6
30 июня 2020 г., 18:36
До Сакраменто было всего пару часов езды на машине. Весь путь пролегал по пыльным дорогам с путанными узловыми развязками, которые вели к побережью с пряным воздухом, пропитанным солью Тихого океана. Наверное, когда-то Намджун мечтал о такой жизни. Чонгук часто думал о том, были бы они похожи на семью, если бы Чимин был жив? Намджуну нравилось проводить время в дороге, общаясь со случайными одноразовыми попутчиками. С собой он брал только все самое необходимое: сменную рубашку, на случай, если очередной стаканчик с кофе волшебным образом окажется перевернутым на него, парочку ручек и заточенных карандашей, и ежедневник. Ничего особенного для того, кто не планировал задерживаться нигде надолго. В пятницу вечером стало известно, что конференцию было решено разделить на два этапа, а это значило, что Намджуну теперь придется задержаться в Сакраменто еще на один день. Скорее всего, нет, Чонгук был уверен в том, что Намджун примчится домой сразу после того, как объявят об окончании конференции. Он почти никогда не оставался в гостиницах, если только обратная дорога не попадала на ночное время. Тогда у него не оставалось выбора.
Намджун опустил дорожную сумку на диван, задевая ноги Чонгука. Это не было похоже на случайность.
— Номера экстренных служб на холодильнике, аптечка под барной стойкой. Пожалуйста, будь дома до десяти. Хосок заглянет вечером. Если в баре не будет много посетителей, его можно будет оставить на кого-нибудь еще.
Обычно под «кем-нибудь» Хосок подразумевал бармена Кристофера, который редко подменял его в баре на месте управляющего. То, что в субботу вечером в баре будет не многолюдно, заведомо было похоже на ложь. Хосок записался ему в наседки скорее потому, что у него напрочь отсутствовала стойкость перед просьбами Намджуна, но Чонгук был уверен, что Хосок не выберется со стен бара до самого рассвета.
— Ты все еще не сказал, что делать в случае нападения инопланетян, — прозвучало не без издевки, но лицо Намджуна оставалось серьезным.
— Ключи от мотоцикла я заберу с собой, — не удержался Намджун, проговаривая и не скрывая улыбки.
Уголки губ Чонгука резко опустились вниз. Все равно он не собирался садиться на мотоцикл раньше понедельника. Но то, что Намджун забирал ключи с собой, значило только то, что он не доверял Чонгуку. Это задевало.
— Я собирался все выходные торчать дома, — со вздохом проговорил Чонгук, убирая ноги на пол.
Намджун несколько секунд всматривался в его лицо, словно пытался понять, были ли слова Чонгука хотя бы отчасти правдой. Мобильный телефон в его сумке завибрировал, привлекая к себе внимание. Вызов был от таксиста, который, как и множество других, потерялся на холме в крутых поворотах дорог.
— Ты не на своей машине поедешь? — Чонгук с любопытством прислушивался к разговору Намджуна и водителя, тот отрицательно кивнул. — С машиной что-то случилось? — Намджун приложил палец к губам, призывая Чонгука замолчать и не вмешиваться.
Когда Намджун вернул телефон на прежнее место в боковой карман сумки, Чонгук все еще вопросительно смотрел на него.
— У меня билеты на поезд. Так комфортнее, — пояснил Намджун.
В его руке зашелестели денежные купюры. Чонгук редко получал от него наличные, обычно Намджун переводил деньги на личную кредитку. В этот раз он просто об этом забыл, а свободного времени было катастрофически мало. Поведение Намджуна вызывало еще больше вопросов, ответы на которые Чонгук хотел получить немедленно.
— Ты не собираешься возвращаться в воскресенье? — он оторопело выпрямился, не сводя взгляда с трех сто долларовых купюр, которые Намджун положил на столик у дивана.
— Билеты удалось взять только на понедельник.
Не было ничего удивительного в том, что в это время года Сакраменто пользовалось популярностью. В выходные дни люди сбивались в большие компании и выкупали билеты на целые вагоны, чтобы добраться до побережья со всеми удобствами. Удивительным было то, что Намджун готов был потратить целую ночь вдали от дома и оставить Чонгука под присмотром Хосока. Казалось, что Намджун ему что-то намерено недоговаривал.
— Ты едешь не один? — Чонгуку удалось застать его врасплох.
— С коллегой, — кивнув, подтвердил Намджун.
— С коллегой, — с непонятной даже для самого себя интонацией повторил Чонгук. — Соглашаешься на поездку, которую предложили в последний момент, собираешься задержаться на несколько дней, едешь не один… Это совсем не похоже на тебя. Обычно ты отказываешься от подобных предложений.
— Обычно ты не настолько любопытный. Не помню, чтобы тебя интересовало что-то, что касалось моей работы.
