Воля и Душа (книга третья)

Всякая власть есть непрерывный заговор.

Оноре де Бальзак

 

Проведя добрую сотню лет в противоборстве с демонами, Уриил искренне считал их мировым злом, ангелов, соответственно, мировым добром, а людей чем-то средним между неразумным скотом и потенциальным объектом жалости. Людей полагалось слегка опекать и не особенно уважать, демонов — при удобном случае сжигать святым огнём или игнорировать, если те вели себя тихо. Любые прямые контакты запрещались и какое-то время карались немедленной отправкой провинившегося ангела на переформатирование. Очень стройная, очень чёрно-белая картинка.

 

Потом случилась война. В ней демоны куда чаще гибли, защищая родных и любимых, чем ради власти и территорий; люди устраивали такие убийственные спектакли, что некоторые архидемоны нервно курили в углу; а ангелы, сначала игравшие в политиков при диктаторах, потом попытавшиеся выжечь врагов до тла, а в финале заключившие унизительный мир на чужих условиях и чуть позже едва не уничтожившие мир сами, выглядели… мягко говоря, неоднозначно. К тому моменту Уриил окончательно понял, что делить мир на «светлое» и «темное» можно только с очень большого похмелья.

 

Сейчас, глядя на помятые физиономии Пифона и Левиафана, стоящих посреди гостиной с видом побитых школьников и ожидающих неминуемой выволочки от Локи, демоны казались ему уже не воплощением космического зла, а чем-то вроде подростков с затянувшимся на вечность пубертатом. А вот думать о том, не выступали ли ангелы в этой аллегории в роли гиперопекающих родителей с завышенными требованиями и любовью к нанесению психологических травм своим детям, Ури предпочитал не начинать, чтобы не уйти в запой прямо посреди планёрки.

 

К счастью, развивать эту мысль ему не дали: шеф, убедившись, что в коридоре не осталось ни одной живой души, с гильотинным лязгом захлопнул дверь и смерил вытянувшихся двумя соляными столбами демонов многообещающим взглядом:

 

— Могу я поинтересоваться, что всё это значило?

 

— А что сразу я? — под градом обвиняющих взглядов буркнул Левиафан и тут же ткнул хвостом в сторону соседа: — Этот вот первый начал, между прочим!

 

— Имело место некоторое недопонимание… — начал Пифон, но его дипломатический тон только подлил масла в огонь.

 

— Ты выставил себя на поединок вместо Астарота, идиот нес-с-счастный! — зло прошипел Левиафан. От ярости его зрачки вытянулись в вертикальные щели, а язык приобрёл предательскую раздвоенность. — Хотелось сдохнуть — с-сказал бы прямо! Я по с-с-тарой памяти прикончил бы тебя быс-стро и без лишнего театра!

 

— Не думаю, что в этом будет необходимость, — осторожно заметил Локи, ненавязчиво придвигаясь ближе и внимательно отслеживая, не решит ли кто-нибудь из змеюк перейти в боевую форму и окончательно превратить день в фестиваль бессмысленного насилия и разрушений. — В мои планы вовсе не входило доводить дело до поединка между Велиалом и кем-то из нас.

 

— А все так тебя и послушались! — рявкнул Левиафан, даже не пытаясь успокоиться. — И да, мне срать в три задницы, сожрёт ли грёбаный светлейший каждого из вас на завтрак! Я всего лишь пытаюсь вбить в голову этому идиоту, что он ведёт себя как мудак, впрягаясь в ярмо вместо своего чертова начальника, который охренел до полной бессознательности и не счёл нужным растрясти свою коматозную тушу или хотя бы сдохнуть по-человечески, избавив всех нас от лишних хлопот!

 

— Доставлять тебе хлопоты входило в мои планы в последнюю очередь, Леви… — едва слышный комментарий из-за спины змея заставил того резко развернуться.

 

Все остальные так же разом уставились на дверной проём, где, грузно прислонившись плечом к косяку и зябко кутаясь в тёмно-синий махровый халат, стоял сам хозяин поместья.

 

Выглядел потенциальный Владыка демонов, по единодушному мнению Уриила и Андраса, чудовищно. Ангел решил, что на своём веку успел повидать немало трупов, выглядевших куда более жизнерадостно, чем нынешний Астарот, даже если тем предварительно доводилось неделю плавать в реке и служить кормом для всей местной падали.

 

— Много я пропустил? — прошептал демон, по достоинству оценив произведённый эффект, и тут же начал заваливаться набок. Упал бы он головой об пол, если бы Пифон не рванул вперёд и не подхватил босса под руки.

 

— Мессир, вы… — Пифон попытался взвалить советника себе на плечо, но тот слабо, хотя и решительно, отстранился и, походкой зомби доковыляв до ближайшего кресла, рухнул в него, обводя болезненным взглядом собравшихся:

 

— Пекло живородящее… чем же вы меня накачали?

 

— Он ещё жалуется! — первым пришёл в себя Левиафан. — Яд жрать — так пожалуйста, а лекарство ему, видите ли, не нравится!

 

— Не уверен, что жизнь стоит того, чтобы держаться за неё таким способом, — пробормотал Астарот, осторожно массируя виски. — Я до сих пор чувствую привкус этой мерзости во рту, и кишки крутит так, будто мне проткнули брюхо раскалённым ломом.

 

Локи развёл руками:

 

— Предложил бы тебе выпить, если бы не знал, что ближайшие пару дней всё, что окажется у тебя в желудке, немедленно покинет его самым унизительным образом. Остальные побочные эффекты уточняй у Бабаэля — он больше всех приложил руку к твоему воскрешению.

 

— Этот псих участвовал в моём спасении? — на измученном лице Астарота отразилось странное сочетание ужаса и искреннего удивления. — Великое пламя… Теперь я не уверен, что жив, а не переживаю посмертные галлюцинации.

 

— Не надейся, — желчно хмыкнул Уриил. — В качестве бонуса ты чуть было не просрал выборы, а до следующего заседания осталось чуть больше десяти часов.

 

— Я догадался, — слабо кивнул демон. — Дух дома сообщил, что я пропустил прибытие Велиала и его свиты, а также первое заседание совета. Судя по тому, что вы ещё живы, ничем определённым оно не закончилось. Как это воспринял мой драгоценный оппонент?

 

— Неважно и ныне пребывает в томлении и смуте относительно предстоящего поединка с вашим конфидентом, — негромко отозвался Мерихим, рассматривая советника укоризненным взглядом. — Могу ли я заключить, милорд, что на вас было совершено покушение, и всё это время вы не находились в отъезде по срочному делу в Италии?

 

— Даже так? — с едва заметной усмешкой переспросил Астарот. — Не знаю, что хуже — яд или итальянцы, — но в остальном вы правы. Меня действительно пытались убить и даже кое-в чём преуспели. Полагаю, всё остальное было экспромтом моего коллеги.

 

Он бросил быстрый взгляд на довольно усмехающегося Локи, ища подтверждения. Директор Таможни охотно кивнул:

 

— Всё так. Нам удалось напускать в глаза остальным членам совета достаточно пыли, чтобы свести первый забег вничью и вынудить хранителя дать нам немного дополнительного времени. Из минусов — мы до сих пор не знаем, кто именно пытался тебя прикончить. Известно только, что использовали яд авторства нашего дражайшего земноводного лорда, что тянет на топорную попытку испортить его безупречную мокрушную статистику редким случаем неудачи.

 

— Не для того ли, чтобы один своевременно прибывший сиятельный герцог мог поиграть в Ната Пинкертона и одним решительным усилием мысли раскрыть «тайну моего убийства»? — прозорливо уточнил Астарот.

