Спелое яблоко

27 апреля, 2000

      Пробуждение от громкого хлопка аппарации на первом этаже получилось почти болезненным. Гарри дёрнулся и распахнул глаза, всё ещё не понимая, где он и почему всё, на что натыкался взгляд, подёрнуто мутной пеленой.       — Подъём, Поттер! Ненавижу пить кофе в одиночестве. Приглушённый голос Малфоя из гостиной немного отрезвил. Гарри протянул руку, нашарил на тумбочке очки и, нацепив их, посмотрел на часы. Восемь утра. Малфой просто изверг.       Поттер откинулся на подушку, прислушиваясь к щебету птиц за открытым окном. Незнакомая ведьма звонко щёлкала каблучками по асфальту, видимо, спеша на работу. Звуки раннего утра вкупе с рассветной влажной прохладой в комнате только нагоняли сонливость. Спать хотелось неимоверно, но если Драко уже пришёл, рассчитывать на то, что удастся провести ещё хотя бы пять минут в кровати, не приходилось. Этот не даст поспать ни за какие галеоны. Злиться на себя за разрешение Малфою аппарировать в дом в любое время теперь было бестолку, поэтому Гарри тяжело поднялся с постели и побрёл к ванной, на ходу призывая джинсы и футболку. Впереди был длинный день, опять весь в поисках места для церемонии, и Поттер не без удивления осознал, что он такому раскладу даже рад.

***

22 апреля, 2000

      — Мистер Поттер, — красивая блондинка (лицо почему-то показалось Гарри знакомым) привстала из-за стола. — Мистер Малфой ждёт вас, проходите.       Офис Малфоя выглядел совершенно не так, каким Гарри его себе представлял. Во всяком случае, имя Драко никак не вязалось с просторным светлым кабинетом, залитым солнцем, огромными окнами и букетом сирени в высокой хрустальной вазе на столе. Невольно вспоминая гостиную Слизерина, Поттер скорее ожидал увидеть задрапированные зелёным шёлком стены и массивную антикварную мебель из чёрного дерева.       — Садись, — Малфой указал на кресло перед своим столом. — Хочешь выпить чего-нибудь?       — Нет, спасибо, — Гарри сел, удивлённый тем, что Драко не начал разговор с колкостей, как обычно. Действительно повзрослел. Или же профессиональная этика не позволяет.       — Поздно. Я уже попросил Асторию принести нам чай, — проговорил Малфой и, наконец, посмотрел на Поттера. — Как Уизлетта? Я думал, её удар хватит от того, как ты вчера ушёл.       — С ней всё отлично, спасибо, что спросил, — немного напрягшись, ответил Гарри. Обсуждать ссору с Джинни не хотелось в принципе, и уж тем более не улыбалось делать это с Малфоем.       Дверь открылась, и в комнату вошла девушка с двумя чашками чая. Поттер ещё раз взглянул на неё и на этот раз вспомнил: Астория Гринграсс была однокурсницей Джинни, только училась на Слизерине. Похоже, Малфой решил обеспечить работой весь свой драгоценный факультет. Представив заносчивого когда-то Теодора Нотта моющим полы в приёмной Малфоя, Гарри не удержался и хихикнул.       — Я сказал что-то смешное, Поттер? — ощетинился Драко.       — Нет-нет, что ты. Считай, это нервное, — попытался заверить его Гарри. Малфой окинул его недовольным взглядом и, посчитав, видимо, тему несостоятельной, перешёл к делу:       — Значит так, Поттер, — начал он, — времени у нас в обрез. Я впервые вижу, чтобы к организатору обращались за месяц до свадьбы. Вы бы ещё за неделю пришли, ей Мерлин.       — Боишься, что не справишься? — Гарри ухмыльнулся.       — И не мечтай. Просто нам с тобой придётся видеться чаще, — медовым голосом пропел Драко, и усмехаться Гарри мгновенно расхотелось. — Начнём с того, что выберем место для церемонии. Объясни, чего примерно ты ждёшь, и сегодня я подберу несколько вариантов. С завтрашнего дня буду устраивать тебе экскурсии непосредственно по выбранным местам. Идёт?       — Зачем ты спрашиваешь? Мне всё равно не отвязаться, — мрачно проговорил Гарри, пальцем обводя гладкий край бокала с чаем.       — Женишься ты, Поттер, а не я, — Драко раздражённо фыркнул. — Организатор предложит тебе кучу подходящих мест, десятки вариантов меню, выберет самые подходящие цветы и музыку, найдёт лучших портных, позаботится о том, чтобы все приглашения пришли вовремя и, в конце концов, обеспечит идеальную церемонию. Но выбирать за тебя не будет никто.       — Ладно, Малфой, что ты завёлся? Не цепляйся к словам, ради Мерлина. Я сделаю так, как ты скажешь, ведь ты у нас профессионал, — последнее слово Гарри выделил голосом, в саркастичной манере растягивая гласные, подражая самому Малфою.       — Послушай, Поттер, что не так? — утреннее раздражение из голоса Драко никуда не исчезло, но к нему вдруг прибавилось любопытство. — Говоришь о свадьбе с таким убийственным выражением на лице, словно тебя ожидает, по меньшей мере, гильотина. Но тебя ведь никто силком не тянул под венец, верно?       — При чём здесь силки? — Гарри резко побледнел. В Малфое прибавилось проницательности за три года. — Я, чёрт возьми, не вижу ничего странного в том, что не горю желанием заниматься женскими делами! Ладно, ты выбрал эту работу, значит, видимо, нашёл в ней что-то привлекательное. И Мерлин с тобой, делай своё дело       — Считаешь, я в восторге от своей работы? — мгновенно взъелся Драко. — Ошибаешься, Поттер! Если бы не отец, хрен бы я маялся этой дурью!       — Отец? Тебя заставил отец? — Гарри мигом забыл о неприятной для себя теме, к которой почти вплотную подошёл разговор. Предчувствие, что Малфой всё-таки был втянут во что-то против воли, которое появилось вчера в кафе, снова дало о себе знать сейчас, уже с большим напором.       — Забудь, Поттер, — Драко откинулся в кресле, прекрасно понимая, что наболтал лишнего. Красноречивое молчание Поттера только лишний раз убедило Малфоя в том, что ослиное гриффиндорское упрямство не позволит ему спокойно жить даже сейчас, когда прошло достаточно много времени после окончания Хогвартса. Разумеется, Гарри не собирался ничего забывать, и Драко уже сейчас видел, как в его глазах заиграл огонёк интереса. Тот самый огонёк — верный признак того, что Поттера скоро потянет на геройства.       Малфой на секунду прикрыл глаза, вздохнул и уже ровным голосом заговорил снова, переводя разговор в менее опасное русло:       — Знаешь, думаю, будет лучше, если ты откроешь свой дом, чтобы я мог свободно аппарировать туда. Мало ли, когда и зачем ты мне понадобишься.

