Соль и сахар

В этот день в департаменте полиции Готэма с самого утра разрывался телефон. Каждый второй житель близлежащих домов, считал, что в целом вполне разумно и очень ответственно, своим долгом сообщить, что в Нейкорпс происходит нечто просто невероятное. «В здании бомба, оно скоро рухнет! Я слышу грохот!» «Это террористы! Они захватили здание и убивают людей! Сделайте что-нибудь!!!» «Там грохочут выстрелы, кричат люди, и, я клянусь, я слышала взрыв! Приезжайте срочно!» И ещё множество подобных звонков. Люди обрывали телефоны с самых разных концов города, и, казалось, к полудни, когда всё уже успокоилось, весь Готэм был в курсе о самой масштабной перестрелке за последнее время и непременно ждал подробностей. Однако полицейские получили довольно ясный приказ и от самого Томаса Нейтона, и от капитана полиции — не вмешиваться. А потому всё, что могли сделать эти несчастные заложники бюрократии в ответ на немыслимое количество звонков, требований и откровенных угроз местного населения, — из раза в раз повторять, стиснув зубы: «Всё под контролем, сэр/мэм. Наш патруль уже на месте. Мы принимаем должные меры». К вечеру, когда пожарные потушили все очаги воспламенения, скорая увезла последние тела, а самые шустрые репортёры подсчитали приблизительные убытки Нейкорпс, люди взбунтовались настолько, что мэру Джеймсу пришлось выступить с официальным заявлением, соврав про террористический акт и устронённую угрозу. И лишь несколько человек, не считая самих виновников переполоха, знали правду. А произошло вот что: Мужчина и девушка, схватившись за руки, со всех ног мчались по длинному коридору многоэтажного офисного здания. В свободной руке мужчина держал автомат, а девушка прижимала к груди небольшую бархатную коробочку, больше похожую на ту, в которой приподносят свадебное кольцо. За ними гнались трое вооружённых наёмников Нейтона. И пусть они самоотверженно старались выполнить задание, их сил и запала откровенно не хватало, чтобы догнать тех, кто убегал от верной смерти. Наёмники добежали до поворота на лестницу и потеряли воров из виду. И куда они побежали? Логичнее всего было бежать вниз — к выходу. Главный из троицы достал рацию и доложил коллеге: «Пятый, ловите их на шестом этаже в восточном крыле». И ошибся. Тем временем Бэйн и Лестрейндж, не сбавляя скорости, бежали по восьмому этажу. Они уже начали думать, что оторвались, как за поворотом наткнулись на ещё один отряд. Пока четверо громил растерялись, мужчина схватился за автомат. — За угол! — приказал он девушке. Лестрейндж покорно забежала за угол и прикрыла уши руками, Бэйн же открыл огонь. Один из наёмников продолжил стоять как истукан, а потому сразу словил пулю в голову. Остальные же, как по команде, упали на пол, отработанными до автоматизма движениями откатились в сторону и принялись стрелять в ответ. Однако их пули не наносили мужчине никакого урона, чего нельзя сказать о теперь уже убитых наёмниках. Девушка взглянула на напарника и он кивнул. Снова взявшись за руки, они бросились бежать дальше, к лестнице западного крыла. На оставшемся отрезке коридора, им не встретилось ни одной живой души, только трупы уже убитых, оставшиеся после того, как они пробегали здесь пять минут назад. Уже у самой лестницы они смогли выдохнуть и перешли на шаг. Неожиданно на лестничной площадке показался ещё один из людей Нейтона. Столкнувшись почти лицом к лицу с наёмниками, парень, казалось, и сам был немало удивлён. Однако церемониться было некогда. Девушка быстро выхватила оружие, нацелила на несчастного и выстрелила, так и не заметив, что именно она держит в руках. Абордажный крюк пробил череп бедолаги насквозь. То, что раньше было лицом, стало сплошным кровавым месивом. Ошмётки плоти вместе с кусками волос и вязкой бардовой жидкостью разлетелись во все стороны. — Твою мать, Лестрейндж! — не удержавшись, вскрикнул Бэйн. От такой картины передёрнуло даже его. Девушка же, казалось, побледнела ещё сильнее и с трудом сдерживала рвотный позыв. — Нечего везде таскать с собой эту дрянь! — принялся отчитывать он напарницу, забирая из её рук снаряжение, ставшее оружием. — Однажды он нам пригодится, вот увидишь, — ответила Лойс, когда тошнота наконец отступила. Но только завидев, как мужчина нажал на кнопку и трос с громким хлюпом и разбрасывая во все стороны куски плоти убирается назад, она снова отвернулась, почувствовав новый и более сильный тошнотный позыв. Мужчина чуть нахмурился, как бы показывая, что он не одобряет такого решения, но ничего не сказал и протянул крюк обратно девушке. На секунду Лестрейндж скривилась в отвращении, но всё же приняла оснащение и, стараясь не смотреть на стекающую с металлических крюков кровь, прицепила на шлёвку джинс, чтобы больше не путать с пистолетом. — Давай, надо идти дальше, — сказал Бэйн, заметив, что девушка, прислонившись спиной к стене, съехала вниз и села на пол. — Не могу, — покачала она головой и уткнулась лбом в собственные колени. Лёгкие жгло неистовым пламенем, не помогало даже дышать через рот, кислорода критически не хватало, да и все мышцы болели так словно их исполосовали и вывернули наизнанку. — Мы бегаем уже полчаса. Ещё пару этажей и тебе придётся нести мой труп, я серьёзно. Мужчина подошёл и, взяв её за руку, потянул, вынуждая девушку подняться. И только сейчас заметил, что