Кровавая империя

За два часа до событий у костра. — Ты со мной не разговариваешь, потому что мы прогнали вас из Даркмаунта? — Старскрим с самого утра допытывался у белобрысой о причинах ее плохого настроения, на что та лишь картинно закатывала глаза и недовольно воротила нос. — Ты же понимаешь, что я исполнял приказ? Крис, ну ответь хоть что-то! — мужчина насильно разворачивает ее к себе. — Еще раз тронешь меня, и я тебе руки оторву, понял? — рычит девушка, тыкая ему в грудь бинтами. — Понял. — усмехается, отступая назад. Бад довольно хмыкает и исчезает в толпе, но мужчина и не думает отставать. Когда они оказываются ближе к главной улице, где зачастую слишком пусто для Никеля, Стар хватает ее, затаскивая в проулок. — Пусти, придурошный! — брыкается девочка, пытаясь хоть как-то извернуться и ударить непутевого. — Да не ори так, будто я тебя насилую. — командир ставит Бад на землю, прижимая к стене. И все у них так не по правилам выходит и совсем не романтично, но от такой близости у Крис возникает дикое желание поцеловать этого ненормального. Стар облизывает пересохшие губы, наклоняется ниже, языком проходя по ключице. — Я не исключаю этот вариант! — она вся мокрая от дикой жары, с красными щеками и сжатыми кулаками. Ей еще его очень ударить хочется. По голове. Раз сто! Но вместо этого девушка хватается за его плащ, стаскивая с одного плеча.  — Старскрим, я тебя сейчас… — он покрывает легкими поцелуями шею, поднимаясь выше, — ударю. — Попробуй. — мужчина по-гадкому ухмыляется и припадает к ее губам. Бад еще пытается брыкаться, но быстро забывает, что она — вообще-то — обижена и что он — вообще-то — нормально не извинился. Командир нехотя отрывается от девушки, хочет еще что-то колкое сказать, но замирает, вглядываясь в темноту соседней улицы. — Ты чего? — Крис плохо соображает от переполняющих ее эмоций. Девушка краем глаза замечает чью-то тень, вздрагивает и прижимается к Старскриму. — Это Трион. — после пристального разглядывания выносит вердикт мужчина. — Но что он забыл на кладбище? — командир аккуратно ступает на мягкую траву, выходит на тёмную улицу, где даже фонарей нет и исчезает за поворотом. Бад судорожно хватает ртом воздух. Просто взял и смылся! Плевать, что есть причина. Белобрысая возмущённо фыркает и следует за так полюбившимся ей идиотом. Небо сегодня ясное, закат алеет сзади, окрашивая листья вековых деревьев в розовый. На городском кладбище тихо: едва ты переступаешь за забор, вся трель птиц и весёлый гомон людей остаются за спиной, уступая место гнетущей, зловещей тишине. В ушах звенит, и Крис дёргается от каждого лишнего шороха. Кажется… она потерялась. Девушка бездумно бредет вперед, вчитываясь в надгробия. Она не уверена, что родилась в Никеле, не уверена, что когда-то у нее был отец. Его образ слишком мутный: блондин с радостной улыбкой. Он всегда пропадал на войне, защищал империю и в конце бесславно погиб рядом с Восом. Мама говорила, что папа любил Крис всем сердцем — в это верилось с трудом. — Если бы любил, не променял бы на войну. — обиженно хлюпает носом девушка и садится на одну из лавочек. Закаты в Никеле слишком прозаичны и искусственны. — Мисс Бад? — Трион прячет за спиной дрожащие руки и подходит чуть ближе, чем вызывает у Крис отвращение. И почему Мегатрон его не прибил, когда было столько возможностей? Девушка сдержанно кивает, отводит взгляд. Сейчас вообще не до этого старика! Однако император не спешит покинуть кладбище: он подходит чуть ближе, смотрит на еле шевелящиеся ветки деревьев и думает о чем-то. Бад никогда не понять, что в голове у таких как Трион. Он хитрый, корыстный и скользкий тип. Его седые волосы трепал лёгкий летний ветер. В Никеле пахнет кровью. Такой неотмываемой, засохшей… отравленной слезами. Сколько людей потеряли дома и близких, сколько остались изувечены? Крис не считала, но все они с такой благодарностью и восхищением наблюдали за ловкими пальцами Нокаута, когда тот бинтовал раны, и с таким неприкрытым страхом косились на немощного старика. Сидя на лавке в присутствии императора, белобрысая задумалась: что дальше? Если проигрыш — смерть, если победа… Крис невольно представила, что на позолоченный трон садится Мегатрон. Пусть мужчина никогда и не говорил, что хочет править… скорее перевернуть империю, но Лорд и мрамор