***

27 апреля, 2000

      Кухня встретила Поттера запахом свежего кофе и Малфоем, который, стоя к Гарри спиной, вручную поднимал оконную раму. Почему-то, при виде этой картины у Гарри возникла странная мысль о том, что именно таким должно быть идеальное утро. С терпким запахом непременно горького, без сахара и сливок, кофе, с зябким сквозняком из открытого окна. Уже задним умом Гарри додумал, что Малфой в своей серой рубашке с закатанными до локтя рукавами вписывается в это самое идеальное утро Гарри Поттера едва ли не лучше, чем сам Поттер.       — Малфой, у меня самые обычные рамы на окнах. Они не сломают тебе пальцы, если ты попробуешь открыть их с помощью волшебной палочки.       — Если ты не умеешь язвить в принципе, то тем более не делай этого по утрам до первой чашки кофе. Потому что всё, что выдаёт твой всё ещё спящий мозг, звучит куда более жалко, чем обычно, — Драко, лишь мельком взглянув на Поттера, отошёл к столу и сел за него. — Три года жизни бок о бок с магглами надрессируют кого угодно не хвататься за палочку, когда надо и не надо.       — Ты что, и кофе вручную варил? — Гарри неверяще уставился на Малфоя.       — Варил не я, а кофеварка, — Драко пожал плечами и невозмутимо продолжил: — Ты ещё долго стоять собираешься?       — А с каких пор это преступление? — недовольно буркнул Гарри, садясь напротив Малфоя и гадая, какая сила заставила этого неисправимого сноба и мизантропа столько времени прожить рядом с магглами. — Accio кофе.       Стеклянный кофейник подлетел к нему, и Гарри наполнил чашку, услужливо пододвинутую к нему Малфоем.       — Поэтому о тебе не было слышно все эти годы, да? — Поттер огляделся в поисках утреннего номера «Ежедневного Пророка», который каждый день доставляла белая полярная сова. Искомый предмет обнаружился на другом конце стола, прямо под малфоевским локтем.       — Обо мне не было слышно, потому что я сам этого не хотел.       — Мутная у тебя история, Малфой. Сначала прячешься в магловском мире…       — И вовсе я не прятался, не нужно додумывать! — огрызнулся Драко.       — Не суть, — отмахнулся Гарри. — Потом вдруг возвращаешься обратно, да ещё и с такой, прямо скажем, странной работой. Почему?       — Семейные обстоятельства, — сухо ответил Драко, прекрасно понимая, что этот ответ Поттера не удовлетворит.       Гарри усмехнулся и, потянувшись за газетой, проговорил:       — У Люциуса прекрасный талант отравлять жизни всем, включая свою семью.       — Стоп! — Поттер вздрогнул, когда Малфой вдруг со всей дури хлопнул по столу ладонью, прижимая номер «Пророка». — Во-первых, «семейные обстоятельства» — не то же самое, что и «семейные проблемы».       — Да уж, конечно, — Гарри закатил глаза, на что Драко ответил хмурым взглядом и закончил:       — А во-вторых, забудь про газету, у нас нет на это времени. Порт-ключ настроен на девять утра.       — Порт-ключ? — Поттер удивлённо моргнул. — Куда?       Драко довольно улыбнулся. Раздражение в считанные секунды покинуло его, оставляя место только бесконечному довольству собой. Гарри привык к тому, что в школе такое выражение на лице Малфоя означало скорые неприятности на его, Гарри, голову. Сейчас оставалось уповать на то, что они уже давно не в школе.       — Я нашёл идеальное место для церемонии. Всё, как ты и хотел: нелюдимое, невычурное, никаких претенциозных соборов и искусственных садов со скульптурами. Вместо них только море, маяк и ещё раз море.       — И что за место?       Драко весело прищёлкнул языком и выдал:       — Салазарова Бухта.