она и правда выбилась из сил. Он чуть потянул её на себя, и она упала в его руки как тряпичная кукла. Не успей, он её подхватить, непременно бы рухнула на пол. Лицо бледнее, чем у покойника, светлые волосы превратились в воронье гнездо, а взгляд выражал полную безучастность. — Ну всё, хватит дурить, — он слегка похлопал её по щеке. Девушка нахмурилась и из последних сил встала на ноги. — Некогда расслабляться, Лестрейндж. Только не сейчас. Лойс состроила страдальческую моську и покачала головой. — Не могу, правда. — Она протянула коробочку мужчине. — На, бери её и иди, я как-нибудь сама выберусь. — Чуть подумав, она равнодушно пожала плечами и добавила: — Или не выберусь. Плевать. Такой настрой совершенно не устраивал мужчину. Заметив, что её взгляд уж слишком помутнел, будто девушка готовилась грохнуться в обморок, Бэйн с силой встряхнул напарницу за плечи. — Соберись! Мы столько всего прошли не для того, чтобы сдаться на полпути! Осталось совсем немного, мы справимся! Но девушка снова отчаянно затрясла головой. — Я не марафонец, чтобы так носиться, Бэйн. Серьёзно, иди, а я пойду запасными путями. Прежде чем вот так ворваться в логово одного из самых влиятельных людей города, наёмники в течение недели тщательно изучали план огромного здания. Они выучили расположение всех входов, выходов, коридоров и пожарных лестниц. Чтобы легкомысленность девушки не подвела в самый неподходящий момент, Бэйн лично гонял её по схеме офисного здания, пока она не смогла пересказать всё без единой записки даже посреди ночи. И, кажется, сейчас, когда план провалился с самого начала и продолжал рушиться на глазах, это могло помочь. — У меня есть идея, — сказал мужчина. В его глазах сияла торжествующая улыбка. Он положил руки на плечи девушки, отчего её колени предательски содрогнулись. — Они ожидают, что мы будем идти главными путями, так пусть это и получат. Я пойду по центральной лестнице, отвлеку внимание, а ты иди эвакуационным ходом. Усталость на лице девушки мгновенно сменилась тревогой. — Нет! Да ни за что! А если что-то пойдёт не так? Или их окажется слишком много и тебе потребуется помощь? Даже просить о таком не… Бэйн ожидал такой реакции. Такая заботливость даже немного тронула мужчину, однако сейчас было совершенно не до этого. Стоило ему только поднять руку, призывая девушку к молчанию, как она в тот же миг оборвалась на полуслове. — Лойс, ты помнишь о чём мы договаривались? Он впервые назвал её по имени. И прозвучало это не так, как обычно из его уст звучала её фамилия — грубо, резко, скорее как обзывательство или кличка у собаки, а совсем иначе. Он словно вложил всю заботу, с которой оберегал её весь день, всю робкую нежность, что возникла между ними за последние пару дней, и всю покровительственную властность, которой он подчинял её себе с самого начала. Девушка печально улыбнулась, чувствуя как что-то неприятно щемит в сердце от одной только мысли, что им придётся расстаться, а ему — ещё и рисковать собой. Чувствуя, как всё нутро отчаянно протестует, а внутренний голос буквально кричит «Нет!», она покорно кивнула. — Тогда не спорь. — Из-за маски было почти не видно лица, но глаза его улыбались. На секунду повисла пауза. Девушка смотрела на него так, словно это их последняя встреча, и казалось, вот-вот разрыдается. — Назови мне отходные пути плана «В», — попросил он, желая убедиться, что физическая усталость не затуманила мозг девушки. Как по команде Лойс вытянулась по струнке и, даже чуть приободрившись, без единой запинки отчеканила заученные слова. — Мы находимся в западном крыле восьмого этажа. Ближайший пожарный ход находится на четвёртом. Лучше всего на шестом этаже свернуть налево и пройти по межкорпусному проходу. На весь путь уйдёт около десяти минут. — Добавляем сюда твою усталость и непредвиденные обстоятельства — и через двадцать минут встречаемся у машины. Идёт? Девушка кивнула быстрее, чем успела осознать, на что только что подписалась. — Но… — Бэйн скептически изогнул бровь, как бы спрашивая: «Ты опять споришь?». Ещё неделю назад Лойс попросту не обратила внимания на этот незначительный, но многоговорящий жест. Сейчас же она лишь рассеянно моргнула и замолчала. — Ладно, — сдалась она, смущённо отведя взгляд. Мужчина удовлетворённо кивнул и отступил на шаг, но отчего-то замешкался. Да и девушка совершенно не горела желанием поскорее разойтись и отправиться на встречу неопределённому будущему. «Вдруг они его окружат и он не сможет выбраться? Что, если их будет слишком много? А если «Веном» вдруг прекратит свое действие?» — подобные мысли буквально раздирали её на части, но и спорить с ним она не могла. — Через двадцать минут, Лестрейндж, — кивнул напоследок Бэйн и двинулся обратно в сторону коридора. — Стой! — встрепетнулась девушка. Она подбежала к мужчине и схватила его за руку, сама не представляя, зачем. Напарник в удивлении изогнул бровь и вскользь бросил взгляд на их сцепленные руки, однако ничего не сказал и не попытался вырваться. Девушка совсем растерялась. Ей хотелось обнять его, поцеловать, прижаться к нему всем телом и всей душой и никогда не отпускать, но вместо этого она чуть сильнее сжала его руку и вымученно улыбнулась: — Будь осторожен. Бэйн непонимающе нахмурился, но кивнул в ответ. — Ты тоже береги себя, — скомкано и без всякого желания