Дар преданности

Хим сменила меня в вестибюле гинекологического отделения, а я побежала обратно, в травматологическое, недоумевая, зачем вдруг явился отец Маттео. Ведь он был сердит на сына за нашу свадьбу и отрезанный доступ к деньгам брата. Да и кто сказал ему об аварии? Глупость какая-то. Впрочем, когда я пришла в нужный коридор, причины внезапного появления отца Маттео перестали меня волновать. Мой свекор был в ярости. Стоило ему меня увидеть, как он рявкнул: — Ну, что, добилась своего, маленькая тварь?! — О чем Вы? — опешила я. — Не прикидывайся идиоткой! — отрезал мужчина. — Это все из-за тебя произошло! Я уверен, что это ты подстроила аварию! — Что?! — охнула я. — Зачем мне это?! — Тебе, пожалуй, лучше знать! — огрызнулся Анхелло. — Но я думаю, дело в том, что ты хотела получить доступ к деньгам моего сына! Вот только ничего у тебя не выйдет! Тут я рассердилась. Ах, значит, это я была во всем виновата?! Да с какой стати он, вообще, меня обвинял?! Ну, все! К дьяволу вежливость! — Так, — заявила я. — Во-первых, не смейте говорить со мной в таком тоне! Мы с Вами все-таки — свекор и невестка! — Ха! — изогнул бровь мужчина. — Не смеши меня! Я никогда тебя так не назову, даже не надейся! — Но в юридическом смысле все так, — отрезала я. — Мне плевать, что Вы об этом думаете. Да и Маттео тоже плевать. Во-вторых, прежде, чем бросаться рискованными обвинениями, приведите доказательства. У Вас было куда больше причин желать ему смерти, чем у меня! Я его люблю! — А я, хочешь сказать, не люблю?! — взвился дипломат. — Он — мой единственный сын! — Единственный источник денег, Вы хотели сказать! — съязвила я. — Точнее, он был им до тех пор, пока не связался со мной! А в-третьих, как Вы узнали о случившемся?! Мне бы и в голову не пришло сообщать Вам! — Боюсь, это из-за меня, — осторожно вмешался Гастон, став между нами. — По дороге в больницу я позвонил своему отцу и рассказал, что случилось. Видимо, он и сообщил Анхелло. Прости. Я лишь отмахнулась. Это было уже не так важно. Тем более, что из кабинета тут же вышел врач Маттео, который уже был мне знаком. — Доктор, как он?! — тут же спросили мы с Гастоном в один голос. Мужчина устало вздохнул, потер руки и вместо прямого ответа поинтересовался у меня: — Сеньора, Вы верите в Бога? Я удивленно уставилась на него и пожала плечами. Мое отношение к религии было слишком неопределенным, чтобы дать точный ответ. Да и непонятно было, при чем здесь это. — Так вот, я начинаю верить, — продолжил врач. — Коллега показал мне фото с места аварии. Удивительно уже то, что Вашего мужа вытащили живым из такой машины. А уж то, что он, по сути, легко отделался, вообще, не поддается никаким объяснениям. — Так Вы скажете, что с ним?! — начал терять терпение Гастон. — Как я уже сказал, парню здорово повезло. Рассечение головы, сотрясение мозга, два сломанных ребра и множество ушибов. Ни одна из этих травм не угрожает жизни, так что с Маттео все хорошо. Он уже пришел в себя и зовет свою супругу. Я едва не упала от облегчения. Господи, какое счастье! Мой любимый выжил, и будет жить! Нет, поистине, благодарение небесам! По крайней мере, самому родному для меня человеку смерть больше не угрожала! Гастон понимающе улыбнулся и подтолкнул меня к двери, а Анхелло хмуро заявил: — Отойду пока позвонить. После этого врач пропустили меня в палату, и я на негнущихся ногах вошла. Мой муж лежал на кровати, которая стояла у левой стены, и смотрел на меня с такой любовью, что сердце мое запело. Из глаз брызнули слезы, и я бросилась к нему с криком: — Родной мой! Наконец, мне удалось коснуться его. Я села на стул рядом, схватила мужа за руки и крепко поцеловала в губы. Затем, отстранившись, начала целовать его щеки, лоб и нос. — При этом из груди моей вырывались всхлипы, на что Маттео не мог не