***

      — Малфой, это что, шутка?       Драко тяжело вздохнул и закатил глаза: разумеется, ожидать от Поттера чего-то другого было глупостью с его стороны.       — Пока ты не начал: можешь опустить всё, что хочешь сказать обо мне, моём факультете и его основателе. Не думаю, что узнаю что-то новое.       — Спасибо, ты облегчил мне задачу, — Гарри недружелюбно улыбнулся. — В таком случае, сразу к делу: мой ответ — нет. Это место нам не подходит.       Поттер быстро поднялся со своего стула и демонстративно вышел из кухни, давая понять, что разговор окончен.       Драко бросил взгляд на часы: время поджимало, до девяти оставалось не больше пяти минут. Совсем мало, чтобы уговорить Поттера, но, к счастью, вполне достаточно, чтобы его заставить. Малфой поспешно допил свой кофе и, отлевитировав чашку в раковину, вылетел в прихожую вслед за Гарри.       — И как тебе только наглости хватало семь лет упрекать меня в предвзятости? — спросил Драко, плечом прислоняясь к стене и наблюдая за Поттером.       — Тебе же хватило предложить мне такое! — Гарри зло сдёрнул с вешалки чёрную кожаную куртку и накинул её на плечи. Его лицо раскраснелось, а движения стали такими нетерпеливыми, что Драко с трудом мог узнать в Поттере идеал будущего аврора, который так ясно видел в нём всего три дня назад.       Сейчас Гарри больше походил на знакомого заносчивого гриффиндорского мальчишку, живо напоминая Драко о школьных стычках. Воспоминания скорее приятные, чем нет. Конечно, спроси Малфоя кто-нибудь, то услышал бы в ответ, что тот предпочёл бы посиделки в общей гостиной перед камином, совместные походы в библиотеку, одну парту на двоих и соседние места за столом в Большом зале. Однако, никто не спрашивал, да и прошлое, увы, не изменить.       — Подумать только! За семь лет учёбы гриффиндорцам наскучил Годрик, и они решили сыграть свадьбу на исторической родине Слизерина! — между тем продолжал Гарри. — Ты бы мне ещё террариум предложил, ей богу.       — Можно подумать, в клетке со львами ты бы чувствовал себя уютнее, — отозвался Драко, и был награждён яростным взглядом Гарри. — Далеко собрался?       — Тебя это ни в коей мере не касается, — бросил Поттер и направился к входной двери.       Не то что бы ему особо хотелось покидать уютный дом с тёплой постелью и горячим кофе на кухне, но отвязаться от дотошного в работе Малфоя по-другому едва бы удалось.       Гарри привычным движением проверил, в кармане ли волшебная палочка, а свободной рукой уже открывал дверь, когда почувствовал неожиданный и от этого вдвойне болезненный удар в спину. Драко с удивительной силой впечатал Поттера в тут же захлопнувшуюся дверь, больно заехав острым плечом ровно меж его лопаток. Опешившему от наглости Хорька Гарри удалось прийти в себя только спустя пару секунд, но и этой ничтожной заминки Малфою хватило, чтобы полностью лишить Поттера возможности двигаться.       — Совсем сдурел, Малфой?! — прошипел Гарри, чувствуя, как в спину продолжает упираться плечо, а между ног вклинивается чужое колено. — Отпусти сейчас же!       — Ты меня сам вынудил, — над ухом прорычал Драко, и Гарри ощутил, как холодные пальцы силой разжимают его ладонь и впихивают в неё крупную твёрдую монетку. Прежде чем порт-ключ успел сработать, а земля уйти из-под ног, Поттер вдохнул старательно забытый аромат моря, лаванды и сигаретного дыма.

