Боль

Анна Одувалова, Марина Голубева. Клык Фенрира Магия растворена в воздухе, в окружающем нас пространстве. Правда ее очень мало, мельчайшие крупицы, поэтому обычный человек этих крупиц не замечает.

Лучи солнца шаловливо проникли сквозь плотные бархатный шторы, заскользили по белым стенам, ковру и кровати. Я неохотно разлепила глаза и сразу сощурилась, и почему солнце встает так рано? С тихим стоном я уткнулась лицом в подушку и надеялась продолжить свой сон, ведь из-за своих ночных похождений круги под глазами мне обеспечены вне очереди. Только я начала погружаться в сон, обнимая холодную подушку, в мою комнату с грохотом ворвалась Лина. — Доброе утро, Госпожа! — ее голос был звонок и весел, уверенными шагами девушка подошла к окну и одним движением распахнула тяжелые шторы. Комнату залил золотой свет, я промычала что-то невнятное и попыталась натянуть на себя одеяло, но проворная служанка не дала мне этого сделать. — Не время спать, леди! Мы должны быть готовы! — Готовы к чему, — я откинулась на спину и потянулась, сон пока что не прошел, но открытое окно заставляло меня чувствовать себя бодрее. Мне хотелось услышать очень весомую причину поднимать меня в такую рань, иначе я желала накрыться пледом с головой и проспать до обеда, пропустив все завтраки. — Как к чему! — воскликнула Коралина и в ее голосе скользнули нотки удивления и упрека. — Сегодня Господин празднует свой двадцать седьмой день рождения! — День рождения? — я уставилась на Лину и поняла, что Аластор не соизволил рассказать об этом мне, даже хотя бы в целях поддержки нашей легенды о замужестве. — Ах да, — начинаю импровизировать я, чтобы хоть как-то оправдаться в глазах служанки, — он говорил мне об этом, точно. — Я протерла глаза, оставляя остатки сна. А я ведь даже не подготовила ему подарок… — Вам нужно собраться к сегодняшнему событию, — Коралина тем временем разглаживала принесенное с собой платье, оно было такое простое, как и вчера. — Да, — неуверенно пробормотала я, думая, как мне ненавязчиво узнать, что вообще планируется. Аластор не удосужился посвятить свою «невесту» в подробности сегодняшнего дня, поэтому придется выкручиваться как-нибудь самой, — не напомнишь, во сколько оно будет? Лина в последнее время стала более разговорчива и открыта со мной, разумеется, не на все темы, но она чувствуется уже намного увереннее, чем в первые дни нашего знакомства. — Гости начнут собираться к вечеру, — начала говорить девушка, тем временем доставая второе платье, по всей видимости приготовленное для самого вечера, но я не могла его разглядеть. Хотя, смысл разглядывать, если с каждым днем они становятся роскошнее и прекраснее. — Около шести планируется начаться сам вечер. Я встала с кровати и села за туалетный столик, расчесывая волосы, но не упуская служанку из вида. — Бал, ужин, поздравления! Я вроде бы слышала, что даже вечерний сад будет задействован. — Девушка была очень воодушевлена, в ее глазах виделся блеск, детский восторг и… азарт? — Ты так воодушевлена, — начала я и глянула на реакцию девушки через зеркало, — неужели тебе нравится наш Господин? — я хитро прищурила глаза и заметила, как Лина замерла с широко распахнутыми глазами, держа ленточку вечернего платья, а потом она быстро затараторила: — Что вы, Госпожа! — она завертела ленточку в руках, не оборачиваясь, — я действительно воодушевлена, — ее щеки начинают медленно краснеть, — просто до этого Господин предпочитал отмечать этот день тихо и