 

Локи ободряюще кивнул:

 

— Могу спорить, нечто подобное у Велиала валялось в папке «запасные сценарии». Основным этот номер всё равно не был, так что теперь он вычёркивается, и можно перейти к более интересным вариантам.

 

— В таком случае мне всё же потребуется выпить, — хмуро констатировал Астарот.

 

С третьей попытки выбравшись из кресла, он шаркающей походкой доплёлся до встроенного бара, вытащил оттуда приличный штоф и батарею бокалов, после чего тут же сполз по стене и сел прямо на ковёр, принявшись разливать содержимое. Остальным ничего не осталось, кроме как пожать плечами, разобрать выданные ёмкости и дождаться продолжения.

 

— Какой сейчас расклад сил? — наконец спросил демон, ополовинив бутылку с впечатляющей скоростью.

 

Локи отсалютовал ему своим бокалом:

 

— Без сюрпризов. Если мы достанем все свои козыри, включая голоса Мерихима и Левиафана, ты победишь с небольшим перевесом. На стороне Велиала останутся Бельфегор, Маммона и Лилит, которая, как и ожидалось, переметнулась к светлейшему. Ни в жизнь не поверю, что ты удивлён этому факту.

 

— Намекаешь, что поединка за право стать Владыкой мне не избежать? — вскинул бровь Астарот.

 

— Исключено, милорд, вы слишком слабы, — вынырнул из своих мыслей Пифон и, игнорируя недобрый взгляд Левиафана, продолжил: — Я заявил себя на совете вашим заместителем и всё ещё имею право выйти на бой вместо вас.

 

— Не пойдёт, — устало качнул головой советник. — Это будет воспринято как признание моей слабости.

 

— Хоть у кого-то в этой комнате есть мозги, — пробурчал себе под нос Левиафан. — Удивительно, что достались они тому, кого ими однажды уже приложило. Но если замена бойца — признание слабости, тогда как назвать твой выход на ринг в нынешнем виде? Размазня с тростью против светлейшего?

 

— Всё так плохо?

 

— А ты сам не видишь? — не преминул добить его змей. — Тебя в таком виде не только не опознают, но и за живого вряд ли примут.

 

— Если на секунду забыть про поединок, нам бы сильно помогло, найди мы ответственного за оба покушения, — задумчиво предложил Андрас. — Имея доказательства вины кого-то из Клики, можно попытаться добиться отзыва их голосов.

 

Какое-то время Астарот молча взбалтывал остатки виски в бокале, разглядывая игру света в гранях, затем пожал плечами:

 

— И что ты предлагаешь?

 

— Мы хотим опросить оставшихся членов Клики до голосования и выяснить, кто мог стоять за покушениями, — перехватил инициативу Уриил. — Проведём допрос с пристрастием и выведем падлу на чистую воду.

 

— Это крайне неразумно, — возразил Пифон. — И небезопасно. Соратники Велиала сейчас на взводе и едва ли обрадуются вашей попытке полезть к ним в дела. Рискуем ничего не узнать, но получить скандал и пару дополнительных вызовов на поединок.

 

— А я согласен с Уриилом, — неожиданно поддержал своих агентов Локи. — У нас в распоряжении целый падший ангел, грешно им не воспользоваться. Друг мой, — он повернулся к помощнику Астарота, — распорядитесь, чтобы всем подозреваемым разослали приглашения от имени маркиза Андраса. И пусть не тянут — до полудня не так уж много.

 

Шеф обвёл комнату внимательным взглядом, не обнаружил новых возражений и подвёл итог:

 

— Хорошо, тогда будем считать, что у нас есть какой-то план, и будем его придерживаться. Уриил и Андрас занимаются допросами. Мерихим и Левиафан берут на себя последствия и разбор претензий, только постарайтесь никого не убить. Пифон, вас я попрошу навестить Бабаэля. Можете вручить ему официальную благодарность и повесить на шею медаль, а когда он закончит попытки придушить ленточкой от нее, ненавязчиво поинтересуйтесь его планами насчёт поддержки Астарота. На этом этапе желательно обойтись без переломов и черепно-мозговых травм. Возможно, вас попытаются скинуть с лестницы.

 

Он помедлил, взмахнул руками, подводя жирную черту:

 

— Ну а наш драгоценный хозяин дома постарается без новых приключений дожить до полудня.

 

— Что ж, учитывая обстоятельства, звучит разумно. Господа? — Мерихим приглашающим жестом указал на дверь.

 

Пифон и чуточку притихший Левиафан почти одновременно двинулись к выходу, задержавшись лишь затем, чтобы кивком головы — учтивым у первого и ехидным у второго — засвидетельствовать уважение хозяину дома, всё ещё валяющемуся на полу с видом существа, которого нынешнее положение устраивает абсолютно. Не добившись от Астарота никакой реакции, все трое наконец вышли, оставив в гостиной троих сотрудников Таможни и потенциального Владыку демонов.

 

— И ты вали, — раздражённо рявкнул Локи, подходя к демонстративно притворяющемуся мёртвым Астароту и легонько пнув того носком ботинка в рёбра.

 

— Ты серьёзно рассчитываешь вышвырнуть меня из моего же дома? — искреннее изумление в голосе советника сопровождалось приступом кашля и ещё более героическим заваливанием на спину. Судя по всему, уходить он не собирался.

 

— Подними свою задницу, оттащи её в комнату и начни вспоминать, как ходят на двух ногах, — безжалостно отрезал Локи, окончательно потеряв к нему интерес. — А вы, господа, задержитесь на пару слов.

 

Он поманил напарников пальцем и отвернулся к окну, вглядываясь в буйство теней за стеклом.

 

Концерт под названием «отбытие демона» занял добрых пятнадцать минут. Разобиженный Астарот уходил долго и со вкусом: тяжело вздыхал, драматично сопел, стонал и бросал скорбные взгляды через плечо. В конце концов он всё же соизволил двинуться прочь, демонстративно пошатываясь и волоча правую ногу, причём только после того, как окончательно потерявший терпение Локи пообещал лично довершить то, что не доделали горе-отравители. Поворчав, поклявшись отомстить всем и каждому, демон вызвал троих слуг, позволил сопроводить себя до выхода и громогласно объявил, что до следующего заседания совета намерен провести время в купальнях, восстанавливаясь от последствий яда.

 

— Удивлён, что ты поддержал нашу идею, — только когда они остались втроём, Уриил озвучил то, что его действительно занимало.

 

Локи недовольно дёрнул плечами:

 

— Она идиотская, и ты это прекрасно понимаешь.

 

Он повернулся к ангелу лицом и насмешливо взглянул в глаза, явно ожидая вспышки возмущения, но, встретив лишь задумчивое ожидание, продолжил:

 

— Но от её идиотизма может быть толк. Займётесь разведкой боем.

 

Шеф прошёл к столу, налил себе воды из графина и принялся выкладывать карты:

 

— Велиал и Маммона вам, разумеется, откажут. Им нет ни малейшего смысла встречаться с вами добровольно, даже если они святы, как младенцы. Принудить их вы тоже не сможете. Тем не менее, и проигнорировать подобный выпад они не смогут, так что отвечать от их анклава будет Бельфегор. Можете не сомневаться, всё, что вы скажете ему, тут же окажется на столе у тех двоих.

 

Он чуть улыбнулся:

 

— Кроме того, вам почти наверняка удастся поговорить с Лилит. Её любопытство и дух соперничества не позволят промолчать и проигнорировать вызов. Не рассчитываю, что она выдаст что-то полезное, даже если ей что-то известно, но уж довести вас до белого каления всеми доступными способами постарается.

 

— Тогда какой смысл во всём этом? — нахмурился Андрас. — В чём реальная цель?

