Секрет общежития

Просторная комната погружается в темноту, стоит закрыть дверь, а приглушенный смех родных сейчас навевает явно не долгожданное спокойствие, а самый настоящий страх. Тэхён подходит к окну, поднимая голову к разноцветному небу, смотрит вдаль на взрывающиеся фейерверки и невольно вздрагивает из-за вибрации в руке. — Ладно, — нервно кивает с легкой улыбкой и принимает звонок Чонгука, слегка прочищая горло. — Привет, сосед, с Новым годом тебя. — И тебя, — нежно отзывается, смотря на чуть темное лицо Тэхёна, и садится на край кровати. — Не хочешь включить свет? Я тебя почти не вижу. — Мне так… комфортнее, — хрипло смеется и падает на стоящий рядом стул, невольно отводя взгляд от камеры. Сердце ходит ходуном, не желая успокаиваться, а душа уже давно покинула это тело. Если Чонгук сейчас внимательно смотрит в камеру, — а смотрит он действительно внимательно, — то обязательно заметит дрожь чужой руки и прерывистое тяжелое дыхание, из-за которого уже и голова начинает болеть. Тэхёну бы начать первому, чтобы спокойно выдохнуть и постараться пережить эту ситуацию, послушать рассказ Чонгука, который, кажется, скоро дыру в нем просверлит, и что-нибудь вообще сказать, а то их молчание слишком затянулось. Но внезапный грохот в доме меняет все его планы, заставляя невольно дернуться и увидеть собственное отражение в стоящем за спиной зеркале. — Кто начнет? — нарушает тишину Тэхён и все-таки включает напольную лампу, слегка щурясь из-за света. — Не знаю, — пожимает плечами и сжимает пальцами простынь, — без разницы, думаю… — Начинай ты, — кивает в экран, робко улыбаясь. — Все-таки ты первый заикнулся о том, что хотел мне что-то рассказать. — Верно, — хрипло отзывается и сжимает губы, резко смотря на внимательного Тэхёна. — Тогда я начну. — Да, начинай. Спасибо, что разрешил, Тэхён. Вся уверенность разом улетучивается, стоит только осознать всю ситуацию, а именно то, что назад пути уже точно нет. Чонгук нервно смотрит на ждущего Тэхёна, видит его легкое покусывание губ и, кажется, впервые в жизни хочет отключиться, чтобы не видеть чужой внимательный и такой серьезный взгляд. Господи, за что мне это все? Взгляд цепляется за взорвавшийся фейерверк, заставляя повернуть голову к окну, а сухой кашель раздирает горло, вынуждая несколько раз кашлянуть и почти уверенно посмотреть в камеру. — Долго рассказывать придется, — неловко шепчет и удобнее садится на кровати, — вытерпишь? — Куда ж я денусь, — смеется и кивает, — давай уже. — Хорошо, — как-то слишком тихо произносит и в последний раз вдыхает полной грудью. — Все началось с моего желания тебя убить… — Я не удивлен, — хмыкает, закатывая глаза. — Тэхён, будь добр, помолчи до… до самого завершения рассказа, ладно? — Так уж и быть, — бурчит и кивает, продолжая слушать. — Тогда я еще не догадывался о кое-чем, но постепенно в мыслях все чаще и чаще начали крутиться различные вопросы, ответы на которые я не мог найти, — приглушенно начинает и старается смотреть куда угодно, то только не на Тэхёна. — В мыслях стали появляться глупые желания и эмоции, которые я раньше предпочел бы скрывать, нежели показывать, а потом, — слегка запинается и внезапно смотрит в удивленные глаза Тэхёна, — потом я стал чувствовать. Взгляд скользит по любимому лицу, а в душе трепещет чувство любви к этому парню. Чонгук помнит все: каждый момент, проведенным с ним или без него, любую его эмоцию, будь она радостная или злая, улыбку и в очередной раз закатанные глаза, из-за себя же. Помнит все их мимолетные прикосновения руками, телами, даже губами, он помнит все, что связано с этим придурошным соседом. — Я чувствовал то, через что мне ранее не приходилось проходить. Пытался как-то заглушить их, эти неоткуда взявшиеся чувства, постараться занять голову чем-то другим, но один человек не дал мне этого сделать, абсолютно не позволил хоть на секунду забыться, — нежно произносит и смотрит на замершего Тэхёна. — Знаешь, а ведь этот человек до сих пор не позволяет мне забыться, — хрипло смеется и зачесывает волосы назад. — Может ты знаешь его? — Не знаю, — осторожно машет головой в разные стороны и уже не чувствует ту яркую улыбку на своем лице. — Мне