Ошибка

Денис Эта неделя далась мне нелегко. Первый день я всё прийти в себя не мог от правды, что узнал. Ну, Савельев, ну удивил. Ботаник и зануда — порнозвезда! Охуеть не встать! Я заплатил и скачал все ролики, что были про него. И возбудило меня это пиздато — я, наверное, раз пять спустил, глядя, как его шпилят во всех позах, во все дыры. А вот ночью я не спал. Не знал, как быть! С одной стороны, какое мне дело до того, кто и с кем ебётся? Я сам далеко не примерный мальчик. Правда, Ирку до сих пор на задницу развести не могу! Всё ломается, дура «нитакая»! А тут пацан из параллельного класса. Да обладая таким компроматом, можно очень неплохо поразвлечься. Но шантаж баблом я отмёл сразу — Савельев — нищеброд и взять с него нечего! А вот заставить его делать то, что хочу Я! Это слишком заманчиво! Слишком! Не устоять… Отец опять приехал домой ночью. Катька, придя из своего салона, вяло поинтересовалась, как у меня дела, и была вежливо послана. А я всё слонялся из угла в угол, как тигр в клетке, и не знал, что делать! Как заполучить в сети этого ебливого заучку? А я ведь даже не знаю, где он живёт! И стоит ли ждать до конца каникул? Или «пробить» его адрес и наведаться в гости? А с другой стороны, это ведь статья! Уголовный кодекс для простых смертных никто не отменял! Нельзя малолеток в порнухе снимать! Мне, допустим, вот ничего не будет от полиции, или кто там эти дела ведёт, но вот отец явно с говном сожрёт! Утром я выглядел хуже, чем массовка из «Ходячих мертвецов». Еле дополз до ванны, а потом позавтракал тем, что Анна Петровна приготовила. Овсянка, фу-бр-р. Никогда её не любил, поэтому тут же выкинул в мусорку, едва прислуга отвернулась. Творог, сырники, чай, джем. А когда повариха удалилась, я сделал себе здоровый бутер из булки, ветчины, майонеза, и ещё какой-то хрени из баночки, что нашёл в холодильнике. Остатки моей вчерашней пиццы кто-то безжалостно выбросил. Мысли из этого типа Чернышевского «Что делать?» снова стали заполнять мою голову, едва голод был утолён. Но не придумав ничего умного, тупо листаю ленту новостей в телефоне. Мельком пробегая разные заголовки, и тут глаза «зацепились»: «Бизнесмен Бояринов покупает дочери главы республики автомобиль за 12 млн. рублей!», «Следственный комитет и Прокуратура прекратили проверку фонда «СтройИнвестГрупп» принадлежащий Бояринову А.Б.», «Не соответствие требованиям пожарной безопасности стало причиной взрыва на заводе!», «При взрыве баллонов с кислородом погибли трое рабочих!», «На заводе Бояринова погибли люди! О компенсации речи не идёт?!». Да эти писаки совсем страх потеряли, так на отца взъелись! На хрен он вообще свой пиар-отдел держит? Решаю ему позвонить. — Привет, пап. Как дела? Я тебя вчера чего-то ждал, но не дождался! — У меня совещание сын. Что случилось? — Да ничего, просто позвонил. — Ты мне всегда звонишь, когда что-то нужно! И вообще, у меня сейчас нет времени! — Это из-за взрыва на заводе? — Что? Нет! Просто кто-то решил мне репутацию подпортить, вот пытаюсь выпутаться из этого дерь… из этой ситуации! Всё, сын, я занят. Поговорим дома. А дома он скажет, что слишком устал или что поговорим потом. Опять это мифическое «потом»! Я от досады пнул диван и решил было куда-нибудь прокатиться, но внезапная идея меня остановила. Про ботаника-порнозвезду всё равно надо всё узнать, и у меня есть человек, который это сделает. Не зря ж я ему с карманных денег ещё доплачиваю. Через десять минут Ренат слушал то, чего я от него хочу. А вечером… Вечером, Карл, я уже держал тоненькую чёрную папку в руках. Хорошо всё-таки учат в этих конторах, раз они так оперативно работают. Молорик Ренат отработал свой гонорар. Итак, посмотрим. Хоть