Душа отступника.

— И что же ему нельзя? — спрашивает Метью, заставляя меня ускориться. — Трогать меня. — Начинаю стонать громче, двигаюсь чуть резче, опускаюсь ниже. — Терпи. — Сжимаю кулаки, упираюсь в колени Метью, опускаю голову, прикрывая глаза. — Сюда смотри, — поднимает мое лицо к себе, открываю глаза. — Пожалуйста, хозяин… — дрожащим голосом, выгибаюсь немного, он отрицательно мотает головой. — Умоляю… — тихо шепчу. — Нет, милый. — С трудом дышу, чувствуя, как Метью опять кончает. — Будь умницей, ускорься еще. — Начинаю двигаться быстрей, теперь Метью стонет от удовольствия. — Умоляю, хозяин… а-ах… — почти неслышно произношу я, смотря на Гарда. — Расслабься. — Выгибаюсь, кончая. — Хороший мальчик, встань. — Поднимаюсь, меня трясет, слегка покачиваюсь, сжимаю кулаки, встаю ровно. — Умница, в спальню. — Плетусь в спальню. — Продолжим? — обращаясь к Метью; тот в шоке провожает мне взглядом. — В плане продолжим? — сбито, поднимаясь с кресла, с подозрением смотря на Гарда. — Ну, тебе же нравится его трахать, давай продолжим, — идет за мной в спальню, придерживая меня за руку, останавливаюсь, опираюсь на него спиной, поднимая к нему голову. — Еще хочешь? — киваю, прижимаюсь к нему сильнее, в спальню заходит Метью. — Ну и как ты себе это представляешь? — осматриваясь в спальне и переводя взгляд на меня. — Он один, нас двое… — Таких экспериментов в твоей жизни не было? — ехидничает Гард, проводя рукой по моей шее, сжимая горло, морщусь немного, дышать становится труднее. — Ему как минимум будет больно… — подходя ближе, проводя пальцем мне по лицу; Гард ослабляет руку, начинаю дышать, смотрю на Метью — Он потерпит, — спокойно говорит Гард, убирая руку с горла, поднимая мою голову к себе. — Будешь умницей? — Да, хозяин, — сжимаю слегка рукава кофты, готовясь к худшему, с ним и так больно, но Метью прав: их двое, я один. — Хороший мальчик, — ухмыляясь, отпускает мою голову, перевожу взгляд на Метью, он хмурится, сомневается в этом. — Даже он не сомневается, а терпеть-то это все ему, — с улыбкой говорит Гард, снимая с себя кофту. — Не обязательно делать это сразу, расслабься для начала, Метью. Помоги ему раздеться, милый, а то ему страшно, — издевается Гард, отстраняюсь от него, подаюсь к Метью, расстегиваю его рубашку, он останавливает мои руки. — Томас, зачем ты это делаешь? — прикасаясь мягко к моему лицу, удерживая мою руку одной. — Потому что хочу этого… — спокойно отвечаю, не двигаясь, смотря на него. — Судя по твоему лицу, не особо ты этого хочешь. — Улыбаюсь, смотря на него. — Так лучше? — освобождаю свои руки, продолжая расстегивать его рубашку, попутно целуя его, стягивая ее с него, опускаю руку к брюкам. — Сам снимешь, или тоже помочь? — под стать Гарду, на что тот ухмыляется. — Не груби, милый, — за кофту притягивая к себе, поворачивая меня лицом. — Будь умничкой. — Разве я плохо себя веду, хозяин? — упираюсь в него руками, прикасаясь, наконец, к его коже. — Можно? — Нет, руки. — Убираю от него руки, он улыбается. — Умница, закрой глаза. — Закрываю, он их завязывает, меня это пугает. — Спокойно, Томми, — целуя меня, отходит. — Я хочу тебя видеть… — тихо говорю, но не двигаюсь с места, я могу убрать повязку, но не трогаю ее. — Нет, хватит, милый. — мягкий голос у самого уха, тяжело вздыхаю, от тона по