Душа отступника.

      Домой я добрался быстро, поднялся в квартиру и с превеликим удовольствием развалился на диване, на балконе. Минут 15-20 просто валялся на диване, не шевелясь вообще, закрыв глаза и наслаждаясь спокойствием. Но со мной не бывает такого, чтоб у меня все шло хорошо, чувствую присутствие Гарда, это не напрягает, но тот, кто с ним вызывает сомнение. — Кого ты притащил? — не открывая глаза и не шевелясь, все так же лежа не диване. — Милый, ты совсем страх потерял? — не злой, даже не недовольный голос, с свойственной ему усмешкой, но спокойный. — Нет, могу сказать по другому… кого ты притащил, хозяин? — улыбаюсь, чувствуя как он прикасается к моей голове. — Так лучше? — Нагло, зверек… но мне нравится. — гладя меня по голове, открываю глаза, смотрю на него, на нем кровь, но не его, хмурюсь. Он расплывается в улыбке. — Ты же понимаешь, что она не моя… хочу узнать, только отступника вылечить сможешь или и хранителя тоже? — указывая себе за спину. Оборачиваюсь, смотрю на связанного и крайне в плачевном состоянии парня лет 20-ти с небольшим. — Он мне пол кровью уделает… — поднимаюсь с дивана, подхожу к парню, поднимаю его лицо к себе. — Ну, и кто ты у нас? — Не беспокойся, не уделает. — подходя ближе, гладя меня опять по голове, парень в ужасе смотрит на меня, затем на Гарда. — Убей меня, серьезно! — тихо говорит он, смотря мне в глаза, улыбаюсь, поднимая его голову выше, вижу раны на шее, серьезные, но не смертельные, с другой стороны их много, а это уже угрожает его жизни. В нем какое-то странное чувство от моей улыбки, но пока мне не особо понятное, так что на этом я зацикливаться не стал. — Ну, не смогу вылечить, убью. — так спокойно проговорил я, поднимаюсь, поворачиваюсь на Гарда. — И на кой мне хранитель дома? — Питомца себе не хочешь? — язвит Гард, притягивая к себе, проводя рукой по моему лицу, пачкая его кровью. — Попробуй его привести в норму, я скоро вернусь. — целуя меня, исчезая, закатываю глаза, делая тяжелый вздох. — Вот и на кой ты мне сдался, встать сможешь? — оборачиваюсь на парня, он с трудом дышит, какое тут встать или ходить. — Ну, ясненько… зовут-то тебя как? — Нафиг иди! — пробубнил он, усмехаюсь слегка, опускаю руку ему не плече, перемещаюсь в ванну гостевой спальни, развязываю его, стягивая с него куртку и кофту, он орет от боли. — Просто убей! Ты все равно ничего не можешь! — так надменно и высокомерно. — Я бы не был так уверен… а убить тебя или нет, решать моему хозяину. — спокойно говорю, осматривая его раны. — Чем он тебя порезал? — Ножом, разве не очевидно, кретин! — он зол, но в основном от боли, провожу рукой по его ране, она затягивается, кровь останавливается, тяжело вздохнув и поочередно залечив каждую рану и порез. Совсем они не пропали, но по крайней мере он приходил в норму. — Что ты делаешь?.. — в полном шоке смотря на раны, которые затягиваются. — Разве не очевидно, лечу тебя, кретин. — усмехнулся я, отстраняясь от эмоций, приходя к спокойствию, сосредотачиваясь, убирая оставшиеся следы полностью, залечивая все раны, что от них даже следа не остается. — Прими душ, одежду дам другую. — Я свалю, ты же понимаешь. — я улыбнулся на это высокомерное заявление, опять почувствовав это странное состояние парны. — Ты никуда не уйдешь без моего разрешения, и не кому и ни как не сообщишь где ты. — приказываю ему спокойным голосом. — И если попробуешь мне навредить или моему хозяину, я сделаю так, что ты будешь умирать медленно и очень мучительно. Думаю, мы поняли друг друга? — улыбаюсь, поднимая его лицо к себе за подбородок, он слегка в шоке от улыбки, уголки его губ даже слегка дернулись вверх, но это была доля секунды. — Ты бальной! — он шарахается от меня, хмыкаю на это, встаю ровно, разворачиваюсь и ухожу в гостиную.       