 

— Деза, — охотно объяснил Локи. — Я хочу добавить смелости нашим противникам. Кого именно вы осчастливите полезной информацией, решайте сами, но мне нужно, чтобы кто-то ушёл от вас убеждённым: герцог Астарот — не жилец и сейчас не сильнее слепого котёнка. Как вы к этому подведёте, мне неважно. В идеале, чтобы они сами до этого додумались.

 

— Чтобы они перестали действовать с оглядкой на возможное поражение? — уточнил Уриил.

 

— Именно, — подтвердил Локи. — Победители куда меньше склонны прятаться и заметать следы.

 

— А что будет, если эти победители решат, что мнение совета их больше не интересует? — мрачно поинтересовался ангел. — Не похоже, чтобы Астарот был готов удерживать власть грубой силой. Да и сил этих у него сейчас, мягко говоря, немного.

 

— Не стоит недооценивать нашего хлебосольного хозяина, Ури, — шеф позволил себе мимолётную усмешку. — Он не оказался бы на этом месте, играя честно. К тому же клятвы, данные хранителю, не позволят демонам устроить бойню до завершения всех формальностей. А это даёт нам небольшую фору. Так что действуйте. Весь мир смотрит на нас широко закрытыми от ужаса глазами и ждёт подвига.

 

— Ладно, будет тебе подвиг, — махнул рукой ангел. — Последний вопрос. Думаю, тебе известно, какие отношения связывают Пифона и Левиафана. Судя по реакции последнего, они сейчас далеки от мирных. Я прав?

 

Локи какое-то время задумчиво смотрел в пол, рассеянно улыбаясь, затем словно очнулся и пожал плечами:

 

— Я бы так не сказал. Они были вместе какое-то время, потом перестали. Я был достаточно тактичен, чтобы не выяснять подробности.

 

— То есть, иными словами, твоим шпионам надрали задницы? — хмыкнул Уриил.

 

Шеф, особо не споря, усмехнулся:

 

— И это даже не фигура речи. Левиафан злопамятный и любит радикальные методы донесения собственного мнения. В конце концов я решил, что сплетни не стоят жизни моих агентов.

 

***

 

По возвращении в резиденцию Уриил развернул бурную деятельность. По его мнению, предстоящие встречи с представителями Клики требовали такой подготовки, будто он собирался допрашивать не демонов, а представителей ядерных держав. Ангел принялся медитировать, зубрить аргументы, отрабатывать с Андрасом переговоры «в лицах», чем довёл напарника до тихой истерики. В итоге демон был с позором изгнан из «драмкружка» и переправлен в стихийно образованный по соседству «кружок высокой моды» — примерять костюмы, которые Уриил заказал у ошалевших от такого напора слуг. Сам ангел к тому времени уже забраковал шесть вариантов и щеголял в серой тройке, фиолетовом галстуке и рубиновых запонках.

 

Сомнения Андраса, который в глубине души считал идею «неформального допроса высших демонов» чистым самоубийством, подтвердились сразу. Первым пришёл ответ Велиала — безупречно вежливый, наглухо пустой и абсолютно неприступный. Изящными оборотами из письма следовало лишь то, что демон безмерно занят чрезвычайно важными делами и в гробу видел их приглашения. Уриил даже лишился дара речи от того, насколько дипломатично его послали туда, где ангелам обычно не рады.

 

Почти одновременно пришёл и ответ Маммоны, уже без реверансов. Казначей, не утруждаясь дипломатией, сообщил, что снизойдёт до беседы лишь в случае, если оба просители изъявят своё почтение лично, припав на одно колено и склонив головы перед его герцогским величием, «как того требуют славные традиции эмиссарства».

 

Андрас едва удержал ангела от немедленной попытки тактического убийства через окно и решил следующую записку открыть сам — ради сохранности фундамента поместья. Судя по вычурной бумаге и тяжёлому аромату духов, письмо было от Лилит. Королева, в отличие от коллег, в крайне осторожной форме выражала удивление желанию Уриила встретиться всего за несколько часов до очередного заседания совета, и вместо прямого отказа предлагала посетить ее покои.

 

— Ну вот, а ты переживал! — довольно хмыкнул Андрас, удерживая Уриила, буравящего письмо взглядом, как раскалённым прутом. — Не прошло и часа, а нас уже пускают в святая святых.

 

— Ахренеть какая честь, пойду волосы в носу побрею! — раздраженно рявкнул Уриил, скидывая с себя руки демона. — Или что, мне стоит впасть в экстаз оттого, что эта мамзель соизволила снизойти до нас грешных?

 

— Не уверен, что это необходимо, хотя она наверняка оценит. — Криво усмехнулся демон. — Но к этой встрече нам стоит подготовиться как следует. Лилит — сильнейшая из суккубов и, что бы там ни думали остальные, может доставить массу хлопот, если вдруг решит играть грязно.

 

— Что предлагаешь?

 

— Не дави на нее. Пусть лучше считает нас недалекими идиотами, чем врагами.

 

— Ну это-то пожалуйста! Выставлять себя дебилами нам не привыкать. А что на счет ее провокаций? Дамочка положительно не способна держать при себе содержимое своего декольте и наверняка будет вешаться на тебя как на елку!

 

— Сложно сказать. Вполне возможно, что она, если не получит от тебя желаемой реакции, начнет повышать ставки, а там… В общем, я бы предпочел не выяснять, на какие выдумки способна ее буйная фантазия. Так что наверное будет лучше, если ты не станешь сдерживаться. Только не доводи дело до открытой конфронтации.

 

— Понял, — степенно кивнул Уриил. — Ограничимся косметическими правками формы черепа. Но только если она не начнет распускать руки, иначе я с ней сделаю все то, что природа не успела! Когда там нас ждут?

 

— Да хоть сейчас, — пожал плечами демон. — Надеюсь, ты уже закончил наводить марафет, или прикажешь подать тебе весь ассортимент местного ателье?

 

— Ша! Ты когда молчишь, тебя приятно слушать… — ангел в последний раз мельком оглядел свое отражение в ростовом зеркале и, удовлетворившись увиденным, шагнул к выходу. — Так и быть, пошли уже. Кстати, а что на счет Бельфегора? От него записки мы так и не получили.

 

— Полагаю, его весточка отыщет нас где угодно в доме. — пожал плечами Андрас, тенью следуя за напарником. — Если конечно он вообще соизволит ответить. Впрочем, в этом я почти уверен. Засранец всегда был падким на тайны и интриги как сорока на все блестящее, так что он рискнет проигнорировать наше приглашение только в случае прямого запрета Велиала.

 

— Да, ты прав. Ладно, а подать мне гонца! — ангел распахнул двери апартаментов и поманил пальцем стоявшего в коридоре дежурного демона-служителя. — Милейший, милорды желают отправиться по певичкам. Где тут у вас расквартирован полевой бардак?

 

— Прошу прощения? — на смущённом, тут же пошедшем бурыми пятнами, лице беса отразился лихорадочный мыслительный процесс, имевший все шансы так ничем толком и не закончиться. Андрас, закатив глаза, поспешил прийти бедняге на выручку и пристыдил напарника:

 

— Ури…

 

— Ну хорошо-хорошо! Не бардак, а королевские покои.

 

— Госпожа Лилит нас ожидает, — пояснил демон перепуганному прислужнику, демонстрируя тому мятый клочок бумаги. — Полагаю, это сойдёт за приглашение?

 

— Р-разумеется, — принимая из рук демона записку, проблеял бесенок, стараясь принять приличествующий служителю поместья вид. — Прошу за мной, милорды. Я покажу дорогу.

