Душа отступника.

      Открыл глаза, судя по всему, был день, но ощущения было, будто раннее утро, дышать было тяжело, Гард спал рядом, обнимаю его. Состояние как будто я нахожусь не в городе, а на вершине горы. Закрываю глаза, укладываясь на плече Гарда, все еще тяжело дышу, он гладит по голове. — Ты скоро привыкнешь, просто успокойся, милый. — тихо говорит он, понимая, что дышу я с трудом. — Постарайся уснуть. — Почему тут так трудно дышать? — закрывая глаза пытаясь успокоиться, не понимая, что именно происходит, мне не должно быть страшно, да и в принципе все спокойно. — Этот город защищен, тут много символов и вещей имеющих силу, это древний город, во многих зданиях даже в кладке спрятаны символы не позволяющие отступникам пересечь их порог. — опять этот гипнотизирующий голос, он гладит по голове спокойно дышит, для него это не составляет проблемы. — Но ты сможешь, завтра тебе будет уже легче. — Ты тоже так себе чувствовал? — открываю глаза, смотрю на него, он улыбается. — Нет… ты же жил тут, как вообще? — Первые дни, дышать труднее, но я не страдаю по этому поводу. — мягко проводя пальцами по моему лицу. — Я жил изначально далеко от Лондона, когда я начал жить тут мне было где то около 45. — Сложно тебя представить в таком возрасте. — смотрю на него пытаясь представить, он опять улыбается. — Я не выглядел на этот возраст, но тогда мне было именно столько. Мне пришлось разыграть свою смерь, так что где то в районе моих земель в фамильном склепе есть моя могила. — я немного в шоке поднимаю на него взгляд. — Я не умер до сих пор, а мой сын продолжил род, у меня все есть, а ему досталось наследство, я не лез в его жизнь, но видел его в моем возрасте, он больше похож на мать, умен, занимал должность при дворе. — Какой у тебя был титул? — начинаю дышать чуть легче. — Да и фамилия, ведь если ты из… — он меня целует, улыбается. — Я из древнейшего рода Шотландии, мой предки натворили очень много всего, это очень известный род. — я вопросительно выгибаю бровь. — По факту я барон. Сейчас у моего рода титул лорда. Сейчас мой род носит фамилию и титул графа Дамфрис и маркиза Бьют и у него есть наследник на оба титула. — Ну не хило, однако… — в легком шоке смотрю на него. — Зверек ты не хуже я тебе скажу. — гладя меня по голове, улыбаясь. — Ты у нас вообще голубых кровей. — В смысле? — тяжело выдыхаю, хмурюсь не понимая. — Помнишь, говорил, что выяснил кое что про твоего отца? — киваю. — Ну, вот его полное имя, данное ему при рождении Фредерик Чарльз Коли Гордан-Леннекс, по сути, старший наследник и должен был стать 12-тым герцогом Леннексом, но погиб, как хранитель имел имя Коли Марлоу о его наследниках нет, ни слова. У него есть младший брат, Чарльз Гордан-Леннекс, лорд Сеттрингтон и ныне являющийся наследником на место 12-го герцога. Но так как ты сын старшего сына, по факту наследник титула ты, по старшинству отца, а уж потом он. — я вообще открыл от шока. — Это не все милый, этот род идет от незаконно рожденного сына короля Англии Карла 2-го Стюарта. Как хранители они стоят во главе совета под фамилией Марлоу как данные им в земли. Марлоу это город где то в часе езды от Лондона на запад. Так что ты у нас пусть и дальний но родственник короля Англии, правящего с 1660 по 85-й год. — слегка приподнимаюсь на локте, приходя немного в себя. — То есть во главе совета, то есть это одна из тех семей, что отошли от дел? — он притягивает к себе за подбородок. — Та у которой по словам того хранителя прервался род. — целует, ухмыляется смотря как я офигиваю с услышанного. — Но род от части хранителей прервался, ты сын «чистокровного» хранителя с душей отступника. — Это кошмар. — упираюсь лбом ему в плече. — А если меня увидит кто-то из них? Я же копия отца… — меня начинает охватывать паника, дышать становится труднее в разы, и тут нет Рассала, который просто может обнять, чтоб помочь мне успокоиться. — Надо было ехать в Японию. — Милый, это еще более древняя страна, там не легче. — тихо говорит Гард. — Успокойся, они отошли от активного участия, поэтому их люди вряд ли знают твоего отца… — Гард, это в любом случае ужасно, я помесь причем крайне жуткая, «чистокровный» хранитель с душой отступника, не находишь это крайне опасной смесью? — он поднимает мою голову за волосы к себе. — Ты прекрасен зверек, именно этим сочетанием, силен, именно из-за этого причем и как хранитель и как отступник, лучше чем и те и другие. — ухмылка становится диковатой и довольно злобной. — Собственность сильного отступника и тоже не совсем стандартного. — отпускает мои волосы. — Я не лишился всех эмоций, скажем так, они больше человеческие, не столь искажены, и не терял душу, как и ты, ведь душу по факту забирает хозяин, это немного не точно, но все же, душа материя тонкая. — Странный вопрос, но я мог чувствовать тебя, когда ты еще не был моим хозяином? — вспоминая сон, и не сильно уверенно задаю вопрос, вроде начиная справляться с