Сон в зимнюю ночь

Андрей был уверен, что Воропаев позвонит ближе к вечеру, чтобы выдержать марку. Но звонок от него раздался около полудня.   – Добрый день, не разбудил? – начал Сашка с иронией.    – Привет, Саш, – ответил Андрей, тут же показав Кате губами «Воропаев». – Нет, мы уже проснулись и даже позавтракали, что можно засчитать как весомое достижение выходного дня. А как твое «ничего»?    Воропаев неопределенно хмыкнул: – Нормально. Не могу похвастаться поздним подъемом, тут с семи утра медсестры кружат… Да и не спится под утро уже. Ладно, я почему звоню: во-первых, я согласен на твое предложение о кредите через Зималетто. Это для меня сейчас оптимальный вариант. Бизнес-план я тоже посмотрел – выглядит правдоподобно. Думаю, этот ход может быть очень удачным. С врачами я договорился, меня должны завтра выписать около девяти утра, так что в Зималетто к десяти успею.   – Прекрасно, – сказал Андрей и поймал себя на том, что улыбается. Ему не хотелось уговаривать Воропаева принять помощь, но очень хотелось, чтобы ситуация с фабрикой разрешилась так, как они и задумали. – Рад, что ты согласен. Тебя завтра подвезти из больницы?    – Не стоит. Я приеду с Кирой и Никитой. Они помогут мне с выпиской из больницы и в Зималетто мы приедем вместе. А вот в банк я бы поехал вместе с тобой, раз уж за руль мне еще пару недель не рекомендуют садиться. Да, кстати, с Кирой я обо всем поговорил, так что она в теме, что завтра будет экстренный совет.   – Понял, я тогда предупрежу родителей и позвоню Милко и Георгию.   – Тогда до завтра. И привет Екатерине, – попрощался Воропаев.    Андрей положил телефон и повернулся к Кате: – Передал привет, – сказал он. – Пытается вести себя по-человечески. Похоже, Ромка прав, и мы еще можем с ним сработаться.    Катя улыбнулась в ответ, скрестила пальцы и хотела отшутиться в ответ, но телефон Андрея снова зазвонил. Кира.    Андрей показал экран телефона Кате, принял звонок и тут же включил громкую связь – вряд ли Катя будет ревновать, но лучше перебдеть, чем недобдеть. Тем более, когда речь о Кире.   – Привет, Кир! – начал он бодро. – Как дела?   – Здравствуй, Андрей, – голос Киры был усталым и собранным, без привычных легкости и иронии. – У нас с Никитой все нормально. Мы сегодня навещали Сашу, только что выехали от него. Он нам рассказал про проблемы с его договором и акциями. И про твое предложение… – Кира на секунду замолчала. – Нам он прежде не хотел ничего говорить, чтобы не расстраивать, сознался только сейчас, когда появилось решение… Спасибо, что решил ему помочь. Последние годы вы не очень ладили, мягко говоря, и я очень тебе и Роме благодарна, что вы не прошли мимо, когда узнали. Боюсь, иначе эта история для Саши стала бы последней каплей. Мы когда сегодня к нему приехали, он был такой оживленный, рассуждал о твоем бизнес-плане и его идеях… Андрей слушал молча, не перебивая – чувствовал, что Кире нужно выговориться. Он машинально провел ладонью по столешнице и кивнул Кате, хотя та и так все слышала. – Андрей, у меня одна просьба. Сашка в ближайшие дни не потянет полный рабочий день, да и в Иваново он сможет поехать только недели через две-три как минимум. Может, ты что-то придумаешь, какой бумажной работой с этим проектом его занять? Чтобы он включился, начал что-то делать. Его эта идея увлекает и отвлекает от случившегося. Но один он вряд ли сможет что-то сделать и… Андрюш, я о нем очень переживаю. Он настаивает на том, чтобы мы послезавтра улетали в Швейцарию, мол, как раз к празднику* успеем, полюбуемся на салюты и костры… А мне неспокойно его оставлять одного.    – Понял, постараемся что-то придумать. Кир, я тут с Сашкой абсолютно согласен. Улетайте спокойно. Как раз устроитесь, передохнете после перелетов и первого августа на празднование посмотрите. Вы в какой город решили поехать?    – Никита уговорил меня поехать в Церматт, там много простых туристических маршрутов. И не так шумно – толпы сейчас совсем не хочется… Сначала перелет до Цюриха, немного погуляем по городу. На следующий день очень рано утром поедем в Кур, а оттуда на Ледниковом Экспрессе в Церматт.   – Звучит здорово! Как раз успеете к главному. Костры на склонах, салюты на фоне Маттерхорна, колокола, факелы, а потом тишина… – Андрей тихо рассмеялся и кинул лукавый взгляд на Катю: – Кир, правда, там чудесная атмосфера. Никита сто раз прав, что предложил именно это место. Там сказочно. Я пока тут вспоминал Церматт, уже сам готов планировать медовый месяц в тех краях.   – А вы еще не начали планировать? – удивилась Кира. – Ты же говорил, что свадьба будет 7 сентября, а это всего через полтора месяца, что вы тоже красивую цифру подбирали...   – Вот мы и собирались этим после отпуска и заняться, но все отодвинулось на недельку. Не критично. Главное, в загсе мы дату забронировали, а все остальное – управимся.    – Да, понимаю, сначала вывод компании из кризиса, потом тяжелый совет директоров, потом… – Кира вздохнула, а потом продолжила неестественно-бодрым тоном: – Ты только сейчас с планированием не затягивай, Жданов!   – Кир, вот честное слово, прям сейчас и начну, – рассмеялся Андрей в голос. – Нет, серьезно, у меня сейчас сплошные Церматт с Ледниковым Экспрессом перед глазами, так что вот как разговор закончим, пойду грузить этим Катю, – он подмигнул Кате и с удовольствием отметил, что она немного смутилась.   – Ладно, тогда не буду тебя задерживать от столь важных деловых переговоров. Увидимся завтра на совете. Мы с Никитой сначала заберем Сашу из больницы, а потом приедем в Зималетто к десяти. Пока!   – Заметано, Кир! Увидимся завтра. И привет Никите.    Андрей положил трубку, взял Катю за руку и притянул к себе, чтобы обнять.   – Что скажешь, Кать?   – Она за него правда очень переживает, – сказала Катя после паузы. – Хорошо, что у него есть вы.   – Ка-ать, так не честно, – снова рассмеялся Андрей. – Сашка – это, конечно, тоже в каком-то смысле важно, но я вообще-то о медовом месяце.    Катя подняла на него взгляд, улыбнулась и, оставаясь в его объятиях, поцеловала его в ключицу.   – Церматт так Церматт. Андрей, я ведь почти не путешествовала по Европе. Только немного по Германии, во время практики. Так что решать тебе.   – Я, конечно, рад, что ты не против Швейцарии, но… Нет, так не честно…  Так, Кать, а давай, с другой стороны зайдем. У меня где-то были альбомы с фотографиями из моих поездок по Швейцарии. Я как раз на них только что во время разборов завалов натыкался. Давай я тебе их покажу и расскажу, и мы вместе выберем и спланируем? – фонтанировал идеями Андрей.    После разговора с Кирой его распирало желание поделиться с Катей своими воспоминаниями о поездках – и тем, что он сам тогда чувствовал при виде гор, водопадов и лесов.    – Давай, – с легкостью согласилась Катя. – Только сначала нужно позвонить твоим родителям, Милко и Георгию, чтобы предупредить их об экстренном совете.    – У меня есть идея получше: я позвоню отцу, а уж он пусть звонит Милко и Георгию, а то вдруг разговор с этими двумя затянется? Да и после того совета директоров будет лучше, если им позвонит именно он.    Катя согласно кивнула, и Андрей стал набирать номер Павла Олеговича, продолжая обнимать Катю одной рукой. Разговор с отцом занял пару минут. Положив трубку, Андрей собрался было начать свой рассказ о поездках попутно с поиском альбомов, но заметил, что Катя чем-то то ли расстроена, то ли всерьез озабочена. Но ведь разговор с отцом был совершенно спокойный! Там не было ничего, что могло бы задеть или расстроить. Или он что-то упустил?   – Кать, что-то не так? – спросил он с тревогой.    – Все так, просто… я хочу тебе кое-что рассказать… обсудить. Ты только не обижайся, пожалуйста. Мне это важно.   Мысли Андрея заметались. Да в чем тут может быть дело? В разговоре с Кирой? Но они говорили абсолютно без флирта, по-дружески – словно вернулись на несколько лет назад, в то время, когда они еще не начали встречаться. И сам разговор он от Кати не скрывал, тут же включил громкую связь. Что не так-то?!   Катя обняла его крепче, и он почти машинально погладил ее по спине, все пытаясь понять, что же произошло.   – Андрюш… Когда… когда ты пропал, я много думала обо всем, что у нас было. Вспоминала. Как я пришла в Зималетто. Как мы начинали вместе работать. И все то, что было потом... Включая Виктора Владимировича и его план А.   