Воля и Душа (книга третья)

Дети начинают с того, что любят родителей.

Потом они судят их. И почти никогда не прощают.

Оскар Уайльд

 

Несколько секунд все трое молча смотрели на то, что осталось от Ямпольского.

 

— И это наш главный подозреваемый? — первым нарушил молчание Уриил. — Неплохо сохранился для своих пятисот с гаком.

 

— Вряд ли дело в возрасте. — Андрас склонился над телом, принюхиваясь. — Умер недавно. Сутки, может, чуть больше. Сложно сказать точнее.

 

— Интересно, чем его так? Порезался, когда брился? — Уриил опасливо ткнул трупу в плечо, тот покачнулся. — И ещё более интересно, зачем?

 

— Скорее всего перестал быть полезен, — предположил демон, выпрямляясь. — Или поплатился за потерю Алессандры. В любом случае, допрашивать тут больше некого.

 

— Зато есть что обыскивать. — Уриил уже принялся обшаривать ящики стола, по кругу обходя кресло с мумией. — Давайте быстро. Хрен знает, сколько у нас времени.

 

Работали они молча, не сговариваясь игнорируя не мирно упокоившегося владельца кабинета, с немым укором взиравшего на них пустыми глазницами. Андрас методично перерывал все полки и стеллажи, Уриил перебирал бумаги на столешнице, Фаддиль занял позицию у двери, прислушиваясь к звукам в коридоре.

 

Большая часть документов оказалась ожидаемой рутиной: финансовые отчёты, контракты, деловая переписка с партнёрами: судя по всему, Ямпольский не признавал компьютеров и требовал распечатывать ему даже электронные письма. Но в нижнем ящике, запертом на хлипкий замок, который Андрас вскрыл одним движением когтя, обнаружилась папка совсем другого рода.

 

— Что за хрень?.. — Уриил вытащил стопку пожелтевших листов, исписанных знакомыми символами. — Это енохианский. Причём древний, такой запросто не прочитаешь.

 

Он нахмурился, вчитываясь в текст. Буквы были знакомыми, но складывались в какую-то тарабарщину. Словно кто-то взял существующий алфавит и использовал его для записи совершенно другого языка.

 

— Что там? — Андрас заглянул ему через плечо.

 

— Без понятия. — Ангел перелистнул несколько страниц. Везде одно и то же: символы знакомые, но смысл ускользал, как вода сквозь пальцы. — То ли какой-то диалект, которого я не знаю, то ли зашифровано. В любом случае на перевод уйдёт время.

 

— Забираем, — решил Андрас. — Разберёмся потом.

 

Уриил сунул папку за пазуху и потянулся к следующей стопке бумаг, когда снизу донёсся грохот, как будто кто-то решил устроить внезапную перестановку мебели, капитальный ремонт и снос межкомнатных стен разом.

 

Пол у них под ногами содрогнулся, в витринах с выставленными в них реликвиями задрожали стекла. Следом раздался рёв, в котором невозможно было угадать ничего человеческого.

 

— Скугга, — выдохнул Андрас.

 

— Какого хрена он делает? — Уриил метнулся к окну, но ничего не увидел — парадный вход был с другой стороны здания. — Он же должен был отвлекать, а не...

 

— Что-то не так. — Фаддиль отступил от двери. — Сюда кто-то идёт.

 

Уриил напрягся, призывая свое обостренное чутье. И тут же почувствовал — яркую, пульсирующую точку, стремительно двигающуюся по коридору.

 

— Ангел, — процедил он сквозь зубы. — Вроде бы один. Движется быстро.

 

— Прячемся?

 

— Поздно.

 

Дверь кабинета распахнулась.

 

На пороге стоял Рагуил — верная тень и заместитель Рафаила. Его унылую рожу конторской мыши Уриил помнил по каждому военному совету, на котором ему довелось присутствовать. Невысокий, худощавый, с вечно недовольным выражением лица, которым он мог бы превращать воду не в вино, а сразу в концентрированный уксус. Сейчас, впрочем, он выглядел не столько недовольным, сколько испуганным: растрёпанные волосы, съехавший набок галстук, под мышкой — его вечный планшет с набором ценных указаний от Рафаила.

 

Позади него маячила ещё одна фигура: Савой Мнишек, глава охраны покойного олигарха тенью последовал за ангелом, ничуть не смущенный положением своего бывшего босса. Уриил выругался, осознавая, что совершенно забыл о долбаной защите, делающей его чутье бесполезным куском декора.

 

Все трое незваных гостей затаили дыхание: видеть их Рагуил и его спутник не могли, почувствовать — возможно, но не сразу, а вот случайно наткнуться — запросто. И было бы сложно объяснить, почему воздух в комнате вдруг начинает пихаться и матом жаловаться на отдавленные ноги.

 

Впрочем, осмотр достопримечательностей явно не входил в сегодняшние планы референта, потому что он тут же метнулся к шредеру в углу, на ходу выдёргивая листы из своих папок.

 

— Какой идиот развернул кресло? — бросил он, походя замечая изменения обстановки в кабинете. — И в бумагах опять бардак! Проклятые идиоты!

 

— Мои ничего не трогали, — хрипло отозвался Мнишек, заходя следом, — И давно пора было избавиться от тела!

 

— Теперь уже подождёт, — отрезал Рагуил. — Зачистить здесь все. Через пять минут все должно быть готово!

 

— Артефакты? — уточнил Мнишек. Сейчас Уриил наконец-то получил возможность как следует рассмотреть главу охраны Ямпольского, которого до этого видел либо на мутных фотографиях, либо в драке, где разглядеть детали было практически невозможно. Он оказался ниже, чем изначально показалось ангелу и был одет в военные штаны с разгрузкой и футболку цвета хаки, натянутую на его груди как на барабане. Все его телосложение казалось тяжёлым, сбитым и каким-то топорным. Бритая наголо голова лишь подчеркивала супрематичную, состоявшую сплошь из углов форму черепа, делая лицо ещё грубее: широкий лоб, плоские скулы, квадратная челюсть, короткая шея, вечно напряженная, словно в ожидании удара.

 

Рагуил со смесью брезгливости и отвращения окинул взглядом витрины, оторвав Уриила от разглядывания оппонента.

 

— Сжечь. Только лишние вопросы.

 

Шредер взвыл, пожирая бумагу. Рагуил лихорадочно запихивал в него лист за листом, даже не глядя на содержимое.

 

Уриил переглянулся с Андрасом.

 

— Маскировка... — раздался позади напряжённый шёпот Фаддиля. — Всё.

 

Воздух вокруг них дрогнул и осыпался, как битое стекло.

