Одиночество? Не так уж и плохо

      Трактир встретил спустившегося седого мужчину привычным гудением под звуки какого-то неясного брынчания и странной песни о животных и цветах.       Он подошёл к грузному широкопречему трактирщику, разминая шею крепкой рукой.       - Доброго дня, Ведьмак. Останешься ещё на день?       - Нет, сегодня уйду.       - Отчего так? Давай хоть на пару дней ещё, отдохнуть не помешает.       - Спасибо, но поеду сегодня. Я уже надолго задержался.       - Ну хоть позавтракай на дорогу. За счёт трактира - ты хорошо услужил, спас наших людей от мучительной смерти и этого чудовища.       - Это моя работа, - слабо, но хмуро, улыбнулся Геральт, оглядывая трактир цепким взглядом.       - Ну, для нас ты, можно сказать, герой... Кто-то презрительно усмехнулся рядом, украдкой взглянув на беседующих, бросив в сторону: "Ну да, как же...монстр, убивающий монстров, да и только."       - Эй, поимей совесть, Чарльз! Он спас кучу наших, в том числе и твою сестру.       - Монстр останется монстром, как бы не пытался втереться в доверие делами сомнительно благочестивыми.       - А ну проваливай из трактира! - грубо зарычал бородатый мужчина, показывая на дверь.       Чарльз со злостью сплюнул им под ноги, поднявшись с места.       - Нарываешься? - раздражённо поинтересовался сквозь зубы Ведьмак, прищурив глаза.       - Да пошёл ты! - мерзко скривился тот у выхода.       Трактирщик тяжело вздохнул.       - Не обращай на него внимание... Чарльз придурок. Так думает только он, мы все тебе благодарны, а он просто боится и злится от своего бессилия.       - Хм-м... - хмуро отозвался Геральт.       - Что тебе принести? Есть жаренная свинина и куриный суп с лапшой...       - Свинину давай тогда...       Ведьмак присел за стойку и снова начал осматриваться, остановив свой взгляд на незнакомом музыканте.       - Держи.       - А это кто? - заинтересованно уточнил седовласый мужчина, махнув в сторону молодого человека, самозабвенно играющего на гитаре.       - Гарри, наш местный музыкальный талант. А что?       - А бард больше не играет?       - Нет.       - Опять в конюшне просиживает, что ли? - спросил Геральт скорее у себя, нежели у мужчины напротив.       - Так ушёл же...       - Ушёл? - поражённо переспросил Ведьмак, почувствовав, как что-то до странного тревожно зашевелились внутри.       - Вчера вечером ещё, - закивал бородатый трактирщик и удивился:       - А ты не знал? Я думал, вы вместе...ну, путешествуете.       - Да. Нет... Раньше путешествовали.       - А, вот как... Тогда понятно, почему он больше не поёт от твоих подвигах... Ну ладно, ты уж прости, но я работать пойду.       - Хм-м... - мужчина пригладил седые волосы, с каждым мгновением всё больше хмурясь и уходя в себя, поглощаемый хаотичными мыслями.       "Ушёл... Как ушёл? Куда ушёл? Ничего не сказал, не попрощался, как обычно..." - думал он, не понимая, что как обычно больше никогда уже не будет.

***

      - Спасибо за всё и до встречи, Ведьмак! Удачи в походах, - трактирщик крепко пожал твердую руку, пытаясь вложить всю благодарность от деревни в этот жест.       - Спасибо и вам за ночлег и вкусную еду, - Геральт не поскупился на приятные слова для людей, принявших его так радушно впервые за много лет и заплативших столь щедро.       - Это меньшее, что мы могли сделать для тебя... Надеюсь, ещё свидимся как-нибудь, заезжай, всегда будем рады! - борода зашевелилась, показав улыбку, приоткрывшую чуть жёлтые зубы.       На этих словах они разошлись в разные стороны: трактирщик во внутрь постоялого двора, Ведьмак верхом на Плотве по дороге из этой большой деревни.       На самом выезде его нагнала какая-то девушка, окликая:       - Ведьмак! Ведьмак, постойте!       Геральт спешился и вскоре совсем остановился, придерживая Плотву под узды. Он оглядел боюнетку, заключив, что девушка сильно устала, и предположил, что она, вероятно, тоже недавно болела. В руках у неё что-то было, и когда она подошла ближе, стало понятно, что это свёрток какой-то светлой ткани, скрывающий что-то внутри.       - Ох, как хорошо, что я Вас догнала, - девушка, тяжело дыша, протянула ему то, что было у неё в руках. - Это небольшие запасы, возьмите. Я положила всего понемногу: яиц, мяса, овощей, хлеба, бутылку молока и настойку по семейному рецепту. Возьмите в дорогу.       Наткнувшись на непонимающий взгляд, она уточнила:       - В благодарность за спасение и извинения за моего брата - я слышала, что он натворил. Простите его, пожалуйста.       Девушка всучила свёрток Ведьмаку в руки и, не дав даже слова вставить, быстро ушла, крикнув издалека "Удачи!" на прощание.       Когда она совсем скрылась из виду, Геральт, пребывая в лёгком недоумении, начал крепить скромное продовольствие к Плотве. Закончив, он вскочил на лошадь и отправился дальше.

***

      Ближе к позднему вечеру Ведьмак решил поискать местечко для ночлега. Он внимательно осматривался, пытаясь найти признаки близкой поляны, и вскоре деревья начали редеть, прерываясь густыми зарослями кустов.       "Уже рядом река, можно будет переночевать у воды. Как раз Плотва попасётся и попьёт," - подумал Геральт, ведя Плотву рядом и замечая, что дорога становится более крутой по направлению вниз.       Жар дня постепенно спадал, птицы всё реже щебетали, а сверчки ноборот - их цокот становился всё более громким и отчётливым. В воздухе пахло зеленью и влагой, медленно расползался сладкий, слегка дурманящий запах ночной фиалки.       Усталость от нескольких часов ходьбы давала о себе знать, поэтому когда мужчина вышел к воде, сначала присел немного отдохнуть и промочить горло. Как только губ коснулась влага, он понял, насколько сильную жажду на самом деле испытывал.       Переведя дух, Ведьмак распряг лошадь и пустил к воде, напоследок потрепав по лоснящейся шее, а сам начал скидывать одежду и обувь, собираясь окунуться ниже по течению. Приятная прохлада придавала немного сил и освежала, смывая прошедший день. Хорошенько промыв волосы, Геральт решил прополоскать нательную рубаху, поэтому пришлось выйти из реки.       На широких плечах под кожей перекатывались мышцы от небольших усилий, крупные капли воды скатывались по крепкой шрамированной спине до поджарых ягодиц, вновь сливаясь с течением.       Когда с омыванием и стиркой было покончено, а Ведьмак уже разжёг костёр, со стороны леса послышались какие-то звуки, заставив Плотву насторожиться, навострив уши. Из-за высоких кустов показалась тёмная макушка.       Какие бы мысли не бродили в голове Лютика, у судьбы, вероятно, были на этих двоих совсем другие планы.