спокойно… — Что ты имеешь ввиду? — Ну, он просто давал всем жителям замка выходной день и сам куда-то исчезал, проводя день в уединении с самим собой. А тут целый праздник!.. — Ясно, — смущенно сказала я, а затем услышала еще одно оправдание: — Тем более, я бы никогда не встала у вас на пути… Кажется, пора менять тему. — Ты не знаешь, где он сейчас? — я завязала на голове пучок, что небрежно спадал. — У себя в кабинете вроде бы… — Отлично, — я встала из-за стола, — я бы хотела сходить к нему, ты подождешь меня здесь? Девушка окинула меня заинтересованным взглядом и долго молчала, я даже начала сомневаться в том, услышала ли она меня и уже собиралась повторить свою фразу, как она, немного охрипшим от молчания голосом, спросила: — В таком виде? А что, все настолько плохо? Я кинула мимолетный взгляд в зеркало. На лице совсем нет макияжа, зато теперь отчетливо видно родинку на щеке, в виде месяца. Лина всегда настойчиво замазывала ее, говоря, что она похожа на банан. Белая, слегка помятая ночнушка, старательно завязанный пучек. — Да, пожалуй, в таком. — Но… вы же сейчас говорите про Господина? — Ли-ина, домашний образ, — махнула я рукой, — не заморачивайся. Просто хочу поздравить с юбилеем. — Но у него не юбиле… — Ты поняла меня, — я подмигнула еще более раскрасневшейся, и когда она начала так стесняться? служанке и выбежала из комнаты, шлепая босыми ногами по холодному темному кафелю. Я бежала в северное крыло, ведь, несмотря на запрет появляться там, я побывала в нем уже достаточно, чтобы запомнить дорогу к кабинету Аластора. Интересно, а он спит в нем? Нет, разумеется, у него есть комната… я ее никогда не видела. Надо будет наведаться туда. Исключительно ради интереса! Я звонко постучала в дверь кабинета и, не дожидаясь ответа и разрешения, ворвалась. Аластор, весь такой идеальный, впрочем как всегда, сидел за столом с какими-то бумагами, но теперь он удивленно уставился на меня, явно не понимая, что происходит. Вокруг суетилась прислуга: девушка вытирала пыль на полках, портниха подшивала парадный костюм, а садовник пытался показать Аластору какие-то новые проекты, ну и нашел же он конечно время для этого! — Элль? — смущенный моим видом выдавил он, — ты что здесь делаешь? — С днем рождения, женишок, — нараспев поздравила я и подошла к мужчине сзади, крепко обнимая, как старого друга. — Теперь стал ближе к смерти еще на один год! Лицо садовника застыло в шоке. Видимо, с Аластором так никто не говорил. — Господа, — явно же сдерживаешь улыбку, ну правда, — давайте закончим с вами позже, как видите, у меня ранняя гостья, — и все же, на этих словах он наконец улыбнулся. Служанка, вытирающая пыль, тихо прыснула в кулак от смеха, а затем она все, поклонившись нам обоим, вышли из комнаты. — И что за ранний визит? — он смотрит на меня свысока, уже не скрывая улыбку, обнажая белые клыки. Его взгляд свеж и весел, видно, что я принесла хорошее настроение. Я взяла яблоко с корзиночки, что стояла на столе и откусила. Села на край стола, за кинув ногу на ногу и облокотилась на руку. И откуда такая смелость? — Ранняя пташка, — хихикнула я, — мог бы и сказать, что у тебя день рождения! — Ты бы начала морочиться с подарком. — Пф, — я наигранно приложила руку с яблоком к груди, — как вы могли такое подумать? Хотя да, ты прав, но это же день рождения! — Ты все равно уже поздравила меня, — он сощурился и посмотрел на меня. — Это утро не считается, — я вновь откусила яблоко и прикрыла глаза и чуть не