Мы больше чем контракт

Дорога до Кандонгу заняла больше времени, чем рассчитывал Джин. Вначале он долго стоял в пробках по городу, а когда смог выехать на загородную трассу уже успело стемнеть. Юрист, которого помог найти Юнги согласился принять его у себя дома и проконсультировать по поводу расторжения брачного контракта и последующего развода. Достать копию контракта оказалось тем еще развлечением. Возвращаться в квартиру Намджуна, чтобы забрать из комнаты свой экземпляр не хотелось, от слова совсем. Поэтому Джин обратился в юридическую фирму, занимавшуюся составлением их контракта, и запросил его копию. Бэта, сопровождавший всю сделку заметно нервничал, когда отдавал омеге копии и, по всей видимости, как только он ушел сразу позвонил Джонхёну, потому, что спустя полчаса тот сразу настойчиво начал названивать. Джин отвечать не стал. До места назначения оставалось ехать еще около двадцати минут. Неожиданно мимо пронесся черный седан, обогнав по встречке, он перестроился перед Джином и зачем-то стал притормаживать. Омега сбросил скорость и начал перестраиваться в соседнюю полосу, но едущий впереди автомобиль сделал то же самое, продолжая сбрасывать скорость. Посмотрев в зеркало заднего вида Джин увидел еще несколько машин, едущих за ним на небольшом расстояние. На загородной пустой дороге, за все время пути на которой почти не встречался никто это выглядело очень странно. Парень снова попытался перестроиться, но черный седан снова помешал резко подрезая. Джин не справился с управлением и вылетел с дороги на большой скорости. Последнее, что он запомнил перед ударом – это стремительно приближающийся отбойник.    Приходить в себя было очень тяжело и больно. С трудом открыв глаза, Джин увидел перед собой подушку безопасности, на которой лежала его голова. В ушах шумело, а перед глазами все расплывалось. Дышать было тяжело из-за боли в грудной клетке, в нее пришелся удар от подушек безопасности. Левая нога тоже радовала острыми болевыми ощущениями в районе голени. Кто-то несколько раз с силой дергает водительскую дверь, но от удара ее заклинило, вскоре она все же поддается и распахивается. Джина хватают за волосы и вытаскивают из машины, протащив несколько метров, швыряют на землю. От удара головой он дезориентирован и ему требуется время, чтобы сфокусироваться на чем-то, когда мир вокруг перестает скакать и расплываться, приобретая более четкие очертания омега видит перед собой несколько человек в черной одежде, а дальше удар по голове и темнота.

***

Черный Range Rover несся по ночной дороге, хищно поблескивая новенькими фарами. Хосок хоть и возвращался поздно, но был доволен тем, как закончился сегодняшний день. Очередная сделка прошла без сучка и задоринки, а это значило, что он на шаг стал ближе к своей цели. Любой другой на его месте уже праздновал, но Чон не собирался останавливаться на достигнутом. Он мысленно поставил галочку рядом с новым выполненным пунктом и уже завтра собирался переходить к следующей цели, а сегодня он заслужил отдых. Телефон завибрировал, на дисплее высветилось имя брата. Альфа ответил мгновенно. Тревога кольнула внутри еще до того, как из динамиков раздался голос Юнги. - Хосок, мне нужна твоя помощь, - младший брат был взволнован, если даже не сказать напуган. - Что случилось? – Чон моментально становится серьезным, от расслабленного состояния, которое было еще минуту назад не остается и следа.  - Джин, его похитили. Никаких требований пока не выдвигали, но думаю, что скоро потребуют выкуп. - Вы же с ним расстались, и он вышел замуж. Или я чего-то не знаю? – Хосок пока не сильно понимал, что вообще происходит и при чем тут Юнги. - Все сложно. Брат, я не знаю, чем именно ты занимаешься и даже спрашивать не буду, но подозреваю, что ты можешь помочь. Прошу тебя. Если с ним что-то случится… - Юнги замолкает. – Я не смогу без него, он все для меня. - Хорошо, сделаю что смогу. Вышли его данные сообщением, чтобы быстрее найти информацию. Хосок слишком любит Юнги, чтобы отказать ему. Младший бы просто так к нему не обратился, а если и попросил помощи, то значит там ситуация действительно безвыходная. Юнги на самом деле не подозревал, чем именно занимался Хосок, а их отец так и подавно. Он всегда был для главы семьи Мин разочарованием. Узнай он, что его старший сын стал вторым человеком после босса в одной из самых влиятельных семей Фамилии*, то схватил бы инфаркт. Сбросив вызов, альфа сразу набирает номер из быстрого доступа. - Слушаю, - бодро отвечает Лас. - Пакуй чемодан и бронируй два билета до Сеула, появилось срочное дело. - Скажи, что ты шутишь. Какие у нас могут быть там дела? - Личные. Пока собираешься, запроси всю информацию на Ким Сокджина. Данные по нему сейчас переброшу. Отмени все запланированные встречи на ближайшую неделю и принеси мои искренние извинения - Хосок, ты – Консильери* семьи, ты не можешь просто так сорваться и уехать. Ладно бы ты еще один собрался, я бы тут за всем присмотрел в твое отсутствие, но вдвоем-то куда? - Ты единственный, кому я могу доверять, - Хосок говорит правду. Лас – близкий друг и правая рука, один из не многих, кому плевать на его происхождение. В Фамилии очень ценилось кровное родство и происхождение, а Хосок был чужаком, так еще и азиатом. Поэтому дружбу с Ласом он очень ценил, вдобавок тот был его ровесником и взгляды у них во многом были схожи. Лас эмоционально ругается на итальянском, но устало вздохнув все же сдается. - Хорошо, я все организую. Встретимся в аэропорту, но ты мне все объяснишь. - Все при встрече, - Хосок сбросил вызов и притопил педаль газа, времени у него было не так много.

