Ловушка для души

— В каком смысле? Почему он сказал, что именно ты можешь помочь ему? Гермиона перелистнула страницу учебника по ЗОТИ, и сделала заметку на пергаменте, недовольно толкнув в бок Рона, который пытался у нее списать. Не то чтобы она была против, но ведь он может хоть сам немного подумать, и все же Гермиона отвлеклась от домашнего задания, обращая внимание на Гарри, и для надежности запрятав пергамент в сумку. — Откуда мне знать? Он посоветовал искать ответ среди знакомых Малфоя. Я в полном замешательстве. Разве я должен этим заниматься?! Это его работа, а не моя! — Подожди, Гарри, — перебил Рон, с расстроенным видом смотря на сумку Гермионы, — может его что-то заставило так сказать? Вы с хорьком случайно не ссорились у него в кабинете? — Я бы не назвал это так, обычное наше общение. — Понятно. Скорее всего... — Гарри, посмотри, — вмешалась Гермиона, показывая свои записи, она еще вчера составила их, чтобы самой немного разобраться в состоянии Малфоя, ведь видела, как это беспокоит друга, но Гарри и так выглядел слишком уставшим, а потому она решила показать позже, — я составила некую таблицу. Период, когда Драко перестал говорить. — Чего? — Рон, слушай внимательнее. Смотрите, я видела момент перехода Малфоя на нашу сторону, когда защищала Полумну от Сивого. Он спас Макгонагалл, после чего продолжал отражать атаки Пожирателей, что сыграло нам тогда на руку, ведь они не могли предвидеть такой исход событий. То есть, он мог кричать заклинания, понимаете? Малфой испытал шок после битвы, но я думаю, что случилось это до его ухода с поля боя. — Почему? — Гарри пытался найти в таблице этот момент. — Логичнее сделать вывод, что раз он решил помочь нам, то он не ушел бы после твоего "оживления", а продолжал бы бороться, ведь ты всем доказал, что победа точно будет за нами, что ты и правда сильный противник Лорду, но Малфой ушел, скорее всего уже в тот момент он не мог говорить. Таким образом, стресс произошел, когда все думали, что ты мёртв. — Герми, ты думаешь что это как-то связано между собой? — встрял Рон, забирая у друга пергамент. — Да. Зачем гадать? Надо спросить у Драко. — Можно подумать, что он мне ответит. — Безнадежно отметил Гарри, уже представляя, какие слова он прочитает в свой адрес. А ведь он только сейчас понял, что общение с Малфоем никак не отличалось для него в том плане, что ему было комфортно читать его ответы, он даже с легким нетерпением ждал, когда Малфой что-то напишет ему, пусть то будет не обидная издевка, или очередная насмешка, не затрагивающая определенные темы. — Это проблема, но не такая сложная, как казалось, — улыбнулась Гермиона, — доктор сказал, что надо искать ответ среди его окружения. Так? — И что с того? — Я знаю человека, который расскажет тебе все, что требуется, если речь идёт о здоровье Малфоя. ____________ Он все-таки сомневался, а как иначе? Гарри никогда не общался с этим человеком, даже не устраивал скандалы, они просто игнорировали друг друга. За исключением того момента, когда Лорд приказал всем в школе сдать Поттера прямо ему в руки. Но раз это сможет помочь, то стоит попробовать, Гермиона не стала бы предлагать заранее провальный план. Потому Гарри узнал расписание Слизерина на сегодня и подождал, пока из кабинета Слизнорта выйдут ученики, в том числе и Малфой, и уже после вышел из-за угла. — Паркинсон! — Поттер? Чем обязана такому всплеску внимания? — Девушка недовольно посмотрела на Поттера, всем своим видом показывая, что общаться с ним у нее нет никакого желания. — Мне нужна твоя помощь. — Гарри подошёл ближе, надеясь, что никто из слизеринцев не пройдет мимо них, ведь не зря он выбрал время именно после третьего урока, который проходил в подземельях, а в это время факультет Слизерин не сидел в своей гостиной. — С чего ты взял, что я горю желанием помогать тебе? — На это я и не надеялся, но речь идет о... — Тем не менее, мне плевать. — О Малфое! Панси с сомнением огляделась по сторонам и остановилась, уже более заинтересованно смотря на Поттера. Она конечно замечала, что Драко часто проводит