Падение

Шу устало выдыхает, когда подписывает последнюю бумагу, и потягивается. Разобрать все меньше, чем за неделю — это рекорд. Поднявшись со стула, парень смотрит в окно, улыбается и подходит к чайнику, включая его: попить чаю и можно ехать домой спать. Тренировки начинаются только с завтрашнего дня, а значит сегодня можно как следует отдохнуть и выспаться, чтобы завтра не клевать носом. В дверь раздает стук, из-за чего Куренай слегка дернулся, потому что в клубе он находился один и кого могло принести именно сейчас, вопрос хороший. Однако, одна мысль посетила светлую голову. Открыв дверь, альбинос пошатнулся, потому что прямо с порога его обняли поперек талии и опустили голову ему на плечо: пожалуй к этому, красноглазый привыкнуть никогда не сможет. Положив руки на чужие плечи, Шу слегка улыбается и прикрывает глаза, прижимаясь щекой к чужой макушке: странно сейчас смотреть на этого человека, который на публике строит из себя непробиваемую крепость. Зарывшись пальцами в голубые волосы, беловолосый чувствует, как его талию сжимают сильней и качают головой, прося тем самым еще пару минут. Куренай подавляет в себе смешок и делает несколько шагов назад, потянув неожиданного гостя за собой. Упав спиной на диван, бывший Красный глаз убирает со своего лица чужие волосы и слабо выдыхает. — Опять отец? — красноглазый выдохнул. — Да, — короткий ответ, из-за чего все становится на свои места, — Я не вовремя? — Не волнуйся, я как раз закончил с бумагами, — качнул головой, — Так что случилось? — Все та же песня про то, что мне надо заняться делами компании, а не тем, чем занимаюсь я, — Луи выдохнул в чужую шею и почувствовал, как парень под ним дернулся, — Прости, забыл. — А ты не думал вступить в какой-нибудь клуб или свой создать? — Шу принимает сидячие положение, когда Широсаги встает с него и откидывает спиной на спинку дивана, — Идеальный вариант, когда родители мозги выносят, — подошел к чайнику и достал две кружки. — С чего ты это взял? — голубоволосый встал с дивана, подошел к альбиносу и обнял его со спины, положив голову на чужое плечо. Шу хитро усмехнулся, просто пожал плечами и налил в две кружки кипяток. Луи выдыхает, проводит носом по чужой шее и выдыхает в нее, чувствуя то, как парень снова дергается. Пихнув голубоволосого локтем, Куренай выпутывается из объятий и подходит к столу, садясь обратно на диван и ставя чашки на стол. Белый тиран закатывает на это глаза, подходит к альбиносу и валит его на мягкую поверхность спиной, придавливая своим телом и сжимая талию руками. Бывший Красный глаза слабо выдыхает, обнимает в ответ и уходит в свои мысли. Год назад он и не думал, что они с голубоволосым будут вести себя именно так, как сейчас. Все вообще странно произошло. И в тот день, год назад, он впервые увидел, как Широсаги плачет. — Шу, у меня к тебе… — в кабинет заходит Вальт и замирает в шоке, видя перед глазами картину, которую никогда не надеялся увидеть, — Емпать, чем меня накрыло? — Черт, забыл, что вы в Америке, — беловолосый взвыл, когда Широсаги встал с него, — Что случилось? — Я могу уйти, если помешал. Поговорим потом, — Аой указал на дверь, все еще с шоком смотря на этих двоих. — Говорите, — Луи подсел к Шу со спины, обнял его за талию и уперся лбом в плечо, — Я не мешаю. Просто сейчас я не в состоянии уйти отсюда. — Кристине завтра надо вернуться в Испанию. Там что-то со зданием клуба случилось и надо решить проблему. Сможешь проследить за нами, чтобы тренировки вовремя начали и вообще в целом здание клуба предоставить на три-четыре дня? — кареглазый скрестил руки на груди и перестал обращать внимание на то, что происходит на данный момент. Сначала надо вопрос решить, а уже потом все остальное спрашивать. — Моя команда завтра в десять начинает. Приезжайте