боишься, что сорокалетний мужик начнёт приставать к тебе? — тихо засмеялся мужчина, наблюдая за моей реакцией. — Не бойся, не начну, пока сама не попросишь. — Однако страшно, — уже засмеялась я в ответ.       Ещё немного потанцевав, я уже бесстыдно прижалась к Матвееву всем телом, так как устала и хотела спать. Всё-таки вся эта подготовка к сегодняшней дискотеке и нервотрёпка вместе с ней очень вымотали. — Устала? — послышалось над моим ухом, отчего я немного вздрогнула и вернулась в приемлемое положение. — Немного, — ответила я. — Тогда давай я отвезу тебя домой? — предложил мужчина. Это было предложение, от которого нельзя было отказаться.       В ответ на его вопрос я кивнула. Ну смысл отказываться? Мы покинули актовый зал, оставляя позади музыку и оживлённые разговоры. На улице было холодно, воздух пах снегом, хотя сам снег ещё не пошёл. Этот козёл растаял буквально на днях, а потом утром показал себя в виде гололёда. Еле дошла до крыльца универа, когда выбралась из машины брата.       Подойдя к машине Максима вместе с ним, мужчина снял сигнализационную блокировку и, как истинный джентльмен, открыл мне переднюю пассажирскую дверь. Сама галантность, блин! Где же ты раньше был такой? Слегка улыбнувшись, я чуть кивнула головой в знак благодарности и села в машину. Макс закрыл дверь, а затем обошёл автомобиль и сел на место водителя.       Через несколько секунд послышался характерный звук запуска двигателя машины, и я почувствовала, как в салоне становится тепло. Оно окутывает, словно мягкий плед… Матвеев ловко и довольно осторожно выехал с парковки университета и повёз меня домой по вечернему городу. Мы ехали до дома в тишине, и казалось, что слова здесь будут лишними. Мы и так уже всё сказали друг другу там, на новогодней дискотеке.       Максим довёз меня до дома довольно быстро, что было удивительно для мегаполиса, в котором иногда разводят мосты для кораблей. Приехав во двор многоэтажки и остановившись у подъезда, где расположена квартира моей семьи, я посмотрела на мужчину. Он всё это время сосредоточенно вёл машину. Даже ни разу не покосился в мою сторону. Было как-то немного обидно. — Спасибо, что довёз, — нарушила я тишину, которая возникла в салоне автомобиля. Просто что ещё в такой ситуации сказать?.. — Не благодари, я же сам предложил подбросить тебя до дома, — отозвался Матвеев, повернувшись ко мне и немного улыбнувшись.       Я выбралась из машины и услышала, как со стороны водителя тоже хлопнула дверь. Поправив своё зимнее пальто, я вместе с преподом направилась к подъезду. Дойдя до металлических врат домофона, я развернулась к сопровождающему меня мужчине лицом и посмотрела на него. Так хотелось пройти с Матвеевым путь той сопливой романтики, какую я читала в дешёвых коротких любовных романах.       Тут поднялся холодный зимний ветер. Я сразу же зябко поёжилась и даже попыталась быстро и плотнее закутаться в своё пальто, но в этот момент Матвеев бросил на меня внимательный взгляд своих серо-зелёных глаз. — Ты чего кутаешься? Замёрзла? — мягко спросил он. — Немного, — ответила я, пытаясь справиться с воротником верхней одежды, который стал топорщиться.       Сократив и без того маленькое расстояние между нами, Максим протянул свои руки в сторону шеи, и, когда его пальцы коснулись воротника моей зимней одежды, его взгляд стал хмурым. Видимо, что-то ему в моём внешнем виде не понравилось. — Конечно, мёрзнешь. Где твой шарф?       Я моргнула, прокручивая в голове события минувших дней, и поняла, что не помню, где посеяла его. Блять, реально, а где мой шарф? — Я… Я, кажется, его потеряла, — призналась я чуть виновато.       Матвеев чуть качнул головой несколько разочарованно, будто решая что-то про себя. А потом он вдруг распахнул своё зимнее пальто, снял со своей шеи шарф и повязал его вокруг моей. В этом его жесте было столько заботы, что я чуть лужицей не расплылась! После этого всего препод спокойно произнёс: — Я нашёл твой шарф. Он был на сидении в машине. Видимо, упал, пока я тебя нёс домой, так как ты уснула по дороге.       Сказано было так спокойно и буднично, что мне ничего не оставалось, кроме как пожать плечами. — Ладно, — кивнула я, а я затем продолжила. — Подожди, а как же ты? Тебе же он тоже нужен. Простынешь же.       В ответ на такую мою заботу Матвеев тепло улыбнулся и, распределив шарф в окончательном варианте на моей шее, а затем поправив воротник пальто, погладил по голове. — Мне не привыкать. А вот если ты перед праздником заболеешь, то не будет мне прощения.       Хотелось звонко засмеяться в адрес на такую его реплику, но я ограничилась тоже не менее согревающей улыбкой. — Хорошо. Тогда, когда мы встретимся, я верну тебе твой шарф, — выдвинула я своё условие. — Да не парься особо по этому поводу, — отмахнулся мужчина от моих слов, словно от назойливой мухи. — Можешь даже себе его оставить. — Нет, я не могу, — начала отказываться я от такого подарка. Конечно, ткань у вещи приятная, а мужской парфюм, которым она пропитана, тем более, но вещь всё равно чужая… — Я тебе его верну…       Поговорив ещё немного, мы попрощались, и я сразу же вошла в подъезд. Даже не оглянулась назад. Буквально спиной чувствовала взгляд препода на себе.