Намджун развернулся, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Не было слышно, как машина подъехала к дому, а это значило, что он просто сбегал, не давая Чонгуку возможности копнуть еще глубже. Чонгук не раз об этом думал. О том, что у Намджуна однажды мог бы кто-нибудь появиться. Они оба прекрасно понимали, что образ Чимина всегда будет маячить между ними, по крайней мере до тех пор, пока Чонгук не перестанет мелькать у него перед глазами. Возможно, именно по этой причине выбор Чонгука пал на университет в нескольких сотнях километров от Калифорнии. Намджун не должен был оставаться один до конца своей жизни. Наверняка ему ни один раз попадались удачные варианты, но он отказывался, не зная, как сможет объяснить Чонгуку желание идти дальше. Самому Чонгуку не нужны были объяснения, он понимал, что ни его, ни жизнь Намджуна не оборвались вместе с жизнью Чимина. Она продолжала медленно набирать обороты. Стоило быть достаточно смелым, чтобы признать, что однажды, когда университетские будни поглотят его с головой, он начнет все реже и реже вспоминать о брате, пока его образ не станет простой точкой в памяти. Со временем эта мысль больше не казалась чем-то неправильным.
Циклон снова вернулся к берегам Калифорнии, задевая непогодой и Окленд. Дожди не были такой уж редкостью. Ночью прошла сильная гроза, а утро застал только маленький монотонно накрапывающий дождь. Дом казался непривычно пустым без Намджуна. Чонгук не хотел признавать того, что скучал по нему даже спустя такой короткий промежуток времени. Обычно он звонил сразу, как только добирался до гостиницы, но сейчас молчание телефона изредка сбивали сообщения. К полудню температура достигла своего максимума и снова пошел дождь. Чонгук не был до конца уверен, придет ли Юнги. Он принял его приглашение слишком сухо. Было бы странно, если бы его реакция была другой, учитывая, что Юнги по-прежнему смотрел на него с нескрываемым недоверием, но в действительности он мог хотя бы проявить немного больше энтузиазма после того, как Чонгук помог ему.
Он планировал вести себя непринужденно, как будто в том, что они собирались провести вечер субботы вместе, не было ничего необычного. Наверное, ему стоило обменяться с Юнги номерами на всякий случай. Чонгук хмыкнул и прикрыл глаза, откидывая голову на спинку дивана. О чем он только думал? На носу были экзамены, финальная игра и выпускной, а голова Чонгука была забита мыслями о парне, с которым они были знакомы всего несколько недель. Больше всего Чонгука удивляла собственная решительность проигнорировать вечеринку Нэта и провести время с Юнги. Впервые чаша на весах без особой справедливости перевесила не в пользу лучшего друга.
Усилившаяся гроза только подкрепляла его сомнения. В такую погоду не хотелось покидать дом, и навряд ли Юнги был бы исключением. Из-за сильного дождя сложно было понять, какое сейчас время. Казалось, тучи затянули все восточное побережье залива Сан-Франциско. Такая погода приносила с собой меланхоличное настроение. Последние несколько десятков минут Чонгук стоически боролся со сном, в конце концов проигрывая.
Когда сквозь сон он услышал едва различимый стук, Чонгук посчитал, что ему показалось. За окном сверкнула молния, всего на несколько секунд заполнив гостиную светом. Электронные часы у телевизора смотрели на Чонгука молчаливой чернотой. Похоже, из-за непогоды в доме пропало электричество. Чонгук выпрямился на диване, разминая ладонью затекшую шею. Ноги слегка покалывало из-за неудобной позы. По входной двери раздался шлепок, а затем глухой удар. В этот раз Чонгук был уверен, что это не его воображение.
— Здесь есть звонок.
Навряд ли это было именно то, с чего стоило начинать разговор, но у него не было времени, чтобы подготовиться, поэтому собственные слова показались еще большей глупостью, после того, как он осознал, что его предложение было полной бессмыслицей. Наверняка Юнги звонил, но без электричества звонок был бесполезным.
— Точно, прости, — Чонгук неловко улыбнулся. — Почему ты… весь мокрый? — он удивленно приподнял брови.
— Потому что на улице идет дождь? — Юнги повторил его выражение лица.
— Это я понял, — Чонгук отошел в сторону, чтобы он мог пройти.
— Правда? — хмыкнул Юнги. — По тебе не скажешь, что ты отличаешься сообразительностью.
Чонгука это нисколько не задело, больше удивило. Словно подобная манера общения была ему знакома уже несколько лет и вошла в привычку. Он не чувствовал напряжения или раздражения рядом с ним. Колкости проглатывались с огромным удовольствием и непременно хотелось еще. Чонгук не стал себе отказывать в этом.
— Ты не на машине, — проговорил он, ожидая, пока Юнги снимет мокрые кроссовки.
— Заметил? — удивленно пробормотал парень, справляясь с шнурками.