 

— Упс, — констатировал, выпрямляясь, Уриил, глядя на ошеломлённого Рагуила, перед которым буквально из воздуха возникли три тёмные фигуры. — Здорово, соседи! Вы в курсе, что вы нас заливаете?

 

— Ты-ы-ы! Савой...

 

Договорить референт не успел — в воздухе промелькнула какая-то склянка, с грохотом хлопушки и небольшой вспышкой упавшая ему под ноги. Рагуил дёрнулся, попытался отскочить — и рухнул как подкошенный, нелепо раскинув руки. Мнишек позади него застыл статуей, едва успев потянуться за пистолетом.

 

Проследив траекторию, все трое обернулись в сторону окна, где, тяжело отдуваясь, висел на парапете Лаэф. Эльф отчаянно цеплялся за кованую решётку балкона, и вид у него был такой, словно он только что пробежал марафон.

 

Андрас сориентировался быстрее всех и в два прыжка оказался у окна, рывком втягивая болтающегося эльфа внутрь.

 

— Ты как здесь очутился? — зашипел на артефактора ангел. — И что сейчас важнее, чем ты приложил наших Бибу и Бобу?

 

— Пролевитировал, — тяжело дыша, сознался Лаэф, опираясь о подоконник. — Но заряд почти кончился. А в них бросил парализатор. Эффекта хватит минут на сорок.

 

— Звучит как неплохая возможность узнать о планах ваших врагов из первых уст, — заметил Фаддиль, уже склонившийся над неподвижным телом Рагуила. — Одного из них можно забрать с собой для допроса. Воина я бы оставил здесь, вряд ли он знает больше, чем тот, кто отдавал ему приказы.

 

— Тогда хватаем всё, что сможем унести, и сваливаем! — Уриил, обогнув по периметру Мнишека, метнулся к шредеру и выдернул из него недожёванную пачку бумаг. Потом сгрёб со стола ещё несколько папок, не разбирая. — Андрас, проверь, что он успел попортить!

 

Демон уже копался в корзине шредера, вытаскивая обрезки.

 

— Лапша, — констатировал он. — Но часть можно будет восстановить. Если повезёт.

 

Снизу донёсся очередной грохот — на этот раз ближе. Что-то тяжёлое врезалось в стену, посыпалась штукатурка. Крики, топот ног, и снова — утробный рёв, от которого завибрировали витрины.

 

— Скугга внутри, — Уриил выругался сквозь зубы. — План «отвлечь и убежать» явно пошёл по пизде. Нашему крутому, как обрыв над горной рекой, телохранителю таки снесло башню. Блять!

 

— Уходим через первый этаж, — решил Андрас. — Поможем ему и выберемся вместе.

 

— А этих? — Лаэф кивнул на распростёртого Рагуила и застывшего над ним начальника охраны.

 

— Ангела — с собой. — Фаддиль уже закинул бессознательного ангела на плечо, словно тот весил не больше мешка картошки. — Он нам ещё пригодится.

 

Они выскочили в коридор — тёмный, освещённый только аварийными указателями. Где-то внизу продолжался бой: треск ломающейся мебели, звон стекла, крики на разных языках.

 

Лестница нашлась быстро — широкая, мраморная, с позолоченными перилами. Они ссыпались вниз, перепрыгивая через ступени. Фаддиль с телом Рагуила не отставал, двигаясь с пугающей для его ноши грацией.

 

Первый этаж встретил их хаосом.

 

Огромный холл с мраморными колоннами был превращён в поле боя. Опрокинутая мебель, разбитые вазы, на полу — несколько неподвижных тел в чёрных костюмах. Посреди всего этого разгрома метался Скугга — уже полностью в звериной форме, огромный, чёрный, с окровавленной пастью.

 

Но что-то было не так.

 

Нефилимы не атаковали. Они отступали куда-то вбок — организованно, прикрывая друг друга, вынося какие-то ящики и оборудование в соседнее помещение, расположенное в дальней части дома и в прежние времена служившее владельцам дома то ли столовой, то ли бальной залой. Двое тащили что-то громоздкое, завёрнутое в брезент. Ещё трое прикрывали их, держа Скуггу на расстоянии — не стреляя, просто не давая приблизиться.

 

— Они эвакуируются, — понял Андрас.

 

— Скугга! — заорал Уриил. — Назад!

 

Оборотень не слышал. Или не хотел слышать. Он рвался вперёд, снося всё на своём пути, но нефилимы умело уворачивались, отступая к дальнему концу холла.

 

— Твою мать... — Андрас уже менялся: плечи раздались вширь, из-под кожи проступили тёмные узоры, на лбу выросли рога. Когти прорвали перчатки, вытягиваясь на добрых пятнадцать сантиметров. — Прикройте!

 

Он сорвался с места, но не к Скугге — навстречу группе нефилимов, выскочившей из бокового коридора. Те явно намеревались зайти оборотню с фланга, но демон врезался в их строй как торпеда. Двоих смёл сразу, третьего отшвырнул в сторону ударом когтистой лапы. Завязалась драка — яростная, быстрая, в которой Андрас исчез из поля зрения, увлекая противников за собой в глубь коридора.

 

— Валите на выход! — Уриил подтолкнул Лаэфа к парадной двери. — Фаддиль, уводи его! Мы догоним!

 

Эльф кивнул и двинулся к выходу, по-прежнему неся на плече бессознательного Рагуила. Лаэф, помедлив секунду, бросился следом.

 

Двигаясь мимо лестничного пролета, Уриил мельком углядел, как ещё четверо нефилимов из отряда Мнишека волокут из подвала какое-то медицинское оборудование, направляясь во всё тот же зал с упорством жуков-навозников. Пользуясь тем, что в общей суете никто не обратил на него внимания, ангел спрятался за колонной, планируя проследить, что настолько интересное мог скрывать дом Ямпольского. Неожиданно на лестнице позади него раздался очередной шум, после чего по ступенькам практически сполз Мнишек.

 

Мужчина явно ещё не пришёл в себя после воздействия парализатора и передвигался одним усилием воли, до побелевших костяшек цепляясь за перила лестницы. Пройдя мимо колонны, за которой прятался Уриил, Мнишек поравнялся со своими подчинёнными, жестами понукая их поторапливаться.

 

— Wypierdalaj do kurwy nędzy! — гаркнул он, ковыляя в сторону закрытых дверей. — У нас три минуты!

 

— Быстро же ты очухался… — прошипел ангел, намереваясь проследовать за отступающими противниками. Из обещанных артефактором сорока минут не прошло и десяти. То ли Лаэф переоценил свой парализатор, то ли нефилимы оказались крепче, чем эльф рассчитывал. Впрочем, додумать эту мысль Уриил не успел.

