Забыть своё имя

      Протоптанная тропа, по которой они с Сын Хёном шли всё это время, упиралась в дорожку, выложенную плиткой и огибающую озеро. Джи замер, не доходя до каменной кладки, и уставился в отражение луны, мерцающее на водной глади. Чхве остановился рядом с ним и положил свою руку ему на плечо, но тот даже не пошевелился. Квон стоял будто в трансе. Его плечи едва заметно поднимались и опускались, но сам он не подавал никакого движения. Вдалеке послышались грозные раскаты грома, кое-где на небе в прорезях между густыми тучами мелькнула молния. Одинокая капля упала на лоб Квона и медленно скатилась по его щеке на землю, но он всё так же стоял, не шевелясь. Вокруг не было ни души, только ленивая барабанная дробь начинавшегося дождя прерывала тишину. – Джи, – тихо позвал его Сын Хён. В ответ Чхве услышал глухой хруст суставов, он опустил голову вниз и увидел сжатые в кулаки пальцы. Все мышцы лица ДжиЁна напряглись, сквозь мраморную кожу отчётливо прослеживалась туго сжатая челюсть. Лишь едва заметно подрагивающая нижняя губа выдавала его с головой. Стоило Сын Хёну убрать свою руку с плеча Квона, как тот тут же сорвался с места. Преодолев каменную дорожку в два огромных шага, Джи со всей скорости пронёсся по склону, ведущему к озеру, слегка скользя по мокрой от дождя земле. Ни на секунду не останавливаясь, он с громким всплеском вбежал в ледяную воду. Стараясь не сбавлять темп, Квон начал продвигаться дальше, с каждым движением всё глубже погружаясь в неё. За его спиной послышались брызги, как будто в воду бросили что-то тяжёлое. ДжиЁн испуганно замер и резко повернул голову в сторону источника шума. Рассекая воду, словно огромный корабль, к нему стремительно приближался Чхве. Как же так, как ему удалось так быстро до него добраться? Квон растерянно чертыхнулся и попытался ускориться, но тело его не слушалось. Ноги начали одолевать судороги, каждый шаг в тяжёлых от влаги ботинках давался ему всё сложнее. Нужно срочно что-то предпринять, через секунду Сын Хён уже сможет ухватиться за него. Джи кинул панический взгляд на тянущуюся к себе руку, а затем резко ушёл под воду с головой, стараясь не задерживать дыхание. Возможно, если предварительно не наполнять свои лёгкие кислородом, то пары глубоких вдохов под водной толщей будет достаточно, чтобы захлебнуться. Но едва он успел приоткрыть рот, как снова тут же оказался на поверхности. – ДжиЁн, что ты творишь?! – в панике кричал Чхве, притягивая его к себе. – Отпусти меня, слышишь? Отпусти сейчас же! Не трогай меня! Просто дай мне утонуть! – Квон старался вырываться, но силы стремительно его покидали. От холода он едва чувствовал все пальцы на руках, поэтому не мог даже толком сопротивляться. Всё, что ему оставалось, это путём титанических усилий пинать Чхве под водой, но это не приносило особых результатов. – Джи, пожалуйста, перестань! Вода ледяная, нужно выбираться отсюда! – умоляюще произнёс Сын Хён, пытаясь двигаться в сторону берега. – Стой! Не смей! – ДжиЁн затих и даже перестал вырываться, – если ты не отпустишь меня, то я начну орать во всё горло, чтобы меня точно кто-нибудь услышал. А когда кто-то придёт на мои крики, то я ему скажу, что ты пытался меня утопить, – шёпотом добавил он. Чхве сделал глубокий вдох, он был до смерти напуган, но старался не показывать этого, чтобы тем самым не давать Квону своеобразной форы. Воспользовавшись этим затишьем, он оттолкнулся ногами от дна и рывком преодолел почти метровое расстояние. Джи сдержал своё обещание. Как только он понял, что его пытаются вытащить на сушу, то тут же начал брыкаться и истошно вопить. В первые же пару секунд ДжиЁн шумно закашлился от своего крика. Стараясь не терять ни минуты, он начал сильно качать головой, ударяя затылком по лицу Сын Хёна. – Это и был твой план? Для этого ты попросил отвезти тебя сюда? – процедил сквозь зубы Чхве, но ответа не последовало. Вместо этого юноша продолжал старательно биться макушкой об его скулы. – Ну же, вылезай, – проговорил Сын Хён, когда вода уже едва доставала им до колена. Почувствовав, что водная толща больше не мешает ему, ДжиЁн стал упираться ногами об дно, используя задник ботинок в качестве якоря, но все его попытки вырваться сразу же пресекались. Он ощутил, как хватка на его запястьях окрепла, так что освободиться больше не представлялось возможным. Раздражённо цыкнув языком, Квон дёрнул головой, что есть мочи, и, судя по сдавленному шипению, его затылок угодил прямо в цель. Однако это не помешало Сын Хёну окончательно вытащить его из озера на твёрдую землю. Не прекращавшийся всё это время дождь превратил в грязь мягкую почву, поэтому тащить буйного молодого человека вверх было не так уж и сложно. Пока они шли по тропе в сторону машины, ДжиЁновы попытки высвободиться возобновились. Юноша с двойным энтузиазмом пытался отдавить своему захватчику