Weakness

Энджел медленно приоткрыл глаза, веки казались невероятно тяжелыми. Сперва мир вокруг казался расплывчатым, но потом очертания прояснились. Он лежал на кровати в своем номере, рядом сидел Аластор и внимательно смотрел на него. В глазах Радио-Демона читалась крайняя обеспокоенность. Даст попытался подняться, но тут же уронил голову на подушку, почувствовав сильную боль во всем теле. Воспоминания обо всем произошедшем резко всплыли в сознании. Изнасилование, Аластор, попытка самоубийства. Захотелось расплакаться. — Не двигайся, — сказал Радио-Демон. — Ты можешь ответить на один вопрос? Энджел едва-заметно кивнул, пускай совсем и не хотел разговаривать. — Я, — начал Аластор, — Я могу помочь тебе, ты ведь не против? Радио-Демон не знал, зачем задал этот вопрос, мог бы не спрашивать, но сейчас лучше было не трогать паучка без его согласия, дабы не напугать лишний раз. Он сам от себя не ожидал. Раньше, он бы ни за что не стал спрашивать, просто сделал бы то, что считает нужным, думая, в первую очередь, о конечной цели, нежели о состоянии Даста в данный момент. Но что-то изменилось у него внутри, кардинально изменилось. — П-помочь? Энджел тяжело дышал, на его висках выступили капельки пота, а белый пододеяльник под ним медленно, но верно покрывался кроваво-красными пятнами. — Да, — кивнул Радио-Демон, — я не могу убрать это, — он указал на плечо Даста, — но все остальное — да. Энджел соображал достаточно плохо, для того, чтобы понять, что конкретно собирался сделать Радио-Демон, но достаточно хорошо, чтобы осознать, что в произошедшем нет не капли его вины. Нет, это точно не Аластор устроил, это не он заставил тех демонов насиловать его, это Валентино или кто угодно другой, но не он. Разве что Радио-Демон хотел поиздеваться, посмотреть, что будет с Энджелом, а потом прийти ему на помощь, услуга за услугу, так сказать, только вот его взгляд, его поведение, говорили об обратном. Если Энджел и научился чему-то за годы работы в секс-индустрии, помимо вещей связанных непосредственно с профессией, так это понимать, что чувствуют демоны, лишь посмотрев на них. И…Аластор волновался, по-настоящему. — Хорошо, — прошептал Энджел. Ему было все равно, что конкретно Радио-Демон собирался с ним делать, но раз тот обещал помочь, то пускай помогает, все равно хуже уже не будет. — Мне надо снять с тебя кофту, — сказал Аластор, а потом зачем-то добавил, — не переживай только. Окровавленная ткань, некогда бывшая одеждой растворилась в воздухе. Энджел машинально скрестил руки на груди, желая прикрыться. Ему, как никогда раньше, было некомфортно без одежды, она будто служила ему, пусть слабой, но защитой и оказавшись обнаженным, Даст ощутил абсолютную беспомощность. Это чувство возникло на уровне инстинктов и никак не было связано с мыслями. — Не надо, не дергайся, — попросил Аластор, осторожно разводя сначала первую, а потом вторую пару рук в стороны. — Это не больно. Энджел ненавидел фразу «это не больно», ибо после нее, почти всегда, следовал ровно противоположный результат, но сейчас он поверил Аластору. Радио-Демон, глубоко вздохнув, осторожно положил ладонь на грудь Энджела и прикрыл глаза. Даст внимательно изучал его лицо. Аластор выглядел спокойным. Хотя его и выдавали немного дрожащие ресницы и закусанная губа. Энджел почувствовал, как от ладони Радио-Демона исходит приятное тепло, которое постепенно убирает боль. Аластор медленно провел рукой по коже паука, перемещаясь к тому месту, где были сломанные ребра. Даст ощущал, как ему становиться легче дышать, словно ребра восстанавливаются. Впрочем, так и было. С губ Энджела сорвался то ли вздох то ли стон. Аластор улыбнулся уголком губ. Все это время Радио-Демон сидел с закрытыми глазами, ему так было легче сосредоточиться. Ему вдруг ужасно захотелось посмотреть на Даста, увидеть его лицо. Воображение слишком реалистично рисовало приоткрытые губы и закатившиеся глаза, хотелось бы узнать, совпали ли его картинки с реальностью, но Аластор запрещал себе поднимать веки, понимая, насколько сейчас ответственный момент. Отвлечься было недопустимо. И все же, Аластору было так хорошо, от осознания, что он делает приятно Энджелу. Такое новое, непривычное чувство. Радио-Демон привык лишь брать и получать от