Until the Camellias Wither

Ты подвергаешь сомнению окружающую обстановку и не получаешь никаких ответов на то, куда направляешься. Сегодня мы перестанем бродить без цели.

***

      — Спасибо, что сохранил его, — улыбнулся Джисон Феликсу, забирая у него ключ. Феликс испустил громадный вздох облегчения, радуясь, что больше не держится за него. Постоянный поток магии, исходящий от него, становился утомительным и раздражающим. Сам того не сознавая, Феликс слегка наклонился к Чанбину, чувствуя себя потрёпанным и слабым.       — Что теперь? — с любопытством спросил Сынмин.       Они все стояли снаружи в траве. Луна сияла высоко в небе, и тёплый ветерок шевелил листья на деревьях. Джисон сделал глубокий вдох, вдыхая воздух и землю вокруг себя. Прошло слишком много времени с тех пор, как он был здесь. Хотя его тюрьма была прямым отражением этого места, она никогда не чувствовалась так же, как это место.       — Теперь я собираюсь закрыть врата в пустоту, — тихо рассмеялся Хан. Он подбросил ключ в воздух, а затем поймал его. У Хёнджина чуть не случился сердечный приступ.       — Эй! Будь аккуратней. Ты знаешь, через что нам пришлось пройти, чтобы заполучить его? Меньше всего нам нужно, чтобы мир взорвался, потому что мы случайно поцарапали драгоценный камень или какую ещё ерунду, — сказал он Джисону.       Уджин вздохнул, услышав это.       — Я очень сомневаюсь, что падение ключа вызовет массовое уничтожение. И ещё менее вероятно, что драгоценный камень может легко отколоться с него… так ведь? — он посмотрел на Джисона, слегка встревоженный.       — Расслабьтесь, ребята, всё будет кончено ещё до того, как вы узнаете об этом, — уверенно сказал Хан.       Минхо фыркнул, заставив младшего посмотреть на него. Жнец выглядел, по меньшей мере, ужасно. Его лицо было бледным, губы потрескались, и он едва мог стоять. На самом деле, Джисон был уверен, что Чан сейчас удерживал больше, чем просто немного его веса. Минхо был полностью приклеен к боку вампира, а рука Чана надёжно обвивала его талию, чтобы тот не рухнул на землю. Пробиваться сквозь пустоту не один, а два раза, и вдобавок ко всему, будучи практически смертным… неудивительно.       Джисон посмотрел на ключ, а затем снова на каждого из них. Его лицо внезапно стало серьёзным, и некоторым из них стало не по себе.       — То, что я собираюсь вам показать, является супер-секретом среди Владеющих временем, так что вы должны пообещать мне, что будете делать то, что я скажу. Ладно? — спросил он. Чонин, Хёнджин, Феликс и Уджин дружно кивнули.       — Нам нужно будет прятать тело? — спросил Чанбин, поднимая руку, как школьник.       Джисон дважды моргнул, глядя на него.       — Что? Нет-       — Потому что если тебе нужно что-то спрятать, я твой парень, — закончил Чанбин.       — Я… буду знать. Ты будешь первым, кого я позову в случае чего, — нерешительно сказал Хан. Чанбин наставил на него пистолет, заставив Феликса толкнуть его локтем в рёбра, чтобы заставить бросить «оружие».       — В любом случае, — продолжал Джисон, — я объясню, что будет дальше. Обычно врата в пустоту находятся в определённом месте этого мира. Они могут быть где угодно. Они спрятаны так хорошо, что даже я не смогу найти их. Однако если у меня есть конкретный ключ к этим воротам, я могу принудительно вызвать их ко мне. Это нелёгкий процесс, и пустота сделает всё, что в её силах, чтобы обмануть нас. Это защитный механизм, потому что если вы можете контролировать ворота, то вы можете легко получить доступ к пустоте. Понимаете?       Они дружно закивали.       — Окей, значит, открывать врата в пустоту — плохо. Если у вас есть ключ, вы можете вызвать врата, не находя их. Пустота становится раздражительной, когда вы это делаете. Понял, — кивнул Чонин.       Джисон улыбнулся ему.       — Правильно. Но самое трудное — закрыть ворота. Это займёт огромное количество сфокусированности, чтобы заставить их навсегда закрыться.       — Тебе будет больно, если ты закроешь ворота? — спросил Уджин с неподдельным беспокойством.       Джисон покачал головой.       — Нет, это не самое трудное. Я смогу довольно легко сделать это. Тем не менее, я беспокоюсь о вас.       — О нас? Почему? — спросил его Чан.       Джисон перевёл взгляд на Чана и Минхо. Ему было не по себе от того, что Минхо молча смотрел на него, читая его, как книгу. Он беспокойно переминался с ноги на ногу.       — Вы не можете смотреть на ворота, только я. Мне нужно, чтобы вы закрывали глаза на всё время, пока я закрываю ворота. Вы не должны открывать глаза. Если же откроете, то кто знает, что может случиться, — серьёзно предупредил их Хан.       — Подожди, ты серьёзно? — с удивлением спросил Феликс. Хан утвердительно кивнул.       — Ворота — не то на что следует смотреть. В ворота и пустоту вплетена древняя магия. Я не хочу рисковать ничьей жизнью.       — Ладно, это не проблема, — сказал им Сынмин. — Мы просто закроем глаза или отвернёмся, когда ты это делаешь.       Джисон снова переступил с ноги на ногу.       — Хорошо, теперь, когда мы всё прояснили, давайте сделаем это, — он посмотрел на Чана, ожидая подтверждения.       — Ладно, давай покончим с этим. Как думаете, кто-нибудь ещё жив в академии с безумием, взявшим верх? — Чанбин хихикнул Хёнджину. Хван только пожал плечами.       Джисон крепче сжал ключ потной ладонью, а затем сделал несколько шагов, прежде чем упёрся ботинками в траву. Он сделал ещё один вдох, пытаясь успокоить нервы, но это не очень помогло. Он посмотрел на Чана, который с надеждой смотрел на него, как и все остальные, а затем случайно взглянул на Минхо. Минхо выглядел… ну, скучающим. У него было непроницаемое лицо, но глаза оставались острыми и расчётливыми. Почти как у ястреба.       По какой-то причине Джисон решил сосредоточиться только на присутствии Минхо. Остальные из них нуждались в Хане, чтобы он сделал это, чтобы не испортилась ситуация, чтобы спасти регион от растущего безумия. Все они смотрели на него снизу вверх. Всё это внезапное внимание после многих лет тюремного заключения было отчасти пугающим. Однако если бы Джисон сосредоточился достаточно сильно, он мог бы услышать нежную колыбельную в своей голове, позволив ей успокоить его ум. Он ухватился за неё, как за спасательный круг.       Хан вытянул вперёд руку с ключом в руке, как будто собирался отпереть дверь. Его карие глаза начали светиться мягким золотистым цветом, как бледно-жёлтые пески времени. Ветер начал дуть вокруг них, и окружающий лес стал пугающе тихим.       — Это довольно круто, — прошептал Чонин Сынмину с волнением в голосе.       Чан и Уджин с любопытством наблюдали, как отметины на руках Джисона начинают светиться тем же бледно-жёлтым цветом. Затем в голове у всех раздался бой часов, громкий и раздражающий. Феликс и Чанбин поднесли руки к ушам, прикрывая их в надежде заглушить звук, но это было бесполезно.       Золотые очертания дверного проёма начали появляться перед Ханом, материализуясь вокруг ключа, который он держал в руке.       — Все, закройте глаза! — крикнул им Джисон, перекрывая звон часов.       Все они послушали его, крепко зажмурившись. Хёнджин на всякий случай потянулся и накрыл руку Чонина, в то время как Ян взял руку Сынмина.       Ворота полностью сформировались перед Джисоном, сияя радужным цветом индиго, который был очерчен золотом. Рука Хана слегка дрожала от силы, которую он использовал, чтобы удержать ключ на месте, позволяя замку расплавиться вокруг ключа. Его волосы хлестали по лицу, а серьги звенели на ветру. Стиснув зубы, он повернул ключ по часовой стрелке, и воздух наполнился серией звуков. Бой часов начал становиться всё тише. Все слышали шёпот в их головах, бесполезные слова, пытающиеся заставить их открыть глаза, но они держали их закрытыми, несмотря ни на что. Пустота делала всё возможное, чтобы остаться в мире смертных до того, как её запрут.       С последним щелчком Хан вытащил ключ из замка, и весь чёрный ветер и тусклый свет быстро втянулись обратно в ворота, пока они, наконец, с грохотом не закрылись и не исчезли навсегда.       Ключ в руке Джисона больше не излучал ядовитую древнюю магию, но стал очень горячим от использования, и поэтому Джисону пришлось бросить его на землю, прежде чем его рука сильно обгорела. С огромным вздохом облегчения парень рухнул на землю рядом с ним. Его голова убивала его. Минхо без предупреждения открыл глаза и увидел, как глаза Хана вернулись к своему коричневому цвету, а золотые метки больше не светились на загорелой коже. Он тяжело дышал, глядя на пустое место, где раньше были ворота. Минхо хотел пойти туда и посмотреть, всё ли с ним в порядке, но он был слаб после своей предыдущей экскурсии через пустоту, и рука Чана крепко сжимала его, удерживая в вертикальном положении.       — Хорошо, теперь вы можете открыть глаза, — пробормотал Джисон. Все они заметили, что он выглядит очень бледным и усталым.       — Ты в порядке? — озабоченно спросил Феликс.       Джисон слабо улыбнулся ему.       — Да, просто это отнимает много сил, вот и всё.       — Ну, ты запечатал часть пустоты примерно за 30 секунд, поэтому думаю логично, что ты не будешь в отличной форме, — усмехнулся Сынмин.       Хёнджин подошёл, чтобы в восхищении взять ключ, но Хан остановил его.       — Не трогай его. Он ещё горячий, и ты можешь обжечься, — предупредил он.       — И как скоро мы сможем его забрать? — спросил его Чан.       — Я не уверен. Наверное, так долго, сколько потребуется, чтобы он остыл, — ответил ему Джисон. — Может, если бы у нас была палка или что-то ещё, мы могли бы использовать её, чтобы поднять его, — предложил он.       Внезапно от одного из них послышался милый вздох.       Чанбин медленно отошёл на несколько шагов от Феликса, прижав руку ко рту. Затем он драматично провёл рукой над ключом, лежащим на земле, обращаясь к остальным. После положил другую руку на бедро.       — А я тебе что говорил? — он указал пальцем на Феликса, размахивая им. — Что. Я. Тебе. Говорил. А ты? Может, если бы кое-кто не выбросил мою палку, у этого чокнутого парня с часами был бы способ забрать этот ключ домой, — он обвиняюще посмотрел на Ли.       — Большое спасибо, — пробормотал Феликс Джисону, разочарованно качая головой.       — Я что-то не так сказал? — широко раскрыв глаза, спросил Хан у остальных.