 

***

 

Путь до южного крыла занял всего несколько минут. Довольно скоро стало ясно, что они входят на территорию инкубата: стены оказались густо увешаны гобеленами сомнительного содержания, из ниш тянуло сладкой дымкой благовоний, а среди полутени то и дело угадывались почти не прикрытые тела подчинённых Королевы. Суккубы и инкубы ели, дремали, совокуплялись по двое, по трое и гуртом, не забывая бросать в сторону гостей ленивые, оценивающие взгляды.

 

Как ни странно, больше всего внимания доставалось не Андрасу, а их проводнику, который с каждым шагом краснел всё гуще и старательно смотрел в пол, чем вызывал у демонесc только больший азарт.

 

Когда очередная суккуба, обмазанная маслом и прикрытая лишь прозрачным платком, выгнулась в позу, от которой у человека бы хрустнул позвоночник, служка едва не рухнул носом вперёд. Его успел поймать Андрас. Демон что-то негромко прошипел проводнику на ухо, после чего тот моментально сменил багровый румянец на мертвенную бледность и стал ступать гораздо осторожнее.

 

Заинтригованный произошедшей метаморфозой, Уриил поспешно нагнал напарника и, наблюдая за деревянной походкой их проводника, поинтересовался:

 

— Что ты ему сказал?

 

— Что оторву ему все первичные половые признаки, если он не вспомнит, зачем мы здесь очутились.

 

— Фи, мужлан! — ернически вздохнул ангел. — Испортил мальчику впечатления всей жизни.

 

— Свита Лилит наверняка побудет здесь ещё неделю и успеет облагодетельствовать всех желающих не по одному разу, — Пожал плечами демон. — Сила Королевы в информации, а где проще её раздобыть, как не в кроватях демонов, которые так удачно собрались в одном месте?

 

— Удивительно, что нас ещё не растерзали на куски охочие до сплетен суккубы, — передернулся ангел, получив в ответ задумчивый взгляд напарника:

 

— Думаю, на наш счёт поступили отдельные указания, и нами займётся лично…

 

— Королева!.. — раздавшийся со всех сторон шёпот сторон прервал речь Андраса, одновременно ознаменовав прибытие самой владелицы инкубата и суккубата.

 

Зал, куда их привели, оказался круглым, без окон, устланным коврами, подушками и низкими столиками с закусками. Уриил быстро нашёл взглядом Лилит. Королева двигалась им навстречу в окружении четырёх приближённых — двух мужчин и двух женщин. Процессия остановилась в нескольких шагах от гостей.

 

— Рада приветствовать собратьев в своей скромной обители, — протянула Лилит, раскинув руки. На платье, состоявшем скорее из намёков на одежду, чем из ткани, забренчали мелкие серебряные пластинки. Наряд демонессы напоминал броню из дешёвой компьютерной игры, в дизайне которой фантазия её авторов оставляла столь мало для фантазии игроков.

 

Уриил уже собрался было поделиться своими наблюдениями с напарником, как вдруг почувствовал давление на собственный разум. Судя по всему, кто-то из присутствующих решил испробовать на вновь прибывших нечто из арсенала обольщения инкубов.

 

В подтверждение этой догадки, Королева заговорила вновь, а глаза её загорелись недобрым огнем:

 

— Рада бы предложить гостеприимство… вот только вы явились ко мне не как гости, а как обвинители.

 

Ангел выставил щиты. Рядом Андрас делал то же самое, причём приходилось ему куда тяжелее — основной удар пришёлся прежде всего по нему. Их бедный сопровождающий, не имевший ни щитов, ни ранга, просто сложился пополам, схватившись за пах и захлёбываясь слюной. Остаться в здравом уме после такой волны обольщения мог разве что буддийский монах.

 

— Не припомню, чтобы обвинял вас хоть в чём-то, — попытался вмешаться Уриил. — Но вот вы точно попортили служителя поместья. Теперь вам придётся оттирать с полов последствия его поллюций, а если так дело пойдёт и дальше, то и дерьмо.

 

Он послал в ответ лёгкий ментальный импульс, призванный всего лишь проверить на прочность собственную защиту Королевы. И с изумлением увидел, что обороны нет совсем. Удар прошёл чисто: Лилит качнулась, служанки едва успели подхватить её под руки, из носа демонессы ручьём хлынула тёмная кровь, давление на разум Уриила тут же исчезло.

 

Хорошие новости длились секунд пять. Потом в зал ввалились около десяти вооружённых до зубов демонов из личной охраны королевы. И пусть они были всего лишь инкубами и по силе не могли соперничать ни с ангелом, ни с высшим демоном, автоматы в их руках определенно не выглядели игрушечными.

 

Андрас мгновенно оказался плечом к плечу с Уриилом.

 

— Как ты… — прохрипела Лилит, принимая у слуги платок и размазывая кровь по лицу так, что стала похожа на зомби. Теперь, с тяжелой одышкой заядлого курильщика, поплывшим макияжем, всклокоченными волосами и едва удерживаясь на пятнадцатисантиметровых шпильках, женщина выглядела уже совсем не царственно, но продолжала метать глазами молнии, — Как тебе удалось?

 

— Сам хотел бы знать, — честно ответил Уриил. — Наверное, ты просто перегнула палку, и у меня сработали какие-то скрытые резервы. А теперь, раз мы оба передумали друг друга убивать, может скажешь, на кой дьявол ты устроила эту сцену?

 

— О, встреча старых друзей? — раздался голос у входа.

 

В дверях стоял Бельфегор. Обряженный в клетчатые штаны и рубашку-поло, он выглядел так, словно только что вернулся с игры в гольф. В одной руке он сжимал грубый кожаный поводок, небрежно постукивая им себя по бедру. На другом конце поводка за его спиной с утробным рыком металась жуткого вида тварь размером с теленка и чисто номинально способная сойти за собаку. Тварь чем-то отдаленно напоминала лабрадора, однако даже с такого расстояния было видно, что это лишь весьма неряшливо наведенная иллюзия.

 

— Флаффи, сидеть, — с ленцой бросил Бельфегор.

 

Флаффи, нехотя бросив попытки загнать инкубов под диваны, плюхнулась на пол и яростно зачесалась, разбрасывая вокруг уличную грязь.

 

Бельфегор хищно улыбнулся и наконец удостоил всех присутствующих вниманием.

 

— Что я пропустил?

 

— Собственные похороны? — сходу выдвинул предположение ангел, тут же наткнувшись на предостерегающий взгляд напарника. Предостережение, впрочем, осталось проигнорированным. — Могу я предположить, что ваше лордское высочество оказалось здесь не случайно? Или же нынче в Европе сезон охоты на зайцев?

 

— Вы имеете в виду моего питомца? — радостно откликнулся демон, подзывая собаку к себе и принимаясь с невнятными причитаниями чесать ей загривок, начисто проигнорировав все намеки ангела, равно как и растерянную охрану Королевы, не понимающую, что ей следует предпринять. — Мой любимчик. Первый из помета. А вы, Уриил, любите адских гончих?

 

— Хорошо прожаренными. Они забавно хрустят! — мрачно огрызнулся ангел, в глубине души догадываясь, что именно такой реакции от него и ожидали. В конце концов, адские гончие или, как еще их называли, Гриммы — были основным костяком демонической армии и их главными ищейками, обученными выслеживать даже малейшее присутствие сил света.

 

Оброненная ангелом фраза заставила Бельфегора отвлечься от игр со своим питомцем и выпрямиться. Утерев руки платком от слюней Гримма, демон без тени усмешки кивнул:

 

— От старых привычек сложно избавиться, не правда ли? И именно поэтому вы дерзнули оскорбить вероломным нападением нашу Королеву? — последнее слово Бельфегор произнес с непередаваемым оттенком брезгливости, словно упоминание позабытой всеми Лилит могло запачкать его сильнее, чем день, проведенный на псарне.