к одиннадцати, чтобы мои разогреться успели и в целом беи подготовить, — Шу кивнул в знак согласия и положил свои руки на руки голубоволосого, слабо улыбаясь, — Товарищ Белый тиран, вы примите на себя ответственность прийти завтра и помочь мне? — Без проблем, — Луи кивнул и сжал чужую талию сильней. Вальт слегка улыбается, кивает лучшему другу и покидает кабинет, понимая, что тут он точно лишний. Куренай выдыхает, потому что об этом никто не должен был знать, но в Аое он был уверен, так что просто промолчал. Широсаги валит парня обратно спиной на диван, кладет голову ему на грудь и закрывает глаза, ничего не говоря: слова сейчас были не нужны. Альбинос почему-то резко представил то, как журналисты отреагируют на это все, если кто-то вдруг им расскажет. Однако они обещали сами себе, что не будут обращать на это какое-либо внимание и вести себя так, как пожелают сами. — Шу, — аметистовоглазый приподнимается на локтях, подтягивается чуть выше и смотрит в красные глаза. Беловолосый изгибает одну бровь в вопросе, — Прости. — Луи, — выдохнул, — За то, что надо было, ты уже извинился. Сейчас это не надо делать, потому что проблемы в жизни могут быть у всех. — Ты не понял меня, — Широсаги приблизился к лицу альбиноса, — Я извиняюсь заранее. Красноглазый выдыхает, совсем ничего не понимает и смотрит в чужие глаза. Луи сжимает руки в кулаках, мысленно рисует то, что ему устроят, и мягко касается губ напротив своими, кладя руку на бледную щеку и убирая белые волосы за ухо. Шу нервно выдыхает в чужие губы, слегка приподнимается и отвечает на поцелуй, не думая о том, что вообще происходит: в мыслях было лишь то, насколько губы у Луи мягкие. Широсаги проникает языком в чужой рот, обводит им ровный ряд зубов и ловит язык Куреная. Беловолосый тихо стонет, обнимает одной рукой голубоволосого за шею и тянет за собой вниз, потому что опираться на локти был уже не в силах. Оторвавшись от губ красноглазого для того, чтобы набрать воздуха, Луи снова впивается в манящие губы и прикусывает, тут же запуская свой язык обратно в рот Шу. Белый тиран тихо усмехается, ложится всем телом на главу клуба и ловит губами чужой стон. — Даже спрашивать не буду, — Шу тяжело дышит, когда Луи отрывается от его губ. — В последние время, ты слишком много мне позволяешь, — голубоволосый лег головой на груди альбиноса и снова обнял его поперек талии. — Возможно, — беловолосый пожал плечами и зарылся пальцами в голубые волосы. Белый тиран закусывает губу, закрывает глаза и прижимается тесней: он никогда бы не подумал, что самой надежной поддержкой станет его враг.

***

— Шу, ты какой-то нервный, — Вальт странно смотрит на лучшего друга, который уже минут двадцать смотрел на одну бумагу и не выпускал ее из рук, — Что-то случилось? — Прости, — выдохнул, — Просто Луи уже три дня не слышно и не видно, хотя обычно он появлялся по несколько раз за день. — Шу, я лучше пойду, — Аой встает с дивана, когда дверь в кабинет открывает и на пороге показывается голубоволосый с красными от слез глазами, — Сейчас мне лучше оставить вас. Куренай поднимает взгляд, смотрит на Широсаги и просто кивает лучшему другу, который проходит мимо Белого тирана и кладет руку ему на плечо. Луи просто кивает, дожидается, когда дверь закроется за чемпионом и смотрит на альбиноса. Красноглазый встает со своего места, садится на диван и раскидывает руки в стороны, кивая парню. Луи нервно выдыхает, медленно подходит к главе клуба и садится к нему на колени, обнимая и утыкаясь лицом в теплую шею. Шу просто закрывает глаза и поглаживает по спине, слыша тихие всхлипы со стороны, уже бывшего, соперника. Бывший Красный глаз никогда бы не подумал о том, что именно его он увидит в таком состоянии и что будет успокаивать его. — Что случилось? — альбинос