подавилась им, когда он сказал: — Я говорю про вчера. Это чертово яблоко застряло в горле. Я смачно закашлялась. — По спинке постучать? — он заботливо привстал и на лице заиграла ехидная, гаденькая улыбочка, а я слегка киваю, ощущая, как к щекам, шее и ушам приливает жар. — Ты же сказал, что это все было не серьезно? — я провожаю его взглядом, он отмахивается и проходит мимо меня, садясь на диван. Перед носом стоит легкий, едва уловимый аромат его парфюма. Он ударил в нос, тихонько дразня, я закусила губу и про себя отметила, что запах весьма приятный, — или для тебя уже что-то изменилось? — я хитро улыбнулась, ведь говоря это, я надеялась намекнуть на ветреность его мыслей и неопределенность. — Я говорил про полет ночью, — он откинулся на спинку и наклонил голову набок, а потом, в такой же манере улыбнулся, делая максимально невинный взгляд. О Боже! Как стыдно! Он говорил про полет, а ты на придумывала себе! — Я тоже, — я демонстративно откусила яблоко и отвернулась. — Сегодня вечером будет мероприятие, — начал он, но я тут же перебила его: — О котором ты мне даже не сказал. — Вообще, сказал… — Только что! — недовольно взвизгнула я, сложив руки на груди. Я нахмурилась и стала глазеть на край стола, чтобы не выглядеть так глупо. Хотя, глупее уже некуда. — Ну, сказал же, — он вновь улыбнулся, похоже, день рождение в действительности хорошо на него влияет. А так и не сразу поверишь, что этот человек не праздновал этот день ранее. — И не сиди на столе, открыто окно, тебя сейчас продует. — А тебя это так волнует? — я резко повернула голову и мой пучок на голове дернулся в том же направлении. — Нет, просто ты обвинишь в этом меня, — он поднял руки в мирном жесте и махнул головой, приглашая меня сесть рядом. Деревянный стол и правда был холодным, но встать и пересесть мне не позволяла собственная гордыня. Но в итоге, я, пересилив ее и себя, плюхнулась на кожаный диван, забыв недоеденное яблоко на столе. — Будут какие-то указания по поводу вечера? Аластор задумался. Изучающе он смотрел на меня, а я все же пожалела, что села рядом — было максимально некомфортно. — Вести себя прилично, я думаю, ты и сама сможешь. Постарайся ни с кем не конфликтовать. — я уже собиралась вставить свои слова, как он добавил: — и не зажимайся по углам с незнакомцами. О, это он про тот вечер… Сколько раз я краснела за это утро? Лучше бы осталась в своей комнате, как и предлагала мне Каролина! Странно, но я даже не помню, что произошло в тот вечер между ним и Харитоном. — А что стало с моим другом Харитоном? — я невинно хлопнула глазами и посмотрела на Аластора. Однако его взгляд мне не был понятен — брови сведены, глаза серьезны. Губы сжаты в тонкую полоску. — Другом Харитоном? — он сделал вид, будто бы не помнит, что с ним стало, — извини, не могу вспомнить, кто это. Вот засранец, знает же, о ком я говорю, он специально это! — Ну, я могу напомнить! Высокий такой брюнет, мы с ним виделись на свадьбе у… — А-а, это тот Харитон, который соблазняет по углам чужих невест? — Аластор принял мою игру, но выглядит намного серьезнее, чем я и мои намерения. — Да, его я, кажется, помню. — Фактически, я не твоя невеста, — я напоминаю ему об этом и сама невольно вспоминаю, как противно мне было произносить это раньше. — Да, — кивает шатен, — только на публике мы обручены. И я прошу тебя не слоняться со всякими подозрительными личностями, потому что… ну… — он запнулся, сам не зная, что сказать. Наблюдать за ним было очень