— Было не сложно, — улыбнувшись, отозвался Чонгук, продолжая рассматривать его затылок.
Юнги выпрямился и столкнулся с внимательным взглядом. В нем не было прежней настороженности или неуверенности, но и так просто поддаваться Чонгуку он не был намерен. Скорее всего Юнги сам не понимал, почему принял его приглашение. Он до последней минуты думал, что пройдет мимо дома Чонгука. Но оправдывал себя простым любопытством. Раз уж он забрался на вершину холма в непогоду, то почему бы не попробовать. Что именно он собирался пробовать, Юнги не знал. У него были друзья в Окленде, парочка разбросана по всему штату, и даже несколько в Европе, но все это выглядело так, словно они все остались в его прошлой жизни.
— Я оставил машину у подножия. Подумал, что в непогоду она не вытянет на такую высоту, резина тоже не подходящая. Такой вариант гораздо лучше, чем если бы она застряла где-нибудь на полпути. Спускать ее отсюда было бы гораздо дороже.
Теперь его голос был лишен колкости, и это было похоже на обычную дружескую беседу.
— Решил сэкономить на эвакуаторе?
— Пара лишних долларов мне не помешает, — с улыбкой заметил Юнги.
Гром раскатисто ударил над самым домом и гостиную осветило вспышкой молнии. Даже в темноте Чонгук видел глаза Юнги и как он неотрывно на него смотрел. Погода сходила с ума. За окном дождь отбивал наскучивший ритм весеннего циклона, но казалось, что он шел где-то далеко. Чонгук чувствовал себя словно в вакууме. От него до Юнги было расстояние в несколько шагов. В два больших и один маленький. Этого было достаточно для того, чтобы столкнуться с ним. Даже с такого расстояния Чонгук слышал, как билось его сердце. Свое собственное странным образом отзывалось спокойствием.
— Я принесу тебе сухие вещи, — Чонгук обошел диван с другой стороны от Юнги. — Подождешь здесь? — парень молча кивнул.
В комнате было больше света из-за окна, распахнутого настежь. Дождь заливал подоконник, на полу образовалась огромная лужа. Все мысли Чонгука крутились вокруг Юнги. Его взгляд в гостиной казался странным, загнанным. Юнги же не думал, что Чонгук задумал что-то плохое? У него и в мыслях не было ничего подобного. Он все еще не знал, что делать с Мэттью. Однозначно за несколько недель до выпуска Чонгук не собирался портить с ним отношения и видел только один выход. Просто поговорить с ним. Объяснить, что Юнги ничего не сделал, чтобы заслужить к себе подобное отношение. Мэтт был не прав, считая, что он виноват в его отстранении. Доложить Аластару о вечеринке действительно мог кто угодно. Не все были на стороне Стивенса, и у многих были причины, чтобы поднасолить ему. Возможно, кто-то просто хотел устранить его на поле. Ведь какой самый лучший способ слить игру, кроме как устранить капитана команды и ее главных игроков? Разговор с Мэттом не обещал быть легким, но Чонгук рассчитывал на здравый смысл.
— Обычно свет не отключают на долго. Это из-за сильной грозы.
Юнги обернулся на его голос. Он стоял на том же самом месте и, похоже, не слышал шагов Чонгука. Плечи слегка дрогнули, а глаза испуганно заблестели, но парень быстро взял себя в руки.
— Спасибо, — он протянул руку, в которую Чонгук вложил футболку и джинсы, соприкасаясь пальцами.
Чонгук слишком быстро одернул руку. До того, как это касание могло стать намеком на что-то большее. Но он успел почувствовать, насколько были холодными пальцы Юнги.
— Я могу переодеться здесь?
— Я отвернусь, если ты стесняешься, — он встретил его предложение смехом.
— Все в порядке, — заверил Юнги.
Мокрая футболка шмякнулась на пол с характерным звуком. Чонгук прислушивался к звукам за спиной, различая возню с ремнем и молнией на джинсах. Наверняка в мокром виде она плохо поддавалась использованию. У него и в мыслях не было желания повернуться и посмотреть до той самой секунды, как к футболке на полу присоединились и джинсы. Это было похоже на сумасшествие. Чонгук сжал ладони в кулаки и поднял голову вверх к потолку, считая в уме до десяти. Мысли приходили в порядок, как будто всего пару секунд назад с ним ничего и не происходило.
Электричество вернулось слишком неожиданно. Пискнувшие часы, напомнившие о том, что в них вновь вдохнули жизнь, показали половину седьмого вечера. Это значило, что Юнги опоздал как минимум на час, если не брать в расчет всю его возню с переодеванием. Он не хотел приходить или опоздание было ненамеренным?
— Кажется, теперь я смогу приготовить чай, — Чонгук неловко провел ладонью по шее, не оборачиваясь.
