История Тарна и Тайпа

      — Тарн, ты такой тяжелый.       — …       — Тарн, я же сказал, что ты тяжелый. Ты что, человеческих слов не понимаешь?       — Не понимаю.       — Ты…       В данный момент Тарн совершенно не слышал того, что говорил этот парень. Все, что он чувствовал… это спокойствие. Он был рад, что его усилия на протяжение более чем недели попыток не прошли даром и вновь не привели их отношения к мёртвой точке.       Да, он признавал, что в ту ночь, когда поцеловал Тайпа в баре, был пьян. Но он до сих пор утверждал, что сделал это не из-за алкоголя. Спиртное лишь придало ему смелости сделать то, чего в обычных обстоятельствах он бы, даже подумав дважды, не сделал. Но также он признавал, что в тот момент был не совсем в себе.       Несмотря на то что он обычно был человеком рациональным, ситуация, сложившаяся той ночью, действительно не позволяла ему мыслить здраво. Реакция Тайпа тем вечером оказалась меньше тысячной части того, как он реагировал обычно, это дало Тарну какую-то надежду, и именно поэтому где-то внутри засели разочарование и обида. Эти мысли не покидали голову Тарна до следующего утра, и постепенно смятение сменилось на ясность разума. В глубине души Тарн знал, что Тайп не сдастся так просто, и первым на примирение должен пойти именно он. Но! Как только он собирался извиниться или сделать вид, что ничего не произошло, ему в голову пришла идея. Что будет делать Тайп, если он действительно разозлится? Хоть эта и была всего лишь внезапная мысль, Тарн рассуждал об этом. Он ничего не потеряет, если попытается выяснить отношение Тайпа. Потому Тарн успокоился, перестал думать о том, чтобы извиниться, и принялся игнорировать Тайпа, вел себя так, будто злится на него, и ждал реакции соседа. Это было совершенно противоположно изначальной его идее.       Сначала Тайп не обращал внимания. Казалось, он чувствовал себя комфортно. Тарн вернулся домой и ворочался всю ночь, размышляя, как справиться с нынешней ситуацией и помириться.       И когда Тарн вернулся в общежитие, чтобы все-таки принять поражение и извиниться первым, развитие событий продвинулось дальше, чем он ожидал.       Тайп и понятия не имел, что чувствовал Тарн, когда тот поставил посреди стола бутылку «Спрайта» и бросил короткое: «Пей, это тебе». Тайп просто не мог знать, как тряслись тогда руки Тарна. Он с трудом контролировал себя, чтобы не принять жест Тайпа, неоднократно повторяя себе успокоиться, продолжать злиться на Тайпа, не смотреть на него и вести себя как и раньше. Только так он мог бы понять, осталась ли у него еще надежда.       Тарн все же собрал все питьевые банки, утешая себя тем, что Тайп все-таки заботится о нем, пусть и совсем немного.       Целую неделю Тарну приходилось проявлять немалую выдержку, чтобы держаться подальше от Тайпа и не обнять его. И хотя Тайп продолжал покупать ему напитки, передавая с нейтральным лицом и со спокойным голосом, все же тайком наблюдал за тем, как Тарн открывает банку.       Тарн понимал, что снова проиграл. Он снова сдался Тайпу.       Так, что плохого в том, что он пытался исправить это сейчас?       — Ай Тайп, больно! — стоило ему повернуться лицом к Тайпу, как тот щелкнул его по лбу. Тайп стоял на коленях рядом с его кроватью, и Тарн поднял руку, опуская ее на лоб, после чего нахмурился. Лежащий на постели парень увидел, как оттенок розового постепенно превращается в красный от злости. Тарн предположил, что Тайп был смущен от того, что поцеловал его первым. Тарн спокойно посмотрел на соседа и выпалил:       — Знаешь, как долго я ждал, что ты сам решишь помириться?       — Я сказал, что не собираюсь мириться! — перебил его Тайп. Он отказывался признавать, что все принесенные за прошлую неделю напитки и недавний поцелуй — это самое наглядное проявление перемирия.       — Погоди-ка, — прищурившись, сказал Тайп. — Ты сказал это так, словно знал, что я собираюсь помириться. Ублюдочный Тарн!       Тайп не мог успокоиться. Он сидел рядом с кроватью и пялился на Тарна. На его красивом лице появилась широкая улыбка. Это улыбка… которую ранее он назвал искренней. Но через мгновение она сменилась на дерзкую, и Тарн сказал:       — Теперь я, наконец, убедился, что ты все еще заботишься обо мне.       — Чушь собачья! Неправда!       — Ты разозлился, когда я уехал домой с ночевкой.       — Я…       — Ты купил «Спрайт», потому что знаешь, что он мне нравится.       — Я же сказал, что…       — А потом ты поцеловал меня, потому что знал, что я этого хочу.       В итоге человек, который пытался все отрицать, закрыл рот и так сжал кулаки, что суставы побелели, лицо покраснело то ли от смущения, то ли от злости, а его пылающий взгляд словно говорил о том, что он собирается вышвырнуть соседа из комнаты.       Тарн снова посмотрел на Тайпа. Он так сильно злился. «Ничего я не чувствую, ублюдок!»       Тарн продолжал довольно улыбаться:       — Разве я не прав?       — Прав! — неожиданный ответ Тайпа заставил Тарна внимательно на него посмотреть. Но у него не было времени размышлять над таким странным поступком.       Вытянувшаяся длинная нога сильно пнула Тарна в спину, заставив его упасть прямо на низкий столик. Выражение удивления долго не отпускало Тарна, но ему вновь некогда было среагировать на случившееся…       — Ауч!       Тайп наступил ногой ему на грудь, Тарну стало так больно, что он начал задыхаться. Он только и мог смотреть на заслонившую свет фигуру, на холодную улыбку, пронзающий взгляд, что обещал лежащему на полу человеку хорошую взбучку. Но Тарн не сопротивлялся и не защищался. А лишь смотрел на дьяволёнка в обличье Тайпа.       — Ты забыл сказать… что обманул меня.       — Но той ночью мне действительно было очень больно.       Всего лишь несколькими словами Тарн остановил человека, который был полон решимости забить его до смерти. Сила, с которой Тайп давил ногой, постепенно ослабла, он развернулся и сел на кровать. Тайп смотрел на Тарна и увидел невероятную искренность в его взгляде.       — Той ночью я сказал правду. Потому что ты действительно больше, чем просто друг, — Тарн понятия не имел, получит ли ответ, но все же безоговорочно выразил свои внутренние мысли. Он был готов к тому, что Тайп побьет его. Но…       — Мне все равно, что ты считаешь меня чем-то большим, чем просто другом. Меня не это волнует. Меня волнует то, что ты солгал мне, — лицо Тайпа покраснело, отчего стало почти горячим. Неужели Тарн ничего не понял?       — Блять!       Когда Тайп собирался было вернуться к своей кровати, Тарн встал и схватил его за ногу, со всей своей силой дернув за нее, заставляя парня упасть на край кровати. Тайп понял, что может удариться головой о каркас. Среагировал аварийный механизм, потому Тайп оттолкнулся назад, врезаясь в Тарна, и вместе с ним упал на пол, тут же почувствовав резкую боль в спине.       Однако Тарну поверх Тайпа было не менее больно, но он все же протянул руку, обхватив парня за талию, и серьезно спросил:       — А теперь… кто я для тебя?       Тарн чувствовал, что должен воспользоваться возможностью и спросить Тайпа сейчас, потому как не знал, когда у него еще появится такой шанс.       В другое время Тайп без сомнений сказал бы, что Тарн только его друг, но сейчас его губы не могли этого произнести. Тарн продолжал смотреть на него, смотреть на человека, который только что пнул его, и видел, как тот прячет глаза.       — Так что ты скажешь?       Молчание другого парня дало Тарну надежду. Он приподнялся из последних сил и крепко обнял Тайпа за талию.       — Кто я для тебя? — он притянул Тайпа за спину, закрыл глаза и молча ждал ответа.       — Ты…       Сейчас Тарн хотел бы сказать, что всего лишь временное колебание Тайпа с ответом для него составляло действительно много времени.       Почему интуиция Тайпа подсказывала ему, что слово «друг» неправильный ответ на данный вопрос? Пока Тайп размышлял об этом, он почувствовал жар на своей спине, а голова Тарна находилась так близко к нему. «Хотелось бы мне встать и врезать ему по лбу»       Но, если подумать, вопрос Тарна был логичен, в конце концов, раньше отношения между ними были действительно нестабильными. Тайп всегда был четок в выражении своей позиции. А вот что касалось Тарна, он не принимал во внимание давно приевшееся слово «друг», но на самом деле Тайп действительно сильно ему нравился. «В таком человеке, как я, нет совсем ничего, что могло бы так сильно ему нравится»       Тайп знал себя слишком хорошо. У него были хорошие черты характера, но также он обладал множеством недостатков. Он издевался над Тарном, но по-прежнему нравился ему, парень продолжал говорить, что Тайп для него больше, чем просто друг. Ему бы следовало испытывать отвращение, но сейчас он уже не был так в этом уверен. Это не раздражало его, но все же Тайп не думал, что все зайдет настолько далеко.       Он признался себе, что ему нравится спать с Тарном, ходить с ним по магазинам или есть вместе, Тайп не считал это чем-то странным, но все же голос в его голове продолжал напоминать ему о том, что он мужчина. «Мужчины должны встречаться с женщинами, но…»       — Ты думаешь, я отвечу, что ты мой парень?       — Было бы неплохо.       Тайпу совершенно не нравилось это слово, однако, его сердце по неизвестной причине забилось сильнее. Он должен был принять какое-то решение, чтобы избежать еще большей путаницы.       — Так кто я для тебя? — снова спросил Тарн, желая услышать ответ Тайпа.       — Случайный любовник…       — Что? — прозвучал невнятный вопрос. Тарн попытался посмотреть на Тайпа. Парень смотрел на него в ответ, недобро ухмыляясь. Он сам понимал, что ему не плевать на Тарна, потому он и не использовал слово «друг» снова, воспользовавшись другим, чтобы уйти от прямого ответа. Что-то большее, чем друг, но не возлюбленный.       — Ну, ты разве слышал, чтобы друзья целовались или занимались сексом?       Кажется, он забыл, о чем говорил раньше — что друзья тоже могут заниматься сексом. Сейчас их отношения, казалось, зашли чуть дальше, чем ранее, поэтому такой ответ на данный момент был более подходящим.       Тарн глубоко вздохнул и сказал:       — Что ж, так тоже неплохо.       — А ты вполне доволен.       — А если я захочу стать ближе, ты мне позволишь?       Удовлетворенный Тайп вдруг замер. Он повернулся посмотреть в эти ласковые глаза, но, стоило Тарну посмотреть на него, Тайп тут же отвел взгляд, пока сосед не увидел правду в его глазах. Тайп испугался. Испугался, потому что не хотел, чтобы случилось что-то, что он не смог бы контролировать. Также он боялся, что собственные чувства заведут его еще дальше. «Хватит, Тайп. Достаточно и того, что есть сейчас!»       — А ты более жадный, чем я думал, — закончил Тайп и разорвал объятия чужих рук, после чего направился к своей кровати.       — Ай Тарн, если ты снова посмеешь дернуть меня за ногу, я выставлю тебя из комнаты, и тебе жить негде будет! — сказал Тайп, когда Тарн вновь схватил его за лодыжку. Тайп не смел двигаться, потому что боялся, что его снова уронят на пол. Он повернулся, чтобы в очередной раз посмотреть на лежащего на полу человека, но увидел лишь широкую улыбку. Улыбку, значение которой он не мог понять.       