Клеймо

Ночи сменялись днями, а дни ночами. Наступил октябрь. Казалось, воздух стал чище, дышалось свободнее. Небо затянулось тучами, не давая солнцу надолго проглядывать сквозь них на землю, посерело. И хотя не было дождя, всё намекало на то, что с минуты на минуту он-таки начнётся. Температура с сентября резко снизилась, заметно похолодало, от чего ученики сменили свои привычные школьные мантии на утеплённые, а на шею накидывали шарфы цвета своего факультета. Деревья уже с половины сентября пестрели своими янтарными и багряными листьями, которые из-за сильного ветра, поднявшегося недавно, сейчас легко отрывались и улетали в неизвестные дали. Чёрное озеро на берегах и в воде было усыпано их разноцветьем. Трава уже давно пожелтела и сейчас сильно колыхалась в разные стороны. Смотря на такой пейзаж с окон школы, Поттер усердно раздумывал, не отказаться ли от перспективы отправиться завтра в Хогсмид вместе со всеми, чтобы выпить по кружечке сливочного пива. Оно того вряд ли стоит, понял он, завидев, как вихри ветра чуть ли не до земли нагибают мелкие деревья. Он устало вздохнул, отводя взгляд с этого живописного вида, и попытался сосредоточиться на лекции профессора Бинса, что, честно говоря, выходило не очень хорошо. Зевнув, он вновь пустился в раздумья. Гарри всё ещё помнил события начала недели и не спешил забывать о них. Он сам не мог понять, почему так зациклился на такой ерунде, но, сделав вывод, что всё, что касается Малфоя — не ерунда, смирился с этим. При чём, эта ситуация — не единственное, что он бы хотел с ним обговорить, ему в той же степени было интересно, почему он не слышал от него ни слова за весь этот прошедший месяц. И ладно бы, живи да радуйся, но всё это было слишком подозрительно, особенно если припомнить своё интересное положение, а именно пошатнувшуюся репутацию по причине оценки на лбу, из-за которого слизеринец вряд ли бы преминул поиздеваться над ним. Спрашивать о произошедшем, да и вообще рассказывать о чём-то, а тем более поддельно жаловаться на свою неудачу, двух не-таких-уж-и-друзей гриффиндорцев Гарри не хотел совершенно, что вполне логично, поэтому окончательным решением было перехватить Малфоя по дороге куда-то и поговорить с ним. О том, что тот скорее всего не согласится с ним лясы точить, Поттер предпочитал не думать. Он предпочитал действовать. А если будут какие-то проблемы — импровизировать. По ходу дела должно разрешиться. Но возложить надежды он решил всё-таки на нормальный серьёзный разговор. На секунду он задумался, резонны ли его причины затевать разговор с почти-что-врагом, ведь, Мерлин, тот просто перекинулся оскорблениями с однокурсниками, а Гарри это превратил в какую-то сенсацию, но тут же повертел головой в разные стороны, чтобы выбросить эту догадку. Если эта ситуация не отпускает его уже почти неделю, значит всё резонно, а разговор поможет перестать думать об этом. Закралась мысль, что ему действительно не хватало прежнего препирательства с Малфоем, как думали Гермиона с Роном, но он, разозлившись на себя за это, громко приложился головой об парту, от чего некоторые ученики вокруг обернулись, чтобы узнать причину звука. — С тобой всё в порядке? — прошептал рыжеволосый друг, сидевший рядом, при этом ткнув его под бок. — Если что-то болит, мы можем отпроситься к Мадам Помфри. — Всё хорошо, Рон, спасибо за заботу, — промычал тот в ответ, всё ещё утыкаясь лицом в стол. Он услышал тяжёлый уставший вздох, понимая, что поход в больничное крыло — лишь предлог, чтобы пропустить Историю. Наконец отлепив голову от парты, он положил её на раскрытые ладони, облокотившись. Лекция и правда была слишком скучная, хотелось пойти в гостиную или в Большой Зал, или даже в библиотеку — всё лучше, чем торчать здесь. Но придумывать оправдания и сбегать с урока он совершенно не планировал, отчего продолжал гипнотизировать взглядом доску за полупрозрачным Бинсом весь следующий час.