— И печенье? — пробормотал Юнги, обойдя Чонгука и встав прямо перед ним.
— Печенье? — растерянно переспросил он.
— Господи, — Юнги рассмеялся легко и непринужденно.
Чонгук засмотрелся на его лицо. Влажные волосы были убраны назад. Одежда определенно не подходила ему по размеру. Разница была не сильно заметна, но на бедрах джинсы слегка висели. Наверняка при ходьбе их пришлось бы придерживать рукой. Юнги подтвердил его догадку, по инерции слегка подтягивая джинсы вверх.
— Знаешь, это такое правило гостеприимства: угощать чаем и печеньем, — он улыбнулся уголками губ. — Расслабься, окей?
— Я подумал, что ты замерз после дождя. Твои руки холодные, — оправдывался Чонгук.
— Так ты проявляешь заботу?
Теперь его улыбка напоминала усмешку, и он с интересом заглядывал в лицо Чонгука, который пытался сделать вид, что содержимое холодильника для него в новинку. Намджун не хранил в доме ничего содержащего сахар больше положенной нормы. Это касалось и алкоголя. Но отсутствие Намджуна в городе позволяло пойти на маленькое преступление. Тем более, никто в их возрасте не проводил вечер субботы без алкоголя. Было кощунством тратить время настолько бессмысленно.
Слово «забота» впилось в сознание. Чонгук даже на несколько секунд завис, засматриваясь на полку со свежими овощами. Все, что он делал по отношению к Юнги, было неосознанным, как порыв. Он никогда не задумывался над тем, как выглядели его отношения с Нэтом со стороны. Постоянные касания не несли никакого особого смысла. С Юнги это чувствовалось иначе. Друзьями они не были, но Чонгуку, по неизвестной ему самому причине, нужно было знать, что он в порядке.
— Как насчет пива, чипсов и нечестной игры в приставку? — Чонгук повернулся к нему, только сейчас замечая, что все это время Юнги стоял рядом с ним, точно так же, как и он, заглядывая в холодильник.
— Почему нечестной? — задумчиво спросил Юнги, протягивая ладонь к апельсину и слегка подталкивая Чонгука плечом.
— Потому что еще не родился тот человек, который был бы способен обыграть меня, — самодовольно проговорил Чонгук. — Поэтому по отношению к другим это не честно. У тебя не будет шанса выиграть.
Юнги безразлично пожал плечами, его не впечатлило заявление Чонгука. Он никогда не держал в руках джойстика, поэтому, в целом, Чонгук вышел бы победителем в любом случае. От его глаз не скрылось, с каким облегчение вздохнул Чонгук, когда Юнги согласился. Игры так игры, ему вообще было все равно.
— Хочешь апельсин? — Чонгук бросил любопытный взгляд на фрукт в его ладони, и Юнги согласно кивнул.
Они так и стояли перед открытой дверцей холодильника, пока тот не издал характерный звук, поторапливая с выбором. Похоже, Юнги нисколько не беспокоило близкое расстояние между ними. Так почему это теперь настолько беспокоило Чонгука, словно они поменялись местами? Баночки с пивом оказались надежно спрятанными за картонной упаковкой сока. Под удивленный взгляд Юнги он вытащил четыре баночки для него, и столько же для себя.
— Решил напиться? — он последовал в гостиную за Чонгуком, без приглашения присаживаясь на диван перед телевизором.
— Этим только школьник напьется, — усмехаясь, Чонгук опустил баночки на столик и остановился у брошенных на пол мокрых вещей Юнги.
— Ты и есть школьник. Все еще, — с такой же усмешкой ответил парень.
На полу образовалась целая лужа. Стоило позаботься о вещах Юнги с самого начала. С Нэтом такого не происходило. Обычно он сам знал, куда и что нужно закинуть, но Юнги ведь был в его доме впервые. Он на несколько секунд замешкался, думая, как было бы правильнее: показать где в доме находилась ванная комната и сушилка, или просто взять и отнести вещи самому. Возможно, информация о сушилке была бы лишней для Юнги, или он принял бы это за намек о том, что Чонгук был бы не против видеть его здесь еще и еще. Вероятно, он производил не слишком адекватное впечатление, зависнув над горкой из мокрых вещей. Чонгук отвис только когда Юнги оказался рядом и потянулся рукой к верхушке горки, подцепляя пальцами край джинс.
— Я сам, — Чонгук уверенно перехватил джинсы и поднял футболку. — То есть, я хотел сказать, что закину вещи в сушилку, а ты… — он бросил взгляд на приставку. — Выбери пока игру, или открой пиво, или… В общем, займи себя чем-нибудь на пару минут.
