Сборник мини-историй по РенТану

Вечерняя прохлада расстилалась по всей округе, мягко укрывая собой кроны деревьев, играя с тёмно-зелёной листвой ясени и застревая в иголках ароматной пихты. Ветер, что перелетал с ветки на ветку, то и дело шатая их лёгким касанием, остужал опаленную весенним солнцем землю. Но только два разгоряченных тела, что прижимались к друг другу яростно, до боли нежно и любовно, не поддавались холодному дыханию ветерка. Два охотника — один высокий, стройный, с крепкими руками и с пылким сердцем крепко сжимал в тисках младшего мечника, а по совместительству и цугуко. Глаза цвета спелого боярышника пьяно глядели из-под длинных ресниц на лицо перед собой. Танджиро не мог налюбоваться своим учителем, который почти что в наглую потащил его в рощу возле поместья Ренгоку под скромным предлогом прогуляться. Кёджуро не мог банально себя сдержать: голос, жесты, запах и весь сам старший Камадо в последнее время только и развязывал мысленный узел целомудрия. Хотя никаких особых намёков не исходило от юноши, кроме банальных сладких поцелуев в щечку или беглый в губы. Да, Ренгоку и Камадо — пара. Да, это ввело в ступор большую часть Столпов, включая всегда отстраненного, с флегматичным взглядом Муичиро. И да, отец Кёджуро, господин Шинджуро был крайне недоволен случившимся, назвав обоих истребителей извращенцами, коих земля носит. Кёджуро боялся именно такой реакции, но она была ожидаема. Впрочем, блондин был несказанно рад каждый раз, когда видел в доме своём мальчишку с серьгами Ханафута. Тонкие влажные губы прошлись по чуть смугловатой коже шеи, ведя дорожку из коротких поцелуев к мочке уха. Камадо вжался в Столпа Пламени всем телом, руками зарываясь под форму и лаская грудь пальцами. Кёджуро был доволен своим учеником во всех смыслах: и тренировками, и его техникой дыхания, и тем, как Танджиро стал более смелым в любовных делах. — Мой мальчик… — Прошептал мужчина, задев мочку уха, чтобы следом прикусить её. Юркий язык задел серьгу, обведя в нарочито неторопливом жесте раковину уха, оставляя слабый укус снова. — Ренгоку –сенсей, может всё же вернёмся в поместье? — Камадо взял в свои натруженные ладони приятное светлое лицо Столпа, обеспокоенно глядя в золотистые глаза. — Сенджуро-кун будет волноваться, что мы так долго гуляем. — Мой дорогой братец, наверное, понял, «зачем» мы пошли в рощу. Уж точно не только свежим воздухом подышать. — Ренгоку затыкает рвущийся поток слов более жадным и нетерпеливым поцелуем, проникнув в рот Камадо языком. Танджиро сопротивлялся настойчивому и такому нахальному, в какой-то степени, поведению. Мужчина обвил одной рукой талию парня, а другой по-собственнически обхватил левую ягодицу. Камадо ощущал, как начинают подкашиваться ноги: тело отлично помнило прошлую ночь. Язык Кёджуро сплелся с языком Танджиро, всё больше втягивая в страстный поцелуй младшего мечника. Камадо понял, что его учитель обожает столь развратные и грязные поцелуи, поэтому не постеснялся и сильно укусил мужчину за язык — способ, который мог отрезвить хоть на какое-то время Ренгоку-старшего. — Ты что делаешь, мальчик мой? — Столп ощутил привкус крови, закусив губу. В следующую секунду Танджиро впился губами в шею мужчины, оставляя яркий засос на бледной коже. Ренгоку аж опешил от такой выходки. — Танджиро… — Ренгоку-сенсей, это напоминание о том, что мы просто обязаны продолжить. — Камадо отстранился от шеи