Иакона совсем не сочетались. Было в этой композиции все до ужаса неправильное. — Что это тут у нас? — издевательский тон Старскрима настигает обоих так внезапно, что Крис вздрагивает, а Трион роняет из ослабевших пальцев амулет. С голубым камнем. — Это же… — девушка почти задыхается от догадки. — Амулет Праймов? Какая неожиданность! — Старскрим ловким движением руки опережает Триона и подбирает с земли артефакт. Драгоценный камень отражает небо и блеклые звезды, успевшие появиться за несколько минут. — Отдайте, командир. — сухо командует Трион, полностью уверенный в том, что Стар его послушает. Крис усмехается. Авторитет императора падает на глазах, когда приспешник Мегатрона тихо смеется и качает головой. — Вы либо очень самоуверенны, либо чересчур глупы, Трион. — от такой фамильярности старик лишь возмущённо ловит ртом воздух. — Я исполняю приказы только Лорда Мегатрона. — Стар кладёт побрякушку в карман и жестом просит девушку подойти. Бад пулей подлетает к командиру, хватаясь за его руку. — Вы еще пожалеете, что ввязались в эту войну. Пожалеете, потому что Оптимус вас всех отправит на тот свет. Планируете остановить тысячную армию таким составом? Глупцы! — Трион выплёвывает это с такой неприкрытой ненавистью, что белобрысой становится страшно. Старскрим лишь хмыкает, достает пистолет и направляет на старика. — В порыве необузданной злобы можно сказать много интересного, император. Только… как бы это «интересно» не стало вашим приговором. — в голосе мужчины прослеживается угроза, а рука в перчатке подносит оружие прямо к носу Триона. Тот сглатывает, не понимая, в какой опасности находится. — Смеёшься надо мной? Я слышал, ты с Воса. Не удивительно. Там только немощные и больные отбросы общества. А ты… неужели тебя тоже кинули там помирать? — Не советую копаться в моем прошлом. — рычит командир. Крис испуганно переводит взгляд с императора на мужчину. Она никогда не видела Старскрима таким злым. Еще мгновение — он сорвётся и натворит ужасные вещи. Девушка несмело касается его руки, но командир нервно дёргается. — Кто ты такой, чтобы советовать? Убогий раб этого ненормального! — натянутые до предела нервы рвались на глазах: старик не знал, куда деть взгляд, куда спрятать руки. Старскрим еще раз пренебрежительно оглядел Триона, заставляя того пожалеть о сказанном, и выстрелил. Тело упало на землю, неестественно раскинув руки в стороны. Небо уже давно покрылось россыпью звезд, а одинокий месяц робко выглядывал из-за листвы. На кладбище стало на один труп больше. Крис в немом шоке смотрела, как по зелёной траве растекается лужа крови. — Ты что натворил?! Старскрим! Ты его убил! Совсем рехнулся? — девочка на эмоциях ударила командира в плечо, в страхе отскакивая подальше. — Упс. Рука дрогнула. — спокойно замечает тот, возвращая себе привычную похабную манеру общения. — Упс?! Упс?! Ты серьезно?! Какого черта? — Крис хочет его опять ударить, но Стар хватает ее за запястье, больно сдавливая. — Слушай сюда! — рычит, словно зверь, чем вызывает у девушки стадо мурашек. — Никто и никогда не посмеет назвать меня рабом! Ясно тебе. — он отпускает ее и направляется в сторону костра. — Чего встала? Там вроде сосиски жарят! — опять весело замечает он. А Крис не по себе. Она смотрит на покрасневшее запястье, на труп, на свои трясущиеся колени и в ужасе прикрывает рот, глотая слезы. Когда Бад выходит на улицу, командиры суетятся, а посреди всего этого сборища стоит Мегатрон. Он кричит какие-то несвязные фразы (или это только в голове у Крис они не складываются). Девушка подходит к нему ближе и хочет спросить, что, собственно, тут происходит. — Крис, с тобой все хорошо? Ты бледная. — буднично замечает он. — Старскрим убил Триона. — еле шепчет в никуда, надеясь, что Лорд не заставит ее повторить. Но Мегатрон лишь недовольно цокает языком, хмурится и молчит. — Что происходит? — На Тарн напали. — Я с вами. — Что? Нет. Ты останешься с Мико. — он хочет завершить на этом разговор, но Крис в отчаянии хватается за его руку. — Прошу. Я не хочу быть здесь! — Бад сама не знает, что ей движет, но желание покинуть Никель не утихает с того момента, как она увидела труп. — Ладно. Эрахнида, Дредвинг, остаётесь защищать город. Кто знает, когда эта дрянь решит нас посетить. — Лорд подталкивает девочку к кораблю.

