Воля и Душа (книга третья)

В шахматах выигрывает тот,

кто ошибается предпоследним.

Савелий Тартаковер

 

Обещанный Лефевром «демонический» отчет к условному вечеру, наступление которого в этом странном измерении даже часы, казалось, определяют с долей сомнений, Йен доставил самолично, ураганом ворвавшись в их каморку как раз в тот момент, когда не обремененный обилием надетой на нем одежды Уриил пытался пристроиться под боком у демона на по-военному узкой кровати. От громкого хлопка двери застигнутый врасплох ангел кулем скатился на пол, утягивая за собой колючее шерстяное одеяло.

 

Чертыхнувшись от вида развалившегося на матрасе абсолютно голого демона, хакер немедленно изменил траекторию движения, пулей вылетев на лестничную площадку и проматерившись там все пять минут, пока напарники приводили себя в порядок.

 

— Люди для таких, как вы, замки придумали! — рявкнул он, с опаской заходя в комнату во второй раз и на всякий случай загораживая себе обзор папкой для бумаг.

 

Следующие два часа напарники провели за изучением отчета. Сухой язык аналитического документа Йен разбавлял своими комментариями, пояснениями и домыслами, создавая у друзей развернутую картину бурной деятельности Таможни в последнее полугодие. Как оказалось, несмотря на внешнее безразличие к происходящему, Брукс и ее люди сделали практически все возможное для победы своего кандидата, изрядно обогатив многих высокопоставленных демонов, от слов, действий и своевременного молчания которых зависел исход грядущего голосования. Для достижения цели использовались выгодные государственные контракты по всей Европе и Азии, как грибы после дождя возникающие в нужных руках, контрольные пакеты акций в перспективных медицинских, военных и медийный стартапах и, наконец, старые добрые взятки. Финансовый объем розданной мзды поразил воображение видавшего виды ангела. По его прикидкам выходило, что на потраченные Таможней суммы легко можно было выкупить какую-нибудь африканскую страну со всем ее населением и отдать демонам в качестве приусадебного участка с прилагающейся обслугой.

 

Там, где не могли помочь деньги, в ход шел шантаж и впечатляющие объемы компромата, накопленного дотошными агентами Брукс на ключевых игроков демонского политического эндшпиля. Небольшая проблема состояла в том, что порочащие сведения приходилось сливать в человеческие структуры, а после уповать на расторопность и достаточную заинтересованность их судебной системы и СМИ, поскольку сообщество демонов было крайне сложно впечатлить употреблением наркотиков, оргиями с участием несовершеннолетних, устранением бизнес-конкурентов и прочими непотребствами, которые в их понимании являлось едва ли не повседневной рутиной. Андрас, выслушав все и покопавшись в своей изрядно подчищенной алкоголем памяти, действительно припомнил парочку довольно крупных коррупционных скандалов, потрясших мировые новостные агентства в последнее время, и в их возникновении ему теперь виделась вполне четкая схема действий Таможни.

 

Если же все перечисленные действия по тем или иным причинам отказывались работать, люди Брукс переходили к крайним мерам, и самые несговорчивые подопечные попросту исчезали со страниц отчетов, что могло означать единственное: из списка потребителей кислорода их вычеркнули с такой же пугающей легкостью.

 

— Проблема в том, что все бесполезно! — подвел итог общим впечатлениям Йен. — Я еще слабо разбираюсь в реалиях твоих, Андри, собратьев, но поправь меня, если ошибаюсь: эта возня не оказывает совершенно никакого эффекта на конечный результат?

 

— Почти наверняка, — нехотя подтвердил демон. — Такая деятельность ясно дает всем понять о существовании еще одного крупного игрока и, не исключено, позволит внести смуту и переманить кого-то из мелких демонов на сторону Астарота, но окончательное решение все равно будут принимать члены Клики, а им нет дела до выгод их подчиненных — они-то возьмут свое при любом раскладе. Так что я согласен, вся эта затея может дать преимущество только в случае открытого конфликта, в котором, если повезет, у Астарота будет чуть больше союзников, чем у его оппонентов. При условии, что кто-то готов поверить, что они не переметнутся так же легко, как делают это сейчас.

 

— Гадство! — сумрачно констатировал парень. — Одно радует, что эти придурки из ОМВ и сами все понимают, только вот устранение основных игроков хоть и сможет изменить итоги выборов, но до голосования в этом случае дело точно не дойдет: все заблаговременно передерутся и залягут на дно… могил, если сильно не повезет.

 

— А разбираться в итоге опять нам, — с ноткой самодовольства, тщательно запрятанного за раздражением, хмыкнул Уриил. — И что такое ОМВ?

 

— «Отдел мягких влияний», — расшифровал Йен. — Ладно, что планируете с этим делать?

 

— Поменьше планировать, чтобы не сильно расстраиваться, когда все полетит к чертям, — Андрас хлопнул себя ладонями по коленями и потянулся за своим излюбленным дорожным рюкзаком, засовывая в него все свои нехитрые пожитки. — Но если мыслить менее глобально, то до окончания сбора у нас восемь дней, значит, есть время озаботиться подходящей к случаю атрибутикой.

 

— Кубки из черепов врагов, ожерелья из зубов животных? — с усмешкой предположил Йен. Демон, вопреки его ожиданиям, вполне серьезно кивнул:

 

— Ты даже не представляешь, насколько недалек от истины. Большого преимущества все это не даст, но по крайней мере не позволит с порога устроить провокацию и обвинить нас в нарушении традиций. Их, разумеется, давно уже никто не соблюдает, но ради нас расстараются, не сомневайся.

 

***

 

Сборы много времени не заняли, поскольку собирать им оказалось практически нечего. Еще немного, и их тандем стал бы напоминать Уриилу цыганский табор, где все имущество живущих в нем легко умещалось по карманам пиджаков. Единственное, что примиряло ангела с печальной участью полубездомного существования стало заявление его напарника, что направляются они не абы куда, а в принадлежащее ему поместье, о существовании которого Андрас до сегодняшнего дня ни разу не упоминал.

 

Не зная толком, радоваться ли ему или же обвинять друга в сокрытии столь важной информации, позволившей бы ангелу уже давно примерить на себя роль лендлорда, тот в смешанных чувствах отослал Йена в магический отдел заниматься подготовкой их переброски, а сам отправился проведать эльфов и уже успевшего оттаять от своей обиды Алексея.

 

Наблюдая за непрекращающейся возней Лаэфа и Сурифь, не оставлявших ни единого шанса тишине воцариться в любом из помещений, в котором оказывались, и с позором изгоняя ту своим хохотом и бесконечными затеями, ангел поневоле завидовал Фаддилю и Эссиль. Те с непередаваемой теплотой наблюдали за происходящим и, несмотря на поздний час, ни словом не выказывали своего неудовольствия тем, что, к примеру, как раз сейчас их дочь вверх тормашками парит в воздухе под самым потолком, случайно активировав один из артефактов, сделанных ее другом.

 

Сам же Лаэф, талант и магическое мастерство которого росли день ото дня, с хохотом бегал по коридору вслед за летающей эльфийкой, время от времени корректируя ее полет и выслушивая угрозы скорой расправы, которая непременно должна была с ним приключиться сразу же, как только выветрится действие магии.

 

Когда это все же произошло и все собравшиеся слегка успокоились, Эссиль неожиданно окликнула тихо пристроившегося в углу Уриила, отвлекая того от беседы со своим мужем, которого ангел засыпал вопросами о быте эльфов, увидеть который воочию ему пока что не посчастливилось.

 

— Эссе Уриил, я правильно понимаю, что вы вскоре должны вновь отправиться в свой мир?

