Крестный сын

- О, рыжий! – окликнул его смутно знакомый голос. Катце обернулся и увидел, как к нему, через просторный холл Эос, с радостной улыбкой спешит стильно одетый фурнитур, - Я уж и не надеялся, что встречу кого-нибудь из нашего выпуска! Сколько лет прошло! - Два года, - машинально ответил фурнитур Консула, пытаясь опознать говорящего. - Не узнал? – проницательно заметил подошедший юноша, - А ведь мы с тобой шесть лет одну комнату делили. Забыл уже, как жаловался, что я тебе все уши прожужжал всякой модной ерундой. А я вот не забыл, как ты все ночи за терминалом проводил и свет монитора мне спать не давал, - и он засмеялся. Сочетание этих слов и выпендрежный вид формы мальчишки – Орфей даже своих фурнитуров одевал, как на парад, сделали свое дело и до Катце наконец дошло. Но только он открыл рот, чтобы поприветствовать старого приятеля, как сообразил, что не знает, как его теперь зовут. - Чезаре, - улыбнулся юноша, поняв его замешательство. Рыжий улыбнулся: - Что хозяин назвал? - Разумеется. В первый же день. - Господин Зави в своем репертуаре, - покачал головой рыжий, - Ничего нормально сделать не может, все с вывертами. - Мой господин просто ценит прекрасное во всем, - с нарочитым пафосом ответил его приятель, - Кстати, а тебя как сейчас зовут? - Катце. - Странное имя, - протянул Чезаре, - но красивое. И тебе идет. Рыжий не стал распространятся на тему, что это вообще не имя, а название животного. - Имя как имя… Слушай, а ты прекрасно выглядишь, - Катце решил, пока не поздно, перевести стрелки разговора, - я тебя и не признал сразу. Помнишь, как ты все переживал, что внешность у тебя не очень? А теперь просто картинка. - Это все господин Зави. Он умеет определять стиль и, мне кажется, сумеет сделать конфетку даже из самого невзрачного существа. - Да уж, - буркнул Катце. - Что такое? - Между прочим, вот этими вот патлами, - рыжий дернул себя за длинную прядь, падающую на лоб, - я обязан твоему хозяину. - Это как это? – заинтересовался Чезаре. Катце коротко рассказал и, в конце, добавил: - Как только закончится контракт – первый делом побегу в парикмахерскую и состригу эту дурацкую челку. Надоело. В глаза лезет. - Это ты зря. Господин прав – тебе так очень идет. Ты всегда был красавчиком, а сейчас просто… - Вот только попробуй сказать – украшение любого гарема. Фингал поставлю, ты меня знаешь. - Что, достают? – сочувственно спросил его приятель. - Доставали. Теперь уже нет. - Да, я помню, рука у тебя тяжелая, хотя по виду и не скажешь. Ой, кстати! Совсем забыл! Я же все это время тебя искал – поблагодарить хотел. Я ведь знаю, что это ты меня господину присоветовал. Он мне сказал. - А я смотрю, у вас с хозяином прекрасные отношения, - удивленно ответил рыжий. Чтобы господин беседовал с мебелью, да еще и рассказывал о том, с подачи кого он ее приобрел… - Ты знаешь, - задумчиво протянул Чезаре, - оно как-то само получилось. Он, перед тем как меня купить, вопросы разные задавал. А потом, по пути, продолжил. И мы как-то… разговорились, - смущенно улыбнулся он, - Понимаю, нелепо звучит, но вот так. А потом поспорили. Насчет каблуков. Он говорил, что ему, с его ростом, каблуки не нужны, а я настаивал, что каблук это не для роста, а для стиля. И он в конце концов согласился, представляешь! Когда я ему про королей старой Терры начал рассказывать. Ну вот с тех пор так и пошло. К тому же трудно обсуждать интерьер или костюмы и не беседовать. Он меня много чему научил… - Так это тебе мы обязаны этой идиотской моде! – поморщился Катце, - И так элита шкафы под, а то и за два метра, дери голову вверх, если он тебе в глаза приказывает смотреть, а теперь еще и каблуки… - И вовсе она не идиотская! А пять сантиметров погоды с таким ростом уже не делают! – возразил Чезаре, - Кстати, а ты, кажется, здорово вытянулся. - Ага. Раньше господину в лучшем случае до солнечного сплетения доходил, теперь уже по плечо. Так что твои пять сантиметров