ответил он, испытывая довольно смешанные чувства. С одной стороны, ему была приятна такая неуклюжая, но по-своему трогательная забота девушки, и ведь он испытывал к ней почти то же самое. За всё это время, проведённое вместе, она стала его подопечной. Он приучал её к дисциплине, обучил теории ведения боя и научил нескольким приёмам. Однако даже он не смог не почувствовать, что что-то между ними изменилось. Атмосфера перестала быть настолько напряжённой — более того, пару раз он даже засмеялся, а уж этого ещё никому не удавалось добиться -, их взгляды стали всё чаще задерживаться друг на друге, а от каждого случайного соприкосновения сердце сладостно сжималось, пропуская удар, а по всему телу пробегала волна странного жара. И хотя пока мужчина по-прежнему не мог сказать, что это явно что-то значит, он знал, к чему могут привести эти первые звоночки. А учитывая легкомысленность и податливость эмоциям девушки, которая уже позволяла себе некие вольности, стоило ждать настоящей беды. Следовательно, действовать надо было быстро и решительно, без всяких привязанностей и глупой сентиментальности, он и так слишком много себе позволил. Мужчина в последний раз взглянул на девушку, на долю секунды задержав взгляд на лбу и шее и словно примериваясь — Сможет? Сможет -, кивнул и высвободил свою руку. Не проронив больше ни слова, он развернулся и вышел в коридор, откуда они пришли всего две минуты назад. Ещё с минуту девушка рассеянно смотрела вслед мужчине, чувствуя себя последней дурой, а затем она тоже развернулась и пошла в другую сторону. Она спустилась на шестой этаж, прошла весь первичный коридор и уже подходила к межкорпусному переходу. До этого момента всё было абсолютно тихо, будто человечество просто вымерло. Не слышалось ни криков, ни шума выстрелов, ни торопливого топота охраны. Однако Лойс всё равно была настороже, как и учил её напарник. Держа пистолет наготове и прижав бархатную коробочку к самому сердцу, она медленно шла по пустому коридору и собственные тихие шаги отдавались звенящим эхом в её ушах. Усталость от бега постепенно сошла на нет, дыхание пришло в норму, и если бы не мысль о рискующем собой напарнике, девушка и вовсе расслабилась бы. Однако самые разные ужасные картины, так и всплывающие перед глазами навязчивыми баннерами, выглядели настолько реалистично, что уже совсем скоро она снова бросилась бежать, лишь бы поскорее увидеть его, успеть помочь или убедиться, что всё в порядке. Как это часто случалось, одна мысль потянула за собой другую, а та — третью, и вот уже Лестрейндж медленно шла по протяженному коридору, опустив пистолет и полностью придавшись не самым приятным размышлениям. Настоящая драма разворачивалась у неё в голове, но совсем скоро могла перейти и в реальность, и это пугало девушку до чёртиков. Они почти покончили с заданием, осталось только добраться до машины и за пятнадцать минут домчаться до Двуликого. А что потом? Тут у девушки было два варианта развития событий. Они выполнят дело, разойдутся и больше никогда не увидятся. Нет, разумеется, была вероятность, что однажды, по случайному велению судьбы, криминальная жизнь Готэма столкнёт их вновь, но и в таком случае Лойс очень сомневалась, что эта встреча ознаменуется чем-то большим, чем неловкое «Привет». Был и другой вариант. После того, как они выйдут из кабинета Дента, с чувством выполненного долга и при деньгах, она могла бы кинуться Бэйну на шею, плакаться ему о своих чувствах и клясться в вечной любви и беспрекословном послушании, однако даже в самых смелых мечтах она не могла представить, что мужчина согласится хотя бы на дальнейшее сотрудничество. Он слишком горд, силён и независим, чтобы принимать кого-то, а тем более глупую девчонку, как он сам её часто называл, себе в помощники. Как бы девушка не крутила в голове эту нерешаемую задачу, на ум приходила только строчка из одной старой песни: «Что не сложилось — вместе не сложишь». Однако Лойс не была бы собой, если бы не пыталась что-нибудь да придумать. Девушка настолько придалась своим напряжённым размышлениям и хитроумным переплетениям случаев, что в первые несколько секунд вовсе не заметила группу из трёх человек, которые, в отличие от девушки, давно заприметили врага и уже держали на прицеле. Она сделала последние два безмятежные шага и замерла, наконец заметив наёмников Нейтона, что стояли в конце протяженного коридора и с самодовольными лицами держали девушку на мушке. В секунду земля разверзлась, открывая под собой пучины ада, ноги предательски подкосились, а все внутренности скрутило ледяным жгутом, не позволяя девушке ни бежать, ни защищаться. Она как загнанный в угол зверь лишь стояла и беспомощно смотрела, как с секунды на секунду решатся все её жизненные проблемы вместе и с самой жизнью. Дальше всё произошло буквально в мгновение. Как только она услышала далёкий щелчок перезарядки и гнусный смех, оцепенение сменилось неистовым желанием жить. Не смотря на почти нулевые шансы, Лестрейндж быстро вскинула пистолет. Но только её палец коснулся спускового крючка, раздались три поочерёдных выстрела. Девушка зажмурилась, ожидая пронзительной боли, а то и смерти, если повезёт, мимолётом проклиная свою рассеянность и всё на свете. Однако за выстрелами ничего не последовало. Ни боли, ни… чего бы там ни было после смерти. Может