Reach for my fire

Акутагава сел в машину на пассажирское сидение рядом с Тачихарой, который был сегодня в роли водителя. Сзади устроились Гин со стариком Хироцу. Мафиози большую часть дороги ехали молча, лишь Гин изредка выступала в качестве штурмана и озвучивала новую информацию, если она появлялась. Черные Ящерицы преследовали Иори Фудзивару, который, судя по всему, держал путь в Токио. Сначала он был замечен с помощью видеокамер в придорожном кафе, затем на заправке, а потом им сообщили, что их жертва остановилась в первом же отеле на въезде в столицу. — Он что, совсем тупой? Тачихаре не следовало подмечать такой очевидный факт, как недалекость их преследуемой цели, ведь Акутагава и так сидел, как на иголках, все сильнее сомневаясь в правильности своего решения. Хотя ситуацию можно было рассмотреть с двух сторон. Во-первых, опираясь на результаты обыска его дома, парнишка был тем ещё трусом, — тут же сбежал, как почувствовал приближение Мафии. Плюс ко всему, им движет совершенно банальная цель — месть. Рюноске всем сердцем презирал слабость людей, ведь отстаивать свою силу и достоинство нужно в открытую, не стыдясь своего превосходства, если таковое есть. Самореализация и желание стать лучше — вот его верные спутники. Эспер фыркнул. Какое поразительное сходство. Акутагава ведь тоже шёл по головам, однако, лишних жертв старался избегать. А во-вторых… вопреки всем глупым стереотипам о блондинках, Хигучи была толковым ассистентом, с конструктивным и рациональным складом ума. И как бы он не хотел это признавать… с отменным чутьём, хотя уже сколько раз оно выходило ей боком, делало только хуже. Тем не менее, Акутагава отпустил её одну. Её неподчинение приказу уже не первичный случай. Так или иначе, они всегда на связи, она вооружена, да и кто ещё может быть запечатлён на камерах, если не сам Иори Фудзивара? Но приступ слепой паники не прекращался. Ему точно было бы сейчас спокойнее, будь Ичие рядом, прижавшись к нему и спрятавшись за его спиной. Глупая женщина! Акутагава не тот, кому нужно в очередной раз показывать свой характер, он и так знает о его существовании. Рюноске ворочался на своем сидении. Все ему не нравилось; Тачихара бросал грязные шутки и его, кажется, совсем не смущал факт присутствия девушки в автомобиле, Гин тихо подпевала себе под нос, а Хироцу всё курил и курил, не переставая. В салоне уже дышать было нечем, а откроешь все окна — сквозняк будет, простудишься. С Хигучи куда приятнее ездить и даже веселее, если можно так сказать. Она единственная умела подстраиваться под его настроение и говорила либо строго и по факту, либо мило улыбалась, рассказывая всякие истории, не имеющие никакого смысла. Но к журчанию голоса своей ассистентки он привык, а в одной машине с Ящерицами ему приходилось ездить крайне редко. Акутагава задумался: а правильно ли в данных обстоятельствах называть Хигучи его ассистентом или подчиненной? Безусловно, на работе она именно такую должность и занимала. Но, если бы его кто-то спросил, кем же она приходится ему, то что бы эспер ответил? Рюноске тонул в омуте заботы от Ичие. Эту девушку можно было сравнить с ирландской богиней Клиодной: такой же целомудренной, чтобы быть настолько верной, и такой же самоотверженной, чтобы любить настолько бескорыстно. Акутагава искренне жалел, что не замечал всю природную и внутреннюю красоту