Запах мяты и привкус бренди

      Иногда Коннор выбирался за пределы дома. Камин, книги и ноутбук его полностью устраивали, но иногда его тянуло наружу, словно внутри что-то сидело и подсказывало: сидеть неподвижно — не его. Может, полузабытое желание стать полицейским?.. Поэтому он оставлял работу и выходил на улицы. Ночной Детройт его не пугал, во-первых, благодаря пистолету в кармане, а во-вторых, благодаря умению не привлекать внимания. Глубокий капюшон, опущенный взгляд, тихие шаги — тень на улице, сливающаяся с грязными граффити, не больше. Цели в ночных блужданиях не было — он просто ходил, утихомиривая тянущую боль в груди. Об этом он не распространялся; то был его личный внутренний конфликт, его демон, его отклонение. Или, если более изящно, девиация.       Приближался декабрь. Снег заметал улицы, но его было так мало, что утром он таял, оставляя лужицы из воды и грязи на асфальте. Утром брызги этих лужиц будут окатывать раздраженных людей, спешащих на работу. Но это завтра, а пока это снег и он даже похрустывает, напоминая, что до Рождества не так много времени, как кажется. Надо будет купить ель — обязательно большую и пахучую, с липковатой смолой на стволе…       От размышлений Коннора отвлек тычок в пояс. Мягкий тычок, но Коннор отпрыгнул назад и сжался, готовый ко всему. На него испуганно смотрел мальчик лет семи, в теплой дутой куртке и без шапки. — И-извините, — он заикался и смотрел круглыми, как монетки, глазами, и Коннор смутился. Он что, настолько пугающий? — Сейчас почти двенадцать, ты что здесь делаешь? — Эм… Я… Заблудился. Волосы мальчика были растрепаны, уши покраснели от холода. — Где твоя шапка? — Потерял, — не слишком уверенно ответил мальчик. — Или её у тебя отобрали? Он кивнул. — Папа будет ругаться, — мальчик шмыгнул носом. — Давай я отведу тебя к нему? — предложил Коннор. — Он наверняка волнуется. Мальчик кивнул. — Вот и хорошо. Меня зовут Коннор, — он протянул руку. — А меня — Коул, — мальчик обхватил его ладонь. — Рад знакомству, Коул.       Лишней шапки у Коннора не было, но он купил чай в ночной забегаловке, и Коул быстро согрелся. Память у мальчика оказалась хорошая, и он через лабиринт закоулков вывел Коннора на широкую освещённую улицу, с которой и начал свое приключение. — Ты хорошо ориентируешься, — заметил Коннор. — Мог бы сам найти дорогу. Коул в ответ лишь пожал плечами.       Они ушли с освещенной шумной дороги в тихий жилой квартал, где было темнее, но Коул пошел быстрее и увереннее и наконец привел Коннора к белому частному дому. — Это твой дом? — спросил Коннор. Мальчик кивнул и неуверенно посмотрел на него. — Так иди. — Я… Я потерял шапку. — Твой отец будет ругаться из-за шапки? После того, как ты заблудился? — Не знаю, — он шмыгнул носом. — Но это была моя единственная шапка. — Ладно. Коннор постучал в дверь. Никто не открыл. — Где твой отец? — Не знаю, — голос Коула звучал встревоженно. — П-правда не знаю! — истерично вскрикнул он. — Спокойно, Коул, — мягко произнес Коннор, — мы со всем разберемся. У тебя есть ключи от дома?       Коул пошарился в кармане и достал связку ключей с брелоком в виде шлема Железного человека. Коннор открыл дверь, и вдвоем они вошли. Коул, не раздеваясь, помчался вглубь дома, Коннор включил свет и огляделся. Просторно, чисто, мебель не новая, но крепкая. Уютно. — Его нигде нет! — Коул выбежал из кухни и бросился к нему. В глазах стояли слёзы. — У тебя есть номер телефона отца? Коул похлопал глазами, осознавая, что спросил Коннор. — Я должен был сразу позвонить, — медленно произнес он. — Ох. — Ты был в стрессе. Дай мне номер, а сам разденься и умойся.       Рассудительность и властность Коннора подействовали на взволнованного мальчика успокаивающе. Он нашел в адресной книге нужный номер и отдал Коннору, а сам стал раздеваться. Коннор набрал номер со своего смартфона. Трубку сняли тут же, и хриплый мужской голос произнес: — Да? — Вы отец Коула? — А ты кто, мать твою, такой?! — Меня зовут Коннор, — медленно произнес парень. — Я нашел вашего сына и привел домой. Он напуган и ждёт вас. — Только попробуй его тронуть, — прорычал голос. — Убью. — Не трону, — пообещал он. Коул вопросительно посмотрел на Коннора. — Он скоро вернётся, — парень протянул смартфон. — Я подожду вместе с тобой. Хочу посмотреть, что это за человек. — Папа очень хороший, — Коул шмыгнул носом. Похоже, простуду он себе всё-таки заработал. — Хочу убедиться лично.       Они устроились в гостиной, на диване напротив телевизора. Черный экран отражал их размытые силуэты. Коул посматривал на пульт от телевизора: он уже успокоился, освоился, и незнакомец в доме не вызывал опасений. Коннор же игнорировал желание Коула заполнить тишину бессмысленной болтовней из телевизора. Ему хотелось поговорить и, оглядевшись, он нашел тему для разговора. — Плед, — он указал на клетчатый плед, расстеленный на диване, — весь в шерсти. У вас есть питомец? — Пёс. Его зовут Сумо. — И где он? — В клинике. Я… Я надеюсь, с ним всё будет в порядке. — Похоже, он тебе дорог. Коул смущённо опустил глаза.       Дверь с треском хлопнула, жалобно скрипнув петлями. Послышались тяжёлые шаги, и в гостиную ворвался мужчина. Он тяжело дышал, короткие седеющие волосы спутались и блестели от растаявшего снега. — Коул! — Папа! Мальчик соскочил с дивана, уронив пульт, и помчался навстречу. Отец опустился на колени, и они крепко обнялись. Коннор подошёл к ним, и мужчина взглянул на него снизу вверх. — Мы можем поговорить наедине? — тихо спросил он. Отец похлопал сына по плечу и ушёл на кухню, поманив Коннора за собой. Он закрыл за собой дверь. — Где ты нашел Коула? — На конечной «шестерки». — Далеко, — мужчина нахмурился. — Он переживал из-за потерянной шапки, — холодно заметил Коннор. — Шапки?.. — Да, шапки. Он сам нашел дорогу, без моей помощи, но боялся зайти домой из-за несчастной шапки. — А кто ты такой, чтобы меня отчитывать?! — Человек, который привел вашего сына домой. Просто привел. А на моем месте мог быть кто-то и хуже. Седовласый схватил Коннора за толстовку и притянул к себе. — Вздумал угрожать? Слушай сюда, сынок, я таких, как ты, лично ловил и сажал. Не наглей. — Так вы из полиции? — Какой догадливый, — он оттолкнул парня. Натянутая толстовка повисла мешком. — Всегда рад помочь, — сухо ответил Коннор. Уходя, он думал, почему так и не стал копом. Возможно, дело было не только в его отце, но и реакции на помощь. Помощь от него редко принимали. Тогда зачем оказывать? Чтобы не появилось новых Конноров и Ричардов.