Столпа, оборвав влажную ниточку, тянущуюся от его губ. — И это же для того, чтобы мы перестали заставлять ждать вашего брата. Он же уже занялся ужином и я хотел бы ему помочь! — Улыбнулся обезоруживающей улыбкой цугуко. Ренгоку таял, глядя на эти миловидные ямочки на пухлых щечках, на эти рубиновые радостные глаза, в которых секунды назад горел огонь похоти. Какой же Танджиро всё-таки искуситель, подумал Кёджуро. Оба добрались из рощи в поместье быстрым шагом, попутно остужая свои головы прохладным вечерним ветром… *** Неделя тянулась безумно медленно, словно издеваясь над и без того натянутыми струнами нервов Столпа Пламени. Кёджуро скрывал «метку», нагло, но в тоже время заботливо поставленную Танджиро, ото всех как мог. Но ни ворот формы охотника, ни собственные волосы не могли скрыть столь ярко — багрового пятна на кадыке. Камадо постарался на славу в тот вечер в роще. Благо, Сенджуро не задавал никаких вопросов на ужине после прогулки, но заинтересованный взгляд кидал от случая к случаю на шею старшего брата. Ренгоку сразу догадался, в чем дело и не стеснялся. Чего не скажешь о своих боевых товарищах, а уж об отце и подавно. — Ох, мальчик мой, доигрался ты. — Наполированное до блеска лезвие клинка поймало в отражении коварную улыбку Столпа. Кёджуро уже придумал план, в который его мальчик раз и навсегда забудет о столь дерзких выходках. К тому же, в их первую ночь, в которой Ренгоку хорошенько не только поимел своего возлюбленного, но и отшлепал так, что Камадо хватит на всю жизнь. Юноша ляпнул глупость про минет в тот вечер? Что же, пришла пора научить Танджиро кое-чему новому, помимо техник дыхания и оттачиванию навыка фехтования. Ренгоку расплылся в ехидной улыбке, если не сказать в зловеще-предвкушающей, глядя на себя в отражении катаны. Сенджуро стало не по себе, стоя сзади с подносом чая. — Братец? — Позвал тихо мальчик. — Все хорошо? — А? — Охотник обернулся резко на звук. — Ты уже тут, малыш? Давай, выпьем чаю. — Сенджуро активно закивал, словно хотел избавиться от въевшейся в память ехидной улыбки брата. Это точно не к добру. Поставив на террасу поднос с чаем и разливая по чашкам, Сенджуро старался не смотреть на брата, попивая аромантый жасминовый напиток. *** Танджиро был не менее удивлен, чем Зеницу и Иноске. Сегодня его решили отправить на задание с Кёджуро-саном? С чего бы вдруг? Никто ему не доложил заранее, а вот так сбивать с панталыку не входило в привычку организации. — Приказ! Ка-а-а-а-ар! Танджиро Камад-о-о-о и Ренгоку Кёджуро-о-о-о отправляются в Асакусу! — Ворон Уз с важным видом расхаживал по каменной дорожке в саду, где ошивались трое юных мечников. — Но ведь же… Сегодня выходной. — Непонимающе глядел парень на пернатое создание. — Ка-а-а-ар, ничего не знаю! Не ко мне обращайся, а иди и работай! Ка-а-а-а-ар! — Птица ещё раз глянула снизу вверх на юного истребителя, гордо вскинув клюв и подняла своими смоляными крыльями пыль в воздух, улетая прочь. — Э, не понял, мы типа тут остаемся, а Гампачиро идёт с « кукольными глазками»? — Иноске проследил за улетающим вороном. — Э, эй я тоже хочу с вами! Нет, я и без вас смог поубивать демонов сраных! Великому Королю Гор никто не нужен! — Произнес Хашибира, стукнув себя кулаком в грудь. — Рожа твоя кабанья! Раз Танджиро идёт со Столпом, то значит, что задание не из лёгких. К тому же, он ученик Ренгоку-сана, а цугуко часто берут на задание со своим