бы хотелось увидеть его, того человека, который заставил тебя все это чувствовать. — Может прозвучать слишком банально, но… — слегка смеется, показывая широкую улыбку, и наклоняет голову в бок, — если ты встанешь напротив зеркала, то увидишь этого человека. — Что…?! — ошеломленно шепчет и дергается всем телом. Тэхён чувствует свое бешеное сердцебиение, сумасшедший пульс и вмиг высокое давление. По телу разливается жар, а руки больше не собираются слушаться, позволяя лишь в очередной раз перехватить потными ладошками выпадающий телефон и держать его на весу, чтобы видеть улыбающееся лицо Чонгука. Тэхён, не ощущая пола под ногами, слегка поворачивает голову в правую сторону и раскрывает глаза, видя в зеркале самого себя. — Если встанешь напротив зеркала, то увидишь… — тихо проговаривает и резко поворачивается к экрану, смотря в не удивленные глаза Чонгука. — Как это понимать? — Кажется, именно сегодня я объясню тебе все, что ты не понимаешь, — смеется и растирает ладошкой лицо, слишком тяжело вздыхая. — Тем человеком, который позволил ощутить все чувства разом, был ты, Тэхён, — кивает в знак подтверждения, но глаза не поднимает. — Возможно, тебе сейчас это неприятно слышать или даже что-то хуже этого, но я действительно, благодаря тебе, осознал нечто важное, — мнется и поднимает глаза, смотря в чужие широко раскрытые. — Осознал, что теперь я не хочу тебя убивать, — грустно смеется и видит чужой дернувшийся уголок губ, — хочу лишь любить. — Чонгук… — Тэхён дрожащей рукой держит телефон, стараясь не уронить, и вертит головой в разные стороны, не позволяя себе понять все то, что сейчас услышал. — Ким Тэхён — ты тот парень, который совершенно неосознанно влюбил меня в себя, заставил чувствовать жжение в груди, лишь от обычной легкой улыбки, которую мне хочется видеть всю оставшуюся жизнь. — Чонгук серьезно договаривает и понуро опускает голову, чувствуя дрожь во всем теле. — Я столько раз старался сдерживаться, не показывать все свои светлые чувства, ужасно боялся причинить тебе ими боль или, что еще хуже, отдалить, — продолжает говорить, ни на секунду не обращая внимание на чужие попытки что-то сказать, и резко смотрит в растерянные глаза. — Мне безумно хочется сказать это, и я буду говорить тебе об этом каждый чертов день, — всерьез кивает и добавляет то, о чем мечтал с первого дня своей влюбленности: — Я тебя люблю, Тэхён. Вот и все. Чонгук сжимает губы в единую полоску, до крови прокусывая тонкую кожу, и скользит неживым взглядом по чужому растерянному лицу. Глупо не понять все его чувства и бушующие эмоции, ведь твой как-никак друг и сосед, который знает, кажется, больше самого Тэхёна, сейчас прямым текстом признался в любви. Вот только, что более важно, признался парень, человек, у которого шансов на счастливый финал в половину меньше. Безумно сложно находиться в тишине, слушать чужое прерывистое дыхание и не видеть абсолютно никакие эмоции, способные загнать даже самого заядлого зверя в угол. Чонгук неуверенно смотрит в экран, видя шевеление чужих ресниц, и глухо сглатывает, привлекая к себе внимание. — Так себе новый год, да? — тихо интересуется, не замечая ни единой эмоции. — Может ты уже скажешь что-нибудь? — Какой же ты… придурок, — хмурит брови, надувая щеки из-за злости. — Как тебя еще можно назвать? Как сквозь телефон можно добраться до твоей шеи? Как?! — Мне жаль… — грустно шепчет, чувствуя собственное сжатое сердце, и внезапно поднимает глаза, слыша смех. — Почему я позволил тебе первому рассказывать свою историю? — ярко улыбается и опускает голову, взъерошивая волосы. — Я ведь должен был первым это сказать… — Первым? — не понимает и незаметно прикладывает ладошку к груди, сжимая кофту. — Чонгук, ты… — Тэхён сжимает губы, щуря глаза, — кажется, тебе придется рассказать все, что ты не понимаешь, — повторяет недавно услышанные слова и цепко смотрит на шокированного соседа. — Ты опередил меня по всем пунктам, начиная с осознания собственных чувств и заканчивая твоим признанием. Уже нет смысла объяснять тебе все с самого начала или рассказывать приготовленный рассказ, но единственное, что я могу с точностью повторить, нет, не повторить, а от