My pain will destroy you

Большой стадион переполнен молодыми студентами. Вокруг расставлены фонари, которые освещают огромное искусственное поле. Зрители держат разноцветные плакаты и громко скандируют имя капитана команды, который пулей проносится по стадиону, ведя перед собой мяч. Юнги умелыми движениями обходит противников, уворачивается, бежит, до скрежета сжимает зубы, но правую руку с мяча не убирает. Он пообещал тренеру принести победу, значит так и будет. Парень подкидывает мяч вверх, уходит от рук соперника, вновь ловит и стремительно бежит к кольцу, желая наконец-то получить нужные очки. Счет команды противника больше на два очка. До конца игры осталось пять минут, и если Юнги сейчас не забьет, то нарушит обещание, данное себе и команде. Темные глаза внимательно наблюдают за игрой, следят за каждым движением светловолосого паренька, пока руки сильнее сжимаются в кулак. «Ну же, маленький, давай», — мысленно просит тот, поджигая кончик сигареты. «Ты сможешь». Юнги сосредоточенно бежит, сильнее бьет мячом об землю, уголки губ начинают приподниматься, когда он оказывается почти возле кольца. «Я должен это сделать…», — уверенно говорит сам себе, мельком глянув на стенд с временем. Четыре минуты. Он сможет. Юнги еще раз бьет рукой по мячу, ловит его в ладони, готовясь забрасывать, как вдруг справа поступает сильнейший удар в плечо и в этот же момент парень летит лицом вниз, выставив перед собой руки. В ушах слышится громкий свист, крики зрителей, но Юнги их не слышит. Абсолютно никого не слышит. Его ладонь прорезает острая, жгучая боль, которая вынуждает до крови прокусить щеку. С глаз брызнули слезы, а в голове пульсирует лишь единственный вопрос: «Это же не конец?» — и тишина. Никто не отвечает. Молчит абсолютно все, в то время как взгляд натыкается на чужой, всем сердцем ненавистный. Чонгук до скрежета эмали стискивает зубы, полным злости взглядом следя за тем человеком, который посмел нарушить правило и толкнуть хрупкого мальчика. «Я этой суке лично руки оторву». Юнги почему-то смотрит только на брюнета, пока с глаз текут слезы, в которых таится безграничное неверие. «Я проиграл?» — мысленно спрашивает. «Ни за что», — уверенно отвечает Чонгук и совсем не понимает, почему желает этому мальчику исключительно победы. Студенты громко возмущаются, кричат в сторону судьи, требуют штрафных бросков или же дополнительное время, но мужчина их не слушает, принимает собственное решение. Юнги сильно сжимает веки, указательным пальцем вытерев слезы. Бинт на правой руке весь в крови, ожог невыносимо зудит и периодически покалывает. Вокруг него столпились все игроки, впереди которых стоит судья и начинает громко свистеть, привлекая всеобщее внимание. — Даю вам полторы минуты, чтобы забить мяч с исходного положения. Это максимум, что я могу предложить, — ровно произносит судья и вновь громко свистит. Студенты крайне недовольны происходящим, начинают еще больше возмущаться и кричать, что это был намеренный толчок и что его все заметили, но ничего, к сожалению, не добиваются. Судья пропускает слова мимо ушей и кивает игрокам на середину поля. — Юнги, ты уверен, что можешь играть? — встревоженно спрашивает один из игроков, поднимая капитана на ноги. Юнги тихо шипит, когда кто-то случайно коснулся руки, но больше не плачет. Он пристально смотрит на темноволосого парня, который ему сдержанно улыбается. И улыбка эта искренняя. «Ты сможешь», — мелькает в черных глазах, и Юнги даже не посмел в этом усомниться. «Смогу», — отвечает. Он медленно подходит к середине поля, пересекаясь взглядом с противником. Судья крепко держит в руке мяч и отсчитывает секунды до броска. — Я тебя, сука, уничтожу, — зло шипит светловолосый, крепко сжимая пальцы в кулак. — Попытайся, — нагло ухмыляется противник, скользя кончиком языка по губам. Юнги вдыхает побольше воздуха, быстро промаргиваясь. В голове на секунду проносится образ темноволосого парня, и на губах Мина расцветает хищная улыбка. «Ну что ж, сыграем», — последнее, про что успевает подумать парень перед тем, как подбросили мяч. Противник