учителем. — Воскликнул Зеницу. — Зеницу прав, Иноске. Но вот только об это заранее предупреждают, а мне сказали, что я несколько дней могу отдохнуть и набраться сил. — Камадо тяжко вздохнул, вставая со скамьи в саду. — Придётся собираться сейчас и идти вместе с Ренгоку-саном. — У-у-у-у-у, Танджиро-о-о-о-о! — Блондин начал тянуть своего друга за рукав, цепляясь всё крепче. — Не оставляй меня одного вместе с этой кабаньей мордой! Я же не выживу! Да и милую Незуко не стоит брать с собой! — Причитал Агацума, снова начиная хныкать. — Как можно прелестную хрупкую красавицу брать на такие опасные задания?! У тебя нет сердца Танджиро, а ещё брат называется! — Зеницу, успокойся, пожалуйста! — Камадо мягко улыбнулся, но твёрдо убирая руку блондина со своей руки. — Моя сестра — демон, она не так хрупка, как тебе может показаться. Так что нечего переживать. К тому же с нами Ренгоку-сан! Если что, он сможет защитить нас. — Кстати, Танджиро… — Агацума мельком глянул на удалявшуюся в даль фигуру Хашибиры и снова повернул голову к другу. — Тут это, Кёджуро-сан твой, всю неделю сам не свой. То вечно поправлял свой воротник, пытался как-то волосами прикрыть свою шею. Ты не знаешь, что произошло? Камадо мысленно про себя ухмыльнулся, но виду не подал. Звук учащенного сердцебиения друга Зеницу сразу же уловил. — Ты чего так заволновался? — Да нет, всё хорошо! Увидимся скоро! Обладатель дыхания грома ещё какое-то время провожал Камадо, не понимая ситуации. *** Новость, что обрушилась, словно лавина, на и без того забитую заботами голову пламенного охотника ввела сначала в ступор, затем в шок, а уж потом Кёджуро понял, что это знак судьбы с Выше. «Так значит на сегодняшнюю миссию отправляюсь вместе с моим прекрасным Танджиро? Боже, я сейчас воспылаю от радости!» — Подумал Кёджуро, накидывая на свои крепкие плечи белоснежную накидку с узорами пламени. Мысли, словно рой пчел, копошились в голове Столпа и не несли в себе оттенок будничных дней. Нет, Кёджуро даже не совсем думал о задании, а больше о том, что ему предоставлен прекрасный шанс «научить» Танджиро кое-чему новому, даже в какой-то мере полезному навыку. Да и слово «проучить» тут вписывалось как нельзя кстати. Ренгоку надоело эту любимую «метку» прятать ото всех. Черт, постарался же Камадо, что засос всё никак не сходил и до сих пор алым бутоном виднелся на кадыке мужчины. Клинок-ничирин был надежно сложен в ножны, форма идеально сидела на Кёджуро, а улыбка сияла пуще прежнего на приятном лице охотника — пора выдвигаться в путь. *** — Ренгоку-сан, — Камадо не отходил ни на шаг от своего учителя, вцепившись в руку того, — вы не знаете, где здесь поблизости можно поесть? Кёджуро, в янтарных глазах которого плескались огни вечерней асакусы, ласково улыбнулся своему ученику. Рука мужчины потрепала каштановые волосы. — Мальчик мой, после столь серьёзной битвы нам просто необходим плотный ужин! Пойдём, знаю одно место чудесное, где подают не менее чудесный рамэн и тэмпура! Ну и мисо-суп в придачу. Вообщем, не беспокойся, я тебя угощаю. — Кёджуро потащил Танджиро в только ему известном направлении. Заведение, куда Ренгоку привёл, буквально, за руку являлось по совместительству еще и отелем в два не скромных больших этажа. Камадо показалось весьма сомнительной идеей тут оставаться, всячески, в своей мягкой манере разумеется, отговаривал Столпа от желания на заночевать здесь. Кёджуро парировал, в своей же