Будь нежнее, Кацуки.

Очако возится на кухне, готовя всем завтрак, изредка посматривая на время. Остальные должны были встать через час, и она практически все успевала. Короткие волосы девушки были собраны в милый хвостик, а по бокам висели закруглившиеся пряди. Пребывая в одних шортах и футболке, шатенка продрогла из-за прохладного воздуха в помещении, а чтобы переключить кондиционер нужен пульт, но девушка не знала, где он. Поэтому пришлось мерзнуть. Урарака не любила дежурство, столько хлопот; приготовить завтрак, обед, ужин. Прибраться, вынести мусор. Конечно, ей помогала Мина, иногда и Джиро. Очень редко - Изуку. Последний же был занят на тренировках, и они пересекались только на уроках. Перемешивая соус в тарелке, она услышала как кто-то спустился и скрылся в ванной комнате, но она, не обратив на это внимание, продолжила готовить. В голове играла какая-то глупая песенка, и девушка сейчас была в приподнятом настроении, напевая эту самую песню под нос, она накрошила лук в сковородку и снова принялась за соус, не услышав чьих-то тяжелых шагов. Тут её резко прижимают к столешнице и дышат в затылок. Внутри все похолодело, и девушка вцепилась в тарелку, не решаясь повернуть головы. Кто это? Злодей? Грабитель? — Водный режим, — рычат ей на ухо, и Очако облегченно вздыхает. Это всего-то навсего Бакуго Кацуки. Да, именно он. Блондин. Рост 172. Цвет глаз светло-оранжевый, иногда отливает красным. Так, стоп. Откуда она это знает?! О, Кацуки был её самой главной головной болью, и если бы он об этом знал, то точно бы наворчал, а потом рассказал бы Киришиме и назвал бы Урараку «влюбленной индюшкой», хотя, она не знала наверняка. Пару дней назад шатенка сказала ему, что он ни капли не романтичный, и что он не умеет проявлять нежность по отношению к девушкам. На это блондин лишь цыкнул и ушел в свою комнату. А последующие три дня он всячески проявлял к Очако внимание. Даже помог донести её сумку до общежития, правда, потом наорал из-за того, что девушка врезалась в него в проходе и запачкала помадой рубашку. И Урараке пришлось её потом простирнуть, но даже сейчас было до сих пор стыдно. — Чего застыла, хомячка? — он рывком развернул её к себе, глядя прямо в глаза. — Ох, это ты Бакуго-кун, думала на меня напал какой-нибудь противный злодей, а оказалось, что всё в разы хуже! — съязвила она и, дотянувшись до бутылки воды на столе, сунула в руки парня и продолжила перемешивать соус, — сегодня за урок тебе два. — Че-е-е, ты вообще что ли охерела, круглолицая?! — он делает несколько больших глотков из бутылки, вытирает рот полотенцем, что висело на плече, и вновь подходит ближе, — та хрень не считалась, я начну заново. — Ну что ж, попро… — она визгнула и обхватила одной ногой пояс юноши, оказавшись на столешнице. В её руках снова была тарелка, которую она попросту не успела поставить, — т-ты чего? Я же вчера имела в виду завтрак в постель! — Хочешь завтрак в постель, дрыхни на кухне, кошелка, — Кацуки усмехается и целует девушку в левую щеку. Очако улыбается приятным ощущениям и не решается дотронуться до блондинистых прядей. А Бакуго меж тем продолжает; целует в лоб, в нос, не касаясь губ девушки. Его руки как можно нежнее скользят по спине шатенки, подбираются выше, распуская хвост и зарывая руки в мягкие волосы. Юноша целует шею, опускаясь ниже, оставляя после своих губ мокрую дорожку, и чуть прикусывает ключицу. — Мнфх… — девушка едва ли не выронила чашу и ногами обняла пояс Кацуки, притягивая к себе ближе. — Щекастая, руки не распускай, — он схватил её пятерню, что тянулась к лицу, и усмехнулся, — как я вижу, ты быстро сдалась, урок закончился? Резко отсоединившись, Кацуки выхватил тарелку с соусом из рук шатенки и, попробовав чуть, наморщился. — Сделай чуть поострее, — он поставил чашу на стол и пошел в зал, вытирая лицо полотенцем. — Идиот, — кричит ему вслед девушка, чувствуя, как быстро намокло её белье, и краснеет от этого ещё больше. — Я сейчас вернусь и надену тебе кастрюлю на уши, имей в виду, — донеслось в ответ, и Очако, разозлившись топает ногой. Какой же он всё-таки невыносимый! Бакуго Кацуки, как же! Самодовольный кретин. И в тоже время герой её снов и девичьих грез. Чтоб его! — Ну, мы ещё посмотрим, кто кому кастрюлю на уши наденет, — тихо шепчет она и по совету блондина добавляет перца в соус, — сам потом приползешь, — она улыбается и в голове назревает хитрый план, чтобы вывести того на чистую воду. Вперед, Уравити!