По пути смотрю на руки, иду на кухню, смывая с рук кровь и с лица, иду назад на диван, закуриваю. Он все же сходил в душ, оделся в одежду, что я ему оставил и вышел в гостиную. Перемещаю к себе бокал и бутылку вина, вынимаю из рюкзака ноутбук. — Садись. — указываю ему на кресло рядом с диваном. Открываю задания и лекцию, что была сегодня, закрываю глаза, заполняя все пробелы в тексте. Он очень настороженно смотрит на меня, подходя ближе. — Успокойся уже и сядь, бесишь. — он садится на кресло, но все равно в упор смотрит. — Что? — Кто ты? — сверля меня взглядом, пока я наливаю себе вина, и начинаю печатать ответы на поставленные вопросы и выполнять задания данные по учебе, искать нужные материалы. — Отступник. — не поднимая на него глаз от экрана, занимаясь своими делами. — Отступники такого не умеют! — довольно резко заявил он. — Те раны даже очень сильный хранитель сам на себе бы так идеально не залечил. А на другом… это вообще невозможно. — берусь за бокал, поднимаю на него глаза. В нем столько высокомерия и ощущения, что все ему должны и ничтожны. — Значит сильных хранителей ты не встречал. — смотря на него с улыбкой. — Это не серьезные раны. — Они серьезные! — психанул он подаваясь на меня, но тут же опустился обратно, я взглядом впечатал его назад в кресло. — Не столь серьезные, не смертельные. — продолжил я, перемещая к себе футляр с кинжалом. — Если бы тебя поранили этим. — вытаскиваю кинжал, спокойно держа его в руках, Гард его даже за рукоятку брать не хочет. — А обычным ножом, даже глубокие раны для вас не смертельны… этот еще может навредить, а так они не серьезные. — Откуда он у тебя?! — теперь я его пугал и сильно, улыбаюсь опять, убираю кинжал назад, возвращая его наместо. — Кто ты на самом деле? — Господи, вас что подбирают… чем дольше соображаешь, тем лучше? — закатываю глаза, делая еще пару глотков вина и опять утыкаюсь в ноутбук. — Скажем так, довольно сильный отступник, устраивает ответ? — Нет, потому что отступники такого не могут! Да и я чувствую, что с тобой что-то не так. — злясь теперь на меня, чувствую Гарда, поворачиваюсь на него. — Она хотя бы не тупая и симпатичная, а этот просто идиот. — Гард на это улыбнулся. — Долго тебе еще? — указывая на ноут. — Думаю это займет полчаса, не больше. — уткнувшись опять в экран. — Что ты с ним делать собрался? — Доделай, потом обсудим. — идя на кухню и заглядывая в холодильник. — Ты бы в магазин сходил, вообще жрать нечего. — Я ем по кафе и ресторанам. — не отводя глаз от ноутбука. — Дома я пью… в баре все есть. — Аппетит появился? — отрицательно мотаю головой. — Побочки яда? — Не думаю, это скорее банальная усталость. — все еще читая задание и выполняя их, периодически попивая из бокала. — Такое было, когда я загремел в больницу, я не хотел, есть, нормально не мог спать. — Серьезно, вы это будете обсуждать? Что ты там такого важного делаешь?! — злобно пробормотал парень, свысока смотря на меня. — Пытаюсь получить высшее образование, если ты не против. — спокойно ответил я, слегка поднимая глаза, смотря на него исподлобья. — Могу обрадовать, пока я занимаюсь, ты остаешься жив. — Гард ухмыльнулся, садясь рядом. — Серьезно, ты учишься? — охренел малость он, показывая всем своим видом, что я недостойное создание и это смешно. — Представь себе. — отвечая уже на последний вопрос, открывая тестирование на сайте университета. — Вот тест закончу и все на сегодня. — Еще один вопрос. — смотря в экран и слегка прищурившись сказал Гард. — Завтра много занятий? — У меня завтра еще три дополнительные лекции, так что много. — решая тест без проблем, отвечая на вопросы. — Я вообще планировал лечь спать, когда