Limitless (3); сборник

Это всё, в общем, довольно неожиданно; Тэн с Джехёном, конечно, проводил много времени, обсуждал текущую ситуацию в стране и мире, ходил в кино на ночные сеансы, смотрел у него дома смешные видео с собаками и даже обедал (даже ужинал); даже предполагал возможность такого развития событий, но - только у себя в голове, несерьёзно, в духе "было бы смешно, если бы"; сейчас вроде не смешно, хорошо только. И неожиданно, да, но неизбежно - когда Джехён сидит за компьютером, а Тэн наблюдает, пристроившись сбоку, и кладёт голову Джехёну на плечо, где кожа под рукавом оголяется; и Джехён застывает, дыша над ухом молча, на полминуты, потом шевелит рукой под головой у Тэна и, когда тот обеспокоенно дёргается вверх, кладёт ладонь на шею, притягивает к себе, к лицу, смотрит тяжело-бархатисто в глаза, лбом прижимается к чужому лбу; потом - губами к губам, жарко дыша в щёку, молча всё ещё, и пальцы на шее у Тэна лежат крепко. От губ до груди, от компьютерных стульев до кровати, от белой футболки и плотной чёрной рубашки - до пододеяльника; у Джехёна тело горячее и губы мягкие, как Тэн и предполагал, и под его руками плавиться хорошо, переплетая пальцы или оставляя дорожки на шее; и кипеть - неизбежно. Потом Джехёну приходится вылезти из постели, чтобы довести до конца подсчёты по текущему проекту, занести в таблицу и кому-то там отправить; в колышущихся перламутровых гридеперлево-джинсовых сумерках Тэн, натянув одеяло до груди и чувствуя кожей мягкость белья, смотрит на Джехёна, шуршащего карандашом по плотной бумаге, хмурящего брови; вздыхает расслабленно: красиво. Потом тоже вылезает, чтобы приготовить ужин, после наливает чай и так и остаётся на кухне, зачитавшись анализом, и Джехён тихо-устало засыпает один у стены, повернувшись на бок. Тэн ночью пишет ему в мессенджере, чтобы не искать в темноте зарядку и не ставить будильник: "Разбуди, как встанешь"; утром просьба исполняется, и Тэн снова из-под одеяла смотрит, как Джехён первый из двух натягивает на себя обязательства и дела нового дня. Тэн ему улыбается счастливо-разнеженно, из сна не вылезая, нашаривает всё-таки на полу зарядку, подключает телефон и заводит звоночек на через два часа; Джехён уходит - к врачу и в магазин. И через два часа - комната вся в солнечном свете, который ещё теплее сквозь золотисто-тыквенные шторы, всё потрясающе тёплое, а в телефоне от Джехёна: "Хочешь круассан?" - пять минут назад; Тэн, конечно, хочет богатства вкуса, но не хочет, чтобы ему потом было плохо, поэтому печатает: "Нет, мы с ними не дружим(("; и Джехён: "Ок, беру творожный чизкейк"; университетская кафешная молодость не прошла даром, Тэн тоже помнит, что из десертов Джехён любит (вообще-то почти всё). Сегодня Тэн из кровати вылезает только для того, чтобы налить чай к возвращению Джехёна.