Юнги приподнял удивленно брови, уставившись на удаляющуюся спину Чонгука. Первое впечатление о нем определенно было обманчивым, а возможно легко можно было обмануться из-за компании, с которой водился Чонгук. Он не был похож ни на недоноска Мэттью Стивенса, ни на своего болтливого дружка Натаниэля. Все, что Юнги пытался донести до Чонгука, с самого начала было правдой. Конечно, он не хотел заводить друзей в этой школе. Особенно после обвинений Стивенса в том, что это он сдал его вечеринку отцу. Само собой, Юнги и не собирался ни перед кем оправдываться за то, чего он не делал. Информацию о вечеринке слила Габби и сделала это ненамеренно. Просто проболталась помощнику Аластара о том, что после вечеринки на фотографиях для выпускного альбома стоило ожидать всех с опухшими лицами. Джейдан Сокси поспешил выслужиться перед Аластаром. Сейчас Юнги испытывал странное чувство облегчения из-за того, что Чонгука на той вечеринке не оказалось. Габби предложила рассказать отцу о выходках Мэтта, но Юнги не нужна была ни ее помощь, ни тем более помощь Аластара. Он без него годами обходился, обойдется и сейчас. До сих пор не было понятно, что двигало Чонгуком в желании влезть в то, что его не касалось. Все больше и больше это напоминало какой-то глупый розыгрыш, где Юнги обязательно был тем, над кем следовало смеяться. Но ожидания раз за разом не оправдывались. Чонгук продолжал его удивлять еще больше.
Дожидаясь его, Юнги упал на диван. Как бы то ни было, а вечер обещал быть не плохим. Кто бы отказался от бесплатного пива и закусок? Оставалось перетерпеть всего несколько недель до выпускного, так почему бы не подыграть Чонгуку в его глупой затее с дружбой? В любом случае, это было куда лучше, чем слоняться по улице без дела или просиживать штаны в своем форде.
— Что-нибудь выбрал?
С излишним энтузиазмом проговорил Чонгук, опускаясь на пол перед диваном и притягивая к себе ближе приставку. Юнги услужливо ткнул открытой банкой пива ему в плечо и тот принял ее с улыбкой. Это именно то, чего сегодня не хватало.
— Я никогда не играл, — признался Юнги.
— Чего? — Чонгук пораженно уставился на него. — Не играл в игры? Как ты вообще дожил до восемнадцати?
Юнги приподнял брови. Серьезно? От отсутствия в жизни приставки с парой джойстиков еще никто не умирал. В глазах Чонгука теперь он наверняка представал неведомой зверушкой.
— Не играл в игры, не состоял ни в одной сборной в школе, — с особым рвением перечислял он. — Не напивался до беспамятства и никогда не влю… — Юнги осекся.
Было невозможно не заметить, насколько внимательно его слушал Чонгук. Сейчас в его голове вырисовался уже более определенный образ, явно далекий от изначальных представлений. Как бы Юнги не старался, но он самолично вскрыл ящик Пандоры, и теперь придется разгребать последствия. С любопытством Чонгука было невозможно справится простым игнорированием. Он уже успел сто раз пожалеть о том, что вообще открыл рот.
— Твоя жизнь была до отвратительности скучной, как ты… Чем ты вообще занимался? — Чонгук даже развернулся и, упершись локтем в диван, снизу-вверх внимательно смотрел на него.
— А чем ты занимался? — с вызовом посмотрел Юнги в ответ.
— Получал от жизни удовольствие, — усмехаясь проговорил Чонгук, сделав вид, что не заметил, каким напряженным выглядел парень.
— Я тоже, — пожав плечами, ответил он. — Удовольствие и все остальное.
Наверняка у Чонгука в запасе еще были вопросы, но он, не желая напирать, решил дать передышку. В конце концов, если бы Юнги хотел, то сам бы обо всем рассказал. Было интересно, откуда в школе брались все эти слухи о его семье. Мэттью не стал бы фантазировать, хотя ему это было и не к чему. Уж слишком многие пытались выслужиться перед ним, преподнося свежие слухи на блюдечке, а Мэтт, в свою очередь, ничем не брезговал.
Сделав глоток пива из баночки, Чонгук довольно облизал губы.
— Почему розовый? — в этот раз вопрос прозвучал без особого нажима.
Чонгук был занят приставкой. Джойстики дотягивались до дивана, но он все равно предпочитал играть на полу. Так было куда удобнее и значительно уменьшалась вероятность того, что пиво окажется перевернутым на диван. Для Намджуна и так было достаточно потрясений. Чонгук не хотел заработать для себя еще парочку отрицательных баллов в его глазах. Он бросил быстрый взгляд на волосы Юнги, словно сомневался, действительно ли они розовые.
— На спор, — Чонгук и не рассчитывал на такое откровение. — Спорили на фиолетовый, но в придорожном магазинчике оказался только розовый и голубой.
— И голубой ты не выбрал из принципа? — усмехаясь, спросил Чонгук.