***

      — Окей, так куда дальше? — спросил Хёнджин у собравшихся.       В данный момент они ютились в комнате коттеджа Минхо (Джисона?), готовящиеся к их следующему переезду. Минхо слишком устал, чтобы заботиться о таком количестве людей в своём доме (хотя сначала он ворчал), и теперь в изнеможении спал поперёк кушетки. Все решили оставить его в покое, и Джисон подошёл, накрыв его тёплым стёганым одеялом (которое раньше было его собственным), чтобы тот не замёрз.       — Нам нужно найти все ключи, — сказал им Чан, сидя на коленях у Уджина, так как на небольшом участке не было достаточно мест. Он старался не обращать внимания на то, как Ким провёл носом по его шее, мягко касаясь губами кожи.       — Фу, пожалуйста, держите своё странное дерьмо с запахом при себе, — простонал Сынмин. — Я никогда не мог понять, почему вампиры и оборотни делают это.       — Что? Он хорошо пахнет, — сказал Уджин райджу без угрызений совести.       — Да, если мы собираемся жаловаться, тогда я подниму тему тебя, поедающего сердце Чонина, — добавил Чан.       — Это было сделано, чтобы спасти ему жизнь, и ты чертовски хорошо это знаешь! — защищал их Хёнджин.       Чанбин снова поднял руку, как школьник.       — Я пришёл сюда только за едой, — сказал он всем сразу.       Чонин скептически посмотрел на него.              — Но ведь ты пришёл сюда с Феликсом, — заметил он.       Чанбин ухмыльнулся ему.       — Именно, — затем он схватил Феликса за плечо, поворачивая мага к себе так, чтобы он мог громко чмокнуть его в губы. Ли невольно поцеловал его в ответ, но потом оттолкнул.       — Какого чёрта, Чанбин?! Прекрати это делать! — он мило зарычал. Со беззастенчиво облизнул губы и пожал плечами.       Сынмин вздохнул.       — Я уже много лет пытаюсь сблизить тебя с магом. И сейчас начинаю жалеть, что вообще предложил это, — Хёнджин согласно кивнул. Ещё когда они искали способ для Чанбина остаться в мире смертных, они попросили его просто выбрать мага, чтобы связать души друг с другом. Чанбин решительно отказался, даже не желая больше слышать об этом ни слова. Похоже, с тех пор демон очень сильно изменил своё мнение.       Не обращая внимания на всеобщие подшучивания, Уджин продолжил:       — Так, где же следующий ключ?       — Эй! А как мы можем доверять оборотню?! И не просто какому-то оборотню, а долбанному командиру всех волков?! — сказал Хёнджин, обвиняюще указывая пальцем на Уджина.       — На самом деле, теперь, когда он упомянул об этом, почему мы доверяем ему? — добавил Сынмин.       — Потому что Чан целовался с ним. Это все заверения, которые нам, по-видимому, нужны, — хихикнул Чанбин, заработав ещё один локоть в рёбра от Феликса. Ну, что он мог поделать? Он любит подливать масло в огонь.       — Эй, эй, эй, — Чан успокоил всех. — Ваши тревоги вполне понятны. Но поверьте мне, когда я говорю, что теперь Уджин наш союзник. На самом деле, он, вероятно, всегда им был. Теперь он официально часть моей семьи, так что больше никаких вопросов.       — Да, — самодовольно фыркнул Уджин. — А почему здесь допрашивают только меня? Как насчёт Чонина? Когда-то он тоже был человеком, который работал на Старейшин. А Феликс маг и существо дня, как и я. Почему вы не показываете на них пальцем?       Улыбка Со исчезла с лица, и он зарычал на Уджина. Ким зарычал в ответ, встретив его яростный взгляд во всеоружии.       — Не смей так говорить о Феликсе, иначе я убью тебя прямо здесь и сейчас.       — Попробуй, мальчик-демон. Один твой палец на мне — и ты обнаружишь свою голову в луже святой воды, — пригрозил Уджин в ответ.       Чанбин бросился на Кима, но Феликс быстро среагировал, взяв над ним верх. Он дёрнул за цепь на шее Чанбина (не сильно), заставив того остановиться. Он глубоко вздохнул и спокойно сел рядом с Феликсом. Затем взял Ли за руку и притянул мага к себе на колени. Уджин удивлённо приподнял бровь, глядя на Чанбина.       — Что ж, давайте это обсудим. Во-первых, Феликс был тем, кто технически заполучил ключ неба для нас и принёс его, так что это сразу же должно очистить его от подозрений. Во-вторых, никто не посмеет прикоснуться к нему, потому что, как вы можете видеть, Чанбин оторвёт голову любому, кто косо посмотрит на Феликса. И в-третьих, Чонин теперь наш и ёкай, так что даже не думайте о том, чтобы втянуть его в эту ситуацию, или мы оторвём голову любому, кто посмеет косо посмотреть на него, — сухо заметил Хёнджин. Рядом с ним кивнул Сынмин, в то время как Ян придвинулся ближе к ним.       Уджин вздохнул.       — Хорошо, я думаю, что мы установили, что все вместе находимся в этом дерьме. Мы можем двигаться дальше?       — Меня устраивает, — сказал Феликс.       Джисон сидел на полу у изножья дивана, где спал Минхо, наблюдая за всем происходящим.       — Ну, как бы это ни было весело, я меняю тему. Вы хотите знать, что ворота сказали мне о том, где найти следующий ключ?       — Ворота говорили с тобой?! — удивлённо спросил Чонин.       — Э-э, вроде того? Но это были скорее «слова, сотканные из магии», — объяснил Хан.       — Что ты имеешь в виду? — с любопытством спросил Чан.       Джисон поплотнее закутался в одежду.       — Я спросил у врат, где находится следующий ключ, и они сказали мне через свою магию. Я не могу точно описать это. Я должен быть осторожен, потому что если потеряюсь в магии, то могу сойти с ума и выпустить пустоту на землю. Вот почему мы никогда, повторюсь никогда, не связываемся с воротами. Ворота должны быть очень хорошо спрятаны, чтобы ни случилось.       — И что же они сказали? — спросил Чанбин.       Джисон прикусил нижнюю губу, напряжённо размышляя.       — Очень трудно перевести магию врат в слова. Но если бы мне пришлось изложить это наилучшим образом, то я бы сказал примерно так: «иди туда, где больше не видно твоих следов, мираж в синей пустыне, место, куда раньше никто не ступал».       В комнате на несколько минут воцарилась тишина.              Чанбин снова медленно поднял руку.       — Извини, я не слушал, можешь ещё ра-ауч, — он засмеялся, когда Феликс больно ударил его по голове.       — Что это значит? — прошептал Чонин, его глаза были широко раскрыты и очень милы.       — Пустыня? Может нам стоит двигаться на юг? — спросил Уджин, крепко прижимая к себе Чана.       — Я… честно говоря, не знаю, — задумчиво произнёс Чан.       — Что за «голубая пустыня»? — спросил всех Феликс.       Чонин зевнул, положив голову на плечо Хёнджина. Хван улыбнулся, обнимая его за плечи. Сынмин заметил, что Чонин сонный, поэтому решил сказать.       — Ребята? Уже очень поздно, и я думаю, что у всех нас был один чертовски дерьмовый день. Почему бы нам не пойти спать и не решить это завтра? Безумие ушло из этой области, когда мы закрыли ворота, верно? — он адресовал этот вопрос Хану.       Джисон моргнул, немного удивлённый.              — А, ну, да. Теперь всё должно быть хорошо.       — Окей, круто. А теперь, если вы позволите, мы с Хёнджином и Чонином пойдём в спальню Минхо и займем его кровать на ночь. Пока-а-а, — и с этими словами он и Хёнджин повели сонного Чонина в комнату Минхо.       — Технически она моя, — засмеялся Джисон, но отпустил это.       — Я всё слышал, — тихо пробормотал Минхо во сне, но через несколько секунд он уже был без сознания, и никто не успел ему ничего сказать. Он свернулся калачиком на боку и ещё глубже зарылся под одеяло, так что его лица почти не было видно.       — Бедняжка, — прошептал Чан. Он и Уджин сидели в одном из кресел.       Там было не много места, так что независимо от того, где они спят, будет неудобно. Феликс устал от использования такого количества магии. Не только для себя, но и для Чанбина. Каждый раз, когда Со «кормится» от него, это отнимает большой кусок из его магического запаса. Поскольку Феликс имеет много магии, пузырящейся под поверхностью его кожи, это не проблема, но это всё равно истощает его. Он положил голову на плечо Чанбина и устроился поудобнее.       Джисон наблюдал, как все готовятся к нескольким часам сна, его когда-то маленький и пустой коттедж был заполнен, и не осталось места, чтобы двигаться. Он улыбнулся, почему-то это делало его чрезвычайно счастливым. Он устроился поудобнее (насколько это было возможно) на полу перед Минхо и посмотрел на Чана.       — Мне плохо, — прошептал он Чану, зная, что тот его услышит. Ну, и Чан, и Уджин, но Джисон обнаружил, что ему нравится оборотень, чем больше он узнавал его. И он явно сделал Чана спокойным и счастливым. Остальные, может быть, и не заметили, но Хан давно знает Чана. Поверьте ему, когда он говорит, что сейчас Чан выглядит намного счастливее.       — Почему? — прошептал в ответ Чан.       — Я всё ещё не могу поверить, что Минхо рисковал своей жизнью ради меня. Он мог умереть, потому что был таким безрассудным. На самом деле, он почти сделал это, если бы не исцеляющие способности Чонина. Я просто… чувствую, что у него в долгу, — Джисон мрачно посмотрел на свои пальцы. Он провёл пальцем по новой отметине на запястье, которую получил в наказание за то, что покинул пустоту.       — Ты ему ничего не должен, — мягко сказал Чан, устраиваясь на коленях у Уджина.       — Почему нет? — пробормотал Хан.       — Потому что если я что и узнал о Минхо с тех пор, как познакомился с ним, так это то, что он всегда делает то, что хочет. Ты не можешь сказать ему, что делать. Он сознательно сделал свой выбор, возвращая тебя, и прекрасно зная, каковы были последствия и риски. И не смей говорить ему всякую чушь вроде «я обязан тебе жизнью». Он с отвращением посмотрит на тебя и скажет, чтобы ты свалил, — усмехнулся Чан.       Джисон улыбнулся Бану, кивая.       — Окей.