Хигучи раньше, но винил во всем судьбу, назначенную на определённое время, а не свое тугодумие. Только вот… как найти подход к этой женщине, прийти к взаимопониманию и перестать ругаться по пустякам? Мафиози подъехали к отелю, окружили здание и готовы были начать захват. Конец этой операции, длинною в три месяца, окажется невероятно скучным, если террорист не обладает способностью. Очередной шанс — одолеть врага в бою — сейчас бы очень кстати потешил самолюбие Молчаливого Пса (раз уж на любовном фронте всё плохо). Гин подкралась к администратору сзади, приставив кинжал к горлу, пока Мичидзо выведывал номер, в котором расположился Иори. Хироцу справился с охраной, а Акутагава со скучающим видом направился к лестнице, совершенно не опасаясь быть поверженным, ведь, по его мнению, за всё время работы в Мафии, он ещё не встречал противника, способного его одолеть. Больше эспера сейчас волновало, как там обстановка у Ичие? Он остановился на ступеньках между третьим и четвёртым этажом и, когда убедился, что его никто не слышит, нажал кнопку для связи на коммуникационной гарнитуре. — Хигучи, как у тебя дела? Но ответа не последовало, и Рюноске задался вопросом, а проходит ли сигнал? Он точно видел, как она надевала на себя устройство перед своим демонстративным уходом. Черт возьми, да они порой забывали отключаться, даже когда были уже дома, чего уж говорить об операциях. Девушка всегда сопровождала его через рацию либо дистанционно из порта, либо когда им просто приходилось ненадолго разделиться. Звонить было опасно, но, так как Акутагава сам находился под тылом врага, то Хигучи ничего не угрожает, верно? Но звонок спустя три гудка был сброшен, и волнение снова накатило на эспера и слегка выбило из колеи. Нужно скорее убедиться, что этот ублюдок-подрывник тут и максимум, что грозит Хигучи, так это арест за проникновение в государственное учреждение. — Чего столбом стоишь? — Гин и с Тачихарой пронеслись прямо перед его носом, ловко перепрыгивая через перила. — Да куда он денется? — Акутагаве удалось ненадолго вернуть свое самообладание, и он побежал за своими коллегами. По уже давно выученному наизусть сценарию, Мафия начала нападение. Девушка в маске спряталась за дверью, Акутагава приготовил Расемон, а Хироцу взломал дверь с помощью «увядшей камелии». Тачихара вошёл первым с пистолетом в вытянутой руке, и все четверо ждали бури, но… на кровати за ноутбуком вальяжно сидел парень в жёлтой толстовке на два размера больше него самого, а судя по потому, как его глаза вылезли из орбит — никакой атаки он не ждал. — Вы кто такие? — жертва жалобно завопила, пытаясь подобрать под себя что угодно, лишь бы укрыться. Один вид оружия его изрядно напугал. — Эй, Акутагава, — Тачихара поморщился, — не шибко-то он на него похож. Парень достал маленькое фото из кармана, пытаясь сравнить изображение на нем с человеком перед ними. Рюноске грубо выхватил маленький кусочек бумаги и убедился, что, кроме одежды, схожести действительно никакой не было, и парень рыкнул, стукнув кулаком об стену. Пока Хироцу допрашивал невиновного, в ходе чего узнал, что бедняге просто прилично заплатили и попросили уехать, а почему его ищут — не имеет понятия, Акутагава вышел на балкон и безуспешно пытался связаться с Хигучи. Недолго думая, он отдал указание Ящерицам ехать обратно в Йокогаму, в окружной суд.