быстро поднимает голову вверх, готовясь его поймать, но даже не успевает моргнуть, как он исчезает из поля зрения. Толпа громко зашумела, поднимаясь со своих мест, начиная свистеть и кричать имя белобрысого парня. Чонгук с ухмылкой следит за тем, как недавно плачущий мальчик резко превратился в дикого звереныша, начавшего со всех сил бежать к кольцу. Команда противников удивленно открыли рты, не успевая осмыслить это слишком быстрое изменение. Юнги очень тяжело дышит, почти что задыхается от таких нагрузок и от пронзительной боли в правой руке. Мяч уже почти весь в крови, кожа плавится из-за сильных ударов, пульс пробивает дикий ритм во всех конечностях тела, а глаза видят одну лишь цель. Перед кольцом столпилось несколько игроков, готовых на все, чтобы его остановить. Белые волосы прилипают к вискам, пот скатывается по лицу, голубой взгляд темнеет, а губы растягиваются в пугающем оскале. На часах пробивают последние секунды. До кольца осталось слишком большое расстояние, не успеет. Студенты замолкают, в томительном ожидании глядят на часы и возвращают встревоженный взгляд к игре. Команда соперников почти полностью расслабляется, увидев на стенде десять секунд. Не успеет. И лишь Чонгук ярко ухмыляется, успевая заметить дикий огонек в голубых глазах. Еще как успеет. Юнги резко останавливается почти на середине расстояния, ощущая на себе удивленные взгляды людей и тяжелые вздохи команды. Пять секунд. Юнги поворачивается в сторону брюнета и быстро подмигивает, получая в ответ одобрительный кивок. Парень собирает последние крупицы силы со всего тела и вкладывает их в один единственный бросок, который пулей пролетает над головами соперников. Ноль секунд. Время вышло. Все присутствующие на долгую минуту затихают, пустыми глазами смотря на упавший мяч. В этот момент сердце каждого пропускает удар. На стенде исход игры быстро меняется, прибавив команде светловолосого капитана желанных три очка. Стадион погружается в мертвую тишину. Судья шокировано смотрит на произошедшее, не находя в себе силы оторваться от резко упавшего на землю парня. — Смог, — тихо шепчет Юнги, переводя взгляд в сторону темноволосого парня, который первым поднимается на ноги, начиная громко аплодировать. А за ним и весь стадион, что все еще не может отойти от глубочайшего шока. — Молодец, маленький, я даже не сомневался, — тихо вторит брюнет, тепло ухмыляясь. Студенты начинают радостно кричать имя парня, свистеть и спускаться с трибун на поле, чтобы лично поздравить победителя. К Юнги подбегает команда, начиная его крепко обнимать и счастливо улыбаться. — Чувак, ты лучший, — хором говорят игроки вместе с соперниками, которые впервые на памяти увидели такой нереальный бросок. Юнги ухмыляется, принимает поздравления каждого и все ждет услышать лишь единственное. Которого все нет. Парень быстро мотает головой, сбрасывая с себя все наваждение. Ему плевать. Пусть не поздравляет. Юнги тяжело выдыхает и не успевает ничего понять, как чуть ли не переворачивается назад от резких объятий удивленного Чимина. — Задушишь, придурок, — ухмыляется Мин, пытаясь выбраться из чужой хватки. — Чувак, ты вообще видел, что здесь вытворял? Я, честно говоря, охуел, — крепче обнимает брыкающегося друга, который уже чуть ли не задыхается. — Да понял я, отпусти! — вскрикивает светловолосый, пытаясь отпихнуть радостного друга. Чимин ярко улыбается и отпускает недовольного мальчика, который уже готовился ему врезать. — Ты — молодец, — уже тише добавляет тот, делая шаг назад. Чимин всю игру сидел будто бы на иголках, а когда Мина толкнули — он был готов сорваться с места и набить этому уроду морду, но кое-как смог сдержаться. Его друг гребаный гений, который победил непобедимых, и Чимин им чертовски гордится. «У тебя огромное будущее, мой самый любимый друг», — с грустью думает синеволосый, наблюдая за счастливым мальчиком К Юнги подходит множество знакомых, тренер, все поздравляют, улыбаются, желают такого же ошеломительного успеха в каждом моменте жизни и чтоб все его игры заканчивались не менее эффектно, с победой