отреагировать. — Тише, тише, девочка моя! — воскликнул он. — Видишь, со мной все в порядке! — Я думала… думала… — Ну, что ты, малыш! Куда я от тебя денусь! Ты сама говорила, что не отдашь меня даже самой смерти! Я удивленно посмотрела на него. — Ты что, слышал мои слова в машине? — Нет, — улыбнулся тот. — Просто врач из «неотложки» был здесь, когда я пришел в себя. Он-то мне и сказал. Как ты? — Испугалась, — вздохнула я. — Знаю, прости, — ответил Маттео. — Но я боролся за твое счастье. А для тебя важно, чтобы Амбар осталась с тобой. Как она, кстати? — Эй, погоди-ка! — охнула я. — Хочешь сказать, что чуть не сделал меня вдовой, потому что счел, будто ее жизнь для меня важнее твоей?! — Малыш, но ведь Амбар — твоя сестра! — возразил парень. — Я бы никогда не заставил тебя выбирать между… — Да при чем здесь выбор?! — рассердилась я. — Дело совсем не в этом! Конечно, ты бы никогда меня перед ним не поставил. Но разве не очевидно, что ты для меня важен в той же самой степени?! И тут на меня обрушилась одна простая истина. Внутри себя я давно сделал этот выбор. А результат его с определенной точки зрения был одновременно и диким, и правильным. — Нет, — добавила я. — Ты еще важнее. Да, как бы странно это ни звучало, между сестрой и мужем я выбрала мужа. И откуда-то знала, что не ошиблась. — Луна, не надо, — поморщился Маттео. — Ты не должна… — Знаю, — прервала его я. — Но таков мой выбор, любимый. Безусловно, Амбар и дедушка много для меня значат. Но только без тебя я не могу дышать. Я знаю, что мне будет грустно без сестры. Знаю, что буду скучать по дедушке. Но, если потеряю тебя, это будет конец, понимаешь? Маттео протянул руку и погладил меня по щеке со словами: — Прости, что напугал тебя, любимая! Мне следовало подумать о твоих чувствах. Прости меня! — Ты не должен за это извиняться, родной мой, — возразила я. — Это мне следует попросить прощения. Прости, что никогда не давала тебе понять, как боюсь тебя потерять! Я так сильно тебя люблю! — Я тоже люблю тебя, девочка моя! До неба и обратно! Я еще раз нежно поцеловала мужа в губы. Мне до сих пор не верилось, что любимый выжил. Честное слово, теперь все казалось мне не таким уж скверным! Главное, что он снова был рядом, а остальные проблемы решатся. — И все-таки, что с Амбар? — спросил Маттео, когда поцелуй прервался. Я хотела, было, ответить, но тут в палату ввалился (по-другому не скажешь) Гастон с телефоном в руке. И вид у парня был такой, словно он увидел призрака. — Простите, что прерываю, — заявил Перида. — Но вы должны это увидеть. С этими словами, он подошел и протянул мне свой телефон. На его экране воспроизводилось видео с участием Анхелло Бальсано. Снято оно было, судя по всему, прямо здесь, в больнице. Мужчина стоял в коридоре и явно эмоционально говорил по телефону. Когда же кадр чуть приблизился (как я поняла, Гастону удалось подобраться ближе), то стала слышна его, судя по всему, длинная тирада: — И меня не интересуют твои отговорки, Неро! Я был готов простить тебе долг за устранение этой маленькой дряни, Валенте! А ты что сделал?! Чуть сына мне не угробил! И что, что ты не знал?! Нужно было лучше продумывать! Он помолчал пару секунд и уже спокойнее добавил: — Ладно, дело можно уладить. Я прощу тебе долг и еще заплачу пять тысяч сверху, если сумеешь представить все так, как будто это Луна повредила тормоза на машине. И что, что нелогично?! Я сказал, придумай что-нибудь! В общем, так. Делай, что хочешь, но, чтобы мой сын бросил эту тварь! Ты понял?! А иначе, твоя дочь отправится в ближайший бордель! Сколько там ей лет?! Шестнадцать? Вот и хорошо, пора учиться зарабатывать деньги. Все, делай выводы. Запись закончилась, а мы с мужем в шоке переглянулись, будучи не в силах поверить своим ушам. — Не может быть… — только и смогла выдавить я.