***

      После нескольких часов сна, какой-то нелепой упаковки необходимых вещей и долгого обсуждения, Чан и другие были уже в пути в поисках следующего ключа.       Чан, к своему большому разочарованию, был вынужден оставить Берри позади. Если бы их сопровождал волк, это привлекло бы к ним слишком много внимания. Он пообещал ей, что они вернутся и, что она будет следить за их землёй, чтобы у них был дом, куда они могли бы вернуться.       — А мы уверены, что идём в правильном направлении? — спросил их Сынмин, с улыбкой наблюдая, как Чонин и Феликс скачут впереди всех по грязной дороге.       — Нет, — весело ответил ему Уджин. — Но это единственная идея, которая у нас есть, так что давайте просто следовать ей.       Они полагали, что поскольку в подсказке, которую им дали небесные врата, упоминается «пустыня», то они направятся дальше на юг, к ближайшей пустыне в регионе, расположенном рядом с ними. Им нужно заехать в следующий город, прежде чем они смогут добраться до него.       Это был прибрежный город, куда приходило много грузов и предметов для продажи. Уджин был немного знаком с ним, однажды проходя через него во время охоты. Это займёт примерно один день ходьбы, затем они смогут отдохнуть и пополнить запасы провизии, а затем продолжить путь ещё на несколько дней на запад, чтобы добраться до пустыни в следующей земле. Чан и Уджин надеялись, что они смогут поспрашивать вокруг и, возможно, получить некоторую информацию от местных жителей. Ключ должен быть в том месте, где может свободно течь древняя магия, поэтому кто-то обязательно должен что-то знать.       Ведь так?

***

      Джисон неторопливо подошёл к Минхо, внимательно наблюдая за ним. Он был готов в любой момент подхватить его или схватить на случай, если тот случайно упадёт или ещё что. Так продолжалось полдня, пока Минхо, наконец, не взглянул на Джисона.       — Ты не должен нянчиться со мной, — сказал он Владеющему временем тихим голосом. Он старался говорить тише, зная, что Чан и Уджин могут услышать его, если захотят, но судя по тому, как Уджин смеялся над деревьями, где был Чан, он не думал, что они обращали на него много внимания.       — Я не… не нянчусь с тобой, — слабо защищался Хан. Минхо фыркнул, услышав это.       — О, да ладно тебе. Это делает каждый, но ты особенно очевиден. По крайней мере, постарайся выглядеть чуть менее заметным.              — Как ты себя чувствуешь? — спросил Джисон, взглянув на Минхо.       Уголки рта Ли слегка приподнялись.       — Честно? Дерьмово. Мои кости болят, как будто мне 100 лет. Болит спина, и я должен ходить этой странной шаркающей походкой. Ещё испытываю искушение попросить Хёнджина сделать мне трость, о, и та дыра в земле начинает выглядеть довольно удобной.       Джисон слегка сдулся, чувствуя себя виноватым, что Минхо переживает это из-за него. Минхо заметил это и почувствовал себя немного неловко из-за того, что доставил парню столько хлопот.       — Я просто преувеличиваю, — сказал он, смягчая свои слова. — Использование части магии сказалось на моём смертном теле. Дай мне ещё один день и всё будет хорошо, так что перестань так волноваться.       — Но… — начал спорить Хан. Он закрыл рот, когда Минхо смерил его убийственным взглядом. Смысл был ясен: больше никаких аргументов.       Однако Джисон был упрям. Он протянул руку и крепко сжал предплечье Минхо. Несмотря на смелые действия Ли, старающегося не казаться слабым, Хан мог сказать, что у того была небольшая хромота, которую он не мог скрыть. И так как они шли весь день, это становилось всё более заметным.       — Чт… — начал было жаловаться Минхо, но Джисон только усмехнулся ему.       — Прекрасно, ты победил. Но самое меньшее, что я могу сделать, это подставить тебе плечо, чтобы ты мог опереться на него, пока не почувствуешь себя лучше. С этого момента, когда тебе понадобится помощь, не стесняйся спрашивать.       — Чёрт, ни… — начал Минхо, но его снова прервали. Он стиснул зубы, начиная раздражаться.       — Это беспроигрышная ситуация. Я не должен жить с этим чувством вины за то, что чуть не убил тебя («даже если в первый раз я пытался отослать тебя назад в целости и сохранности», — пробормотал он себе под нос), и ты не должен чувствовать себя неловко, когда ты не успеваешь двигаться за Чаном и Уджином. Договорились?       Ну, Минхо не мог с этим поспорить. Он не ответил, но Хан всё равно понял его. Он положил руку Минхо себе на плечи, чтобы выдержать больший вес жнеца, и они продолжали идти в тишине, которая была не очень приятной, но и не неудобной.

***

      — Наконец-то мы здесь. Клянусь, если бы мне пришлось ещё час слушать несносное пение Чанбина, я бы вырвал свои уши, — фыркнул Уджин. В настоящее время они шли по городу, осматривая окрестности.       Это был портовый город, расположенный вдоль побережья и граничащий с морем. Здания были сделаны из дерева, и в воздухе чувствовался лёгкий солёный туман. Он был так близко к океану, что можно было услышать, как вдалеке разбиваются волны.       Люди кричали, поднимаясь на борт кораблей и перевозя товары в доки и обратно. Торговцы продавали товары на улицах и на рынке, рабочие начинали оседать и возвращаться домой после честного дня каторжного труда. Солнце садилось, и скоро наступит ночь.       — Мы должны найти место, где остановиться, — сказал им Чан. Хёнджин и Сынмин кивнули, принимая это как намёк.       — Сейчас вернёмся, посмотрим, может ли какая гостиница принять сегодня вечером девять человек, — сказал им Хёнджин. Чонин неохотно отпустил его руку, стараясь не чувствовать разочарования. Хван взъерошил его рыжие волосы и улыбнулся, а затем растаял в тени вместе с Сынмином. Чувствуя себя одиноким, так как никто не цеплялся за него в первый раз за несколько дней, Чонин подошёл к Уджину и взял его за руку. Ким без лишних вопросов притянул его к себе.       — Какое удивительное место, — сказал Феликс, любуясь кораблями вдалеке. — А мы можем что-нибудь купить?       Минхо отрицательно покачал головой.       — Лучше не привлекать к себе внимания. Нам просто нужно войти и выйти, а после двигаться дальше, — Феликс выглядел разочарованным, но не жаловался.       — Может, мы сможем это сделать в следующем городе! — радостно сказал Джисон. Феликс взглянул на него с некоторой надеждой, и Минхо впился взглядом в Хана за то, что тот подал магу идею. Джисон проигнорировал его, широко улыбаясь.       — В гостинице вниз по улице есть два свободных номера, — сказал Хёнджин, появляясь из ниоткуда. Чанбин и Чонин подпрыгнули от неожиданности.       — Прекрати это делать! — демон зашипел на Хвана. Хёнджин фыркнул и повернулся к Чану.       — Ладно, звучит неплохо. Пойдёмте, мальчики!