всего сердца сказать, — ласково шепчет и робко улыбается, наклоняя голову в бок. — Я тебя тоже люблю, Чонгук. Чонгук смотрит на Тэхёна с открытым ртом и забывает как правильно дышать. Взгляд скользит по счастливому лицу, по его нежной улыбке и трепещущим ресницам, по расслабленному дыханию и останавливается на завораживающих глазах, видя там то, что ранее он не замечал. Руки мелко дрожат, а нервный смех заставляет со всей силы сжать телефон в руках и упасть на кровать, закрывая глаза. — Как давно ты любишь меня? — интересуется Чонгук, не прекращая улыбаться, и до сих пор не может поверить, что теперь все страхи позади. — Если не расписывать все твои выходки, то еще с первой встречи ты мне симпатизировал, — хмыкает с улыбкой и нежно смотрит на лежащего Чонгука и его разметавшиеся по простыне волосы. — А ты? — Сложно сказать, — задумчиво шепчет, — но думаю, что после того поцелуя в лоб я окончательно понял это. — То есть все это время мы были придурками, которые любили друг друга, но скрывали? — ужасается Тэхён и заливисто смеется, окончательно теряя здравый рассудок. — И правда придурки… господи… — Могу ли я кое-что спросить? — внезапно спрашивает и открывает глаза, смотря на сдвинутые брови Тэхёна и его неуверенный кивок. — Ты будешь со мной встречаться? — Нет, — серьезно говорит и без улыбки смотрит на ошалевшего Чонгука. — Зачем нам постоянно встречаться, если мы живем вместе? — Тьфу ты, блин… — шумно вздыхает, пряча лицо в изгибе локтя. — Знаешь, что я сделаю с тобой, когда приеду в общежитие? — Ой, что же? — игриво шепчет и строит глазки, видя усмешку. — Убью, — окончательно твердит и ласково улыбается, щуря глаза на громкий смех, — а потом зацелую. — Чонгук! — вспыхивает краской на щеках и изумленно таращится на игривого парня. — Я не целуюсь на первой встрече, уж прости. — Да кто тебя спрашивать будет, — язвительно отвечает и садится на кровати. — Заметь, я всегда выполняю свои обещания. Тебе уже не убежать от меня. — Вообще не страшно, — нервно смеется, дрожащими руками сжимая колено. — А я тебя и не пугаю, просто говорю теперь уже обыденные вещи, — хмыкает и ласково улыбается, желая уже сейчас выезжать в общежитие. — Кстати, стоит сказать, у нас у обоих будут младшие. — Твоя мама беременна? — ошалело прикрикивает и плюхается на кровать, когда видит кивок, громко сопя. — А вот моя не беременна… хочу плакать, я ведь так сильно хотел сестричку, чтобы заплетать ей косички… — Тэхён, ты чего? — нежно смеется и пальцем касается экрана, дотрагиваясь до лохматых волос. — Если у меня будет сестричка, то ты первый с кем я ее познакомлю и кто сможет заплетать ей косички, ладно? — Правда? — радостно хрипит и перехватывает телефон, ярко улыбаясь. — Угу, — счастливо кивает и смотрит на широкую улыбку Тэхёна. Чувство любви к этому парню переполняет душу и окончательно забивает голову и мысли, не желая думать ни о чем другом. Чонгук нежно смотрит на радостного Тэхёна и впервые за последний час спокойно выдыхает, не чувствуя никакого страха в душе. Желание видеть его всегда рядом с собой, никуда не отпускать и крепко обнимать буквально взрывает голову и заставляет ни на секунду не прекращать ласково улыбаться, чем напрягает и так перенервничавшего Тэхёна. — Чонгук, прекрати так улыбаться, — хрипло смеется и щурит глаза, видя чужую нелепую улыбку, — у меня складывается ощущение, что, вернувшись в общежитие, я и правда обреку себя на смерть. — Глупый, — вмиг серьезно говорит и поднимается с кровати, подходя к окну, — в общежитии я окутаю тебя лаской и заботой, поэтому можешь смело выбрасывать все дурные мысли из головы. — Хочу поскорее вернуться, — тихо шепчет и мило улыбается, видя кивок Чонгука. — Может пойдем хоть покушаем? А то я только вина и выпил. — Конечно, давай, — внезапно кивает и отходит от окна, останавливаясь возле двери. — Тэхён… — М? — останавливается возле лестницы и смотрит на нервного Чонгука. — Люблю тебя, — робко шепчет и смеется, видя расширенные глаза. — Нельзя так внезапно об этом говорить! — прикрикивает и взъерошивает волосы, махая рукой в камеру. — Пока, Чонгук. — Мило… — смеется, наблюдая за этой картиной, но машет в ответ, — до встречи.