забавно — пытается выглядеть серьезным и брутальным, а сам не может признаться в том, что это задевает его самолюбие. — Окей, — я равнодушно пожала плечами, делая вид, что мне совершенно все равно, — но он хотя бы будет на этом вечере? А теперь, взгляд серо-зеленых глаз потемнел, и я немного пожалела о том, что затянула свою «игру» — Будет, — он быстро взял себя и свои эмоции под контроль, — он же двоюродный брат Войта, а Войт и Деленси так же будут. А, это та противная особа, что так яростно стреляла глазками на моего жениха, стоя рядом с мужем. Да, такую вряд ли можно забыть. Мы еще немного просидели, атмосфера уже не была такая напрягающая. Я нервно теребила подол своей ночнушки, сомневаясь на счет придуманного плана. Ладно… возможно, не сегодня. — Что ж, я пойду… — я неохотно встала с дивана, — Лина сказала, что сегодня я вся ее, мол готовиться… — Да-да, — растеряно кивнул Аластор, — это я дал ей такие указания. Что? — он поймал мой недоумевающий взгляд, — пусть сегодня все будут завидовать мне. — Тебе? — Ну, ты же моя невеста, — он весело подмигнул мне и встал, чтобы проводить меня к двери. Я остановилась у самого выхода и поняла, что все же можно. Резко оборачиваясь, я смотрю в его глаза. Руки потянулись к груди и к шее, цепляя цепочку с магическим камнем. — Это тебе, — тихо пробормотала я, надевая на ничего не понимающего мужчину подвеску. Камень слабо сверкнул и из темно красного стал иметь оттенок ближе к ярко-алому, но Аластор, к счастью, этого не заметил. — Как бы… на память. Я же не вечно буду здесь находиться. Кто знает, может куда-нибудь завтра денусь, а ты забудешь, — попыталась отвлечь внимание я. — Кулон… — прошептал он, — он наверняка много значит для тебя? Разумеется, это же магический семейный артефакт. Но тебе об этом знать не обязательно. Да и не нужно. — Ты тоже много значишь для меня, — быстро сказала я и, пользуясь моментом, обхватила его шею и, привстав на носочки, касаясь его губами. Едва я отстранилась, его хватка на моем локте стала жестче, до дрожи во всем теле. Он некоторое время смотрел на меня своими черными зрачками, которые теперь начали немного сужаться, открывая этим самым радужку глаз. Они опьяняют… Его запах. Дразнящий, свежий. Запах мяты. Такой прекрасный, как и он сам, просто сводит с ума. Дышит. Так тяжело, сладко, горячо. Черт возьми! Сейчас он слишком близко, для того, чтобы думать о каком-то вечере и гостях, глаза слишком манящие, чтобы смотреть куда-то в другое место, только я, почему-то, прячу взгляд, как трусливая девчонка. Несколько секунд в тишине мелькал его блуждающий взгляд, а вздох проиграл целую мелодию. Ресницы медленно опустились и теперь его губы накрыли мои. Тело обмякло и он, перестав чувствовать напряжение, ослабил свою мертвую хватку, которой он вцепился в мой локоть изначально. Дыхание слилось в одно, а губы уже совсем не хотели отпускать. И что это? Это он. Он. Его вкус. Такой… неповторимый, абсолютно незаменимый. Только его. Глубоко в душе я понимаю, что не стоит идти дальше. Но кому нужно это «глубоко в душе»? Я отвлекаюсь, когда он касается моей шеи своей холодной ладонью и вздрагиваю. Он смотрит на меня вопросительно. — Лина… ждет… — я пытаюсь связать слова хотя бы в одно предложение, но выходят лишь несвязанные слова. — Конечно, — хрипло соглашается Аластор и слегка отодвигается. Я шмыгнула за дверь и понеслась прочь, пытаясь угомонить свое сердце. А мы теперь при каждой встрече будем целоваться? Было бы неплохо.