телу проходят мурашки. «Чувства, сосредоточься на них, мне надо, чтоб ты на них сосредоточился, не важно на каких, милый, пусть это будет даже боль или страх, но как можно больше ощущений, — все так же мягко, прикасаясь к спине, но не снимая с меня кофту. — Когда глаза открыты, у тебя одно чувство — желание, а этого мало». Тянет за собой на кровать, покорно следую за ним. — Сядь на меня. — Сажусь сверху, он опускает так, чтоб я лег. — Подними бедра немного. — Поднимаю их, чувствую руки Мэтью, вздрагиваю. Гард раздвигает мои ноги шире, за подбородок притягивая чуть вперед. — Опустись чуть ниже. — Почти ложусь на него. — Локтями упрись в кровать, но меня не трогай. — Делаю, как он сказал, сжимая в руках подушку, чувствуя, как Метью входит в меня. Издавая тихий стон, опускаю слегка голову. — Хороший мальчик, тише. — Метью закрывает мне рот, поднимая мою голову выше, входя глубже, заглушая стоны, двигаясь быстрее; мне нравится, но чувства опять уходят, чисто физические ощущения, тело опять сложно контролировать, это не эмоции, с ним мне трудней. — Сосредоточься, зверек, хватит думать. — Зверек? — сбито говорит Метью мне на ухо, тяжело вздыхаю от резкого движения, эмоции возвращаются, сжимаю край подушки, опять издавая стоны, Метью убирает руку ото рта, опускаю голову на Гарда. — Прости… — он гладит по голове, от этого хорошо. — Успокойся, милый, — целует, удерживая за ошейник рядом с собой, опуская руку на мой член; сильней сжимаю подушку, чувствуя, как Метью ускоряет движения, опускаюсь ниже на Гарда. — Поднимись, как был. — Поднимаюсь назад, тихо издавая стоны удовольствия. — Не ори сейчас, — медленно вводя в меня и свой член; сжимаю зубы, опять опускаю голову на него, больно, но не от того, что он входит, — просто это слишком даже для меня. — Потерпи, милый, — так ласково на самое ухо шепчет Гард, кончаю, тихо вою от боли, сжимая руки. — Расслабься, зверек, это не так больно, ты и похуже терпел, — легкая издевка в голосе. — Да, терпел, но только с тобой… — так тихо шепчу я, утыкаясь ему в шею. — Я не смогу это молча, а-ах… — Только не ори, но говорить можешь., — целуя в ухо, слегка прикусывая его, кончаю, чувствуя их резкие движения. — Сосредоточься, милый, — забирая опять все эмоции, вообще все; физически это больно, но не катастрофически, для меня по крайней мере, это без эмоций можно терпеть. — Быстрей… а-ах! — тихо прошу, прижимаясь к Гарду, он усмехается слегка на ухо. — Я смотрю, тебе понравилось, Томми, давай усложним задачу, поднимись на вытянутых руках. — Выгибаюсь, как он велел, упираюсь спиной в Метью, кончаю, оба входят в меня глубже, тихо вою от боли, закусывая губу до крови. — Не так сильно, милый. — проводя пальцем по губе, убирая кровь, легкое жжение. — Сладко, успокоился? — Ему больно, вряд ли он успокоился, — сбито и очень возбужденно, обнимая меня одной рукой, но входя глубже. — Еще… а-а-а… ах! — со стоном выгибаясь сильней; Гард переводит мои руки себе на плечи, упираюсь в него, чувствую, как Метью стягивает, снимая кофту, тут же прикасаясь к обнаженной коже. — М-м-м… не надо… ах… — опускаю голову к Гарду, опять чувствуя все эмоции. — Тише, милый, будь умницей. — Откидываю кофту в сторону, опираясь опять обеими руками о Гарда. — Молодец, иди сюда, — притягивает за ошейник, опускаюсь к