они промахнулись? Все трое? Не понимая, что вообще произошло Лойс открыла глаза, готовая бежать со всех ног, если трое кретинов и правда страдали коллективным косоглазием. И каково же было её удивление, когда головорезы Нейтона предстали перед ней не судорожно перезаряжающими оружие, которое заклинило по такому счастливому стечению обстоятельств, а бездыханно лежащими на полу. Три головы больше походили на переспелые арбузы, по которым хорошенько прошлись бейсбольной битой. А над трупами с кровожадной улыбкой, присущей скорее психопату, чем ведущему психиатру Готэма, возвышался… — Джонатан?! — в голосе девушки даже не скрывалось смешанное удивление и злость, что несколько позабавило мужчину. Джонатан Крейн, до сих пор больше известный в готэмских кругах как Пугало, опустил пистолет и приторно улыбнулся, стараясь показать, что он действительно рад видеть девушку. — Да, Лойс, не стоит благодарностей. Однако ни о какой благодарности и речи быть не могло. Где-то в глубине души Лестрейндж испытывала жгучую радость от такой неожиданной встречи, но недавняя обида и остатки гордости не позволяли дать слабину и так быстро броситься мужчине на шею с благодарственными одами. Около десяти лет во всевозможных готэмских кругах они считались мужем и женой. Объединенные общими идеями и ценностями — или их отсутствием -, разделяющие одно безумие на двоих и, как казалось, преданные друг другу до самой смерти, они являлись неким неправильным и чуть искажённым для действительности нормальных людей эталоном идеальных отношений. По крайней мере, так казалось со стороны. Все их ссоры, семейные разборки и бесконечные препирания по поводу и без оставались за закрытыми дверьми, пока в один день Крейн не заявил, что его планы изменились, и не бросил девушку. Мужчина продолжил свою карьеру психиатра, подпольно занимаясь мелкой преступностью, а девушка осталась за бортом его жизни. Бегло оглядев мужчину с ног до головы, Лестрейндж отметила, что он ни капельки не изменился с их последней встречи. Всё тот же чуть надменный взгляд, нарочито небрежно уложенные волосы и безупречная самодовольная улыбка, не предвещающая ничего хорошего. И пусть в уголках его глаз уже начала виднеться паутинка первых морщинок, мужчина был в самом расцвете сил и, однозначно, хорош собой, чем и пользовался каждый раз при встрече с девушкой, которая не осознанно даже для себя самой по-прежнему любила его до беспамятства. Гордо вскинув голову, она недоверчиво прищурилась. — Какого чёрта ты тут забыл? Крейна такая нападка нисколько не удивила. — Я пришёл помочь тебе, и кажется, не зря. — Он взглянул в сторону трёх трупов и на его губах снова заиграла тень усмешки. — Похоже, вы с твоим новым напарником, — он сделал упор на эти слова, — немного просчитались. На секунду сердце девушки пропустило удар и в ужасе ухнуло до самых пят. «Он всё знает», — панически пронеслось у неё в голове. Знает, что она работает с Бэйном, знает, что у них за задание, и знает, что она уже по уши влюбилась в их давнего врага. И лишь спустя бесконечно долгое мгновение Лойс вернула себе самообладание. Он сам от неё отказался, больше она ничего ему не должна. — Ничего подобного, у нас всё под контролем, — бросила девушка и, не желая больше разговаривать, продолжила свой путь, показательно не глядя на мужчину. Хоть девушка и старалась идти стремительными шагами, Крейн догнал её уже через пару секунд, не прикладывая к этому особых усилий. — Ну, если твоя смерть была частью плана, то да, всё под контролем. Лестрейндж резко остановилась и развернулась к мужчине. — Что тебе нужно? — На секунду Крейн опешил. — Даже не смей говорить, что ты пришёл помочь чисто по доброте душевной, тебе явно что-то нужно. В ответ Джонатан улыбнулся. — А если это правда? Почему я не могу просто так помочь своей любимой жене? Эта фраза возымела с точностью да противоположный эффект. Если ещё минуту назад чувство обиды недовольно царапало и тихонько ворчало где-то в груди, то теперь же оно превратилось в настоящего монстра, грозящегося разорвать грудную клетку и испепелить к чёрту всё вокруг. Лойс сделала резкий выпад и с чувством ткнула в сторону мужчины. — Даже не знаю! Может, потому, что наш брак фиктивен? Или потому, что я лишь балласт на твоей шее, мешающий на пути к истинному величию? — не сдержавшись, перешла на крик девушка. Джонатан растерялся и даже, казалось, несколько смутился. Повисла напряжённая пауза. Девушка едва сдерживала язык за зубами, чтобы не высказать вообще всё, что долгое время копилось в душе. Мужчина же судорожно подыскивал нужные слова и варианты действий, не без разочарования понимая, что в этот раз одной улыбкой прощения не заслужить. — Я такого не говорил, — процедил он сквозь зубы, виновато опустив взгляд. Сегодня всё шло не по плану. — В тот вечер ты много чего наговорил, это в том числе, — безжалостно отозвалась Лестрейндж, не давая бывшему мужу и шанса на оправдание. Заметив, что мужчина ещё пытается возражать, добавила: — Дословно. Воспользовавшись замешательством, девушка вновь развернулась и продолжила идти, намереваясь в этот раз больше не останавливаться, что бы он ни говорил. Нужно торопиться. Она пообещала Бэйну встретиться через двадцать минут, а сколько уже прошло? Десять? Пятнадцать? В любом случае отведенного времени оставалось крайне