***

Лас уже ждал в аэропорту.                      - Рейс через час, регистрация на него уже открыта, - альфа протянул Хосоку паспорт со вложенным в него билетом. - Все, что пока удалось нарыть на того парня, про которого ты просил я тебе скинул. Может объяснишь наконец, что происходит? - Если коротко, то этого омегу похитили и нам с тобой нужно его найти. Поскольку территория не то что не наша, а это вообще другая страна светиться нельзя, поэтому стараемся максимально не привлекать к себе внимания. Я сам пока не знаю, во что мы с тобой лезем. - Кем тебе приходится этот омега? – Спросил Лас, когда они закончили проходить паспортный контроль. - Он омега моего брата. - Так он же вроде замужем, - Лас недоуменно посмотрел на Хосока. - Там длинная история. Во время полета Хосок внимательно просмотрел все, что скинул ему Лас, но ничего подозрительного не заметил. Большую часть информации он, итак, знал от Юнги, поэтому что-то принципиально новое для себя не открыл. Выйдя из аэропорта, они с Ласом разделились. Друг поехал сразу в арендованный Хосоком дом, а Чон отправился на встречу с братом, ему нужным были подробности. Юнги хоть и рад был встречи, все равно выглядел подавленным. Он рассказал о том, как они с Джином снова сошлись и о том, что происходило дальше, вплоть до похищения. Хосок внимательно слушал и с каждой новой подробностью проникался сочувствием к омеге. Да, он причинил боль Юнги, расставшись с ним, но как-то осуждать его не получалось. Парень настрадался вдоволь и продолжал страдать до сих пор. Хосок и правда искренне хотел помочь. - А что с омегой, с которым ты начал встречаться не так давно? – Чон хотел прояснить этот момент, не до конца понимая, что у брата творится в личной жизни. - После того, как Джин вернулся я сразу с ним порвал. Он даже не в курсе, что у меня кто-то был. Да, и там ничего серьезного, просто попытка забыться. Мне кроме Джина никто не нужен. Ты сможешь помочь? - Сделаю все, что смогу, - пообещал Хосок. - Спасибо, - искренне поблагодарил Юнги. - Хо, я никогда тебя не спрашивал, почему ты в итоге уехал. Это из-за отца и моей мамы? Ты ведь сам хотел быть военным, а потом все бросил и уехал за границу. – Юнги понизил голос. – Мне очень тебя не хватало. - Это не из-за них. Я просто во всем разочаровался. Хосок хотел сказать «меня просто предали», но сдержался и не стал. Его прошлое – это только его проблемы, Юнги об этом было знать не обязательно, впрочем, как и не обязательно было знать, чем он занимается сейчас. Попрощавшись с братом Хосок поехал к Ласу. После разговора с Юнги он был уже на сто процентов уверен, что это не случайное похищение. Нужно было искать тех, кому было выгодно, чтобы развод Джина с его мужем не состоялся. Хосок нашел Ласа в гостиной, тот сидел, уткнувшись в ноутбук и что-то сосредоточенно изучал. - Кофе будешь? – Спросил Хосок, проходя на кухню. - Угу, - пробурчал Лас, не отрываясь от своего занятия. Хосок как раз заканчивал разливать кофе по кружкам, когда из гостиной раздался крик друга. - Блядь, во что мы вляпались?! Чон взял кружки и вернулся к Ласу, протянул ему кофе и спросил: - Что такое? - Я кажется нашел того, кто может быть организатором похищения и если это так, то у нас с тобой просто огромные проблемы. Похоже твой Сокджин перешел дорожку местной Коза ностре, - Лас развернул свой ноутбук монитором к Хосоку. – Его муж, до свадьбы встречался с Ким .. Ким Тэ … Ким Тэхёнгом. - Ким Тэхёном, - поправил Хосок вчитываясь в статью. – И что с того? - А то, что этот самый Тэхён сын лидера одной из семей на подобии нашей Фамилии. Его зовут Ким Санхён. - Как ты это выяснил? – Хосок удивленно посмотрел на друга. Здесь у него не  было доступа к проверенным информаторам, как дома, да и корейского он не знал, читал статьи с помощью переводчика. - Ты сказал про похищение, поэтому я через знакомых информаторов попросил найти хоть что-то на местные группировки. Так, на всякий случай. Информации было не так много, но Ким Санхён в свое время попадал в поле зрения копов, поэтому на него кое-что нашлось. Тебе не кажется, что на совпадение это не тянет? - Согласен. Так, мы выяснили «кто», осталось выяснить «где». - А вот тут я тебе уже не помощник. Меня, знаете ли, сильно тормозит то, что тут все на вашем корейском. - Ладно, осталось у меня пару знакомств, - Хосок взял куртку с дивана и направился к выходу. - А мне что делать? – Крикнул Лас ему в спину. - Ищи дальше, все что сможешь. Хосок заранее связался с бывшим сослуживцем, который сейчас работал в прокуратуре и попросил его достать информацию по расследованию о похищение Джина и вдогонку еще попросил все, что есть на Ким Санхёна. Прокурор назначил встречу рядом с мостом Мапо. Кан приехал в точно назначенное время, автомобиль прокурора остановился рядом с Хосоком. - Прокурор Кан, добрый вечер, - Чон не видел бывшего товарища больше пяти лет, за это время он почти не изменился, разве что черты лица стали острее, да появилось несколько морщин. - Давно не виделись, - Ёхан кивнул в знак приветствия. - Это информация по делу Ким Сокджина, которую ты просил. Альфа протягивает Хосоку тонкую папку. Он открывает бегло просматривает содержимое. Внутри также была какая-то флэшка. - На ней записи с камер не далеко от места аварии. – Пояснил прокурор. – А это все, что у нас есть на Ким Санхёна. – Вторая папка оказалась довольно увесистой. - Спасибо. - Хосок, мне жаль, что тогда все так вышло. Если бы я только знал, что… - Не стоит, - перебивает Хосок, не дав бывшему товарищу закончить. – В случившемся нет твоей вины. У меня будет еще одна просьба: забудь о нашей встрече, ты мне ничего не передавал. - Само