***

— Ааааа, Муравьёва, одуреть! Это же самое настоящее свидание! Ваше первое реальное свидание! — верещала Сашка, таская меня по бутикам торгового центра.       Да, мне пришлось ей рассказать, что наш Уголовник пригласил меня к себе отпраздновать Новый год. Девушка на следующий день после нашего разговора тут же схватила меня за шкирку и потащила в ближайший торговый центр, чтобы «подготовить меня к моей первой взрослой ночи». Согласна, звучит пошло и отвратительно. Но в случае с Сашей проще уступить, чем отстаивать свою позицию.       Мы затарились небольшими всякими штучками и безделушками, новогодней упаковочной бумагой, коробочками различных размеров и лентами. После магазинов будем подарки собирать. — Так, ещё надо в магазин нижнего белья зайти, — произнесла Саша, отмечая в своём блокноте покупки, которые мы уже взяли. — Зачем это? — удивилась я её словам. — Вот ты лапоть! Как зачем? Бельё тебе для ночи с Матвеевым посмотрим, — ответила подруга, а у меня глаза на лоб полезли от такого и даже щёки загорелись.       Ну да, при своих довольно старых летах я ещё девочка. Не довелось мне как-то познать эту сторону любви, поскольку для этого шага нужна смелость и человек подходящий. Который тебе доверяет, и которому доверяешь ты… До встречи с Максимом мне такой не попадался. В основном доверяла я, а меня тупо водили за нос. — Нет, я не пойду туда, — отозвалась я и скрестила руки на груди. — Ань, так нужно. Все девушки наряжаются для своих мужчин, и нижнее бельё является не менее важной деталью, чем то же платье или макияж с причёской, — начала объяснять Алмазова. — Я тебе чё, шлюха? — нахмурилась я в ответ. Нет, ну серьёзно, как так можно? — Ань, пойми, настоящая женщина должна быть хозяйкой на кухне, леди в гостиной и проституткой в постели. Это основа нашей жизни, — с учёным видом выдала блондинка.       Ну ты сама пока только с последним хорошо справляешься… Я на дискотеке ещё заметила, как мой братишка её лапал во время танца. Чуть там, в актовом зале универа, не трахнул. Только как бы ей потом плакать не пришлось, когда мой братец-адвокат бросит её. У него есть такое «поматросить и бросить». — Но почему-то мужики больше ценят последнее, чем первые два, — прокомментировала я её слова. Долго же подбирала нужные слова. — Ну твой точно не такой, — в некотором роде подбодрила меня Саша. — Не думаю, что Матвееву жопа и сиськи важнее ума. Вы сколько друг друга морозили? — Три месяца, — ответила я, а после развела руками. — Но, блядь, я же не знала, что это Матвеев. Думала сначала, что какой-то ботаник из другого какого-то универа, который только начал преподавать Уголовное право. — Фу, блять! — скривилась Сашка. — Ты бы стала спать с ботаником? Как так можно? Они же все прыщавые, с очками на пол-лица и конченные девственники! — А если бы Матвеев был ботаником? Ты бы тоже самое сказала про него? — метнула я в её сторону строгий взгляд. Вот вам и яркий пример — девушка охотится за мужской красотой. — Из него получился бы слишком мужественный ботаник, — засмеялась девушка. — И ему очки пойдут, кстати. Признаю, поначалу я тоже хотела с ним мутить, но поняла, что он пара только тебе.       Гузеева местного разлива, блять! — Так всё, посидели и хватит. Пошли делать из тебя женщину, — перевела тему Саша.       Она поднялась со скамейки и, прихватив вместе с пакетами и меня ещё, ринулась в известном ей направлении. Блять, не хочу! Я же не шлюха… Я не хочу, чтобы Матвеев подумал так и решил, что мне от него нужен только секс. Как и Боярской в своё время. Я не она, я в тысячу раз лучше этой воблы сушёной! И я должна показать это Максу.       Я шла позади Саши. Из-за её «душевного» монолога, шуршания бумажных и целлофановых пакетов не было слышно моих шагов. Поэтому я воспользовалась ситуацией и уже на подходе к обители разврата я свернула в соседний ювелирный бутик. Здесь было спокойно и тихо. Даже клиентов особо не наблюдалось. Только мужик какой-то стоял у витрины и что-то выбирал на подарок близкому человеку. — Я думаю, что Ваша девушка останется довольна таким украшением, — произнесла девушка-продавец. — Я тоже надеюсь, — услышала я знакомый голос и застыла. Это был Макс, и он что-то покупал для меня (?). Блин, почему мне так стыдно, что подслушала этот разговор?       