папка и была тоненькой, узнал я много. Очень много. Итак, оказалось, что Савельев живёт с родным дядей, который — та-дам-м! — работает в конторе моего отца — какой-то младший помощник старшего дворника. Бездельник, короче, и неудачник. Сорок четыре года, а так и не смог подняться в жизни. Лох! Но главное не это. Дяденька Савельев оказывается болен. Это я понял, увидев бумажки из Онкоцентра. И тут будто бы лампочка зажглась у меня в голове. Посмотрим, папочка, что ты запоёшь, когда узнаешь, что сын тебе репутацию спас? Не будешь сутками в своём офисе сидеть! — Привет ещё раз. Отец, я тут кое-что нашёл интересное, ну в общем, помощь твоя нужна! На том конце недовольное пофыркивание. — Опять деньги! Денис, ты — взрослый человек! А используешь отца как банкомат! Сколько на этот раз? — Ты бы для начала поинтересовался на что мне эти деньги! — И на что же? Девок своих опять поведёшь в клуб, и там ещё и оргию захочешь устроить! Или ты в школе опять что-то натворил? — голос стал сухим и злым. — Отвечай сейчас же! Я невольно поморщился. — Хочу своему отцу помочь отмыть репутацию! — Ты? Хочешь помочь? Кто у телефона? Позовите моего сына! — Я серьёзно, пап. — Хм. Да? И отмывать чем будешь? Напьёшься, обнюхаешься и собьёшь наглухо пару-тройку детишек на детской площадке? — Нет, па. Реальная тема. Слушай! А дальше я минут десять ему объяснял, что хочу. Он, конечно, сразу не закричал «Да!». Обещал подумать и приехать домой пораньше, а я с довольной физией отправился снова дрочить на этого задрота. Глядя на то, как худое тело с бледной кожей и лёгким налётом мышц выгибалось и покачивалось в такт мужчине во время секса, я не только испытывал дичайшее возбуждение. Ещё… ещё я испытывал зависть, что даже Ирка под кокосом не давала мне ТАК! Так, как будто я был для неё не только парень, а лучший человек в мире, царь и Бог в одном флаконе. Савельев же отдавался именно с этим желанием в глазах, цвет, которых я не мог разобрать, но знал, что они цвета изумруда. Пять дней я был сам не свой и донимал отца. Он, как оказалось, отнёсся к моей истории с интересом. Но уже по своим каналам узнал, куда больше, чем я. И начал операцию по обелению себя. Всё это время я не знал, чем себя занять. Жажда обладать человеком стала меня буквально жрать изнутри. И чтобы совсем не двинуться, я пошёл в отрыв. С Иркой, а потом с Жанкой, Максом и Викой мы тусили все ночи напролёт. В городе, по-моему, уже не осталось клубов, в которых бы мы не были! Жаль, у нас не Москва. — Давай уже! Чё ломаешься? Один раз попробуем и всё! — шептал я Ирке в туалете «Эпатажа». Дерьмовый клуб. Сам не знаю, нах сюда приехали! Лишнего бухнул, точно, когда решил сюда заглянуть. Диджей — мудила — ставит какие-то убогие треки, а алкашка — отстой полное. За барной стойкой жиробасина какая-то, которая абсент толком поджечь не может. Тёлок симпотных совсем почти нет, хотя я заметил на себе пару заинтересованных взглядов со стороны парочки парней. Ничего такие. Правда, на вид лет двадцать пять, а это точно не моё! — Не… я… икх, не это — больно, — Ирка смешно сопротивлялась, — икх, давай как по… икх… ой, нормальные! На неё напала икота, и вместо того, чтобы расстегнуть мне ширинку, она пыталась обнять меня и засосать. Дура, бля! Силой разворачиваю её и наклоняю. — Давай в жопу! Один раз! Один, сука, бля, раз! Она сопротивляется, но я сильнее. Вытаскиваю этот уёбищный белый ремень со стразами и пряжкой GQ и бью её по заду. — Снимай! Ну! — Ай, больно! Икх, ты чё творишь? Икх, Дэн? Не надо! Я не слушаю и начинаю с силой стаскивать джинсы с её задницы. Белые, но не кружевные трусы, сзади немного испачканы. Это немного сбивает мой настрой, но я всё ещё действую