манере, ответы юноши, пресекая какую-либо попытку вновь начать спорить и отговаривать здесь находиться. Впрочем, после сытного и вкусного ужина Танджиро еле шевелил языком, но продолжал сопротивляться. — Для твоего же блага, мальчик мой! Мы хоть и не получили серьёзных ранений, но ссадины и ушибы дают о себе знать, а ты чуть ногу не сломал, когда тебя тот демон своей магией крови оттолкнул на добрые метров десять! И ты ещё хочешь со мной спорить?! — Ренгоку обезоруживающе улыбнулся. Даже больше своими танжериновыми глазами, чем и пленил своего возлюбленного. Танджиро сдался, тяжко вздохнул и побрёл хвостиком за Кёджуро. Сил спорить не было от слова совсем, а усталость застилала рубиновые глаза, словно смог. — Ренгоку-сан, та женщина, что дала ключи от номера, смотрела на нас…странно… — Старший сын Камадо снимал свое хаори, складывая в аккуратную стопочку рядом. Затем медленными движениями парень стягивал с себя форму. — Она подумала, что мы… — Любовники? — Кёджуро широко улыбнулся. Танджиро смутился, окончательно сняв рубашку с себя. — В какой-то степени она права, но это не её дело. К тому же, это не отель для любовников* как таковой. Обычный. — Блондин вновь одарил своего цугуко улыбкой. Танджиро окончательно сдался под натиском нежной улыбки мужчины. — Да и здесь неплохо! Мы уже успели хорошенько попариться в бане и расслабиться как следует. Тем более, что мне не настолько хочется спать. — Кёджуро уже в юкате лежал на футоне, с прищуром посмотрел на оголенную спину парня. Закусив губу, мужчина стал хищно рассматривать испещренную шрамами, но всё же такую привлекательную спину Танджиро. — Не стели футон. Поспишь со мной сегодня. — Это не был вопрос. Кёджуро констатировал факт. Камадо лишь похлопал пару раз своими большими глазами, а румянец на его пухлых щечках пылал и алел с большей силой. — Х-хорошо. — Танджиро надел юкату и залез под мягкое и тёплое одеяло к Ренгоку. — Знаешь, мальчик мой, твой засос, так заботливо оставленный на моей шее причинял мне всю неделю дискомфорт. — Голос тихий, но глубокий, низкий с хрипотцой прозвучал над ухом юного мечника. Танджиро напрягся, уловив в воздухе запах. Запах возбуждения, исходящий от мужчины. — Ну, я же говорил, что это напоминание о том, мы продолжить должны…так ведь? — Камадо не смел поворачиваться лицом к Столпу. Он ощущал это жаркое дыхание на своей шее, заставляя табун мурашек пробежаться по тонкой коже. — Но только сегодня не стоит. Правда, Ренгоку-сан. — Не стоит? — Руки мужчины начали развязывать пояс кимоно, зарываясь пальцами под ткань юкаты, оглаживая бархатную кожу торса. — Такие метки не ставят на столь видном месте. Ты же это специально сделал, да? Ты же мог и чуть ниже поставить засос, но однако поступил иначе… — Руки Столпа залезли под ткань нижнего белья парня, начиная ласкать член. Танджиро зажмурился, впился пальцами в подушку. Ренгоку его решил вновь проучить? — Р-ренгоку-сан! — Пальцы мужчины продолжали активно оглаживать половой орган, а Камадо только и оставалось, что заливаться краской от пят до кончиков ушей, сдерживать свои стоны. — Я хотел чуть ниже, но… Ах! Кёджуро укусил за шею Танджиро, а большим пальцем оглаживая головку, размазывая предэякулят. Дыхание окончательно сбилось у младшего истребителя, а жара, что раскалялась в воздухе, предвкушая страстное продолжение ночи, накрывала обоих любовников с головой. Кёджуро еле сдерживался, чтобы не