собой, - прокурор протянул руку. Хосок ответил на рукопожатие и поспешил к машине. Вернувшись Хосок кидает флэшку с записями Ласу. - Что смотрим? – Спрашивает друг, вставляя флэшку в ноутбук. Хосок внимательно читает дело Джина. - Ищи запись номер: семнадцать, десять, двадцать. Там запись с камер видеонаблюдения. Нам нужна белая ауди, время двадцать часов, двадцать пять минут. Пока Лас ищет нужную запись Хосок продолжает читать дело. - Нашел! – Лас запускает нужный видеофайл. Хосок садится рядом с ним на диван, и они вместе просматривают запись. В указанное время действительно проезжает белая ауди и следом за ней три черных кии. Лас ставит видео на паузу. - Я так понимаю, что этих ребяток мы и ищем. - Полицейские смогли отследить их до Гангсо-гу – это промышленный район. Там они их потеряли. Хосок откладывает дело Джина и берет папку на Ким Санхёна. Там он сразу переходит к информации по зарегистрированной на него недвижимости и пробегает взглядом по списку объектов. - Нашел. У Ким Санхёна в собственности заброшенный промышленный комплекс в западной части Гангсо-гу. Это территория бывшего металлургического завода. Не ожидал, что мы так быстро справимся, - Хосок поднял глаза на Ласа. - Ну как быстро, - Лас смотрит на часы. – С момента похищения прошло чуть больше двух суток. Учитывая, что это не просто похищение, поскольку тут явно какой-то интерес у этого Кима, о котором мы с тобой не знаем, то все выглядит скверно. Парнишку похитили, чтобы под шумок убрать и обставить все так, будто это похищение ради выкупа. Внимание вопрос: а живой ли еще твой Сокджин? Им нет смысла долго держать его живым, если их изначальная цель избавиться от него. Хосок начинает лихорадочно соображать. Ситуация слишком быстро начала принимать опасные обороты. К такому раскладу он не был готов. Чон прокручивает в голове возможные варианты и останавливается на единственном, который кажется ему наиболее выполнимым. - По глазам вижу, что мне твоя идея не понравится. Я об этом определенно пожалею, но все же спрошу: какой план? – Спрашивает Лас с опаской. - Нам нужны пистолеты с глушителями, очень много бензина и труп, - ответил Хосок, его глаза опасно блеснули. - Охренеть у тебя запросы. Ща я по-быстрому метнусь в магаз круглосуточный. Это что за набор начинающего маньяка? Ну допустим бензин это самое простое, я молчу про пистолеты – на черном рынке найдем, но труп! Хосок, ты совсем уже головушкой тронулся? Давай ты просто меня пристрелишь, и я не буду в этом участвовать? И труп искать не надо, - Лас захлопнул крышку ноутбука и недовольно уставился на Хосока. - Не поверишь, но найти труп тут не сложнее, чем пистолеты, - Чон грустно улыбнулся.

***

Джин приходит в себя лёжа на бетонном холодном полу. Руки связаны за спиной чем-то узким и больно впивающимся в запястья. Он пытается пошевелиться, но от малейшего движения тело пронзает боль. Вокруг темно и тихо. Постепенно глаза привыкают к темноте, и ему удается различить очертание стен, в комнате нет окон, но из-под двери пробивается узкая полоска света, которая является единственным источником освещения. Джин пытается сесть, но тут же со стоном валится обратно на пол, левую ногу простреливает острая боль. Омега тяжело дышит и смаргивает выступившие слезы. Мыслей, как он мог тут оказаться и зачем, нет совершенно. Он понятия не имеет кому может понадобиться его похищать. Единственная идея, которая приходит в голову, что это из-за денег и если это так, то статистика таких похищений была не на его стороне. К сожалению, в их стране это была весьма распространенная практика – похищение ради получения выкупа и в большинстве случаев, даже получив деньги преступникам было выгоднее избавиться от жертвы, которая могла запомнить их или место, в котором её держали. Осознав патовость ситуации, в которую угодил, Джин испытывает ужас. Жизнь загнала его в очередной угол, из которого не было выхода. Джин не знал, сколько он так пролежал, пока за ним не пришли. Дверь распахнулась с металлическим лязгом и свет больно резанул по глазам, успевшим привыкнуть к темноте. В помещение заходят двое альф и грубо вздергивая Джина на ноги выводят в тускло освещенный коридор. Омега с трудом держится на ногах, волоча за собой левую ногу и шипит от боли, пока его буквально тащат в неизвестность. Сердце бешено колотится в груди, а адреналин закипает в крови. Он пытается спрашивать куда его ведут и что происходит, но все его вопросы остаются без ответа. Один из альф резко встряхивает Джина и приказывает закрыть рот. Парень подчиняется. Вскоре они оказываются посреди огромного помещения, похожего на ангар. По всюду стоит старое, заржавевшее оборудование, которое давно вышло из строя. Джина выводят в центр помещения, где пространство освещено весящими на колонных прожекторами и толкают вперёд, он падает на бетонный пыльный пол, больно ударившись при этом. Омега не может сдержать болезненного стона. - Наконец-то я увидел виновника большей части моих проблем, - низкий мужской голос разлетается по помещению. Джин пытается подняться, чтобы увидеть его обладателя, но кто-то  наступает ему ногой между лопаток, придавливая к полу. От этого давления боль в груди начинает усиливаться. Омега поворачивает голову и все-таки ему удаётся разглядеть мужчину. - Тэ, я вот все никак не могу понять, - альфа идет к Джину, его шаги гулким эхом разносятся по помещению ангара. Он опускается перед омегой на корточки и обхватив его подбородок пальцами заставляет поднять голову, всматриваясь в лицо. – Как ты мог не справиться с этим ничтожеством? В нем же нет совершенно ничего особенного. Санхён убирает руку и встает, смотря на