 

— Все верно, элле. Хм-м… Я ведь ничего не перепутал? — на секунду растерялся ангел, вспоминая правильную форму обращения. Эссиль в ответ тепло улыбнулась:

 

— Не перепутали. И раз вам предстоит опасное задание, вам не помешает небольшая страховка. Что скажете, Лаэф?

 

— А, точно! — запыхавшийся эльф тут же вскочил на ноги и, зардевшись, унесся куда-то за дверь, выбегая прочь из комнаты, в которой они собрались. Вернулся он минуту спустя, протягивая ангелу ладонь, в которой оказалась зажата целая горсть простеньких серебряных колечек: — Вот! Сколько успел сделать!

 

— Что это? — принимая подарок, уточнил ангел, ощущая, как холодят руку подаренные драгоценности, оказавшиеся на поверку куда тяжелее, чем выглядели.

 

— Это… второй шанс, — замялся эльф, пытаясь подобрать слова. — Эссе Андрас уже пользовался такими в день, когда мы бежали из Эддарлиона. Они уберегут от яда, кинжала или стрелы, но только один раз, а после — разрушатся. Здесь четырнадцать колец, по семь каждому из вас. Молю богиню, чтобы этого было достаточно!

 

— Ну, мы и сами еще кое-что умеем! — хмыкнул Уриил, пряча артефакты в карман, после чего в порыве благодушия ласково потрепал по волосам смущенного эльфа, общение с которыми давало ангелу непривычное ощущение семейного уюта, который он смог бы позволить себе еще не скоро.

 

В конце концов Уриил решил не рвать себе перед заданием душу нереализованными мечтами и распрощался с гостеприимными эльфами и Алексеем, который в конце концов простил ему все былые прегрешения и крепко пожал руку, пожелав удачи и скорейшего возвращения. По памяти ориентируясь в закоулках базы, ангел в конце концов набрел на нужный ему атриум зимнего сада, в тайне гордясь тем, что ни разу не заблудился.

 

Здесь его уже ждал демон и один из работников магического отдела — невзрачный парень лет двадцати пяти с сальными волосами, одетый в белый халат, делавший его похожим на лаборанта химической лаборатории, что в целом соответствовало окружению, в котором они очутились, пройдя через еще один шлюз, не менее внушительный, чем в переговорной комнате.

 

Большой зал, поделенный на отдельные зоны, был весь заставлен перегонными кубами, ретортами и загадочным аквариумами с залитыми формалином препаратами, обладающими изрядным набором игл, щупалец и ложноножек. В целом обстановка напомнила Уриилу стереотипную лабораторию безумного алхимика, вдруг решившего выйти на новый уровень и поставить свое производство на промышленные рельсы.

 

Лавируя между столами и верстаками, служащий лаборатории довел их до одного из стендов, представлявший собой гигантский куб из бронестекла, внутри которого прыгала, пульсируя и дрожа, сияющая сфера, при каждом столкновении с поверхностью испускавшая во все стороны яркие молнии, впивающиеся в подведенные к стенду электроды. За процессом эксперимента наблюдал лично глава отдела, одетый в круглые бронзовые очки с затемненными окулярами. Заметив прибытие гостей, Уорвик резко развернулся, ухмыляясь своим слегка безумным оскалом.

 

— А, смертнички! Спасибо, Безье, возвращайтесь к работе. — Фредди кивнул переминавшемуся с ноги на ногу лаборанту и махнул в сторону все еще мечущейся позади него сферы. — Попробуйте увеличить содержание хлора в атмосфере процентов на двадцать. Это должно стабилизировать объект. Теперь с вами… — Уорвик наконец обратил все свое внимание на напарников. — Готовы к отправке?

 

— Целиком и полностью, — подтвердил Уриил и, вдруг вспомнив о чем-то, полез в карман, доставая оттуда подарок Лаэфа. — Кстати, Андри, держи-ка!

 

Ангел едва успел озвучить свое предложение, как ощутил хватку Уорвика, вмиг оказавшегося рядом с ним и вцепившегося ему в запястье.

 

— Что это такое? — голос Фредди дрожал от возбуждения, а глаза светились алчным огнем, видимым, казалось, даже сквозь затемненное стекло его очков.

 

— Это перелом твоей руки в трех местах, если сейчас же не отцепишься от меня! — рявкнул ангел, пытаясь вырвать свою ладонь из цепкой хватки мужчины и наблюдая за тем, как напрягаются мышцы на шее у демона, уже готового скрутить наглого человечешку в бараний рог. Того, впрочем, подобные перспективы волновали не больше, чем проблемы миграции ушастой совы, и он с жадным интересом разглядывал серебряные безделушки.

 

— Превосходная работа! И какая эффективная! Кто автор? — никак не отреагировав на угрозы, продолжал допытываться Уорвик, заставив ангела сознаться в робкой надежде, что его наконец оставят в покое:

 

— Лаэф. Это наш друг…

 

— Мелкий эльф-кузнец, прибывший вместе с вами? — тут же резко переспросил мужчина, вскидывая на ангела свои окуляры, смотревшиеся на его лице словно фасеточные глаза мухи. — Божественно! Кажется, от вашего прибытия все же есть какая-то польза. У меня уже сто лет не было достойного собеседника! Пойдемте! За то, что принесли мне столь занятную новость, я, так и быть, прослежу, чтобы вы переместились в нужную точку не вниз головой!

 

Не слушая ничьих ответов и рванув куда-то в другой конец зала на все той же бешеной скорости, что и до этого, чокнутый маг не оставил напарникам иного выбора, кроме как, пожав плечами, двинуться за ним следом.

 

***

 

Перемещение в нужную им точку земного шара прошло для ангела с демоном до отвращения рутинно. Не было никаких пентаграмм, порталов и магической атрибутики, а только два измотанных лаборанта, которые по команде Уорвика накинулись на свои жертвы, измерив тем рост, вес и зачем-то размеры головы, после чего притащили разовые тест-полоски, взяв кровь на анализ, и наконец отвели в какую-то невзрачную и совершенно пустую комнату с выкрашенными в белый цвет стенами, полом и потолком. Наказав провести в ней как минимум три минуты, яйцеголовые умники удалились, плотно прикрыв за собой дверь.

 

С минуту с той стороны доносились звуки возни и команды Фредерика, после чего все вдруг стихло, чтобы через мгновение вернуться звуками музыки и чьего-то звучного хохота. Пожав плечами, Уриил первым шагнул вперед, покидая их убежище и одним махом окунаясь в полутемную атмосферу крохотного помещения, большую часть которого занимала барная стойка, вся облепленная о чем-то оживленно беседовавшими между собой посетителями. Оглянувшись на своего напарника ангел заметил, что и то помещение, в котором они дожидались перехода, успело измениться, сменив вид палаты для душевнобольных на атрибутику обычной кладовой с щетками, швабрами и бутылями с чистящим средством.

 

Так до конца и не поняв, каким именно образом срабатывает этот способ перемещения, с помощью которого агенты Таможни умудрялись в считаные секунды оказываться в самых удаленных уголках мира, ангел с головой окунулся в атмосферу истинно британского паба, бывшего таким крошечным, что Уриил готов был спорить: бармен, неторопливо обслуживающий сейчас многочисленных посетителей из числа местных выпивох и отцов брошенных на произвол судьбы семейств, в остальное время суток был уборщиком, бухгалтером да и, пожалуй что, владельцем сего заведения.