Андрей молча поцеловал Катю в макушку. Что-либо отвечать он не решился – слишком непонятно было, к чему Катя сейчас ведет, слишком уж минным полем ощущался этот разговор.   – Когда я после этого пришла в Зималетто и поговорила с тобой, мне казалось, что это все какой-то тупик. Мне было очень стыдно и тошно от того, как я поступила. Даже когда Рома сказал, что я явно была под воздействием каких-то транквилизаторов…   Андрей резко отстранился, чтобы видеть ее лицо: – Кать, посмотри на меня. Не надо об этом даже думать. Что было, то прошло. Главное, что мы сейчас вместе. И каким бы безумным тот план ни был, я очень благодарен тому странному человеку, что он все это провернул. Попутно уберегая меня и от еще более сумасшедшей драки с непонятными последствиями. И от глупой ссоры с твоим отцом, после брякнутого Колей. Все хорошо, Кать. Давай это отпустим.   Катя накрыла его губы пальцами, но тут же их отдернула, потому что Андрей начал их целовать.    – Андрей, дослушай. Пожалуйста. Я тогда все это вспоминала, и очень ясно поняла, что, если бы я была в нормальном состоянии, я бы все остановила. Остановила, но потом всегда думала, что это могло быть сложной многоходовкой. Такой вот беспроигрышный план, где можно блефовать без риска, зная наперед мою реакцию. И по-настоящему простить у меня бы не вышло. Я бы согласилась подписать доверенность на тебя и даже настаивала бы на твоем президентстве, но я бы не поверила тебе окончательно. И это страшно.   – Это нормально, что ты бы мне не поверила – после всего, что я натворил. Катюш, страшно не то, что произошло, а что было бы, если бы не его план. И по шее я тогда получил справедливо. И никого при этом не подставил. И мы друг друга услышали в результате. Так что, все честно. Тут не о чем переживать. У нас ведь все хорошо сейчас, правда?    Катя неуверенно кивнула и прижалась к его груди щекой.  – Мама пыталась отвлечь меня тогда, говорила, что все еще будет, что тебя найдут. Она даже рассуждала, как они с папой хотят все организовать. Я не спорила – я же понимала, почему она все это говорит. И что статистика по преступлениям говорит… что шансов почти нет. А статистика вещь упрямая.   – Но я ее переупрямил, – попытался отшутиться Андрей.    – Этот точно… Но… Мы вот-вот начнем все планировать со свадьбой, обсуждать с родителями. Они будут все это снова прикидывать. Все эти испытания жениха дурацкие, выкуп. Андрюш, я не хочу никаких испытаний, не хочу всей этой театральщины и показного цирка, где все делают вид, что это весело и безобидно. И ощущения, будто я снова наблюдаю казнь. Это словно снова возвращает нас в тот март, только совершенно бессмысленно и несправедливо.    – Кать, не то чтобы я горел желанием во всех этих вещах участвовать. Если это твоей семье надо – ладно. Но если ты этого не хочешь, тем проще. Только в любом случае, не накручивай себя. Мы все тогда сделали правильно. И я очень рад, что нам дали такую возможность.    – Я этого очень не хочу. Я как начинаю об этом всем думать, у меня снова то место перед глазами и мутно на душе.    – А вот и не думай об этом, Кать. Я лучше поговорю с мамой, чтобы она помягче это все оговорила с твоими родителями, раз ты сама против такого сценария. Мама будет только рада, что это исходит от тебя, правда. Этот формат считают устаревшим и недостаточно статусным.   Андрей молча притянул ее к себе крепче, положил подбородок ей на макушку и какое-то время просто стоял так, медленно поглаживая ее по спине, словно успокаивая не только ее, но и себя.   Через какое-то время он почувствовал, что напряжение под его ладонями постепенно уходит. Он мягко отстранился и поцеловал Катю сначала в лоб, потом в уголок губ – осторожно, почти спрашивая. Катя порывисто обняла его за шею и ответила на поцелуй, и он сам не понял, как они вдруг оказались уже в спальне. Возникла и тут же испарилась мысль, что нужно не забыть распланировать поездку и посмотреть фотографии. После. Позже. Потом.       (*) 1 августа Швейцария отмечает свой главный национальный праздник — День основания Конфедерации. На вершинах гор жгут костры, в городах запускают фейерверки, во многих городах проводятся праздничные шествия. Одним словом, есть на что посмотреть :)