лежащего у его ног омегу с нескрываемым презрением. - Видимо, ноги он раздвигает лучше. Джин слышит знакомый голос и поворачивает голову в ту сторону, откуда он доносится. Тэхен стоял, прислонившись спиной к бетонной колонне и смотрел на Джина, абсолютно нечитаемым взглядом. - Тэхен? – Джин сбит с толку окончательно. – Что тут происходит? - Ты не в том положении, чтобы вопросы задавать, - одергивает его мужчина. – Но учитывая, что живым ты отсюда уже не выйдешь, то так уж и быть, я тебе объясню. Санхён даёт какой-то знак своим подчинённым и двое альф подходят к Джину. Один из них упирается коленом в спину омеги, придавливая того к полу и схватив за волосы оттягивает голову назад. Второй снимает с пояса нож и одним движением срезает с его шеи бинты, оголяя метку. - Любопытно, - мужчина с нескрываемым интересом рассматривает клеймо на шее Джина. – Это насколько же ты запал ему в душу, что он тебя даже пометил. Так вот, тебе, наверное, интересно, почему ты здесь? Джин смотрит на господина Кима полными страха глазами. Этот человек источал опасность всем своим видом. Такие способны поставить тебя на место одним своим взглядом, которым, наверное, даже металл гнуть можно. Он был опасен и Джин это чувствовал и от его слов, что живым ему отсюда не выйти ужас сковывал все тело, заставляя позорно трястись от страха. Он и правда убьет и даже глазом не моргнет. В этот момент Джин осознал, насколько ничтожной и жалкой была его жизнь, которая по какому-то стечение обстоятельств оказалась в руках совершенно не знакомого человека. Насмешка судьбы не иначе и Джин явно не был ее любимчиком. - Твой брак с Намджуном нарушил все мои планы, - властный голос альфы заставил Джина вздрогнуть. - Видишь ли, мой сын – Тэхён, с которым ты уже наверняка знаком, очень долго обрабатывал Намджуна, чтобы впоследствии выйти за него замуж, но тут появляешься ты и все идет под откос. Я не могу позволить, чтобы Kim Group со всеми своими активами ушла у меня из-под носа, поэтому от тебя придется избавиться, но вначале, ты у меня собственной кровью захлебнешься.    Голову Джина прижимают к полу. Когда холодный металл касается шеи, он вздрагивает. - Не надо… - Джин умоляюще смотрит на Санхёна. Альфа лишь усмехается и дает отмашку своим людям. Острое лезвие загоняют под кожу точным и быстрым движением. Боль настолько сильная, что перед глазами темнеет. Джин кричит. Кричит громко, надрывая связки и срывая голос. Он чувствует, как кожа отходит от плоти, а в нос ударяет металлический запах крови. Тэхён подбегает к отцу и что-то сбивчиво ему говорит, но тот лишь отмахивается. - Смотри Тэ. Смотри и запоминай, что бывает с теми, кто переходит мне дорогу, - Санхён грубо разворачивает сына лицом к тому месту, где издеваются над омегой и не дает отвернутся, заставляя смотреть. Джин не в силах сдержать крик, который рвётся из его груди и от боли совершенно ничего не соображает. Срезанный кусок кожи, на котором была метка кидают на пол, к ногам Санхёна. Омегу больше не держат и он, уткнувшись лицом в бетонный пол плачет от боли. - Парни, он ваш, - с этими словами Санхён разворачивается и уходит. Джин мутным от боли взглядом наблюдает за удаляющийся спиной мужчины, покидающего ангар, а растерянный Тэхён остается стоять на месте. Несколько пар рук грубо хватают Джина и переворачивают на спину, а дальше начинается ад. С омеги срывают одежду, он мечется, пытается брыкаться, но бесполезно. Джин в панике оглядывается по сторонам и его взгляд цепляется за Тэхёна, в глазах которого застыл ужас. - Тэхён, - зовёт Джин совсем отчаявшись. – Пожалуйста, помоги. - Прости… - Тэхён разворачивается и уходит. - Тэхён! – Но тот лишь ускоряет шаг, ни разу не обернувшись. Джин лежит на холодном полу полностью обнаженный и дрожит. Вокруг стоят альфы и жадно разглядывают беззащитного, перепуганного омегу. Он даже посчитать не может сколько их, точно больше десятка. Джин прекрасно понимает, что с ним будет дальше. - А мальчишка то симпатичный. Даже жалко как-то в расход такого пускать, - один из альф чуть ли не облизывается, пожирая взглядом обнаженное тело, распластанное перед ним. - Ты слышал босса, парень покойник, - отвечает ему другой, с бритыми висками и весь в татуировках. - Зато развлечемся с ним напоследок. Кто будет первым? - Он же меченный – это все равно, что с альфой трахаться, - парень, на вид ровесник Джина кривит губы. - Не нравится, не трахай, - альфа с татуировками подходит к омеге и присев рядом на корточки, хватает его за подбородок. – Хорош, зараза. – И проводит пальцем по подбородку. Джин отворачивается. Сердце трепещет в груди, как у загнанного зверя. Ему противно от чужих прикосновений и взглядов. Альфа опускается на колени, рывком разводит ноги омеги в разные стороны и пристраивается между ними. - Руки убери! – Шипит Джин и пытается ударить его коленом, но тот лишь усмехается, перехватывая его одной рукой, а другой давит на поврежденную ногу. Джин кричит от боли. - Сучка с характером, - альфа тянется к ремню на своих брюках. - Не трогай меня, - Джин пытается отодвинуться, но его удерживают рукой за бедро. Альфа расстегивает штаны и достаёт возбужденный член. – Нет… – Он отворачивается и закрывает глаза. Когда головка члена касается туго сжатого колечка мышц, омега дергается, но альфа крепко его держит. Все происходящее выглядит, как омерзительный кошмар. Джин отчаянно дергает руками в жалкой попытке освободиться, но полоска пластика лишь сильнее впивается в кожу, раздирая её, до крови, от которой руки стали влажными. Омега уже даже боли не чувствует, хотя подозревает, что как минимум нога у него точно сломана, а место, где раньше была метка