Забыть своё имя

ДжиЁн всегда был трудоголиком, по крайней мере, ему так казалось. К поездке в танцевальный зал он был готов раньше остальных. Поспешно проверив вещи в сумке, он сел в машину и стал дожидаться в ней остальных мемберов. Квон огляделся, да, похоже, ему нужно привыкать жить на широкую ногу. Салон был отделан тёмно-красным бархатом, сиденья были из чёрной кожи, натуральной, разумеется. От всей этой роскоши всё ещё было непривычно. В ней прослеживалась какая-то отвратительная фальшь, и это раздражало. Он, конечно, не помнит, что он думал на счёт всех этих изысков раньше, но сейчас Джи решил придерживаться мнения, что красота – в простоте. В машину сели остальные, и она тронулась с места. Квон смотрел в окно, на небе было облачно, так что ни один солнечный луч не мог пробиться сквозь эту пелену. Он не понимал этот город, все куда-то спешат в столь ранний час, не замечая друг друга. Казалось, что люди здесь под стать погоде – холодные, и Джи не чувствовал себя частью этого мегаполиса. Со стороны донёсся громкий смех, и он резко повернул голову. На лицах его друзей (друзей ли?) светились яркие улыбки, они всю дорогу что-то живо обсуждали, пока Квон рассматривал пейзажи. Его взгляд остановился на лице Сын Хёна, хм, приятное открытие - ямочки. Ему определённо больше идёт, когда он улыбается, а не ходит по общежитию с одной и той же застывшей кислой миной. А если задуматься, то его настроение резко ухудшается, в основном, только когда в поле зрения оказывается ДжиЁн. Джи эта промелькнувшая в голове мысль заставила понервничать, он закусил губу и снова уставился в окно. Не уж-то и правда он так действует Чхве на нервы? Автомобиль остановился перед многоэтажным застеклённым зданием. Квон неловко замялся, ещё раз оглядев его, а затем последовал за остальными. Когда группа поднималась в лифте на нужный этаж, ему казалось, что кроме него больше никто не волнуется от предстоящей тренировки, хотя, наверное, так и есть, ведь только для ДжиЁн сейчас всё, как в первый раз. Его сердце стучало, как бешеное, пока он переодевался в спортивную одежду, но стоило ему пройти в зал и увидеть своё отражение в зеркале, как всё поднимающаяся в душе паника сошла на «нет». Начать решили с хореографии «Tonight», она показалась Квону совсем не сложной, он с такой невероятной лёгкостью запоминал все движения, которые показывал ему тренер, что казалось, будто бы он ничего и не забывал. С каждым поворотом и шагом он всё больше раскрывался и чувствовал необычайную лёгкость, ему по-настоящему нравилось вливаться во все эти незамысловатые движения танца. Джи не переставал улыбаться, от него этим настроением заразились и все остальные. Кроме Топа. Во время очередного поворота в отражении ДжиЁн заметил хмурое выражение лица Сын Хёна. С этой минуты у него перестало получаться решительно всё. Ноги заплетались, он путал в какую сторону поворачиваться, чуть не столкнулся с Сынри… Тренер подошёл к магнитофону и выключил музыку. – На сегодня всё, – объявил мужчина, – тренировка прошла отлично. Я так рад, что Лидер Квон вернулся в наши ряды. – Джи грустно улыбнулся: а вот кто-то недоволен, что он вернулся в эти самые ряды. – Думаю, что ты готов вернуться на сцену. – Квон обеспокоено смотрел на тренера. О чём это он? Ему бы пока не хотелось на неё возвращаться. Делать такие громкие заявления после первой, хотя, может быть, сто первой тренировки... Мысль о том, что он всех подведёт и провалит концерт, всё время давила на него непомерной ношей. – ХёнСок сказал, что вы все в скором времени дадите концерт, если я и звукозаписывающая студия останемся довольны. Можете идти переодеваться, – тренер подтолкнул Квона в сторону раздевалки, до которой он шёл, как в тумане. Какие концерты, Господи, он серьёзно?! Сам Джи остался недоволен собой, точнее даже будет сказать – не уверен в себе. Не уверен в том, что знает все движения на столько идеально, что даже от безумного волнения ничего не перепутает, выступая перед многотысячной публикой… «Многотысячной» – это слово стрелой влетело в его подсознание. Знаете, иногда на людей накатывает такое состояние, когда не знаешь, чего хочется больше: кричать и биться головой об стены или крушить эти самые стены. Вот нечто подобное сейчас испытывал Квон. Ещё одна черта, которую ДжиЁн отметил у себя за этот тяжёлый день – умение реально оценивать свои силы. Именно поэтому он решил просить тренера ничего не говорить главе YG про свои “достижения”. Только подойдя ко входу в зал, Квон услышал обрывки чьего-то разговора. Глубокий бархатный голос показался ему уж очень знакомым, поэтому Джи осторожно, чтобы