 

Откуда-то слева раздался оглушительный рёв — мимо него пролетел Скугга, сбив ангела с ног. Оборотень нёсся к дверям, которые нефилимы успели захлопнуть перед ним за секунду до того, как тот всем весом влетел в проем, круша жалобно затрещавшее под его напором дерево.

 

В конце концов одна из створок не выдержала, с грохотом слетая с петель и поднимая в воздух облако щепок и бетонного крошева.

 

Скугга с рыком влетел в зал, взрывая когтями паркет и разбрасывая в стороны обломки дерева. Уриил ворвался следом, готовый к бою — и замер.

 

Зал был практически пуст. На полу валялись опрокинутые ящики, какие-то провода, разбитые склянки. В углу громоздилось брошенное медицинское оборудование — капельницы, мониторы, что-то похожее на аппарат искусственной вентиляции легких. Посреди всего этого бардака валялось несколько носилок, на которых ещё час назад явно кто-то лежал.

 

Но внимание Уриила приковал камин.

 

Огромный, от пола до потолка, с мраморной облицовкой и чугунной решёткой.

 

Внутри каминного зева, там, где должны были тлеть угли, расползалась радужная плёнка портала — фиолетово-зелёная, переливающаяся всеми оттенками спектра. Она пульсировала, сжимаясь, схлопываясь внутрь себя.

 

Мнишек успел. Ангел видел, как силуэт главы охраны мелькнул в радужном мареве за секунду до того, как портал начал гаснуть. С той стороны донёсся его крик — «Подрывай!» — и почти сразу глухой раскатистый грохот, от которого задрожали стены.

 

Последние отблески лизнули закопчённые стенки камина и погасли.

 

Скугга взвыл.

 

Звук был таким, что у Уриила заложило уши. Оборотень бросился к камину, врезался в остывающую каменную кладку, принялся рвать её когтями — бессмысленно, отчаянно. Посыпались обломки мрамора, брызнула искра от когтей о чугун.

 

— Скугга! — Уриил схватил его за загривок, еле увернувшись от слепого удара лапой. — Стой! Портал закрыт!

 

Оборотень не слышал. Или не хотел слышать. Он продолжал кромсать камень, и Уриил с ужасом понял, что тот сейчас просто разнесёт себе лапы в кровавое месиво.

 

— Андрас!

 

Демон возник в дверном проёме — всё ещё в боевой форме, с окровавленными когтями. Позади него в коридоре виднелись неподвижные тела — с охраной он разобрался. Вдвоём они навалились на обезумевшего оборотня, оттаскивая его от камина. Скугга рычал, вырывался, но силы были неравны.

 

— Всё, — выдохнул Уриил, когда телохранитель наконец обмяк у них в руках. — Всё, Ску. Они ушли.

 

Оборотень медленно перетекал обратно в человеческую форму — шерсть втягивалась под кожу, морда укорачивалась. Через минуту на полу среди обломков мрамора сидел голый человек с окровавленными руками и совершенно пустыми глазами.

 

— Куда? — голос Скугги был хриплым, надтреснутым. — Куда они ушли?

 

Уриил посмотрел на почерневший камин. Остаточная магия ещё покалывала кожу, но сам портал исчез бесследно. Ни координат, ни следа, ни малейшей зацепки.

 

— Без понятия, — признал он. — Но у нас есть кое-кто, кто может знать.

 

В дверном проёме появился Фаддиль — без Рагуила на плече, но с характерными следами земли на одежде.

 

— Груз в безопасности, — коротко доложил он. — Оставил в кустах за оградой. Лаэф сторожит.

 

— Надеюсь, этот засранец окажется разговорчивым, — мрачно подытожил Уриил.

 

***

 

Успокоив Скуггу и убедившись, что тот хотя бы на время оставил попытки разобрать дом по камню в надежде добраться до Ани, Уриил ещё какое-то время бродил по залу, делая вид, что осматривает помещение.

 

Впрочем, довольно быстро стало ясно, что это пустая трата времени. Эвакуация из поместья началась не сегодня и не вчера, и солдаты Мнишека позаботились о том, чтобы не оставить после себя ничего, кроме мусора и бесполезного медицинского хлама.

 

Пару минут поковырявшись в перевёрнутых ящиках и разбросанных биксах, ангел сдался и направился к выходу. Снаружи уже слышались первые отголоски сирен — далёкие, но стремительно приближающиеся и намекающие на то, что их уединению осталось длиться считанные минуты.

 

У крыльца его ждали остальные. Скугга сидел прямо на ступенях, уставившись в землю.

 

— Время вышло, — резонно заметил Фаддиль, выходя на улицу и сразу направляясь к кустам за оградой, где Лаэф сторожил их бессознательную добычу. — Нужно уходить.

 

— Секунду. — Андрас подхватил валявшийся рядом вещмешок Скугги и швырнул его оборотню. — Одевайся. Голый мужик посреди Белгравии — это даже для Лондона перебор. По крайней мере для буднего дня.

 

Скугга поймал мешок на автомате, но так и остался сидеть, глядя в одну точку.

 

Уриил чертыхнулся, присел рядом и сам полез ковыряться в вещах оборотня.

 

— Давай, большой парень. Руки вверх. — Он натянул на телохранителя футболку, как на ребёнка. — Теперь штаны. Ноги. Вот так. Отлично. Ботинки потом.

 

Скугга подчинялся молча, механически. Уриил старался не встречаться с ним взглядом.

 

Сирены были уже совсем близко.

 

— Камень? — Андрас вопросительно глянул на Лаэфа.

 

— Да, конечно, эссе. — Эльф уже сжимал в руке тускло мерцающий путевой камень, протягивая его демону. — Рад, что он мне не пригодился.

 

Они быстро сгрудились вокруг Андраса. Фаддиль поддерживал Скуггу под плечо, Уриил волок подобранные папки, Лаэф тащил бессознательного Рагуила, перехватив эстафету у своего соплеменника. Ангел весил немного, но артефактор всё равно кряхтел под его весом.

 

— Готовы? — бросил демон.

 

Ответить никто не успел. Камень в его ладони вспыхнул ровно в тот момент, когда из-за угла вынырнули первые полицейские машины.

 

Портал схлопнулся за их спинами с мягким, почти извиняющимся хлопком.

 

Они вывалились в коридор дома Алексея гурьбой, задевая стены, мебель и друг друга. Чуть придя в себя, ангел практически на автопилоте принялся сканировать окружающее пространство, пытаясь убедиться, что во время их отсутствия дом и прилегающая территория не пополнились новыми непрошенными жильцами.

 

— Чисто — коротко констатировал Андрас, закончив проверять окна.

 

— Да, — Уриил наконец выдохнул и огляделся. — А значит первый вопрос нашей викторины: куда, мать его, мы денем этого?