— Выбирал не я, — Юнги пожал плечами и поерзал на месте, отставляя обратно на столик банку пива и принимая джойстик.
— А кто? — он улыбнулся, понимая, что снова сам дал Чонгуку повод продолжить разговор.
— Друзья, — неохотно ответил Юнги.
— Так у тебя в Окледне есть друзья, — задумчиво протянул Чонгук.
— И в Окленде тоже. А не должно быть?
Не было смысла умалчивать о таком. С друзьями Юнги тоже старался держать дистанцию после того, как его будущее из ясного превратилось в кучу неопределенностей и событий, которыми абсолютно не хотелось делиться. Но друзья у него все-таки были. У Чонгука наверняка сложилось странное мнение о нем, хотя Юнги было все равно на то, что тот о нем думал. Вообще, чужое мнение его мало волновало, иначе бы на его голове явно не появился бы розовый цвет.
— Я не думал об этом. Ну, о тебе в общем, — соврал Чонгук, запуская игру. — Дружелюбие явно не твой конек. И любишь эти звезды, — он махнул неоднозначно ладонью.
— А что не так со звездами? — возмутился Юнги, пихая Чонгука коленом в спину.
Искренне не понимая, чем так не угодила его любовь к звездам, он таращился на затылок Чонгука, как будто именно там должен был появится ответ на заданный вопрос. Мало кто знал о его увлечении звездами, но Юнги и не скрывал этого, как и не пытался никому навязать свой интерес.
— Ты первый, кого я знаю, с подобными увлечениями, — Чонгук пожал плечами, внимательно наблюдая за тем, как загружалась игра и на экране телевизора появлялись новые персонажи.
— «Подобные увлечения» обычно говорят о других вещах, — скептически заметил Юнги.
— О каких? — Чонгук обернулся к нему, бросив быстрый взгляд на лицо и всего на долю секунды задерживаясь на блестящих от пива губах. — Давай выберем тебе персонажа, — все его внимание заняла игра, и Юнги с облегчением выдохнул. — Как насчет нее?
Юнги перевел взгляд с затылка Чонгука на экран.
— Очень смешно, — на его губах появилась усмешка.
— Вы чем-то похожи, — Чонгук легко рассмеялся.
На экране высвечивалась информация о персонаже, который определенно точно достанется Юнги, даже если бы он был против. Чонгука явно забавляло едва заметное сходство с девушкой на экране. Юнги придирчиво рассматривал ее спортивное телосложение и с долей самоиронии заметил, что будь она настоящей, то точно была бы крупнее его. Он не мог похвастаться ни мышцами, ни ростом. Как ни крути, но кроме розовых волос общего между ними ничего не было.
— Оставь, — неожиданно попросил Юнги, когда Чонгук собирался сменить девушку на следующего персонажа. — Пусть будет она. Я посмотрю на твое лицо, когда моя розовая дамочка надерет твой зад, — ответил он, замечая, с каким удивлением Чонгук вновь посмотрел на него. — Новичкам всегда везет.
Конечно, ничей зад надрать ему не удалось, более того, даже спустя двадцать минут игры он все еще продолжал путать кнопки, мысленно извиняясь перед своим персонажем. Оценить уровень игры Чонгука было не сложно, как и свой собственный. Оказалось, что они с Чонгуком в одной команде и смысл игры заключался в выполнении заданий. Правда все, что у Юнги получалось делать, это собирать рассыпанные другими персонажами вещи, пока Чонгук заботился о сохранности его задницы. Виртуальной, конечно. Даже самому себе было страшно признаваться в том, что за последние несколько недель этот день был лучшим, не считая того вечера, когда они вместе наблюдали за городом. Юнги это озадачило. В последнее время в каждом дне, который хотелось назвать лучшим, непременно присутствовал Чонгук.
Не замечая за собой прежде такой любви к пиву, Юнги с огромным удовольствием допил третью банку, отставив ее в сторону. Чипсы с паприкой приятно хрустели во рту. Он истратил последнюю возможность своего персонажа вернуться на уровень, который с особым рвением пытался пройти Чонгук. Теперь у него была возможность только наблюдать со стороны за активной игрой и периодически поддерживать Чонгука колкими замечаниями.
Замечания были несправедливыми, но все равно подстегивали, а еще Чонгуку нравилось слушать его голос, и когда в гостиной на долгое время ничего не звучало кроме ненавязчивых игровых реплик, Чонгук поставил игру на паузу и обернулся к Юнги.