***

      Их выбросило прямо на жёсткое дощатое покрытие, и только горьковатый запах морской соли и сырого песка дал Гарри понять, что порт-ключ перенёс обоих на побережье. Поттеру с трудом удалось приподнять голову, чтобы осмотреться: взгляд наткнулся на пару старых покрытых брезентом лодок, которые лениво покачивались на волнах. Больше Гарри ничего разглядеть не успел, потому что глаза сами захлопнулись от резкой боли в спине — Драко, всё это время лежавший на нём, пришёл в себя и пошевелился, удачно заехав Поттеру локтем прямо в бок.       — Малфой, чтоб тебя, — простонал Гарри, утыкаясь лбом в сухое холодное дерево под собой. — Слезь.       — Вот это да! — присвистнул кто-то над их головами. — Порт-ключ застал вас в неподходящий момент?       — Блейз, не начинай, ради Мерлина, — рыкнул Драко, на что Забини громко усмехнулся.       — О Боже, Гарри! — этот голос Поттер узнал сразу. И тут же пожелал провалиться под землю, желательно, вместе с Малфоем. — Что случилось? Почему вы в таком виде? — возмущённо продолжала Гермиона, а Гарри почувствовал, как Драко наконец-то приподнялся, и дышать стало на порядок легче.       — Поттер, ты как? — шёпот Малфоя неизвестно почему пробрал до костей, и только сейчас Гарри осознал, что знакомая смесь запахов лаванды и сигарет никуда не делась, а продолжает окутывать его, словно тугой кокон. — Живой?       — Да, — просипел Поттер, открывая глаза и утыкаясь взглядом в ладонь Драко.       Когда Малфой, наконец, поднялся, давая Гарри возможность чувствовать что-то ещё, кроме тяжести своего тела и тёплого дыхания на затылке, Поттер в полной мере ощутил суровую, как раз в духе Слизерина, природу этого места: холод пробирал до костей, забираясь под куртку, ткань свитера и рубашку. Гарри оставалось только благодарить Мерлина за то, что ему хватило ума одеться потеплее.       — Мерлин, вы как дети! Даже порт-ключом не можете воспользоваться нормально, без риска для здоровья, — раздражённая Гермиона помогла Поттеру подняться на ноги. — Вставай немедленно, Гарри. На шотландском побережье недолго простудиться.       — На шотландском? — Гарри обернулся. Взгляд упал на знакомую уже пару лодок, привязанных верёвками к краю пирса, на который порт-ключ Малфоя и выкинул их обоих. А дальше, за последней деревянной балкой причала, растянулось бескрайнее серое море. У Гарри мгновенно перехватило дух, и дышать внезапно стало невозможно от мощного очарования картины, открывшейся ему: горизонт далеко впереди почти не был различим из-за слившихся в единое целое низкого дождливого неба и морской глади, которую вспенивали порывы северного ветра, подгоняя шипящие волны к сырому краю пляжа. Песчаная, тёмно-палевая коса извилисто уходила вниз вдоль берега, упираясь в невысокий скалистый обрыв, поросший кривыми ветвистыми кустарниками и старым мхом. На самом краю его высился серый стройный столб маяка, увенчанный погашенной сейчас и от этого почти не различимой на фоне свинцового неба объёмной линзой. Дневная метка давно стёрлась, и на месте ярких когда-то красных полос, опоясывающих башню, остались только нечёткие, потускневшие от времени и солёного ветра пятна.       — Добро пожаловать, Поттер, — голос Малфоя, прозвучавший словно издалека, вернул Гарри способность дышать. — Перед тобой Северное море, — после секундного молчания, Драко отвёл глаза: — Пойдёмте уже, сколько можно стоять.       Спорить никто не стал, тем более что чем дольше они находились на пирсе, у самой воды, тем прохладнее становилось.       К удивлению Гарри, Малфой и Блейз направились в противоположную от маяка сторону. Деревянные не очень устойчивые на вид ступени спускались вниз с причала, продолжаясь узкой кремнистой дорожкой, которая терялась из виду за тесно жавшимися друг к дружке деревьями. Именно по этой тропинке торопливо зашагал Драко вместе с поравнявшимся с ним Блейзом. Немного отставшие Гарри и Гермиона пошли следом, предпочитая оставаться немного позади.       — Что ты вообще здесь делаешь? — тихо спросил Поттер, когда море скрылось за плотным частоколом высоких сосен и теперь напоминало о себе только горьковатым запахом йода и прибрежным шелестом волн. — Как тебя сюда вытащили?       — Никто меня не вытаскивал. Я решила проверить, как вы справляетесь, и зашла в офис вчера. Малфой сам предложил составить вам компанию.       — Гермиона, а тебе не кажется, что ты немного поспешила с проверкой? — уязвлено заявил Поттер. — Всего три дня прошло!       — Признаюсь, мне тоже так казалось, — Грейнджер тут же посерьезнела и строго посмотрела на него. — Но сегодня я увидела, каким способом вы с Драко «находите общий язык», и убедилась, что вовсе не поспешила! Гарри, что у вас произошло? Вы снова подрались?       — Бьюсь об заклад, наш гриффиндорец оскорбился и воспротивился перспективе даже взглянуть на местечко с таким названием, как это, — раздался голос идущего впереди Забини. — Я прав, Поттер?       Под удивлённым и, вместе с тем, обвиняющим взглядом Гермионы, Гарри мгновенно смутился. Сейчас он понимал, что действительно сглупил, принимаясь судить о месте только по одному лишь названию. Тем более, Драко не врал — бухта была чудесной, и, несмотря на всю свою суровость, уже нравилась Гарри. Одно только ощущение моря рядом, всего в паре десятков шагов, многого стоило.       Поттер ничего не стал отвечать Гермионе — та и сама прекрасно всё поняла. В том числе и искреннее раскаяние Гарри. Она устало вздохнула и продолжила шагать рядом с другом уже молча.       Поттер воспользовался установившейся тишиной, чтобы взглянуть на Драко, и тут же пожалел об этом, потому что раскаяние стало теперь вдвое мучительнее. Малфой не разгибающимися закоченевшими пальцами с трудом разворачивал закатанные до этого рукава серой рубашки. Даже со стороны было ясно, что это едва ли могло помочь — тонкой ткани вряд ли удалось бы спасти от порывов ледяного ветра, и только сейчас Гарри вспомнил, что видел у себя в кухне пальто Малфоя на тёплой осенней подкладке, небрежно брошенное на спинку стула. Драко наверняка забыл о нем, пока пытался вытащить Поттера из дома, и теперь вот мучился от холода.       Терзаемый чувством вины, Гарри не заметил, как дорожка внезапно прервалась, упираясь прямо в длинный деревянный фасад. Небольшая совершенно нешотландская усадьба с зелёными лужайками и низкими, едва ли достающими верхушками до черепичной крыши, липами по обе стороны от крыльца — зрелище, исполненное старомодного, неприхотливого спокойствия. Справа снова показалось матовое море и серый столб маяка, который с ближнего расстояния казался ещё выше.       — Вы правильно сделали, что пошли этой дорогой, господа, — Поттер вздрогнул от глубокого, приятного старческого голоса. На пороге усадьбы их встречал пожилой, с пепельной от седины шевелюрой и густыми усами, волшебник. — Идти по пляжу в такую погоду — неумно, можно подхватить простуду в два счёта. Особенно, с непривычки.       — Спасибо, что предупредили нас, мистер Твид, — вежливо отозвалась Гермиона, приветливо улыбаясь старику. — На лесной дороге действительно ветра меньше.       — Гарри, познакомься, это — мистер Твид, главный смотритель Салазаровой Бухты, — произнёс Забини, в спину подталкивая Поттера вперёд. — Мистер Твид — это Гарри Поттер.       — Очень приятно, Гарри, — отозвался волшебник, протягивая руку и добродушно улыбаясь, отчего уголки его лучистых глаз тут же испещрили мелкие морщинки.       — Мне тоже, сэр, — Поттер улыбнулся, пожимая его ладонь. — Неужели вы живете здесь один?       — Что вы, конечно, нет, — рассмеялся мистер Твид. — Со мной тут три моих сына и жена. К тому же, от Хогсмида до нас рукой подать. Ну да нечего стоять на ветру! Заходите лучше в дом.       Волшебник скрылся за дверью, которую немного придержал Блейз. Он услужливо пропустил радостно заскочившую внутрь и уже порядком закоченевшую Гермиону и вошёл следом сам.       Драко и Гарри на секунду остались одни, и Поттера внезапно накрыла непонятная ему самому глупая решимость.       — Малфой, подожди, — под удивлённым взглядом Драко Гарри мигом растерял всю свою уверенность, но для «передумать» было уже поздно. Тогда Поттер стащил с себя куртку и, дико смущаясь, протянул её Малфою.       — Это что? — после секундной заминки спросил тот, не отрывая глаз от краснеющего Гарри. — Жест доброй воли?       — Ты забыл свою по моей вине. В рубашке слишком холодно, поэтому… Не хочу, чтобы ты простудился из-за меня, — Поттер споткнулся на последнем слове и замолчал.       — И ты даёшь мне её сейчас. Когда мы уже прошли пару ярдов по лесу и стоим на крыльце тёплого дома. Ты, правда, считаешь, что это разумно?       Нет, Гарри не считал. Он просто беззвучно проклинал себя, стараясь собраться и перестать уже краснеть.       — Мы же не весь день просидим там, верно? — произнёс он и настойчиво взглянул на Малфоя.       — Верно, — немного подумав, ответил Драко. А затем вдруг лучисто улыбнулся и, забрав куртку из рук Гарри, произнёс: — Спасибо.       И скрылся за дверью.