выдохнул и продолжил медленные поглаживания. — Отец загрузил до такой степени, что на блейдинг времени не остается, — Луи слегка отстранился и посмотрел в красные глаза, — Я живу этим делом. Я не могу бросить то, чем занимался всю свою сознательную жизни. — Не бросай, — Шу усмехнулся, — Мне совладелец нужен. — Шу, — Луи нервно сглотнул, — Боже, я сам себя начинаю ненавидеть. — Так, — Шу выходит из кабинета, подходит к перилам и смотрит вниз, ища взглядом лучшего друга, — Вальт! — чемпион обращает на него внимание, — Подмени меня на минут тридцать. Аой кивает, показывает знак «Окей» и возвращает взгляд на тренировку команды. Альбинос слабо улыбается, подходит к двери и протягивает руку Луи: им надо перейти в жилой корпус клуба, чтобы сейчас их вообще никто не трогал. Голубоволосый просто кивает, вкладывает свою руку в руку Шу и вместе с ним идёт в сторону другого корпуса, смотря в противоположную от арен сторону: нельзя, чтобы таким его увидел ещё кто-то. — Луи, успокойся, — Куренай завел парня в одну из комнат, в которой иногда ночевал сам, и садит на кровать, — Ничего страшного не случилось. Мы разберемся с твоим отцом. — Я уже всячески пытался, — Широсаги вздохнул, — Сестра и то сбежала. — Аналогичная ситуация. Моя тоже, — красноглазый горько усмехнулся и сел на пол перед Белым тираном, сложив руки на его колени, — Так что разберемся. Когда мы с тобой не находили выход из ситуации? Луи просто слабо улыбается, падает спиной на кровать и закрывает лицо руками: ему становилось дурно от мыслей о том, что он может уйти из блейдинга. Шу вздыхает, поднимается на ноги и падает на парня сверху, пряча лицо у него в шее: сейчас голубоволосому это было нужно. Широсаги запускает руку в белые волосы, сжимает их и поднимает голову альбиноса, впиваясь в его губы своими: к такому они уже оба привыкли, так что чем-то сверхъестественным для них не было. Бывший Красный глаз выдыхает сквозь поцелуй, убирает руку Луи из своих волос и перелетает их пальцы. Белый тиран кладет вторую руку на шею парня, запускает язык в его рот и углубляет поцелуй, переворачиваясь и оказываясь сверху. — Легче? — Шу посмотрел в аметистовые глаза и закусил губу, тяжело дыша. — Намного, — Луи кивнул, резко подмял парня под себя и уткнулся лицом в бледную шею, — Спасибо. — Всегда пожалуйста, — Куренай улыбнулся и прикрыл глаза. — Слушай, Шу, — голубоволосый зарылся пальцами в белые волосы. — М? — парень выдохнул. — Я… — замолк, — Нет, ничего. Альбинос поднял голову парня и вскинул одну бровь, смотря ему в глаза. Белый тиран выдохнул и снова впился в чужие губы своими, потому что только это могло его успокоить. Красноглазый выдыхает, отвечает на поцелуй и думает о том, что сейчас лучше бы они были одни, а не с полным людей клубом. Да, они в жилом корпусе, но это ничего не меняет: кто угодно может прийти, чтобы отдохнуть от тренировок. Шу бесит тот факт, что всегда кто-то да мешает, и Широсаги начинает вести себя так, как ведет на публике, а не рядом с ним. — Шу, прости меня, — владелец аметистовых глаз прикоснулся к чужому лбу своим, а альбинос вопросительно на него посмотрел, — Я хочу тебя. — Я тоже, — парень прикрыл глаза, — Вечером? — Если позволишь, — Луи кивнул. — Этот вечер полностью твой и ни чей больше, — альбинос слабо улыбнулся, — Даже планировать ничего не стану. Широсаги улыбнулся в ответ и на мгновение поцеловал искусанные губы напротив. В комнату вваливается Вальт, но сразу же резко разворачивается и говорит, что может ещё на время подменить Шу. Голубоволосый скатился с красноглазого, кивнул ему и встал вместе с ним, потому что тренировками двух команд должны заниматься они, а никто-то другой. Выйдя к аренам, Шу почему-то резко вспомнил тот день, когда многие блейдеры, год назад, из-за