это доделаю. — Ладно, зверек, тогда этого надо запереть где-то до завтра. — забирая у меня бокал из рук, допивая вино. — Это последняя бутылка? — киваю. — В смысле запереть меня, где ни будь?! — оскорбленно и довольно громка, возмущенный от такого отношения к нему. — Замолкни! — фыркнул я и он замолчал. Дорешиваю тест, он выдает результат на 97 баллов, хмыкаю на это не сильно довольно. Возвращаюсь к последнему, не выполненному вопросу в заданиях. — Тебя не устраивает 97 баллов, зверек? — поднимаю на него глаза, медленно поворачиваясь на него. — Да не особо… в среднем я решаю их на 99 или 100. — смотря на бокал в его руках. — Ты допил последнее вино?.. — Я куплю новое. — усмехнулся он. — Доделывай и иди спать, выпивки с тебя хватит на сегодня. — Я никуда не пойду с тобой! — в панике вжимаясь в кресло, завопил парень, смотря на Гарда. — А тебя что кто-то спрашивает? — раздраженно проговорил Гард, смотря на него. — Почему он говорит, ты же сказал ему молчать? — Ну, я не вижу смысла затыкать его навсегда. — спокойно, закрываю ноутбук. — Могу заткнуть на совсем, если ты этого хочешь, хозяин? — смирно говоря, поворачиваясь к Гарду. — Нет, тебе надо придти в себя к выходным, тебе понадобятся силы. — хмурясь, смотря на меня. — Мне не нравится твое состояние… — Со мной все хорошо. — улыбаюсь, он протягивает руку к моему лицу, поднимая голову, внимательно смотря на меня, изучая, не сопротивляюсь, просто смирно сижу. — Заберешь его? — Нет, пусть поспит в гостевой спальне, иди. — указывая парню в сторону спальни, тот не хотя, но встает, идет в том направлении. — Ты слаб, она влияет на тебя, не знаю пока, как… и то, что ты меня скрываешь, отнимает много сил. — Я разберусь с этим… — кладу руку на него, улыбаюсь. — Но я не хочу, чтоб она навредила тебе. — целую его, встаю, иду к спальне. — Ты не останешься? — Возможно, позже приду. — открывая двери этому парню, в спальню напротив моей. — Иди, ложись на кровать. — Запри его в спальне. — иду к себе, прикрывая двери.       Уснул я быстро, спал чуть лучше, чем ночью, но периодически просыпался, дергаясь, когда Гард вернулся, я уснул нормально. Утром даже позавтракал, на учебе основные пары отсидел в гордом одиночестве, Абигейл заболела, Валери просто, судя по всему, не пришла. К вечеру вернулся домой, спальня все еще заперта, Гарда нет. Заглянув в холодильник, понял, что есть вообще не чего, и идти куда-то мне не фига не хотелось.       Всю оставшуюся неделю я на учебе провел в одиночестве, по факту вообще всю неделю мне ни кто не звонил, только иногда мне писал Рассал. Я решил не принимать пока яды, а то сил было, мягко говоря, мало, в субботу меня в рань разбудил Гард. — Вставай, зверек. — дергая меня за руку и усаживая на кровати, кидая мне кофту и джинсы. — Надевай. — А можно я хотя бы умоюсь, а лучше схожу в душ? — сонно пробормотал я, собираясь лечь назад. — Встал! — я резко поднялся с кровати, упираюсь в него руками. — У тебя пять минут, мне плевать на что ты их потратишь.       Тяжело вздохнув, беру джинсы и кофту, иду в ванну, умываюсь, через пять минут я был в гостиной, запихиваю в карман телефон и сигареты. Смотря на окончательно потерявшегося парня, которого почти волоком тащил за собой Гард. — Ты как ребенок малый, честное слово, если ты думаешь, что тебе это поможет, то расстрою, нет. — Гард злился, подтаскивая упирающегося парня к нам. — Не зли его лучше. — пробубнил я, разминая шею и все еще до конца не проснувшись. Гард опустил руку мне на плече, перемещая нас в совсем незнакомое, светлое без окон и дверей помещение. Я примерно представляю что это за место. — Ты ведь не… — он исчез, оставляя меня с этим парнем. — Ну, серьезно?.. — протянул я.       