***

      Время ещё только подходило к полудню, но Гарри казалось, что они провели в Бухте целые сутки, и, что самое странное, это не утомляло, а наоборот приводило в какое-то необычно приподнятое настроение. Такого прилива сил Гарри не чувствовал уже давно, хотя осознал это только сейчас и, не понимая причин, списал всё на головокружительную близость моря.       Сегодня всё было совсем не так, как в предыдущие три дня, когда каждый просмотр нового места для свадьбы превращался в самую настоящую пытку. После очередного путешествия Гарри возвращался домой еле живой и тут же ложился спать, едва успевая поужинать. А рано утром его будил Драко, и всё начиналось по новой.       Но сегодня Поттер с улыбкой на лице слушал Забини, который травил очередную байку об их с Драко работе и спорил с Гермионой о тенденциях современной магической моды.       Если уж говорить начистоту, Гарри слушал Блейза вполуха, потому что всё его внимание было обращено на Малфоя. Драко почти не разговаривал с тех пор, как все четверо покинули дом мистера Твида, чтобы осмотреть побережье. Он только зябко кутался в куртку Гарри, и от того, как он прятал покрасневший от холода кончик носа за воротником, у Поттера теплело всё внутри. А ещё Драко изредка коротко смотрел на Гарри, и, если их взглядам удавалось пересечься, они мельком улыбались друг другу.       Поттер не знал, что вдруг случилось и почему Драко Малфой внезапно начал казаться ему хрупким и трогательным.       — Остаёшься? — Блейз удивлённо обернулся к Драко, поднимаясь по деревянным ступенькам на пирс. — И надолго?       — Нет, не думаю, — глухо отозвался Малфой. — Только подготовлю нужные бумаги для аренды Бухты на день свадьбы.       — Хорошо, тогда встретимся вечером в офисе. Грейнджер, ты?       — У меня ещё есть дела в редакции, поэтому я аппарирую с тобой. Полагаю, Гарри тоже, — Гермиона посмотрела на Поттера, который стоял чуть позади Малфоя, даже не думая подниматься на причал — единственное место во всей Бухте, где можно было перемещаться.       — Думаю, я хочу побыть здесь ещё немного, — ответил он и, неуверенно посмотрев на Драко, добавил: — Если не помешаю, конечно.       — Оставайся, — Малфой быстро кивнул и поёжился от нового порыва ветра. — Здесь и без того скучно одному, тем более, если нужно копаться в бумагах. Что, Поттер, змеиное гнездо не такое ужасное, как ты думал? — лукаво улыбнулся Драко.       — Можно подумать, он остаётся здесь из-за красот Бухты, — протянул Блейз, нарочито игнорируя злобный взгляд Малфоя в свою сторону.       Гарри удивлённо моргнул. Он искренне не понимал, на что намекал Забини, и почему это так задело Драко, но был уверен, что остаётся именно из-за красот. Ну… если быть точнее, из-за возможности разделить эти красоты с Малфоем.       — Тогда приятно провести время. И чтобы без драк, — напоследок пригрозила Гермиона и, достав волшебную палочку, уже собиралась аппарировать, как Драко её окликнул.       — Послушай, Грейнджер. Я хотел тебя предупредить: на завтра у нас с Поттером назначено интервью у Риты Скитер. — Драко на секунду остановился, переждав возмущённое «Что?!» бывших гриффиндорцев, и продолжил: — Не принимай это на свой счёт. Тебе должно быть лучше остальных понятно, что если первую статью о свадьбе Гарри Поттера напишет его школьная подруга, вас обоих непременно обвинят в подлоге. Как организатор, я не могу допустить, чтобы пресса выдавала всякие мерзости о церемонии. Нам нужна реклама, а не наоборот.       Готовая ещё секунду назад спорить до хрипоты Гермиона сейчас молчала, задумчиво покусывая нижнюю губу. Наконец, она неприязненно скривилась и ответила:       — В этом есть смысл, но затея всё равно очень рисковая — начинать сразу со Скитер. Можно было бы выбрать журналиста попроще. Хотя дело ваше.       Когда Гермиона и Блейз аппарировали, Драко объявил, что Поттер может и дальше стоять столбом, а сам он собирается выпить горячего чая.       — Ты мог бы спросить у меня, прежде чем назначать интервью со Скитер, — сказал Гарри. — Или хотя бы дать знать раньше.       — Ну, — отозвался Драко, — теперь ты знаешь. Часом раньше, часом позже. Какая, в сущности, разница?       Больше эту тему Гарри поднимать не стал. Он всё ещё чувствовал себя виноватым за предвзятое отношение к Салазаровой Бухте, поэтому решил, что довериться профессионализму Малфоя — лучшее, что он может сделать в своё оправдание.