***

Хигучи, согнувшись пополам, пролезала между столами в зале заседания суда. Попасть внутрь не составило труда, а вот остаться незамеченной сложнее. Всеми фибрами своей души она верила в свое предчувствие и оказалась права. Однако, никакого удовлетворение она сейчас не ощущала, только лишь страх и адреналин, разогнавшийся в крови. Тихо, по пятам она следовала за Фудзиварой, пока тот не скрылся в совещательной комнате с целым чемоданом взрывчатки. «Отлично. Значит, взрывы — не способность, » — с облегчением подумала Ичие, стараясь лишний раз не издавать звуков, чтобы её не обнаружили. И всё также, бесшумно и медленно, подобралась к двери так, что на обратном пути преступник стоял ровно виском к дулу пистолета. — Выбрось оружие, иначе тут сейчас же всё взлетит на воздух. Ты готова умереть? — Иори говорил сипло, но вкрадчиво, донося всю серьёзность своей угрозы, но Хигучи не шелохнулась. — Я-то готова умереть во благо и спокойствие этого города, а ты? — девушка держалась стойко ровно до того момента, пока не обнаружила пульт в его руках. Ичие не видела его лица за капюшоном жёлтой толстовки, но чувствовала его оскал. И она абсолютно точно не знала, что предпринять. — Я тебя знаю, — парень сверкнул глазами в её сторону, — ты мафиозная псина, которая нашла мою карту. Видел, как ты выходила из той постройки, схватившись за своего напарника. Тогда ты не была такой смелой. Хигучи сглотнула. В тот день девушку преследовали плохие воспоминания, а всякая уверенность будто и вовсе её покинула. Да и рядом с ней тогда находился Акутагава, за которым можно всегда спрятаться, а сейчас она совсем одна, и данный факт отнюдь не радовал. — Тёмная сторона города, имеющая влияние лишь благодаря деньгам и небольшому количеству одарённых, — продолжил он. — У вас нет совести и морали, презираете слабых и вечно ищите виновных. — Фудзивара будто читал заученный текст, смотря в пустоту, но в его голосе явно слышалась насмешка. Парень был выше Хигучи, а потому рука, в которой она держала пистолет, начала затекать. У неё не было ни малейшего желания слушать его байки, но лихорадочное мышление тоже не давало плодов. Оставалось тянуть время. — Но на самом деле, вы ничтожные и умеете наживаться лишь за счет других. Ичие чуть не рассмеялась ему в лицо, если бы не бушевавшее внутри неё смятение. Портовая Мафия — целая империя, состоящая из сильнейших людей; монополия, работающая исключительно в интересах этого города. Хигучи, как сотрудница такой организации, как никто другой знает, что влияние и уважение заслужено не только страхом перед эсперами, но и огромными усилиями людей, направленными на защиту и снабжение всего необходимого для Йокогамы. И какой-то сопляк будет перед ней рассуждать о морали? — Что ты хочешь доказать своей выходкой? — Что сумел добиться своей цели независимо от Мафии, — вы для меня не помеха. Даже ваш элитный спецотряд не смог отыскать меня раньше, ещё и купились на мой фокус с двойником. — В Токио поехал твой двойник? — до последнего Хигучи не имела ни малейшего представления о том, каким всё-таки чудом ей удалось выйти на настоящего преступника и кого тогда сейчас ловит Акутагава с Чёрными Ящерицами? Смутные догадки сменились отрезвляющей реальностью. Пока мысли вихрем крутились в голове, голос Рюноске пытался докричаться до мафиози через коммуникационную гарнитуру. Устройство противно вибрировало, но Ичие надеялась, что подрывник его не услышит. Фудзивара воспользовался временным замешательством девушки и, больно ударив её по руке, выхватил пистолет и направил его на Хигучи. Она чуть не рванула за ним, если бы её противник жестом не повторил свою угрозу, указывая взглядом на пульт. Ичие в знак поражения подняла руки. Она в западне.

Сделает лишний шаг и превратится в пепел, даст ему сделать задуманное — убить Юкио Мисиму, судью — провалит миссию, а враг сбежит.