***

Я смотрю в зеркало и едва узнаю в нем себя. Платье, которое Каролина приготовила для сегодняшнего вечера просто бесподобно! Оно полностью было черного цвета, из полупрозрачного фатина. Плечи открыты, видны лишь украшенные белой вышивкой лямки от верха. Он в свою очередь тоже очень богато отделан — вышит витиеватыми узорами серебряной нитью. Талию туго сжимает корсет, от чего я кажусь невероятно стройной. На шее у меня блестит драгоценное ожерелье из белого, полупрозрачного камня. Юбка пышная, почти до самого пола. Пошито в форме ромашки, хочется кружиться, а юбка развивалась бы следом. Шлейф украшен темным кружевом, что при определенном положении таинство сверкало. Подол так же украшен, что и верх — расшитым узором. Когда я просто посмотрела на это платье, я не смогла чего-то сказать. Но когда Каролина впихнула в него меня, я точно не могу говорить. И не потому, что она слишком сильно завязала шнуровку. Волосы аккуратными кудрями спадали на мои оголенные плечи, акцентируя внимание на ярко-выраженных ключицах. На верх прически служанка прикрепила несколько темно-красных роз, я даже сначала не поняла, к чему они, в этом образе, пока не встала на, такого же цвета, туфли, с высоким каблуком. Макияжа на моем лице практически нет, хотя Лина очень противилась этому. Родинка так и осталась не замазанной, на лице у меня лишь румяна. Глаза подведены черной подводкой и слегка красным в уголках глаз. Кто бы сомневался, что в моем образе не будет красного. Кажется, любимое сочетание цветов у Аластора — черный с красным. Олицетворение чего? Чёрный, красный — две стадии супрематизма, в котором соединились искусство и философия. Очевидно, что девушка в этой паре — искусство. Она как бы сама кует свое счастье, его самого, сами отношения. Связан ли этот цвет с его прошлым? Черный — это цвет, обладающий властью для вынесения приговора. Черный способен контролировать ситуацию. Но не с помощью физической силы, подобно красному, а благодаря тайным знаниям. Черный цвет использует любые возможности для того, чтобы сохранить свою власть. «Черный» человек всегда будет держать все под контролем. Это часто бывает продиктовано страхом. Все не настолько черно и плохо, каким представляется. Истинно черный цвет встречается крайне редко. Черный поглощает любой цвет и ни один не «выпускает». Красный цвет — это первопроходец, он отметает все преграды и предрассудки. Он подталкивает человека, заставляя без устали двигаться, не имеет значения куда именно. Красный прокладывает путь и разрушает устои. Красный подобен сковороде, на которую вы сели: он вынуждает мгновенно вскочить и бежать. Я неосознанно хочу отметить, что в нем сочетаются два этих цвета. Они смешаны, и чистого уже не будет. — Госпожа, — пролепетала Лина, поправляя ленты сзади, — вы… вы просто потрясающе выглядите! — Да, — улыбнулась я, — у меня и у самой слов нет. Как-будто это не я в отражении. Я глянула на часы — почти шесть. Скоро начнут собираться гости. — Пора идти, Аластор, наверное, уже в зале, — сказала я и обернулась, как Лина брызнула в меня духами. Я закашлялась. — Ли-ина, — обиженно протянула я, пытаясь отдышаться. — Я же просила! — Это завершит ваш образ! — девушка была непреклонна и все, что мне оставалось — согласиться с ней. Я сказала служанке, что не стоит меня провожать в залу, ведь я сама могу спокойно до нее дойти. Это у меня больше нет никаких дел, а вот для Лины у Аластора был приготовлен еще целый список всего того, что ей следует сделать. Я не спеша шла по коридору, цокая каблуками. Из-за поворота послышались торопливые шаги, и я инстинктивно тоже сбавила шаг, и не зря: прямо из-за этого поворота меня чуть не сбил Аластор! Он сразу же остановился, пытаясь отдышаться. Теперь стало ясно, почему мой наряд составляет только два цвета. Потому что костюм Аластора содержит тоже сочетание! На нем была красная, скорее, темно-бардовая рубашка, с двумя расстегнутыми пуговицами на воротнике. Темные брюки и лакированные черные туфли. Волосы привычно перевязаны. — Я боялся, — начал он, — что опоздаю. — Гости еще не пришли, — прошептала я, совсем не понимая, как мне вести себя рядом с ним, после всего того, что произошло этим утром. Аластор, похоже, желает активно игнорировать это. Ну хорошо. Когда мы проходили мимо большого зеркала, я резко остановилась и всмотрелась в свое отражение. Аластор обратил внимание на мою заинтересованность в зеркале и тоже встал рядом. Но после минутного молчание он все же не выдержал: — Что-то не так? — Мне кажется, или с этой длинной платья я выгляжу низкой? Аластор посмотрел в зеркало, а затем на меня. — Неа, — я спокойно выдохнула, когда тот добавил, — то, что ты стоишь рядом со мной, делает тебя низкой. Я улыбнулась и пихнула его в бок, он же заливисто рассмеялся, и мы дальше пошли в зал.

