Глава 77. Расследование
22 марта 2020 г., 07:29
Султан повернулся ко мне и от его печально-тоскливого взгляда мне стало как-то не по себе. Поспешив успокоиться себя тем, что я ни в чем не виновата, поэтому бояться мне нечего, я приготовилась слушать падишаха.
— Махидевран, — сказал Сулейман. — Хюррем была отравлена. Может быть, ты сможешь пролить свет на ситуацию? Как думаешь, кому могла быть выгодна эта смерть? Так подло замаскированная на смерть от какой-то неизвестной болезни!
— Я не знаю, повелитель, — честно ответила я.
— Малкочоглу! — распорядился султан. — Нужно обыскать весь гарем, все комнаты. Следы этого злодеяния должны были остаться!
Мне стало не по себе от этих обысков, ведь во время них легко можно было подкинуть что-нибудь, но что-то говорить против я не стала, чтобы не навлекать на себя подозрения.
— Повелитель, — вскоре сказал Малкочоглу. — Мы обыскали весь гарем, но не нашли ничего. В процессе обыска мы нашли яды, но, как сказал лекарь, это быстродействующие яды, которые есть у многих.
— Наверное, должны быть какие-то тайники, — предположила я, вспомнив, что сама имела подобный тайник. — Если у кого-то был яд, его было бы неразумно хранить в своей комнате или, тем более, ташлыке.
Раньше мой тайник представлял собой небольшую щель между задней дверцей шкафа и стеной. Никто из чужих людей не мог бы ее обнаружить, да и я узнала о нем случайно, видать, о потайном месте постаралась моя предшественница, теперь же, в бывших покоях валиде-султан, я совершенно случайно обнаружила, что один из камней стены с некоторым усилием, но вытаскивался, а в образовавшейся нише вполне можно было хранить что-то небольшое. Когда я впервые увидела этот тайник, то в глубине души надеялась, что увижу там что-нибудь интересное, но ничего, кроме каких-то духов и пары довольно простых колец, я не обнаружила.
«Наверное, эти вещи были дороги своей прежней хозяйке, — подумала я. — Айше или еще кому-то. Так что пусть лежат там, не буду ничего трогать».
Мне было нечего прятать от чужих глаз, поэтому этот тайник я решила не трогать, однако, я понимала, что подобные тайники вполне могут быть и в других частях дворца.
Я особо не надеялась на успех, но уже к вечеру Малкочоглу нашел в коридоре дворца один тайник, в которым как раз был и запасы яда.
— Теперь необходимо организовать наблюдение, — сказал Бали-бей. — Возможно, не сегодня, но в ближайшие дни точно виновная захочет избавиться от запасов яда и обязательно попадется в поле нашего зрения.
Я немного сомневалась в успехе этой затеи, ведь понимала, что если ты где-то держишь запасы яда, то лучше не светиться и забыть о нем — на дворе не двадцать первый век, как снимать отпечатки пальцев, наверное, еще не знает никто, поэтому вряд ли кто-то захочет подвергать себя опасности. Однако уже через два дня наружка заметила одну молоденькую рабыню, которая пыталась что-то достать из тайника.
Девушка была тотчас схвачена и отведена к Бали-бею для допроса. После красочного рассказа о том, что если она так и будет продолжать плакать и молчать, то уже вскоре отправится кормить рыб в Босфоре, Гизем рассказала, что другая наложница, Пинар, попросила ее за мешочек с золотом сходить и достать из тайника какие-то вещи.
Вскоре была схвачена и Пинар. Однако эта девушка держалась гораздо тверже Гизем.
— Она лжет, — уверяла Пинар. — Мы с Гизем недавно поссорились из-за ткани для платьев, поэтому я не сомневаюсь, что она решила оклеветать меня.
Такие варианты тоже нельзя было отрицать, поэтому было дано указание евнухам и калфам найти свидетельницу возможного разговора Гизем и Пинар.
Свидетельница нашлась уже к вечеру. Совсем юная девушка, явно не привыкшая к женскому змеиному коллективу, дрожащим голосом поведала, что сегодня с утра Пинар предложила Гизем забрать из тайника ее личные вещи, описала, где найти этот тайник, после чего пообещала Гизем мешочек с золотом.
Возможная исполнительница преступления была найдена, теперь оставалось выйти на заказчицу. Конечно, Саша была костью в горле многим наложницам, но вряд ли бы кто-то из них додумался до того, чтобы так изощренно убивать султаншу, рискуя своей жизнью. Тем более, вероятность лечь в одну постель с Сулейманом равнялась практически нулю, а Саша практически не имела никакого отношения к гарему, чтобы ее можно было за что-то настолько возненавидеть.
Вскоре Сулейман принял, как мне казалось, единственно возможное, хоть и негуманное в данной ситуации решение — перепоручить допросы Ибрагиму.
«Этот хоть из кого выбьет показания», — подумала я.
Пинар разговорилась практически сразу после того, как Ибрагим спустился к ней в темницу. Девушка поведала, что ее уговорила на такое злодеяние калфа из дворца шехзаде Тезера, обещая, что сразу после смерти Саши Пинар будет отправлена в Манису, где будет иметь больше шансов попасть в постель хотя бы шехзаде, ведь стать фавориткой султана уже было практически нереально. На протяжении многих месяцев Пинар тайком подливала в еду Хюррем небольшие дозы яда, которые действовали крайне медленно, и со стороны казалось, что султанша умирает из-за какой-то неизвестной тяжелой болезни. Возможно, если бы ни глазастый лекарь, тайна смерти Саши так бы и не была раскрыта.
«Это какая запредельная жестокость! — подумала я. — Медленно и мучительно убивать человека, который будет чахнуть на твоих глазах, а ты все продолжаешь и продолжаешь свое черное дело».
Казалось, за годы жизни в гареме меня уже было трудно чем-то удивить, однако, эта ситуация шокировала меня до глубины души.
«Следы ведут в Манису, — подумала я. — Интересно, есть ли в этом какая-то вина Гюльфем или она не виновата?»
Гюльфем ничего не говорили о ходе расследования, а я изумилась: как могла такая адекватная, как мне казалось, женщина организовать убийство Саши и, что самое главное, зачем. Не найдя ответы на эти вопросы, я решила дождаться официальных результатов расследования, а уже потом делать какие-то выводы.
