Кровный ритуал

Через три дня течка прошла, чему Гарри был бесконечно долго рад и тут же бросился навёрстывать упущенное. И по изрядно бесящей Тома традиции, начал с самого опасного — тренировок по квиддичу. Этот идиотский вид спорта Слизеринец терпеть не мог. От него никакого толку, он ничему полезному не обучает, лишь травмирует. А если каким-то чудом во время игры студент избежал травм — долгий полёт на метле приведет к ноющим мышцам в ногах. Но чем бы дитя не тешилось… Том не раз замечал, как счастлив Гарри, паря в воздухе. Он чувствовал свободу в небе, он сливался со своей метлой в единое целое. Вот она, главная причина, почему Том не запрещал летать, а лишь ворчал моментами. Или же мрачно глазел на довольного собой омегу. А вот их крёстный всегда приходил в неописуемый восторг, когда Гарри рассказывал о своих успехах в квиддиче. Признавая опасность, он всё равно поощрял риск, за что позже ощущал на себе пронзительное сверло от взгляда Тома.

***

Приведя себя в порядок, Гарри, довольный собой, выходил из раздевалки с метлой наперевес. И не смог обойтись без приключений. Сегодня в лице слизеринской команды, что преградила путь. Слишком быстро он пришёл в форму и, конечно же, мог испортить будущий матч. — Тренируемся, а, Поттер? — обратился к нему, не слишком вежливо, загонщик Слизерина — Фил Клейтон. — Нужно что-то или вы нарываетесь? — встречно спросил Гарри, берясь за палочку. Будет ему возможность, в случае чего, испробовать недавно изученное заклинание. — Всего лишь сообщить, — заговорил капитан команды, для которого парни расступились, и он подошёл ближе к омеге, наткнувшись грудью на выставленную палочку. — Занимай очередь. Игра через месяц, поле каждый день занимают в определённое время. Ты же вклинился без очереди. — Почему-то наличие очереди не мешало вам вклиниваться в любое время перед прошлым матчем, — напомнил Гарри. — М? Или я что-то пропустил, и вы-таки решили договориться полюбовно? — Не скалься, а то ведь в ответ получить можно, — предупредил капитан, Одис, терпеливо рассматривая хамоватого Гриффиндорца. — Мы всегда забиваем время одними из первых, в отличие от вашей команды, часто лезущей куда не просят. — Сказал человек, который своими внеплановыми смотрами новичков сорвал Гриффиндору четыре тренировки за полгода. — Да хватит с ним любезничать! — прорычал загонщик Дуглас, который мог одним толчком снести с дороги какого-нибудь худышку, если тому не повезло оказаться перед ним. В том числе и наглого Поттера-младшего. — Верно, Отис, ты слишком добродушен. Кинь в него какое-нибудь противное заклинание, чтоб не зарывался, — ехидно улыбнулся Майерс. — Вы верно забываете, чей он брат, — хмуро обратился к своей команде Отис и тут же устремил взгляд дальше парней. Стоило только упомянуть — и он тут как тут. — Вот уж точно, — обратился к Слизеринцам Том, отчего те вздрогнули и резко обернулись, все как один, — вы забываетесь, господа. Дергайте кого хотите, мне плевать, но моего брата оставьте в покое. — Кумовство в школе не приветствуется, — едва не прорычал Дуглас, совершенно не испытывая страх перед лучшим дуэлянтом Хогвартса. — Иди отсюда, пока рубашку в крови не попортил. — Совсем мозги отшибло? — недоверчиво прищурился Гарри. Дуглас и ответить дерзкому омеге не успел. Благодаря однокурснику, который взял его за шкирку и резко дернул назад. Угрозы для Тома оказалось достаточно, чтобы действовать. Слизеринцы зазнавались. Оставались ещё тупицы, которые не понимали, что против него идти — себе дороже. Гарри мог видеть, как вся команда будто деревенеет. Особенно Отис, который был поумнее и понимал, чем может обернуться «милая беседа». — Том, давай только без драки. Профессору Снейпу будет неудобно снимать очки с собственного факультета. — Вот придурок, — выругался непонятно на кого Дуглас, дёрнулся из руки Тома и толкнул его отработанным движением плеча. — Конечно, — показал одну из самых очаровательных улыбок, за которой умело скрывал гнев. — Поговорим в гостиной вечером. Особенно с тобой, Дуглас, — тише добавил конкретному однокурснику, послав мороз по коже. И прошёл мимо них, прямо к младшему брату. — Идём, Гарри. — И как ты сразу не навесил на него что-нибудь неприятное? — с усмешкой спросил Гарри, когда они вышли ко двору. — Отис был прав — показывать конфликты между