 

— Беспочвенное утверждение, герцог, — негромко заметил Андрас. — Нападение на нас не было спровоцировано, а значит является в лучшем случае результатом недопонимания. В худшем — происками тех, кто хочет развязать между нами войну. Но ведь никто из членов Клики не поддерживает сепаратистов, не так ли?

 

— Это было бы крайне опрометчиво с их стороны. — Смиренно согласился Бельфегор, напуская на себя вид праведника. — В нынешние непростые времена нам как никогда важна стабильность и преемственность власти.

 

— Именно за этим мы и здесь. — Неожиданно даже для себя заявил Уриил, пытливо глядя в лицо демону. Казалось, что этим внезапным заявлением ангелу удалось пробить броню соратника Велиала, поскольку тот не сразу нашёлся с ответом, — Помнится, герцог, вы говорили, что нам следует тщательно выбирать себе союзников.

 

— Хм… — раздражаясь от собственной заминки, Бельфегор досадливо поморщился: — Ну конечно. Однако, ещё совсем недавно вы поддерживали нашего главного оппонента. Что изменилось с тех пор?

 

— Он не явился в тот момент, когда решалась судьба целого народа. Разве этого мало? — с напускным пафосом произнёс Уриил, надеясь, что не переигрывает. К счастью, ангелы издавна славились любовью к пустым, бесконечным речам, поэтому подобный стиль был ему только на руку. — Мир меняется быстрее, чем мы успеваем осознать это. И те, кто хочет дожить до завтрашнего дня, не могут позволить себе жить вчерашними правилами.

 

—Весьма… прагматичный подход. Демонический даже, если позволите мне подобное сравнение, — наконец сказал он. — Вы не будете возражать, если я передам эти слова своим союзникам?

 

— Я бы на этом настаивал, — с полной серьёзностью подтвердил Уриил. Торжество на лице Бельфегора можно было зачерпывать ложкой. — И насчёт недавней… перепалки. Не думаю, что я или мой коллега затаим обиду.

 

— Разумеется, — спокойно подхватил Андрас, учтиво поклонившись Лилит, которая всё это время стояла неподвижно, будто превратилась в барельеф на стене. — Королева, я полагаю нашу стычку результатом недопонимания и не требую от вас сатисфакции за нападение.

 

— Маркиз Андрас, мессир Уриэль, я приношу свои извинения за произошедшее. — вскидывая подбородок, выдавила женщина, с затаенной тревогой в глазах глядя то на них, то на сияющего самодовольством Бельфегора.

 

— Вот и прекрасно, что все так разрешилось! — с ухмылкой ещё более широкой, от которой его лощеное лицо, казалось, вот-вот треснет, хлопнул в ладоши соратник Велиала и, напоследок ещё раз окинув поджавшую губы Лилит насмешливым взглядом, развернулся в сторону выхода, едва заметным жестом подзывая к себе гримма. — Теперь же нам всем стоит перевести дух перед грядущим советом. Служители призовут нас совсем скоро. До скорой встречи, господа!

 

Он двинулся к выходу величавой походкой победителя. Перед дверью окончательно разошёлся, по-приятельски щёлкнув по носу одного из охранников Лилит. Суккуб едва заметно дёрнулся, до побелевших пальцев сжимая приклад, но остался стоять неподвижно, даже когда Флаффи, вдохновлённый настроением хозяина, начал с рыком носиться вокруг него, взрывая когтями ковры и полосуя паркет.

 

Когда Бельфегор исчез за дверью, Лилит коротким жестом распустила охрану. Опираясь на плечо слуги, она устало двинулась к личным покоям. Мимоходом остановилась рядом с Уриилом — открыла рот, будто собиралась что-то сказать, — но передумала, качнула головой и ушла.

 

Уриил молча пожал плечами, подцепил под руку Андраса, и оба поспешили прочь. Суккубы — кто в шоке, кто в непонимании — провожали их тягучими взглядами, но никто не рискнул задерживать.

 

Только оказавшись в одном из узких коридоров для прислуги, ангел наконец выдохнул, прислонился к стене и негромко спросил:

 

— Какого черта сейчас произошло?

 

Демон фыркнул:

 

— Ты удивишься, но я присутствовал при тех же событиях. И понимаю в них примерно столько же.

 

— Я-то наивно надеялся всего лишь поговорить. С чего вообще Лилит взяла, что мы собираемся ее допрашивать? Не то чтобы это не было правдой…

 

— С того же, с чего там появился Бельфегор со своим ручным Цербером. — подумав, выдал предположение демон: — Полагаю, ночью после совета он счел нужным поделиться сомнениями в своей уверенности и уверенностью в своих сомнениях на наш счет. И делал он это наверняка так громко, что шансов не быть услышанным у него не осталось. Учитывая моральное состояние Лилит, большего и не понадобилось.

 

— А цель?

 

— Ну, либо случится чудо, и она в ярости устранит для Бельфегора двух опасных конкурентов, либо же мы отобьемся, но тем самым окончательно потеряем все шансы договориться с ней полюбовно. Не то чтобы этих шансов изначально было слишком много… В любом случае, Бельфегор, а вместе с ним и его покровитель, в выигрыше при любом раскладе.

 

— Падла хитрожопая. — Покачал головой ангел и тут же переключился на еще более интересный момент: — Скажи, у Лилит ведь были ментальные щиты?

 

— А также парочка артефактов, родовая защита и целый корпус накачанных под завязку доноров, готовых в любой момент поделиться силой. — Подтвердил все самые нерадужные догадки напарника Андрас. — Последние, кстати, подключились сразу же, как только тебе удалось сбить нашу Королеву с кровожадного настроя.

 

— Вот об этом я и хотел спросить. Есть идеи, как мне удалось настолько легко пробить ее чёртову оборону? Это ж гребаная китайская стена в три ряда с редутами, а не защита! А я её даже толком не замети…

 

— Магия падших? — почти не сомневаясь пожал плечами демон. — Ты еще в самом начале упоминал, что с утратой крыльев перестал слышать помыслы людей, зато стал ощущать их самые низменные эмоции, основанные на грубой и примитивной физиологии.

 

— Да, полагаю, что-то такое я мог говорить. — Хмурясь, согласился Уриил, которому почему-то совсем не нравилось направление мыслей Андраса.

 

— Это всего лишь мои догадки, но что если твоя атака также была на физиологическом уровне и оказалась настолько слабой, что все защитные контуры попросту ее проигнорировали? Магические щиты ведь не срабатывают на порывы ветра или, к примеру, солнечные лучи… Но если такой сквозняк сотворить прямо у кого-то в голове… — демон зловеще усмехнулся. — Ты устроил нашей дамочке множественный инсульт, и спасла ее только повышенная регенерация. Ну или отсутствие мозгов, во что я не очень верю. В любом случае, будь на ее стороне чуть меньше везения, и следующие пару столетий она бы провела в виде мирно пускающего слюни овоща.

 

— Лихо… — слегка испуганно пробормотал Уриил и, чтобы как-то взбодриться, пару раз тряхнул головой, чуть было не приложившись затылком о стену: — Бездна, да чтоб тебя! Ладно, нахрен… Жаль только, что допросить никого так и не удалось. Зато каверза шефа, кажется, удалась на славу. Как думаешь, Бельфи поверил?

 

— Ну… Ты выглядел и звучал как высокопарный идиот, пытающийся спасти собственную шкуру, вовремя переметнувшись на сторону противника. Они, разумеется, попытаются проверить твои слова, но вряд ли это возможно провернуть в такие сжатые сроки. Да и слишком уж заманчиво поверить в то, что твой враг вот-вот сдастся без боя. Так что Бельфегор, похоже, заглотил наживку вместе с крючком, леской, удочкой и половиной руки рыбака.