пылает огнём, но всё это просто теряется на фоне того, что с ним происходило сейчас. Джин ощущает нависающее над ним чужое тело. Когда альфа входит в него он кричит. Ему снова больно, как тогда с Намджуном и опять это омерзительное чувство беспомощности. - Пацаны, пиздец он узкий, - альфа вбивается в его тело, пока Джин заливается слезами от боли и унижения. Когда он со стоном кончает в него, Джин готов выблевать свои внутренности от отвращения и с трудом сдерживает рвотные позывы. - Следующий, - татуированный отстраняется на ходу застегивая штаны. От осознания того, что это было только начало хочется сдохнуть прямо сейчас, но такой милости Джину тут никто не окажет. Эта ночь стала самой долгой и ненавистной в жизни Джина. Альфы сменяются один за другим, кто-то трахает его лицом к лицу, кто-то берёт сзади. По сравнению с ними Намджун еще ласково с ним обошелся. Джин пытается сопротивляться первые несколько раз, но делает себе же хуже и больнее. Его быстро успокаивают несколькими ударами кулаком в лицо. После этого он уже не сопротивляется, на это просто не остается сил. Если он лежит на спине, то просто смотрит в потолок, разглядывая металлические фермы, покрытые слоем ржавчины, если на животе, то рассматривает трещины в бетонном полу, которые мелкими паутинками расходятся в разные стороны и образуют причудливые узоры. Он не смотрит на них. Не запоминает лиц. Не слышит, что ему говорят. Джин просто не здесь, это все происходит не с ним. Джин понимает, что и правда не выйдет отсюда живым по тому, как остервенело терзают его тело, словно хотят выжить из него все по максимуму, прежде чем избавиться. Засосы, укусы, следы от пальцев, его пометили казалось везде. Между ног было влажно от крови и спермы, от этого запах тошнило и скручивало желудок. Омега с трудом сдерживал рвотные позывы. Ему спускали на спину, на живот и все это размазывалось по телу. Подсохшая сперма неприятно стягивала кожу. От всего этого было мерзко. Мерзко. Противно. Больно. Очень больно… От себя тоже было противно. С каждым новым толчком Джин медленно умирал внутри. Они не просто терзали его плоть, они уничтожали душу, рвали её на куски вместе с телом. В какой-то момент чувства притупляются, больно настолько сильно, что уже даже дышать нормально не получается. Омега этой болью захлебывается и не понимает уже где именно ему больно внутри или снаружи, наверное, везде. Джину уже и дышать не хочется и смерть не пугает, а наоборот избавлением кажется. Он о ней умолять готов. Лишь бы этот кошмар закончился. После того, как очередной насильник закончил с ним развлекаться, Джин не выдержал и сломался уже окончательно. Хотелось просто, чтобы весь этот кошмар уже закончился. - Пожалуйста… - умоляет омега срывающимся голосом на грани с шепотом. – Хватит… просто убейте уже. – Пелена из слез застилает глаза. В ответ над ним лишь смеются и продолжают истязать. Сколько раз его уже изнасиловали? Джин перестал считать, когда потерял сознание в первый раз, к этому моменту было пятнадцать. Периодически омега отключается, но ненадолго, а когда приходит в себя его трахает очередной ублюдок. Кажется, что это не закончится никогда. Проходит целая вечность, прежде чем измученный Джин окончательно проваливается в спасительную темноту.

***

Джин приходит в себя от того, что на него вылили ведро холодной воды. Он дергается и заходится в кашле, вода попала ему в нос. Откашлявшись, с трудом фокусирует взгляд на фигуре человека, что облил его водой. Перед ним стоит альфа в чёрных карго и чёрной футболке. Он кладёт перед омегой стопку одежды и обойдя его срезает стяжки на запястьях. - Одевайся, - стальным голосом отдает приказ альфа. Джин пытается пошевелить руками, но они настолько затекли, что это выходит с трудом, а при малейшем движении суставы отзываются болью. Омега прижимает окровавленные руки к груди, пластиковые стяжки разодрали запястья до мяса. - Шевелись, давай! Мне некогда тут с тобой возиться, - раздраженно поторапливает его альфа. Джин пытается сесть, но у него не получается. - Вернусь через десять минут. Если не оденешься, ноги прострелю, - с этими словами мужчина уходит. Джин через боль, пересиливая себя все же садится. Он вытирается тем, что осталось от его одежды и одевается в оставленные черные штаны и футболку. Когда альфа возвращается, Джин сидит на полу вцепившись трясущимися руками в колени, по мокрым волосам стекает вода и капает на пол. Мужчина на ходу расстегивает кобуру на правой ноге и достаёт пистолет. Альфа останавливается в нескольких шагах и сняв пистолет с предохранителя передёргивает затвор. Омега поднимает глаза на одного из своих насильников и смотрит на наставленный на него пистолет. Джин закрывает глаза. Раздаётся выстрел… И ничего не происходит, боли нет, только какой-то глухой звук совсем рядом. Джин открывает глаза. Альфа, который направлял на него оружие сейчас лежал перед ним в лужи крови. Он несколько секунд смотрит на тело перед собой и не может осознать произошедшее. - Джин… Омега поднимает глаза на человека, который стоит с пистолетом в руках, шагах в десяти от него. Его лицо выглядит смутно знакомым. Альфа опускает пистолет, подбегает к нему и опускается рядом на колени. - Джин, ты меня не узнал? – Омега мотает головой, говорить он не может. – Меня зовут Хосок. Я брат Юнги. Парень удивленно распахивает глаза. - Я пришёл за тобой. Джин смотрит на Хосока и не может поверить в то, что только что избежал смерти. Он плачет от переизбытка эмоций. Хосок прижимает его к себе. - Тише, тише. Все закончилось. Тебя больше никто не тронет, - мягко говорит Хосок, поглаживая по спине. Джин задыхается и никак не может