Осматривая комнату, тут нет почти ничего, кроме пары стульев и небольшого столика, на котором пара склянок. Судя по всему с чем-то опасным, пара ножей, точнее один из них кинжал хранителей, на который тут же уставился этот парень. Резко дергаясь в его сторону, и пистолет, я не шелохнулся, он все же схватил кинжал и тут же отбросил его в сторону. — Какого черта?! — обжигаясь об него, причем сильно, напротив каждого предмета стоит склянка с жидкостью, подхожу ближе, смотрю на них, ничего все так же не трогая. — Что ты делаешь? — То что стоило сначала сделать и тебе. — смотрю на жидкость, рядом с пистолетом явно белладонна, то есть пистолет я взять не смогу, в среднем где нож, скорее всего тот раствор красной бузины, возможно к нему я смогу прикоснуться. А вот в крайней густая и темная жидкость, не знакомая мне, она напротив кинжала хранителей. — А не считаешь ли ты что это малость не честно, хозяин? — рассматривая все еще последний флакон. Парень подходит, хмурится, смотрит на остальные предметы, прикасается слегка пальцем к пистолету, тут же хватая его, направляя на меня. — Ты им пользоваться то умеешь? — поворачиваюсь к нему, беря в руки крайний флакон. — В упор не промажу. — с обеих рук целясь мне в голову, даже не сняв его с предохранителя. — Ну, такими темпами ты и в упор меня не застрелишь, а вот я могу тебя заставить застрелиться. — открываю флакон и нюхаю его содержимое, странно, но это кровь. — Интересно… — подхожу к кинжалу, присаживаюсь, слегка прикасаясь к нему, меня он не обжигает, по крайней мере, за рукоятку я могу взяться. — Хмм… — Что это? — все еще целясь в меня, поднимаю кинжал, закрываю флакон, ставлю его назад, так же возвращая на место кинжал. — Почему я не могу к нему прикоснуться? — Потому же, почему я не могу прикоснуться к этим двум предметам. — указывая на пистолет и нож. — На них яд, который минимум оставит на мне ожоги, а как максимум убьет меня… вопрос в другом, что это и почему она на тебя так влияет, что с рукой? — Все с ней отлично, то есть у меня тут два варианта убить тебя. — улыбнулся он, я безразлично смотрю на него, даже слегка скучающе. — Ну, скажем так, у тебя тут их пять, правда в одном случае придется потерпеть боль, но ты явно этого не в состоянии. — хватаю пистолет за дуло, выкручивая его, вырывая его у него их рук, обжигаюсь и сильно, но даже не поморщившись. — Сядь. — указываю рукой на стул за ним, он садится, кладу пистолет назад, смотрю на руку. Сжимаю ее в кулак, пытаясь вылечить, выходит это с трудом, это занимает слишком много времени, минут пять не меньше. — Расскажи-ка мне кто ты, неженка?.. — Я не неженка… ничего я тебе не скажу! — выгибаю брови, у меня в руках появляется флакон с кровью, открываю крышку, зажимаю горлышко пальцем, переворачиваю на нем остается капля, провожу им по его руке, он вопит от боли, дергается. — Повторить вопрос или как? — достою сигареты и зажигалку, придвигаюсь к нему ближе, закуриваю. — Хранитель. — смотря на свою руку но не в силах двинуться, а ожог видимо вызывает очень сильную боль, через пару секунд он перестает скрывать эмоции, куча страха, паники, ужаса. — Да ладно, вот новость… — закатываю глаза, забирая эти эмоции, их слишком много, они отвлекают. — Семья, она из совета или нет, ты часть этой семьи или просто служишь им? — Служу?.. — возмутился он, и так брезгливо произнося это, я хмыкнул. — Это ты служишь, ты пресмыкаешься… да, ты буквально собственность! — выгибаю брови, эти слова бесят, но с виду я спокоен. — Ты труп если тронешь меня! Меня ищут и когда найдут, ты сильно пожалеешь, тебя будут долго пытать, может не один год. — Миленько… вот только это вряд ли. — тушу сигарету, тут же закуривая снова. — Ты не Марлоу, значит