 

Встретившись глазами с человеком, Уриил получил в ответ едва заметный кивок, подтверждавший, что подобный способ прибытия посетителей вовсе не является для того в новинку и, махнув рукой напарнику, двинулся на выход, не дожидаясь, пока их присутствие станет замеченным кем-то из толпы завсегдатаев. Подобная точка высадки была выбрана по просьбе Андраса, пожелавшего, чтобы они оказались как можно ближе к Биконсфилду — традиционно-вылизанному и выглядящему как имбирный пряник городишке в графстве Бакингемшир, поблизости от которого находились владения демона.

 

Так и оставшись незамеченным для целой толпы людей, больше занятых созерцанием пива у себя в кружке да обсуждением результатов последнего футбольного матча, напарники вскоре очутились на вечерней улице, на которой уже вот-вот должны были зажечься первые фонари. Ангел первым делом обернулся, придирчиво оглядев возвышавшееся позади него трехэтажное здание из бурого кирпича со скатной черепичной крышей и небольшой вывеской «Чокнутый медведь», и перевел взгляд на небо, подставляя лицо под мелкую небесную морось — фирменный знак туманного Альбиона и такой же его обязательный во всякое время года туристический атрибут. Закончив наслаждаться свежим воздухом, столь непривычным после затхлых и темных коридоров базы Таможни, Уриил зябко поежился и покосился на поравнявшегося с ним демона:

 

— Ну что, далеко нам до твоей избушки?

 

Андрас, которому затхлость и полутьма с каждой минутой начинали казаться все более привлекательными, нервно дернул плечом:

 

— Не очень. Пешком отсюда меньше часа, если я ничего не путаю. В последний раз я был здесь дюжину лет назад.

 

— Неужто ваше лордство рискнет путешествовать не в лимузине?

 

— Я не лорд, — неопределенно буркнул демон и добавил нехотя: — Всего лишь рыцарь. Что?

 

— Так значит, мне теперь обращаться к тебе «Сэр Андрас»? — принялся ехидно хихикать Уриил, прекрасно зная нелюбовь напарника к официальным титулам. — А я только-только успел привыкнуть к «маркизу»… Количество твоих регалий растет с каждым днем!

 

— Умолкни! — рявкнул в ответ демон, не придумав ничего иного, кроме как надвинуть воротник своей дорожной куртки повыше и пойти вперед, скрывая свою неловкость в сгустившихся сумерках. — И пойдем уже, время дорого!

 

***

 

Уриилу сложно было сказать, что именно он ожидал увидеть, узнав про существование у его демона поместья близ Лондона. Вероятно, небольшой домик в предместьях или же некое подобие загородной охотничьей хижины на несколько комнат с камином и арсеналом ружей, стоивших больше, чем место, в котором они находились. Но уж точно в его представлениях не фигурировал расположенный на холме двухэтажный дворец с колоннадой из сероватого камня, двумя увитыми плющом башенками по бокам и ведущей к центральному входу дорогой, завершающейся кругом, на котором когда-то давным-давно останавливались конные экипажи.

 

Небольшое естественное возвышение, на котором располагалось все это подсвеченное редкими фонарями великолепие, основательно заросло травой и, будучи отгороженным от остального мира кованой металлической оградой, увитой непролазной стеной плюща, выглядело довольно заброшенным.

 

Сойдя с дороги, по которой они все это время шли, Андрас уверенным шагом направился к никем не охраняемым центральным воротам, с лязгом распахнувшимся, стоило лишь демону прикоснуться к одной из створок.

 

Уриил, едва успевший обрести дар речи и до последнего не веривший в то, что именно эти хоромы и есть конечный пункт их назначения, только и сумел, что восхищенно присвистнуть:

 

— Бездны ради, Андри, ты точно уверен, что я не должен приносить тебе по утрам фарфоровый горшок и падать ниц при каждом твоем появлении?

 

— Умолкни же! — в который раз рыкнул демон, что в данном случае было равноценно красной тряпке перед мордой быка.

 

— Как пожелает ваша милость! — дурным голосом взвыла белобрысая катастрофа, прыгая вокруг Андраса хороводом. — Но только в том случае, если ты расскажешь, откуда в тебе обнаружился такой скрытый потенциал!

 

— Не во мне, — нехотя отозвался тот, с плохо сдерживаемой ненавистью глядя на приближающиеся стены и едва заметно поблескивающие от влаги темные окна галерей, за долгие годы отсутствия жильцов и прислуги в доме ставшие похожими на темные провалы глазниц у покойника. — Ты ведь прекрасно знаешь, что многие из нас посещали Землю задолго до Схождения. Следы нашего присутствия найти было весьма непросто, да и было оно не таким уж масштабным, но кое-что все же уцелело. Как, например, этот дом. Он был построен в тысяча шестисотом году и принадлежал моему отцу. Точнее, одному лорду, который умудрился продать папеньке душу в обмен на какие-то свои мелкие политические выгоды.

 

— Странно, что все это время никто не попытался прибрать такое роскошество к рукам, — завороженно прокомментировал ангел, с легким трепетом осматривая не лишенную изящества каменную громаду, которая под аккомпанемент шороха колышущейся на ветру травы и неестественно громкого звука их шагов по гравию смотрелась почти мистически.

 

Более пристальным осмотр даже при столь скудном освещении давал возможность убедиться, что дом непоправимо обветшал и держался едва ли не на честном слове или же присущем всякому истинному британцу упрямстве. Созерцая эту картину, Уриил не без оснований предполагал, что при свете дня она окажется не менее удручающей. Судя по всему, это место не знало хозяйской руки уже долгие годы и, несмотря на внешнюю неприкосновенность, постепенно приходило в упадок, столь удивительный для страны, одержимость жителей которой, когда дело касалось их исторического наследия, была общеизвестной.

 

— Никто бы и не смог, — пребывая в не менее сметенных чувствах, отозвался демон, первым подходя к широкому крыльцу высотой в пять ступеней, между которыми деловито проросла, отвоевывая все новые территории, сорная трава с мелкими желтыми цветами. — Я сам оказался здесь едва ли не случайно — меня притянула магия крови, которой пропитан каждый метр владения. Заметил ворота?

 

— Они открылись сами из-за твоего присутствия? — прозорливо предположил Уриил.

 

— Все верно. Я единственный выживший наследник своей семьи, и пока не захочу, никто не сможет отыскать это место, даже если будет стоять в метре от него.

 

— Что ж, это решает вопрос грабителей и радетелей за сохранность памятников старины. Рискну предположить, что сам ты не в восторге от подобного имущества. Расскажешь?

 

— Нечего особо рассказывать, — пожал плечами Андрас, в неясном ему самому порыве дотронувшись до одной из колонн, в зазорах между каменными блоками которой тоже успела прорасти какая-то бойкая травка. — Я наткнулся на это место в сороковых, через несколько лет после своего отъезда из США. Тогда особняк показался мне прекрасным убежищем и дополнительным источником информации про мою семью, но надежды на это очень быстро рассеялись. Отец, как мне вскоре стало ясно, никогда не жил здесь и даже не счел нужным оформить право собственности — все это место до сих пор по документам принадлежит его изначальным владельцам. Так что внутри я не обнаружил ровным счетом ничего, кроме следов старой магии, полуистлевших бумаг покойного лорда да кучки скелетов.

 

— Насчет последнего поподробнее, — подходя ближе, вскинул бровь ангел. — Этим-то откуда тут было взяться?

 

— Все просто. В тот самый момент, когда мой отец запечатал поместье, скрыв его от чужих глаз, та же участь постигла и всех, кто здесь жил, включая и прислугу. Полагаю, они не смогли выбраться из ставшего им склепом дома и в конце концов погибли от голода и жажды.