Матвеев забирает пакет у девушки с логотипом магазина и поворачивается в мою сторону довольно медленно. Как в фильмах ужасов прямо! Когда мужчина поднял взгляд от сумки на меня, он тоже застыл на мгновение, не ожидая увидеть здесь, а затем подошёл ближе и мягко обнял вместо приветствия. Я ответила ему тем же, коснувшись руками его плеч. Со стороны это было похоже на обычное дружеское объятие, и никакого криминала. — Я тоже рада тебя видеть, — ответила я, пока он сжимал меня в своих лапищах. — Решила немного закупиться перед праздником? — спросил Максим, немного отстранившись. — Да, — согласно кивнула я в ответ. — Решила прикупить немного приятных штучек, а тут Саша меня в храм разврата потянула. — Не совсем понял — куда? — уточнил мужчина, не поняв моих слов. — В бутик нижнего белья, — ответила я. — Вбила себе в голову, что в новогоднюю ночь я должна… Нет, обязана переспать с тобой. — Девчонки, вы у меня все какие-то озабоченные, — засмеялся на мои слова препод. Но смех его был добрый, и мне это жутко нравится. — Ты слишком красивый, чтобы мои одногруппницы сдерживались, — отозвалась я в ответ и тут же больно прикусила язык. Я же сейчас не лучше их, бляха-муха! Я сразу покраснела от своих слов. — Сочту за комплимент, — улыбнулся мужчина и перевёл тему. — Ты куда сейчас? — Планировала домой слинять, пока Саша возится в соседнем бутике, — ответила я. — Хочу спокойно собрать подарки для всех родственников, а потом какой-нибудь фильм посмотреть под компанию газировки и поп-корна. — Это можно устроить, — произнёс Макс. — Но сначала мы с тобой зайдём в бутик одежды. — Зачем? — удивилась я, но ответа не услышала, поскольку Матвеев схватил меня за руку и повёл в сторону нормальных магазинов торгового центра.       Подойдя к помещению с небольшой вывеской над дверью, я мельком посмотрела на манекены, стоящие за стеклом. Одежда красивая, конечно, но ещё была бы удобна в носке… Войдя в бутик, к нам с Максимом сразу же подошла девушка в униформе. — Добрый день. Чем могу помочь? — дежурно улыбнулась блондинка. — Добрый. Нужно платье для вот этой очаровательной девушки. Длина средняя, — озвучил свои пожелания мужчина, даже не дав мне и слово сказать. Пиздец какой-то! За меня сегодня все будут решать, что ли?! — Хорошо. Пройдёмте к примерочной, мы что-нибудь подберём, — кивнула девушка и, взяв меня за локоть, повела куда-то вглубь зала.       Я прошла следом за ней и оказалась около примерочной. Там уже собралась компания из ещё троих консультантов, которые держали в своих руках платья для меня. Чувствую себя Джулией Робертс из фильма «Красотка»! Не удивлюсь, если Матвеев на самом деле окажется помолодевшим Ричардом Гиром.       Мне дали стопку платьев и зашторили примерочную, чтобы я переоделась. Всё происходило довольно быстро, что я даже немножечко прихуела от этого. Но ничего не поделаешь. Это лучше, чем с Сашей в нижнем белье торчать.       Я выбрала из пяти платьев более-менее сдержанное и переоделась в него. Верх платья полностью закрывал плечи, руки, спину и немного обтягивал силуэт, как вторая кожа. На поясе был чёрный бант, а сама юбка была белой с чёрными узорами в виде цветов и листьев. Длина её чуть ниже колена. Идеальное платье…       Посмотрев на себя в зеркало ещё раз, я осторожно отодвинула шторку и вышла в зал. Окружающие, что были неподалёку отсюда, сразу же уставились на меня. Минутная тишина, а потом начались возгласы и вздохи о том, как мне это платье идёт. Я чувствовала, как во мне растёт смущение, и немного сжала в своих руках юбку платья. — Лен, а принеси те чёрные лодочки, — попросила одна из девушек-сотрудниц и даже назвала размер.       Некая Лена довольно быстро скрылась из виду и также быстро вернулась с обувной коробкой. Она открыла её и достала оттуда довольно простые, но элегантные чёрные туфли-лодочки с заостренными носами и приемлемой высоты каблуком. — Девушка, примерьте, — передо мной поставили новую обувь.       Даже не сопротивляясь, я сняла зимние сапоги и запрыгнула в туфли. Буквально сразу я почувствовала себя очень женственной. Вот прям реально такое чувство! — Всё, берём, — услышала я голос Матвеева, что вывел меня из раздумий. — Упакуйте.