вторая семья, ну, найдут они твой труп, дальше то что? — Марлоу потеряли свои позиции и власть со смертью их выдающегося и гениального… — он так брезгливо говорил о моем отце, что прям, хотелось нос ему сломать, про себя я уже был в бешенстве, но даже бровью не повел при его упоминании. — И еще куча там всего, наследничка… который по тупости решил, что лучше пойдет на войну и погибнет от руки какого-то из ваших. Довольно сильного, может его твой хозяин и завалил… да и к лучшему. — И почему же к лучшему? — спокойно, даже в голосе не выражалась моя злость и раздражение к нему. — У них хотя бы наследник погиб на передовой так сказать, а вот у вашей семейки какая причина? Банальная трусость, ведь ты я так понимаю их наследник, и ты даже не можешь справиться с собственностью, которая пресмыкается. — «Не перегибай, зверек. — спокойный голос, тихий и манящий.» Я злился и эти слова явно были сказаны с горяча, но спокойно, с легкой издевкой. — Фамилия, и как ты попался-то гений, моему хозяину? — Нотенгем! Я сын главы совета, мелкое ты отродье безродное! — ох, сколько злости и страха, паники. Улыбаюсь от этого. — Хорошо, сын главы совета… как ты попался в руки к таким безродным как мы? — всматриваюсь в него, уже как хранитель, палец на котором была кровь слегка обжигает, смотрю в упор, вижу ауру, чуть сильней, чем у Рассала, пару символов на запястье, нити что тянутся к родне, замечая очень тонкую, почти невидную, что тянется ко мне, в его глазах ужас, он смотрит на меня в упор, в глаза. — Хмм… интересненько. — встаю со стула, обхожу его, беру кинжал, на шее знак, знакомый, мерцающий, но слабо, щурю глаза, слегка прикасаясь лезвием к нему, он теряет целостность, слегка тускнеет. Он орет от боли, но яда на лезвии мало чтоб его выжечь, беру флакон, опять переворачиваю, провожу по лезвию пальцем, пачкая его и опять прижимаю к знаку на шее, он гаснет совсем, искажается. Смотрю на руку чуть выше запястья, еще один просто светящийся, повторяю все тоже, стирая и его. Смотрю на свое запястье, на тот странный знак, связывающий меня с Рассалам, он яркий, четкий и это меня немного радует и успокаивает. — Ладно, не ори уже, ожоги не такие уж и сильные… ну, теперь тебя будет потруднее найти. Ваша семья же отошла от дел, вы не имеете людей на передовой, как например семья Маттсон, Рихтер или Кент, тогда как, черт побери, ты попался-то ему? — Да кто ты, черт побери?! Ты хранитель? — вопит он так, что аж по ушам режет. — Говорю же, не ори, боже… — возвращаюсь к состоянию человека, насколько я еще он. — Этот ожег в сравнении вот этого… детский лепет. — опускаю лезвие кинжала на руку, выше запястья, держу его где то секунд 20 и убираю, не издав ни звука. — Это даже не то чтоб больно, как тебя зовут? — Реджес Самуэль Нотенгем! — громко и с таким призрением смотря на меня. — Редж или Сэмми, что предпочитаете больше? — усмехнулся я, садясь назад на стул. — Да как ты смеешь?! — эта высокомерная особа бесила меня все больше. — Да вот так и смею, ты дорогуша ничего не попутал? — смотрю на него в упор. — Если ты не забыл, я сильнее, умнее и ты в очень отвратном и отчасти безвыходном положении. Ты в плену у противника, у тебя нет ни оружия, не данных, даже знаний… элементарных знаний как со мной справиться! А ты ведешь себя так, словно это ты король ситуации. — рядом со мной появляется уже знакомая мне симпатичная девушка, убирает все со столика и ставит другой поднос, с водой и не большой чашкой кофе, несколько брускеттов. — Спасибо. — Не за что, сер… — улыбнулась она и тут же пропала, беру чашку, отпивая немного ароматного кофе. — Ты должен понять идиот, что не в твоих интересах со мной ругаться и пытаться меня унизить, все равно не выйдет. — берусь