***

Тарн пылал, огромные языки пламени лизали его стены, устремляясь ввысь черным дымом. Монстры отчаянно прорывались внутрь, истекая слюной и рыча. Немезида приземляется на главной площади, открывая двери. Мегатрон ловит за руку ошалевшую от ужаса полуголую шлюху и командует ей собрать всех здесь. Хардшелл спешит к воротам вместе с Магнусом и Скайквейком. Люди плачут, бегут, затаптывая в грязь чужих детей и стариков. Близнец за шиворот рваной куртки поднимает с брусчатки окровавленное маленькое тельце. — Дохлый. — выносит вердикт, внимательно рассматривая разможженный череп и неестественно вывернутые руки. Магнус хватается за горло. Его почти вырывает от ужасающего зрелища. — Вы что, командир, мёртвых детей никогда не видели? — удивлённо вскидывает брови Скай и выбрасывает тельце подальше от дороги. Хардшелл сочувствующе хлопает имперского по плечу. — Вообще-то нет… — Надо же с чего-то начинать! — хмыкает близнец и достает пистолет. — Это Тарн, тут детей за людей не считают, и лучше бы вам готовится к худшему. — Но монстры еще не прорвались. — Магнус достает меч и с непониманием оглядывает пылающие стены. — По-вашему, мальчишку убили твари? Ха, да вас тут затопчут! Люди в панике, а это худшее, что может быть. — близнец продвигается ближе к воротам. Тут сапоги утопают по щиколотку в грязи, хлюпают, и… кажется Хардшелл наступил на чью-то руку. Поставщика передернуло. Хоть он и прожил здесь тридцать лет — привыкнуть, увы, не смог. Дышать в городе банально нечем. Перед глазами удушливый дым и пара сотен затоптанных женщин и детей. Возле ворот пекло — командиры задыхаются, начиная кашлять. — Хэй, какого черта у вас пылает?!— пытается докричаться до людей Скай. — Мы подожгли, огонь хоть на немного их задержит! — их все-таки услышали. Хардшелл с трудом узнает в человеке, чьё лицо покрылось сажей и потом, своего недавнего собутыльника, что рассказывал ему про Каон. Дальше все происходило слишком стремительно. Пока Мегатрон и Саундвейв загоняли ошалевших людей на корабль (времени обходить город не было), монстры прорвались. Крис тогда по глупости своей вышла на дорогу, чтобы убедиться — всех забрали. Но не успела девушка среагировать, как ее с ног сбили мужики, что до этого удерживали ворота. Крис от беспомощности закрыла лицо руками: кто-то успел разбить ей губу носком ботинка. Послышались оры и маты, а рык чудовищ настиг белобрысую, когда она попыталась подняться, хватаясь окровавленными руками за кирпичную кладку. Бад застыла на месте: глаза застилали непрошенные слезы, стертые ладони болели, а во рту ощущался металлический вкус крови. Монстр, не думая, бросился на девушку. — Крис! — послышался хруст кости, выстрел и скулеж. Белобрысую кто-то схватил, ударяя по щекам. — Быстро на корабль! — его холодный тон не предвещал ничего хорошего. Старскрим весь в сине-зелёной жидкости и крови трясёт ее за плечи, пытаясь докричаться до затуманенного страхом сознания. — Твоя рука… — девушка медленно протягивает к его плечу холодные пальцы. — Старскрим… твоя рука… ее нет. — как в бреду повторяет Крис. Она уже близка к самой настоящей истерике, но мужчина лишь закатывает глаза, быстро оборачивается, прикидывая, сколько у них времени, и грубо хватает ее, силой утягивая на Немезиду. В Тарне делать больше нечего. На корабле стоит оглушающая тишина, пока главному командиру обрабатывает раны Нокаут. Крис сидит где-то в углу рядом со Скайквейком. Тот подозрительно косится на хлюпающую носом девушку, но упорно продолжает молчать. Мегатрон уже жалеет, что согласился взять Бад с собой. Однако мысль о том, что девочке неплохо было бы рассказать про отца, не покидает Лорда. — Ну левая рука ему не так нужна как правая, так что… — Скайквейк пытается хоть как-то подбодрить белобрысую, но Крис смотрит на него убийственным взглядом. — Это я виновата. — Не начинай! — страдальчески тянет солдат и закуривает. — Если бы я только не полетела… — Но ты полетела. — мелодичный голос Саундвейва звучит прямо над ухом. Бад вскакивает. До этого со связистом она вообще не общалась и видеть его сейчас рядом — удивительно. Мужчина присаживается на диван, ловя на себе заинтересованный взгляд Скайквейка. — Да. — Порой бывает слишком трудно понять, что мы делаем не так, но… Крис, идет война, гибнут люди и терять себя сейчас — будет твоей самой большой ошибкой. — он ласково улыбается, кладёт тёплую руку ей на плечо и подаёт платок. — Мне кажется, у вас что-то произошло. — связист переводит взгляд на Старскрима. — Поговори с ним. И девушка, обиженно поджав губы, плетётся к перебинтованному командиру, но на полпути ее останавливает Мегатрон. — Можно тебя на пару слов? — в руке у него тот самый амулет. Видимо Стар все-таки успел ему передать. — Это важно. — Крис недоверчиво косится на него, но кивает. Что еще за «важно»? Какая еще во всем этом аду может быть тема для разговора? Лорд отводит ее подальше от лишних ушей, в темный коридор, где слышно только неприятное жужжание ламп. — О чем вы хотели поговорить? — белобрысая нервничает — ничем хорошим ее сегодняшняя поездка не закончится. — О твоём отце. — Боюсь, тут не о чем говорить. Он погиб, сраж… — Не погиб. — резко прерывает ее Мег. — Я тебе кое-что покажу. — мужчина открывает мост и жестом приглашает ее войти.