***

      — Здесь полно народу, — заныл Чанбин, сморщив нос от запаха.       — Ты можешь спать снаружи, где тебе и место, — проворчал Минхо с ухмылкой.       — Эй, мне тут Бог смерти позвонил. Сказал, что хочет вернуть твой серп для пшена, — насмехался над косой Минхо Чанбин детским голосом.       — Хватит вам, давайте разделимся и выберем комнаты, — вздохнул Сынмин. — Очевидно, Хёнджин и Чонин со мной, — предупредил он, бросая вызов любому, кто разделит их.       — Мне всё равно, — сказал им Минхо.       — Феликс со мной, — хихикнул Со, наклоняясь и касаясь губ Феликса своими собственными. Феликс поджал губы, так что это был не очень хороший поцелуй. Он уже привык к нуждам Чанбина и быстро учился избегать его большую часть времени.       — А можно нам сначала что-нибудь поесть? Я умираю с голоду, — прервал их Уджин. Его желудок заурчал от запаха подаваемого ужина. Все в комнате либо пили, либо ели, либо кричали от радости. Служанки проходили мимо столов с мисками и пивом, а повара кричали людям, чтобы они ждали своей очереди каждый раз, когда кто-то кричал со своего стола, чтобы они принесли ещё еды.       — Звучит неплохо, — согласился Джисон.       Они все пробирались через толпы людей и столики, пока не нашли один пустой. Подошла официантка и начала раздавать пиво нескольким ребятам, а затем дала им немного хлеба.       Чан постучал пальцами по столу, изучая людей вокруг них. Он был голоден, но явно хотел чего-то другого. Он мог прожить без еды ещё неделю, поэтому решил пока не обращать внимания на пустой желудок. Его глаза встретились с закрытой капюшоном фигурой в толпе. Она бесстыдно уставилась на него, но он решил не обращать на неё внимания. Они не должны были привлекать к себе много внимания, куда бы ни пошли.

***

      Прошёл ещё час, и все они, наконец, закончили есть. Снаружи было темно, но внутри продолжалась вечеринка, пиво передавалось по кругу, и матросы вели себя буйно. Чан предупредил остальных, чтобы они держались в стороне и не сходили с ума от толпы.       В этот момент кто-то с грохотом распахнул дверь в гостиницу, и в комнате мгновенно воцарилась тишина.       — У нас ещё один!       — Сколько их на этот раз? — кто-то окликнул его.       — Три грузовых корабля. Они перевозили шелка и ткани.       — Твою мать! — кто-то хлопнул по столу. — Кто эти придурки? Если так будет продолжаться и дальше, то через две недели у нас не останется денег!       — Что тут происходит? — спросил Джисон служанку, которая убирала со стола.       Она посмотрела на него сверху вниз.       — Должно быть, вы здесь новенькие. В течение последнего месяца наши корабли исчезали в море прямо перед тем, как достичь доков. Мы понятия не имеем, куда они пропадают, но из-за этого наша торговля медленно умирает.       — Кто-нибудь выходил посмотреть, что случилось? — спросил Чан.       Она кивнула ему.       — Да, мы посылали много лодок и кораблей, чтобы решить эту проблему, но никто никогда не возвращался живым. Иногда обломки кораблей выбрасывает на берег, но это всё.       — Вы думаете, это пираты? — с любопытством спросил Феликс.       — Лучше, чёрт его задери, нет! — крикнул им какой-то человек, услышав его вопрос. Ещё несколько человек закричали вместе с ним.       — Ну же, ребята! Мы отплываем с утра! — с этими словами огромная толпа мужчин поднялась, жалуясь на свои потерянные корабли.       — Может, нам стоит помочь? — прошептал Хан Чану.       Услышав это предложение, Чан покачал головой.       — Поверь мне, я тоже хотел бы помочь. Но прямо сейчас мы находимся в другом поиске. У нас нет времени, чтобы помогать всем, с кем мы сталкиваемся, — Джисон знал, что это правда, но всё равно чувствовал себя плохо. Он старался не смотреть на это слишком печально.       Затем Чан встал.       — Ладно, ребята. Давайте хорошо отдохнём ночью, так как встанем ранним утром.              Он начал пробираться сквозь толпу, чтобы добраться до ступеней, ведущих в комнаты. Он был лёгок, способный увернуться от многих людей. К сожалению, бедным Феликсу, Джисону и Чонину не так повезло, они случайно натыкались на людей и извинялись.       Чан проходил мимо стола, когда его окликнул женский голос.       — Не хочешь узнать свою судьбу? — спросила она. Чан остановился, окинув женщину быстрым взглядом. Это был тот же самый человек, который смотрел на него раньше. На ней был синий плащ с капюшоном, украшенный драгоценными камнями по краям. Глаза синие, как море, а губы — ярко-красные. Она ласково улыбнулась ему, показав жемчужно-белые зубы.              — Не очень, — ответил Чан, вежливо улыбнувшись ей.       — Оу, хён! Можно? — спросили Чонин и Джисон, глядя на него щенячьими глазами. Чан перевёл взгляд с женщины на двух младших. Он вздохнул, сдаваясь.       — Ладно, сколько? — спросил он её. Он не верил в гадания, но если это делало младших счастливыми, то почему бы и нет?       — Бесплатно, — улыбнулась она Чану. — Я работаю не в официальные часы.       — Меня зовут Джисон, а тебя? — спросил он со счастливым смехом.       — Меня зовут Джой, — ответила она. — Не хочешь ли ты пойти первым?       — Какое красивое имя. И конечно! — он улыбнулся. Джой протянула руку и мягко сжала руку Хана. Ногти у неё были кроваво-красного цвета, под стать губам. Джисон взял её за другую руку и тепло сжал её. Он всегда был ласков с теми, кого встречал.       — А как это работает? — с любопытством спросил Феликс.       — Мне нужно держать тебя за руку, и оно придёт ко мне, — ответила Джой.       Минхо усмехнулся, но ничего не сказал. Её быстрые глаза метнулись к Минхо, прежде чем она снова сосредоточилась на Джисоне. Потом она закрыла глаза и несколько секунд держала его за руку, кивая сама себе и бормоча себе под нос так тихо, что даже Чан или Уджин не могли разобрать, что она говорит в переполненной комнате.       Затем она открыла глаза, встретив нетерпеливого Джисона.       — Ты принесёшь самую большую жертву. Бедняжка. Какой милой мерзостью ты станешь, — проворковала она Хану. Джисон нахмурился, глядя на неё сверху вниз.       — И это всё? — спросил он, совершенно сбитый с толку и немного расстроенный.       — Следующий, — сказала она, схватив бледную руку Чана. Бан нахмурился, глядя на контакт, но она быстро закрыла глаза и снова начала бормотать. А после снова открыла их и посмотрела на Чана. — Твоя судьба — страдать. Но как можно по-настоящему ценить счастье, если никогда не испытывал мучительной боли и печали?       — Что ж, это угнетает, — пробормотал Уджин, раздражённый тем, как она говорит. Он схватил Чана за талию и слегка оттащил от её стола.       Её глаза встретились с глазами Феликса и потянулись к нему. Феликс нерешительно протянул ей руку. Снова бормотание и закрытые глаза.       — В твоём сердце грохочет огромная сила. Будь уверен в себе, чтобы сковать её, или ты оставишь после себя много разрушений.       Чанбин склонился над плечом Феликса, выжидательно улыбаясь ей. Он тоже хотел, чтобы ему предсказали судьбу. Она закатила глаза и проигнорировала его явно неудачную попытку быть милым.       Затем она взяла руку Чонина, повторив тот же процесс.       — Я вижу, что ты даешь обещание. Ты вернёшь жизнь тем, кто в ней нуждается.       — Почему у него счастливая фортуна? — пожаловался Джисон.       — Потому что это Чонин. Ты видел эту очаровательную улыбку? — фыркнул Сынмин.       Она проигнорировала их подшучивания и потянулась к Минхо. Он с отвращением попятился, прежде чем она успела прикоснуться к нему пальцем. Она нахмурилась, увидев это.       — Кто-нибудь ещё? — спросила она.       — Нет, мне и так хорошо, — ответил Уджин. Он считал, что это несчастье — знать своё будущее. Он предпочитает жить в настоящем.       — Спасибо, что уделили нам время! — ответил Хёнджин, направляя остальных обратно к лестнице. Он хотел было потянуть за собой Джисона, но тот отмахнулся от него и направился к лестнице сам.       — Приятного вам пребывания, — сказала она, мило улыбаясь им.       — Это было странно, — сказал Сынмин, но пожал плечами.       — Давайте просто уйдём, я устал, — проворчал Феликс.