нему, целует, кончаю. — Так хорошо? — Да, хозяин… ах… еще! — прижимаюсь к нему, издавая тихие стоны, прикасаюсь к его коже, резкое движение внутри. — М-м-м… сильней… ах! — утыкаюсь в его плечо, заглушая крики, еще одно резкое движение, опять кончаю, с трудом дыша. — Ему это реально нравится? — сбитый и шокированный голос Метью, он кончает, я вздрагиваю, цепляясь за Гарда. — Не нравилось бы, не просил бы еще, — усмехается Гард, Метью выходит из меня. — Сядь прямо, зверек, — целуя меня, поднимает, сажусь на нем ровно, упираюсь в него руками. — Руки. — Убираю руки, он обнимает, садится. — Обними меня. — Обнимаю за плечи, прижимает чуть ближе к себе. — Двигайся сам. — Медленно начинаю двигаться, прижимаясь к нему, издавая тихие стоны удовольствия. — Ниже и быстрей. — Ускоряюсь, опускаясь ниже, отстраняюсь слегка от него. — Еще быстрей. — Ускоряюсь еще, кончая, но не останавливаясь. — Молодец. — Задыхаюсь почти, чувствуя его напряжение, опускаюсь еще ниже, он кончает. — Стоп. — Замираю, сжимая кулаки, упираюсь в него, переворачивает меня на спину, опуская на кровать у края. — Опусти голову, милый, и открой рот. — Опускаю голову, ошейник начинает слегка душить, открываю рот, чувствуя, как Гард опять двигаться во мне. Метью вводит свой член мне в рот, двигаясь медленно, но глубоко, задыхаюсь, дергаясь от этого, Гард вжимает рукой в кровать, двигаясь быстрей, орать я не могу, хоть и хочется. — Хороший мальчик, раздвинь ноги шире. — Делаю то, что сказано, он входит глубже. (Хватит, прошу тебя, Гард, — задыхаюсь, понимая, что сил уже нет вообще. — Умоляю…) «Тише, милый, расслабься и потерпи еще», — так мягко звучит его голос, нежно касается моей кожи. Кончаю, сжимаю руки Гарда, даже не думая спрашивать разрешения, по телу прокатилась волна боли, отпускаю его, Метью кончает, вынимает свой член, задыхаюсь, кашляя, вцепившись в одеяло, Гард притягивает к себе за бедра, входя глубже, кончая. — Хватит с тебя? — на ухо спрашивает он. — Да, хозяин… — еле дыша и очень тихо, он выходит из меня, снимает с глаз повязку, довольно быстро привыкаю к свету, с трудом сажусь. — Доволен? — смотрю на Гарда, он улыбается, отдышавшись. — Ты и больше бы смог, — усмехнулся Гард, указывая Метью на кофту. — Подай ее ему. — Он протягивает одежду, натягиваю ее, смотрю на Метью, он в полном шоке, но доволен. — Что? — довольно резко спрашиваю его, сползая с кровати, Гард опять усмехается. — Милый, не груби, — со свойственной ему издевкой. — Принести что-то? — притормозив в дверях, смотря на них. — Стакан мой принеси и долей в него, — спокойно ответил Гард, перевожу взгляд на Метью, он все еще в шоке. — Ему тоже, милый. — Где мои сигареты? — из комнаты ору Гарду. — Не надо, нашел, — говорю раньше, чем он ответил, наливаю два стакана выпивки, беру воду из холодильника, убираю сигареты в карман, как и телефон с водой, беру пепельницу, приношу им стаканы. Иду к окну, усаживаясь в кресло, подгибаю под себя ноги, пью воду, закуриваю, залипаю в телефон. — Можно снять? — прокручиваю на шее ошейник. — Нет, нельзя, — смотря на меня, довольно протянул Гард. — Покуришь, иди в душ. — Я не один раз покурю… — не отлипая от экрана. — Если ты, конечно, не против? — Нет, кури, а чего себе выпить не налил? — поднимаю на него глаза. — Не хочешь? — Сейчас нет, я бы вина