этого удовольствие и вообще не верил в то, что отдавать может быть еще приятнее. Что ж, он ошибался. — Перевернись на живот, — попросил Аластор, понимая, что пришло время перейти к спине паучка, которая пострадала едва ли не меньше. Он помог Энджелу подняться, осторожно придерживая его, так чтобы не задеть пораненное плечо. Конечно, не получилось, но он хотя бы свел страдания Даста к минимуму. — Ай, — вскрикнул Энджел, когда его плечо коснулось матраса. — Тихо, потерпи, осталось немного. Насчет немного, Аластор соврал, ведь рану на плече нужно было лечить стандартным методом, путем обработки и наложения швов, что отнюдь не самый приятный процесс. Радио-Демон сожалел, но с этой раной он никак не мог помочь. Она была оставлена ангельским копьем и его силы ничего не могли с ней сделать. Он мог, разве что попытаться, облегчить боль, но был почти уверен, что не сможет. Но для начала, нужно было убрать все остальные повреждения. От одного взгляда на спину Энджела, у Аластора закружилась голова. Нет, его не пугала кровь, не пугал вид порезов и ожогов, его, как бы сложно не было признать, пугало то на чьей спине они были. Внутри Радио-Демона зародилась ненависть, ненависть к тем, кто посмел сотворить такое с Дастом. Он пообещал себе найти их, кем бы они не были и убить, но перед этим пройти через все возможные муки. Аластор, прежде чем начать, еще раз окинул взглядом Энджела и подумал о том, как кто-то вообще мог причинять ему боль. Этому хрупкому созданию, с милым лицом, огромными глазами, тонкими запястьями и мягким белым пушком на груди. Он казался таким беззащитным, как можно было причинять боль ему?! Сердце Аластора сжалось от чувства, которое, насколько он знал, называлось нежностью. Зачем-то посчитав до трех про себя, Радио-Демон вновь закрыл глаза и опустил ладонь на спину Энджела. Под пальцами он почувствовал теплую липкую кровь. И тут, в одно мгновение, стало темно. Аластор распахнул глаза. Он был не в отеле. *** Опять тот самый кабинет с диваном и фамильным портретом на стене. Поместье семьи Магне. Сперва Аластор растерялся, но потом, достаточно быстро сообразив, где сейчас находится, разозлился, сильно разозлился. Он не почувствовал ничего, кроме злости. Никакого неприятного осадка из-за того, что буквально позавчера произошло в этом доме, никакого страха, что это может повториться вновь, ведь если Самаэлю удалось один раз, то нет никакой гарантии, что не удастся во второй, лишь злость. Дверь отворилась и на пороге возник силуэт Люцифера. — Здравствуй, — растягивая гласные произнес владыка Ада. Улыбка. Аластор как-то отвык от нее за вчерашний день, но сейчас пришлось вспомнить. Самаэль не должен был увидеть, что содеянное им хоть как-то повлияло на Радио-Демона. Аластор понимал, что должен показать Люциферу, что что бы тот ни делал и до каких аморально-безумных идей не доходил — у него нет власти над ним. И чем быстрее Радио-Демон сможет это доказать, тем быстрее вернется к Энджелу, а это ему сделать было жизненно необходимо. Он не мог просто оставить паучка, особенно в таком состоянии. — Что бы ты там не хотел на этот раз, знай, ты этого не получишь! — констатировал Аластор, подходя почти вплотную к Самаэлю. Радио-Демон был выше Люцифера на несколько дюймов и сейчас этот факт, как никогда играл на руку. — Ты напуган, — сказал Самаэль, поднимая голову так, чтобы смотреть прямо в глаза Аластору. — Ничуть, — Радио-Демон улыбнулся как можно шире. — С чего ты вообще сделал подобный вывод, мне интересно? Потому что у тебя получилось тогда? Хах, нет, я ничуть не напуган, разве что ужасно зол! Самаэль усмехнулся, не злобно, обыкновенная усмешка, и стал рядом с Аластором, материализовав в воздухе зеркало. — Ты был напуган до того, как попал сюда, — сказал Люцифер. — Просто взгляни на отражение. Надо отдать Самаэлю должное, он был прав, хотя, любой бы догадался. Внешний вид Радио-Демона оставлял желать лучшего. Обычно ровно причесанные волосы, торчали во все стороны, белая рубашка смялась и вылезла из брюк, она вся была покрыта пятнами крови, как и руки Аластора. — Что случилось, мой хороший? — спросил Самаэль. Он прикоснулся кончиками пальцев к плечу Радио-Демона. Как ни странно, но это не было противно. Аластор чувствовал тепло пальцев