мало, а опаздывать и подводить напарника даже в таком простом деле, как донести вещь из пункта А в пункт Б, девушка не хотела. Однако Крейн тоже не собирался отступать так просто. — Стой! Ну подожди, Лойс, — сказал он, вновь догнав девушку и преградив ей путь. В ответ Лестрейндж нахмурилась. Поспешно собравшись с мыслями, Джонатан шагнул вперёд и взял её за плечи. — Я понимаю, что совершил самую большую глупость в своей жизни, и понимаю, что прямо сейчас не заслуживаю прощения, — его ладонь мягко легла на её щеку, — но, прошу, дай мне шанс искупить свою вину, Лойс. — Крейн пристально смотрел ей в глаза со всей чуткостью и нежностью, которой он только обладал. Взгляд девушки смягчился. — Я хочу помочь тебе. На какую-то секунду повисло тягостное молчание. Девушка смотрела в его глаза цвета стали и не могла понять, что делать. Ей хотелось зацепиться за эти его слова и хотя бы раз в жизни нормально, по-человечески поговорить. К тому же, это был бы прекрасный повод остаться рядом. Но эти мысли совершенно неприемлемы и уж тем более неуместны. Разве серьёзный человек, достойный уважения Бэйна, стал бы отвлекаться на такую сентиментальность прямо посреди миссии? А время при этом неумолимо утекало. Лестрейндж буквально кончиками пальцев чувствовала, как бесцельно пропадает каждая секунда. — Мы через столькое вместе прошли, Лойс, — тем временем продолжал Крейн, видя, как её броня из гордости и обиды рушится с каждым его приторным словом. — Мы всегда были рядом друг для друга, как и обещали, помнишь? В горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, — он постепенно перешёл на шёпот, прижав девушку к себе, а его рука незаметно скользнула на талию. — Потому что мы любили друг друга. И я не верю, что больше между нами ничего не осталось. Так дай мне шанс всё исправить. Заметив, что девушка уже совершенно растерянна, мужчина чуть приподнял её лицо за подбородок и потянулся к губам. В эту же секунду Лойс выскользнула из его объятий и едва ли не в ужасе отскочила. В её голове буквально завыла предупреждающая сирена. Что-то глубоко внутри отчаянно протестовало против поцелуя, да и в целом такого близкого нахождения с Крейном. «Бэйн. Бэйн. Мне нужно идти к нему». Сердце бешено заколотилось от одного только упоминания его имени. Сразу захотелось бежать, бежать нераздумывая до тех пор, пока она не встретит такой родной взгляд холодных глаз, пока она наконец не окажется с ним рядом, пока не упадёт в его крепкие объятия. Щёки девушки отчаянно запылали. Она совершенно не понимала, что с ней происходит. Мужчина, стоит отметить, тоже. Этот способ работал из раза в раз и до того идеально, что когда Джонатан шёл сюда, то даже не волновался об этом. Что бы он ни делал, что бы ни говорил, всегда можно было сплести пару красивых слов, поцеловать и несомненно получить прощения, а тут… — Слушай, это… не лучшее время и не лучшее место для такого разговора, — ослабшим голосом начала Лестрейндж, чувствуя, что её щёки всё ещё горят, а образ напарника по-прежнему стоит перед глазами. — Прости, но мне правда пора идти. Ещё с секунду мужчина находился в растерянности, понемногу начиная догадываться, в чём кроется истинная причина такого странного поведения девушки. — Постой, но я и правда могу помочь, — мгновенно отозвался Крейн, заметив, что она снова собирается бежать. Он достал из внутреннего кармана пиджака маленький планшет, включил его и начал что-то там печатать. — Вот, смотри, мы можем проверить, по какому коридору сейчас лучше идти. Внимание девушки мгновенно переключилось снова на мужчину. — У тебя есть доступ к записям камер? Крейн усмехнулся. — Ты же знаешь, я бы не пришёл сюда неподготовленным. — Он снова начал что-то искать в планшете. — Где, ты говоришь, вы договорились встретиться с Бэйном? Лестрейндж тут же подошла поближе и встала на носочки, заглядывая в монитор. — У чёрного входа. На экране планшета мелькали маленькие квадратики — немые свидетели того, что происходило в том или ином участке здания. На некоторых изображениях виднелся только пустующий коридор или комната, на некоторых по одному и по двое ходили угрюмые охранники, на некоторых виднелись трупы, испещрённые пулями стены и прочие следы недавнего боя. В каждом квадратике происходила своя маленькая жизнь. Ловкие пальцы Крейна пролистывали эти картинки точно страницы в книжке, не останавливаясь, он искал нечто определённое и вдруг остановился. — О, боже… — Что? Что случилось? — тут же встревоженно отозвалась Лестрейндж, но стоило ей взглянуть на экран, как она и сама поняла, в чём дело. Её сердце пропустило удар и стремительно ухнуло до самых пят. В квадратике по центру находился Бэйн — он медленно шёл с автоматом наготове -, а слева и справа от него толпа вооружённых солдат стремительно мчалась куда-то. На экране Бэйна в левом верхнем углу виднелась надпись «3 этаж, з.к.», а у солдат — «1 этаж, в.к.» и «1 этаж, гл.