 

— М-да, удобный способ вступать в наследование, ничего не скажешь. Кстати, сколько мы с тобой знакомы, ты ни разу не упоминал своих родителей и их имена. Мне не стоит проявлять любопытство?

 

— Тебе нечем будет его утолить, — хмыкнул в ответ на осторожный вопрос напарника демон. — Имена — это все, что я о них помню. Это и восемьсот лет заключения, в котором они держали меня до дня Схождения. Маркиз Магрибал и леди Астарта.

 

— Хм-м… — Уриил постарался быстренько освежить в памяти некогда читанные им хроники. — Король воров и предводительница фурий? Занятная, должно быть, была семейка. И я даже где-то рад, что не посчастливилось с ними познакомиться. Ну что, процесс попадания внутрь потребует от нас каких-нибудь ритуальных плясок или, глядишь, обойдется?

 

— В некотором роде… — Андрас поморщился и, подходя к массивной дубовой двери, доходящей в высоту до свода балюстрады над ней, крепко ухватился за позеленевшую от времени медную ручку, чувствуя, как впиваются в пальцы острые шипы, расположенные с обратной стороны. Попробовав на вкус крови своего хозяина, дверь с громким скрипом поддалась и медленно отворилась, позволив демону одернуть кровоточащую ладонь. Проследив за обеспокоенным взглядом ангела, он лишь качнул головой и первым шагнул внутрь. — Будь осторожнее. Пол довольно сильно прогнил, а провести сюда электричество в свой прошлый визит я так и не удосужился.

 

— Спасибо за предупреждение, — отозвался ангел, переступая порог и погружаясь в сумрачное чрево особняка. Демон уже успел достать телефон и включить фонарик, в его свете Уриил смог различить широкую, ведущую на второй этаж лестницу с полуистлевшей ковровой дорожкой и покрытые плесенью от времени и сырости стены с громоздящимися на них тяжелыми рамами с семейными портретами, часть из которых успела сорваться со своих мест и теперь лежала на полу грудой искореженных обломков. — Выглядит это все удручающе, милорд… Ты не пробо… — мысль ангела прервал громкий треск где-то под ним. Уриил резко отпрыгнул и оказался пойман бдительным демоном, вместе они с подозрением изучили практически испарившуюся под ногой ангела половицу, которая оказалась почти полностью съедена изнутри жуками-короедами.

 

— Говорил же, осторожней! — Ставя напарника на ноги, буркнул Андрас. — За столько лет простоя дом сгнил практически до фундамента.

 

— При таком раскладе осторожность не спасет, ты так не думаешь? Нас попросту завалит какими-нибудь перекрытиями, а мне как-то не хотелось бы становиться структурным элементом здания!

 

— Из тебя бы вышла отличная кариатида, — ухмыльнулся демон, но видя раздражение на лице напарника, поспешил заверить: — На втором этаже должно быть получше. Там магия крови действует сильнее и частично оберегает помещения и вещи от разрушения. Именно поэтому я и устроил там свой тайник.

 

— Туда еще доползти надо, а у нас тут минное поле под ногами, — недовольно забубнил ангел, с осторожностью продвигаясь по почти истлевшему наборному паркету, осторожно проверяя на ощупь каждую следующую половицу.

 

Таким образом через некоторое время они все же сумели оказаться на галерее второго этажа, невзирая на панические настроения ангела, с замиранием сердца вслушивавшегося в скрип каждой ступени, грозивший в любой момент стать предвестником обрушения всего фундамента.

 

Пространство наверху оказалось чуть менее удручающим на вид, но лишь самую малость. Пол здесь сохранился немного лучше и не норовил просесть от неосторожного шага и отправить всякого, кто отважится по нему пройти, в подвальные катакомбы, но со стен коридора, в котором очутились напарники, все так же уныло свисали целые покрывала размокших и отслоившихся шелковых обоев, а в воздухе витал стойкий запах затхлости и сырой штукатурки.

 

Довольно уверенно двинувшись в правое крыло, демон довел Уриила до самого его конца, с громким лязгом отворив очередную дверь: полукруглую и обитую коваными металлическими пластинами. За ней ангел разглядел пространство круглой комнаты, находившейся, как он догадался, в одной из боковых башен поместья. Здесь полом служили толстенные деревянные балки, бывшие одновременно и перекрытиями, что внушало Уриилу куда больше беспочвенной уверенности в их прочности.

 

Сама комната, насколько можно было судить, изначально использовалась как склад для хранения зерна, кухонной утвари, мыла и прочих атрибутов повседневной жизни поместья и осталась относительно сухой и сохранной даже сейчас. Очевидно именно по этой причине Андрас и выбрал это помещение для своей небольшой заначки, представляющей собой восемь здоровенных, выкрашенных в столь любимый военными всего мира грязно-зеленый цвет металлических ящиков, установленных прямо в центре и выглядящих в этом окружении весьма инородно.

 

В комнате имелось всего одно небольшое окошко, через которое внутрь умудрялся проникать свет от взошедшей луны, каким-то образом сумевшей пробиться сквозь вечно хмурые тучи. Слабое бледное пятно осветило пол, на котором Уриил, обходивший по периметру старое убежище своего напарника, обнаружил начерченную краской гептаграмму, в центре которой была установлена ржавая консервная банка из-под тушенки с влажно поблескивающей бурой жижей внутри.

 

— Это что за хрень? — с подозрением ткнул пальцем в инсталляцию ангел, отвлекая Андраса от инспекции своего имущества.

 

Демон, занятый потрошением одного из ящиков, доверху заполненный сухпайками по меньшей мере четвертьвековой давности, оторвал взгляд от картонных коробок с галетами и сушеными фруктами и сфокусировался на точке, в которую был направлен указующий перст Уриила:

 

— Постарайся не заступать за контур — может шибануть. Охранному периметру для работы нужна подпитка. Когда я здесь жил, хватало и моего присутствия, а так — пришлось выкручиваться.

 

— То есть, ты подкармливаешь эту хрень своей кровью, я правильно понял?

 

— Приходится. Иначе все здесь давно бы уже развалилось в труху. Много не требуется впрочем. Ладно, иди сюда, расскажу свой план… — Андрас закончил возиться с ящиками, достав оттуда пару военных спальников, несколько банок консервированного супа и походную горелку. В нее он уже успел закинуть шайбу сухого спирта, подпалив ее зажигалкой и водрузив сверху первую консерву. — Короче, предлагаю поесть и переночевать прямо тут, а утром двинуться в место встречи.

 

— М-да, это не Ницца, это не Корстон, — ехидно хмыкнул Уриил, тем не менее с размаху плюхаясь на предложенное ему спальное место и с опаской принюхиваясь к содержимому шипящей на огне банки, с чем-то, что, если верить выцветшей этикетке, некогда было томатным супом с говядиной. — Впрочем, по сравнению с казематами Таможни местечко выигрывает по очкам. Не представляю, как эти кроты существуют в таких условиях. Но ты лучше расскажи, где именно проходит эта ваша сходка и как мы туда доберемся?

 

— Конклав заседает в Братиславе. В катакомбах под городом есть стационарный портал, так что можно перемещаться туда и обратно, не светясь лишний раз в аэропортах. Сам знаешь, даже если пользоваться исключительно частными авиалиниями, такое сборище все равно привлекло бы повышенное внимание. А доберемся… — демон потянулся к своему рюкзаку, который уже успел к этому времени скинуть на пол и, покопавшись в карманах, достал оттуда небольшой предмет, оказавшийся неярко мерцающим полупрозрачными камнем размером с куриное яйцо. Выхватив у напарника артефакт, Уриил тут же принялся крутить его на ладони, разглядывая со всех сторон:

 

— Это то, что я думаю?