***

— Эллисон, — я в который раз пожимаю руки незнакомых мне людей, стоя рядом с Аластором и приветливо кивая. — Добро пожаловать! — на лице типа милая улыбка, а на деле у меня уже немеют щеки. Гости лепечут поздравления Аластору, а он спихивает их на меня. А ведь это только начало вечера! Наконец, в толпе я заметила знакомые лица. — Аластор, — дернула я мужчину за рукав, — там, кажется, Войт. — Аластор прищурился, а затем на его лице расцвела радостная и довольная улыбка. — Войт? — окликнул он друга в толпе и тот через мгновение появился прямо перед нами с, разумеется, Деленси. Она была одета в длинное обтягивающее желтое платье, оно было настолько желтым, что меня внезапно начало тошнить. Или это благодаря ее приторным противным духам. — Поздравляем! — в унисон сказали они, Войт дружески обнялся с шатеном и хлопнул того по спине, а Деленси чмокнула в щеку, оставляя след своей жирной помады. — Эллисон, — Войт радостно улыбнулся мне, и я не смогла не сделать этого в ответ, — рад тебя видеть! — он подхватил мою руку, оставляя приветственный поцелуй на тыльной стороне, и хоть я понимаю, что это культура и приличие, я не могла не смутиться. — И тебе привет, Войт, — я спокойно кивнула и обратила внимание на Деленси, которая кривила губы. — Деленси! — искренне удивилась я, — ты тоже тут! Как здорово, уже целых два знакомых лица! Блондинка хотела съязвить в ответ, но наткнулась на взгляд мужа и моего жениха, как выдавила из себя что-то похожее на улыбку. — Я тоже рада видеть тебя, Эллисон. — Дамы, вы можете провести вдвоем время, — подмигнул мне Войт, а я мысленно взвыла, — посплетничаете, пообсуждаете свои женские штучки, а мы тут с Аластором о своем. Я кинула молящий взгляд на шатена, но тот лишь улыбнулся и едва заметно пожал плечами, а-ля выкручивайся-сама-это-не-мои-проблемы. — Разумеется, — выдавила я и проследовала к столикам с напитками за гордо удаляющейся Деленси. Когда мы подошли к столикам, девушка куда-то пропала, но для меня так было даже лучше. Я стояла, задумавшись о чем-то неважном, как меня вдруг окликнули. — Могу я угостить Леди бокалом шампанского? Я обернулась. Рядом стоял Харитон. Он действительно протягивал мне бокал. Я замерла в нерешительности. — Не бойся, Элль, я как раз хочу извиниться за тот инцидент. Кивая, я приняла бокал и позволила взять себя под локоть. — Хочу сказать, — начала я, — что я вовсе не сержусь на тебя, Харитон. Мы оба в тот вечер, — я запнулась, — скажем, перебрали с алкоголем. — Это мягко сказано, — он хохотнул и добавил, — могу заверить, что такого больше не повторится. — Со мной тоже. Мы говорили о всякой ерунде, пока меня не дернуло спросить: — В тот вечер вы с Аластором отходили… поговорить, — мужчина заметно напрягся, но старался не показывать этого, — ничего плохого не произошло? Он немного помолчал, а потом принял спокойный вид, — нет, ничего, — кажется, он врет, — если захочешь, спроси потом у мужа. — У жениха, — автоматически поправила я. — У жениха, — согласился Харитон. Краем глаза замечаю, как противное желтое пятно метнулось в сторону и не успеваю даже обернуться, куда это так спешила Деленси, как через пару мгновений перед нами буквально вырос Аластор, и он выглядел не очень довольным. Вслед за ним прибежал Войт, а за ним, что-то бормочущая, Деленси. Рука Харитона на моем локте сжалась сильнее. — Добрый вечер, Аластор, — спокойно произнес он, глядя на шатена, — поздравляю с праздником. — Я не ясно выразился в прошлый раз? — он проигнорировал поздравления и двинулся ближе. — Ты же сказал, что ничего серьезного не произошло? — я кинула недоверчивый взгляд на Харитона, тот немного побледнел. Со стороны послышалось возмущенное цоканье. Аластор