***

Сидеть за столом в протопленной усадьбе с кружкой горячего травяного чая в руках было особенно приятно после длительной прогулки по северному побережью. В кухне тепло пахло прогоревшими дровами и почему-то орешником, но Драко не чувствовал бы себя и вполовину согретым, если бы не Гарри, сидевший рядом и задумчиво помешивающий ложечкой свой чай.       — Миссис Твид, можно задать вопрос? — спросил Поттер и, наконец, оставил в покое чайную ложечку.       — Конечно, дорогой. Всё, что угодно, — отозвалась миссис Твид — полная, хлопотливая дама с песочного цвета волосами, собранными в тугой узел на затылке. Драко никогда особо не любил таких женщин; его эталоном всю жизнь являлась мать, которая, стоит ли говорить, была полной противоположностью миссис Твид. Однако Малфой уже ловил себя на мысли, что жена смотрителя Салазаровой Бухты ему симпатична. Наверное, это всё из-за ароматного чая, который она заварила специально для них с Гарри.       — Почему маяк не работает? Сюда больше не заходят корабли?       — Отчего ты так решил, дорогой? Этот маяк старше, чем замок Хогвартса, и за все эти годы он ни разу не подвёл ни одно судно, — миссис Твид бросила через плечо быстрый взгляд и, прочитав удивление на лице Гарри, улыбнулась. — Салазар никогда не делал больше, чем от него требовалось — в этом была его мудрость, и он воплотил её во всём, что создал. Маяк — не исключение. Огромная линза на его верхушке начинает ярко светить только тогда, когда в море есть корабль, который нуждается в проводнике.       — Я бы хотел подняться туда, — вдруг выпалил Гарри, сумев в очередной раз за день удивить Драко.       — Боюсь, что это невозможно, дорогой, — миссис Твид присела на стул напротив Поттера, глядя на него с искренним сожалением. — Этот маяк закрыт для входа уже больше сотни лет, и там не разрешено появляться никому, кроме смотрителя. Но не расстраивайся, дорогой, многого ты не потеряешь, если не попадёшь туда. Там давно уже нет ничего, кроме газовых ламп, пыли и старого хлама. Ну что ж, — вздохнула она, всплеснув руками и вставая, — мне уже пора: мадам Малкин наверняка заждалась. Оставайтесь здесь сколько потребуется.       Малфой дождался, пока зелёное пламя в камине погаснет окончательно, и только тогда довольно протянул:       — Ну что, Поттер, есть ещё в Англии закрытые для Золотого мальчика двери, да?       Ответа не последовало. Тогда Драко повернул голову в сторону Поттера и застыл. На лице Гарри играла та самая гриффиндорская ухмылка, после которой им и совершались все глупости, включающие в себя сначала нарушения правил, а потом подвиги. Так как мирное время подвиги исключало, оставались только нарушения правил.       — Поттер, нет.       — Я еще ничего не сказал, — Гарри с интересом посмотрел на Драко, картинно подпирая подбородок кулаком.       — Это не имеет значения. Сразу нет.       — На что?       — На всё.       Поттер ухмыльнулся — да так нагло, что Драко аж передернуло от страха.       — Поднимайся, Малфой. Сейчас мы полезем на маяк.