 

— Портальный камень. Корнелия одолжила, когда мне понадобилось попасть к эльфам.

 

— Запасливая тетка, — хмыкнул ангел, возвращая магический инструмент владельцу. — И штука удобная. Почему мы ей не воспользовались, когда сваливали из Италии? Да и сам ты на самолете прилетел.

 

— Заряды экономлю. Того, что есть, хватит на пару раз максимум, и то при условии, что кто-то на другом конце будет стабилизировать проход. А чтобы зарядить такую штуку реактор нужен, сам знаешь.

 

Беседа плавно оборвалась, возобновившись лишь в тот момент, когда Уриил заполз под бок напарника, начисто проигнорировав собственный спальник. Закончив торить себе путь локтями и коленками, разомлевший от тепла Андраса ангел прикрыл глаза и озвучил в воздух вертевшуюся в голове мысль, не особо надеясь на внятный ответ:

 

— Не думал осесть когда-нибудь? Отреставрировать эти хоромы или, скажем, купить вместо них что-нибудь из этого тысячелетия?

 

— Думал, почему же, — усмехнулся в шею Уриила демон, вызвав у того волну взволнованных мурашек, разбежавшихся в панике вдоль позвоночника. — В основном о том, как бы этого не допустить. Раньше по крайней мере.

 

— Что изменилось?

 

— Сложно сказать. Сейчас я, пожалуй, просто не вижу способов оставить дела и уйти на покой. Хотел бы, но…

 

— Тоже это чувствуешь? — напряженно поинтересовался ангел, втайне надеясь на отрицательный ответ, способный утихомирить его вопящую во весь голос паранойю. — Грядущий пиздец…

 

— С той секунды, как дом, в котором мы жили, разнесло на куски, — задумчиво согласился демон. — А предполагал еще раньше, с момента вербовки нас Центром.

 

— Почему молчал?

 

— А что тут говорить? Это ведь как зуд где-то на дне черепной коробки. Ощущение, что происходящее вокруг имеет куда большие масштабы, чем нам кажется. Проще заглушить, чем понять, с чем это связано, иначе будешь шарахаться от собственной тени при каждом выходе из дома. Так что я предпочел сосредоточиться на том, что мне во всем этом нравилось.

 

— Например?

 

— Ты, я, идиотская съемная квартира. Это время для меня было, пожалуй, самым близким к тому, что ты называешь «осесть». Мне нравилось.

 

— Насколько помню, я был изрядным мудаком, доводившим тебя своими капризами, — хмыкнул ангел, припомнив свои метания во время их совместного проживания. Того себя, упивающегося собственными моральным страданиями, Уриил сегодняшний приложил бы головой об стену в надежде, что в этом столкновении самозародятся частицы здравого смысла.

 

— Хорошо, что хоть что-то в наших обстоятельствах остается неизменным, — вкрадчиво заметил Андрас, прерывая поток мыслей друга, тут же задохнувшегося от подобной наглости.

 

— Скотина рогатая! — Уриил поспешил выразить свой гнев, проехавшись локтем по ребрам демона, и оба на какое-то время оказались заняты шуточной борьбой, не покидавшей, впрочем, пределов узкого пространства спальника. Наконец оторвавшись от поцелуев, в которые как-то незаметно перетекла их битва, ангел оторвался от Андраса, вновь задумавшись о жизни. — Скажи, ты хорошо знал Абаддона?

 

— Это о нем ты предпочитаешь думать, находясь со мной в постели? — не удержался от подначки демон, тут же заработав в ответ еще одну серию пинков и возмущенного сопения:

 

— Придурок, я не об этом! — ангел затеял какую-то бурную возню, разворачиваясь к напарнику лицом, чтобы, с одной стороны, иметь возможность в случае чего придушить эту говорливую сволочь, а с другой — поудобнее устроиться в кольце сжимающих его рук. — Просто мне показалось…

 

— Что для существа, долгие годы держащего в страхе и подчинении и своих, и чужих, он как-то слишком уж просто ушел со сцены? — понимающе хмыкнул Андрас, гипнотически уставившись Уриилу в глаза. — Я тоже об этом думал. Но Абаддон сам по себе никогда не был игроком такого масштаба. Поэтому нет, то, что он купился на посулы Зорки и угодил в расставленную им ловушку, меня не удивляет. Скорее уж я поражен тем, что он сумел сохранить хоть какую-то независимость от своего окружения. Это ведь он в свое время дал команду остановить охоту, которую затеяли на меня Велиал и Мамона.

 

— Ты не рассказывал… — слегка обиженно протянул ангел. Демон усмехнулся:

 

— Дела минувшие. Я никогда не был в оппозиции, ее у демонов попросту не существует, но и поддерживать все это дерьмо с Третьим Рейхом не торопился. Уже в двадцатых я понял, куда все катится, и решил самоустраниться, уехав максимально далеко из зоны влияния Велиала и его приспешников. Как ты понимаешь, им это не понравилось. Настолько, что они потратили изрядное количество сил и денег на то, чтобы выжить меня из Штатов, куда я перебрался после устроенной ими первой мировой. Меня спасло лишь то, что весь их интерес был сосредоточен на попытках устроить глобальный передел в Европе — Велиал считал, что если это удастся, остальные страны помехой уже не будут. Мне же это дало возможность сбежать и некоторое время путешествовать по миру без оглядки на ежеминутную угрозу нападения. Я успел слегка подзабыть о теплых чувствах, которые ко мне питали мои соплеменники, пока они все не заявились прямо сюда, стоило лишь начать обустраиваться в найденном поместье отца.

 

— Как им это удалось?

 

— Я особо не скрывался, если ты об этом. А магия дома была в состоянии укрыть разве что от людей, но уж точно не от Клики в полном составе. Велиал тогда попытался в очередной раз вынудить меня к сотрудничеству, Бабаэль в присущей ему манере плевался ядом и призывал убить всех, включая и твоего покорного слугу, а Абаддон просто стоял и смотрел, так и не сказав ни слова за все то время, пока наверху шла бомбежка, после чего развернулся и ушел, уведя за собой остальных, что мне показалось наиболее удивительным. Уже потом я узнал, что ему удалось обрести какую-то невероятную силу и стать новым Владыкой. Это известие пришло вместе с официальным уведомлением о том, что моего присутствия более не ожидают на собраниях Клики и лишают привилегии пользоваться договором.

 

— Чем-чем? — нахмурился ангел. — О таком я не слышал.

 

— Ты когда-нибудь видел договоры, которые демоны заключают со смертными? — Получив в подтверждение кивок, Андрас продолжил: — Замечал наверное, что они все абсолютно идентичные, меняются лишь имена подписантов? Так вот, это не просто копии, это магические слепки одного и того же договора, доступ к оригиналу которого есть только у Владыки, и именно он определяет основные условия и величину мзды, которую каждый демон должен отдавать тем, кто стоит в иерархии выше него.

 

— Погоди, то есть, любой из вас, заключая контракт на душу, передает часть полученных сил кому-то из Клики? — присвистнул Уриил. — Я не знал. Неплохо они устроились.

 

— Именно, — согласился Андрас. — Полагаю, для всех такое мое символическое изгнание выглядело достаточно суровой карой, вот только я знал, что это не так. И Абаддон, думаю, тоже. Ты в курсе, кстати, что до того, как заделаться Владыкой, сам он заключал сделки только с умирающими?

 

Ангел покачал головой:

 

— Нет.