***

      — Так с чего же, по-твоему, нам следует начать наводить справки? — сказал Уджин Чану, зевая. Было раннее утро, солнце едва встало. Они все стояли у входа в гостиницу, не зная, куда идти в первую очередь. Город только начинал просыпаться.       — Я не знаю, разве похоже, что у меня есть все ответы? — рявкнул на него Чан. Ким удивлённо моргнул, услышав столь резкий комментарий.       — Что? Эм, нет. Это был скорее общий вопрос для всех… наверное, — сказал он нерешительно. Может быть, Чан просто устал или проголодался. От его внимания не ускользнуло, что прошлой ночью вампир не ел нормальной пищи. Он сделал мысленную заметку покормить Чана в ближайшее время.       — А мы не можем просто спросить Джисона? — сказал Сынмин, глядя на Владеющего временем. — Может, ты почувствуешь какое-то покалывание или что-то вроде того, когда ключ будет рядом?       Джисон закатил глаза.       — Господи, неужели я должен всё сам делать? Я не какая-то собака, которая может вынюхивать вещи из пустоты, — фыркнул он.       Сынмин пристально посмотрел на него.       — Ну, нет, но я просто подумал, может быть, если ты что-то почувствуешь-       — Это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал, — засмеялся Чонин. Ким посмотрел на него немного обиженно.       — Эй, я думаю, что пойду за покупками на рынок, — хихикнул Феликс. А потом начал скакать прочь, ни о чём не заботясь.       Чанбин бросил на Уджина обеспокоенный взгляд, а затем последовал за своим магом.       — Подожди! Минхо же сказал, что не в этот раз! — он крикнул вслед Феликсу.       — О-о-о, это кого-то волнует? Чанни ведь не возражает, правда? — сказал Феликс.       Чан прогнал мага прочь.       — Да-да, займись этим ребёнком. Кто я такой? Твой родитель? — Уджин удивлённо повернул голову к Чану.       — Вы все такие надоедливые, что у меня голова болит. Пойду лучше посплю ещё несколько часов, — сказал Хан, проводя рукой по волосам и поворачиваясь, чтобы вернуться в гостиницу.       — Подожди, ты что, опять собираешься спать? — сказал Хёнджин, начиная раздражаться.       — Да. Я что, заикаюсь? — язвительно бросил через плечо Джисон.       — Отличная идея. Думаю, я тоже пойду спать, — сказал им Чан, следуя за Джисоном. — Не знаю, о чём я думал, вставая так рано, — засмеялся он.              Немного смущённый Минхо стоял рядом с Уджином, наблюдая за происходящим.       — Наверное, сейчас мы делаем перерыв? — сказал Ким ему и остальным.       — О, слава богу. Мне уже надоело ходить вокруг и слушать вас всех, — фыркнул Чонин. Он двинулся в сторону ближайшей к морю рыночной площади, где находился Феликс, и мысль о покупке взволновала его. Сынмин собрался последовать за ним, когда Чонин резко повернул к нему голову. — Неужели у тебя нет никаких дел, кроме как ходить за мной весь день? Твоя цепкость так раздражает.       Сынмин остановился, уставившись на Яна широко раскрытыми глазами. Он посмотрел на Хёнджина, который был так же обеспокоен.       — Думаю, я пойду, проверю Чана, — сказал им Уджин и через несколько секунд исчез.       Минхо ущипнул себя за переносицу, явно раздражённый тем, что происходит. Он понятия не имеет, что на всех нашло, но они вместе всего лишь несколько дней, и уже не могут терпеть друг друга. Он надеялся, что со временем всё наладится.       Пока он стоял снаружи один, по всему городу зазвонил колокол. Он резко повернул голову к океану, его глаза слегка поблёскивали серым.       Над ними нависла смерть. Он едва чувствовал её, но она была.       Звон колокола означал, что в городе кто-то умер. Это было принято делать, чтобы все знали о потере.       Он вернулся в трактир, звон колокола был слегка приглушён, и подошёл к бармену, готовящемуся к очередному рабочему дню.       — Что случилось? — спросил он у бармена.       Другой мужчина с серьёзным видом пожал плечами.              — Мы только что получили сообщение, что толпа, которая ушла, чтобы позаботиться о наших грузовых кораблях, пропала. Одного из них прибило к берегу, он бубнил как сумасшедший, пока не упал и не умер. Мы предполагаем, что с остальными случилось самое худшее.       — Он что-то бормотал? — спросил Минхо. — Что именно?       Мужчина снова пожал плечами.       — Не уверен. Что-то о том, что он не может выбросить голоса из головы.        Ну, это было не очень полезно. Минхо повернулся и, не обращая на него внимания, вышел, не сказав ни слова. Он вздохнул и направился к лестнице, ведущей в их комнаты. Ему нужно вернуть всех сюда, чтобы они смогли выбраться из города. Ему навсегда хватило хлопот с похоронами. Довольно скоро всё закроется в трауре по погибшим, так что лучше всего они уйдут до того, как это произойдёт.       Выйдя на лестничную площадку, Минхо оглядел комнату, в которой должен был находиться Чан. Было бы разумно сначала пойти к нему, но с его раздражительностью, возможно, было бы лучше позволить Уджину справиться с ним. Что оставляет вариант номер два: пойти в другую комнату, где отдыхает Джисон.       В любом случае, самое время будить парня. Минхо ухмыльнулся и пинком распахнул дверь.       — Пора уходить. Начинай паковать вещи, болван, — крикнул Минхо. Комната была освещена утренним солнцем. Однако Хан спал не так, как первоначально думал Минхо. Ли молча наблюдал, как Джисон ходит взад и вперёд, зажав уши и зажмурив глаза.       — Джисон? — крикнул Минхо. — Ты в порядке? — младший не отвечал ему, выглядя расстроенным. — Эй? Джисон? Да что с тобой такое, чёрт возьми?       — Заткнись, заткнись, заткнись! От твоей проклятой болтовни у меня кровь из ушей идёт! И не мог бы ты сделать так, чтобы колокола перестали звонить?! — закричал он.       — Колокола говорят о том, что многие умерли. Это должно скоро прекратиться, — ответил Минхо.       — Мне всё равно, заткни их! Я не могу слушать их одновременно с музыкой! — прошипел Джисон.       Теперь Минхо забеспокоился. Он уже достаточно повидался с Ханом, чтобы понять, что его безразличие к чьей-то смерти считается странным поведением.       — Какая музыка? — спросил его Минхо, делая шаг навстречу Владеющему временем.       — Днём и ночью это либо тиканье часов, либо твоя проклятая колыбельная. А теперь ещё звон колокола и голоса. Я просто хочу немного тишины и покоя! — взвизгнул Джисон, швырнув что-то в стену, и оно со щелчком распахнулось.       Минхо подошёл и наклонился, чтобы посмотреть. Это были самые обыкновенные золотые карманные часы, и он осторожно потянулся за ними. Они казались сломанными, стрелки на часах застыли на месте. Его пальцы лишь слегка коснулись часов, но этого было достаточно.       Джисон закричал и упал на колени, в то же время стрелки на часах начали вращаться. Минхо был ошеломлён, не понимая, что происходит. Затем вращение прекратилось, обе стрелки часов указывали на Минхо, а затем возобновили свой ход, тикали точно так же, как и любые другие обычные карманные часы. Минхо схватил их и захлопнул крышку. Он подошёл к Джисону, который скулил, зажав уши руками.       — Что, чёрт возьми, на тебя нашло? Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной, — тихо сказал ему Минхо, присев перед ним на корточки. Он потянулся вперёд и схватил руки Джисона, мягко убирая их от его ушей. Глаза Хана были крепко зажмурены.       — Я слышу голоса. Их не должно быть, но я их слышу, — прошептал Джисон, открывая глаза. Минхо снова посмотрел в его бледно-жёлтые глаза, не зная, что делать. И тогда то, что сказал ему Джисон, заставило его кровь похолодеть.       — Какие голоса? — осторожно спросил он, вспомнив слова бармена внизу.       — Они говорят мне, что я должен идти к морю, — ответил ему Хан, его глаза потускнели, вернувшись к своему обычному карему цвету. — Нам всем нужно в море.       Минхо встал, сунул часы Джисона в карман, пока тот не придёт в себя. У него есть предчувствие, что он знает, что здесь происходит.       Протопав в соседнюю комнату, он открыл её. Он не удивился, увидев, как Уджин прижимает Чана к стене.       — Это не то о чём ты подумал, клянусь, — фыркнул Уджин через плечо, пот бисеринками выступил у него на лбу оттого, что он удерживал Чана на месте.       Минхо фыркнул.       — Знаю. Что-то не так с Чаном и остальными. Я думаю, что кто-то наложил на них заклятие, заставляя так поступать.       Ким хмыкнул, едва избежав зубов Чана.       — Ты так думаешь? — сказал он с сарказмом.       — Мне нужно, чтобы ты вытащил Чана из того, во что он там вляпался. Он единственный, кто может видеть магию такой, какая она есть на самом деле. Нам нужно найти гадалку, — сказал Минхо.       — Чего? — прорычал Уджин. — И как, блять, я заставлю его слушать?       — Не знаю, накорми его или ещё что-нибудь. Кровь должна помочь ему быстрее зажить и уничтожить всё постороннее в теле, — ухмыльнулся Минхо, закрывая за собой дверь. Им понадобится немного уединения.       Затем он вернулся к Джисону, схватив его за руку, чтобы поднять наверх.       — Ох, давай, мы должны пойти и найти остальных. Как ты себя чувствуешь?       Джисон потёр голову, ворча себе под нос.       — Дерьмово. Что, чёрт возьми, произошло?       — Я думаю, что та гадалка вчера вечером наложила на вас заклятие, заставив вас вести себя как придурков. Теперь мы собираемся выследить её.       — И как же мне удалось снять заклятие? — спросил Хан, следуя за Минхо.       — Я не уверен. О да, вот твои карманные часы. Я беспокоился, что ты, возможно, сломал их, так как они сначала не работали, но теперь, похоже, работают на отлично. Ты довольно сильно швырнул их об стену, — ответил Минхо, вытаскивая часы из кармана и возвращая их Джисону.       Младший остановился в коридоре, глядя на часы так, словно они могли его укусить. Его лицо побледнело, когда он снова посмотрел на Минхо.       — Мои часы… теперь работают?       Минхо посмотрел на него так, словно он сошёл с ума.       — Перестань драматизировать. Да, они работают. Я поднял их, и они снова начали тикать, так что не смей винить меня, если позже у тебя будут с ними проблемы, — предупредил он.       Джисон нерешительно протянул руку и дрожащими пальцами забрал часы обратно.       — С-спасибо, — прошептал он.       Минхо развернулся и направился обратно к выходу из гостиницы, даже не потрудившись проверить, идёт ли за ним Джисон.