в руках. Парень благодарно кивает, жмет всем руки, но глазами продолжает бегать по толпе, в попытках найти того парня, из-за слов которого он ни за что не посмел бы проиграть. Не находит. Юнги тихо вздыхает и возвращает внимание студентам, которые начинают громко обсуждать вечеринку в честь Хэллоуина, что должна начаться через два часа. Настроение у всех отличное. Победа команды универа зажгла костер дикого веселья в сердцах молодых людей, которое все хотят выплеснуть в безудержные танцы под громкие биты музыки. Времени еще вполне хватает чтобы привести себя в порядок. Надеть костюм, нанести на лицо грим и вместе со спутником прийти на вечеринку в честь праздника. Юнги устало разминается, принимает последнее поздравление и подходит к довольному Чимину, чтобы вместе поехать домой и надеть что-то более презентабельное, чем толстовка. Чимин кивает и они сквозь толпу кое-как проталкиваются в сторону парковки. Юнги прячет окровавленную руку в кармане, чтобы ее больше никто не задел, и устало плетется за другом, опустив голову вниз. Почему так хочется услышать поздравление этого странного парня? Почему даже не хочется нагло ухмыльнуться ему в лицо и сказать, что ничего у него не выйдет, что он никогда не сможет выполнить ту угрозу, данную вчера в раздевалке? И почему Юнги во время падения посмотрел именно в его дикие глаза? Да потому что когда он упал, брюнету впервые стало неприятно от его чертовой боли.

* * *

В большом помещении университета собралась толпа молодых людей, одетых в различные дорогие костюмы. Лица у всех разукрашены под вечерний образ, который девушки пытались сделать максимально необычным. Музыка наполняет комнату тяжелыми битами, а красочные прожекторы бросают свет на потные тела студентов, что во всю танцуют со своими спутниками. Девушки ярко улыбаются, поддаются вперед на каждое касание чужих сильных рук, отвечают взаимностью на поцелуй и резко прекращают двигаться, когда взгляд натыкается на вошедшую скандальную пару. И в этот же момент челюсть студенток отвисает при виде чертовски соблазнительного магистранта в пугающе-холодном образе, из-за которого во рту пересохло, а по телу прошлась приятная дрожь. Чонгук держит за руку рыжеволосую спутницу, ни на ком взгляд дольше секунды не задерживает, сразу начинает двигаться к недалеко стоящему дивану, где уже сидит его друг с какой-то милой представительницей хрупкого пола. На брюнете черная рубашка с закатанными рукавами, расстегнута на три верхних пуговицы. На ногах такого же цвета брюки, которые плотно прилегают к телу, открыв всеобщему обозрению мускулистые бедра. Половина лица Чонгука разукрашена под скелет и на той же стороне, в глазу, находится полностью черная линза с красной радужкой. Он не совсем хотел все это делать, но Элис, рыжеволосая девушка, настояла на хоть каком-то образе, и Чонгуку пришлось согласиться. Они вместе подходят к кожаному дивану, перед которым стоит небольшой столик с различным алкоголем. Садятся, и Чонгук сразу же достает сигарету, зажав ее между губ. — Вы что-то долго, — начинает Намджун, держа в руках стаканчик с каким-то напитком. — Да еще никого нет, — поджигает кончик сигареты и откидывается спиной на диван, притягивая ближе к себе рыжеволосую девушку. Элис одета в красный костюм, который состоит из пиджака и брюк. Чонгук пристальным взглядом обводит верхнюю часть одежды, где кроме пиджака ничего больше и нет. — Тебе нравится? — тихо спрашивает девушка, наклоняясь к брюнету. Чонгук поднимает на нее темные глаза и равнодушно хмыкает, делая очередную затяжку. — Где остальные? — поворачивается к другу, игнорируя вопрос девушки. — Должны быть с минуты на минуту, — мельком смотрит на часы, попутно допивая сильный алкоголь. Брюнет тяжело вздыхает, медленно прикрывая веки. Он не остальных ждет. Ему, блять, просто хочется увидеть светловолосого мальчика, запах которого слаще любых существующих цветов. Чонгук никогда не посещал какие-то спортивные игры, но сегодня решился. Почему? Он не знает. Но абсолютно всю игру брюнет искренне хотел, чтобы этот парень выиграл. Так