 

Он кивнул на бессознательного Рагуила, которого Лаэф сгрузил на пол у стены. Ангел лежал неудобно, с вывернутой рукой и галстуком, съехавшим почти на ухо, и выглядел при этом до смешного буднично.

 

— В кладовку? — без особого энтузиазма предложил демон. — Или в туалет.

 

— И смыть, — хмуро пошутил Уриил. — Нет уж, такой засор ни одна кислота не возьмет.

 

Фаддиль, до этого молчавший, чуть склонил голову.

 

— Альков.

 

Уриил моргнул.

 

— Погоди-ка… Тот самый, который вы делали для Зорки?

 

Ангел попытался воскресить в голове события полугодовой давности. Тогда-то они еще наивно предполагали, что им удастся без последствий проникнуть в Эдем, похитив оттуда обезумевшего бога весны. Впрочем, и об истинной природе Зорки, и о том, что все пойдет совсем не по их плану, никто тогда еще не знал.

 

— Именно. — Эльф уже подхватывал Рагуила под плечи. — Дерево закончило рост, клетка установлена. Магией он там пользоваться не сможет, физически выбраться — тоже. Для допроса — идеальное место.

 

— Экологически чистая тюрьма с нулевым углеродным следом, — фыркнул Уриил. — Он нам еще денег за проживание будет должен. Мне нравится.

 

— Я вернусь быстро, — добавил Фаддиль, уже направляясь к задней двери. — Лаэф?

 

— Я займусь защитой дома, — эльф мотнул головой. — Артефакты, которые я устанавливал, почти сели. Мне нужно всё перезарядить, иначе в следующий раз сюда войдут без стука.

 

— Делай, — кивнул Андрас. — Только далеко не уходи на всякий случай.

 

Лаэф коротко кивнул, исчезая в коридоре, следом выдвинулся Фаддиль, унося Рагуила так, словно тот был мешком с картошкой.

 

В доме наконец стало тихо. Скуггу общими усилиями переместили на диван в гостиной. Мужчина сидел неподвижно, ссутулившись, глядя в одну точку, словно ничего не изменилось, а их вылазка в Лондон им всем попросту привиделась. Андрас лишь молча сунул ему в руки кружку с водой. Тот не отказался, но и не поблагодарил. Уриил с трудом удержался от предложения включить над телохранителем лампочку, чтобы у того начался процесс фотосинтеза, но удержался, посчитав, что не каждому подойдет его клоунский способ борьбы со стрессом и всем тем дерьмом, которым не уставала поливать их вселенная.

 

Постояв в гостиной пару секунд, он собирался было что-то сказать, но в конце концов махнул рукой и ушёл на кухню.

 

Там он и застал Андраса — демон уже разложил папки на столе и методично листал документы, отбрасывая одни и задерживаясь на других. Свет под вытяжкой делал его лицо резким и усталым, почти чужим.

 

Листал бумаги он долго. Слишком долго, если бы кто-то спросил мнения ангела.

 

Он не читал их подряд — скорее перебирал, откладывал, возвращался, делал пометки на полях ногтем, будто сам себе пытался объяснить, что именно он видит. В какой-то момент он даже встал и некоторое время ходил по кухне до тех пор, пока у Уриила не начало рябить в глазах.

 

Прерывать метания напарника ангел не рискнул, внутренне догадываясь, что Андрас давно уже понял смысл найденных ими документов, а таким образом всего лишь пытался отсрочить момент предстоящего разговора с напарником. Уриила подобное обращение с ним как со слегка взрывоопасной писаной торбой льстило и раздражало одновременно, и он какое-то время провел, прислонившись плечом к холодильнику и занимаясь увлекательным процессом самокопания, пытаясь разобраться, какое именно из этих двух крайностей в нем побеждает. О том, что же именно планирует сообщить ему демон, Уриил старался не думать из принципа.

 

— Это не бухгалтерия, — наконец произнес Андрас, снова усевшись за стол, не поднимая головы.

 

— Я уже догадался, — сухо отозвался Уриил. — Ты так обычно не зависаешь над налоговыми отчётами.

 

Андрас кивнул, словно соглашаясь с самим собой.

 

— Я просто пытаюсь понять, как он это сделал, — добавил он после паузы. — Это даже концептуально на грани возможного...

 

— Сейчас не понял, — признался ангел.

 

Демон перевернул ещё одну страницу.

 

— Это не чистый енохианский. Помнишь, я рассказывал тебе про договор, с помощью которого демоны заключают свои сделки со смертными, и оригинал которого есть только у Владыки?

 

Уриил выпрямился.

 

— Да, припоминаю. И?

 

— Эти бумаги по структуре — точная копия Договора. Те же формулы, те же привязки и, если хочешь, юридическая составляющая. Хотя, где те демоны, которые его когда-то придумали, и где юриспруденция?

 

— Ты долго будешь из себя маркитантскую лодку изображать? — взвился ангел, — Переходи уже к сути!

 

Андрас наконец поднял взгляд.

 

— Суть в том, что подписавший этот договор обязуется по первому требованию бенефициара передать тому в вечное пользование собственную душу.

 

В комнате стало ощутимо тише.

 

— И кто… — медленно сказал Уриил, чувствуя, как у него из-под ног уходит земля, — Этот самый бенефициар?

 

Демон помедлил. Очень недолго — но достаточно, чтобы это заметили оба.

 

— Рафаил.

 

Скугга, до сих пор не принимавший никакого участия в их диалоге, резко поднял голову.

 

— Что? — хрипло вырвалось у него.

 

Андрас кивнул, не глядя на него. Уриил дернулся, словно его ударили. Хватанул ртом воздух, после чего резко развернулся и вышел в коридор.

 

Через секунду хлопнула входная дверь.

 

— Мне стоит сходить за ним, — Андрас встал из-за стола, но помедлил, с сомнением глядя на телохранителя.

 

Скугга дернул плечами:

 

— Иди, я никуда не денусь.

 

Успокоенный подобным ответом, демон направился к двери.

 

— Я быстро.

 

Ангел обнаружился снаружи дома — стоял с закрытыми глазами, прислонившись спиной к холодной стене и упираясь затылком в шершавую штукатурку. Уриил рвано дышал, сжимая и разжимая кулаки и никак не отреагировал, когда Андрас притянул его к себе, обнимая — только пальцы на секунду вцепились в куртку демона и тут же ослабли. Тело Ури казалось ледяным и одеревеневшим.

 

В таком положении они провели какое-то время, после чего демон наконец рискнул прервать молчание:

 

— Ты в порядке? — задавая этот вопрос, он надеялся вывести напарника хоть на какие-то эмоции. По крайней мере про орущего и швыряющего во всех вокруг тарелки ангела можно было бы заключить, что он жив и умеренно здоров, пускай и слегка недоволен устройством мироздания. С Уриилом в его нынешнем состоянии подобного сказать было нельзя.