 

— Значит, через полчаса все в поместье будут знать, что Астарот уже пакует вещи в фамильный склеп. У него ведь есть фамильный склеп? — Уриил отлип от стены и начал взволнованно расхаживать по коридору. Не дождавшись ответа, он резко остановился и повернулся к Андрасу: — И, кажется, у меня есть идея, как направить расследование наших пинкертонов куда нужно.

 

Он поднял взгляд к потолку, не имея ни малейшего понятия, как вообще обращаться к духу дома:

 

— Уважаемое жилище… эм… вы не могли бы доставить сюда демона Карнивана? Он нам очень нужен.

 

Пол под ногами заметно нагрелся и завибрировал. Уриил подозрительно огляделся, не понимая, что должно произойти, но ответ пришёл быстро: дальняя дверь с грохотом распахнулась, и в коридор вывалилось нечто, похожее на основательно запылившийся мешок картошки.

 

Подбежав ближе, ангел без труда опознал демона-глашатая. Карниван был покрыт слоем вековой грязи, держал в руках две бутылки коллекционного вина, вероятно, украденные у Астарота, и был в доску пьян. В дополнение ко всему демон умудрился при падении разбить одну из бутылок, отчего на его светлом костюме стремительно расползалось бордовое пятно.

 

— Вельзевулово дерьмо! — прохрипел он голосом, в котором не осталось ничего от его обычно ровного, канцелярского тона. — Проклятый дом! Проклятая магия! Проклятые… — он поднял взгляд и сфокусировался на двух стоящих над ним фигурах. — Вот же дрянь…

 

— Мы тоже рады вам, Карниван, — фыркнул Андрас и одним движением поднял демона в воздух за отвороты костюма. Карниван болтался, дрыгал ногами, но бутылки не отпустил, вцепившись в них как в свое последнее спасение.

 

— Очнитесь, у нас к вам маленькое поручение.

 

Убедившись, что добыча перестала дёргаться, Андрас поставил его обратно на пол, даже попытался расправить на нём перекошенный пиджак, но тем чуть не отправил Карнивана обратно на пол. Демон удержался, отхлебнул вина прямо из горлышка, насупился и прохрипел:

 

— Чего надо?

 

— Для начала, — начал Уриил, благоразумно проигнорировав тон глашатая, — Что вы можете сказать о состоянии Астарота?

 

— Всё такое же! — задумавшись на секунду, рявкнул Карниван. — А это значит, что, чем бы вы там ни занимались, через три часа этот чванливый ублюдок Велиал станет новым Владыкой!

 

— Это из-за этого ты так нажрался? — хмыкнул ангел, натолкнувшись на желчный взгляд глашатая:

 

— Уж лучше, чем тешить себя пустыми надеждами! Или что, считаете, что сможете уцелеть, когда этот… — Карниван проглотил следующее слово, по-видимому, даже в своём нынешнем состоянии не рискуя высказать все, что думает. — Когда герцог Велиал придёт к власти. К черту, ясно?! Вы сдохнете первыми, а следом за вами и все мы, когда он наконец получит возможность затеять полномасштабную войну с людьми!

 

— Откуда это известно простому прислужнику? — Не удержался от вопроса Андрас, Карниван нервно дёрнул плечом:

 

— Я гонец. Шестёрка на побегушках сколько себя помню. Но ко мне все уже так привыкли, что особо и не скрываются. Маммона за последние годы сделался крупнейшим посредником при поставке вооружений в половину стран мира, для него война равняется прибыли! И уж конечно он подбивает своего старого друга и покровителя эту самую прибыль увеличить. Бельфегор же просто бесхребетный идиот, мнящий себя великим интриганом. Во времена правления Абаддона он без охраны и носу на совет боялся показывать! — выдохшись после такой отповеди, глашатай вновь попытался приложится к бутылке, но был остановлен бдительным Андрасом, после чего мстительно попытался пнуть того ногой в пах.

 

— Не стоит, — демон легко увернулся от удара, вновь удерживая потерявшего равновесие пьяницу от падения. — А вот чем тебе действительно стоит заняться, так это визитом к Велиалу. Думаю, наш без пяти минут Владыка сейчас очень нуждается в вестнике хороших новостей.

 

— Зачем вам это… — попытался было возмутиться Карниван, но Уриил не предоставил ему такой возможности:

 

— За надом! Главное, что сейчас необходимо, чтобы Велиал получил полный и достоверный отчет о том, что его главный соперник вот-вот выйдет из гонки. Для пущей правдоподобности можешь сказать, что мы намеренно отправили тебя глотать пыль в подземелья поместья, чтобы ты ненароком не раскрыл нашу тайну. В красках, не стесняйся: сообщи, что тебя заставили силой, угрожали. Андрас, подтверди, — Уриил мельком бросил взгляд на демонстративно размявшего кулаки напарника и продолжил: — В общем, чем более жалостливую историю ты выдумаешь, не скатываясь в откровенное вранье, тем лучше. Задача понятна?

 

— Я понял… — нервно поглядывая на хищные оскалы психованного ангела и его не менее отбитого дружка, буркнул Карниван, дрожащими пальцами пытаясь ослабить узел на галстуке. — Надеюсь, вы знаете, что делаете!

 

— Не сомневайся, — клыкасто усмехнулся Андрас, напоследок награждая ойкнувшего от испуга глашатая шлепком ладони пониже спины. — А теперь вперёд, друг пархатый, полетел! Только не забудь привести себя в порядок прежде чем сунешься к Велиалу с докладом. Иначе он от твоего перегара окосеет, и объявлять войну человечеству станет некому!

 

Пронаблюдав за нервной походкой их агента влияния, которого от очередного падения уберегала лишь узость коридора, в котором они находились, напарники мельком переглянулись и оба, не сговариваясь, направились в противоположную сторону.

 

— Как думаешь, спалится?

 

— Карниван — хитрая сволочь, — пожал плечами демон. — И пережил многих своих хозяев не потому, что не умел выкручиваться из почти безвыходных ситуаций. А здесь ему всего-то надо приукрасить некоторые детали — это даже не вранье. Лилит, пожалуй, могла бы что-то заподозрить, в конце концов она и нам не особо поверила.

 

— А Бельфегору почему не сказала?

 

— Может ещё успеет, — отмахнулся демон. — А может как обычно ведёт свою игру. В любом случае на её счёт не сомневайся, она прекрасно осознает, что у кого-то, способного так легко уделать ее в схватке, может найтись запасной план и на случай смерти одного из союзников.

 

— Будем надеяться, что эта встряска не позволит ей мыслить столь иезуитски хотя бы следующие три часа. — Чуть нервно хихикнул Уриил. — К тому же нам на руку играет демонская мизогиния. Я же не один заметил, что остальные эту вашу Королеву и её ебливую братию до кучи не особо-то торопятся воспринимать всерьез?

 

— Как будто в этом нет львиной доли вины самой Лилит! — осклабился Андрас.

 

— Ну если ты спросишь ее, то наверняка окажется, что она больший ангел, чем я, а всех этих мужиков в кровать ей подбросили. — Стараясь удерживать суровое выражение лица, выдал ангел, но уже через секунду не выдержал и заржал, вторя хохоту напарника.

 

***

 

Время повторного собрания совета надвигалось с неумолимостью лезвия гильотины. Уриил и опомниться не успел, как вместе с напарником уже стоял в знакомом полутемном коридоре, ожидая возможности попасть в зал общего собрания. На сей раз демонская логистика дала сбой — у служителей поместья попросту не хватило времени, чтобы доставить все делегации демонов по-отдельности, и на входе в пещеру столпилась целая пробка из свит, вяло переругивающихся в ожидании возможности занять свои места.