усмехнулся и закатил глаза. — Ничего серьезного, да, ты прав. Выйдем, раз ничего серьезного? — Не стоит, мы с Эллисон отлично проводили время. Кто тебя за язык тянет?! — Разумеется, ведя светские беседы, — процедил Аластор, а я поняла, что мое место явно не рядом с Харитоном, потому что может начаться конфликт. Я слегка ущипнула его за локоть, давая понять, что не время ссориться. Он посмотрела на меня слегка кивнул, так, чтобы поняла только я. Я высвободилась и перешла к Аластору. — Эй, все в порядке, — прошептала я, глядя на него. — Я говорил быть с Деленси, — прошипел тихо он мне, но эта мадам и тут влезла: — Не успели мы отойти, как твоя Эллисон сразу кинулась к этому… — Что ты несешь?! — возмущенно воскликнула я, Харитон тоже уставился на нее в недоумении. — Да-да, — так бы и продолжала она, если бы Войт ее не перебил. — Эллисон, Деленси, — Аластор спокойно вдохнул, — идите и ждите нас в саду, а я пока угощу Харитона вином. — Разумеется, — пролепетала Деленси, а я кинула взгляд на Харитона, как бы прося, не устраивать здесь цирка. Блондинка потянула меня, и я неосознанно шагнула за ней. Мы шли, обходя веселых гостей, которые танцевали или просто веселились, как Деленси пихнула меня в сторону. Я не успела и пискнуть, как мы оказались в каком-то помещении. Больше похоже на уборную. — Совсем чокнутая? — я недовольно посмотрела на девушку и попыталась пройти к двери, как она задела меня плечом и прошипела своим противным голосом в самое ухо: — Нужно поговорить. — Тебе — может, а мне с тобой не очень хочется, — вспоминая нашу последнюю встречу говорю я, чувствуя, что что-то тут не сходится. Ну мы же в сад собирались… — Что ты вечно крутишься возле Аластора? — этот вопрос заставил меня буквально рассмеяться, она, жена одного из предводителей кланов, спрашивает меня, невесту Аластора, почему я вено кручусь рядом со своим женихом. — Ты себя слышишь? — прыснула я. — Я его невеста, что тебя не устраивает? — Твое поведение не устраивает. Я влюблена в него уже пять лет и почти охмурила его, как вдруг ты! Непонятно откуда! — Стоп, дамочка, — я выставила руку, показывая, что больше не стоит приближаться и нарушать мое личное пространство, — вы, вроде как, замужем? — И что? — она невинно хлопнула глазами. — Думаю, Войту будет интересно это узнать, — я хотела было пройти к выходу, но она вцепилась своими ногтями в мою руку: — Только попробуй. — Попробую, — надменно задрала я голову, явно не понимая, что сейчас происходит, — и не смей больше приближаться к Аластору. — Ты, видно, не понимаешь, что говоришь, — она смотрит на меня, а вот внутри все сжимается. Ну… не убьет же она меня сейчас? — Ты вообще видно думать не умеешь. — я сказала и не подумала, но дальше, все произошло, словно в замедленно съемке. Лицо девушки кривится в недовольном выражении, она сжимает губы и кулак, которые заносит перед моим лицом. Я неосознанно жмурюсь и на автомате выставляю руки перед собой, как учили меня в боевом искусстве, а в голове мелькает одно заклинание: «Сэйфети» По телу пробегает ток, я чувствую магию каждой частичкой тела, что? Пред лицом образуется тот самый магический щит, когда я успела побороть блокировку? Деленси ударяет кулаком о щит и с визгом хватается за руку, а меня осиняет: Аластор убрал блокировку. — Да как ты смеешь! — она вновь пытается кинуться на меня, но не успевает отскочить от брошенного мною в нее магического шара, который явно обжигает ее руку. Она подбегает сзади, царапая мое плечо, а я концентрирую сгусток магии на левой руке, который вырубит ее на время и уже собираюсь метнуть в Деленси, как дверь уборной с грохотом открывается и на пороге стоит Войт. — Аластор! Эллисон напала на Деленси! ЧТО?!