ноги, пару раз ему это даже удалось. Чхве лишь немного поморщился от этого, а вот стильные лакированные оксфорды, похоже, были безнадёжно испорчены. – Отпусти меня! – яростно проговорил Квон, стараясь как можно сильнее упереться ногами в землю. Когда они уже выходили из лесной чащи, и до машины оставалось каких-то пять метров, Джи осел на землю перед Сын Хёном, таща того вниз массой своего тела. Сын Хён до последнего старался не выпускать его рук из своих, чтобы не давать свободы действия, но тонкие Квоновы запястья всё-таки выскользнули из окоченевших пальцев Чхве. Наскоро выудив из кармана ключи, он открыл дверцу автомобиля и втолкнул сопротивляющегося ДжиЁна на заднее сидение. В этот момент с диванчика слетел мятый клочок бумаги. Сев за руль, Сын Хён развернул его, это был некогда выкинутый им номер телефона Ли СуХёка. Что ж, настало время наведаться к старым знакомым. Он вдавил педаль газа в пол, и машина рванула с места. – Даже не пытайся, я заблокировал двери, – спокойно проговорил Чхве, слыша, как Квон дёргает за ручку, а затем ударяет по ней кулаком. После этого никаких звуков с заднего сидения не доносилось. Сын Хён включил дворники и какую-то джазовую песню по радио. Наконец-то выдалась хоть минута спокойствия. Остановившись на светофоре, он достал из кармана пачку сигарет, но с досадой откинул её в сторону: табак и бумага вымокли насквозь. Чхве запрокинул голову назад и слегка прикрыл глаза. Интересно, их уже ищут? Сзади послышались раздражённые гудки, нужно было ехать дальше.       Чуть больше часа спустя они добрались до дома Ли СуХёка. Молодой человек очень удивился, услышав настойчивый звонок в дверь: непонятно, кого могло принести в такую мерзкую погоду. Его удивление выросло вдвое, а то и втрое, когда на пороге он обнаружил Сын Хёна, держащего ДжиЁна на руках. Чхве неловко потупил взгляд вниз, а затем снова перевел его на хозяина квартиры. Вопрос, который читался у него в глазах, был настолько ясен, что озвучивать его вслух не было надобности. СуХёк молча отошёл чуть в сторону, придерживая дверь и давая непрошенным гостям войти внутрь. Закрыв её, он жестом руки попросил Чхве следовать за ним, вглубь квартиры. Они прошли в уже знакомую маленькую комнатку, в которой Сын Хён в прошлый раз обнаружил Квона, просматривающего альбом со старыми фотографиями. Джи резко дёрнулся, когда почувствовал, как кто-то подоткнул ему одеяло. Приоткрыв глаза, он увидел перед собой стройный вытянутый силуэт. – Где? А... Что? Сын Хён? – часто моргая и пытаясь сфокусировать взгляд, бессвязно пробормотал он. – Он вышел отогнать машину, скоро вернётся. Спи, – Ли мягко надавил ему на голову, укладывая обратно на подушку. Убедившись, что ДжиЁн заснул, СуХёк вернулся на кухню, чтобы поставить чайник. Сзади послышались тяжёлые шаги. – Ну, мистер Ти Оу Пи, – он поставил чашки на стол друг напротив друга, – я с нетерпением жду Ваш рассказ. – Спасибо, – Сын Хён положил на стол ключи от квартиры, которые дал ему Ли, чтобы трель звонка не разбудила спящего Квона. Хозяин дома молча забрал их, всё также пристально наблюдая за своим новым знакомым. – Извини за то, что я уже второй раз врываюсь к тебе без приглашения, – Чхве тяжело вздохнул, думая, как бы лучше начать разговор. – Мы сбежали прямо после концерта. Я рассказал ему всё – рассказал ему правду, правду о Кан ДжиЁне; о том, что он просто по нелепой случайности оказался слишком похож на знаменитого певца. – Так почему же ты решил ехать именно ко мне? У тебя было столько возможностей увезти его куда угодно, – без тени злости произнёс СуХёк. – Помнится, в прошлый раз ты был не особо рад, чтобы он тут оставался. – Пока мы находились в дороге, Джи попросил меня поехать к озеру, ему было неважно к какому. Я подумал, что он что-то вспомнил из прошлого, не знаю, может, гулял там много, или это его успокаивало. Когда мы были уже практически у берега, он вдруг замер и не шевелился несколько минут; всё смотрел вдаль, даже практически не моргал. Не успел я ничего понять, как услышал всплеск воды. Я пытался его вытащить, а он просил отойти подальше и просто дать ему утопиться. Джи кричал, вырывался, пытался угрожать мне, всё это продолжалось до тех пор, пока я не усадил его в машину. Мне кажется, я правда искренне так считаю, что ему будет лучше, если его будут окружать родные люди. – Почему ты решил ему всё рассказать? – Не знаю, – Сын Хён пожал плечами и слегка покачал головой, – возможно, я просто думаю, что всё это неправильно. Ли устало потёр руками заспанное лицо и немного помолчал. – Давай вернёмся к этой теме завтра. У меня в голове сейчас сплошная каша. Ты можешь лечь на диване в гостиной. Утром мы ещё раз всё обсудим и решим, что делать дальше. Чхве утвердительно кивнул. День был действительно слишком насыщенный, чтобы принимать в него ещё какие-нибудь важные решения.