Тарн ничего не ответил, но повел рукой по лодыжке выше. Прикосновение было легким и нежным, от чего у парня по коже побежали мурашки.       — Что ты делаешь? — тихо спросил Тайп. Но парень ему не ответил, всего лишь склонился ниже и сделал то, чего Тайп никак не мог ожидать. Тарн поцеловал его лодыжку!       Теплый кончик языка невесомо скользнул по коже, и Тайп запаниковал, ощущая, что сердце вот-вот выпрыгнет. Однако также он почувствовал зарождающееся возбуждение.       — Ааа…       Когда горячий кончик языка юркнул в коленную впадину, Тайп не сдержал стона. Он не думал, что эта часть его тела может быть настолько чувствительной, и снова спросил:       — Что ты хочешь сделать?       — А что я должен сделать?       — Я имею в виду, что ты, блять, делаешь сейчас?!       Тайп думал о том, что, когда он попросил Тарна лечь с ним спать, он переступил через себя. Сейчас, наблюдая за человеком напротив, он чувствовал возбуждение, как бы сильно не пытался это отрицать. И действия Тарна сейчас занимали больше его внимания, чем та сумятица в его голове.       Одна рука коснулась его бедра, продолжая медленно двигаться выше, тем самым задирая свободные повседневные шорты. Но Тайп не двигался. Он просто ждал, чтобы увидеть, что же собирается делать парень.       Язык Тарна продолжал двигаться, а пара крупных рук не бездействовала, забираясь под шорты, нащупывая основание бедра, нежно и легко оглаживая кожу. Тайп глубоко вдохнул, в то время как кончик чужого языка приблизился к внутренней части его бедра. Затем его шорты стянули вниз и отбросили. Это напугало Тайпа, но он ничего не мог поделать.       — Приляг.       На самом деле Тайпу хотелось пнуть Тарна, но воздержание за последние две недели не позволило ему этого сделать, заставляя послушно лечь на кровать. Тарн навис над ним, накрывая сверху. На его спокойном лице постепенно появилась усмешка.       — Хочешь спать со мной, да?       — Если ты снова посмеешь только «спать», клянусь, я тебя по стене размажу! — сказал сквозь зубы Тайп, тут же вспомнив о том дне. Он снова начинал злиться. Тарн склонился над его ухом.       — Определенные реакции тела — это нормально, но это не значит, что ты действительно этого хочешь, — его голос внезапно изменился, из-за чего Тайп на какое-то время замолчал и мог лишь смотреть на боковую сторону лица парня, покусывающего его за мочку уха. Но после Тарн сказал то, от чего сердцебиение Тайпа участилось, и он пожалел о том, что уже несколько дней не посещал спортзал.       — Но то, что делаю я — только для тебя.       Прежде чем Тайп успел ответить, Тарн спустился и сел ему на ноги, крепко придавливая, а мягкие губы накрыли его, раскрывая и проникая прямо в рот языком. Отвечая, Тайп понял, что все мысли, все еще блуждающие в голове, стали неважными. В данный момент самым главным был мужчина напротив.       Тайп протянул руку и схватил Тарна за воротник, углубляя поцелуй. Двое парней не собирались отрываться друг от друга, отчего поцелуи стали более интенсивными, заполняя соответствующими звуками всю комнату, потому становилось жарче, и сердце билось сильнее. Тарн постоянно оглаживал все тело Тайпа руками, заставляя член твердеть, натягивая ткань.       — Прикоснись ко мне, — попросил Тарн так тихо, что Тайп почти не расслышал его. Тайп попытался было выругаться, чтобы Тарн занялся уже делом, но было поздно. Тарн схватил его за руку и прижал к себе. Тайп тут же замолчал. «Ай Тарн, он у тебя твердый, как у дракона!»       