за брускетт, жрать охота дико. — Хотя бы потому, что я довольно много говна слышал в свой адрес, и от куда более сильных и опасных… людей… и надо заметить именно от людей. — быстро расправляюсь с едой, он смотрит на нее с такой жадностью, как и на воду. — И да, ты долго не протянешь без еды и воды, а её надо заслужить. — Не удивлен, что тебе много говна говорили, потому что ты… — он замолк, беру стакан с водой, он его хочет, прям до жути, беру флакон с кровью, добавляю в воду одну каплю, улыбаясь, смотря, как он приходит в бешенство, понимая, что теперь это яд, который невозможно пить. — Знаешь что интересно? Содержание яда просто мизерное на такой объем жидкости, но так как ты понятия не имеешь, что такое лишения, от капли или легкого ожога орешь как будто тебя топят в этом яде, ты уже не сможешь это выпить. — улыбаюсь, выпивая залпом этот стакан воды. — Да что ты… думаю ты бы тоже не стал пить отраву… например бузину красную, одна ягода, это почти верная смерть или тяжелейшее отравление, как минимум кома. — с вызовом проговорил он, думая, что он смог ответить мне подстать.       Тут же рядом появляется эта девушка, с другим подносом в руках, ставит его за место прошлого с едой, исчезая. На подносе небольшая вазочка с ягодами и тот флакончик с ядом, и то и то бузина. — Знаешь что это? — он довольно улыбается, кивает, указываю на флакон. — А это? — Нет, но полагаю это ее отвар, то есть яд для тебя. — радостно говорит он. — Выбери что-то одно, и я это съем. — спокойно смотрю на него, он слегка хмурится и смотрит на ягоды. — Число? — он не сразу понял, о чем я. — Три! — его прям, распирало, беру вазочку, протягиваю ему. — Выбери три ягоды. — он выбирает три самых крупных, я бы тоже выбрал ягоды, ведь в флаконе может быть что угодно. «Этого много, милый. — уже недовольно.» (Нет, не много… вот выпить флакон концентрата, это много. — забираю у него ягоды, опять сковывая его движения. — Долго мне тут еще с ним сидеть?) «Думаю нет, у нас еще дела есть. — закидываю в рот три ягоды, жую их, проглатываю, открываю рот, показывая что съел их. — Все же это много.» — Ну и как тебе верная смерть? — улыбаюсь, для меня это фигня, она разве что вызовет легкую головную боль и головокружение, да и то с голодухи. — Это не капля в стакане. В сравнении с вами, отступники более прогрессивны и если нас не трогать, мы не будем представлять опасность, а так как вы используете пытки и убиваете тех без кого мы не можем, мы озлоблены. — Когда меня найдут, я с удовольствием посмотрю как твоего хозяина убьют, а тебя будут пытать. — улыбается он. — Боюсь, ты не выйдешь отсюда живым… — встаю со своего стула, за моей спиной появляется Гард. — А если они убьют моего хозяина, я не оставлю не одного из совета в живых. — мне на плече опускается рука и мы перемещаемся, дышать резко становится легче, ничего не давит, сил становится больше. — Мне плохо, просто потому, что меня там отравляет даже воздух… с этим кретином у нас будет Адские проблемы, где ты его взял? Да и зачем? — Он помешал мне… ну, да я не знал, что он из такой семьи. — спокойно спускаясь по подъездной дороге, я её помню, спускаюсь за ним к озеру. — Посмотрим что с ним сделать, он больше не будет твоей заботой, тебе слишком опасно с ним общаться. — подходя к дому дышать опять стало трудно. — Раньше дышать тут было легче. — останавливаюсь, упираюсь в колени руками, задыхаясь, при этом Гард дышит спокойно. — В первый раз было хуже чем сейчас, этот дом скрыт от обеих версий тебя, поэтому так трудно и ты приходил сюда с отцом. Он как ты для меня сейчас, проводник. — подходя ко мне, опуская опять руку на плече. — Расслабься, милый. — пара минут и я начал дышать, выпрямился. — Это самое