 

— Эдакий ангел смерти, приходящий под самый конец. Большинство считало это позерством, но мне иногда казалось, что он просто старается нанести минимум вреда. Думаю, именно это и спасло нас от окончательной катастрофы: стань Ипостасью кто угодно другой, перемирием мы бы не отделались. В конце концов здравомыслие — не самая яркая черта моего народа.

 

— Удивительно тогда, что он так долго протянул.

 

— Ну, я не говорил, что он правил совсем уж без поддержки. Тот же Зорка был порядочным козырем против конкурентов Абаддона, пока тот соглашался играть по его правилам. Впрочем, не забывай, что все мною рассказанное — мои собственные домыслы на добрых две трети. А значит Аби вполне мог быть тривиальным отморозком-извращенцем, получающим удовольствие, добивая лежачих. И завтра, спасибо твоей инициативе, нам предстоит очутиться в гнезде ему подобных. Доволен?

 

— Заинтересован, — подумав, отозвался Уриил. — Как минимум необычно уже то, что нас с тобой вообще пригласили, учитывая твои натянутые отношения с хм-м… коллегами.

 

— Формально они были обязаны это сделать. Членство в Клике приобретается по праву родства и не может быть отозвано даже Владыкой. Проще говоря, меня легче прикончить, чем лишить голоса, что почти стопроцентно и попытаются сделать. Вообще, не знай я наверняка, решил бы, что вся эта затея — многоходовка Брукс.

 

— Что именно убеждает тебя в обратном? — полусонно переспросил ангел, стараясь не упустить нить размышлений напарника. — Хватка у мадамы как у бульдога да и манипулятор она похлеще своего начальника.

 

— Слишком нагло, — в конце концов выразил свои ощущения демон. — До этого Таможня предпочитала действовать с помощью денег и политического давления, но отправить своих агентов отстаивать нужного кандидата? Это практически заявка на открытый конфликт, на который у них недостаточно ресурсов. Так что я почти на сто процентов уверен, что авторство этой затеи принадлежит Астароту. Это куда больше в его стиле.

 

— Принимается. Что нам о нем известно?

 

— Ну, он повязан с Центром, это ты уже знаешь. Прогрессист и в какой-то мере пацифист, если такое вообще возможно. При прочих равных сам бы я хотел видеть новым Владыкой именно его. И именно поэтому шансов на победу у него никаких, особенно если его главная ставка — два наших голоса.

 

— Вот завтра и увидим, — окончательно проваливаясь в сон, причмокнул ангел, подводя итог их разговору и окончательно взбираясь демону на грудь, тулясь к нему как к личному обогревателю. Впрочем, уже скоро стало понятно, что возня Уриила приведет к чему угодно, только не ко сну, а вскоре шуршание спальника и завывание ветра в промозглых коридорах поместья вовсе сменились совсем иными звуками, заставившими висевший в окне любопытный полумесяц стыдливо скрыться за непроницаемой преградой дождевых облаков.

 

***

 

Утреннее пробуждение началось для Уриила с густой духоты, накопившейся в комнате за ночь, грохота стекла и сдавленных ругательств напарника. Резко продрав глаза, рывком выныривая из жаркого марева, делающего его сон похожим на западню, ангел сел так поспешно, что в глазах замелькали звездочки. Их он проигнорировал, пытаясь отдышаться и готовясь к возможной обороне, но через секунду позволил себе немного расслабиться, поняв, что защищаться ему предстоит разве что от бытового идиотизма демона.

 

Тот как раз стоял в конце комнаты, весь усыпанный щепками и кусками стекла, задумчиво обозревая устроенный им бардак. Как быстро выяснилось из его раздраженного шипения, под утро Андрасу сделалось совсем уж нестерпимо жарко, и он, страдая от недостатка кислорода, не придумал ничего умнее, как попытаться отворить рассохшиеся ставни, отреагировавшие на подобное вторжение в свое устоявшееся мироустройство треском гнилого дерева и звоном стекла, осколки которого демон теперь методично выдергивал из своей правой руки, наблюдая за тем, как медленно затягиваются раны, и сцеживая капающую с пальцев кровь в центр гептаграммы на полу.

 

— Не пропадать же добру, — пожал плечами Андрас в ответ на хмурый взгляд друга и ухмыльнулся: — С пробуждением. Несмотря на некоторую спонтанность происходящего, нам действительно пора собираться.

 

— Придурок малахольный, — раздраженно рявкнул ангел и, подскочив, в несколько шагов оказался рядом с объектом своего недовольства, положив ладонь на его раненую руку. Красное свечение, зародившееся в месте касания, почти мгновенно расползлось до плеча демона, без следа исцеляя порезы.

 

— Да, так лучше, благодарю! — жизнерадостно хмыкнула эта рогатая скотина, несколько раз на пробу сжимая пальцы в кулак. — У тебя, к слову, получается с каждым разом все успешнее. Практиковался?

 

— Пару раз думал тебе башку оторвать и обратно приклеить, да, боюсь, отторгнется как инородный предмет! — зло отозвался ангел, скрестив на груди руки. — Какого хрена ты устроил с утра пораньше? Почему тут так жарко? И который час, кстати?

 

— Думаю, около пяти утра, — предположил демон, задумчиво пялясь в серое марево за оконным проемом, лишившимся большей части рамы и всякого остекления. — И спасибо. Как-то не ожидал, что все здесь настолько ветхое. Когда-нибудь все-таки действительно придется заняться восстановлением папашиного наследия вплотную. А жара… Надышали, наверное.

 

— Ага, пизди больше! И чтоб ты знал, твоя благодарность только на хлеб и мажется, — все еще злясь, буркнул ангел. — Так что с тебя утренний кофе.

 

— Кажется, где-то там была пара пакетов цикория. На большее я бы сейчас не рассчитывал.

 

— Гадство! — Уриил красочно изобразил процесс блевания, которым почти наверняка бы закончилась попытка заварить предложенную демоном дрянь десятилетней давности.

 

— Смирись. Ладно, давай к делу, — обогнув напарника, Андрас взялся за самый нижний ящик в его схроне, оказавшийся самым большим из всех. Металлическая крышка в секунду полетела в сторону, являя на свет целый набор попугайского вида аммуниции, которую Андрас добыл, если догадка Уриила была верна, ограбив ближайший цыганский табор.

 

Вздохнув, демон кинул на напарника оценивающий взгляд и, на глаз прикинув его мерки, с преувеличенным энтузиазмом по пояс зарылся в свои «сокровища», выуживая оттуда все новые и новые браслеты, цепи и ожерелья, принятые у его народа в качестве символов богатства и высокого положения в иерархии.

 

***

 

— А мы точно отправляемся не на БДСМ-вечеринку? — в который раз уточнил ангел, скептически осматривая свой наряд, преимущественно состоящий из напоминающего латекс материала и меха неизвестного животного, умершего, по всей видимости, от ужаса, когда увидело, к какому костюмчику его впоследствии собираются пришпандорить. В качестве дополнения к весьма своеобразному костюму шло ожерелье из акульих зубов, кольцо-пружина с огромным кроваво-красным камнем, бывшее отличительным знаком рода Андраса, и невообразимое количество браслетов на запястье, каждый из которых, к немалому удивлению Уриила, означал нечто вполне определенное.

 

К примеру, те сорок штук, что демон велел ему напялить, придирчиво выбрав каждое из футляра, в котором их набралось бы еще как минимум несколько сотен, означали, что они с Андрасом составляют пару, что он, Уриил, является младшим членом рода и находится под его защитой, а также, что особенно порадовало ангела, имеет право на часть добытого на охоте мяса и шкур. В этом месте ангел не выдержал и заржал, ощущая себя невестой вождя первобытного племени.