на автомате. Жму и мну эти ягодицы. И тут приходит феерично тупая мысля: «У Савельева задница в миллион раз лучше!». Опускаю руки. Пока я мешкался, девчонка снова натянула джинсы. — Ду-рак! Я не дам, икх, — и тут она согнулась над унитазом и её вырвало. Мой запал сразу пропал, вот совсем. Всё стоящее в боевой стойке мгновенно упало и повисло безжизненной сарделькой. Не дожидаясь, пока запах блевотины достигнет моего носа, я сваливаю. А дома, уже лёжа в кровати, я нашёл в ВК этого Савельева! Ну пидор! Но член вот мой отреагировал совсем неожиданно — торчал, как Пизанская башня, и явно не хотел опадать. И я дрочу на этого пидорка и наконец проваливаюсь в сон. Я шёл по какому-то парку или лесу и был почему-то босой. Было тепло, но солнце не было видно из-за крон деревьев, которые, казалось, упирались в небо. Ступни приятно утопали в траве, а дышалось легко и свободно. Пройдя совсем немного, я вдруг неожиданно вышел на берег какой-то реки, и там прямо на песке сидела женщина. Она была спиной ко мне, и я не видел её лица, но сразу узнал. Эта спина, эти длинные густые каштановые волосы до пояса, эти нежные руки. — МАМА!!! — крикнул я и побежал к ней. Бежать пришлось долго, казалось, она не в десяти метрах, а в сотне километров. Я бежал и бежал, но не приближался ни на шаг! — Ма-ма! И тут она обернулась ко мне. Такая же красивая, как я её помню. И улыбка, в которой чувствуется любовь. Сейчас, несмотря на то, что она улыбалась, глаза её были грустны, даже печальны. — Сынок! Что же ты делаешь? Ты же не такой, сыночка! — Я? Что я делаю? — не понял я. — Не дай злу завладеть сердцем! — Какое зло? О чём ты? Почему? Почему ты так сделала? ПОЧЕМУ? — Сынок, не сдавайся! Не становись тем, кем ты не был! И я всегда буду с тобой! — и она пошла прямо в воду и перед тем, как пропасть совсем, она обернулась: — Зло никогда не сможет победить, если в сердце есть любовь! — Постой! Ма-ма-а-а-а-а!!! — я снова бросился к ней, но когда наконец подбежал к воде, споткнулся на ровном месте и, открыв глаза, увидел, что лежу… в своей комнате. Опять пизданулся с кровати, а она у меня — сексодром. Мать не снилась мне уже давно. Переодеваясь, достаю её фото и долго смотрю. Почему-то кажется, что сейчас заплачу, но слёз нет, вот совсем нет. Кладу портрет под подушку. Глупо, но, может быть, она снова мне приснится. Чтобы как-то убить время, решил поехать в зал. Пора потягать железо, не всё ж бухать да по клубам шариться. Да и Ирка, пускай, подумает над своим поведением. Но зал не сильно помог. Этот Савельев почти каждую минуту лез в мою голову! А вечером я тупо пялился в какой-то фильмец, совершенно не понимая, кто там кого и за что мочит. Катька как обычно свалила на свои процедуры по омоложению. Дура! Двадцать четыре ей, а она хочет выглядеть моложе. Думает так отец её больше любить будет. Ага! Разбежалась! Он с ней, потому что сосёт хорошо. Ну, и не только! Но я-то знаю: только она разучиться правильно ноги раздвигать, тут же пойдёт за дверь. Шум в холле прервал мои мысли. Бля, Катька, по ходу, на шоппинг заскочила и, стопудово, накупила шмоток на вагон и пришлось грузчиков нанимать. — Денис! Денис, подойди сюда, пожалуйста! — какой-то озабоченный голос у этой силиконовой. — Чё надо? — впадлу отрывать свою задницу от кресла. — К нам пришли! — Похуй! Как пришли, так и свалят! — Денис!!! — Кать, отъебись!!! Продолжаю созерцать, как волосатый Нео крошит всех вокруг. Стреляет, кстати, он офигенно. Тоже, что ли, отца уломать, чтобы в тир съездить? Делаю глоток кофе, зажёвываю пироженкой и пытаюсь отвлечься, но тут дверь легонько хлопнула. Не оборачиваясь, бросаю: — Я же сказал, Кать, отъебись! — Меня вообще-то Саша зовут!