его не заметили, заглянул в приоткрытую дверь. Напротив тренера стоял Сын Хён, то и дело мотая головой в знак несогласия. Все реплики было отлично слышно, учитывая то, что разговор шёл на повышенных тонах. Конечно, подслушивать нехорошо, но любопытство всегда берёт верх в таких случаях: – …всё это фарс и мерзкая клоунада! – сказал Чхве, не сводя взгляд с лица собеседника. – Ну а что ты предлагаешь? – мужчина был раздражён таким поведением обычно спокойного и тихого Топа. – Скажите ХёнСоку, что ДжиЁн не может пока с нами выступать! – Но он – часть BigBang… – Да никакая он не часть BigBang, а если и часть, то лишь случайно пристыковавшаяся, – прикрикнул Сын Хён, перебив тренера, – после этой фразы Джи уже не слушал, а просто поспешил сесть в машину, ждавшую их у входа. Квон не стал требовать объяснений от Сын Хёна сейчас и потом бы не стал, нет, они здесь просто не нужны. Всё уже сказано. Спускаясь в лифте, он в буквальном смысле ощутил на себе выражение «вонзили нож в спину». Вот только длину лезвия не рассчитали, к тому же били с левой стороны, так что нож благополучно поранил сердце… И, да, очень болит. Доверие из подобных ран сочится, не переставая, и его, как правило, уже не излечить. Выйдя из здания и сделав глубокий отрезвляющий вдох, ДжиЁн всеми силами старался себя успокоить. На город уже спустились сумерки, но ждавший его автомобиль было отлично видно. Идти в эту чёртову коробку на колёсах как никогда не хотелось. Почему от проблем нельзя просто сбежать? « – А почему бы и нет?» – Квон ухватился за эту фразу, всплывшую в его голове, как за спасательный круг, и широкими скорыми шагами, чтобы его не заметили, обогнул здание. « – Прочь, прочь, прочь… » – нашёптывал себе под нос Джи, идя по улицам ночного мегаполиса, не сбавляя темп. Уже темно и не так людно, как днём, но неоновые вывески не давали ему спрятать своего лица, поэтому через каждые пару метров люди, шедшие рядом с ним, перешёптывались или показывали на него пальцем. Почему они не могут развеяться, как пыль?! Куда ноги вели его, Квон не имел ни малейшего понятия. Он совершенно не знал, ну, или не помнил город. Масштаб Сеула его впечатлял и пугал одновременно. Когда эмоции немного отступили, Джи начал с интересом засматриваться на цветастые рекламные билборды. Всё так ярко в этом неоновом свете. Хотя неон скорее лишь подсветка, а не свет. Ассоциацией в голове почему-то сразу появился Сын Хён. Джи насупился от раздражения. Теперь дурацкие яркие огни раздражали его не меньше, чем оглядывающиеся на него люди. ДжиЁн чертыхнулся, его напугал внезапно раздавшийся раскат грома. Через мгновение на его голову обрушилась стена холодного весеннего ливня. « – Отлично! Просто отлично!» – он поднял голову к пасмурному ночному небу, невольно морщась, когда крупные капли ударялись об его лицо, – « если там кто-то есть, то он издевается надо мной. Однозначно». Идя по какой-то тихой улочке, Квон заскочил в маленькое кафе, посетителей в котором совсем не было, что было очень кстати, он бы не перенёс ещё одного досконального осмотра. Неужели люди совсем не знают, что такое личное пространство? Он подошёл к кассе, за которой стояла пожилая женщина. Наверное, она была хозяйкой этого заведения, предположил Джи, вряд ли у такого крошечного места много персонала. ДжиЁн выудил все деньги, которые у него лежали в кармане куртки и положил перед кассиршей, потирая влажные холодные руки. – Что будете заказывать? – спросила женщина, аккуратно разглаживая воны. Квон как-то без особого интереса окинул взглядом скромное меню, висевшее у неё за головой. – Без разницы. Дайте что-нибудь согревающее, суп там, или ещё что-то подобное, – да, наверное, только на недорогой суп у него денег и хватит. Медленно прохлюпав насквозь мокрыми кедами, он сел за столик прямо напротив кассы. Руки непроизвольно потянулись к салфетке и начали складывать её до тех пор, пока из неё не получился журавлик. Хозяйка заведения поставила перед ДжиЁном тарелку супа, чашку зелёного чая и пару крекеров. Чай и крекеры едва ли вписывались в тот бюджет, который он вытряхнул из своего кармана. – За счёт заведения, – пояснила женщина. Джи кивнул ей, поблагодарив, после чего она удалилась. Квон жадно принялся уплетать еду, горячий бульон отлично согревал продрогшее тело. Стоило бы сейчас подумать, что же делать дальше, но думать ни о чём не хотелось. С пищей он справился быстро: это первое, что он съел за день усиленной тренировки после давнишнего завтрака. Хотелось ещё раз поблагодарить хозяйку за её доброту и щедрость, но она так и не появилась в зале, так что ДжиЁн вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Ливень закончился, оставив после себя мерцающие в свете ночного города лужи. С того времени, как Джи затеял своё опасное путешествие, улицы почти опустели, и шумно было только у ночных клубов. Глаза потихоньку начала застилать сонная пелена. Он бы и рад откинуться на мягкую кровать, если на ней не будет Чхве, конечно, но адреса общежития он не знал, мобильного телефона у него не было, что делать дальше со смешной суммой в кармане в виде пары вон, ДжиЁн тоже не представлял. Пройдя очередной шумный бар, по-видимому, очень популярный, если посчитать количество человек, стоявших у входа и куривших, которые обернулись на него, и свернув, Квон набрёл на небольшой сквер с каким-то подобием пруда. Умастившись на одну из скамеек мокрых после дождя и потеплее закутавшись в куртку, он на секунду решил прикрыть веки, только для того, чтобы передохнуть, чуть-чуть передохнуть и продолжить идти, куда глаза глядят, но провалился в сон. Пару часов назад… – …Хён, может, продолжим поиски утром? Ливень закончился, наверняка, ДжиЁн нашёл место, где переждать непогоду и там же устроился на ночлег, – мычал Сынри, сильнее вжимая голову в плечи и пряча замёрзший кончик носа за поднятым воротом своего чёрного полупальто. Когда машина простояла минут сорок, а Квон так и не вышел из здания, все начали нервничать, как-то всё подозрительно получалось. Вернувшись в тренировочный комплекс YG, мемберы направились к посту охраны, чтобы посмотреть записи с камер видеонаблюдения. Какого же было их удивление, когда на экране они увидели Джи, который чуть ли не бегом покинул здание час назад. « – Сбежал. – Констатировал макнэ. – Ушёл, – раздражённо поправил того Чхве, – он вам не ручной зверёк, чтобы “сбежать”». Всё семейство YG было поставлено на уши. Группа решила разделиться для поисков, и вот, с того момента Сынри устало плёлся за Топом, они не сделали ни одного перерыва на отдых, да и он пожалел о только что сказанном. – Да, конечно! Давайте оставим его на улицах ночного мегаполиса, отличный план! – вспылил Чхве, – всё это произошло из-за вашего цирка. Тебя совесть преследовать не будет, если с ним что-то случится?! – Хорошо-хорошо, только давай сначала перекусим, – Сынри мотнул головой в сторону маленького кафе, напротив которого они стояли, – а потом мы сразу же продолжим поиски. Сын Хён сильно хмурился, но на предложение Ли утвердительно кивнул головой. Он с самого утра и крошки в рот себе не кинул, голод уже давал о себе знать. Посетителей не было, они сели за свободный стол и оба Сын Хёна принялись за милую душу уплетать порцию риса с говядиной. – Похоже, что персонала здесь очень мало, ну или он уже весь разошёлся по домам. Глянь туда, – Сынри показал на неубранный поднос, запихав себе в рот кусок мяса. Идиотская привычка – разговаривать с набитым ртом, – столиков здесь шесть-семь, а вон тот до сих пор не убран. – Ты так и будешь разглядывать чужой недоеденный ужин? – раздражённо процедил Топ. К своей еде Чхве даже не притронулся, вроде, есть-то хотелось, а кусок в горло не лез. Он каждую секунду готов был сорваться с места и продолжить искать ДжиЁна, наверное, у него на лице было написано, как он за того волновался. – Хах, какое интересное применении салфеткам, – рассмеялся Ли, продолжая разглядывать неубранный столик, – делать из них журавлика. Топа будто холодной водой облили. Оригами? Значит, Джи точно был здесь. Эту привычку Сын Хёну пришлось наблюдать всё время их сожительства: когда Квону грустно – он сворачивал бумагу; когда он задумывается о чём-то – он сворачивает бумагу; когда сердится немногословности хёна – он опять сворачивает чёртову бумагу. – Извините, как давно от Вас ушёл тот, кто сидел за тем столом? – хозяйка, стоявшая за кассой и считавшая выручку за день, подняла голову. – Грустный молодой человек ушёл отсюда не больше, чем с получаса назад, – произнесла женщина, добродушно улыбнувшись. Чхве едва успел выскочить из кафе, как в его кармане завибрировал телефон. Он посмотрел на экран и поспешил продолжить свой путь. У Топа был весьма широкий шаг, поэтому Сынри время от времени приходилось его нагонять. – Куда мы идём, хён? – поинтересовался макнэ, снова немного прибавляя темп, чтобы поспеть за Сын Хёном. – ТэЯн прислал смс о том, что Севен обнаружил ДжиЁна, спящим на скамейке в сквере в паре кварталов отсюда. Туда и направляемся. От Автора: Как-то я затянула с продолжением в этот раз. Прошу прощения. Но извинений я прошу не с пустыми руками, а с драбблом по GTop "Тату". Для меня безумно важны отзывы к этой главе, ибо она у меня вызвала море эмоций в процессе написания