Повернувшись боком и опустив голову на подлокотник, Юнги спал. В его ладони все еще был зажат джойстик. Похоже, он и впрямь был серьезно настроен вступить в игру на следующем уровне. Апельсин ярким пятном выделялся на светлой обивке дивана. Чонгук беззастенчиво пялился на его лицо. С его места и расстояния между ними это было легко делать. Он готов был признать, что Юнги шел этот цвет волос. Кожа казалась светлой, но уже не была такой бледной, как при первой встрече. Это и не удивительно, днем было тяжело скрыться от солнца. Было интересно, каким Юнги был до. До переезда, до встречи с Чонгуком, до всего того, что сделало его таким, какой он сейчас. Несмотря на все его слова и непонятное чувство, которое он испытывал рядом с Юнги, с ним все равно было легко. Как будто его колкости не были причиной, чтобы оттолкнуть, а простая защитная реакция.
Стоило подумать о Мэттью и его компании, как в кармане настойчиво завибрировал телефон. Этого звука было недостаточно, чтобы потревожить Юнги, но он все равно нахмурился. Чонгук торопливо вытащил телефон из кармана и сбросил вызов. Звонил Натаниэль. Наверняка хотел вновь попробовать уговорить Чонгука присоединиться к вечеринке. Когда телефон зазвонил в четвертый раз, Чонгук с раздражением поднялся и пошел к выходу. На веранде можно было спокойно поговорить с Нэтом, не беспокоя сон, хотя внутри он отчетливо понимал, что больше волновался, что Юнги может услышать то, что для его ушей не предназначалось.
— Даже не представляю, что должно случиться, чтобы ты… Чего? — громкая музыка заглушала голос Нэта. — Как давно? И ты мне только сейчас звонишь?
Чонгук обернулся и посмотрел на прикрытую входную дверь, за которой в гостиной спал Юнги. Это не было проблемой. Проблема как раз была в машине, которая подъезжала к его дому. Чертов гул из машины был слышен даже с подъездной дорожки. Похоже, Мэтта жизнь ничему не учила. И теперь Чонгуку хотелось ударить его по лицу вполне заслуженно. Он снова это сделал. Нарушал правила и пренебрегал тем, что в любой момент Аластар мог выехать на патрулирование. Самоуверенная походка Стивенса бесила просто до боли в желудке. Но Чонгук помнил о том, что им нужно было поговорить и обсудить то, что произошло в раздевалке. Не удивительно, что Мэтт решил к нему завалиться только после того, как изрядно нализался алкогольных шотов, которыми Натаниэль любил побаловать благодарную публику. В самом Чонгуке тоже было пиво, но его недостаточно для того, чтобы инстинкт самосохранения полностью отключился. Чонгук бросил вопросительный взгляд на Нэта, мельтешащего за спиной Мэттью.
— Никогда не понимал, как можно жить в такой заднице, — недовольно хмыкнул Мэтт, намекая на район, где располагались холмы.
— Это элитная задница, Стивенс, — Чонгук пожал плечами.
Он не видел никакой проблемы в том, чтобы потратить на дорогу на полчаса больше, чем Мэттью, который жил в самом центре Окленда. Этот район считался старой частью города. Цены на недвижимость здесь были в несколько раз увеличены и приходились по вкусу только особым ценителям. Холмы были не так густо населены, как центр и побережье. Чонгуку здесь больше нравилось. Воздух был гораздо чище, и с холмов по ночам открывался просто потрясающий вид на весь город.
— Как вечеринка? — Чонгук подпер спиной перила ступеней.
— Четкая, — небрежно бросил Мэтт. — Тебя не хватало. Натти так и не смог объяснить, по какой причине ты тухнешь дома. Меня избегаешь?
— А должен? — Мэтт тоже смотрел на него в ответ, пристраиваясь напротив.
Чонгук не намеревался приглашать их в дом и очень надеялся, что Юнги не проснется в это самое время и не отправится на его поиски.
— Не должен, — Стивенс пожал плечами. — Присоединишься?
— Не могу, — брякнул Чонгук, прежде чем успел подумать над второй частью, где от него требовалось объяснение причины, почему он отказывался от вечеринки. — Намджун все еще не отменил наказание.
— Ты под домашним арестом, — понимающе хмыкнул Мэтт.
— Разве Намджун… — Натаниэль замолчал, бросая на Чонгука недоуменный взгляд.
Конечно, Нэт был в курсе того, что наказание Чонгука было совсем другим и никак на посещение вечеринки не распространялось. В конце концов, именно он целую неделю на своем джипе подвозил Чонгука в школу.
— До понедельника я под замком, — голос Чонгука не выражал ни капли сожаления, но количество выпитых шотов наверняка не позволили бы Мэтту прочувствовать всю степень его неискренности. — Мне жаль, — произнес он, показывая на щеку. — Я не хотел тебя бить. Просто сразу столько всего навалилось, и ты подвернулся под горячую руку.
Мэттью просто кивнул. Это было своеобразным знаком примирения. Сбитый с толку его ответом, Натаниэль молча стоял перед ступенями, так и не решаясь подняться выше. Нащупав в кармане телефон, он отошел к машине, принимая вызов.