хреновое… я даже тут нормальным быть не могу. — подхожу к двери, открывая её поданным мне ключом. — Зачем тебе быть нормальным? Ты уникум… — открываю двери, захожу в помещение, оно меньше чем я его помню, осматриваюсь по сторонам, на полках довольно много книг, каких-то шкатулок, склянок, стопа бумаг в углу, большой сундук, он был мне интереснее всего, в него отец не давал заглянуть, говоря что это слишком опасно. Сейчас я отлично помнил все, что было в этих стенах. — Здесь ты все вспоминаешь. — Очень четко, помню каждое сказанное им слово… — от этого стало так печально, смотрю листы, это мой подчерк, хмурюсь, совсем не понимая, что это за язык и что написано. — Я не помню, как это писал, вообще не помню что это… — смотря на кучу бумаг, узнавая два символа. — Этот у тебя на теле, тот что скрывает? — прикасаясь к сережке в ухе. — А второй у тебя на запястье, связывающий тебя с мальчишкой… я думаю, где ни будь в дневниках отца, ты найдешь ответ. — улыбается Гард, смотря на книги. — Я думал, ты вывез все, зачем эти оставил? — передо мной появляется не хилая такая коробка, он опять улыбается, опускаю в нее бумаги. — Я вывез все книги, в прошлый раз их не было. — смотря на корешок одной из них. — Она про оружие, а рядом про яды, это то что тебя интересует и судя по всему книги тут появлялись благодаря тебе. — подходя ко мне ближе. — Я же говорю, ты уникален, тебе не надо быть нормальным. — проводя рукой по моей шее, идя к окну. — Возьми все что надо, тут лучше не задерживаться на долго. — собираю все книги и шкатулки, все склянки, да почти все в доме, смотрю опять на сундук. — Он заперт. — Я знаю, он всегда заперт… — смотря на него издалека, проверяя, все ли я собрал, скидывая в коробку последние листы. — Он никогда не открывал его при мне. — Ты можешь забрать и его. — понимая что меня к нему прям тянет как магнитом. — И куда я эту бандуру поставлю? — усмехнулся я, оборачиваясь на него. — Забей на него… — Ладно, зверек, все собрал? — киваю, коробка неподъемная, но в принципе я просто переместился с ней и Гардом к себе в квартиру. — Из этого места не так легко переместиться. — опуская руку мне на плече и перемещая в ту спальню в Шотландии. — Уйди за мной следом. — исчезая и оставляя меня одного. — И интересно как? — фыркнул я, сосредотачиваясь на нем, в попытке переместиться к нему, оказываясь на другом конце огромного помещения, но не в состоянии уйти. — Ты хочешь, чтоб я сделал это за выходные, хоть и говорил, что на это понадобятся годы? Не смешно, Гард. — опять пытаясь переместиться к нему и снова оказываясь в другой части помещения. После 10 или 20-той попытки, он вернулся. — Я все же собираюсь доучится, а не провести тут несколько лет в попытках выбраться. — Я думаю через пару лет, это будет для тебя элементарно. — подходя ко мне, приобнимая, перемещаясь в мою квартиру. — Поешь и нормально, разберись с тем чтоб обезопасить свой дом, он пробыл тут три дня и метка была активна. — прижимая к себе, целуя в голову. — Будь умницей, зверек. — Я всегда умница… — уткнувшись в него. — Будь осторожен, они сейчас 100% ищут его, я не переживу если я тобой что то случится… — Мило, зверек, со мной все будет хорошо. — отпуская меня, обнимаю его сам. — Я пожалуй единственный кого ты не потеряешь, Томас. — целуя меня. — Отпусти меня, милый. — У меня дурное предчувствие… — я уткнулся в него сильней, было ощущение, что и его я потеряю, если уже не потерял. — Как тогда когда потерял мать… только… пожалуйста, Гард. — Успокойся, зверек, если даже я и попадусь, меня сейчас не убьют, я единственный знаю где эта мелкая зараза. — отодвигая меня от себя, улыбаясь. — Сделай что я сказал. — исчезая, я тяжело вздохнул и нервно сжал кулаки.