твоя невинность

      Участники редко когда собираются вместе, чтобы посмотреть какой-нибудь сериал или фильм, потому что в основном из-за плотного графика все очень устают и времени на расслабление перед телевизором просто нет. Однако сегодня капризный Сан уговорил своих друзей посмотреть с ним какой-то сериал, но все согласились только потому что Чхве начинал кидать жалобы на каждого участника и никакого другого решения не нашлось, чтобы успокоить этого злого ребёнка.       Ёсан отказался от просмотра, ссылаясь на головную боль и сонливость, поэтому ушёл в свою комнату. Остальные же сидели в тишине перед телевизором, в кругу вкусных чипсов и сухариков с колой. Минки вообще не вникал в сюжет и в слова хёнов, которые изредка обсуждали какие-то скучные моменты из сериала. Он устало зевал, удобно устроившись на мягком диване и служа подушкой для Юнхо, который давно уже посапывал на соновском плече.       Минки даже кажется, что вообще никому нет дела до сериала Сана, кроме, конечно же, его самого и Уёна с ним на пару. Они активно говорят о том, кто из сериала им больше всего нравится, то заворожённо кушают сухарики, не отлипая от экрана, то заливаются слезами, когда наступают драматические моменты. Сонхва сидит на полу, полностью поглощённый новостями в своём телефоне, а Хонджун, как лидер, пытается сдержать своё обещание, но глаза почему-то сами по себе слипаются. Макнэ давно уснул на коленях Юнхо, крепко обнимая того за бедро, будто это плюшевый мишка с которым он обычно спит. И, кажется, один Минки собирается уйти.       Он аккуратно встаёт со своего нагретого на диване места, пытаясь не разбудить старшего, и убедившись, что никто его не замечает, на носочках выходит с зала. В коридоре, поднимаясь по лестнице, он спотыкается, так как ничего не видно и сановские игрушки, которые он раскидал, играясь вместе с Уёном, мешают ровно идти.       Соновская комната расположена в самом конце тёмного коридора, и Минки бы испугался этой самой темноты, но он жутко устал за сегодня и его голову посещают не монстры, которые могут на него напасть, пока он медленно идёт до неё, а тёплая кровать, которая в данное время ему необходима. И единственное, что останавливает его путь в свою комнату — это тусклый свет, виднеющийся из узких щелей кановской и уёнской двери, и не тихий стон.       Минки останавливается напротив чужой двери и прислушивается — не послышалось ли? И он хотел уже идти дальше, но снова болезненный стон Ёсана заставил Сона застыть на месте. Любопытство постепенно берёт вверх, но разумные мысли всё ещё в голове, — это личное дело Кана и, возможно, он умеет расслабляться по-своему. Но следующий громкий всхлип за дверью заставил Минки взволноваться. В его голове тут же выстроилась мысль о том, что старший плачет, и что в таких моментах нужна чья-то поддержка и плечо, на которое можно положиться.       Ещё несколько секунд поколебавшись, Минки тихо заходит в комнату, закрывая за собой дверь. Он поворачивается к старшему и то, что он увидел, заставляет его впасть в ступор.       Тусклая лампа на прикроватной тумбочке более менее как освещает всю комнату. И Минки видит Ёсана, лицом уткнувшегося в свою подушку и одной рукой сжимающего одеяло до побледневших костяшек, а другой — вставляя в себя резиновый член внушительных размеров. Он до крови кусает свои губы и всхлипывает, когда член полностью пропадает в нём и снова появляется, имитируя медленные толчки. Сон видит, как бёдра старшего дрожат и как на чужих руках выступили большие вены.       Младшему становится жарко от такого зрелища и он бы ушёл, чтобы не смущать хёна от его увлекательного занятия, вот только тело Минки совсем не слушается. Он боится сделать лишнее движение, — лишний вдох, — потому что в любой момент может быть замеченным. Ему кажется, что температура в комнате достигает невозможных градусов, и он чувствует, как внутри него горит какое-то пламя.       Ёсан же тяжело дышит, тихо постанывая в подушку и делая резкие и более точные движения рукой. Он выгивается в пояснице, поджимая пальчики на ногах и рукой оглаживая свою грудь, задирая тонкую футболку выше. Его кожа покрывается мурашками, когда он отросшими ноготочками проводит по своим рёбрам, и снова всхлипывая, начинает медленно вытаскивать игрушку из себя, вновь толкая её обратно. Смазка с члена старшего капает на его живот, и только сейчас Сон замечает эррекционное кольцо на набухшем органе.       У Минки дыхание перехватывает и он чувствует, как его собственный член начинает заливаться кровью, твердея с каждым хёновским стоном-всхлипом. И он чувствует, как его щёки горят от стыда, как он весь сам горит. А Кан пальчиками своими тоненькими ведёт вниз, обхватывая покрасневшую головку и сжимая её в кольцо из пальцев. Сон наблюдает за хёновским языком, что скользнул по нижней губе, оставляя еле видный блеск слюны, и нервно сглатывает.       Колени Кана разъежаются ещё шире, он начинает дрожать всем телом и его рука на члене медленно ведёт к основанию, плотно сжимая его. Ёсан судорожно хватает ртом воздух, тихо постанывая и насаживаясь на игрушку до конца.       Минки не знает, куда смотреть девать себя, его мозг будто отключён, но он видит все, что сейчас происходит. У старшего, оказывается, очень красивое тело, что мысль в голове Сона о том, почему он его скрывает, проскальзывает сама по себе. Также его мозг считает нормальным воспринимать только то, что издаёт Ёсан. Минки языком ведёт по своей сухой нижней губе, которую успел стереть в кровь.       Старший же дрожащими руками стягивает со своего члена кольцо, запрокинув голову и гортанно простонав. Он делает ещё парочку резких движений, изливаясь в свою ладонь и бессильно падая лицом в подушку. Его грудь тяжело вздымается и Кан уже проваливался сон, как звук захлопывающейся двери заставил его резко дёрнуться.