 

В центре зала, как успел понять ангел, уже находился самодовольный и примерявший лавры победителя Велиал, окруженный приспешниками и державшимися чуть в стороне Левиафаном с Мерихимом. Тут и там мелькала макушка вездесущего Локи, использовавшего свой статус наблюдателя на полную катушку. Присутствия Астарота по-прежнему не наблюдалось.

 

Наблюдать это лично Уриил не мог, но компенсировал собственную низкорослость бесконечными требованиями к Андрасу пересказывать ему всё, что тому было видно с его двухметровой-с-гаком высоты.

 

— Ну и? Что там? — в очередной раз дернул ангел напарника за рукав.

 

— То же, что тридцать секунд назад, — терпеливо отозвался демон.

 

— А Астарот?

 

— Нет.

 

— А сейчас?

 

— Ури…

 

— Ладно-ладно, — ангел отступил, но через мгновение вновь заерзал. — Слушай, а что если…

 

В конце концов демону настолько надоели шебуршения и возмущенный бубнеж где-то в районе его грудной клетки, что он уже почти решил усадить ангела себе на плечи, выдав тому в довесок сладкой ваты и кепку с пропеллером. Но тут, на его счастье, толпа наконец сдвинулась с места, и они получили возможность занять свои места внутри эрцгаммы.

 

Обстановка в зале внешне почти не изменилась, но толпа на входе, суматоха и необходимость собираться второй раз придали новому этапу заседания совета атмосферу школьного собрания в спортзале. Делегаты переговаривались между собой вполголоса. Маммона жевал что-то, доставая из кармана завернутые в фольгу конфеты. Бельфегор зевнул, прикрывая рот ладонью. Лилит нервно теребила край платья.

 

Наконец Велиал, как ответственный староста, пересчитал по головам прибывшие делегации и, решив, что собрал достаточно аудитории, взял слово:

 

— Господа, — начал он, и голос его звучал спокойно, почти благодушно. — Полагаю, все мы понимаем, зачем здесь собрались. Двенадцать часов истекли. — Он выдержал паузу, оглядывая притихший зал, после чего перевел взгляд на стоявшего в своем луче Пифона. — Герцог Астарот так и не соизволил явиться. Мессир Пифон, вы заявляли себя в качестве заместителя вашего господина. Готовы ли вы выйти на поединок? Или… — легкая усмешка тронула губы Велиала, — предпочтете признать поражение и дать Хранителю возможность объявить исход этого затянувшегося соревнования?

 

— Не торопитесь, светлейший, — напряженно отозвался Пифон, ловя на себе хмурый взгляд Левиафана. Последний также выглядел нервно и, как показалось Уриилу, чуть ли не расстроенно, но вид старался делать надменный и независимый.

 

— Как бы вам не хотелось объявить себя победителем, время для этого еще не пришло. До окончания срока, обозначенного Хранителем, еще пятнадцать минут. Герцог обещал, что он явится на заседание…

 

— И он явится! — донеслось от одного из входов в дальнем конце пещеры. Под аккомпонемент оглушительного шепота на центр зала медленно вышел Астарот, грузно опираясь на трость и едва заметно приветствуя знакомых ему демонов.

 

— Прошу прощения за опоздание, — проговорил он, и голос звучал хрипло, словно каждое слово давалось с трудом. — Были… непредвиденные обстоятельства. К слову, я хотел войти в зал в самую последнюю минуту, но потом вспомнил, что из нас двоих претенциозный мудак — не я. Приветствую вас, дамы и господа. И вас, Велиал. Надеюсь, вы не сильно без меня скучали?

 

— Рад приветствовать вас в здравии, Герцог, — проглотив не меньше двух килограмм лимонов, отозвался светлейший князь, — Выглядите…

 

— Убитым? — насмешливо предложил Астарот, — Вашими молитвами. Впрочем, стараниями тоже.

 

— Что вы имеете в виду? — взвился Велиал.

 

— Как вам должно быть уже известно, я был отравлен накануне нашего первого собрания. Думаю, никто не удивится, если я скажу, что мои отравители находятся сейчас в этом зале. И даже желают мне здоровья.

 

Астарота слегка качнуло, но он устоял на ногах, все так же с усмешкой глядя на бледнеющего Велиала.

 

— Это весьма серьезные обвинения, Герцог. Которые стоит подкреплять такими же серьезными доказательствами.

 

— Согласен, дружище. К счастью, у нас есть прекрасная возможность установить истину, допросив непосредственных участников.

 

— Уж не предлагаете ли вы в этих целях использовать силы присутствующего здесь падшего? — подал голос со своего места Бельфегор, переключая все внимание аудитории на удивленного ангела. — Всем известно, что Уриил поддерживает вашу кандидатуру, а потому его слова не могут быть засчитаны в качестве независимого подтверждения.

 

— Согласен, — покорно подтвердил Астарот, — К счастью, вы, светлейший, своими руками доставили в мой дом артефакт, способный подтвердить истинность сказанных здесь слов. И даже сочли возможным использовать его против своего же собрата, не так ли, Мерихим?

 

Под градом направленных на него взглядов, старик молча поднял руку, демонстрируя надетый на нее золотой браслет и вызвав тем самым у толпы дружный возглас удивления.

 

— Этот, впрочем, поддельный, — продолжил свою речь Астарот. Вторя его словам, Мерихим сдернул браслет с запястья, небрежно швырнув его под ноги стремительно теряющему весь свой апломб Велиалу. В толпе вновь раздались возгласы удивления. Парочка особо экзальтированных суккубов в первом ряду, переглянувшись, синхронно упали в обморок. Демоны, вне всякий сомнений, были крайне благодарной публикой, обожавшей все театральное.

 

— Но есть и настоящий, — Локи, как обычно шнырявший где-то на задних рядах, неожиданно вынырнул прямо под боком у Лилит, каким-то образом обойдя всю ее охрану. Проворно выудив из кармана золотую цепочку, он одним движением нацепил ее на запястье Королевы и тут же отскочил в сторону, уходя с возможной линии огня.

 

Браслет неожиданно ожил, принявшись увеличиватьсяв размерах. К ужасу абсолютно дезориентированной Лилит, уже через несколько мгновению всю ее руку обвивала огромная золотая змея, все продолжавшая увеличиваться в размерах. Рубиновые глаза твари смотрели женщине прямо в лицо, словно пытались загипнотизировать ее как кролика. Спустя всего лишь полминуты наместница суккубата оказалась спеленута золотой тушей по рукам и ногам.

 

— Не дергайтесь, госпожа, — с притворным сочувствием посоветовал Локи, заметив, что Лилит пытается выкрутиться из мертвой хватки артефакта. — Нирах не причинит вреда, если только вы сами не дадите ему повод. Ответите на несколько наших вопросов — и сможете вновь обрести свободу.

 

— Кто приказал вам добавить яд мне в вино? — негромко поинтересовался Астарот. Повышать голос не было нужды — в зале и без того царила гробовая тишина. — Заявлять, будто это были не вы, даже не пытайтесь.

 

— Велиал. — прекращая попытки вырваться, обреченно откликнулась Лилит, с ненавистью глядя на всех без исключения высших демонов вокруг себя. — Люди Бельфегора и Маммоны вышли на меня с требованием осуществить их план под угрозой моего уничтожения. Они же передали мне яд, который требовалось подлить в вино. Я сделала это лично, пробравшись в ваш кабинет, князь.

 

— И мы должны поверить заявлению этой шлюхи? — взвизгнул Велиал. — Она всего лишь попалась на содеянном и пытается выторговать себе помилование.