***

      — Нет, Ликс, отойди от воды! — крикнул Чанбин, преследуя Феликса по песку.       — Я тебя не слышу-у-у! — Феликс засмеялся, прыгая по волнам, не обращая внимания на то, что его одежда промокла.       Чанбин, наконец, догнал Феликса, когда заметил волнение на берегу. Люди собрались вокруг человека, который кричал.       — Остановите голоса! — крикнул он, прежде чем окончательно рухнуть на землю и уже не подняться.       — Какого хрена? — сказал Со. Он повернулся к Феликсу, заметив, что тот смотрит на океан.       — Нам нужно идти к морю, — пробормотал Феликс, делая шаг в воду.       — Нет, не надо, — сказал Чанбин, с беспокойством сжимая запястье Феликса.       — Не трогай меня! — закричал Ли, свирепо глядя на Чанбина. Он сделал ещё один шаг вглубь океана.       — Прекрати! — возразил старший. Он уже начал паниковать.

***

      В то же время, Чонин был не слишком далеко позади, пытаясь изо всех сил обогнать Сынмина и Хёнджина.       — Что это на него нашло? — Хван фыркнул, держась рядом с Сынмином.       — Я не уверен, — нахмурился Ким. Облака наверху начали собираться вместе с его растущим волнением. Зазвонили колокола, показывая, что кто-то умер.       Чонин остановился у океана, уставившись на него, как загипнотизированный.       — Попался! — сказал Хван, обхватив руками Яна, удерживая его на месте. Чонин не сопротивлялся, улыбаясь морю.       — Это так мило. Почти как отражение, — сказал он.       Сынмин и Хёнджин оба посмотрели друг на друга, понимание отразилось на их лицах.