***

Тэхён буквально вваливается в гостиную, освещает себе путь широкой улыбкой и приземляется на стул рядом с братом, хватая вилку. Счастье буквально льется из него, заставляя родителей странно коситься на прилетевшего сына, а Уджина язвительно хмурить брови и пытаться понять, что его так могло развеселить. — А, точно, — хлопает себя по лбу и корпусом поворачивается к брату. — Ну, как все прошло? — Ну, — задумывается, вытягивая губы, и поднимает сощуренные глаза на ожидающих родных, игриво прочищая горло, — поговорили, объяснились… — Тэхён, не мямли, скажи прямо, — чертыхается нервничающая мама и сжимает нож в руке. — Ну… — растягивает гласную и дергается из-за подзатыльника от брата, — ладно, ладно… — Давай уже, блин, — возмущает младший и внимательно следит за старшим. — В общем, так получилось, что… — начинает слегка грустно, поднимая поникший взгляд, — мы решили… — запинается, делая глоток вина, не сводя взгляда с сжатых губ родных, — решили мы, значит, встречаться. — Слава богу, родил, — чертыхается Уджин и счастливо улыбается, сжимая колено Тэхёна. — А подробности не расскажешь, а то у мамы сейчас инфаркт будет. — Подробности, — лучезарно улыбается, видя яркие улыбки родных, — он мне признался, после я, поругал его сначала немного, но не суть, — машет рукой, прожевывая огурец, — вам так важны эти подробности? — Думаю, слушать про твои радостные улыбки нам не хочется, — за всех отвечает Уджин и хватает сок, игриво смотря на дернувшегося отца. — А, Тэхён ведь еще не знает… — Что не знаю? — резко смотрит на довольного брата. — Уджин, смотри случайно не выпади в иллюминатор, — шутит отец и поворачивается к непонимающему Тэхёну. — Мне на работе дали путевки на отдых, — начинает, смотря на кивающую жену, — но только на троих, поэтому… — Поэтому ты поедешь в общежитие, а мы на отдых, — довольно говорит Уджин и хмыкает с возмущенного взгляда матери. — Чего резину тянуть, пусть сразу все узнает. — То есть я раньше вернусь в общежитие? — повторяет и выжидающе смотрит на взволнованных родителей. — Если ты против, то мы откаж… — Нет! — машет руками, удивляя брата с открытым ртом. — Я… я как раз хотел поскорее встретиться с Чонгуком, так даже лучше. А какого числа вы уезжаете? — Пятого января, — хрипит мама и неуверенно смотрит на вмиг погрустневшего сына. — Мы можем остаться, Тэхён. — Я же сказал, что не нужно, — вертит головой, одновременно и расстраиваясь из-за раннего отъезда от родных, и радуясь из-за скорой встречи с Чонгуком. — Вы уж точно отдых заслужили, а вот ты… — грозно поворачивается к изумленному брату и тычет в него пальцем, — только попробуй им на нервы капать, приеду и закопаю тебя в песке, понял? — Хоть бы ты с кровати встал, — игриво хрипит и уворачивается от замахнувшейся руки брата, получая с другой стороны от матери, — это правда жизни и отношений, чего сразу бить-то? — Маленький еще о таких вещах думать, — пыхтит мама и лучезарно улыбается смущенному Тэхёну, махая в его сторону рукой. — Не бери в голову, мы о таком точно разговаривать не будем. — Я безумно этому рад, — нервно отвечает и хмыкает со смешка отца, — да хватит вам! — Все-все, больше не будем, — смеется мама и поворачивает голову к телевизору, продолжая смотреть концерт. Тэхён смотрит на улыбающихся родных и прикладывает холодные ладошки к горящим щекам, невольно тяжело вздыхая. Как ни посмотри, а на каждом шагу его подстерегает одна лишь удача, не считая почти одного заваленного экзамена с жестоким преподавателем. Поступление в желанный университет, так еще и на то