 

— Я нихуя не порядке, Андри, — наконец раздался глухой голос ангела откуда-то из подмышки, — Эта тварь... Нет, я знал, что с нашим блядским родом все плохо, но настолько? Что он им пообещал? Вечную жизнь, бабки, исцеление, что?

 

— Ничего, — демон покачал головой. — Это необычные договоры, даже если не брать в расчёт, что Рафаил — архангел. Он ничего не предлагал им взамен.

 

— В смысле — ничего?

 

— А вот так. — Андрас нервно переступил с ноги на ногу, — По всем этим сделкам выходит, что куча народу добровольно и с большим энтузиазмом отдала свои бессмертные души в пользование Рафаилу, не ожидая ничего взамен. Полагаю, здесь ему пригодился тот самый препарат, вызывающий религиозный экстаз.

 

— Просто, блять, чудесно! — судя по всему, Уриил уже начал постепенно выходить из первоначального ступора, стремительно ударяясь в другую крайность — желание кого-нибудь придушить.

 

Андрас же продолжал.

 

— Это не все...

 

— Ну, добивай. Что там ещё? В свободное от скупки душ оптом время старина Рафи топил котят, закусывая христианскими младенцами?

 

— Я понял принцип работы защиты, из-за которой ты не видел Мнишека и некоторых других солдат из его отряда, — Медленно проговорил демон, на ходу подводя итоги своих изысканий. Кое-где его выводы были, на его собственный взгляд, довольно поверхностны, но лучших у них все равно не было. — Подозреваю, что это не совсем защита. Скорее, в некотором роде юридическая неопределенность.

 

— Это как?

 

— Понимаешь, магия, особенно та, что стоит за договорами — это овеществленная формальность, состоящая из целой серии формулировок, которые надо произнести, и ритуалов, которые следует совершить. Думаю, в данном случае владелец душ этих людей уже посчитал договор исполненным, но еще не взял с них обещанную плату.

 

— И что это означает для них?

 

— Фактически они мертвы.

 

— Но они же ходят.

 

— Ходят. Едят. Говорят. Ровно до тех пор, пока вторая сторона договора считает это целесообразным. И прекратить это можно в любой момент. Конечная стадия такого положения — Ямпольский. Магия на таких существ тоже почти не действует, кстати, если только речь не про некромантию. В них ведь уже почти нет ничего живого.

 

Шаги Фаддиля Андрас услышал раньше, чем увидел его самого, что явно демонстрировало — тот заранее давал знать о своем появлении.

 

Эльф вышел из-за угла дома неспешно, будто никуда и не торопился, но по тому, как он сразу окинул взглядом двор, стало ясно — он уже всё понял. Фаддиль задержал взгляд на ангеле на секунду дольше, чем требовалось для обыкновенного досужего интереса.

 

— Ангел пришел в себя, — сказал он, снимая перчатки. — Альков работает — конструкция выдержит любой магический выброс. А заодно не даст ему сбежать, когда очнётся.

 

— А если попробует? — поинтересовался из своего укрытия Уриил.

 

— Дерево поглотит всю энергию, которую он попытается использовать. — В голосе Фаддиля скользнуло что-то похожее на мрачное удовлетворение. — Физически же... Вряд ли он представляет угрозу.

 

Андрас не повернулся. Только плечи чуть напряглись.

 

— И? — спросил он.

 

Фаддиль пожал плечами — жест, явно позаимствованный им у Андраса.

 

— Говорить отказывается, — в конце концов отозвался он. — Но сознание ясное.

 

— Да ну? — усмехнулся Уриил. — Рукопожатие предлагал? С документами работать не лез?

 

— Мне сложно сказать, о чем идет речь, — медленно протянул эльф. — Но сотрудничать добровольно он не собирается, насколько я могу судить.

 

Уриил медленно улыбнулся.

 

Глаза его вспыхнули красным.

 

— Это он зря, — произнёс он спокойно. — Я бы на его месте говорил без остановки. Пока меня собственными кишками не задушили.

 

Фаддиль промолчал, затем перевёл взгляд на Андраса.

 

— Я так понимаю, ты хочешь, чтобы я остался поблизости?

 

— Мы справимся, — покачал головой демон. — Лучше присмотри за Скуггой. Он сейчас не в том состоянии, чтобы оставлять его одного надолго, а из Лаэфа вряд ли выйдет хороший психотерапевт для оборотня — прочности черепа не хватит.

 

Эльф нахмурился.

 

— Насколько плохо?

 

Андрас развел руками. Фаддиль понятливо кивнул в ответ.

 

— Понял, присмотрю, — сказал он. — Дам знать, если что-то изменится.

 

***

 

Альков встретил их запахом свежей хвои и тихим шелестом листвы. С того момента, как Уриил в последний раз видел результат ботанических экспериментов Фаддиля, выращенный им дуб вымахал в размерах раза в три, став похожим на баобаб с разбухшей центральной частью, в которой при должном старании можно было бы соорудить просторную однокомнатную избушку.

 

Само дерево теперь возвышалось над поляной тёмной громадой, раскинув ветви так широко, что под ними образовался настоящий шатёр. В проёме ствола, опутанная корнями и молодыми побегами, темнела клетка из арматуры — грубая, успевшая заржаветь и покрыться грязными рыжими потёками.

 

Внутри клетки, скорчившись на старом, сложенном в несколько раз для имитации некоего подобия комфорта полосатом матрасе, сидел Рагуил.

 

Референт Рафаила выглядел... жалко. Действие парализующего артефакта уже прекратилось, но пленный ангел вёл себя так, словно не испытывал ни малейшего интереса к происходящему вокруг. Костюм его был измят и порван в нескольких местах, галстук где-то потерялся, волосы торчали во все стороны. Обхватив себя руками, Рагуил едва заметно раскачивался из стороны в сторону, смотря куда-то сквозь пространство и никак не реагируя на появление напарников.

 

— М-да, або больной, або подлюка… — констатировал Уриил, со смешанными чувствами глядя на своего собрата и, когда-то в прошлом, коллегу. — Ну что, припадочный, лясы точить будем? Сразу предупреждаю, шаг влево-вправо приравнивается к побегу, прыжок на месте — к попытке улететь! Можешь начинать исповедь.

 

Рагуил медленно поднял голову. На его лице не было страха — только холодное, брезгливое презрение.

 

— Исповедь? — тихо переспросил он. — Ты слишком многое на себя берёшь, Уриэль. Или твой хозяин не научил тебя манерам?

 

Его взгляд — оценивающий и полный отвращения — скользнул по Андрасу.