Раньше Тайп даже думать не смел о том, что однажды сможет держать в руке младшего братца Тарна. Тайп даже слегка завидовал его размеру. Хоть первые ощущения и были неплохими, Тайп, однако, до сих пор не мог понять, как геи могут соглашаться отсасывать друг другу.       Тайп принялся медленно водить рукой по члену Тарна вверх-вниз, в то время как продолжал серьезно смотреть на него, пока Тарн проделывал то же самое своей рукой. Тайп заметил, как глубоко начал дышать Тарн. Это было настолько горячо и приятно. «Ты самый сексуальный человек на Земле!»       Любой другой, кто увидел бы сейчас выражение лица Тарна, подумал бы точно так же. Пылающие огнем глаза, глубокие вздохи, приоткрытые губы, раскрасневшиеся щеки и медленно стекающий по ним пот. Чем больше Тайп смотрел на такого Тарна, тем больше жа́ра он чувствовал.       — Ааах! — Тайп не удержался от очередного стона, когда кончики пальцев подразнили его член, посылая чувства удовлетворения и легкой боли. Ему было уже невмоготу.       — Куда ты? — спешно полным недовольства голосом спросил он, когда увидел, что Тарн встал.       — Взять кое-что, что поможет тебе почувствовать себя еще лучше.       — Козлина!       На самом деле вещью, о которой говорил Тарн, оказалась бутылочка смазки, которую он достал из ящика, и вернулся обратно, снимая рубашку и брюки, чтобы Тайп смог внимательно и по-настоящему насладиться видом его обнаженной фигуры.       У Тарна была прекрасная фигура и особенно выделяющаяся светлая кожа. Мышцы не были перекачены и не выделялись так сильно как у спортсменов, но были очень симметричными и красивыми, как у модели с обложки журнала, что так нравилось девушкам. Его грудь была покрыта тонкими и мягкими волосками, что сразу выдавало в нем европейскую кровь. Тарн был светлокожим, поэтому даже соски у него были светло-розовыми. Тогда как Тайп был намного смуглее. Даже размер его члена… лучше не говорить об этом, одни слезы.       В общем и целом, Тарн мужчина, который может заставить девушек сильно сожалеть о том, что он гей. «Он сказал, что всё это только для меня»       Чем больше Тайп думал об этом, тем жарче ему становилось, и Тайп не удержался, облизывая губы. Тарн вернулся, присел на кровать, а после развел ноги Тайпа в стороны и принялся ласкать и лизать его младшего братца так, словно… ел мороженое.       — Ммм… ааах… Тарн! Ты… и правда, чертовски хорош, — Тайп должен был признать, что Тарн был в этом хорош. Пока Тарн отсасывал ему, Тайп не мог сдерживать тихих стонов. Бедра сильно напряглись, и он почувствовал, что они вот-вот взлетят вверх. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, поэтому парень крепко вцепился в подушку. «Неужели это так вкусно?»       Тайп не первый раз задавал себе этот вопрос, потому как каждый раз, когда видел, как Тарн удовлетворяет его ртом, он не замечал на его лице отвращения, напротив, сосед отсасывал ему так, словно член Тайпа — это прохладный десерт, который, чтобы распробовать, нужно как следует облизать.       — Ааам… Ай Тарн! Ааах… мммм… я так больше не могу! — Тайп больше не мог этого выносить. Он с силой схватился за чужую голову, словно говоря, что еще чуть-чуть, и он кончит.       Тарн не смог удержаться от улыбки.       — Такой вкусный. «Пошел к черту!»       Тайп чувствовал, как пылает его лицо. Он готов был взорваться. Он был так сильно смущен, что ничего не мог сказать. Но не успел он подумать о большем, как Тарн умело нанес смазку кончиками пальцев на его дырку и помассировал, а потом…       — Ааах! — Тайп чуть не задохнулся, потому что смазанные пальцы Тарна вошли в его проход, в то время как парень снова опустил голову и коснулся губами младшего братца Тайпа. Он приоткрыл рот, потому как чувствовал, что может задохнуться. Ему хотелось бежать от страшного ощущения удовольствия.       — Ай Тарн… стой… не делай пальцами… так… ааах.       Палец вошел глубже, задевая чувствительное место, и Тайп дернулся вверх. Когда Тарн понял, в чем дело, то принялся проталкивать палец полностью. Тайп крепко вцепился в простыни, почти разрывая их, зрачки расширились, а губы побледнели.       Затем вдруг Тарн вытащил пальцы и посмотрел на лицо Тайпа, тогда как на его собственном отражалось нестерпимое выражение.       — Прости, я больше не могу ждать. Ты выглядишь… таким вкусным.       — Я не… аааах, Тарн! Блядский Тарн! Он… такой горячий… ааах… ааам… — Тайпа затрясло, когда обжигающий ствол с силой вошел в него, когда он этого совсем не ожидал. Жесткое проникновение заставляло его сходить с ума. Палец был совершенно не сравним с тем, что в него только что вставили.       Тарн начал двигаться, а Тайп дергался, пытаясь привыкнуть. Но, несмотря на то что это было очень больно, это было больше возбуждающим, чем болезненным. Тайп не мог удержаться от тихих поскуливаний, выгибаясь дугой.       Ему было так хорошо, что он начал подгонять Тарна.       — Ай Тарн, двигайся быстрее… быстрее… я не могу… — Тайп просил еще и еще. Тарн полностью покрылся потом. Он обхватил бедра Тайпа обеими руками и принялся двигаться сначала медленно, но затем быстрее. Тайп приподнялся, обвивая ногами талию Тарна, и тяжело дышал. Двое парней отдавали друг другу все при помощи своих тел. «Секс с Тарном лучший на свете!»       — Перевернись, — тихо сказал Тарн и вышел. Тайп послушно перевернулся и лег на живот. Когда твердый ствол вновь вошел в него, Тайп плотно сжал зубы. Тарн принялся потирать его соски и двигаться намного быстрее, чем раньше.       Два тела на постели двигались навстречу друг другу, температура становилась все выше и выше, смешались между собой рваные вздохи и скрипы кровати, разносясь по всей комнате. Каждый последующий скрип заставил Тайпа со смехом спросить:       — Кровать… не… развалится… хааах…       — Хаах… тебя это волнует?       — Нет… Сделай так снова, Тарн… быстрее…       — Тебе не больно?       — Нет, не больно… ааха… блять! — Тайп прижал ко рту подушку, чтобы приглушить звуки, потому как знал, насколько плохая в комнате звукоизоляция. Он изо всех сил старался быть тише и заглушить стоны, но страсть, поглотившая тело, не позволяла этого сделать. Удовольствие становилось сильнее: он зарылся головой в подушку, поднимая ягодицы выше, принимая жесткие толчки за спиной.       — Я могу… кончить в тебя?       — Ты… Ах! — прежде чем Тайп успел ответить, он сам кончил на простыни перед собой, а парень за его спиной достиг своего пика при последнем сильном толчке и вышел, после чего белая жидкость залила спину Тайпа.       Тайп в изнеможении упал на кровать, и парень за его спиной со вздохом последовал за ним.       — Ай Тайп, — позвал он первым.       — М?       — Твоя кровать не сломалась?       Тайп не знал, действительно ли Тарн переживал за кровать или же просто подшучивал, но вдруг хмыкнул и улыбнулся. На самом деле он тоже переживал. Если бы старая кровать развалилась, и комендант спросил бы, как это произошло, он бы не смог объяснить причину. Кровать развалилась от страстного секса. Как вообще можно такое сказать?       — Ты до сих пор думаешь, что я все еще твой друг? — спросил Тарн снова. На этот раз Тайп не рассердился, а лишь рассмеялся.       — Ну, мы чуть кровать не сломали, и ты все еще спрашиваешь?       Тайп не стал продолжать, потому что Тарн молчал, но и на свою кровать уходить не хотел. И Тайп тоже не стал ничего говорить. «Неплохо так спокойно спать с ним в одной постели»