направление, о котором два года мечтал; нельзя не упомянуть понимающих родных, которые не только не накричали за его выбор в отношениях, но и поддержали с первой школьной влюбленностью. Ну и, конечно же, — отношения, из-за которых в душе расцветает неимоверное тепло, а руки дрожат, но не из-за какого-нибудь страха, а из-за любви к одному человеку. Тэхён смущенно жмурится, сжимая колени пальцами, внимательно смотрит на мигающую елку и кладет голову на спинку стула, раздумывая о Чонгуке. Приглушенный свет в комнате разбавляется легким светом из-за включенного телефона, а также льющейся из гостиной музыкой. Чонгук стоит возле двери своей комнаты и уже минуты три неподвижно держится за дверную ручку, не найдя смелости выйти к родным. Немного страшно рассказывать о том, что произошло за последний час, выходить к ним и видеть внимательные лица, ожидавшие рассказа его истории. Рука крепче сжимается на металлической ручке, а с губ слетает последний тяжелый вздох, стоит открыть дверь и выйти. — Чонгук, — удивляется отец и выпускает жену из крепких объятий, освобождая место на диване, — садись возле нас, давай. — Спасибо, — приглушенно шепчет и садится между родными, рассматривая пальцы на руках. — И чего молчишь? — смеется мама, кладя ладошку на чужие руки. — Ты будешь нам рассказывать или нет? — А вы хотите об этом узнать? — Ты еще имеешь смелость такое спрашивать, — ярко отзывается отец и несильно хлопает по голове, взъерошивая черные волосы, — давай уже, рассказывай. — Ладно, — смущенно кивает, — мы, вроде как, встречаемся. — Правда?! — ошеломленно прикрикивает женщина и цепко хватается за кисть сына. — Я так рада, Чонгук. — Да, я тоже, — робко улыбается и поднимает глаза на елку. — Оказалось, мы оба любили, но тщательно скрывали, — хрипло смеется и поворачивает голову к отцу, — спасибо. — За что? — удивленно шепчет, смотря на счастливого сына. — За то, что приняли меня такого, — пожимает плечами и копирует улыбку отца, нервно продолжая: — Моя комната теперь достанется будущему ребенку? — Если ты не против, то да, — весело проговаривает мама и кладет ладошку на еще не заметный живот, — я чувствую, что это девочка… — Правда? — раскрывает глаза Чонгук и мгновенно вспоминает о Тэхёне. — Смогу я привезти сюда Тэхёна? — Конечно, — робко кивают родители, — теперь и он наша семья. Чонгук с широко раскрытыми глазами смотрит на родных и счастливо улыбается, до сих пор не веря во все происходящее. Кого стоит благодарить за это? За родных, которые сейчас заливисто смеются и повторно рассказывают истории из самого раннего детства Чонгука; за друзей, которых он нашел в университете давних мечтаний; за, как ни странно, Юнги, который сейчас пишет поздравительное сообщение и предупреждает об обязательном знакомстве с Тэхёном, а в случае отказа —о мучительной смерти от рассказов его парню со школы, тут Чонгук уже никак не может отказаться. И, безусловно, за Тэхёна — человека, который одним своим присутствием смог перевернуть его мир и создать новый, так славно подходящий для их совместной жизни. Который простыми словами и мимолетными улыбками может разжечь самое ледяное сердце и утешающими объятиями потушить бушующий пожар, создавая одно умиротворение. За Тэхёна, которого он любит всем своим сердцем. th: Я раньше возвращаюсь в общежитие. jk: Почему? th: Родным дали путевки на отдых, а я не могу позволить им от него отказаться. jk: Вау, но как же ты? th: Каня, кажется, должна тоже приехать. Пока что буду с ней, а потом уже и ты приедешь. jk: Но у меня билет на 18 января… th: Так