***

Вокруг был слышен звон брякающих о тарелки ложек, которые издавали нетерпеливые ученики, проголодавшиеся после нудных занятий. Снаружи было пасмурно, это можно было увидеть через заколдованный потолок, моросил холодный дождь, что исчезал на глазах, едва долетая до парящих в воздухе свечей, освещающих Зал. Гарри сидел сбоку и сейчас устало ковырялся в недоеденном блюде. Аппетит, до этого просящий закинуть в себя пару куриных ножек, неожиданно пропал и больше не возвращался, поэтому парень продолжал думать о делах насущных, ожидая, когда его друзья окончат трапезу. Он раздумывал о том, как именно собирается перехватить Драко Малфоя, поговорить с ним и не подраться в первые же секунды разговора. Почему-то до этого ему об этом как-то не думалось, он всё пустил на самотёк, но сейчас вспомнил о сложном характере аристократа. Он поднял глаза наверх и посмотрел прямо на слизеринский стол, отыскивая блондинистую голову. Парень преспокойно ел, аккуратно разрезая каждый кусочек своей пищи, раздражающе медленно поднося его ко рту и кладя внутрь, а после этого проходился по бледным губам изумрудно-зелёной салфеткой. Поттер поморщился от того, насколько напыщенно это выглядело. Короче, тот пока никуда не собирался, а значит гриффиндорец ещё может пару-тройку раз продумать свой план, которым хотел воспользоваться сразу же после окончания обеда. —…Ну так что, Гарри? Ты согласен? Услышав упоминание своего имени, парень перевёл взгляд на Гермиону, сидящую подле него. Конечно же, он не слышал ничего из того, что она говорила, но, завидев умоляющие карие глаза, которые, ему показалось, почти блестели, Поттер не смог признаться в этом. — Ах, э-э-э… Да, конечно, ладно. Если ты хочешь, — он закусил губу, пряча взгляд от неловкости. Гермиона обрадовалась, радостно хлопая в ладоши. — Спасибо, Гарри! — она обаятельно улыбнулась ему, вставая со своего места. — Видишь, Рон? — девушка перевела взгляд на конопатого. — Вот он понимает меня, как настоящий друг, в отличие от тебя! В общем, завтра около шести часов буду ждать вас у входа, без опозданий, ладно? Я надеюсь на вас! Уизли закатил глаза, облокачиваясь на стол. — Ага, да, конечно. Можешь убегать в свою библиотеку, — указывая большим пальцем на выход из Зала, пробормотал тот, лениво показывая своё согласие на всё, что сказала подруга. Девушка кивнула и так же радостно поспешила покинуть друзей. Гарри вновь глянул на Слизерин и, заметив, как с места поднимается виновник всех его мучений, чуть ли не выпрыгнул из-за стола. Его друг уже открыл рот, чтобы что-то сказать или спросить, но Поттер, не желая терять времени, быстро похлопал его по плечу, не упуская Малфоя из виду. — Прости, приятель, мне тоже пора бежать. Потом обо всём поговорим, ладно? — протараторил гриффиндорец, словно заранее заучил сказанное, и, не дожидаясь ответа, поспешил к выходу вслед за высоким бледным парнем.