***

      Встреча с семьёй не шла из головы. Коннор старался переключиться на другие мысли, но раз за разом возвращался к раздражающей парочке. «Ну и чёрт с ними», злобно думал он, отмеривая шагами путь до дома. Это была пустая, бессильная и поверхностная злоба; в глубине души он знал, что всё сделал правильно, но эмоцию так просто было не загасить. В растрепанных чувствах он добрался до дома и сел за ноутбук. Ночь ещё только начиналась, можно было и поработать.       По косяку двери постучали, и в спальню тут же вошёл Ричард. По нахмуренным бровям Коннор сразу понял: брат не в духе. — Ну? — сухо спросил он. — Зачем ты послал Лютера к Гэвину? — Какой ты глазастый, ничего от тебя не скроешь. — Зачем, Коннор? — Ричард тоже стал раздражаться. — Хотел узнать, на кого ты положил глаз. — Мы оба знаем, что для такой работы подходят другие люди. — Хотел припугнуть, — Коннор скривил недовольную мордашку, словно говорил о детской шалости. — Так я и думал. Кошку зачем было убивать? — Кошку? — Кошку. — Я не убийца кошек. Спасибо за высокий титул, но это не ко мне. Что-то ещё, или я могу наконец-то поработать? — Прости, что отвлек тебя от чтения рекламы, — ядовито ответил Ричард и ушёл, закрыв дверь. Закрытые двери Коннора бесили, но если бы он сейчас встал и открыл дверь, то проиграл поединок. Он взглянул на монитор: в стартовом окне браузера мигала реклама аксессуаров для собак. — Да блядь, — тихо прошипел Коннор и закрыл крышку. Настроение работать испарилось бесследно.