 

— Хотя чего ждать от демонской шлюхи.

 

— О, оно разговаривает, — хмыкнул Уриил. — И сразу переходит к личным оскорблениям. Я польщён.

 

— Это не оскорбление. Всего лишь констатация очевидного. — Рагуил чуть подался вперёд. — Ты — отродье! Ты пал не потому, что был недостоин или обманут. Ты выбрал это сам. И теперь ищешь оправдания, пытаясь очернить тех, кто остался верен.

 

— То есть содеянное мной делает меня отродьем, а чем тогда содеянное вами делает тебя? — Голос Уриила стал тише, но от этого только страшнее. — Вы, блять, светлые и невинные, договора на души заключаете!

 

От произнесенных слов голова Рагуила дернулась, как от пощечины. Видя, что попал в чувствительную точку, Ури решил усилить напор.

 

— Что, не нравится? Может рискнешь теперь обменять мои косяки на свою мелочишку? Я даже представить не могу, что такого Рафаил должен был рассказать тебе и самому себе, чтобы оправдать подобное. К черту крылья, у всех вас уже рога должны расти от головы до задницы! Не в обиду присутствующим.

 

Что-то мелькнуло в глазах Рагуила. Быстро — но оба напарника это заметили.

 

— Это было необходимо, — отрезал он. — Замысел Мастера важнее любого из нас. Наше мнение не играет никакой роли.

 

— Трогательно. — Уриил присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с пленником. — Нефилимы-камикадзе, похищение детей — это все тоже «необходимость»?

 

— Да, — монотонно отозвался Рагуил, — Мы предотвращали куда более серьёзные последствия, чем страдания отдельных… особей. Ты, как всегда, смотришь на мир слишком узко. Это было твоей проблемой во время первой войны, Уриэль, остается ею и сейчас. Ты цепляешься за детали и упускаешь суть.

 

— Детали? — Уриил усмехнулся. — Гора трупов в Генуе — это детали? Мумия Ямпольского — тоже?

 

— Досадные потери. Но неизбежные...

 

— Повтори, — голосом ангела можно было дробить камни, и Андрас, старавшийся все время допроса не вмешиваться, начал резонно опасаться, что Рагуил до его окончания попросту не доживет.

 

— Мир меняется, — пленный пожал плечами. — Ангелы всегда были в меньшинстве, но сейчас нам попросту нечего противопоставить новой надвигающейся войне. Кто, по-твоему, может ее остановить? Ты? Центр, находящийся под влиянием таких же выродков?

 

— А дети? — тихо спросил Уриил. — Тоже «потери»?

 

Пауза. Всего секунда — но достаточно.

 

— Нефилимы нестабильны, — произнёс Рагуил чуть медленнее. — Их существование само по себе — риск.

 

— Они дети! И не были нихрена ни в чем замешаны, пока вы сами к ним не полезли! — рявкнул Уриил. — Ты вообще себя слышишь?!

 

— Я слышу истерику падшего, — холодно парировал Рагуил. — Ты всегда был слишком эмоционален, но даже ты не можешь не замечать, что происходит, Уриэль! Мы вот-вот потеряем человечество, отдав его в лапы тварям, которых ты по недомыслию считаешь друзьями, и одного из которых взял себе в любовники! — последнее слово референт выплюнул так, словно оно жгло ему рот. — И твоё предательство — лишь малая часть того, чему нам приходится противостоять! Нас медленно, но верно истребляют, и мы должны иметь возможность ответить! Те, кто не готов принять это, всё равно будут раздавлены. Мы лишь выбираем — как именно. Или тебе напомнить Шарлеруа?

 

— Не смей...

 

— Тридцать погибших, — продолжил референт с видимым удовольствием. — И это только наши, не считая смертных. Потому что кое-кто считал, что его чувства важнее приказов. А потом ещё удивлялся, почему его отстранили от командования.

 

— Заткнись.

 

— Правда колет глаза? — Рагуил откинулся назад, упираясь спиной в прутья. — Ты всегда был таким. Громкий, яркий, уверенный в собственной правоте. И абсолютно неспособный видеть дальше собственного носа.

 

— Зато ты, конечно, видишь, — процедил Уриил. Глаза его начали наливаться красным. — И что же ты видишь из своей клетки, а? Как твой драгоценный Мастер бросил тебя здесь гнить?

 

— Он не...

 

— Он ведь знал, что тебя схватят?

 

В алькове повисла пауза. Андрас, напряжённо следивший за состоянием напарника, лишь отстранённо наблюдал, как у того сжимаются и разжимаются кулаки, готовясь в любой момент вмешаться и прервать допрос, который уже давно превратился в чемпионат по взаимным упрёкам и перечислению обид, список которых был длиной в несколько веков.

 

Демон смутно помнил, о каком эпизоде упомянул Рагуил — одна из бесчисленных стычек во время Первой Мировой. Тогда демоны и впрямь выступали на стороне Центральных держав, пытаясь использовать человеческую бойню для расширения собственного влияния. Ангелы, разумеется, поддерживали Антанту. А где-то между ними, в бельгийском городке с непроизносимым названием, Уриил получил приказ удерживать переправу — и вместо этого бросился вытаскивать из-под обстрела колонну беженцев. Переправу взяли. Беженцев накрыло шальным снарядом. Уриил же потерял треть отряда, пытаясь исправить то, что исправить было уже невозможно.

 

Андрас никогда не спрашивал напарника об этом напрямую, равно как и о многих других эпизодах, недостатка которых не испытывала и его собственная биография. Но по тому, как ангел вздрагивал при любом упоминании той истории, было ясно — эта рана так и не зажила.

 

— У Мастера есть приоритеты.

 

— И ты в них не вошел, — Уриил встал, отряхивая колени. — Как Ямпольский. Как нефилимы. Как и все остальные, кого он использовал и выбросил как ненужный инвентарь!

 

— Лучше быть инструментом Света, — Рагуил оскалился, — чем подстилкой Тьмы. Ты ведь этого всегда боялся, Уриэль. Быть ненужным. Никому не нужным. Поэтому и сбежал к первому демону, который обратил на тебя внимание.

 

Андрас шагнул вперёд, но Уриил остановил его жестом.

 

— Рагуил, — сказал он почти мягко. — Он тебя не спасёт. Ты ему не нужен.

 

Что-то треснуло в лице референта. На секунду — всего на одно мгновение — он выглядел не фанатиком, а просто уставшим, испуганным ангелом в грязном деловом костюме.

 

— Я служил верно, — сказал он тихо. — Я никогда не сомневался. Никогда не...

 

И тут же — словно кто-то щёлкнул выключателем — взгляд его снова затвердел.