Люцифера сквозь тонкую ткань рубашки, но это было никак, просто никак. Его мысли целиком и полностью занимал Энджел. Радио-Демон не мог отделаться от картинки в своей голове — Даст сидит на постели, часто дышит и растерянно смотрит по сторонам, не понимая, что случилось и почему, Радио-Демон исчез. — Ничего, но знаешь ли, мне нужно вернуться в отель. У меня нет ни времени, ни главное, желания, общаться с тобой, — сказал Аластор. — Как скажешь, — пожал плечами Самаэль, после чего щелкнул пальцами. Радио-Демон вновь оказался в номере Энджела, только вот рука Люцифера по-прежнему лежала на его плече. Все было в точности, как представлял Аластор: Энджел сидел на постели и растерянно смотрел по сторонам. Заметив их, паучок вновь скрестил руки на груди, желая прикрыться, из-за чего из раны на плече вновь потекла кровь. Даст с явным ужасом в глазах смотрел на Люцифера. Самаэль окинул комнату взглядом и остановился на ангельском копье, все еще лежавшем на полу. Признаться честно, находка его удивила. — Неужели не удалось прикончить шлюху с первого раза? — поинтересовался владыка Ада. Аластор наконец скинул со своего плеча руку Люцифера и с трудом поборол в себе желание схватить копье и вогнать его в живот Самаэлю. Не в шею и не в грудь, для того чтобы сделать его смерть более мучительной. — Брось, меня ты этой штукой не убьешь, — словно прочитав мысли Радио-Демона, сказал Люцифер. — К тому же, даже если бы ты мог — это лишнее, я всего навсего хочу поболтать с тобой по душам так сказать. — Да ну?! А я всего навсего хочу, чтобы ты убрался отсюда, — говоря это Аластор широко улыбался, но это не помешало ему вложить в эти слова всю желчь, что только была у него внутри. — Эй, крайне невежливо, прошу заметить, — возмутился Самаэль, а потом задал риторический вопрос. — Знаешь, чему я почти не могу противиться, кроме яблок, разумеется? Природному любопытству! Не уйду, пока не выясню, что тут произошло. Аластор всем своим видом показывал, что не собирается ничего говорить. — Ладно, не хочешь говорить, я спрошу у этого милого паучка. Самаэль вплотную подошел к кровати. Энджел попятился назад, пытаясь найти в Аласторе хоть какую-то помощь, но тот стоял спиной к нему. Почему-то Радио-Демон не переживал в данный момент, будучи уверенным, что Люцифер не причинит вреда Энджелу, пусть у него и не было совершенно никаких аргументов, подтверждающих это. — Тихо, я ничего тебе не сделаю, — Самаэль поднял руки в воздух ладонями вперед, в подтверждение своих слов. — Можешь не дергаться, очевидно, в твоем состоянии это ужасно больно, а я не люблю никому причинять боль. На этом моменте Аластор усмехнулся про себя. — Я лишь задам один вопрос и хочу, чтобы ты честно на него ответил. Что здесь произошло? Он сделал это с тобой? — Самаэль повернул голову в сторону Аластора, — Решил отыграться на бедной шлюшке? Слишком низко, не ожидал. Люцифер заглянул прямо в глаза Энджелу, ожидая ответа на вопрос. Паучок отрицательно помотал головой. Он понятия не имел, что делать и был крайне растерян, особенно учитывая тот факт, что перед ним был владыка Ада собственной персоной. — Нет? — удивился Самаэль? — Он мне помогал, — подал голос Энджел. Люцифер улыбнулся и, посмотрев на Радио-Демона, задумчиво произнес: — Это объясняет почему ты был напуган, но к черту объяснения! Никогда бы не подумал, что ты, великий и могучий Радио-Демон, будешь кому-то помогать, — улыбка Самаэля стала еще шире. — Он тебе дорог, да? Я же вижу, твоя невозмутимость дала трещину. Переживаешь за шлюшку, да, Аластор? Ты себе даже не представляешь, как я удивлен, приятно удивлен, разумеется. — Ты можешь удивляться где-нибудь в другом месте?! — не выдержав, сорвался Радио-Демон. — Вполне! А знаешь, что еще я могу? Я могу так. Самаэль кончиками пальцев прикоснулся к плечу Энджела. Все раны, включая оставленную ангельским копьем, будто перестали существовать. Одно касание и Даст был абсолютно здоров. — Не стоит благодарности, — махнул рукой Люцифер. — Однако я думаю, теперь у тебя, Аластор, нет никаких срочных дел и ты можешь выделить время на разговор со мной. Я сказал не благодарить? Передумал! Этот разговор и станет твоей благодарностью мне. Самаэль щелкнул пальцами прежде, чем Радио-Демон успел что-либо возразить.