 

— Традиции, мать их! — рыкнул Андрас, выглядевший сейчас под стать напарнику. Спустя добрые сорок минут бесконечных примерок на демоне красовалась замысловатая туземная юбка из обитой металлом кожи и кожаная же рубаха с разрезом чуть ли не до лобка, против чего ангел и не подумал возражать, периодически кидая весьма плотоядные взгляды в сторону своего спутника. Все это было сдобрено целым набором колец, серег, металлических обручей и торчащих отовсюду шипов, придавая конечному результату несколько маскарадный вид. — К примеру, вот эти одиннадцать черепков означают, что я командную соответствующим количеством адских легионов. — Демон встряхнул одно из ожерелий у себя на шее, которое Ангел поначалу принял за плохую китайскую копию гирлянды на день Всех Святых.

 

— А ты командуешь? — удивился Уриил. Андрас осклабился, не демонстрируя, впрочем, особой радости.

 

— Ну, могу в окно поорать. Но вряд ли кто-то отзовется.

 

— Обидненько. А тогда вот еще мне скажи: откуда в твоей заначке взялись шмотки моего размера? А главное — как сильно тронулся рассудком портной, которому ты их заказал?

 

— Не я, — несколько напряженно отозвался Андрас, непроизвольно морщась от звяканья многочисленных колец на запястьях. — Полагаю, то, что сейчас на тебе надето, некогда принадлежало моей матери. Нашел все это барахло, когда обследовал подвалы. Полагаю, она и отец оставили все это здесь на случай официальных приемов. Ты против?

 

— С чего бы? — с урчанием в голосе протянул ангел, прогибаясь в спине и с блеском в глазах наблюдая за потемневшим взглядом Андраса. — Я в некотором роде очарован. Думаю, что по завершении нашего дела тебя ждут радикальные изменения в моем гардеробе. Одобряешь? — с хохотом Уриил увернулся от попытавшейся ухватить его демонской лапищи и, изображая нетипично жилистую и плечистую восточную танцовщицу, звеня браслетами, крутанулся на носках, но так и замер, не мигая уставившись глазами в стену: — Так, а вот глюки — это уже нехорошо. Скажи-ка, Андри, душа моя, ты тоже это видишь, или мне все же не стоило вчера жрать те странные консервы?

 

— Что ты… — начал было Андрас, но умолк, заметив, куда именно смотрит его друг. Взгляд ангела был направлен на многострадальное окно, которое, вопреки недавним событиям выглядело целым и невредимым, словно и не оно всего пару минут валялось на полу грудой гнилых обломков. Демон, заметив, что и пятна его крови тоже волшебным образом испарились, негромко выругался: — Бездна, это нехорошо.

 

Ангел, напряженно подернув плечами, осторожно отступил от самовосстанавливающегося предмета интерьера и покосился на напарника:

 

— Не хочешь объяснить, что происходит? С температурой в комнате ты, кстати, тоже соврал — не думай, что я не заметил.

 

— Прости. Я до последнего не был уверен, но мы, похоже, угодили в давно заготовленную западню. — В подтверждение своих слов Андрас в пару шагов подошел к ведущей двери и пару раз дернул за ручку, ожидаемо не добившись никакого эффекта. — Из-за всей этой магии дом, можно сказать, почти живой — нечто вроде вампира, питающегося энергией своего владельца. Пока я здесь жил, он был на голодном пайке, — демон кивком указал в сторону нарисованной на полу гептаграммы, осторожно отходя на центр комнаты, озираясь в поисках путей отступления и отводя ангела следом за собой. Пол под ним начинал ощутимо подрагивать, рождая ощущение, что все здание проснулось после длительной спячки и было крайне недовольно присутствием посторонних. — Что-то вроде системы жизнеобеспечения. Только, судя по его внешнему виду, даже те крохи энергии, что я оставил на поддержание основных заклятий, он не использовал. Мне еще вчера показалось, что все тут как-то уж слишком сильно пришло в негодность, как будто меня не было как минимум лет сто.

 

— И куда же, по твоему мнению, ушел этот неприкосновенный запас?

 

— Здесь было очень жарко, сам же заметил. Думаю, еще и кислорода за ночь поубавилось. Все для того, чтобы кто-то из нас подошел к этому гребаному окну и попытался его открыть.

 

Вторя словам демона где-то вдалеке раздался стон трескающейся древесины. В дверь с обратной стороны ударило что-то твердое и, судя по звуку, крайне тяжелое, окончательно отрезая напарникам путь к бегству.

 

— Ка-а-акая многофункциональная избушка… — зло протянул Уриил, с вновь обретенными подозрениями оглядывая стены их временной «спальни», превратившейся из убежища в западню. — И что еще она может? Кстати, я удивлен, что у этого магического дерьма нет каких-нибудь предохранителей. Разве оно не должно там, я не знаю, узнавать по запаху своего владельца?

 

— Ты прав, вот только я не совсем владелец. Всего лишь наследник, а значит дом мне не подчиняется. Есть целый ритуал запечатления нового хозяина, но он требует прорву сил на свое проведение. Когда доступ к магии был для всех нас обычным делом, это не являлось проблемой, но потом… Боюсь, эта штука высосет меня досуха прежде чем согласится повиноваться.

 

— Очаровательно! — Ангел собирался сказать что-то еще, но в этот миг пол под ними с протяжным стоном дрогнул, а по стенам зазмеилась сетка мелких трещин. — Дьявольщина! Оно что, всерьез пытается нас прикончить?

 

Андрас напряженно кивнул:

 

— Попробовал крови и теперь хочет еще. Сил у него маловато, но на то, чтобы обрушить перекрытия и завалить нас кирпичами, много и не надо.

 

— И добежать до выхода мы почти наверняка не успеем, — мрачно согласился Уриил. — Что насчет портала? Ты можешь создать его прямо здесь?

 

— Не уверен… — Андрас пошатнулся и едва не упал, когда фундамент под ними в очередной раз тряхнуло. — Нужна ровная статичная поверхность. Если по стене под порталом пойдет трещина, боюсь представить, в каком виде нас выплюнет на другой стороне — точно не лучше, чем если окажемся под завалом. Хотя-я… Есть одна мысль!

 

— Поторопись ее озвучить, — напряжение в голосе ангела нарастало с каждой секундой и каждым новым камнем, трескающимся под влиянием духа поместья, стремящегося добраться до своих жертв.

 

— Сырой портал. Ты сумел создать один такой, когда бежал из Эдема. Сможешь повторить? А уж вывести нас по нужным координатам мне труда не составит.

 

Фундамент вновь содрогнулся так сильно, что ангел чуть было не рухнул на пол, в последний момент оказавшись подхваченным демоном. Не вступая в дальнейшие пререкания, Уриил молча прикрыл глаза и постарался сконцентрироваться, выпуская наружу свои крылья, тут же возникшие у него за спиной двумя обсидиановыми росчерками, сделавшими утренний полумрак в комнате будто бы еще темнее.

 

Почувствовав привычную тяжесть за спиной, ангел поспешил укрыть в защитном кольце себя и своего напарника, параллельно пытаясь воскресить в памяти ощущения, которые испытывал, создавая проход в прошлый раз. Он уже понимал, что все его способности в том или ином роде связаны с эмоциями, причем преимущественно негативными, так что в голове Уриил пытался мысленно в деталях представить себе изломанное, заваленное обломками тело Андраса и все чувства, которые испытал бы, будь эта картина чем-то большим, чем плод его воображения.