с ним время возле озера или в библиотеке, но не стала сильно беспокоиться об этом, все равно Драко отшил бы ее очень быстро с вопросами. — Что ты задумал, Поттер? — Я хочу помочь ему, а для этого мне нужна ты. — Здесь не подходящее место, идем со мной, спаситель униженных и оскорбленных. — Развернувшись, Паркинсон поднялась по лестнице, и свернула в неприметный тупик, в котором по какой-то надобности было окно с подоконником, на который она и села, подкладывая под себя сумку с учебниками. — Почему ты решил, что ему нужна твоя помощь? — Мне кажется, что она каждому необходима, не только от меня, а вообще. Разве ты не понимаешь, что немота в нашем мире крайне серьезная вещь? — Не делай из меня идиотку, Поттер, я прекрасно знаю об этом. Не могу понять, какое тебе дело до его проблем? Тебе всегда было плевать на Драко, а что изменилось сейчас? — Я... Просто он не заслуживает этого, вот и всё. — Даже так? — засмеялась Панси. — Никто из нас не заслуживает. Но тебе же даже в голову прийти не может, что виной этому ты сам! — Да почему все говорят мне это?! — взорвался Гарри, потому что чувствовал себя каким-то идиотом. — Что я сделал? Я заступался за него в суде, помог его отцу не попасть в Азкабан, не трогал его первым никогда! В чем моя вина? — В том, что ты появился в его жизни, — равнодушно перебила его Паркинсон, потянувшись всем телом, будто минуту назад встала с постели, — тебе не стоило вообще появляться. — Объясни. Неужели он так сильно меня ненавидит? Паркинсон странно посмотрела на него, доставая сигареты из сумки. Казалось, что она оттягивает разговор, потому что слишком долго вытаскивала тонкую маггловскую сигарету из пачки, достаточно долго поджигала фильтр от кончика палочки, а после и вовсе замолчала. На самом деле, она не была уверена, что может это говорить, но ведь если это поможет Драко... Он был ее другом, и она очень его любила, конечно не в плане отношений, и может Поттер и правда поможет ему. — Ты всегда был придурком, — наконец сказала она, — у него нет ненависти к тебе, да и не было вовсе. — Знаешь, когда человек оскорбляет тебя, устраивает драки и провоцирует, то это несомненно ненависть. Или я не знаю определение этого слова? — Лишь обида, — Панси будто не услышала реплику парня, — Драко хотел с тобой дружить с пяти лет. Он говорил, что Нарцисса рассказывала о тебе, как о герое сказки. Но как-то его родители говорили о тебе и Лорде, тогда Драко и понял, что ты существуешь. Я была удивлена, когда находила у него в комнате письма тебе, он писал в них, что желает с тобой дружить и очень мечтает познакомиться с тобой. — Ты... Это шутка? — Похоже, что я шучу, Поттер?! — Со злостью ответила Панси, глубоко выдохнув дым через нос. — Ты был для него кумиром, он верил, что ты намного лучше, чем в сказках. Да куда лучше, блядь? А что сделал ты? Отверг его ради Уизли, даже не дав шанса. — Паркинсон... — Не перебивай меня, Поттер! Ты даже не захотел дать ему один чёртов шанс, слыша только своего дружка. И именно поэтому он стал твоим врагом, потому что терпеть равнодушие не желал! И ты виноват в том, что Драко не может сказать ни слова. Нечего было сдыхать на его глазах, идиот! — Да о чём... — А теперь ты его жалеешь? А ему не сдалась твоя блядская жалость. Он Драко Малфой. И он терпеть не может к себе жалость, особенно от тебя, от человека, на котором он помешался с четвертого курса! — Она спрыгнула с подоконника и толкнула Поттера, который либо прикидывался недоумком, либо был таким на самом деле. — Если кто-либо узнает о том, что я сказала, то обещаю, Поттер, я лично вырву твоё сердце. Гарри показалось, что Паркинсон в любой момент может достать палочку уже не ради того, чтобы прикурить сигарету. Но все равно не боялся, скорее всего из-за того, что был крайне удивлен, он никогда не видел, чтобы Паркинсон кого-то защищала с таким рвением. — Понял. Я не стану трепаться об этом, хоть и сам не все понял. — Я всегда знала, что ты идиот, Поттер, как помочь Драко? — Ты согласна? — Точно не ради тебя, дорогой, — она засмеялась, — а теперь выкладывай.