долго?! Я же умру… jk: Подожди секунду. — Мам, пап, — неуверенно шепчет, выключая телефон, и смотрит на удивленные взгляды со стороны стола, — могу я спросить? — Мы, вроде как, не запрещали, — смеется отец и кивает. — Дело в том, что Тэхён раньше приедет в общежитие, и я хотел… — мнется, зачесывая волосы назад. — Тоже хотел уехать раньше? — договаривает мама и нежно улыбается, видя угрюмый кивок. — Хорошо, хоть вместе побудете до начала учебы. А какого числа он выезжает? — Пятого января, — тихо отзывается и смотрит на удивленные взгляды, — если вы против, я останусь… — Нет, не нужно, — машет головой отец и смотрит на жену, — мы как раз разговаривали о том, чтобы поехать к знакомым в другой город. — Точно, — поддакивает и ярко улыбается, видя нежную улыбку Чонгука, — поэтому и ты уедешь, и мы. — Все точно хорошо? — взволнованно интересуется и благодарно кивает, видя широкие улыбки с махом головы. — Спасибо. jk: Тогда шестого января встретимся в общежитии? th: Что?! jk: Я поменяю билет и вылечу вместе с тобой. th: Чонгук, ты не обязан этого делать, не нужно… jk: Ты не хочешь, чтобы я выезжал раньше? th: Безумно хочу, но… как же твои родители? jk: Они уедут к друзьям, поэтому я поеду к тебе. th: Неужели у нас будет целый месяц, чтобы побыть вдвоем? jk: Ну, так-то да, но не забывай про Бэкхёна, который первым делом в нашу комнату побежит, а не в свою. th: Это да, придётся дверь подпирать. Я все ещё не могу в это поверить… спасибо, Чонгук. jk: Спасибо в карман не положишь. th: Тьфу, и что ты хочешь? jk: В общежитии скажу. th: Специально, да? Я ведь теперь от неизвестности умру. jk: Я тебя оживлю, просто дождись. th: Ладно… я уже начал считать секунды до шестого января. jk: Секунда приравнивается к одному поцелую. th: Губы отсохнут, Чонгук. jk: У нас будут передышки, так точно не отсохнут. th: Какой продуманный, ты смотри. jk: Иначе не получается, тебе же нужно все объяснять. th: Сделаю вид, что не читал оскорбления в сторону моего мозга, любимый. — А? Любимый?! — Чонгук прикрикивает и поднимает ноги на диван, не замечая нежных взглядов родителей. — Уже вошёл во вкус? — хрипло смеётся и закусывает губу. jk: Любимый?! th: Смотря как тебе больше нравится: придурок, как-то заезжено, или любимый, с чувствами и любовью? jk: А можно совместить? th: Любимый придурок?! jk: Шикарно, так и оставим. th: Хах, хорошо. Я пойду к своим, они там во что-то играют. Буду скучать, любимый придурок. jk: Ты бы только видел мою улыбку… ладно, наслаждайся отдыхом перед общежитием. Заранее желаю сладких снов, Тэхён. th: И тебе сладких, Чонгук. Надеюсь ты мне приснишься. jk: Надеюсь, во сне мы, наконец, поцелуемся. th: Испортил всю романтику, блин. jk: Прости, Тэхён. Беги давай, завтра позвоню тебе. th: Буду ждать. Пока, Чонгук. jk: Пока. Чонгук нежно улыбается, прочитывая их переписку, и выключает телефон, шагая в сторону разговаривающих родных. Раз у них осталось пять дней, чтобы побыть всем вместе, то сейчас стоит уделить им особое внимание. Радость за понимающих родителей переполняет влюблённую голову, а их яркие улыбки заставляют почувствовать себя ещё лучше. Чонгук падает на стул напротив и присоединяется к разговору, заливисто смеясь с милой перепалки родителей, ведь имя ребёнку уже нужно начинать выбирать. Вносит свою лепту, вот только затихает, когда получает в ответ удивленные взгляды с кивающими головами. А после и вовсе облокачивается на руку и с нежной улыбкой внимательно следит за разговорами, ощущая разливающееся чувство любви. Все-таки этот новый год самый лучший.