своими за стенами гостиной — неприемлемо. Мы стоим выше этого. Но в родных стенах меня никто не остановит. Дуглас пожалеет о своих словах. «С удовольствием бы вырвал ему язык», — добавил мысленно Том, в красках представляя этот момент, эту боль и ужас в глазах чистокровного идиота, что лишился бы своего главного инструмента. — Только не перегибай палку. Членовредительство даже в родной гостиной не приветствуется, — чуть осадил Гарри, догадываясь, что Том в состоянии основательно попортить человеку жизнь. Порой он ловил себя на мысли, что ему повезло быть с Томом на одной стороне. И не просто на одной стороне — их связывала кровная связь. Гарри знал его, как никто другой, и он ясно понимал, что брата привлекают тёмные искусства. Что в гневе он опасен и может быть жесток. И это… пугало. — Неугомонным и тупицам неплохо преподать хороший урок. Я надеялся, что они поняли простую истину — не приближаться к тебе. Жаль, что я ошибся. — Ты же не можешь за них отвечать. К тому же, я бы не дал себя в обиду. Прошло то время, когда я цеплялся за тебя, прося защиты. — Я знаю, что ты не дал бы себя в обиду, но у них было численное преимущество, не говоря о том, что большая часть из них старше тебя. В прошлом к тебе не так дотошно лезли, как сейчас, когда ты подрос, — остановившись у входа в башню Гриффиндора, Том прильнул к стене. — Вперёд. Переодевайся и пойдём поужинаем. Я нашёл место, которое тебе понравится. Много времени переодевание не заняло. Омега выскочил быстро, не хотел заставлять брата ждать. Покушать с ним в перерывах от учебных будней — редкое удовольствие. Разные факультеты и разница в возрасте не позволяли им проводить много времени вместе. Однако, они миновали Большой зал, пробравшись на кухню к домовикам, которые сделали для них исключение и соорудили неплохой ужин. С небольшой корзинкой, в которую и положили блюда, они направились уже на восьмой этаж. Гарри сгорал от любопытства, что же за место подыскал Том. И какого было его удивление, когда они остановились у стены. Оглашать выводы омега не спешил. С Томом всегда следовало держать ухо востро. Он легко мог заставить предметы стать не теми, чем кажется. Поттер-младший, конечно, ожидал, что они пойдут к озеру и будут в умиротворении есть там, но нет. Старший прошёл три раза у стены, и вот тогда заиграла магия. Гарри с удивлением стал смотреть на то, как проявляется в стене большая темная дверь, а уже на ней красивые вырезанные узоры. — Мне всегда было интересно, можно ли исследовать школу вдоль и поперёк? — озадачился Гарри, когда стена оформилась в дверь. — Нет, — дал мгновенный ответ Том, пропуская брата вперёд. — Хогвартс — одна сплошная загадка. Его невозможно исследовать полностью. — Кстати о загадках. Где это мы? — спросил омега, оглядываясь по сторонам. Уютная обстановка навевала на мысли, что они попали в тайную гостиную. Большой камин, удобные мягкие диваны, кресла, пол устилали мягкие ковры, у стен стояли книжные шкафы, да и большие окна с красивыми занавесками радовали глаз. Красота и уют. — Мы в выручай-комнате. Слышал когда-нибудь о такой? — Да, но… я не думал, что она такая. Мне казалось, она другая. Омега больше знал её, как некий тайный склад, нежели место для встреч. Но вскоре улыбнулся сам себе. Они ведь в школе магии, в конце концов. В ней возможно все, что угодно. Даже небольшой чемодан может хранить в себе целый дом. — В этом и кроется особенность выручай-комнаты, — Том устроился на диване и поставил корзинку на появившейся небольшой столик. — Она может изменять свою форму. Все зависит от того, что ты хочешь увидеть. Я загадал уютную гостиную в тёплых тонах. — Интерьер со вкусом, — улыбнулся омега и с удовольствием устроился рядом с братом. — И что там у нас покушать? С тобой у меня аппетит разыгрался! — Открывай, смотри, — кивнул Том в сторону корзинки, тогда как сам откинулся на спинку дивана. Омега сразу же запустил руки в корзину и стал расставлять вкусности. Он не слишком любил готовить сам, но обожал сервировать стол, поэтому ломтики легли на тарелки фигурно. — Если и играть с едой, то только так, — хихикнул Гарри. — Да, сейчас скажешь «опять омежьи штучки». — Не скажу, — улыбнулся Том и решил разлить сок по стаканам. Гарри и не заметил, как он добавил пару капель сонного зелья. Слишком занят был едой.