 

— Нет. Нет, это ты пытаешься меня сломать. Грязные наветы, ложь, манипуляции. — Он вцепился в прутья решётки. — Я знаю, кто ты. Знаю, зачем ты здесь.

 

— Рагуил...

 

— Молчи! — референт оскалился. — Ошибаешься, отродье! Мастер куда ближе, чем ты думаешь! Ты думал, магическая клетка сможет ему помешать?!

 

Он раскинул руки в стороны, задирая голову так, что чуть не свернул себе шею.

 

— Я, Рагуил, верный слуга и вечный раб, вверяю свою душу своему единственному Мастеру Рафаилу, которому верен разумом и телом, в жизни и в смерти, отныне и навеки!

 

Воздух в алькове изменился. Уриил почувствовал это раньше, чем увидел — волна чужой силы, проламывающая защиту дерева как картонную стену.

 

— Невежливо похищать чужих слуг, Уриэль! — раздался громовой голос, заставив ангела похолодеть. Слова прозвучали как будто из ниоткуда и одновременно отовсюду сразу.

 

Тело Рагуила дёрнулось. Кожа на его лице начала темнеть, обугливаться.

 

— Уходим! — заорал Андрас.

 

Демон схватил Уриила поперёк туловища и швырнул к выходу. Сам прыгнул следом, уже в воздухе выпуская когти и рога.

 

За их спинами тело Рагуила вспыхнуло белым светом и начало схлопываться в одну ослепительную точку.

 

Дерево застонало, пытаясь противостоять чьей-то чудовищной воле. Развешанные вокруг поляны артефакты Лаэфа разом вспыхнули, не выдержав натиска.

 

А потом альков взорвался.

 

Ударная волна подхватила напарников и швырнула их через всю поляну. Уриил врезался спиной в какое-то дерево, услышал хруст — не понял, своих костей или чужих веток — и сполз на землю, хватая ртом воздух.

 

Там, где секунду назад стоял альков, теперь зияла дымящаяся воронка. От дуба Фаддиля осталось только почерневшее основание ствола, торчащее из земли обугленным пнём.

 

Клетки не было. Рагуила тоже.

 

Только в воздухе ещё звенело эхо громового голоса — и запах горелой плоти, смешанный с хвоей.

 

— Бля... — выдохнул Уриил, с трудом поднимаясь на ноги. — Это что сейчас было?

 

Андрас уже стоял рядом — помятый, но целый. Демон смотрел на воронку с выражением, которое Уриил видел у него нечасто.

 

Это был страх.

 

— Это, — медленно сказал он, — был Рафаил. И он только что забрал то, что принадлежало ему по праву.

 

***

 

Первым на поляне возникла фигура Лаэфа.

 

Молодой эльф выскочил из-за деревьев с таким видом, будто за ним гналась стая голодных волков. Глаза его были расширены от ужаса, а руки тряслись и были вытянуты перед собой, словно он пытался удержать что-то невидимое.

 

— Что... что это было? — выдохнул он, переводя взгляд с дымящейся воронки на Андраса и обратно. — Я почувствовал... Амулеты... они просто...

 

— Сгорели, — закончил за него демон, поднимаясь с земли. — Знаю. Мы тоже это видели.

 

— Нет, вы не понимаете! — Лаэф схватился за голову. — Я пытался их перезарядить, и вдруг — словно кто-то ударил меня изнутри черепа! Такой силы... такой силы я не чувствовал никогда!

 

Следом из темноты вынырнули Фаддиль и Скугга. Бывший Мастер Руки двигался бесшумно, как тень, вооруженный видавшим виды кухонным ножом, от многолетней плохой заточки ставшим похожим на кривой турецкий ятаган и очевидно позаимствованным эльфом из шашлычного набора Алексея. Оборотень же выглядел так, словно только что очнулся от кошмара — бледный, с лихорадочно блестящими глазами.

 

— Эссе, — Фаддиль мгновенно оценил обстановку: воронку, обугленный пень, отсутствие пленника. — Альков...

 

— Уничтожен, — кивнул Андрас. — Вместе с нашим гостем. Точнее, гость уничтожил его сам. Нужно уходить.

 

— Куда? — хрипло спросил Скугга. Его взгляд был прикован к воронке.

 

— В дом. Для начала.

 

***

 

Кухня Алексея, ещё недавно казавшаяся уютной, теперь напоминала штаб осаждённой крепости. Уриил сидел на табурете, прижимая к рёбрам пакет со льдом — при падении он всё-таки что-то себе отбил. Андрас мерил шагами пространство между столом и холодильником. Фаддиль застыл у окна, вглядываясь в темноту. Лаэф нервно крутил в пальцах какую-то безделушку — судя по слабому мерцанию, последний уцелевший артефакт. Скугга же сидел неподвижно, уставившись в одну точку.

 

— Я не знаю, что это было, эссе, — первым нарушил молчание Фаддиль, — но здесь нам оставаться нельзя.

 

— Согласен, — Лаэф устало поднял голову. — К сожалению, бо́льшая часть моих сил ушла на то, чтобы скрыть сам факт разрушения алькова. Почти все защитные амулеты сгорели или разрядились. Если будет следующая атака, я окажусь бесполезен.

 

— Не переживай, — Андрас остановился, положив руку на плечо эльфа. — Пока что ты был полезнее всех нас вместе взятых.

 

— Но мог бы и предупредить, — проворчал Уриил, морщась от боли, — что эта ваша эльфийская магия срабатывает раз через раз каждого тридцатого февраля любого прошлого года!

 

— Магия алькова тут ни при чём, — покачал головой Андрас. — Она защищает от магических выбросов изнутри, но никак не способна противостоять воздействию извне. Ты же слышал формулу, которую произнёс Рагуил?

 

— Ну да, что-то такое он там нёс. «Раб божий, отныне и во веки»... Это что-то значило?

 

— Да. В этот момент он фактически передал свою душу в распоряжение Рафаила. А тот этим воспользовался и выдернул своего сообщника из ловушки. Контракт на душу — это не просто бумажка. Это прямой канал связи между владельцем и... имуществом.

 

— Вот же скользкий уёбок! — Уриил в сердцах швырнул пакет со льдом на стол. — И что ты предлагаешь?

 

— Сваливать. Здесь нам оставаться точно нельзя, а времени на построение планов почти не осталось. Предлагаю переместиться на базу Таможни и с помощью их ресурсов попытаться отыскать местоположение Ани.

 

— Я знаю, где она.

 

Все головы повернулись к Скугге. Оборотень по-прежнему смотрел в одну точку, но голос его был твёрдым, и сам телохранитель выглядел куда более собранным и решительным, чем после их неудачной вылазки в Лондон.

 

— Чувствую…

 

— И в какой момент ты планировал нам об этом сообщить? — Уриил приподнял бровь.