Хигучи боковым зрением уловила в окне рассвет. Времени осталось немного. Для множества людей обычный рабочий день может оказаться последним. И виновник всему — человек, так нагло опозоривший Портовую Мафию, которому, казалось бы, все сейчас сойдёт с рук. И в самый неподходящий момент её мобильный громко зазвонил на весь зал заседания. — Медленно достань телефон и дай его мне. И без глупостей. Ичие сделала всё, как он сказал, едва уловив взглядом на дисплее «Акутагава». Затем, случилось нечто странное. Фудзивара прошептал: «Тьма на ладони», и из поле зрения исчез не только он, но и всё, что здесь находилось, погрузилось в кромешную темноту. Хигучи на секунду показалось, что ослепла, и она прикусила язык, пугаясь неизвестности. «Так вот, как ему удавалось оставаться незамеченным.» Девушка застыла, не зная, чего ей ожидать. Она слышала какие-то звуки, шевеления, а затем стало совсем глухо. И, опираясь на свои ощущения, она чувствовала, как её враг постепенно от неё отдаляется, и уже через пару минут, она была уверена, что вокруг неё никого нет. Когда тьма сменилась светом, Хигучи действительно осталась одна, запертая в зале суда. Мафиози безуспешно дергала ручку двери, с силой билась плечом в попытке открыть её, и стукнула по ней пару раз ногой — бесполезно. В окно заглядывало солнце, на часах семь утра. Во сколько приходят на работу органы власти? В восемь? Ичие вернулась к совещательной комнате и оттуда проводила взглядом выступающие из-под плинтуса, едва заметные белые провода, почти прозрачные. «Ну не зубами же их перегрызать!» У Хигучи сейчас не было с собой ни оружия, ни телефона… Но была связь с Акутагавой! Благо, Фудзивара не стал её обыскивать, а гарнитуру прикрывали волосы. Адреналиновая буря постепенно угасала, сменяясь обычной паникой, которая граничила с неизбежностью. Девушка снова прильнула к двери, пытаясь уловить за ней хоть какие-нибудь звуки, и когда убедилась, что за ней никого нет, нажала на кнопку связи на наушнике. — Акутагава-семпай? — голос звучал почти жалобно из-за собственной беспомощности. Какая же она дура. Ответ сразу же раздался в динамике: — Хигучи, где ты? — она на секунду выдохнула; он за неё волновался. Ичие принялась кратко, в порыве вдохновения рассказывать все, что с ней случилось. — Он где-то неподалёку, можно отследить по проводам. Но я здесь заперта, а осталось не больше часа. — Я уже еду. Буду быстрее. — Я без тебя не справлюсь, — прошептала она, когда красная кнопка на гарнитуре уже погасла, и Акутагава её не услышал. Девушка и сама не знала, зачем в очередной раз призналась в своем поражении перед ним. Но сейчас это было совсем неважно, кто из них оказался прав, а кто виноват… Всё-таки, они были не просто знакомые или люди, давно работающие вместе, а командой. Или может даже… парой? Она отчётливо слышала в голосе Акутагавы беспокойство, и была уверена, что он успеет. Всегда успевал. Хигучи помотала головой, пытаясь сосредоточиться на главном: есть зал суда, есть бомба и есть она, находящаяся ко всему этому опасно близко. Нужно придумать способ выбраться отсюда и как можно скорее. Мафиози пыталась вскрыть замок всеми подручными средства, что находила здесь и швыряла в дверь всеми тяжестями, что видела. Такая простая деревянная рухлядь, но женское тело Ичие не способно с ней справиться. И ни одного острого предмета! «Ну почему у меня нет Расемона?» — вслух взвыла она. Хигучи со всей силы кинула стул в окно, которое тут же