вход». Чтобы сдержать крик, девушка обеими руками зажала рот, но ей всё равно казалось, что она вот-вот свалится в обморок от ужаса. Солдат было много, очень много, им не справиться с ними даже вдвоём. — Нужно спешить, Лойс, — чуть севшим от шока голосом сказал Джонатан. Он перевёл на девушку взгляд, полный неподдельного ужаса. — Он не справится без тебя. Эти слова мгновенно привели девушку в чувства. Выхватив пистолет, она, казалось, прямо сейчас готова броситься в бой, лишь бы спасти напарника. — Третий этаж, верно? — Погоди, ты уверена, что стоит идти туда с этим? — мужчина кивком указал на коробочку, которую девушка по-прежнему бережно сжимала в руке. — Разумеется! — Лойс даже нахмурилась от такого вопроса, ведь другого варианта и быть не может. Всё её тело, каждая мышца уже неистово болели от напряжения. Казалось, не только разум, но и всё тело буквально кричало: «Бежим, бежим, бежим! Нельзя медлить, только не сейчас!». С каждым мгновением разговор становился всё мучительней. — А если с вами что-нибудь случится? Или в ходе боя камень пострадает? Ты уверена, что хочешь идти на такие риски? Всё-таки вы так долго его выслеживали… — И что же ты предлагаешь? — нетерпеливо прервала его Лестрейндж, даже не обращая внимания на то, что мужчина не мог, не должен был всего этого знать. Джонатан выглядел не на шутку встревоженным и изо всех сил пытающимся помочь, но что-то в его глазах не внушало девушке доверия. — Отдай его мне. Я смогу выбраться даже не замеченным и уж точно сохраню камень в безопасности. — На секунду девушка и правда была готова протянуть руку, но тут же передумала. Бэйн поручил ей, она не должна его подвести. Но время… Его нещадно мало. — Позволь мне помочь, Лойс, я не подведу тебя. Девушка вновь нахмурилась, отчаянно пытаясь взвесить риски и принять верное решение, но в голове так и крутилась одна-единственная мысль — «Бэйн! Надо спешить, надо помочь ему!». Видя сомнения в глазах девушки, мужчина медленно подошёл и с нежностью взял её за руку, в которой находилась маленькая коробочка. — Ты нужна ему, Лойс. Надо спешить, — сказав это Крейн начал аккуратно, стараясь не давить и не спугнуть девушку, разжимать её пальцы один за другим. — Я хочу помочь, хочу всё исправить, только дай мне шанс. И она сдалась. Её пальцы разжались и заветная коробочка тут же оказалась в руках Джонатана. Но не успел мужчина отвести руки, как девушка вновь вцепилась в него яростной хваткой. — Если обманешь… — Ни за что, — поспешил успокоить её мужчина, сладко улыбнувшись. — Я буду ждать тебя в семь часов на нашем месте, договорились? А теперь беги, Лойс, ты нужна ему. Немыслимый груз словно свалился с плеч девушки, вернув ей лёгкость и проворность. Кивнув Крейну на прощание, она со всех ног бросилась бежать, молясь всевозможным богам, лишь бы успеть. Она убежала и не видела, как на губах мужчины заиграла самодовольная ухмылка. Всё получилось. Так быстро и так долго, как сегодня девушка не бегала ещё ни разу в жизни. Лёгкие, казалось, были наполнены раскаленным песком, в левом боку точно застряла стрела, да и ноги временами отказывались слушаться. На одном из лестничных пролётов она запнулась и покатилась кубарем, разодрав щёку, но ничто на свете не могло её остановить. Она оббегала каждый этаж, и с каждым разом ком отчаяния подступал всё ближе к горлу. И только на втором этаже они наконец встретились. — О, боже! Бэйн! Девушка как ураган бросилась на мужчину, явно того не ожидавшего. Она едва не сбила его с ног, с такой силой она прильнула к его груди и крепко обняла его. — Я так рада, что с тобой всё хорошо! Мужчина же был абсолютно сбит с толку. Они расстались всего пятнадцать минут назад, что такого могло произойти? Он слегка погладил её по волосам, сам не до конца понимая, зачем он вдруг это делает. С каждой секундой эти внезапные объятия становились всё более неловкими. — А могло быть иначе? Наконец не выдержав, мужчина с трудом отлепил от себя девушку и оглядел её с ног до головы. Начало закрадываться сомнение, будто что-то и правда должно было или уже случилось. Взлохмаченная, с раскрасневшимися от долгого бега щеками, с кровавой ссадиной под жёлтым глазом и до безумия чем-то встревоженная. Сейчас девушка больше напоминала какую-нибудь героиню из фильма про выживание в диких условиях, только веток с листьями во взъерошенных светлых волосах не хватало. — Надо бежать, Бэйн! Этот Нейтон совсем с ума сошёл, он вызвал сюда вооружённые силы США, не меньше! Настоящая армия будет здесь с минуты на минуту, нам не справиться! Нужно уходить! Мужчина повнимательнее вгляделся. Может, она головой ударилась, пока бежала сюда? Но, похоже, ссадина была только на щеке, странно. — О чём ты вообще говоришь? — Я серьёзно, нельзя медлить, они скоро будут здесь! — девушка схватила его за руку и попыталась потянуть. Однако мужчина не поддался. Бэйн перехватил её руку и слегка встряхнул девушку за плечи. — Уж не представляю, что с тобой случилось, Лойс, но возьми себя в руки. Всё кончено, никакой армии нет. Даже людей Нейтона здесь больше нет. Пять минут назад он приказал им всем покинуть здание. Мы победили, ясно? Успокойся. Небольшая встряска и ледяной, с ноткой упрёка, взгляд мужчины и правда подействовали на девушку как контрастный душ, но всё же кое-что в её голове совершенно не укладывалось. — Что?.. Но записи с камер… Она ни на секунду не сомневалась, что Бэйн прав. Он прав, всегда прав, это как аксиома из научного трактата. Но и записи с камер не могли быть подделкой, ведь она всё видела своими глазами. Два абсолютно несовместимых файла пытались улечься в её голове, но вместо этого вызывали неимоверный диссонанс, который приносил девушке почти физическую боль и полностью выбивал из колеи. Удивление