***

— Я думала, что приеду к тебе попозже, — выдала я, стоя вместе с Максимом в подъезде многоэтажного дома у входной двери в его квартиру. — Я тоже планировал так, но мне нужна твоя помощь, Ань, — кивнул в ответ Матвеев и, открыв дверь, пропустил меня вовнутрь. Интересно, в каком это плане ему нужна моя помощь?       Квартира Матвеева была такой, какой я её себе и представляла ранее: строгой, но уютной. Интерьер сдержанный и слегка холодных тонов. Соответствует своему хозяину, я скажу. В прихожей пахло чем-то древесным, тёплым, слегка терпким. Примерно так же пахнет и шарф препода, который он отдал мне на время. Максим прошёл следом за мной и скинул с себя пальто. Повесив свою верхнюю одежду на вешалку в прихожей, он забрал у меня пакеты и отставил их в сторону. Затем протянул руки ко мне и помог снять пальто. Мамочки, я сейчас в обморок упаду от счастья! Как можно быть таким приятно заботливым?       Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. В воздухе помещения повисло напряжение, но не тягостное, а какое-то… электрическое. Оно было даже приятное, что ли… — Чай будешь? — спросил неожиданно мужчина после молчания, которое, казалось, длилось вечно.       Я подумала пару секунд, а потом кивнула: — Почему бы и нет?       И мы вдвоём пошли на кухню. Кухня была маленькой, уютной. Окно выходило прямо во двор, немного окутывая комнату лучами полуденного солнца. Времени было ещё много до наступления Нового года. И работы в его холостяцкой берлоге много… Но сначала чай.       Матвеев поставил две кружки с чаем на стол. На одной — надпись «Лучшему юристу 2023». Хотя я Серёге предлагала купить кружку с надписью «Дохлёбывай и съёбывай». Но в тот момент не осознавала, что эту кружку он подарит Максу на День юриста. — Ну что, хозяйка, с чего начнём? — с ухмылкой спросил Матвеев, закатывая рукава рубашки.       Я окинула взглядом его квартиру и тяжело вздохнула. Чистота здесь, конечно, относительная. Но если учесть, что хозяин холостяк, а не человек, страдающий манией порядка, то ситуация вполне себе терпимая. Однако раз уж мы затеяли уборку, то надо сделать всё как следует. — Давай так, ты наводишь порядок в зале, а я займусь кухней. — Я схватила ближайшую тряпку и взмахнула ею, будто знаменем. — Ты же не против, если твои пыльные полки наконец-то увидят белый свет? — Только если ты мне потом компенсируешь моральный ущерб, — с наигранной серьёзностью ответил он и отправился разбирать залежи бумаг и книг.       Процесс пошёл бодро. Музыка из колонок задавала ритм — в основном что-то лёгкое, но бодрящее. Я быстро разобралась с посудой, протёрла поверхности и даже навела порядок в холодильнике, в котором явно давно никто не проводил ревизию. В какой-то момент я почувствовала, что меня наблюдают. Обернулась — Матвеев стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди. — Чего уставился? — прищурилась я. — Ты так уверенно командуешь, что мне страшно. Не боишься, что я откажусь от дальнейшего сотрудничества? — усмехнулся он. — Откажешься — будешь встречать Новый год один в пыльной берлоге, — парировала я и указала на его недоделанный участок работы. — А теперь марш в зал. Тебе ещё ёлку наряжать.       Он хмыкнул, но послушно вернулся к делу.