лиги, использовали здание его клуба для тренировок. Flashback Шу знал, что блейдеров будет много, потому попросил Кристину и Фри помочь ему присмотреть за тем, чтобы арены остались целы. У него самого были тренировки с командами и много бумажной работы, так что долго находится в главном зале он не мог. Индивидуальные арены полностью ушли в использование членам команды, так что за них он не волновался, а вот за групповые стоило. Устало вздохнув, парень думает о том, что надо выйти и проветрится, а заодно проверить, что вообще творится в главном зале. Но в голове сразу всплывает воспоминание о том, что среди участников лиги — Луи Широсаги. И что он сейчас тоже находится здесь. Наверно это было единственной причиной, по которой Куренай не хотел покидать пределов своего кабинета. Поднявшись на ноги, он выходит за пределы своего рабочего места и подходит к перилам, смотря на то, как тренируются другие. Хотелось бы ему сейчас испытать тоже самое, что испытывают те, кто находится внизу. — Выбрался из четырёх стен? — к нему подошла Курода. — Можно и так сказать, — альбинос кивнул, оглядывая общий зал, — На индивидуальных аренах только мои сейчас? — Сам же сказал туда кроме них никого не пускать, — девушка кивнула. — А где тогда Широсаги? — не то чтобы его это сильно волновало, просто стало интересно. Белый тиран никогда от тренировок не отлынивал. — Ушёл куда-то минут двадцать назад. И судя по его выражению лица, разговор по телефону выдался не очень хорошим, — выдохнула, — Кстати, его бей. Посмотрев на Луинора в чужих руках, Шу окончательно выпал из мира. Ладно тренировки, не такой шок, но оставить своего бея, это на Луи не похоже. Взяв его из рук Крис, красноглазый отправился на поиски своего главного соперника. Бей как раз и поможет найти ему того, кого он ищет. — Да иди ты к черту! Если не перестанешь лезть в мою жизнь и говорить, что делать, я поступлю также, как и Эмили, понял?! Этот голос Шу узнал бы из тысячи. Завернув за угол, он резко замер, потому что прилетевший в стену телефон мог его попросту убить. Хозяин этого телефона устало скатился по стене, спрятал лицо в коленях и сжал руки в кулаках: его это все уже бесило настолько, что хотелось убить собственного отца. Шу не до конца понимает, что происходит, но бей вернуть все же надо. Медленно подойдя к Луи, альбинос присваивается перед ним и протягивает Луинора. И в тот момент, когда Широсаги поднял глаза, Куренай готов был признаться, что впервые увидел то, как аметистовые глаза становятся мокрыми из-за слез. — Я не знаю, что случилось, но могу предложить выпить чаю и посидеть в тишине. — Это, наверно, сейчас и вправду лучший вариант, — голубоволосый кивнул и принял свой бей из чужих рук. Шу выпрямляется, помогает Широсаги встать и вместе с ним идёт в сторону своего кабинета. К этому времени Кристина уже спустилась вниз, так что лишних глаз не было. Да и Луи бы на вряд ли показал хоть кому-то свою слабость, если бы не этот случай. Попав в спасительный кабинет, Белый тиран падает на диван вниз лицом и краем уха слышит то, как Шу ставит чайник садится возле его головы. — Так, что случилось? — альбинос с опаской запустил свою руку в чужие волосы и слегка из растрепал. — Отец со своим бизнесом пристал, вот и взбесил меня, — Луи вздохнул и расслабился, — Говорит, чтобы я бросал херню, которой занимаюсь, и помогал ему в компании. — Шли к черту, как это сделал я и моя сестра, — Куренай пожал плечами. Луи поднимает голову, смотрит на альбиноса и выдыхает. Подтянувшись, он ложится головой к нему на колени и обнимает за талию, утыкаясь носом в живот. Не то чтобы красноглазый был против, просто находился в шоке из-за таких действий. — Прозвучит странно, но если будет плохо, то приходи, — выдох, — В любое время, когда захочешь. END Flashback