паникой и относительно, насколько это возможно дышать. — По идее нет, но зная тебя да мог, твой отец рассказывал обо мне, я был рядом, я сильный и ты просто сразу дал обозначить себя как мою собственность, по сути твой отец подтолкнул тебя ко мне. — с каким-то даже наслаждением сказал он это. — Ты стал моим по собственной воле, милый, да я тебя выбрал, но и ты понимал, что выбор очевиден. Ты не глупый, сильный с детства и твои гены давали о себе знать даже подсознательно. — Я чувствовал лишь крупицу тебя в себе… — смотрю на него, он проводит рукой по лицу. — И этого достаточно, чтоб я тебя нашел и сделал своим. — целуя, опускаю голову к нему на плече, закрываю глаза, голова кружится. — Ты сильный, скоро привыкнешь, завтра будет легче. — Мне не нравятся эти ощущения, я не могу успокоиться, вечная тревога и страх, не хватка воздуха от этого голова кружится. — стараюсь дышать как можно глубже. — По сути это действует, как-то что хранители делают когда парализуют нас, только более рассеяно и ослабленная, ты умеешь это обходить благодаря отцу. — мягко опять, заговорил Гард. — Так что тебе стоит сосредоточиться и придти в себя, зверек? — поднимаю на него глаза. — К тому времени как я вернусь, ты должен придти в себя, Томми. — В смысле ты вернешься? — нахмурился я, он встает с кровати, сажусь на ней, подгибая под себя ноги. — Тебе надо есть, готовить мне лень, ты пока не в состоянии, так что я возьму, что ни будь из ресторана, а ты постараешься придти в себя. — надевшись и потеребив мои волосы, улыбается он и исчез. — Ну, замечательно… — разваливаюсь на кровати, смотрю в окно, у нас с Рассалам пять часов разницы, то есть если у меня день у него утро. Ищу телефон, смотрю на время, оно уже стоит по местному 16:27, то есть у него 11:27, рано, если учесть, что я говорил с ним в районе пяти утра, набираю все же номер, звоню по видео, он долго не берет трубку, я уже думал сбросить, но он взял в последнюю секунду. — Ты в моей канате? — И тебе доброе утро, засранец, да я тут не один. — поднимая телефон выше, на диване Дэвид и Авери, а рядом с ним Ник. — Я думаю, я тут часто спать буду. — Миленько, я из города и у тебя под боком уже Ник. — усмехаюсь я, на что слышу недовольное бубнения Ника. — А нехера было сваливать Марлоу, сам виноват. — наваливаясь на Рассала и зевая проговорил Ник. — Мечтай, Ник. — ухмыляется ему Рассал. — Ну, давай рассказывай, Том. — А что рассказывать? — ухмыляюсь я в поисках своей футболки. — Я лучше покажу… — поворачиваю камеру, встаю с постели. — Короче, Гард не нормальный, и по его мнению я живу в скромной квартире. — подхожу к двери из спальни, показывая собственно сначала её, потом холл, вторую спальню, выхожу на кухню совмещенную с столовой, потом в гостиную и под конец на огромный балкон с шикарным видом на город, сажусь в кресло где валяется моя кофта, достою из неё сигареты, закуриваю, поворачиваю камеру на себя. — Я живу теперь в пентхаусе в центре Лондона… с видом на Тауэр почти. — Шикарная квартирка… — охренел Ник, ну это хорошо отображало и мои эмоции собственно. — У тебя там собственный лифт? — Он ведет на парковку и холл, но да. — тяжело вздыхаю, курить пожалуй не лучшая идея. — А сам он где, я думал первое время он будет рядом. — убирая из кадра Ника, садясь на кровати. — С ухом что? — Я напишу, что с ним позже. — улыбаясь, он сразу заметил, по долго всматриваясь. — Как он сказал, «готовить лень, пойду, возьму что ни будь из ресторана.». — Правильное решения, зная тебя ты в последний раз ел в самолете. — он ухмыляется, я киваю. — Идиот… — с улыбкой проговорил он. Мне стало реально спокойнее, и дышать стало легче. — Как ты себя чувствуешь? — Уставшим, да и потерянным немного, еще не разу не выходил от сюда. — тушу сигарету, разваливаюсь в огромном кресле. — Я скучаю, а это только первый день тут… — Привыкнешь, Том. — улыбнулся Рассал, тоже улыбаюсь, но куда печальнее его, дышать опять становится трудней. — Привыкну, но это не отменяет того, что я буду скучать. — встаю, иду к холодильнику, там куча всего, беру воду, иду назад. — Думаю, станет легче, когда начнется учеба, пока что крайне печально. — Значит звони чаще. — он старается не показывать грусть, это вызывает улыбку. — Я её все равно чувствую, Рассал. — тяжелый вздох, делаю пару глотков воды, отставляю бутылку. — Ладно, отдыхай любимый. — Позвони мне вечером или я тебе позвоню. — улыбаюсь. — Я тебя люблю, Том. Пока. — Пока… — ложу трубку, состояние, словно я готов разреветься, но я сдержался.       Развалился на кресле, закрыл глаза, сосредоточился, частично впитывая страх и тревогу, собираю их в кучу, часть просто впитываю, но по большей части заглушаю их. Дышать резко стало легче, но не на долго, с третей попытки все же, получается, найти ту норму и привыкнуть к ней, сделать ей как бы частью себя, неизменной, постоянной. Открываю глаза, чувствую себя уже намного лучше, головокружение нет, дышу абсолютно нормально.