 

Ощутив тошноту и разливающуюся во рту горечь от подобных мыслей, ангел зажмурился еще сильнее, стискивая руками плечи демона и всеми силами желая оказаться как можно дальше от места, в котором они находились, и от созданного им же образа. Затуманенным от напряжения сознанием Уриил уловил грохот камней и отдаляющийся протяжный стон деревянных перекрытий, выражающий обиду разозленного поместья, упустившего свою добычу, после чего мгновенно наступила тишина и ощущение невесомости.

 

Не расцепляя крыльев и даруемую ими хрупкую защиту от бескрайнего пространства снаружи, Уриил поймал глазами сосредоточенный взгляд демона, уже успевшего достать из кармана портальный камень, все сильнее разгорающийся у него в ладони. Когда сияние камня достигло своего апогея, Андрас покрепче вцепился в торс напарника, успев шепнуть ему на ухо:

 

— Я навелся на координаты. Приготовься и держись, может швырнуть.

 

Стоило лишь словам демона утихнуть, как сияние в его руке померкло, мигнув в последний раз, и Уриил, ослепленный внезапно навалившейся тьмой, почувствовал, как неумолимая гравитация потянула его куда-то вбок, мгновение спустя приложив плечом о холодную поверхность камня и заставив несколько раз перекатиться по ней, прежде чем окончательно лишить сил.

 

Едва успев отцепиться от повалившегося рядом Андраса, ангел вздрогнул, ощутив, как на правой руке обожгло средний палец, на который он нацепил подаренные Элафом кольца. Подняв ладонь к лицу, Уриил с удивлением обнаружил в ней две половинки серебряной проволоки, аккуратно переплавленные ровно посередине. Скосив взгляд, он также отметил гримасу демона, испытывавшего, по-видимому, похожие ощущения.

 

Означать это могло лишь одно — влетев из портала, оба они должны были погибнуть, и встреча с каменным полом вряд ли была тому причиной. Осознав это, Уриил поспешил подняться на ноги, игнорируя боль в плече и удивляясь тому, что странная дерюга, в которую его обрядил напарник и которая, исходя из ее миниатюрного размера, некогда принадлежала компактной, но смертоносной королеве фурий, к вящему неудовольствию ангела, уцелела, даже и не подумав прорваться и прийти в негодность, на что он в тайне рассчитывал.

 

Не то чтобы в нем проснулось желание побороться за собственную мужественность, в конце концов эту битву с обряженным в кожаную юбку демоном ему было однозначно не выиграть, но старую добрую вредность никто ведь не отменял?

 

Мотнув головой и вытряхнув из нее неуместные в их положении мысли, Уриил осмотрел место, в котором они очутились. Комната с низким сводчатым потолком, опиравшимся на четыре колонны, освещенная единственным отчаянно чадящим факелом, установленным на опору у дальней стены, напоминала какой-нибудь винный склад, если бы не царившая вокруг сырость. Припомнив, что стационарный портал в Братиславе находится под фундаментом местного кафедрального собора, ангел пришел к выводу, что находятся они в катакомбах под городом, из которых еще предстояло отыскать выход наружу.

 

Словно в ответ на его мысли, где-то в отдалении раздались торопливый перестук каблуков, заставивший Уриила с Андрасом мгновенно подобраться, ожидая какой угодно гадости от возможных гостей, а пару секунд спустя в мерцающем свете факела возникла фигура их старого знакомого Карнивана.

 

На лице посланника Клики читалось некоторое беспокойство и легкая брезгливость, чуть усилившаяся, когда бес бросил короткий взгляд на Уриила, но все еще не позволяющая заподозрить его в попытке нападения. Впрочем, и с самой попыткой вопросов оставалось больше, чем ответов, поэтому Андрас предпочел до поры придержать вопросы и коротко кивнул вновь прибывшему бесу, слегка придержав напарника за плечо.

 

— Железной воли и тени за плечами маркизу Андрасу и м-м-м… милорду Уриилу, — выдал, слегка запнувшись и поспешно отвесив поклон, стандартную формулу приветствия Карниван и поспешил добавить: — Меня послал герцог Астарот. Мне поручено с вашего позволения препроводить вас в его покои.

 

— Прелэ-эстно, — криво усмехнулся ангел. — Скажите-ка, почтеннейший, а больше герцог никого за нами не отправлял? Почетный оркестр, парад с мажоретками?

 

— Мне о том неведомо, — едва сдерживая злость, прошипел немедленно вспыхнувший от необходимости отвечать на вопросы кровного врага посланник и добавил мстительно: — Да будет вам известно, вашего прибытия ожидали еще вчера.

 

— Черт, каравай, поди, зачерствел… Ладно, пойдем, что ли? — махнул рукой Уриил, скидывая ладонь напарника и направляясь к выходу. — Эй, служивый, дорогу покажешь?

 

— Непременно, — поджал губы Карниван и развернулся, спеша возглавить процессию.

 

Когда они углубились в лабиринт бесчисленных коридоров с такими низкими куполообразными потолками, что в некоторых из них Андрасу приходилось втягивать голову в плечи, чтобы не чиркать макушкой по шершавым камням, он все же решил мимоходом поинтересоваться:

 

— Все остальные члены Клики уже прибыли?

 

— Те, кого стоило ожидать, — да, — двусмысленно отозвался посланник, даже не обернувшись. — Последним прибыл князь Мерехим со свитой.

 

— Как давно это было? — вскользь уточнил Андрас.

 

— Два дня назад, — не заподозрив подоплеки вопроса, ответил Карниван. — Все члены Клики по настоянию герцога Астарота прибывали в разное время, дабы избежать излишних… трений.

 

— Чтобы после не приходилось тушить пожары по всему городу? — хмыкнул ангел и, не дожидаясь ответа, рванул вперед, выхватывая из воздуха один из своих мечей, мгновенно упирая его лезвием к горлу посланника. — Колись, падла, ловушка на выходе из портала — твоя работа?

 

— Я… Что? Я не… — залепетал Карниван, но ощутил укол острым лезвием и побледнел еще сильнее.

 

— Внятнее, дружище, внятнее! — почти ласково посоветовал Уриил, для острастки встряхивая беса за воротник его баснословно дорогой деловой рубашки. — А то и не заметишь, как твой внутренний мир станет барельефом на ближайшей стене! Спрашиваю еще раз: кто автор милого сюрприза, оставленного для нас в зале с порталом?

 

— Я… не знаю! Мне велели только… встретить и п-проводить, — прохрипел Карниван, болтаясь в воздухе как тряпичная кукла. Ангел, секунду поразмышляв над словами жертвы, в раздражении разжал кулак и брезгливо отер перемазанную в крови Карнивана ладонь об его же пиджак.

 

— Я так понимаю, он сказал что-то похожее на правду? — подступая со спины поинтересовался Андрас, без эмоций глядя на сползшего по стене на холодный пол беса.

 

Уриил со вздохом убрал меч и, чуть отступив, кивнул:

 

— Сам не верю, но да. Значит, следующий на очереди — наш радушный хозяин Астарот. Милейший, чего застыл? — ангел насмешливо ткнул Карнивана в бедро носком ботинка. — Если поскользнулся, так сам виноват — ни одной таблички «мокрый пол» на все катакомбы! Куда только персонал смотрит? И вообще, раз сказали проводить, так веди, нечего разлеживаться!

 

Карниван, затравленно и злобно зыркая поднялся и, зажимая выхваченным из кармана черным шелковым платком порез на горле, неуверенно двинулся вперед, вновь возглавив процессию. Высказать свое недовольство посланник демонов так и не рискнул, несмотря на то, что по нему невооруженным глазом было видно — хотел.