***

К девяти вечера основное здание клуба полностью опустело. Члены команд перешли в жилой корпус и занялись своими делами с разрешения Шу и Луи, которые остались в кабинете первого. Как бы альбинос не хотел и чтобы не обещал, но кое-какие планы у него все же появились и пришлось задержатся, чтобы подписать некоторые бумаги. Широсаги понимал, что альбиносу скорей всего не удобно, но просто не мог посидеть полчаса отдельно, потому усадил его к себе на колени и обнял за талию. Шу на это ничего не сказал и просто молча фокусировал свой мозг на информации, что была написана на бумагах. Белый тиран поднимает свою голову с плеча альбиноса, выдыхает и осторожно касается бледной шеи губами, проводя по ней языком. Куренай вздрогнул, но взгляд от бумаг не оторвал и Луи не остановил. Плащ был снят, так что голубоволосому ничего не мешало запустить руки под розовую рубашку, огладить бока и слегка их сжать, выбивая из беловолосого тихий стон. Луи оставляет на бледной коже яркий засос и спускается губами ниже, исследуя его шею губами и продолжая оглаживать бока под рубашкой. Шу честно старался сопротивляться всему этому, старался не обращать внимания на то, что сейчас делает Широсаги. Нервный выдох. — Прости, не могу удержаться, — Луи отстранился от чужой шеи и провел по ней носом. — Я ничего против не говорю, — Шу усмехнулся и прижался спиной к чужой груди, продолжая читать текст на бумаге, — Продолжай. Широсаги выдохнул, освободил одну руку и начал медленно расстегивать пуговицы на белой жилетке. Он никогда не понимал зачем Шу носит на себе столько одежды. Альбинос поставил свою подпись на нужном месте, отложил лист в сторону и расслабился в чужих руках, полностью отдаваясь эмоциям. Сейчас не хотелось о чем-то думать, потому что все дела на сегодня были закончены. Луи слегка улыбается, стягивает с натренированного тела жилетку и скидывает ее на пол. Вновь прикоснувшись к шее губами, голубоволосый расстегивает пуговицы на рубашке, совсем ничего не стесняясь. В дверь раздался стук. Широсаги клянется, что убьет того, кто посмел сейчас прийти взглядом, отрываясь от чужой шеи и оставляя пуговицы в покое. — Шу, Луи, — в кабинет заглянул Вальт, — Дело есть… — Что случилось? — красноглазый изогнул одну бровь в вопросе и сжал края стола руками. — Айгер прилетает завтра, — выдох, — Можно одну из индивидуальных арен занять? — Да, без проблем, — Шу кивнул и нервно выдохнул, стоило Луи сжать рукой его пах, — Спокойной ночи. Аой махнул рукой и покинул кабинет, плотно закрыв за собой дверь. Альбинос сдавленно стонет, когда слышит удаляющееся шаги лучшего друга. Запрокинув голову на чужое плечо, бывший Красный глаз закусывает губу и продолжает сжимать край стола. Луи усмехнулся, прикрыл глаза и вновь коснулся бледной шеи губами, вернувшись к сниманию розовой рубашки. Такое лучше оставить между друг другом, иначе тогда вся история дойдет до журналистов. Отвернувшись, Шу подставляет свою шею под поцелуи, зарывается пальцами правой руки в голубые волосы и закусывает губу, сдерживая в себе стон, который рвался наружу. Широсаги снимает розовую рубашку с бледного тела, скидывает ее на пол и проводит руками по вздымающейся груди, задевая соски. — Черт, еще немного и я сойду с ума, — Белый тиран прикусил нежную кожу и оттянул ее. — Сходи быстрей, — Куренай прошипел от слабой боли. Луи тихо усмехается, зализывает укус и опускает одну руку на пах альбиноса, сжимая его. С уст Шу слетает тихий стон, который он тут же пытается заглушить, прикусывая тыльную сторону ладони. Белый тиран перехватывает бледную руку, убирает ее от чужого лица и прикусывает мочку уха, понимая, что больше уже не сможет отказаться от этого парня. Альбинос выдыхает, встает на ноги и тут садится обратно на чужие колени