***

      — Это ведь не огромный Хогвартс, где при большом желании можно сбежать даже от Дамблдора, не то, что от Филча. Это маяк, Поттер. Высокий узкий маяк. И смотритель сейчас либо внутри, либо нет. Если верным окажется первый вариант, то нам с тобой конец. Нас поймают в два счёта и упекут на несколько суток под охрану в Аврорат, потому что вход в маяк для посторонних вос-пре-щён, — странно, но Гарри веселило неустанное шипение Малфоя. Тот шипел всю короткую дорогу до маяка, шипел и сейчас, когда они тихо прокрались в тёмную, с низкими закоптелыми потолками пристройку. Шипел, но за Гарри всё-таки пошёл. Это и веселило. — Тебе вообще известно это слово, Поттер? «Воспрещено». Задумайся ты хоть раз над его значением, избежал бы много всякого де… Чёрт! — Драко не успел закончить мысль, сначала громко ударившись обо что-то ногой, а затем и выругавшись на этот счёт.       — Малфой, давай потише! — Гарри развернулся и, отыскав взглядом — глаза уже привыкли к темноте — Драко, поспешил к нему. — Ты в порядке?       — Чёртовы коробки, — только и ответил Малфой, потирая пострадавшее колено. — За каким хреном им весь этот хлам? Половину давно пора на свалку.       — Что ты ноешь? Пойдем.       — Зачем мы вообще сюда залезли? — отчаянно спросил Драко, пропуская мимо ушей обидный комментарий Поттера. Ушибленная коленка тоже заныла.       — Посмотрим на море сверху, — смягчился Гарри. — Я всегда мечтал об этом.       Драко посмотрел Поттеру в глаза, ощущая, что слышит сейчас то, что слышать не должен. Признания такого рода не для ушей бывших врагов, несмотря даже на многие нюансы этих самых «вражеских» отношений. Гарри, видимо, понял то же самое, потому что отвёл взгляд и громко кашлянул.       — Кто здесь?       Грубый и от того едва узнаваемый голос мистера Твида послышался из-за чуть приоткрытой полукруглой двери, ведущий в башню. За окриком послышались и торопливые, уже близкие шаги.       — Твою ж мать, — выругался Драко, чувствуя, как по спине начинает сбегать струйка липкого холодного пота. — Так и знал, что поймают.       Он уже рванулся к выходу, прямо наперерез смотрителю, надеясь только, что тот не успеет выйти из-за двери и что Поттер не останется стоять на месте. Но Драко не успел сделать и пары шагов, как рука Гарри бесцеремонно схватила его за шкирку и дёрнула в противоположную сторону.       — Не успеем, — услышал Малфой, когда они оба неуклюже, но на удивление быстро протиснулись в неприметную за рядом стеллажей кладовку.       Снаружи всё ещё раздавались шаги — смотритель вошёл в пристройку, — и этот звук одновременно пугал и будоражил. Гарри задержал дыхание, грудью чувствуя, что и Малфой тоже.       — Прости, — шепнул Драко, когда ненароком задел рукой бедро Гарри.       — Ничего, — тихо-тихо выдохнул Поттер, понимая, что не смог бы сейчас двинуться с места даже если бы была возможность. Сердце Малфоя лихорадочно билось о его, Гарри, грудную клетку, и ему начинало казаться, что внутри у него два молоточка — справа и слева.       — Он ещё там? — Голос Драко звучал так глухо, словно его губы не находились в паре дюймов от уха Гарри. — Поттер?       — Что? Нет, не знаю. То есть, да. Вроде, — Гарри прикрыл глаза. С ним что-то было не так, и дело совершенно точно не в боязни быть пойманным. Он ощутил, как сердце Драко заколотилось быстрее, стоило ему только немного податься вперёд, коснуться чёлкой малфоевского лба.       — Гарри? Ты в порядке?       Нет, не в порядке, подумалось Гарри, но вслух говорить он не решился. Голова медленно тяжелела, словно наполнялась густым влажным туманом, и снова этот запах. Лаванда, морская вода — ароматы свежие и не лишённые холодности, но, вместе с тем, настолько, просто невероятно, нежные, что в груди защемило. И запах сигарет. Конечно же. Дорогих сигарет.       — Ты куришь? — вопрос вырвался сам собой.       — Что? — тёплое дыхание Драко опалило подбородок, и это стало последней каплей. Гарри резко, наугад подался вперёд и накрыл губы Малфоя своими. Поттер не любил грубые поцелуи, особенно в первый раз, но сейчас почему-то сразу же прикусил Драко нижнюю губу и протолкнул язык внутрь.       Малфой дёрнулся назад и застыл, не пытаясь ни вырываться, ни отвечать, но Гарри, казалось, в последнем и не нуждался. Туман в голове даже не думал рассеиваться; дурманящий запах Малфоя обволакивал, словно пушистое тугое одеяло; губы Драко горели, он вообще весь горел — Поттер чувствовал это, касаясь чужой кожи, и тянулся к его теплу.       Грохот захлопнувшейся за смотрителем двери эхом отразился от невысоких стен и потолка. Одного резкого звука хватило обоим, чтобы прийти в себя. Гарри, резко отстранившись, успел всего на секунду прикрыть глаза, но, когда открыл, Малфоя перед ним уже не было.       — Чёрт, Драко, подожди! — Гарри с трудом выбрался из кладовки и тут же бросился на улицу, боясь, что не успеет поймать Малфоя до того, как тот аппарирует. Однако, напрасно. Драко ждал его перед самым входом в пристройку, судорожно стягивая куртку Гарри с плеч.       — Малфой, послушай, — Поттер протянул руку к нему, но Драко шарахнулся от нее в сторону, как напуганная до смерти лошадь от своей тени.       — Нет, Поттер, только не прикасайся ко мне, ради Мерлина! — выкрикнул он дрожащим от напряжения голосом, от которого у Гарри мгновенно всё пересохло во рту и что-то жалобно сжалось и засаднило в районе солнечного сплетения. Вот чёрт.       — Малфой, пожалуйста, прости, — быстро заговорил он, покорно поднимая руки и отступая назад. — Я не знаю, что произошло, правда. Боже, это было ужасно… То есть, нет, не ужасно! — спохватился он, увидев, как злобно распахнулись глаза Драко. — Я хотел сказать, что поцелуй чудесный, но это всё само по себе ужасно… Понимаешь? Я не должен был, но этот запах… И голова, словно чужая.       — Поттер, — неестественно спокойный голос Драко оборвал Гарри на полуслове. — У тебя проблемы с Уизлеттой?       Гарри секунду молчал, но, решив, что за сегодня уже достаточно провинился перед Малфоем, чтобы ещё и огрызнуться на него, ответил:       — Да. Наверное. Не думаю, что у неё есть какие-то проблемы, дело во мне, но…       — Дело никогда не бывает в ком-то одном, Поттер, — Драко вздохнул и устало провёл рукой по голове, зачёсывая волосы назад. — Послушай. Она любит тебя, и у вас всё наладится. А о том, что случилось только что, забудем. Ясно?       Малфой дождался молчаливого кивка и продолжил:       — Вот и замечательно. Завтра я зайду за тобой в девять, а на сегодня всё.       Гарри аппарировал домой только спустя двадцать минут после ухода Малфоя, старательно игнорируя внутренний голосок. Но голосок не унимался, навязчиво твердя, что проблемы с Джинни были совершенно ни при чём.