и случилось. Этот мальчик поразил всех зрителей, и Чонгука в том числе. В последние секунды его глаза заблестели чем-то ярким, диким, из-за чего команда получила лучшую победу в истории. И все благодаря светловолосому пареньку, который продолжительное время смотрел лишь в глаза Чонгука, несмело улыбаясь. Спустя еще каких-то двадцать минут брюнет откровенно начинает скучать и уже не знает, чем еще можно себя занять, чтобы разбавить однообразную атмосферу. Парень безразлично кивает на все слова девушки и неожиданно для нее поднимается на ноги. — Я сейчас приду, — говорит скорее другу, чем Элис, и уходит в противоположную сторону здания. Чонгук лениво двигается между танцующими людьми, ловя на себе заинтересованные и даже слегка жадные взгляды девушек. Он к ним не оборачивается, лишь пристально смотрит вперед, все пытаясь отыскать светловолосую макушку. Музыка играет настолько громко, что даже собственных мыслей не слышно, не то чтобы других. На сцене кто-то красиво танцует, но Чонгук не обращает ни на кого внимание, пока его не останавливает знакомый голос, доносящийся из микрофона. — Дорогие дамы и господа, — шутливо начинает До, прося диджея сделать музыку тише. — Сегодня я бы хотел поздравить нашу замечательную команду по баскетболу с этой незабываемой победой! — громко говорит парень, переводя взгляд в сторону. — Но, как по мне, за это мы должны особенно поблагодарить капитана: молодого, красивого, замечательного парня, который тот еще сердцеед, — ухмыляется. — Давайте вместе поприветствуем наше солнышко по имени Мин Юнги! — зал взрывается громкими аплодисментами, а До торопливо кивает головой в сторону сцены. Чонгук внимательно слушает и хитро ухмыляется. «Так вот как тебя зовут», — мысленно подчеркивает этот факт. На сцену неспешно выходит всеми знакомый светловолосый парень, который сразу же оказывается в крепких объятиях До. Чонгук громко сглатывает, стоит только мальчику развернуться лицом к залу и убрать волосы с лица. На нем белая рубашка с атласными вставками, кремовые брюки, обтягивающие стройные ноги, а в ушах сверкают тоненькие цепочки. На невероятных глазах черные линзы, а от глазниц к щекам тянутся «кровавые слезы». Брюнет внимательно осматривает образ паренька с головы до ног и сдержанно улыбается. «Какой сладкий дьяволенок…», — языком проходится по нижней губе. «…жаль только, что слезы ненастоящие». Юнги вежливо всем улыбается, кивает на поздравление ведущего, что-то еще говорит в ответ, но Чонгук уже не слушает. Он все ждет момента, когда парень наконец-то спустится с этой гребаной сцены, чтобы брюнет смог сделать то, чего так хочет. И вот, До заканчивает свою длинную речь и говорит что-то про какие-то игры, но уже абсолютно все внимание Чонгука сосредоточилось лишь на том, как светловолосый парень спускается и сворачивает куда-то в сторону. Чонгук хмыкает и уверенными шагами идет туда же, пытаясь не упустить из виду этого маленького дьяволенка. Юнги останавливается возле какого-то человека, некоторое время с ним говорит и плавно кивает на вопросы. Чонгук нетерпеливо вздыхает и подходит ближе, останавливаясь за спиной светловолосого, взглядом указывая собеседнику удалиться. Тот сразу же уходит. — Привет, — тихо шепчет на ухо, ощущая как сильно дрогнуло чужое тело. Юнги широко распахивает веки, прекращая любое невзрачное движение. Он чувствует, как на талию ложатся сильные руки и резко притягивают спиной к горячей груди, откуда слышатся равномерные удары сердца. Парень пробует что-то ответить, но лишь громко вздыхает, когда шею обожгло чужое никотиновое дыхание. Брюнет лениво приподнимает уголки губ, пальцами касаясь острого подбородка. — Не ответишь? — издевательски спрашивает тот, большим пальцем поглаживая нежную кожу лица. — Нет, — дрогнувшим голосом говорит блондин, шумно сглатывая. — Почему? — вопросительно вскидывает бровь, оборачивая лицо парня к себе. — Я ведь мало с кем здороваюсь. Мог бы и ответить, — широко улыбается, внимательно следя за дрожащими ресничками мальчика. Юнги быстро промаргивается и сразу же убирает татуированную