разбилось. Ну, хоть что-то. Девушка вынырнула головой на улицу, оценила в высоту в четвёртый этаж и потеряла всю веру в себя. Разбиться или взлететь на воздух? Какая уже разница… Но инстинкты самосохранения в ней всё же присутствовали, а потому первый вариант имел больше шансов на успех. Дрожащими ногами Ичие шагнула на карниз, держась за раму руками, а чтобы встать в полный рост, она боролась со своим страхом минут так пять, не меньше. На улице сегодня как ни кстати было очень ветрено, будто всё настроено против нее. Хигучи не боялась глубины, темноты и фильмы ужасов смотрела с каменным выражения лица, а вот высоты боялась очень, просто шифровалась неплохо. Она так злилась на себя, что готова была ухватиться за волосы, только вот руки заняты. Мафиози зажмурила ненадолго глаза, а затем заставила себя оглядеться по сторонам. От высоты кружилась голова, но справа в паре метров от неё она заметила пожарную лестницу. На самом деле, карниз был довольно широким, и если держать равновесие, то по нему спокойно можно даже пробежаться. Но Хигучи не могла. На полусогнутых в коленях ногах, прижавшись всем телом к бетону, она медленно ползла в сторону своего спасения. Гарнитура снова завибрировала, и та еле нашла в себе силы, чтобы нажать на кнопку связи, затвердевшей от ужаса рукой. — Я у центрального входа, ты выбралась? Ичие на секунду остолбенела. Сейчас Акутагава увидит, что она, как последняя дурочка, застыла на карнизе и не может даже пошевелиться. Вот она — элита Мафии. Но присутствие её семпая, как вызов, приободрило Хигучи, и она одним рывком переместилась на лестницу, крепко сжав руками ржавое железо. — Я с обратной стороны здания. Снаружи. Сухо и по делу, как и все их реплики во время операций. Только вот… именно сейчас она как никогда жаждала уйти из порта, чтобы холодный ветер больше никогда не бил так сильно по ушам, когда она имела смелость играть со смертью. Уже более спокойно и с размеренным дыханием, Хигучи одним ритмом спускалась по лестнице, глядя перед собой, пока в какой-то момент её нога не оборвалась в воздухе. Она опустила взгляд вниз и поняла, что до земли ещё почти два этажа. — Прыгай, — Акутагава крикнул, оповещая о своем присутствии. Ичие посмотрела на эспера сквозь пелену страха и кровь застыла в жилах. Он собрался её ловить? Серьезно? Черные волосы развевались на ветру и всем своим выжидающим видом Рюноске давал понять, что нечего тут возиться, ведь дело не ждет! Но одна ступенька, за которую держалась Хигучи надломилась в силу вечности своего существования, и девушка еле-еле, с криком, успела ухватиться за другую. — Я боюсь! Акутагава закатил глаза, но времени её уговаривать не было. Парень активировал способность, и Расемон стал окончанием лестницы вплоть до земли, а одна из лент обхватила Хигучи за талию в качестве поддержки. Когда Ичие стала аккуратно спускаться, опираясь на чёрную материю, ненароком ощутила что-то интимное, личное. Они не были острыми или смертоносными. Ей вдруг стало интересно: а чувствует ли Рюноске её прикосновения и вес тела через Расемон? Девушка выдохнула, как только её ноги коснулись земли и, не сдержавшись, на эмоциях, она кинулась к своему спасителю, по пути споткнувшись, но оперевшись руками о его плечи. Акутагава поддержал её за локти, помогая ей принять более устойчивое положение. Глаза у Хигучи блестели, она была счастлива увидеть Рюноске и быть спасённой им в очередной раз, но тут её одолело смятение, а затем и ясность происходящего вернулась, и она вскрикнула: — Там бомба! Нужно срочно оборвать провода, но я не проделаю такой трюк снова! — Ичие указала на лестницу. — Гин и Тачихара уже внутри, мы с Хироцу пойдем искать этого идиота, а ты иди в машину.  — Что? Нет! — горячо возразила Хигучи вопреки приказу. — Я пойду с вами! Акутагава устало посмотрел на неё сверху вниз, примерно представляя какой стресс пережила его ассистентка, учитывая, что они оба не спали уже больше суток. Спорить с ней не было никакого желания, она все равно его не послушает. Эспер кивнул, протянув ей свой пистолет, которым никогда не пользовался, но всегда носил с собой. Мафиози подобрались к черному входу, Хигучи прострелила замок, и оба вошли внутрь. Идти приходилось почти на ощупь из-за слабого освещения. — Я думаю, ему нужен короткий пусть отступления, поэтому он где-то неподалеку от выхода, — сказала тихо девушка, по пути заглядывая в каждую комнату. Акутагава проделывал тоже самое, но очень скоро его нервы сдали. Эспер стал создавать что-то наподобие сетей из своей способности, чтобы в буквальном смысле поймать жертву на крючок. В такой темноте у них попросту не оставалось других вариантов. Казалось, время застыло, хотя и истекало очень быстро, каждой минуте был свой счет. Пока Акутагава и Хигучи вмиг не отреагировали на шорох неподалеку от них. Может, Фудзивара и управлял тьмой, но справиться с их слухом был не в силах. — Быстрее! Бежим за ним! — Рюноске схватил девушку за запястье, чтобы не потерять, и рванул в угол, из которого доносились звуки. Акутагава остановился из-за того, что Хигучи выдернула руку, причем не самостоятельно — кто-то забрал её у него. Свет вернулся, и когда эспер обернулся, увидел перед собой Фудзивару, который заломил левую руку Ичие за спину, а сам локтем сдавливал ей горло, не давая пошевелиться и приставив её же пистолет, забранный ранее, к виску. — Неприятные ощущения, да? — прошептал Иори прямо в ухо Хигучи, коснувшись его своими обветренными губами. Акутагава чуть не скривился от отвращения и осознания того, что кто-то смеет прикасаться к Ичие и прислоняться к ней всем телом сзади, кроме него, но сдержался из-за неуместности своих ощущений в данной ситуации. Его Хигучи буквально взяли в заложники и кто знает, что выкинет этот парень, если он активирует Расемон? Успеет ли среагировать и выстрелить? В груди болезненно сжалось. Последний раз его так бросало в холодный пот на Моби дике, когда оставалось несколько секунд до падения, а они с Тигром едва успели нажать на пульт. Как и сейчас, прикидывать, что делать дальше, у Акутагавы попросту не оставалось времени, но все мысли тут же развеялись, как только он услышал выстрел. Девушка среагировала быстрее их двоих и прострелила захватчику колено, вторая-то рука оставалась свободной. Рюноске тут же вспомнил сцену, когда сам также схватил Хигучи во время операции в заброшенном доме, обвиняя её в том, что ей «повезло» родиться женщиной. Фудзивара застонал, ослабив хватку, и мафиози ловко вынырнула из его цепких рук. Когда она захотела выстрелить снова, курок глухо щёлкнул. Неудивительно, ведь Акутагава не был похож на человека, который постоянно проверял магазин своего пистолета. Расемон перерезал горло врагу, тот упал на пол, а в его спину был воткнут кинжал. В проходе за всеми ними стояла Гин — она напала на Иори одновременно со своим братом. — Наконец-то… — на одном дыхании заключила Хигучи, закинув голову наверх.