взять себя в руки. Хосок терпеливо ждет, когда истерика пройдет, продолжая обнимать и успокаивать омегу в своих руках. - Давай выбираться отсюда, хорошо? – Хосок немного отстраняется и заглядывает омеге в глаза. Тот кивает. Альфа осторожно берет парня на руки и вместе с ним встаёт. – Джин, у меня к тебе просьба: закрой, пожалуйста, глаза и чтобы не произошло, не открывай, пока я тебя об этом не попрошу. Омега послушно зажмуривает глаза и утыкается лицом альфе в плечо. Хосок не хочет, чтобы Джин увидел то, что он оставил после себя. Чон по памяти идет к выходу, переступая через оставленные им же тела. От омеги пахнет сексом, кровью, спермой и альфами. «Не успел» - с сожалением думает Хосок. Он наконец выходит на улицу и с облегчением вдыхает прохладный ночной воздух. - Можешь открывать, - говорит он Джину. Парень открывает глаза, но от плеча не отстраняется. По тому, как омега дышит Хосок понимает, что он сосредоточился на его запахе и старается дышать им. Если ему так легче, Чон был не против, он даже специально чуть усилил его. Хосок быстрым шагом идет по заброшенной промзоне к тому месту, где оставил машину. Из далека он видит рядом с ней машину Ласа и его самого, спешащего на встречу. - Как все прошло? – Лас, по всей видимости уловил смесь запахов, исходящую от Джина, потому, что улыбка моментально сползла с его лица. – Его… - Молчи, - просит Хосок и направляется к машине. Омега у него на руках дрожит. Лас обгоняет его и открывает заднюю дверь автомобиля. Хосок осторожно укладывает Джина на сидение и сняв с себя куртку укрывает его. Захлопнув дверь, он поворачивается к Ласу. Тот стоит, засунув руки в карманы своей куртки и смотрит себе под ноги. - Ты забрал? – Спрашивает Хосок. - Да, все что нужно у меня в багажнике. - Хорошо, - Хосок открывает дверь машины и обращается к омеге. – Джин, ты обручальное кольцо еще носишь? - Парень отрицательно мотает головой и плотнее кутается в куртку. Чон закрывает дверь. – Времени у нас не так много, как закончишь здесь, убедись, что по близости нет камер, территория хоть и заброшенная, но мало ли. Я отвезу его в клинику к своему знакомому, он все сделает быстро и без вопросов. Как закончишь, звони, там уже скорректируем дальнейшие действия. Все понятно? Лас кивнул и пошел в сторону своей машины, при этом плечи его были опущены. Хосок его понимал, они оба чувствовали, что сегодня допустили ошибку.

***

Хосок подъехал к клинике и обогнув здание, остановился возле служебных выходов. Док уже его ждал. Знакомая фигура в белом халате  стояла и курила под козырьком. Заглушив двигатель, альфа обернулся назад. Джин  лежал без сознания, что было даже к лучшему. Выйдя из машины, Хосок махнул старому знакомому. Докурив, бэта твёрдой походкой бывшего военного направился в его сторону. - И что у тебя такого срочного случилось? – Не здороваясь на ходу, поинтересовался Инхо. - И тебе привет, старый друг, - Хосок обошёл машину и открыл перед мужчиной заднюю дверь, демонстрируя омегу, лежащего в отключке. - Донесешь до кабинета? – Спокойно спросил Инхо, словно каждый день ему доводилось видеть такую картину. Хосок коротко кивнул, как можно осторожнее взял Джина на руки и последовал за доком.  По служебной лестнице они поднялись на последний этаж и зашли в первую же дверь. Инхо кивнул в сторону кушетки, куда Хосок сразу же опустил свою ношу и отошёл в сторону, чтобы освободить место. Надев перчатки, бэта подошёл к кушетке и начал осматривать омегу. Первое, что бросалось в глаза – это огромная рана на шеи, где просто не было кожи. С нее и начал док. - Твари! – Прошипел Инхо сквозь зубы. - Что такое? – Хосок подошёл ближе, чтобы рассмотреть получше. - Омега был меченный? – Спросил бэта, осторожно прощупывая края раны. - Да, - подтвердил Чон. - С него срезали метку вместе с кожей, - мужчина повернул голову Джина набок, чтобы было лучше видно. Рана выглядела просто ужасно, даже видавшему вещи и пострашнее Хосоку стало не по себе. Будучи Консильери он сам не редко выносил приговоры, а порой и сам их исполнял, но всегда это было заслуженно, но чтобы так издеваться, это было уже за гранью. У тех, кто сотворил с омегой подобное просто не было никаких моральных принципов, а без них человек ничем не отличался от животного. - Что с ним случилось? – Не отрываясь от своего занятия, задал вопрос Инхо. - Он попал в аварию, его похитили и собирались убить. Возможно, пытали и насиловали. Бэты были не восприимчивы к запахам, поэтому док не мог чувствовать все то, чем пропах Джин. При осмотре он бы все равно это заметил, Хосок просто решил сэкономить время. - Понятно. Инхо отошёл к столу с инструментами, вернулся с ножницами и начал срезать с омеги одежду. В этот момент Джин зашевелился и со стоном приоткрыл глаза. - Все хорошо. Ты в безопасности, - док отложил ножницы в сторону и присел на кушетку рядом с омегой. - Меня зовут Инхо. А тебя? - Джин… - Еле слышно прохрипел парень, его голос был сорван. У Хосока в очередной раз за эту ночь все сжалось внутри. Это как надо было кричать, чтобы так сорвать себе голос. - Джин, я врач и хочу тебе помочь. Не бойся пожалуйста. Хорошо? Здесь тебя никто не обидит, - док говорил, спокойным мягким голосом, стараясь успокоить и расположить к себе пациента. Джин перевёл взгляд на Хосока и дождавшись одобрительного кивка, согласно мотнул головой и прикрыл глаза. Инхо срезал остатки одежды, оставив омегу полностью обнаженным и начал прощупывать тело Джина, наблюдая за его реакцией, тот пару раз даже вскрикнул от сильной боли. Хосок был в ужасе от увиденного, на омеге не было живого места. Следы зубов, синяки, кровоподтеки. Он не успел. Да, он спас жизнь, вот