— Чонгук, — он перевел взгляд с Натаниэля на Мэтта. — Между нами все, как и прежде?
Всего на долю секунды Чонгук замешкался, не зная, что ему ответить. С одной стороны, ему до ужаса хотелось поговорить с ним о Юнги, с другой — возможно, с этим разговором стоило повременить и не рисковать и так расшатанным миром со Стивенсом. Казалось, что молчанием он предавал Юнги, хотя ничего ему не обещал.
— Да, — Чонгук кивнул.
— Точно? Ни о чем не хочешь мне сказать?
«Вот он, твой шанс! Скажи ему, что он был не прав, что тебе не нравится то, как он относится к Юнги. Скажи! Скажи!», — кричало его сознание, но Чонгук трусливо поджал хвост, сбегая от вопроса натянутой улыбкой. Да, это было нечестным по отношению к Юнги, но ведь они не были друзьями, чтобы ради него Чонгук настолько рисковал своей репутацией. Осталось всего несколько недель и занятия будут окончены. До этого времени Чонгуку нужно было продержаться, соблюдая нейтралитет.
— Вернитесь, пока Аластар не поймал ваши пьяные задницы, — Чонгук махнул рукой в сторону Нэта.
— Хочешь, мы всей компанией завалимся к тебе, только заберем выпивку и закуски? — щедро предложил Мэтт.
— Намджун этого не оценит.
— Дерьмо, — хмыкнул Мэттью. — Как ты его терпишь? — но Чонгук лишь пожал плечами. У него не было никакого желания обсуждать Намджуна с Мэттью, но сложно было делать вид, что он не замечал настороженный взгляд Натаниэля, который словно чувствовал, что здесь было что-то не так.
Нэт обладал поразительной проницательностью. Разворачиваясь и следуя за спиной Мэтта, он обернулся и показал Чонгуку на его глаза. Жест означал, что они еще обязательно увидятся и ему придется все объяснить. Чонгук не уходил с веранды, пока машина Мэтта не покинула подъездную дорожку, а затем не скрылась из виду, съезжая вниз. Вернувшись в дом, он прислонился спиной к двери и откинул голову назад, прикрывая глаза. Облегчение наступило только тогда, когда Чонгук осознал, что могло произойти, пройди они в дом. Мокрые кроссовки Юнги у его ног были упреком в маленькой лжи. Теперь то, что Юнги крайне редко появлялся в школе, играло ему на руку. Иначе, если пришлось бы выбирать сторону, Чонгук был уверен в том, что его выбор не стал бы для кого-то неожиданностью.
Единственным источником света в гостиной был широкий экран телевизора, который подсвечивал и диван. Поза Юнги изменилась, теперь он лежал на спине, вытянув ноги. Апельсин оказался на полу рядом с диваном. Похоже, что парень задел его ногой, когда менял положение. Чонгук, стараясь делать шаги как можно тише, подошел к дивану и наклонился, поднимая фрукт. Цитрусовый аромат приятно защекотал в носу. Было интересно, почему Юнги взял его, но так и не съел? Он сделал еще шаг к столику и опустил на него апельсин. Юнги шумно выдохнул, когда Чонгук заслонил собой свет телевизора, который падал на его лицо. Глаза сами собой замерли на его руках, сложенных на груди. Абсолютно обычные руки. У Чонгука такие же, только кожа темнее. Но что-то не позволяло просто так отвести взгляд, приковывало намертво. Возможно, это было просто чрезмерное любопытство. Юнги был единственным, кто встряхнул их размеренное существование в школе одним своим присутствием.
— Ты же знаешь, что смотреть на человека, пока он спит, это не нормально?
Чонгук усмехнулся, присаживаясь возле дивана. Игра ему уже давно была не интересна.
— Ты храпел, — поддел его Чонгук.
— Поэтому ты на меня пялился? — потягиваясь, отстранено спросил Юнги.
— Нет, — он пожал плечами. — Пытался понять, как кто-то настолько маленький может издавать такие громкие звуки, — Чонгук рассмеялся, заваливаясь на бок и вытягиваясь вдоль дивана.
Подложив под голову руку, он засмотрелся на потолок. Блики телевизора отражались от бокалов и стеклянной вазы на барной стойке, и теперь гуляющие по потолку капельки света напоминали звезды. Свесившись с дивана и нависая над головой Чонгука, Юнги собирался ему что-то сказать, но не успел.
— Останешься на ночь?
Дождь давно прекратился. Был еще только ранний вечер, и он мог бы вполне дойти до машины, которую действительно оставил у подножия холма, чтобы не тащить старенький форд вверх по склону. Они с Чонгуком даже не были друзьями, и Юнги мог бы назвать сотню причин, почему стоило отказаться. Но вопреки всем своим мыслям в голове, вслух он произнес уверенное «да».