***

Выскользнув из Большого Зала, Гарри повертел головой в разные стороны, пытаясь узнать, куда именно пошёл слизеринец, и успел заметить кусочек ткани развевающейся мантии, что через секунду пропал из виду, когда тот заворачивал за угол. Он незамедлительно метнулся туда же, понимая, что у него чувство дежавю: совсем недавно он точно так же следовал за Малфоем. Усмехнувшись, он также завернул и увидел трёх однокурсников. Он мысленно застонал, осознавая, что совершенно забыл о том, что у Драко были друзья, чёрт их побери. Рядом с ним так же важно вышагивали остальные две трети их Серебряного Трио: Блейз Забини и Панси Паркинсон. Поттер потёр шрам привычным движением, пытаясь что-то придумать, как вдруг увидел, что Малфой резко остановился и начал копаться в своей сумке. Гриффиндорец мгновенно скрылся обратно за угол, пытаясь прислушаться. — Сука. Я оставил своё перо на Рунах, — послышался недовольный растягивающийся гласными голос аристократа. — Кажется, мне придётся вернуться назад, идите без меня. — Драко, я видел твоё расписание, там нет… — какой-то шлепок или хлопок, Гарри был не уверен, заставил замолчать темнокожего. Видимо, ему просто захлопнули рот рукой. — Закрой рот, Блейзи, если не знаешь о чём говоришь, — писклявый голос, принадлежавший Паркинсон, перебил парня. Казалось, она разозлилась, от чего почти шипела, обращаясь к нему. Потом, очевидно, её внимание перешло ко второму другу. — Мы будем ждать тебя в гостиной. Наступила тишина, которую прерывал удаляющийся вглубь коридора стук пары каблуков. Гарри старался не дышать. Малфой обратно не шёл. Может быть он продолжает копаться в учебниках, пытаясь найти потерянное. Может быть просто решил… передохнуть. А может быть он идёт прямо к нему, но, по непонятным причинам, не издаёт ни звука. Поттер покрылся потом от этой мысли, вдруг принимая решение вернуться обратно, в Большой Зал. — Поттер, мне долго ждать? — Гарри похолодел, услышав ленивый ледяной голос слизеринца. — Какого хера тебе нужно от меня? Его застали врасплох. Парень вышел из-за угла и неуверенно посмотрел на сокурсника. Он совершенно не так представлял первый в этом году разговор с ним. Тот стоял в паре метров от него, скрестив руки на груди, и смотрел на него сверху вниз, непонимающе приподнимая одну из бровей. Гарри только сейчас обратил внимание на разницу в росте, что действительно возросла за это лето. — Как ты узнал? — О, я тебя умоляю, Поттер. Я заметил тебя с самого начала, — он закатил глаза. — Ты пялился на меня весь обед. Грубый тон, знаешь ли. Парень вздохнул и, обернувшись на сто восемьдесят градусов, направился вперёд, как будто их разговор уже окончен. Поттер догнал его и теперь шёл с ним в одну ногу. Он немного помялся, понимая неловкость разговора. — Нам нужно поговорить, — пробормотал он, прерывая тишину. Тот лишь хмыкнул в ответ, определённо так не думая. — Хотел узнать, что произошло в понедельник между тобой и… гриффиндорцами. Ты защищал меня? — Какого хуя, Поттер? Ты следил за мной? — парень остановился, прожигая взглядом дырку в его голове. — Займись уже, наконец, своей жизнью. Мне заняться больше нечем, кроме как защищать твою неугомонную задницу? Поттер обернулся к нему и тоже остановился. Несмотря на агрессию, исходящую от своего визави, он не захотел прекращать расспрашивать его. — Допустим, но почему ты тогда ни слова мне не сказал с самого начала года, хотя сейчас меня не обсуждает разве что ленивый? Я вернулся с уродливым нулём на лбу, а ты, такой великолепный, с десяткой, игнорируешь меня, словно я не существую вообще! Он разозлился, чуть ли не пуская пар из ушей и вылупился на слизеринца, который вдруг рассмеялся. Поттер не понял, что смешного он сказал, поэтому нахмурился сильнее прежнего. — Тебе так сильно не хватает моего царского внимания? Соскучился по перепалкам? — парень начал задыхаться от смеха. — Мир не вокруг тебя крутится, Поттер, угомонись. И без тебя проблем хватает. Он театрально утёр выступившие из глаз слезы. Гарри впал в ярость: уже третий человек утверждает, что он страдает от недостатка внимания Малфоя. Тот всё отрицал, но Гарри ему не верил. Драко определённо скрывал что-то, он был уверен в этом. В рукаве он припрятал козырь, и если это тоже не покачнёт уверенность слизеринца, значит ничего не сможет это сделать. — Это всё из-за того, что произошло на твоё день рождения? На днях он вспомнил, как Гермиона заикнулась об этом перед одним из уроков по Трансфигурации. Откуда она это узнала, парни не спрашивали, да и всё равно как-то было, но обычные слухи его подруга вряд ли бы распускала. Поэтому Гарри доверял ей. И этой информации. Он понятия не имел, что именно произошло, он знал только факт того, что что-то произошло, но, кажется, это-таки возымело эффект. Драко застыл. На его лице проступил шок и даже…испуг? Он побледнел (хотя, казалось бы, куда ещё больше), посинел, а потом сильно покраснел. Выражение лица сменилось, он освирепел. — Кто, блять, тебе рассказал об этом?! Тео?! Я убью этого мудака, — гриффиндорец никогда не видел настолько взбешённого Малфоя. Он сорвался на крик. — Насколько много ты знаешь?! Ты, кусок дерьма, придрался сейчас ко мне, чтобы теперь шантажировать меня?! Что тебе от меня надо?! Змей накинулся на Поттера, хватая его за ткань мантии на плечах и почти откидывая к каменной стене. Он смотрел на него с яростью, пытаясь отдышаться, и не отрывал взгляда от зелёных, как трава, глаз. Они метались в разные стороны, а на лице чётко читалось непонимание происходящего. Малфой склонился над ним, вглядываясь в бушующие эмоции. — Ты же… нихуя не знаешь, не так ли? — внезапно ярость исчезла, был лишь изучающий взгляд. Гарри сглотнул и сосредоточился на бесцветных глазах парня, что сейчас были немного темнее, чем обычно, из-за вспышки гнева. Вглядываясь в них, он испытал какое-то волнение внутри, хотя тот, вроде, более не злился; гриффиндорец закусил нижнюю губу. Он слегка помотал головой в разные стороны, подтверждая слова Драко. — Объяснишь, что произошло? — он и не надеялся на это, но попытаться стоило. — Издеваешься? Это не твоё ебаное дело, — выплюнул тот, откинувшись назад, освобождая Поттера из плена своих рук. — Когда я узнаю, кто проболтался тебе об этом, я его, ублюдка, просто прикончу. Дальше он зло бормотал что-то невнятное себе под нос, пытаясь сконцентрироваться. Гарри понял, что сегодня слизеринцев ждёт допрос с пристрастиями, правда так и не смог догадаться, как Гермиона могла быть связана с ними — узнавать эту информацию больше было не от кого. — Надеюсь на не скорую встречу, Поттер. С ума сойти, ты умудряешься портить мне жизнь даже на расстоянии. Бывай, — проговорил холодным голосом наконец успокоившийся Малфой и, развернувшись, направился в сторону подземелий, оставляя однокурсника позади. Парень пожал плечами и, разгладив складки мантии, которую помял слизеринец, неторопливо побрёл в обратную сторону, к башне Гриффиндора.