выпил… — перевожу взгляд на Метью, он уже допил то, что я принес. — Может, бутылку принести, Метью, ты вообще как? — Это для тебя нормально, Томас? — выгибаю слегка брови, смотря на него. — Тебя только что… — Успокойся, давай, — спокойно начал Гард, вставая, натягивая джинсы, сам идя за бутылкой, принося мне бокал красного вина и лоток с ежевикой. — Ешь, зверек, — ухмыляясь, подавая ее мне. — С рук кормить не будешь? — ехидничаю я, делая глоток из бокала, звонит Ник, поднимаю глаза на Гарда, но трубку не беру. — Возьми, — забирая стакан у Метью, наливая ему еще. — Но сиди тут. — Я и так не шелохнулся с места, опять закуривая и поднимая трубку. — Привет, если нужна помощь, я у Гарда и никуда не пойду, — сразу проговорил я, закидывая в рот ягоду. — Вот как, а если я скажу, что бывший дружок Рассала вломился на вечеринку Дэвида и заперся с ним в гараже и мы не можем туда попасть? — во мне вспыхнула такая злость и ненависть, Гард оборачивается на меня. «Тише, Томас, — спокойно. — Успокойся». (Отпусти меня. — чувствуя, как тело сковало, злость от этого только увеличилась. — Если он его тронет, я его убью!) «Тише, я сказал», — не грубо, все так же, подходит ко мне, забирая телефон. — Ник, привет… — жизнерадостно проговорил Гард, поглаживая меня по голове, нервно курю, но встать не могу. — Что там с Рассалом? — напрягаю слух, Гард нежно гладит по шее. — А другой вход есть, или открыть въезд? — Метью наблюдает за тем, как Гард внимательно слушает Ника, мирно гладит меня по голове. — То есть в теории зайти можно? Пистолет у тебя с собой? — у меня расширяются глаза, тушу сигарету. — Только аккуратно, а то Томас и тебя укокошит, Ник. — Тяжело вздыхаю, переводя взгляд на Гарда, он проводит рукой по моему лицу, улыбается. — Успокойся, милый. — Я их прибью, если с ним что-то случиться! — зло процедил я, слыша выстрел, отворачиваюсь от Гарда, он внимательно слушает, что происходит. — Хорошо, заприте его где-нибудь и дай трубку Рассалу, он в порядке? — слушает что-то, потом подает мне телефон. — Расслабься, милый. — Забираю телефон. — С тобой все в порядке? — Нервный и злой голос. — Да, все хорошо, а запирать-то его зачем, Том? — голос напуганный и явно не из-за меня или того, что я могу сделать, смотрю на Гарда. — Одевайся, я тебя отвезу, только сильно его не бей, — ухмыльнулся Гард. — И в душ все же сходи, милый. — Я буду минут через двадцать, не смей даже приближаться к нему или уйти сам, тебе ясно? — я в бешенстве, но с ним стараюсь говорить спокойнее, допивая залпом вино. — Да, ясно, Том, но пожалуйста… — не даю ему закончить фразу. — Нет, Рассал, даже не начинай! — довольно резко и властно произнес я. — Дай трубку Нику. — Он злится, что-то бубнит, отдает трубку Нику. — Не дай ему уйти, а этому кретину — свалить. — Хорошо, без проблем, через сколько будешь? — Ник спокоен на удивление, даже голос не дрогнул. — Двадцать минут, не больше. Там много народу? — смотрю на Гарда, он ухмыляется. — Ну достаточно, могу увести его куда-нибудь, это не проблема. — Слышу на заднем плане возмущение Рассала. — Рассал, блин, успокойся давай, не убьет он его, — чуть более резко проговорил ему Ник. — Ник! — с злостью позвал я чуть громче. — Прости, в общем, мы тебя ждем, — чуть виновато раздалось в ответ, кладу трубку, встаю с кресла, иду в душ.