руку со своего лица, разворачиваясь. — Чего тебе надо? — безразлично спрашивает тот, пристально всматриваясь в темные глаза, замечая на одном из них линзу. — Чего мне надо? — наклоняет голову вбок, взглядом очерчивая кровавые дорожки слез на бледных щеках. — Хотел тебя поздравить, — опускает взгляд ниже, сразу же наталкиваясь на острые ключицы, которые небрежно скрывает ворот рубашки. Светловолосый видит, как чужой язык неспешно скользит по металлическому пирсингу на губе, и вновь шумно сглатывает. Безразличие играть уже не так просто. Чонгук делает небольшой шаг вперед, пальцами пытаясь коснуться чужой манящей кожи, но ему это сделать не разрешают. — Не трогай, — твердо говорит Юнги, отворачивая лицо в сторону. — Вчера ты был не против, — издевательски шепчет Чон, останавливаясь за несколько сантиметров от паренька. — Даже очень не против, — растягивает губы в непростительно наглой ухмылке, невольно заглядывая в черные линзы. — Ты меня вынудил, я давно хотел уйт… — договорить ему не дает чужой палец на собственных губах. — Сними эти линзы, — вдруг серьезно начинает Чон, мрачно нахмурив брови. Юнги удивленно распахивает веки. — Зачем? — не понимает тот. — Хочу увидеть твои глаза, — ласково улыбается, большим пальцем поглаживая алые губы мальчика, кожей ощутив раскаленное дыхание. Мин резко опускает взгляд вниз, не выдерживая этого выедающего на себе. — Мне все равно, чего ты хочешь, — уже не так уверенно отвечает он, еле себя сдерживая, чтобы не скользнуть языком по губам, которые все никак не отпускают. — Неужели? — наклоняется совсем близко, вынудив Юнги поднять глаза вверх. — Именно поэтому ты всю игру смотрел на меня? — издевательски ухмыляется. — Это не так, — сорванным голосом отвечает, чувствуя, как удары сердца участились. — Даже когда упал, — пропускает слова парня мимо ушей, — когда было больно, когда плакал и даже перед последним броском ты все равно посмотрел на меня, — уверенно излагает каждое предложение, замечая слабый испуг в ненастоящих черных глазах. Юнги застывает на месте, пропуская слова брюнета сквозь себя. «Неужели так часто смотрел?». Парень заторможено моргает, ощущая на губах слабое давление чужого пальца, который вынуждает их разомкнуть. Юнги от шока забывает сопротивляться. — О, вот вы где! — будто бы сквозь толщу воды прорезается чей-то громкий голос, который заставил палец на губах исчезнуть. Юнги медленно поворачивается в сторону звука, немигающим взглядом натыкаясь на довольного ведущего. — Чего вы тут стоите? Вас все ждут, — радостно произносит До, толкнув застывшего светловолосого в плечо. — Зачем? — первым подает голос Чонгук, который одним только взглядом пытается уничтожить ужас как не вовремя явившегося друга. — Мы собираемся играть в «Я никогда не». Люди ждут вас, — объясняет тот. — Что за детский сад? — закатывает глаза Гук и больше даже не смотрит в сторону тихо стоящего паренька. — Да ну, чувак, не будь занудой, — бедрами толкает брюнета в бок и провокационно улыбается. — Пошли. — Нет, — строго говорит Чон, продолжая стоять на месте. — Ну тогда это солнышко пойдет со мной, а ты здесь кисни, — мило улыбается он Юнги и берет его за руку. — Будешь ведущим игры. Разрешаю. Юнги быстро моргает, пытаясь возвратить мысли обратно в реальность. — Это надолго? — тихо спрашивает, оборачиваясь спиной к брюнету. И дышать вмиг становится проще. — Ты куда-то торопишься? — Да не то чтобы сильно… — Вот и отлично, пошли, — заканчивает вместо парня и хватает его за руку, направляясь в сторону большого стола, возле которого собрались почти все присутствующие. Чонгук тяжелым взглядом провожает хрупкую фигуру мальчика и замечает на губах друга издевательскую улыбку, когда тот сплетает собственные пальцы с чужими. «Вот же сукин сын», — мысленно ругается всеми существующими матами и под удивленные возгласы студентов садится за стол, за которым, оказывается, уже сидит Джун. — Какого черта ты на это согласился? — зло спрашивает Чон, оборачиваясь к сидящему другу. — Могу спросить у тебя то же самое, — широко ухмыляется Намджун, пальцами