***

      Когда квартира наконец-то обрела нормальный вид, а мы — чувство гордости за проделанную работу, можно было переходить к главному. Новый год всё-таки!       На столе появились простые, но уютные блюда: мандарины, шампанское, закуски. В квартире пахло чем-то пряным и уютным, а на окнах уже отражались огоньки гирлянды. И мы нарядные — я в платье, что купил Матвеев, несмотря на моё сопротивление, а сам хозяин квартиры в белоснежной рубашке с рукавами четыре четверти и тёмных брюках. Блина, ещё пиджак и очки — вылитый адвокат! — Ну? За что будем пить? — спросил Максим, наполняя бокалы игристым.       Я задумалась на секунду, но потом улыбнулась: — За нас. И за этот дурацкий год, который мы всё-таки пережили (слава тебе Господи!).       Мы чокнулись бокалами, и я заметила, как его взгляд становится чуть мягче, чем обычно. За окном кто-то уже запускал салюты, а в комнате царила та самая атмосфера праздника — лёгкая, почти волшебная. — С Новым годом, Ань. — С Новым годом, Макс.

***

      После пары бокалов атмосфера становилась более расслабленной. Смех звучал чуть громче, а взгляды становились чуть дольше. Я облокотилась на спинку дивана, лениво вертя в пальцах ножку бокала. — Ну, день прошёл продуктивно, — протянула я, улыбаясь. — Хотя, конечно, убирались мы так, будто собирались сдавать квартиру под аренду. — Ещё бы, — усмехнулся Матвеев, присаживаясь рядом. — Столько пыли — будто тут годами никто не жил. — Это шарм твоей холостяцкой берлоги, — усмехнулась я, делая глоток.       Максим покачал головой, глядя на меня с явным интересом. Наши разговоры стали плавно перетекать в нечто менее напряжённое, голоса стали чуть тише, а движения — ленивее. В воздухе повисло ожидание, и, когда он приблизился, я не отстранилась. Максим поцеловал меня медленно, будто смакуя момент. — Ты, конечно, умудрилась за вечер потрепать мне все нервные окончания, — выдохнул он, когда наши губы разъединились. — Ой, не начинай, — громко фыркнула я. — Всё равно тебе со мной интересно. — Спорить не стану.       Когда дело дошло до спальни, я вдруг услышала его приглушённый смешок. Оторвавшись от него, я увидела, как он разглядывает мой комплект белья с откровенно насмешливым выражением. — Это что за музейный экспонат? — протянул он. — Теперь я понимаю, почему ты спряталась от Саши в том ювелирном. Милый бабушкин комплект.       Я фыркнула, толкнув его в плечо. — А ничего, что это винтаж?! — возмутилась я. — Вообще-то стильная вещь! — Стильная, говоришь? — с усмешкой переспросил он. — Тогда я, пожалуй, начну сомневаться в твоём вкусе. — Ой, да иди ты! — отмахнулась я, но всё же позволила ему стянуть с себя этот «старомодный» комплект.       Максим снова притянул меня к себе, заставляя забыть обо всех наших подколках и словесных стычках. В воздухе снова повисло электрическое напряжение, но уже совсем иного характера. Наши движения становились всё более уверенными, жадными. Всё, что было до этого — лёгкий флирт, споры, колкости — теперь казалось игрой, предисловием к тому, что происходило сейчас.       И даже когда я едва слышно выдохнула его имя, он всё равно ухитрился вставить колкость: — Ну, наконец-то ты научилась произносить его правильно, а не сквозь зубы.       Я не осталась в долгу и, прежде чем снова прижаться к нему, успела шепнуть: — Запомни этот момент, потому что завтра всё вернётся на круги своя. — Посмотрим на твоё поведение сегодня ночью, Декабристка. Может, даже добавки будешь просить, — усмехнулся Максим, прежде чем заглушить мой голос поцелуем.       Его губы, как и сам мужчина, были требовательными и настойчивыми, отрезая меня от остального мира. Все мои мысли растворились в этом поцелуе, оставляя лишь ощущение тепла и легкого покалывания по всему телу. Я обняла его крепче, чувствуя, как его руки скользят по моему телу, исследуя и прижимая меня ещё ближе. Завтрашний день сейчас особо не волновал. Был важен только этот момент, который происходит сейчас: этот поцелуй и Максим Матвеев — преподаватель дисциплины «Уголовное право», который когда-то казался слишком далёким для меня.       Кто бы мне сказал, что когда-то я буду столь любимой и желанной в объятиях мужчины, который окажется намного старше меня, то ни за что бы не поверила в это. Даже покрутила бы пальцем у виска!