***

Время пролетало незаметно. Беседа так и лилась рекой. И Гарри не столько ел, сколько разговаривал и слушал Тома. Они общались реже, чем хотелось, и лишь в такие моменты могли восполнить нехватку. — Блин, после плотного обеда так в сон клонит, — с протяжным зевком ответил омега и подсел к брату ещё ближе. Зелёные глаза начали соловеть. — Если ты не торопишься, можно я полежу у тебя на коленях? — Конечно, — сладко улыбнулся ему Том, хорошо скрывая ликование, и погладил по волосам, когда Гарри начал устраиваться поудобнее. — Можешь поспать немного, я разбужу тебя через часик. — Только не урони книгу мне на лицо, ладно? — попросил омежка, зная, что брат обязательно будет коротать время за книгой. Медленно, но верно, Гарри сомкнул глаза. Сопротивляться сну было невозможно. И уже не услышал, что ему ответил Том. Только чувствовал ласковые прикосновения к голове, которые так сильно обожал. Слабая доза сонного зелья будет действовать около часа, плюс-минус пару минут. Том ещё немного посидел, не двигаясь и лишь поглаживая омегу по волосам. А как только убедился, что тот полностью отключился, и никакая пушка не разбудит, осторожно поднял на руки и нормально уложил на диван. Если бы Гарри сам согласился провести ритуал, они могли обойтись без крови и оно не забрало бы много магических сил у проводящего. Но, что есть, то есть. Том долго готовился к этому моменту. Долго проводил время в запретной секции, пытаясь отыскать средство, что принесло бы полную защиту младшему брату, любителю искать приключения. И наконец нашёл способ. Никаких атрибутов для ритуала не требовалось, никаких точных вычислений, требования, когда можно, а когда нельзя проводить — так же отсутствовали. Требовалось лишь присутствие тех, кто хочет связать себя и правильно прочтенное заклинание на древне-греческом языке. Том потратил достаточно много времени, чтобы, в первую очередь, перевести текст, разбирая смысл едва ли не каждой строки, а затем точно научиться произносить. Неправильное произношение могло привести к чему-то весьма неприятному. В этом плане Том подвергал опасности не только себя, но и Гарри. Достав небольшой ритуальный нож, украденный из дома крёстного, Том присел перед спящим братом на корточки, сделал небольшой надрез на своей ладони, проведя точно по линии жизни, и, не обращая внимание на боль, взял омегу за руку. — Прости, Гарри. Ты не оставляешь мне выбора. И сделал точно такой же надрез на руке Гарри, после чего соединил их руки, сплетая пальцы. Первый шаг подошёл к концу — остался последний, самый ответственный. Том начал произносить заученные ритуальные слова, и из его тела понемногу начала выходить сила, идущая на проведение таинства. Без рывков и скачков, как отмечал Том, а это значило, что всё идёт как надо. Гарри же сильно вспотел, словно делил нагрузку вместе с ним. Крупные капли скатывались по лбу. Но как только последние строки были произнесены, их руки обвили золотые нити, которые вскоре ушли под кожу, будто впитались. А вместе с их исчезновением пришло облегчение. Расходование силы прекратилось, а надрез на их ладонях затянулся. Лишь оставшаяся полоска крови говорила о том, что они провели ритуал. Всё сделано. Теперь Том будет чувствовать своего брата, когда ему что-то угрожает, а значит, сможет предотвратить худшее, с чем его душа не справится. Защитить зеленоглазое чудо — его долг. Стирая кровь одним движением, он вернул брата обратно к себе на колени. На восстановление сил уйдёт несколько дней, но не страшно. Ради младшенького можно и потерпеть.