***

Ичие вернулась домой только в одиннадцатом часу вечера из-за того, что пришлось весь день провести в Порту. Мори поздравлял Черных Ящериц с успехом выполненной миссии, разрешил составить отчет позже и закатил кутёж в честь этого. Мафия опередила в поимке подрывника ВДА и Ищеек, а потому для Хигучи у него нашлись отдельные слова. У девушки даже не было сил постирать грязную одежду, чего уж говорить о готовке. Благо, сестра позаботилась о ней, сходив заранее в магазин. Ичие сидела на кухне, пила уже остывший чай и залипала в телефон, в различных соцсетях. К своему удивлению, она обнаружила сообщение от Акутагавы, вызвавшее у неё широкую улыбку, но пришло оно ещё час назад, а уведомления почему-то не было.

Akutagawa: Ты добралась до дома?

Хигучи встала из-за стола и отнесла пустую кружку в раковину, на ходу набирая ответ:

Ichiyō: Да, всё в порядке. Просто очень хочется спать. Мори говорил ещё что-нибудь важное?

Она знала, что Рюноске немного задержался в Мафии, так как Огай хотел с ним поговорить. Ожидая новое сообщение, Ичие открыла кран с водой, машинально полоща кружку, но взгляд её был направлен исключительно на телефон.

Akutagawa: Мори выписал нам премию, но я выбрал отпуск.

«Он даже не спросил, не против ли я… — подумала Хигучи. — А ведь премия там явно внушительная!»

Akutagawa: Совместный…

Второе сообщение было настолько ошеломительным, что у неё отпала нижняя челюсть. От такой неожиданности Хигучи подскочила на месте, словно от удара током, и выронила свое мобильное устройство прямо в раковину, под воду. Телефон не включался, но она с большой надеждой положила его в мешок с рисом, так как эта крупа имеет свойство впитывать воду, и пошла в комнату сестры, выпросить мобильный у неё, чтобы позвонить. Теребя телефон Арису в розовом чехле, Ичие пыталась набраться смелости. Номер Акутагавы она знала наизусть, но от волнительного трепета сводило желудок и немного кружилась голова. Помедлив ещё пару минут, он всё же решилась. — Да, — грубо ответил Акутагава почти сразу же, настроения у него явно не было, и от его тона девушка запнулась ещё сильнее. — Это я, Хигучи, — промямлила она. — А-а. Откуда ты звонишь? — Рюноске сразу смягчился, и Хигучи расслабилась. — Это номер моей сестры. Кажется, мне нужен новый телефон, — печально отозвалась она, явно преувеличивая своё разочарование. — Понятно, — Акутагава замолчал на какое-то время, и Ичие чудным образом почувствовала его волнение. — Так… ты хочешь куда-нибудь уехать… — он говорил непривычно тихо, и ей пришлось прильнуть ухом к телефону сильнее, чтобы его расслышать, — со мной? — Конечно! — Тогда подумай, куда именно. Но у нас будет несколько дней, надолго нас не отпустят. Ещё бы Мори был так щедр! Улыбка не сходила с лица Хигучи, а её саму заполнил внезапный прилив сил. Чтобы Акутагава согласился с ней ехать, да ещё и предложил сам… да это просто волшебство какое-то! Долго думать не пришлось, и она намекнула сразу: — Ну… ты добрался до Токио, а я нет. Этот город вроде так близко, но я ни разу там не была. Думаю, там есть, на что посмотреть и чем заняться, — она ненадолго замолчала, услышав, как Рюноске закашлялся. Девушка заерзала, переживая, как отреагирует эспер. Кажется, он ожидал чего угодно, но только не поездки в соседний город. Но чего именно? Снять дом у моря? Уехать за границу? Или вообще надеялся на её отказ? Что конкретно его так смутило? — Эм… что-то не так? — Нет. Всё нормально. Токио — так Токио. В конце концов, это твоя заслуга. — Акутагава как почувствовал, что Хигучи начнет возражать и отрицать свою одиночную победу, убеждая его в совместном успехе, потому сразу перебил: — Как мне с тобой связаться завтра? На этот номер можно звонить? — Сестра с утра уйдет в школу… — Хорошо. В таком случае я заеду за тобой где-то в десять. — Отлично! — воскликнула радостно Хигучи, уже начиная терзаться от волнения и предвкушения. Этот разговор доставлял ей немало неловкости, тем более, когда Рюноске затих, думая, что сказать дальше. — Тогда… спокойной ночи? — Спокойной ночи, — тепло улыбнулась она, накручивая прядь волос на палец. Радостно подпрыгнув на месте, Ичие завершила вызов и, пританцовывая, пошла в свою комнату. Ночь и вправду впервые за долгое время будет спокойной… Хигучи растворилась в кровати, и приподняв руку наверх так, что свет от люстры протекал сквозь расстояние между пальцами, она была преисполнена счастьем от осознания того, что, наконец-то, сумела дотянуться*…