перевернуть своего мальчика на живот, раздвинуть соблазнительные упругие бедра и вставить на всю длину свой ноющий от возбуждения член. — Но? — Кёджуро не прекращал мастурбировать своего цугуко, наращивая темп. Ренгоку ждал ответа, издеваясь нарочито над Камадо. Сладкие стоны всё же долетели до охотника. Мужчина был на грани. — Вы меня в прошлый раз выпороли, а я потом не мог присесть нормально! Я так же, как и вы, не мог неделю целую вести себя обычно! — Выпалил Танджиро сразу, кончая с громким мычанием в подушку в руку мужчины. Ренгоку был более чем доволен и ответом, и результатом, густая горячая сперма растеклась по тонким пальцам охотника. — Ох, и ты из-за этого мне решил «отомстить» — Кёджуро веселился, улыбаясь беззлобно До чего же милый ребёнок. — Ну, раз уж ты вновь провинился, то помнишь, какую глупость сказал тогда? Камадо сглотнул, повернув голову, встречаясь с хищным янтарным взглядом Кёджуро. Из-под опущенной золистой челки глаза Столпа чуть не пожирали бедного раскрасневшегося юношу. — П-помню… Но я не умею минет делать! — Никогда не поздно научиться, моё солнышко. — Кёджуро заправил прядь каштановых волос за алое ухо, оглаживая скулу пальцем. — Думаю, нам стоит лечь поудобнее, не так ли? — Мурлыкающий тембр голоса расслаблял Танджиро, а ласковые поглаживания по щекам, а затем последующий мягкий поцелуй так и вовсе испарили тревогу в голове юноши. Танджиро косвенно имел представление о том, как это вообще делать, но раз уж Ренгоку-сан решил научить его кое-чему новому, отличному от тренировок.Перемещаясь неуверенно вниз, Танджиро не сводил взволнованного взгляда с лица Кёджуро. Мужчина расплылся в заботливой улыбке, но внутри Ренгоку полыхал огонь похоти, сжирая его полностью. Камадо даже представить не мог себе, насколько он заводил своей робостью, детской невинностью и такими неуверенными жестами. Юноша развязал пояс юкаты, оголяя мужчину, устраиваясь поудобнее меж ног. Кёджуро коснулся пальцами пальцев Танджиро, поглаживая их. Мальчишка лишь робко улыбнулся, лицезрея возбужденную плоть. « Он всё же большой…не уверен, что я смогу полностью взять в рот.» — Рассуждал Камадо, тем временем обхватив ладонью уже давно твердый член. Ренгоку тяжело втянул через ноздри воздух, ощущая, как раскаляется всё больше атмосфера в комнате. Использовать свою технику дыхания в такие моменты бывает трудным из-за затуманенного возбуждением сознания. Черт, Кёджуро не думал, что банальные ласки… Нет, это даже лаской трудно назвать, а просто волнительное прохладное касание к чувствительной плоти пальцами так будут заводить его. Камадо даже не пытался подрочить ему… — Мой милый мальчик, если ты продолжишь просто так «мять» мой бедный член, то я не сдержусь… — Кёджуро сжал в кулаках края одеяла. Парень лишь краешком губ улыбнулся, целуя нежно головку члена. Ренгоку ожидал большего, внимательно следя за своим любимым. Танджиро же видя этот пожирающий его взгляд, издевательски медленно провёл языком по всей длине члена. — Так ведь? — Сказал Камадо, так же дразня Столпа своими действиями. Кёджуро готов был выть уже от медленных действий. Желание насадить того и грубо поиметь в рот с каждым игривым взглядом, кинутым в сторону Ренгоку, всё больше возрастало. «Нет, нет, ну-ка прекращай так думать! Танджиро ни в кое случае нельзя делать неприятно… Чёртов эгоист.» — Да, именно…теперь попробуй взять немного. Не сразу… — Кёджуро нахмурил свои