только от всего остального защитить не смог. Чувство вины не приятно скреблось где-то внутри. Закончив с предварительным осмотром бэта выбросил перчатки в урну и устало опустился на стул рядом с кушеткой. - Хосок, выйди, - потребовал док. - Но… - альфа попытался возразить, но был тут же прерван. - Я сказал: выйди! – Уже жёстче повторил бэта. Хосок не стал спорить и покинул кабинет. - Джин. Омега приоткрыл глаза и посмотрел на мужчину. - Я тебе сейчас задам несколько  вопросов, только ответь честно. Хорошо? Парень слабо кивнул. - Тебя насиловали? Джин перевёл взгляд на потолок. - Да. - Они предохранялись? - Нет. - Понятно. Мне нужно осмотреть тебя, чтобы убедиться, что нет разрывов внутри. Хосок сидел под дверью, наверное, минут двадцать, прежде чем док вышел из кабинета. - Ну что? Как он? - Я подозреваю переломы рёбер, перелом ноги, сильно ушиблена рука, возможно тоже перелом. Множественные гематомы по всему телу. Рваные раны на запястьях. На шее срезали метку. - Док, его насиловали? – Хосок, и так, уже знал ответ, ему просто нужно было подтверждение. Инхо вздохнул. - Да. Причём, очень много и жестоко, судя по травмам. Придётся швы накладывать, его порвали очень сильно. Также я взял кровь на анализ, чтобы проверить на заболевания передающиеся половым путем. Как ты понимаешь резинками там никто не пользовался. Мало ли, чем они могли парня заразить. Результаты постараюсь скинуть уже завтра, если лаборатория не сильно загружена. Правда некоторые анализы нужно будет сделать повторно, через несколько месяцев. Хосок рассеянно кивнул. - Я то его подлатаю, но ты же понимаешь, то, что он пережил не останется без последствий? За ним нужен будет глаз да глаз. После такого почти все пытаются наложить на себя руки. В случае с этим парнишкой я в целом удивлён, как он ещё жив. Ещё кое-что, - Инхо спрятал руки в карманы халата и неуверенно посмотрел на Хосока. - У него на теле есть старые травмы, почти зажившие. Из серьёзного это исполосованная спина, синяки в виде длинных полос и глубокие порезы на руке. Давность примерно две недели. - Это его муж так избил, - объясняет Хосок. - Док, сделай так, чтоб он не залетел, а то точно придётся из петли вытаскивать. - Сделаю, что смогу. Посиди пока с ним, а я пойду все подготовлю. Когда Хосок зашел в кабинет, омега лежал, свернувшись на кушетки лицом к стене и тихо всхлипывал, его плечи подрагивали. Теперь Чон хорошо мог разглядеть следы на обнаженной спине, про которые сказал док. Темные полосы от ягодиц до плеч, уже успевшие под зажить гематомы. Альфа сел рядом на стул. - Они все поплатились своими жизнями за то, что сделали и за то, что собирались сделать. - Сколько их было? - Я не считал, - не моргнув и глазом соврал Хосок. Их было восемнадцать человек. Он убил их всех и если бы это было возможно, то сделал это снова, но перед смертью заставил страдать и плакать кровавыми слезами. Они все слишком легко отделались. Хосок пожалел, что оставил куртку в машине. Джина хотелось укрыть хоть чем-то, чтобы он перестал дрожать. Если бы можно было забрать его боль себе, Хосок бы это сделал. Инхо вернулся в кабинет со шприцом в руках и садится рядом с омегой на кушетку. - Давай ты немного поспишь, а я тебя пока подлатаю, - док делает Джину укол, после которого тот практически сразу засыпает. - Позвони, как закончишь. Я приеду за ним, - кивнув на прощение Хосок вышел из кабинета. У него еще было много дел.

***

Боль – это первое, что чувствует Джин, придя в себя. Болит, кажется, каждая несчастная клетка в его сломанном теле, не хочется дышать, потому что даже это даётся через боль. Он с трудом открывает глаза. Незнакомая обстановка по началу пугает, вместо уже ставшего привычным подвала, его окружают чистые стены, белый потолок, уютная мебель и панорамное окно напротив, за которым виднеется густой лес укрытый пушистым белым снегом. По началу это все кажется сном, плодом фантазии уставшего мозга, который таким образом спасается от реальности, где нет ничего хорошего. Осознание того, что это все происходит на самом деле, приходит быстро. Во сне не было бы больно, а Джин сейчас чувствует каждый свой перелом, трещину и ушиб. Здоровой рукой он стаскивает с себя одеяло, чтобы посмотреть. Из одежды на нем были только свободные черные шорты. С трудом удаётся сесть в постели опираясь на здоровую руку. Джин стискивает зубы, чтобы не закричать, поясница и ребра сразу откликаются жуткой болью, на попытку приподняться. Левая нога в гипсе по колено, грудь сдавливает тугая повязка, правая рука тоже перевязана, все тело покрыто россыпью синяков и гематом, темно-лилового цвета. Джин тянется рукой к тому месту, где раньше была метка, но пальцы натыкаются на повязку. Шея в этом месте все ещё горит огнём, будто метку срезали только что. Он неосознанно трёт ладонью поверх повязки. Когда дверь в комнату открывается, Джин вздрагивает. В проеме стоит Хосок. - Ты очнулся. Альфа закрывает за собой дверь, но ближе не подходит. Замерев, Джин взглядом следит за тем, как Хосок огибает кровать и садится на диван у стены, сохраняя дистанцию. - Не бойся, я тебя не обижу. - Я не… Джин даже договорить не может. Он не узнает свой голос, который больше похож на хрип. Он его сорвал. - Как ты себя чувствуешь? – Спрашивает Хосок. - Мне больно, - два слова, которые лучше всего описывают его состояние. Сломанное тело и сломленный дух. И если первое можно вылечить, то со вторым дело обстоит сложнее. Джин ощущает себя живым мертвецом. От тела ещё что-то осталось, а вот душу сожгли, и она пеплом осела на бетонном полу заброшенного ангара. Хосок смотрит на него с жалостью. Ему как никому другому знаком этот