постукивая по столу. Чонгук тихо фыркает и оборачивается к нему спиной, взглядом замечая множество стаканчиков в центре стола. Юнги становится возле До и ему в руки дают черного цвета микрофон. — Значит так, если кто-то еще не знает правил игры, то я объясню, — громко начинает До, пристально осматривая пьяных студентов. — Ведущий говорит какую-то фразу с обязательным вначале «я никогда не», и если вы это когда-то делали или что-то в этом духе, то вы пьете стаканчик алкоголя. Если же нет, то просто сидите. Но вся суть игры в том, что лгать или утаивать правду — запрещено, — строго говорит парень и сразу же начинает улыбаться. — Приятной игры. Юнги внимательно слушает правила, смотрит на всех присутствующих и замечает недалеко сидящего Чимина, который коротко ему подмигивает, притягивая к себе темноволосую девушку. Парень подносит микрофон ближе к губам и загадочно улыбается. Сейчас он от души поиздевается над молодыми людьми. Особенно над одним из них, который каждый раз ставит его в неловкое положение. — И так, предлагаю начать с чего-то легкого, — с азартом произносит парень, и каждый успевает заметить издевательскую ухмылку на его лице. Студенты пьяно закричали и начали громко аплодировать, в томительном ожидании глядя на ведущего. Юнги довольно улыбается, задержав свой взгляд на темных глазах, которые откровенно на него пялятся. «Ну же, маленький, развесели меня», — шепотом произносит Чон, хищно скалясь. «Еще пожалеешь об этом», — отвечает. — И так, начинаем, — громко восклицает Юнги, подходя ближе к столу. — Я никогда не трахался в университетском туалете Мужской пол громко загудел, начиная самодовольно улыбаться и тянуться к стаканчикам с алкоголем. Большая половина девушек закатывает глаза и также тянется к напиткам. Чонгук тихо хмыкает, залпом выпивая обжигающую жидкость, пристально глядя на светловолосого мальчика. «Слишком слабенько». Юнги удивленно следит за процессом, возвращая микрофон к губам. — Я думал, что у нас не так много извращенцев, — ухмыляется и переводит внимание на вошедших в азарт молодых людей. — Продолжаем, — делает томительную паузу, задумываясь на несколько секунд. — Я никогда не дрочил больше трех раз в день, — прыскает в кулак, замечая округленные глаза парней. — Чувак, это жестоко, — говорит кто-то из толпы, и все парни сразу же тянутся к стаканчикам. Женский пол еле давит в себе смех, но никто из них даже не посмотрел в сторону алкоголя. Чонгук расслабленно откидывается на кресле, все продолжая ждать чего-то большего. Юнги переводит на него вопросительный взгляд. — Неужели Мистер-мне-на-всех-похуй так мало дрочит? — с издевкой спрашивает мальчик, всеми силами пытаясь вывести брюнета из себя, но тот только бесцветно ухмыльнулся. — Зачем мне это делать, если я могу в любое время кого-нибудь трахнуть? — равнодушно отвечает тот, краем глаза замечая покрасневших девушек. Юнги показательно закатывает глаза, отворачиваясь от этого слишком самодовольного парня. «Какая же ты сучка, когда закатываешь глаза», — мысленно говорит сам себе Чон, размашисто облизав нижнюю губу. — Хорошо, я уже понял, что нуждаются в дрочке только парни. Обидно даже как-то, — лукаво поднимает уголки губ под одноголосное согласие со стороны мужского пола. — И так, едем дальше, — задумчиво хмурит брови, пальцем постукивая по микрофону. — Я никогда не ощущал влечение к своему полу. Пьяные студенты уже совсем не стесняются, пьют и даже не краснеют. Алкоголь конкретно ударил по мозгам. Брюнет скучающе вертит в пальцах стаканчик, но пить не собирается. Влечение к своему полу? Очень смешно. — Ну же, солнышко, давай что-то интереснее, — равнодушно говорит Чон, возвращая стаканчик на стол. Юнги аж передернуло от этого ненавистного «солнышко». — Хочешь что-то интересное, значит? — серьезно говорит тот, а на лице ни намека на улыбку. Он внимательно всматривается в чужие глаза и в голову резко приходит слишком дикая идея. — Хорошо, солнышко, — передразнивает парень, серьезно глядя на расслабленного брюнета. — Не пожалей об этом. Чонгук ухмыляется и отлично чувствует на