и растерянность понемногу начали сменяться раздражением. Да что с ней не так? Откуда она вообще взяла весь этот бред? Бэйн знал по многочисленным рассказам готэмских «коллег», что у девчонки слегка не в порядке с головой, но чтоб настолько? — Давай поговорим об этом позже, ладно? Сейчас надо наконец доставить камень Двуликому, он слишком долго ждал, — нетерпеливо бросил мужчина. Ему как никогда хотелось поскорее закончить с делом и исчезнуть, лишь бы не видеть этого испуганного и сбитого с толку взгляда девушки. Но что-то явно пошло не так. Лицо девушки вытянулось ещё сильнее, а на губах заиграла нервная, почти истерическая улыбочка. Она нерешительно отступила на шаг назад. — А к чему спешить? Давай лучше немного отдохнём, погуляем, скажем, часиков до семи, идёт? Бэйн тут же напрягся. — Где камень, Лестрейндж? — спросил он, угрожающе надвигаясь на девушку. — Он не у тебя? — Ну, не совсем, — замялась девушка, в ужасе пятясь назад. — Знаешь, это довольно долгая история, давай… Не успела она договорить, как мужчина сделал резкий выпад вперёд и его железная хватка сомкнулась на её горле быстрее, чем она успела понять происходящее. В следующую секунду, даже не стараясь сдерживать силу, он впечатал её в стену. — Где камень? — холодно отчеканив каждое слово, спросил Бэйн. От сильного удара из лёгких вышибло весь воздух, в ушах пронзительно зазвенело, да с такой силой, что в какой-то момент звон превратился в оглушающую тишину, а всё вокруг слилось воедино и заплясало перед глазами цветными кругами. Требовательный и не предвещающий ничего хорошего голос напарника доносился словно из параллельного измерения, оттуда, где все звуки приглушены на пару тонов, а воздуха практически не существует. Девушка попыталась что-то сказать, но вместо слов с её губ слетели лишь хриплые стоны, и только тогда мужчина чуть ослабил хватку, позволив толике кислорода проскользнуть в изголодавшие лёгкие. — Последний раз спрашиваю… И пусть Лойс ни разу не видела мужчину в подобном разъяренном состоянии, она чувствовала, что это и правда последний раз, больше терпеть он не намерен. Девушка отчаянно закивала головой, умоляюще глядя на напарника. Нехотя Бэйн разжал хватку, и девушка обессиленно рухнула на пол. Она стояла на коленях, жадно хватая воздух ртом и схватившись за горло, на котором теперь отчётливо вырисовывался красный след крепкой мужской руки. Наверное, ещё час назад увидь он такую картину, непременно бы почувствовал тень жалости и сожаления где-то в глубине своего сердца, но сейчас же единственное, что ему хотелось сделать, так это схватить её за безмозглую голову и несколько раз хорошенько, не жалея сил, приложить о бетонную стену, пока не раздастся характерный хруст, означающий, что больше эта девчонка проблем не доставит. Но мужчина держался. Он ещё не знал, что именно она натворила, но предчувствовал, что ничего, кроме новых неприятностей, она и не могла принести. Наконец восстановив дыхание, девушка поднялась, по-прежнему хватаясь за горло, словно защищая уязвимое место от напарника. Её голос всё ещё отдавал хрипотцой. — Камень у Крейна, но… — Что?! — буквально взревел мужчина. Он не мог поверить своим ушам. Как это вообще возможно? Он оставил её всего на пятнадцать минут, а она умудрилась не только провалить их общее задание, но и каким-то образом передать камень самому скользкому типу во всём Готэме. Если ещё пару минут назад Лойс казалось, что дело плохо, то сейчас мысль о смерти и вовсе не виделась ей такой уж далёкой. Она хотела всё объяснить, успокоить разъяренного товарища, сказать, что всё совсем не так ужасно, как ему кажется, но мужчина не дал ей шанса. Не успела девушка и рта раскрыть, как сильная оплеуха буквально сбила её с ног, отбросив на пару метров. Пронзительная боль в ушах вернулась, не успев толком попрощаться, и, казалось, с ещё большим остервенением принялась терзать и без того разболевшуюся голову, отдаваясь звоном даже в зубах. Не облегчало положения и то, что при падении девушка прикусила щёку, и теперь солоноватая жидкость стремительно скапливалась во рту. Однако в этот раз боль принесла с собой хоть что-то хорошее, и туман в голове девушки прояснился. Перед глазами всё кружилось в безумном танце, слух играл явно не на её стороне, а от вкуса крови пустой с утра желудок скрутило спазмом, но Лойс резко села, ведомая внезапным, но таким сильным желанием жить. «Надо всё объяснить! Он не так понял!» — звучало в её голове. Впрочем её попытка оправдаться осталась незамеченной, взбешенный мужчина действовал намного быстрее неё. Подлетев к девушке, он резким движением поднял её на ноги и с силой встряхнул за плечи. — Какого чёрта, Лестрейндж?! Чем ты вообще думала?! И пусть девушка прекрасно понимала его гнев, голова буквально раскалывалась от криков, да и нескончаемые удары и тычки перестали отзываться чувством вины. В конце-то концов, камень вовсе не утерян безвозвратно, он всего лишь находится на хранении у Джонатана, что в этом такого? А он орёт так, словно она родину продала. — Хватит! Дай мне всё объяснить! — не выдержав, закричала девушка в ответ. Бэйн точно лезвием скользнул по ней ледяным взглядом и, скрестив руки на груди, отступил на шаг. Он дал ей иллюзию безопасности, ложную надежду на то, что она сможет избежать новых побоев, но в каждой черточке