 

— Цвет рубинов не изменился, сиятельный, — Ехидно заметил со своего места Мерихим. — Вы лично объяснили мне принцип действия Нираха и знаете, что Лилит говорит правду. Не будете же вы теперь отказываться от своих слов?

 

— Кажется, теперь уже я вправе требовать от вас сатисфакции, — заметил Астарот, но неожиданно для всех оказался перебит ангелом.

 

— Ага! — вмешался Уриил. — Если вдруг их высочество по каким-то причинам воевать не настроено — ну там, утюг в опочивальне выключить забыли или с утра не в голосе — у меня, кажется, есть альтернатива. Я тут как-то запамятовал поинтересоваться у нашей королевы, не в курсе ли она, кто организовал покушение у портала? А тут такая замечательная возможность, грех упускать!

 

Велиал дернулся, словно получив удар под дых. Лилит застонала.

 

— Мои слуги изменили настройки портала, — обреченно просипела она, даже не пытаясь отпираться. — По указанию Бельфегора. Расчет был на то, что никто из соратников Велиала не будет пользоваться этим путем, чтобы попасть на совет, а значит, кто бы ни стал жертвой покушения, герцог в любом случае оставался в выигрыше.

 

Змея не шелохнулась, подтверждая слова демонессы.

 

Левиафан не выдержал и хмыкнул, а потом и вовсе заржал в голос:

 

— Я, кажется, понял, что наш пернатый имел в виду! По ходу у тебя, сиятельный, минут через пятнадцать список дуэлянтов станет такой длины, что свободную бронь надо будет заказывать на год вперед. Я-то ведь тоже мог приехать порталом!

 

— Вздор! — попытался возмутиться Бельфегор. — Мы никогда не умышляли причинить вред лично вам, лорд!

 

— Да завались уж, — отмахнулся тот. — Лично мне они не умышляли… Чисто на удачу гранату в толпу бросили — на кого бог пошлет!

 

Видя, насколько стремительно он теряет потенциальных союзников, которых уже успел записать в свой лагерь, Велиал резко обернулся к своим главным приближенным. Маммона и Бельфегор поймали его взгляд. Кивнули.

 

В рядах свиты Велиала и Маммоны началось нервное шевеление. Спустя мгновение вперед из толпы вышла телохранительница Бельфегора — тиамат с синей кожей, — тащившая на поводке злобно рычащего Флаффи. Остальные телохранители герцогов схватились за автоматы, снимая их с предохранителей.

 

Видя подобное развитие событий, деморализованные последователи Лилит и солдаты охраны поместья также похватались за оружие. В зале воцарил гвалт из передергиваемых затворов и щелкающих предохранителей. Кто-то выругался. Кто-то отступил к стене.

 

Видя, что вот-вот «выборы» Владыки превратятся в излюбленный демонами погром стенка на стенку, Уриил, оттолкнув напарника, шагнул вперед.

 

Черные крылья распахнулись за его спиной.

 

— Стоять!

 

Глаза ангела вспыхнули кроваво-красным огнем.

 

Все демоны в зале застыли, словно вкопанные. В зале воцарилась мертвая тишина. Только тяжелое дыхание Уриила нарушало ее — удерживать столько сознаний одновременно было на пределе возможного даже для полностью вошедшего в силу падшего.

 

— Вы демоны, черт возьми, или насрано?! — прорычал ангел, и от ярости в его голосе по залу пробежала дрожь. — Хочешь заполучить власть — так сражайся за нее, мать твою, а не прячься за спины наемников!

 

Велиал, отчаянно зарычав, рванулся к Астароту.

 

Тот выпрямился, отбрасывая трость, со звоном откатившуюся в сторону.

 

Оба замерли в нескольких метрах друг от друга. Со стороны казалось, будто каждый из них просто разглядывает своего противника. Их напряжение выдавали лишь подрагивающие руки и вздувшиеся на лбах вены.

 

Не понимая толком, что произошло, ангел как мог бочком отошел в сторону, пытаясь ткнуть локтем Андраса:

 

— Эй, ты хоть отомри! Чё происходит?

 

Ощутив, что вновь может двигаться самостоятельно, демон с трудом подавил желание надавать пинков своей пернатой катастрофе, постаравшись вместо этого шепотом объяснить происходящее. По крайней мере, настолько, насколько понимал сам:

 

— Судя по всему, ты заставил Велиала вступить в поединок воли.

 

— Ой, серьезно? — озадаченно переспросил Уриил. — Упс. Неудобненько получилось. И что, кто, по-твоему, побеждает?

 

— Сложно сказать… — напряженно отозвался демон, пристально всматриваясь в лица противников.

 

Чисто внешне поединок воли язык не повернулся бы назвать зрелищным. Но под маской видимого спокойствия Андрас чувствовал целую бурю: обе стороны лихорадочно прощупывали разумы друг друга, пытаясь найти лазейку, слабое место. Волны силы сталкивались, переплетались, давили.

 

К его удивлению, Астарот, переживший совсем недавно целый предсмертный эпизод, не выглядел слабее соперника. Более того — с каждой секундой натиск герцога усиливался.

 

Вот веки Велиала неожиданно дрогнули. Глаза расширились от ужаса. Демон вскрикнул, пошатнулся, пытаясь устоять на ногах. Но уже через несколько мучительно потянувшихся секунд кулем рухнул на колени, тяжело дыша.

 

— Довольно, — выдохнул он, и голос прозвучал хрипло, надломленно. — Довольно, Астарот. Ты… победил.

 

Астарот опустил руку и, судя по всему, впервые за всё время поединка, выдохнул. Его плечи слегка обмякли. Дуэль закончилась.

 

Уриил тут же поспешил разжать ментальную хватку, от души надеясь, что своими действиями не остановил никому из присутствующих каких-нибудь особо важных биологических процессов. Получившие внезапную свободу демоны попадали на пол или привалились к стенам, тяжело дыша. Маммона, грузно осев на задницу, вытирал со лба пот. Бельфегор застыл, побледневший, не в силах пошевелиться. Флаффи жалобно заскулил, задом пятясь к хозяйке.

 

В этот момент в зале раздались шаги.

 

Все, у кого хватило сил, обернулись.

 

В проходе стоял Бабаэль. Чистый, одетый в строгий черный костюм, с выражением ледяного презрения на лице.

 

Велиал, все еще на коленях, отчаянно протянул к нему руку:

 

— Бабаэль! Ты… ты же видишь! — В голосе звучали отчаянные, почти истерические нотки. — Они обманули нас! Убей его! Убей Астарота, и мы все присягнем тебе! Ты станешь Владыкой! Я первый принесу клятву!

 

Некромант медленно перевел взгляд на простертую руку. На лице отразилось такое отвращение, будто ему предложили пожать лапу дохлой крысы, три недели пролежавшей на солнцепеке.

 

— Заканчивайте этот цирк, — процедил он сквозь зубы, ткнув пальцем в Астарота. Каждое слово некроманта звучало как пощечина. — Он — ваш новый Владыка.

 

После чего развернулся и вышел, так больше ничего не сказав.

 

Велиал обмяк. Руки бессильно упали. Маммона и Бельфегор переглянулись — в их взглядах читались растерянность и страх.

 

Неожиданно подзабытая всеми в череде произошедших событий статуя Хранителя вспыхнула изнутри тусклым светом. Каменные губы разомкнулись:

 

— Сим решено. Астарот избран советом. Склонитесь или умрите под пятой нового Владыки.

 

Велиал, Маммона и Бельфегор медленно, один за другим, склонили головы.

 

Лилит, все еще опутанная Нирахом, издала что-то среднее между смешком и всхлипом.