 

— Мне нужно было время, чтобы разобраться. — Скугга наконец поднял взгляд. — Когда раздался взрыв, ощущение присутствия Ани стало сильнее. Как тогда, рядом с порталом в доме Ямпольского.

 

— Тебя из-за него перемкнуло? — тихо спросил Андрас.

 

— Да. — Оборотень сглотнул. — Я почувствовал, что она рядом и... не сдержался. В обороте противостоять инстинктам бывает сложно. Простите.

 

— Не за что извиняться, — Фаддиль отвернулся от окна. — Ты хотя бы знаешь направление?

 

— Эдем. Она в Эдеме. — Великан махнул рукой, — Иногда мне кажется, что я вот-вот смогу увидеть помещение, в котором ее держат. Видимо, Ураг был прав, и наша связь становится сильнее.

 

Повисла тишина.

 

— Ну охренеть теперь, — подвёл итог Уриил. — Рафаил прячет похищенную девчонку в ангельском раю. Символично, блядь.

 

— Нам нужно связаться с Бенуа, — сказал Андрас.

 

— Нет.

 

Скугга поднялся. В его глазах плескалось что-то тёмное.

 

— Локи... Я не доверяю ему. Не после всего.

 

— Ску, — Андрас шагнул к нему, — я понимаю. Но...

 

— Он использует людей. Всегда использовал. — Оборотень качнул головой. — Что если Алессандра для него — просто очередная разменная фигура на доске?

 

— Она и есть фигура, — неожиданно вмешался Фаддиль. Все повернулись к эльфу. — Для всех нас. Вопрос лишь в том, кто играет на её стороне. — Он помолчал. — Я не так давно знаю Локи и не могу судить о его намерениях. Но то существо, которое вы называете Рафаилом... от него вреда для девочки будет гарантированно больше. Мы все это видели.

 

— К тому же, — добавил Андрас, — сами мы в Эдем попасть не сможем. Портал в доме Ямпольского заблокирован и наверняка под наблюдением.

 

— А тот, которым мы перемещались в прошлый раз? — предложил Уриил.

 

— Нет, — Андрас покачал головой. — Он был нестабилен даже при первом перемещении, а нас тогда было всего двое. К тому же, какова вероятность, что Рафаилу о нем неизвестно, и он не обложил взрывчаткой точку выхода?

 

— Резонно. Ну что, тогда предлагаю обрадовать Бенуа нашими достижениями, — хмуро фыркнул ангел, — На тропу, вымощенную желтым кирпичом, мы уже ступили, а значит самое время переться к Гудвину клянчить мозги.

 

Скугга долго молчал. Потом медленно кивнул.

 

— Звони.

 

***

 

Бенуа ответил после третьего гудка.

 

— Уриил? — голос француза звучал настороженно. — Наконец-то! Есть какие-то новости?

 

— Все! — Уриил нервно хихикнул, чуть не роняя на стол трубку и с третьего раза попав по кнопке громкой связи. — Ямпольский мертв уже пару суток, Мнишек в бегах — свалил в Эдем через портал вместе со всем своим отрядом, завалив за собой проход. Мы захватили референта Рафаила, который эээ… самоликвидировался прямо в процессе допроса при непосредственном участии своего начальника.

 

— Bordel de merde! — пораженно выпалил Лефевр, очевидно деморализованный подобными новостями, — Это все?

 

— Ну, почти… — с обреченной радостью в голосе отозвался Уриил, — Выяснилось, что Рафаил все это время был сильно занят тем, что заключал сделки на души своих подчиненных, Алессандра тоже где-то там и скорее всего скоро станет новой Ипостасью, а всем нам нужна срочная эвакуация куда-нибудь к чертовой матери подальше отсюда.

 

Бенуа какое-то время молчал. Понять, что француз все еще был на связи, можно было лишь по его сбившемуся дыханию, доносившемуся из динамика.

 

— Это все… — наконец произнёс он. — Очень серьёзно.

 

— А мы-то и не заметили! — Уриил подался вперёд. — Эта сволочь превратила ангельскую магию в какое-то демоническое дерьмо! Без обид, Андри.

 

— Никаких.

 

— Мне понадобится время, — сказал Бенуа. — И помощь для организации переброски. Вы уверены насчёт Эдема?

 

— Скугга уверен, — ответил Андрас. — Причин не доверять его чутью у нас нет.

 

— Согласен. Оставайтесь на связи. Перезвоню через пятнадцать минут.

 

Связь оборвалась.

 

Пятнадцать минут растянулись для них в вечность. Уриил затеял было собирать вещи, но всех его сил хватило лишь на то, чтобы бездумно переставить с места на место несколько тарелок, после чего ангел тупо сел на стул и замер, не шевелясь и вторя Скугге, который вновь превратился в каменного истукана. Лаэф нервно перебирал содержимое своей сумки, бормоча что-то о «недостаточном запасе компонентов».

 

Телефон зазвонил ровно через четырнадцать минут.

 

— Уриил, — голос Бенуа был напряженным и звучал очень сухо. — Я… посчитал необходимым обратиться за помощью к Фредерику Уорвику. Он займётся организацией вашей переброски.

 

— Добрый вечер, господа шпионы и заговорщики! — в трубке раздался знакомый насмешливый голос главного мага Таможни. — Или уже ночь? Я, признаться, потерял счёт времени. Итак, насколько я понял, вашим пригоревшим задницам требуется экспресс-доставка в нашу достославную обитель?

 

— Именно так, — подтвердил Андрас.

 

— Чудесно. Прикажете сразу доставить вас на ковер к боссу или возьмете пару минут на то, чтобы морально подготовиться, справить все свои земные дела, выпить по чашечке цианида?

 

— Эссе чародей, — чуть резко, чем обычно, вклинился в разговор Фаддиль, — А вам не приходило в голову…

 

— Копье! — рявкнул Уриил, перехватывая трубку, — Уорвик, ты когда молчишь, тебя приятно слушать! Мы на даче под Москвой. Координаты...

 

— Не напрягайся, я уже отследил сигнал. — В голосе Уорвика послышалось веселье. — Плюсы работы на параноика с неограниченным бюджетом. Будьте готовы через семь минут. И советую одеться потеплее — переходы через мои порталы имеют свойство... бодрить.

 

Связь снова оборвалась.

 

— Семь минут, — повторил Уриил. — Хватит на то, чтобы найти у Лехи в аптечке заначку со спиртом. Иначе я этого клоуна по прибытии придушу!

 

— Побереги силы, они тебе понадобятся, когда дело дойдет до Локи, — Андрас уже направлялся к выходу. — Берите только самое необходимое. Через пять минут встречаемся во дворе.