Лис.

      — Олееж? — Петров на всякий случай отгораживается кружкой с кофе. — А давай детей заведём?       Худ.рук сначала давится чаем, а уж после, отдышавшись, пытается выразить все свои эмоции словами, а не одним жестом «ты совсем ку-ку?».       — Сашунь, как бы тебе сказать... — Меньшиков всё ещё удивлённо таращится, хотя голос абсолютно спокойный.       — Да я знаю, не парься. Я про другое! Давай ребёнка усыновим или удочерим?!       Олег молчит пару минут, а Сашке страшно становится. А ну как против? И тут он с таким необычным предложением. Определённо надо было ещё немного подождать, прежде чем предлагать такое. Или не немного. Или много-много думать перед такой фразой.       — А воспитывать кто будет? — Олег перехватывает чужие руки, пальцы перебирает. — Я постоянно в театре, ты в разъездах. Отдавать няньке или какому воспитателю? Так разве же для этого детей берут?       А Саша понимает. Доходит до Саши, что — да, всё именно так. Пока — так. И вряд ли что-то изменится в ближайшее время. Он в два глотка допивает остывший кофе, пересаживается к старшему актёру на колени. Ёрзает, устраиваясь удобнее. Олег и сам обнимает, прижимая к себе своего лиса. Хорошо, спокойно так. Главное, никуда бежать не надо — сильно ведь устаёшь от этого.       — Олеж, вот и почему ты у меня такой умный?       Петров хвост материализует, обвивает оный вокруг чужого запястья. Кончиком ладонь поглаживает.       — Это не ум, лисён, — худ.рук усмехается, поглаживая мягкий мех, — это опыт в чистом виде.       Идиллия такая, что прерывать не хочется. Да и надо ли? Когда выпадает редкий свободный вечер — надо уметь это ценить.