***

      За весь день в офисе Драко так и не появился.       На часах было уже около полуночи, когда Блейз зашёл в один из маггловских пабов в центре Лондона. Как и ожидалось, Малфой обнаружился на той стороне тускло освещённого зала, сидящий у барной стойки с полупустой бутылкой джина перед ним. Блейз недовольно покачал головой и решительно направился к другу.       — Малфой, пойдём домой, — Драко вздрогнул, когда рука Забини опустилась на его плечо, но в его сторону даже не посмотрел.       — Вот сам и иди, Блейз. А мне и здесь неплохо, — ответил он и залпом опрокинул очередной стакан. Забини вздохнул, и опустился на высокий табурет рядом с Драко.       — Почему я так уверен, что всё… это, — он неопределённо махнул рукой перед собой, — из-за Поттера?       Малфой ухмыльнулся и наполнил только что опустевший бокал. Потом, немного покрутив его в пальцах, произнёс:       — Потому что весь этот мир, будь он проклят, крутится вокруг Поттера, — Малфой вздохнул и прикрыл глаза. — Ненавижу.       — Ничего не в прошлом, да? — после недолгого молчания спросил Блейз. Глупый вопрос, конечно: ответ на него был так же очевиден, как печаль в стеклянных от выпитого глазах Малфоя.       — Знаешь, он меня поцеловал сегодня. Сам, — Драко, игнорируя мигом вытянувшееся лицо Блейза, поднял стакан и принялся рассматривать его на свету.       — И что ты собираешься делать?       — Я? — Малфой ухмыльнулся. — А что я могу сделать? Ты сам прекрасно видел, что Поттер контракт подписал, а значит вероятных исходов только два: либо он женится на Узлетте, либо не женится, и тогда к чертям полетит вся моя жизнь.       — А тебе не кажется, что твоя жизнь летит к чертям при любом раскладе? — мрачно проговорил Блейз. — Что хорошего в том, чтобы жить, зная, что человек, которого ты любишь, тоже любит тебя и живёт при этом с ненавистной ему женой?       — Мерлин, Забини, я тебя умоляю! — Драко скривился и с громким стуком резко опустил стакан на стойку, чуть не придавив им непонятно откуда взявшегося жучка. — Что за бредовые фантазии? Любит меня? Поттер забудет об этом поцелуе уже через неделю после свадьбы. И, да, не смотри на меня так, эта свадьба состоится. Потому что для всех так будет лучше. Отец отстанет от меня, и я снова уеду во Францию, подальше отсюда, а Поттер будет счастлив в семье, о которой всегда мечтал.       — Ты всё так удачно решил за Поттера, что я ему прямо завидую! — огрызнулся Блейз. — Не у всех есть такой замечательный генератор жизненных сценариев, который сам просчитает, что, как и для кого будет лучше!       — Блять, Блейз, откуда ты взялся, такой умный? — взвился Малфой. — Закрутить с Поттером чёртов роман, чтобы этот идиот отменил в итоге свадьбу? Позже он всё равно пожалеет об этом, Мерлин, он ведь даже не гей! И вместе мы с ним не будем, потому что если пятнадцатая свадьба не состоится…       — То тебе придётся жениться на ведьме, которую подберёт для тебя отец, — закончил Блейз.       — Вот именно, что придётся жениться, — подтвердил Драко, смахивая надоедливого жучка, который настырно сидел на стойке рядом с бутылкой, вылупив на Драко свои глаза-усики. — А, как ты понимаешь, браки такого рода, аристократические, — Блейз впервые слышал, чтобы Малфой произносил это прилагательное с таким отвращением, — браки не заключаются просто так. Помнишь нашу последнюю пару? Китса и француженку? — Драко повернул голову к другу.       — Дель Арте, — кивнув, уточнил Забини.       — Точно, — Малфой кивнул и снова вперился взглядом в стакан. — Я им завидую. Несмотря на то, что они оба из чистокровных семей, их не заставили делать венчание магическим. Никакого обряда.       — К чему ты клонишь?       — К тому, что они смогут развестись в любой момент. Эй, — Малфой щёлкнул пальцами, привлекая внимание бармена. — Принеси ещё бутылку. И второй стакан.       Высоченный, широкий в плечах амбал кивнул Драко и, закинув белое полотенце на плечо, скрылся в подсобке.       — Так о чём я? — Малфой перевёл на Забини мутный взгляд.       — О том, что они смогут развестись, когда захотят, — вздохнув, ответил Блейз и тут же добавил: — Драко, хватит пить.       — Почему? — искренне удивился тот. — Антипохмельное с утра, и даже Скитер завтра ничего не заметит. Так вот, о браках. Когда действие Амортенции сойдёт на нет, и они захотят развестись, им достаточно будет пойти к юристу, даже маггловскому. А вот я так не смогу. — Драко благодарно кивнул бармену, который поставил перед ними полную бутылку джина и пустой стакан. — Потому что если отец добьётся своего, если выиграет пари, то мне придётся жениться с обрядом. И тогда можно прощаться со свободной жизнью. Впереди меня будет ждать только бесцельное прозябание под крышей ненавистного дома рядом с ещё более ненавистной женой, — Драко горько улыбнулся и опустошил свой стакан. — Я Поттеру не нужен, так что…       — Он тебе что, сам сказал? — не выдержав, раздражённо перебил Блейз. — Хватит говорить за него, ты же ничего не знаешь!       — А невестой он от скуки обзавёлся, надо думать! — рявкнул Драко. — Теперь уже в любом случае поздно. Да даже если бы и не было… — Драко на секунду замолчал. — Я видел его лицо, Блейз. После того, как он поцеловал меня. Он сам не ожидал от себя такого и явно не был в восторге от того, что сделал. Это было ошибкой. Теперь главное держать себя в руках, и ничего подобного больше не случится. Уизлетта — идеальный вариант для Поттера. А я со временем смогу забыть, я уверен.       — Ты был точно так же уверен, сбегая после войны, — напомнил Забини. — И, как видишь, ничего не изменилось. Разве что ты стал любить его ещё сильнее.       То, что его слова попали в точку, Блейз понял мгновенно. Правда действительно колет глаза, в особенности правда такого рода, которую Драко уже нечем было крыть. Единственное, что он мог — и что сделал — это бессильно уронить голову на руку, уткнувшись лбом в сгиб локтя.       — Заткнись, Блейз. Просто заткнись, — глухо простонал он, на что Забини только сочувственно покачал головой. Он уже жалел о том, что силой заставил Малфоя взяться за свадьбу Поттера. По реакции Драко тогда можно было догадаться, что воспоминания на самом деле не такие безболезненные, как он утверждал. С того дня прошло всего ничего — какие-то жалкие трое суток, а Малфой выглядел таким измученным, словно всё это время провёл в камере Азкабана под конвоем дюжины изголодавшихся дементоров.       Блейз вздохнул и всё-таки отпил из своего бокала. В одном он был согласен с Драко: сейчас было уже поздно что-то менять. Вся эта история закончится через месяц, и, независимо от того, каким будет конец, хорошо уже то, что он наступит.