лицом к лицу, обнимает за шею и прикасается к чужим губам, сжимая ногами чужие бедра. Луи проводит раскрытой ладонью по широкой груди, ведет вниз и ухватывается за пряжку дорого ремня, забирая инициативу на себя. Поймав в плен чужой язык, голубоволосый второй рукой скручивая набухший сосок и усмехается, когда беловолосый разрывает поцелуй и упирается лбом ему в плечо. Куренай выдыхает, поднимает голову и цепляется пальцами за пуговицы голубой рубашки, медленно их расстегивая. Луи опускает руки на, обтянутые плотной тканью джинс, бедра красноглазого, сжимает их пальцами и позволяет человеку напротив делать все, что вздумается. Шу усмехается на это, расстегивает последнюю пуговицу и спускает рубашку с сильных плеч, прикасаясь губами к ключицам и оставляя на них синеющие следы. — Черт! — Белый тиран ухватывается за чужие бедра сильней, поднимается на ноги и садит бывшего Красного глаза на край стола, — Ты меня с ума сводишь. — Когда нас журналисты увидят вместе на предстоящей конференции клубов, то сойдут с ума, — Шу усмехнулся, стянул голубую рубашку с сильного тела и скинул на пол, — Блять, — альбинос махнул рукой, скидывая бумаги со стола, — Потом соберу. Сейчас они мешают. — Я помогу, — вцепился в искусанные губы своими. Ремень с джинс Шу был снят резким движением руки, языки сплелись между собой. Бледные руки ложатся на спину Луи, прижимают сильней и зарываются пальцами в голубые волосы. Куренай совершенно забылся в этих прикосновениях, поцелуях и мыслях о том, что это ни единственный их раз. Черные джинсы отлетают в сторону вместе с нижним бельем, Широсаги проводит рукой по возбужденному члену альбиносу и размазывает естественную смазку по всей длине, ловя губами тихие стоны. Оторвавшись от губ Белого тирана, Шу падает на спину, выгибается и закрывает рот рукой, смаргивая с ресницы выступившие капли. Возбуждение росло непозволительно быстро, горячие руки оставляли за собой пылающие следы и казалось, что они не исчезали. — Сегодня я всего тебя возьму без остатка, — Широсаги сжимает основание члена Шу, усмехается и проводит большим пальцем второй руки по мягким губам, запуская два пальца ему в рот. Куренай обхватывает кисть чужой руки своей, обхватывает пальцы губами и обводит кончики пальцев языком, смачивая их. Луи смотрит на эту картину, сдавленно стонет, думая о том, что кончит быстрей, чем они зайдут дальше, и сгибает пальцы. Сжав руку на чужом бедре, голубоволосый непроизвольно рыкнул, освободил свои пальцы из плена прекрасных губ и поднял чужую ногу. Шу хмурится, закрывает рот рукой и стонет от боли, когда в него вводят сразу два пальца. Усмешка слетает с губ Белого тирана. Наклонившись к чужому лицу, напарник Луинора касается мягких губ своими, сгибает пальцы и проводит другой рукой по внутренней стороне бедра, успокаивая и отвлекая от боли. Снова стон боли со стороны альбиноса, когда Луи разводит пальцы внутри, растягивая. Широсаги спускается губами на шею, проводит по коже языком, отвлекая парня от неприятных ощущений, которые тот сейчас испытывал. Не хотелось причинять боль человеку, который после всего, что было — поддержал и понял. Толкнувшись пальцами глубже, Широсаги попадает по комку нервов и слышит сладкий стон, который слетает с чужих губ. — Прости, — Луи выдыхает в искусанные губы, — Но я больше не могу сдерживаться. — Давай, — Шу впивается в губы, которые так соблазнительно находились слишком близко. Голубоволосый тут же разрывает поцелуй, снимает с себя остатки одежды и обхватываю чужую талию рукой, приподнимая парня. Тот прикрывает глаза, хватается руками за шею и упирается лбом в ключицу, невесомо касаясь губами кожи. Куренай прогибается в спине, когда Широсаги входит в него до упора. Если до этого красноглазый хоть чуть-чуть мог соображать, то