его лица читалось неотвратимое выражение хищника, готового в любую секунду накинуться и наконец добить свою жертву. — Мы встретились на шестом этаже. Он… Он спас меня, — решила не утаивать Лестрейндж. — Сказал, что в здании армия, что тебе нужна помощь, и предложил подержать камень у себя для его сохранности. — С каждым её словом в глазах мужчины всё отчётливее проглядывалось что-то такое, отчего ей становилось немного не по себе. — Сегодня в семь часов мы встретимся у старого завода и он вернёт камень, он обещал, — поспешно добавила девушка. — И ты поверила? Серьёзно? — Он показал записи с камер, — с нарастающим чувством безнадёги ответила девушка. Мужчина больше не злился, пропало и пугающее ощущение, что он собирается её прикончить, но вместе с тем из его голоса и взгляда пропали все мало-мальские по-человечески тёплые нотки, которые с таким трудом они смогли наладить за последнюю неделю. Теперь она чувствовала себя настолько ничтожной, что хотелось слиться с интерьером, раствориться в этой угнетающей тишине, просто исчезнуть, лишь бы не видеть этот обжигающий до глубины души холод в его глазах. — Значит ты поверила в монтаж и пустые обещания? — ответа не последовало. — Поздравляю, ты ещё большая дура, чем я считал, — бросил Бэйн и, показательно обойдя девушку стороной, двинулся к выходу. Этот ледяной тон с толикой разочарования ударил больнее, чем все удары до этого. Она подвела его. Поборов подступающий к горлу комок слёз, Лойс вздохнула и пошла следом. Может, из-за слепого доверия Джонатану, а может, из-за нежелания признавать, что все её и без того хрупкие надежды и призрачные шансы рухнули окончательно, но девушка отчаянно верила, что не всё потеряно.

***

За десять минут до условленного времени чёрная машина с наглухо затонированными стёклами незаконно въехала на территорию бывшего завода по производству медикаментов, который вот уже десять лет как считался местным памятником коррупции и бездействию. Одно время его стены стали фармацевтическим раем для наркоманов, домом для бомжей и местом сборов для дерзкой молодёжи, но время и городские легенды сделали своё дело, отпугнув и этих последних обитателей. Теперь же лишь завывающий ветер да случайно забредшие бездомные коты, чему свидетельствовал резкий запах мочи, стали редкими гостями этого некогда великого сооружения. Первой из машины вышла девушка. Даже не вышла, а практически выскочила, как пробка из бутылки шампанского. То и дело оглядываясь по сторонам, она прошла около пятидесяти метров и остановилась у старого фонарного столба, который давно уже не работал, но стал своеобразным ориентиром для встреч в этом злополучном месте. Мужчина же и вовсе не спешил выходить из машины. В отличие от девушки он прекрасно понимал, что Крейн ни за что не явится на встречу, а потому не видел причин напрасно мёрзнуть на улице. Честно говоря, он и ехать-то не особо хотел, но всё же что-то его подтолкнуло откровенно навязаться в компанию к несносной девчонке. То ли рьяное, почти кровожадное желание увидеть разочарование, когда она наконец поймёт, что Пугало её использовал, то ли безумное желание прямо сейчас, пока машина ещё заведена, а напарница, ничего не подозревая, вглядывается в темноту, надавить на педаль газа до самого пола и сбить эту никчёмную тупицу, что изрядно потрепала ему нервы и внесла неразбериху в его жизнь. Однако Бэйн лишь вздохнул и убрал руки с руля, прекрасно понимая, что если бы он действительно хотел, то прикончил бы её ещё утром. От назначенного времени прошло уже полчаса. Небо, которое ещё совсем недавно было затянуто тёмно-синей пеленой, уже и вовсе почернело. Холодный ночной ветер стал ещё более пронизывающим, отчего девушка всё сильнее куталась в тонкую кофту. Щёки пощипывало от холода, пальцы, отчаянно сжимающие ткань, уже онемели, но Лойс попросту не замечала ничего, с неугасающей надеждой озираясь на пустынные окрестности завода и неустанно придумывая тысяча и одно оправдание человеку, который плевать на неё хотел. Даже из машины Бэйн видел, насколько посинели её губы и как дрожат от холода плечи. Какое-то время он без всякой жалости смотрел на эту картину, уверенный, что девушке не помешает хоть немного помучаться за свою оплошность, но когда он заметил, что прошло уже два часа, а Лойс так и не собирается возвращаться в машину, он решил, что с неё хватит. Захватив свою кожаную куртку, он подошёл к девушке. — Он… Он скоро будет, я уверена, — пробормотала она, едва движущимися от холода губами, и шмыгнула носом. — Наверное, пробки… Мужчина накинул ей на плечи свою куртку, и девушка с благодарностью укуталась в неё как в одеяло. Ещё с минуту они стояли, не говоря ни слова. — Пойдём уже домой, — наконец сказал Бэйн и положил руку ей на плечо. Ни с того ни с сего девушка разрыдалась и бросилась ему на грудь. — Я такая дура, — всхлипнула она. — Бэйн, прости меня. Ещё три минуты назад мужчина твёрдо решил свести их общение к рабочему минимуму, держаться как можно холоднее, да и в целом вернуть ту невидимую стену, что была между ними с самого начала, но стоило только её дрожащему от рыданий тела коснуться его, как вся злость и обида с треском провалились. Он сдался и обнял девушку в ответ, мысленно проклиная себя за проявленную слабину, но впервые за долгое время чувствуя себя действительно хорошо.