себе пристальные взгляды студентов, которые уже заподозрили неладное. Юнги некоторое время молчит, обдумывает свои слова и вмиг на лице появляется слишком странная улыбка, от которой каждому становится не по себе. Он медленно подносит микрофон к губам, не разрешая прервать зрительный контакт с невыносимо черными глазами. — Я никогда не болел психическими расстройствами, — по слогам выговаривает каждое слово, сразу же замечая изменения в чужом взгляде. Студенты непонимающе загудели, но никто из них к стаканчику не тянется. Почти никто. Чонгук сжимает челюсти до скрежета эмали, выедающим взглядом прожигая довольную улыбку мальчика. «Вот же мразь». Намджун встревоженно переводит взгляд на друга, замечая то, как сильно он напрягся. В зале стоит мертвая тишина, которую прорезает резкий звук лопнувшего стекла. Чонгук встряхивает руку от лишней жидкости и залпом выпивает другой стаканчик алкоголя, не обращая ни доли внимания на кровоточащую ладонь. «Значит, вот как мы играем», — ярко скалится тот, резко поднимаясь со стула. Намджун нервно сжимает пальцы в кулак, ожидая худшего исхода. Юнги шумно сглатывает, стоит увидеть двигающегося в его сторону разъяренного брюнета. Студенты в глубоком трансе следят за всем происходящим и уже не понимают, чему именно можно верить. Чонгук неспешно подходит к застывшему пареньку, оставляя между ними дистанцию в один шаг. — Отличная игра, — неожиданно грубым голосом произносит брюнет, от которого у всех по спине прошлись холодные мурашки. — Не хочешь тоже сыграть разок? Тебе ведь нечего скрывать, не правда ли? — безэмоционально смотрит в чужие глаза, впиваясь ногтями в ладони. Юнги шокировано распахивает веки, отлично понимая, о чем говорит брюнет. — Но я ведь… — Ничего страшного, — перебивает его Чон, не желая слушать продолжение. Мин слабо вздрагивает и переводит встревоженный взгляд на толпу, которая лишь молчаливо ему сочувствует. — Отлично, значит играешь, — решает за него Чонгук и подходит вплотную, заглядывая в черные глаза, лениво нагибаясь к микрофону. — Теперь жалеть будешь ты, солнышко, — зло оскалился тот, хватая мальчика за подбородок, сильно сжимая окровавленной рукой. — Я никогда не был влюблен в парня, — громко излагает Чон, и под его слова одно единственное сердце в зале пропускает удар. Юнги непонимающе хмурится, медленно поднимая взгляд на чужое лицо, где черти разрывают последние сдерживающие их металлические цепи. Светловолосый и все присутствующие студенты до конца не понимают подвоха, пока Чон резко не оборачивает голову мальчика в нужную сторону. И дыхание Юнги останавливается. Чимин шумно сглатывает, поднимает полный печали взгляд на друга, грустно ухмыляется и начинает неуверенно тянуть дрожащую руку к красному стаканчику, поднося его к пухлым губам. Молодые люди в шоке прикрывают рты, оборачиваясь к не менее шокированному светловолосому парню, который еле сдерживает слезы. Чонгук довольно улыбается, убрав руку с подбородка. — В следующий раз внимательно подумай перед тем, как что-то говорить, — тихо произносит брюнет, не без удовольствия следя за чужими слезами. Юнги некоторое время молчит и неспешно поворачивает голову к спокойному Чону, разозленным взглядом всматриваясь в его глубокие глаза. — Ну ты и тварь, — с отвращением выпаливает блондин, еле сдерживаясь, чтобы со всей силы не ударить это смазливое лицо. Чонгук наклоняет голову вбок, шепотом произносит: — Такая же, как и ты, — улыбка с губ исчезает и вместо нее появляется животный оскал. Юнги бы хотел что-то ответить, но слова застревают где-то глубоко в глотке, выпуская наружу лишь пораженный вздох. Костяшки татуированной руки невесомо касаются его щеки, а хриплый голос тихо произносит на ухо: — Поздравляю тебя с победой, маленький, — медленно отстраняется, большим пальцем стерев упавшую слезу. — Ненавижу, — ядовито шепчет ему в губы Юнги, внимательно следя за эмоциями на смуглом лице. Там нет ни капли сожаления. — Я тебя сильнее, — обжигает алкогольным дыханием кровавую щеку, полной грудью вдыхая нереально сладкий аромат. «Всем сердцем ненавижу…»