густые брови, прикрывая глаза. Танджиро послушался, опуская голову и взяв только головку в рот, слизывая смазку. Обведя своим юрким языком её, Камадо чуть втянул и вынул изо рта. — Я …Волнуюсь, правда. — Танджиро провёл рукой вверх-вниз по члену, размазывая лубрикант. Кёджуро опустил руку на голову Камадо, зарываясь пальцами в густые мягкие волосы, поглаживая. — Не торопись, плавно всё делай. Все хорошо, солнышко. Танджиро, подпитываемый похвалой и уверенностью Ренгоку-сана, снова вобрал в рот член, только теперь наполовину. Больше он пока что не мог взять. Томный взгляд поймал лицо Ренгоку, который был более чем доволен усердными действиями своего цугуко. Кёджуро направлял, говорил, хоть и с трудом, но пояснял ласковым тембром голоса, так и не убрав руку с головы. Мужчина не давал отстранится мечнику от своего члена, насаживая всё глубже. В уголках бордовых глаз появились слезинки, Камадо хотел уже прекратить делать минет, но всё же сдался под напором твёрдой и сильной руки, вобрав полностью. — Ах, мой мальчик… — Ренгоку пьяно улыбнулся, проводя рукой по пухлым щёчкам. Как он же любил в столь пикантные моменты разбрасываться такими сентиментами. Тонкая прозрачная ниточка слюны соединяла ротик Камадо с членом мужчины. Танджиро прикусил губу, обрывая нить. — Я понял, как вас теперь довести, Ренгоку-сан. — Отзеркалив улыбку своего учителя, Танджиро сразу же, не робея больше, взял полностью в рот. Плавно, аккуратно погружая в себя перевозбужденный орган. Неторопливые движения головой, лисий взгляд винных глаз и голодный танжериновых ни на минуту не переставали друг друга атаковать, а язык Камадо активно ласкал естество Кёджуро. Ренгоку громко простонал, когда Танджиро решил ещё и в придачу прикусить головку члена. Ренгоку завелся не на шутку, а если такое происходит, то партнеру придётся ой как не сладко. Вернее сказать, что бушующий огонь страсти в душе охватывает не только самого обладателя дыхания Пламени, но и его партнера. Золотистоволосый не сдержал своего обещания, теперь грубо насаживая на своей член Камадо. Танджиро чуть не поперхнулся, но принял глубоко в рот, сам возбуждаясь от столь резких изменений — от нежного ласкания до грубого траханья в рот. Ренгоку прикусил свою руку, дабы не закричать от приближающийся разрядки. Голову сносило не хуже чем дорогое рисовое вино. Танджиро активно отсасывал, ощущая, как пульсирует член Ренгоку… Так горячо. — Танджиро! — Вскрикнул Столп, — я с-сейчас конч… ОХ! — Густая сперма заполнила влажный и горячий рот парня. Танджиро смог отстранится, тяжело дыша. Струйка белоснежного семени стекала с краешков губ. Танджиро проглотил почти всё. — Мой мальчик, ты просто молодец! — Кёджуро притянул за руки юношу, целуя в губы. — М-м-м, ты всё-таки способный ученик. — Щеки Танджиро стали пунцовыми от таких слов, но на душе лежала безмятежность и удовлетворенность. — Ренгоку-сан, вы меня снова смущаете! — Кёджуро посмеялся, вытерев пальцем сперму с губ. — Но я правда хорошо постарался? — Конечо! Ты мне здорово минет сделал! Ты умница! — Быстрые и пылкие поцелуи в щеки заставляли сердце Камадо трепетать от восторга. Танджиро в эту звездную ночь чувствовал себя особенным, а Кёджуро всё-таки был не менее удивлен тем, что его цугуко с первой попытки смог довести его до оргазма. Всё же Ренгоку ещё раз провёл свой «урок», а затем вся ночь была наполнена жаркими поцелуями и ласкающими слух стонами…