сейчас чувство заполненности сводит с ума, человек, который мягко целует губы, заставляет окончательно обо всем забыть и окунуться в эмоции. Первый толчок отдается слабой болью в пояснице, тихий стон боли слетает с губ, но чужой язык, что хозяйничал во рту, заставлял отвлечься от болезненных ощущений. Луи начинает двигаться медленно, осторожно, чтобы не сделать больно и завтра альбинос смог встать на ноги. Шу сам разрывает поцелуй, стонет в голос, когда голубоволосый попадает по нужной точке. — Если бы я знал, что с тобой так хорошо, то давно бы пришел к тебе. — В жизни все не случайно, — Шу даже сейчас находил в себе хоть какой-то остаток разума, чтобы ответить, — Не надо, — перехватил руку Луи, — Я хочу без рук. — Блять, — парень валит беловолосого на спину, наклоняется над ним и закидывает его ноги себе за плечи, — Если завтра ты не устроишь выходной себе, то я заставлю тебя это сделать. — Заставь. Толчки внутри стали ритмичней и быстрей, стоны срываются с чужих губ, и было совершенно плевать на то, что их могли прямо сейчас услышать все те, кто находится в здании клуба.

***

Шу упирается руками в чужую грудь, последний раз резко опускается на член Луи и падает на него, тяжело дыша. Он сбился со счета, сколько раз они это сделали, забыл, как дошли из кабинета до комнаты, где их точно никто не услышит. Он все это время думал о том, что и как будет дальше, что еще они могут придумать. Слабая улыбка расплывается на лице альбиноса и ощущение заполненности давали чувство какого-то спокойствия. — Шу. — М? — Ты как? — Широсаги убирает прилипшие пряди волос с лица красноглазого. — Я прекрасно, — кивнул, — Можно я так останусь? Шевелиться совершенно не хочется. — Мне так остаться или выйти из тебя? — голубоволосый провел рукой по чужой спине и коснулся губами лба. — Так. Луи вздохнул, просто кивнул и накинул на них одеяло, прижимая парня к себе. Ни прошло и минуты, как они оба погрузились в сон, совсем не заботясь о том, что будет завтра.

***

Шу сидел вместе с другими главами клуба перед микрофонами и жмурил глаза от вспышек камер. Утром он подорвался, как ошпаренный, даже толком не успев поговорить с Луи, потому что Курода разбудила его звонком и напоминанием о конференции. Куренаю совершенно не хотелось здесь находится. Хотелось вернуться в объятия Широсаги, который прямо сейчас стоял в стороне вместе с Фри и также мечтал поскорей отсюда свалить. — Шу Куренай, в вашем клубе все чаще стали замечать Луи Широсаги. Как вы это прокомментируете? — От ненависти до дружбы один шаг, — пожал плечами, — Соперники могут стать друзьями. Пожалуй, вспомним историю двух единственных девушек, который оставили свой след в истории и покинули блейдинг. Они тоже были главными соперницами, однако стали непобедимым дуэтом. — Вы так намекаете о своем возвращении на арену в качестве блейдера, а не главы клуба? — Всякое может быть, — альбинос пожал плечами, — Насколько мне известно, то дуэтная лига стартует через полгода. Мы с Луи планируем принять в ней участие, но пока это только планы. — Луи Широсаги примет участие в лиге, как член клуба «Raging Bulls»? — Отвечу за него, потому что моего нормального ответа он еще не получил, — Луи встал за спиной Шу, положил руку между лопаток и посмотрел на репортеров, — Да, я приму участие, как член клуба «Raging Bulls» в предстоящей лиге. Альбинос улыбнулся, посмотрев на голубоволосого, вернул свой взгляд на толпу и вместе с главами других клубов продолжил отвечать на вопросы. Широсаги складывает руки за спиной, надевает на лице привычную для себя усмешку и думает о том, как заключит Куренай в объятия после возвращения в здание клуба. Вальт, смотрящий на них, хитро улыбнулся, потому что догадывался, что именно скрывают эти двое под словом «дружба».