стеклянный взгляд в глазах напротив. - Мне жаль, что это все произошло с тобой, - альфа говорит искренне. Это были слова не просто ради поддержки, Хосок и правда сожалел обо всем, через что пришлось пройти омеге. Джин мотает головой и закрывает глаза. В памяти яркими всполохами вспыхивают воспоминания, те, что хочется забыть, как страшный сон. Его всего передергивает. Он ложится на бок и сворачивается калачиком. Джина трясёт. К горлу подступает истерика и он зажимает рукой рот, чтобы подавить рвущийся наружу крик. От боли хочется выть и лезть на стену. Сил на то, чтобы собирать себя обратно уже не осталось. То, что сделал с ним муж он еще мог пережить, но то, что с ним делали озверевшие альфы было слишком. Джин чувствует, как его накрывают одеялом. Он открывает глаза и видит перед собой Хосока. Альфа садится рядом на край кровати. - Док дал обезболивающее, - альфа держит двумя пальцами ампулу.  - Могу сделать укол, если хочешь, но после него тебя опять вырубит. Джин слабо кивает. Если предлагали способ хотя бы на время перестать чувствовать боль и просто отключиться, он не собирался отказываться. - Давай так, мы с тобой ещё немного поговорим, а после я сделаю тебе укол, и ты сможешь отдохнуть. Джин снова кивает. - Зачем… спас… - Вопрос слетает с губ и повисает в воздухе. - Чтобы ты жил, - не колеблясь ни секунды отвечает Чон. - Лучше бы ты позволил им меня убить. Хуже бы уже не было, - шепчет омега сорванным голосом. - Нет ничего хуже смерти, - возражает Хосок. - Есть. То что, они делали хуже, - Джин снова дотронулся до шеи. – Метку срезали на живую, а затем… затем… - Голос предательски дрожит и Джин не может найти в себе сил, чтобы произнести это вслух. - Пускали по кругу снова, снова и снова. Я даже не помню сколько раз это происходило. - Омега сжимает простыню пальцами здоровой руки и чувствует, как по щекам текут слезы. - Они мертвы. А ты жив. Вот и живи на зло всем тем, кто хотел от тебя избавиться. Если сдашься, значит проиграешь, а они выиграют. - Кто ты? – Спрашивает Джин. Хосок был для него полнейший загадкой, но обычный человек не смог бы вытащить его из того ада, в который он угодил. - Это не важно. Я просто хочу тебе помочь. То, что с тобой случилось… - взгляд Хосока задерживается на шеи Джина. – Никто такого не заслуживает. К тому же, ты дорог моему брату. Поэтому я помогу тебе. - Поможешь? И как? – Омега пока не понимал, к чему ведет Хосок. - Нам пришлось инсценировать твою смерть. Джин в недоумении смотрит на альфу. Смысл его слов никак не хотел укладываться в голове. Это все звучало как-то не правдоподобно. - Это было не сложно, - продолжает объяснять Хосок. - Нужно было всего лишь найти нужное тело омеги одного возраста и комплекции с тобой в морге. После того, как я забрал тебя, Лас оставил тело в ангаре вместо тебя, хорошенько облил бензином и поджёг здание. Опознать его можно было только с помощью ДНК-экспертизы, а поскольку рядом с этим ангаром нашли автомобили, которые ехали за твоей машиной и их зафиксировали камеры, то дело оставалось за малым – подделать результаты теста, что, собственно, я и сделал. Теперь ты официально мертв. Поздравляю. Ким Санхён тоже сильно вникать не будет, уж я постарался подкинуть ему проблем. Гильзы, от пистолета, который я использовал были из оружия, которое принадлежит основным конкурентам Кима и его партнеров. Не так давно была похищена крупная партия оружия из правительственного заказа и это оружие начало всплывать у местных банд. Так что, Ким Санхён теперь уверен, что его враги перебили его людей, а тебя убрали как свидетеля. Джин хватается за голову. Это просто какой-то бред. Он смотрит на Хосока, пытается разглядеть в его лице признаки того, что он сказал не правду, но альфа был спокоен и серьезен. - Как ты смог такое провернуть? – Не до конца веря в его слова спросил Джин. - Деньги и связи, - спокойно ответил Хосок. Джин смотрит в потолок и молчит, долго молчит, прежде чем задать вопрос: - Юнги. Он знает, что я жив? - Нет. И не должен узнать. Это моё условие. Я не хочу, чтобы он страдал ещё больше. Так он наконец сможет тебя отпустить и жить дальше. - Если я соглашусь, то что со мной будет? - Я заберу тебя с собой в штаты. Там ты сможешь полностью восстановиться, получишь новые документы, новое имя и новую жизнь. Потом сможешь уехать, куда захочешь, любая страна мира на твой выбор. Джин перевёл равнодушный взгляд с потолка на Хосока. - Я так понимаю, что выбора у меня все равно нет? - Это оптимальное решение для всех. Тебя больше не будут искать, и ты сможешь начать новую жизнь, - Хосок не осознанно тянется к руке Джина, чтобы поддержать, но тот почувствовав чужое прикосновение одернул руку и тут же поморщился от боли из-за резкого движения. - Неужели хочешь вернуться к людям, предавшим тебя? К родителям, которые тебя продали? К мужу, который насиловал тебя? Джин отрицательно мотает головой. - Меня уже похоронили? - Нет. Через два дня. Джин смотрит на Хосока в нерешительности и явно хочет о чем-то спросить, но не решается. - Спрашивай, - подбодрил его альфа. - Можно мне хоть из далека посмотреть? Хосок нахмурился, что-то обдумывая. - Пожалуйста, - просит Джин. – Я хоть так попрощаюсь. - Я подумаю, как это можно сделать, - сдается альфа. Хосок делает Джину укол и уже собирается уходить, но в дверях оборачивается на омегу и спрашивает: - Джин, мне стоит переживать за то, что ты можешь наделать глупостей? Губы омеги слегка дернулись в слабой усмешке. - Я даже встать не могу, - омега пошевелил загипсованной ногой. – Какая разница, если я все равно уже мертв? Смотря в холодные карие глаза Джина, Хосок понял, что переживать стоит еще и как.