очень даже «делают погоду». - А ты все еще у Консула? - Да. Главный фурнитур. А ты кем у Зави? - Ну… даже не знаю, как сказать. Что-то вроде личного портного и дизайнера. Такого ни у кого нет. - Это точно. Да и второго такого позера как Зави, похоже, во всем Эос не сыскать. - Господин не позер! – горячо возразил фурнитур, - Он эстет! - Ладно, не будем спорить, - примирительно сказал Катце, - Ты любишь своего хозяина и нашел с ним общий язык - это замечательно. Насколько я знаю – не всем так везет. К тому же, я слышал, Зави никогда не применяет физическую силу по отношению к своим слугам и петам. - Ему это и не надо, его и так слушают. А Консул… - Чезаре слегка запнулся и продолжил, понизив голос, - он… применяет? - Крайне редко, только по необходимости и то не сам. Приказ отдать может. Мне не попадало… по крайней мере пока, но видеть доводилось. Хотя вообще-то я имел в виду Лагата. Чезаре неодобрительно поджал губы и покачал головой. Про Гидеона Лагата среди фурнитуров ходили разные слухи и все, преимущественно, с негативным окрасом. - Ну да, не повезло тем, кто к нему попал. А ты-то, что – разве не любишь своего господина? - Люблю? Нет, - улыбнулся рыжий, - Скорее уважаю. Он… как тебе сказать. Ценит интеллект кому бы он не принадлежал – монгрелу или элите – без разницы. И меня это более чем устраивает. - А почему «скорее»? – оговорка рыжего не ускользнула от Чезаре. Катце весело рассмеялся. - Понимаешь, он уверен, что все держит под контролем. Все и всех. Нет, оно, конечно, обосновано, но иногда… раздражает. Так и хочется, порой, сделать что-то, чтобы доказать, что все контролировать, предугадать и предусмотреть невозможно, - в янтарных глазах фурнитура прыгали так хорошо знакомые его другу лукавые искорки. - Осторожней, рыжий, - с тревогой произнес Чезаре, резко посерьезнев, - Я знаю твой авантюрный нрав. Не стоит играть с элитой, тем более с блонди и уж тем паче – с Консулом. Судя по тому, что я о нем слышал - отправишься на утилизацию раньше, чем успеешь открыть рот. В лучшем случае. - Да я и не собираюсь, - так же серьезно ответил Катце, - это так… ерунда. Вообще он хороший хозяин. И тоже меня много чему научил. Наверное, не так, как твой, но все же. Знает, что я интересуюсь аналитикой и подкидывает задачки из практики. Говорит, у меня неплохо получается. - Ну вот и не дразни судьбу. Я… Он не успел договорить. Двери холла распахнулись и в них стремительно вошел блонди. Присутствующие в помещении немногочисленные фурнитуры, негромко беседовавшие между собой, прижались к стенам. Чезаре не стал исключением. Не обращая внимания на мебель, усиленно пытавшуюся слиться с обстановкой, элитник быстро пересек холл и скрылся в противоположной двери. - Чего ты, - удивился рыжий, - это же господин Эм. - Вот именно, - Чезаре перестал жаться к стенке, но все еще с опаской поглядывал на дверь, в которую вышел блонди. - Что «вот именно»? – не понял Катце. - Как о хозяине я о нем плохого не слышал. Но знаю, что его побаиваются даже блонди, не говоря уж о другой элите. А это уже само по себе повод не попадаться ему лишний раз под ноги. - Ах, это, - непонятно почему, но Катце вдруг погрустнел, - Просто он нейрокорректор. Орудие воли Юпитер и, как говорит господин, в исполнении своего долга не знает жалости и не слушает оправданий. Вот и боятся. - А ты откуда… а, да. Говорят же, что они с Консулом вроде как друзья. Наверное, часто видишь его. - Бывает, - сдержано кивнул рыжий. На лице его внезапно появилось выражение какой-то холодной отстранённости, очень отдаленно напоминающее выражение лица его господина, - Слушай, Чезаре, рад был повидаться и узнать, что у тебя все в так здорово. Прости, но у меня еще много дел и так заболтался. Надеюсь, мы еще встретимся. - Ой, давай контактами обменяемся. Эос так велик, что второй случайной встречи может и не произойти, - засуетился Чезаре, - у тебя же есть мобильник? - Есть конечно. И почта есть. Записывай.