***

      — Ты в порядке? — спросил Чанбин, глядя на растрёпанного Чана.       Бан провёл рукой по своим светлым кудрям, облизывая губы.       — Бывало и лучше. Моя голова убивает меня, — сказал он демону. Затем он моргнул, глядя на сцену перед ним. — Не хочешь объяснить, что за чертовщина тут происходит?       Чанбин усмехнулся Чану, подперев рукой подбородок.       — Да ничего особенного. Чонин вон там стоит аки овощ, не двигаясь, а Джисон продолжает бормотать о том, что слышит голоса.       Чан кивнул.       — Окей, но это не совсем то, о чём я спрашивал. Почему ты сидишь на Феликсе, когда он пытается освободиться?              Чанбин посмотрел вниз, как будто был удивлён.       — Ох, да. Мой симпатичный маленький маг подумал, что будет отличной идеей — нырнуть солдатиком в океан. Так что теперь я прижимаю его своей задницей. Я уверен, что он не возражает, правда, милый? — он позвал Феликса. В ответ услышал рычание и стон борьбы. — Он говорит, что не возражает, чтобы его использовали в качестве стула, — хихикнул Чанбин.       Чан наклонился к Уджину, слишком слабый и усталый, чтобы справиться с этим. Уджин позволил ему поесть, что каким-то образом исправило то заклинание, под которым он находился.       — О, и мы выяснили, где находится следующий ключ, — самодовольно сказал ему Со.       Глаза Уджина удивлённо распахнулись.       — Ну, так не держи нас в неведении.       — Мы всё неправильно поняли, — сказал Сынмин, подходя вместе с Чонином и Хёнджином. Чонин смотрел на океан, пытаясь, время от времени освободиться от Хвана, чтобы пойти к нему. — Мы думали, что ищем пустыню, но на самом деле это был океан — «мираж в голубой пустыне». Мы можем видеть наши отражения, когда смотрим в воду.       — И «иди туда, где больше не видно твоих следов» означает, что они исчезают в песке каждый раз, когда волны смывают их, — закончил Чанбин. — Я уже думал об этом, — гордо сказал он.       — Нам нужно, чтобы ты нашёл для нас гадалку, чтобы мы могли помешать ей заколдовать кого-нибудь ещё, — сказал Минхо.       Чан кивнул.       — Хорошо, хорошо. Я должен был раньше заметить, что она использует магию, но по какой-то причине пропустил. Это странно, — он нахмурился, явно обеспокоенный этим.       — Я думаю, она нарочно пряталась от тебя, — заметил Минхо. — Это имеет смысл, если она знает, что мы идём за ключом. Может быть, она хочет его для себя, и пытается устранить конкурентов.       — Фу, отстой, — пожаловался Сынмин.       — Вообще-то, чем больше я об этом думаю, тем больше всё сходится. Моряки, вероятно, не возвращаются, потому что их засасывает безумие в море, — сказал Уджин.       — Ну что ж, давайте найдём эту цыпочку и выбьем из неё информацию, — сказал Чанбин, возбуждённо потирая руки.       — А как же Феликс? — спросил Хёнджин.       — Не беспокойся о нём, — хихикнул Чанбин.       — Что ты собираешься делать? — спросил Хан, не поднимая головы.       — То, что должен был сделать давным-давно, — серьёзно сказал Со. Он соскользнул со спины Феликса и перевернул его так, чтобы маг оказался лицом к нему. Тот барахтался в песке, пока Чанбин не протянул руку и не зажал ему нос. Через несколько секунд он наклонился и поцеловал его прямо в губы. Вскоре у Феликса кончился кислород, он схватил Чанбина за плечо и попытался оттолкнуть его.       — Задушить его поцелуем? Интересно, — фыркнул Минхо.       Чанбин, наконец, отпустил его, втянув в себя воздух. Феликс слегка кашлянул, глядя на Со снизу вверх.       — Что, блять, с тобой происходит, Чанбин?! Ты пытаешься убить меня или просто украсть всю мою магию? — прорычал он.       — Ответь мне только на один вопрос, мой милый маленький маг. Хочется ли тебе уплыть в океан и никогда не возвращаться? — спросил его Чанбин.       Феликс бросил на него странный взгляд.       — Что? Нет? Не мог бы ты слезть с меня?       — Ладно, он вернулся к нам, мальчики. Проблема решена! — Чанбин хихикнул.       — А? — Феликс посмотрел на Чана и Уджина, ожидая от них небольшой помощи.       — Это долгая история, — беспомощно сказал Ким.

***

      — Извините, я никогда не слышал о гадалке по имени Джой. Вы уверены, что правильно знаете её имя? — один торговец сказал Уджину. Он зарычал на это, в гневе покидая постоялый двор.       — Значит, в пятой гостинице никогда о ней не слышали, — сказал им Уджин.       — Нини, как ты себя чувствуешь? Проклятие прошло? — мягко спросил Хёнджин у Чонина. Ян кивнул, положив голову на плечо тэнгу. Природные целительные способности феникса, наконец, включились, и стали медленно уничтожать «заразу» в теле.       — Ладно, это уже жутковато. Нам нужно быстро найти корабль. Очень скоро они будут закрывать доки и порт, так как слишком много кораблей пропадает без вести. Тогда мы не сможем достать ключ, — рассуждал Чан. Теперь, когда старый Чан вернулся, Уджин с облегчением вздохнул.       — Да, один корабль в никуда, пожалуйста, — пропел Чанбин капитану в доках. Феликс хлопнул его по плечу.       — Он хочет сказать, есть ли сегодня корабли, выходящие в море? — спросил он капитана.       Капитан отрицательно покачал головой.       — Извините, но я не могу этого сделать. Это больше не безопасно, пока мы не выясним, кто нападает на нас.       — А что, если мы скажем, что мы наёмники? — спросил Минхо. Остальные быстро взглянули на него, а он только пожал плечами.       Джисон согласился с этим.       — Да, мы можем решить все ваши проблемы. За хорошую цену, конечно, — он подмигнул капитану.       Капитан задумчиво поскрёб подбородок.       — Если бы вы могли выяснить, кто, чёрт возьми, крадёт наши товары и избавляется от них, это было бы большой помощью. Сколько просите?       — Это зависит от того, с чем мы имеем дело. Мы сообщим вам об этом в течение 14 дней. Если мы не вернёмся к тому времени, я думаю, вы знаете, что произошло, — пожал плечами Минхо.       Капитан кивнул.       — Да, хорошо. Звучит разумно. Когда вы можете начать?       — Прямо сейчас! — сказал Феликс, радостно пожимая руку капитану.       — Ну, так поднимайтесь на борт. Я отвезу вас туда, куда нужно.       Как только час спустя они вышли в море, Чанбин и Хёнджин усмехнулись, ожидая, пока они будут достаточно далеко от доков.       — Упс, — сказал Со, толкая капитана за борт корабля.       — Мои руки соскользнули, — крикнул Хван, толкая первого помощника с другой стороны. Они были единственными людьми из доков, желавшими выйти в море, что облегчало избавление от них.              — Какого чёрта вы делаете?! — кричал на них с разбивающихся волн капитан.       — Спасаем ваши жизни, неблагодарный болван, — насмешливо сказал им Сынмин.       — До свидания! — Чонин приветливо помахал им рукой, и корабль поплыл дальше в море.       — Это так весело! — легкомысленно сказал Чан Уджину, вскакивая и хватаясь за деревянный штурвал. — Я всегда хотел управлять своим кораблём!       Уджин улыбнулся ему.       — Полагаю, теперь мы должны называть тебя капитаном.       Чан посмотрел на глубокое море, его фиолетовые глаза красиво сливались с отражавшимися в них синими волнами.       — Пойдём туда, где ещё никто не бывал, — сказал он.