5 Стадий деградации человеческой личности

       Алиса быстро переписывала в тетрадь скинутые в беседу класса ответы. Учителя часто жаловались на её кривой почерк, но девушке всегда было на это плевать, главное сделать работу быстро и не париться. Голова немного болела после вчерашнего. Ночной истории с сообщением от Серафима Алиса не придала значение. Мало ли что ей могло привидеться под спидами. Родители вели себя так же, как и всегда, а значит и не заподозрили гулянья Крапивиной. Очередной кошмар не дал спать и эту ночь. Дописав последнее слово и поставив точку, она откинула тетрадь в сторону. Вот и сделаны домашние задания, а устные — равно ничего не задавали. Фиолетоволосая откинулась на спинку стула. Казалось, вчера она выплакала все слёзы. Уже не было сил на какие-либо эмоции. Взгляд вновь упал на верхний ящик.

Может я тогда выпила мало таблеток? Нужна доза побольше…

       Девушка открыла ящик. Капсулы спокойно лежали на дне, ожидая своего выхода. Алиса пару минут взвешивала все за и против. В прицепе, всё равно нечем заняться. Гулять никто не зовёт, все отходят от вчерашнего, никто не пишет, дз сделано, почему бы не половить галюны в одиночестве. Крапивина хмыкнула, пожимая плечами и взяла в руку пакетик с таблетками. Терять нечего, она уже давно всё потеряла: парня, желания жить, радости. Смочив горло водой, девушка отсыпает три штуки и отправляет их в организм, запивая. Она валиться на кровать, начиная втыкать в телефон.        Эффекта не последовало. Снова. Крапивина смотрит на время. 16:38. Прошло пол часа, а ничего так и не произошло. Хотя, девушка почувствовала небольшой прилив сил, но это точно было не действие таблеток. Тучи закрыли солнце и в комнату упал холодный свет. Идея сама пришла в голову, прогулка на свежем воздухе не помешала бы. Алиса поднялась с места, принимаясь собираться. Клетчатые штаны и кофта — ничего лишнего. Стрелки, чтобы лицо стало хоть немного живым. Поясная сумка со вчерашнего дня была не разобрана, так что искать вещи не пришлось. Девушка посмотрела в зеркало в полный рост на дверце шкафа. Чуть покрутившись перед ним, пришлось продеть ремень в петли, чтобы штаны хоть как-то держались. Из-за напряжённой недели есть не хотелось и фиолетоволосая, сама того не ожидая, сбросила пару килограмм. Образ она дополнила своим любимым чёрным чокером с шипами. Родители часто ругались, когда видели его, но Крапивина обожает его. С коридора послышались стуки в дверь. Алиса отвлеклась от своего отражения, закрывая шкаф и застёгивая сумку на бёдрах. По звукам дверь открыли.        — Здравствуйте, а вы кто? — спросил отец. Девушка наклонилась к телефону, лежащему на кровати.        — Здравствуйте. Мне нужна Алиса Крапивина. — фиолетоволосая замерла. Она могла поклясться, что знает этот голос. Всё внутри онемело. Алиса положила телефон в сумку, закрывая её. Она выглянула из своей комнаты, теряя дар речи и застывая на месте. На пороге квартиры стоял Серафим. Из кухни вышла мама, вставая за спину отца.        — Очередной друг?! Алиса сидит дома до конца экзаменов. Так что приходите какого-нибудь потом, а лучше вообще забудьте сюда дорогу. — ответил мужчина. — Сами бездари, так и Алису за собой тащите.        Отец только хотел закрыть дверь, как Сидорин поставил ногу предотвращая. Девушка в недоумении. Казалось бы — он превратил целую неделю для неё в ад, Алиса потеряла всякий смысл без него и он так просто заявляется к ней. Хоть в душе, она радовалась, что парень помнит её.        — Дайте мне просто с ней поговорить. И обещаю, я вас больше не побеспокою. — сказал красноволосый. Мужчина пару секунд держал паузу, думая. В разговор вмешалась Крапивина, выйдя из своей комнаты. И так понятно, что родители не захотят слушать Серафима, необходимо брать ситуацию в свои руки. Только она хотела что-то сказать, как была перебита матерью.        — И куда ты снова собралась? Мне казалось, что я тебе вчера всё ясно объяснила. — женщина скрестила руки на груди.        — Что неужели мне просто в магазин нельзя зайти? — спросила девушка.        — Ага, в магазин пива и сигарет? — съязвила та. Алиса сдержалась, чтобы не ответить ей. Как же это не справедливо. А ведь девушка и правда совсем забыла о запрете. Она кинула взгляд на Серафима. Он слегка ухмыльнулся и подмигнул ей. Почему-то, без слов она его поняла, а в голове созрел план. Нужно было действовать быстро. Крапивина хмыкнула в ответ. И почему она только сразу доверяет и соглашается с ним — с тем человеком, что обрёл её на страдания. Всё же, влюблённый человек легко поддаётся. В ту же секунду хватая в руки кеды и худи, девушка наклонилась, ныряя возле отца и пробегая под его рукой. Женщина попыталась схватить дочь, но не успела. Парень так же быстро среагировал, взяв её за руку, не давая упасть вперёд. Вместе они побежали по лестнице вниз.        — Алиса! Алиса, стой! — только и слышалась за спиной, вскоре голоса стали слышаться отдалённо, но сейчас было не до них. Фиолетоволосая не могла поверить, что сейчас вместе с Серафимом. Радость вперемешку с адреналином ударили в голову, заставляя творить немыслимые вещи. Побег с парнем, который нравиться, от родителей босиком — это что-то с чем-то. Сидорин достал из кармана ключ, нажимая на кнопку и одна из машин рядом с домом на мгновение загорелась и издала пиликающий звук. Серафим и Алиса подбежали к машине, здесь им пришлось разлучить руки и разбежаться по разные стороны. Захлопывая за собой двери, парень завёл автомобиль и они поехали дальше от дома. Как бы родители не хотели их догнать, но угнаться за ними не получилось. Девушка судорожно пыталась отдышаться, опуская стекло вниз и высовывая лицо наружу.        — Пиздеееец… — протянула она, высовывая язык, словно собака. Осознание происходящего приходило постепенно.        — И тебе привет. — сказал красноволосый, рукавом вытирая пот со лба. — Ты только не выпади.        Отдышавшись, Крапивина засунула голову обратно в салон и устремляя взгляд на парня. Пришло время расспросов.        — Почему ты мне не позвонил за эту неделю? — спокойно, с нотками обиженности в голосе, спросила она. Странно, что не хотелось кричать на Серафима, хоть он и принёс ей так много боли. Но этот тихий тон наоборот заставил сердце парня сжаться, словно чувствуя всю грусть девушки и даже разделяя её.        — Я пытался, но твой номер был не доступен. — ответил тот. — Я звонил тебе каждый день, но нечего так и не получалось. На том конце было «Абонент не доступен», не знаю как это могло быть. — Алиса кинула непонимающий взгляд. — Если не веришь, посмотри журнал вызовов. — Сидорин протяну свой телефон. Девушка взяла его в руки. Не то что она не верила, просто не понимала как может быть, чтобы люди, живущие не так далеко друг от друга не могли созвониться. Открыв журнал вызова, фиолетоволосая и правда увидела вызовы её номера, подписанного как «ЛисОчка», пролистав их вниз и убедившись, что они и правда поступили к ней каждый день, девушка достала свой телефон. Сообщений о том, что до неё пытались дозвониться не было. Крапивина нажала на телефоне парня вызов. Тут же, на её телефоне отобразился его номер, что говорило о том, что созваниваться они могут, но почему-то это сработало только сейчас.        — Не, ну ахуенно ты меня записал… — саркастично протянула Алиса, но что Серафим посмеялся.        — Оригинально, не так ли, Лисочка? — усмехнулся он, специально подчёркивая тоном её новое прозвище. Девушка мысленно приняла вызов, посмеявшись в ответ. Теперь у неё есть его номер.        — Очень, Серочка. — говорит Крапивина и сохраняет номер парня как «СерОчка». После чего показывает Сидорину, который оценивает побъёбочку, и убирает телефоны на место. Ей и правда понравился этот прикол с уменьшительно ласкательными именами. Звучит в тоже время мило и смешно, просто надо поменять ударение на другой слог. Но долго заострять внимание на этом, фиолетоволосая не собиралась, продолжая свой допрос. — От куда ты узнал мой адрес? — спросила она.        — Спросил у Димы и сразу ринулся к тебе. Я бы сделал это ещё раньше, но не было возможности из-за учёбы. — Серафим сосредоточенно смотрел на дорогу, не поворачиваясь к Алисе. Девушка взглянула на дорогу, видя пролетающий мимо знак с перечёркнутой надписью названия посёлка. С одной стороны высокий лес, с другой поле. — Мой самый близкий, родной человек сказал мне: «Я влюбилась однажды, ещё в юности. Он умер, я умерла вместе с ним. Мы так молоды, так легкомысленны. Спешите жить, спешите любить. Делайте глупости, но никогда не забывайте, что дьявол живёт в мелочах».        — К чему ты это? — спросила Алиса, прокручивая эту фразу в голове.        — Да так, просто вспомнил. — как ни в чём не бывало отвечает парень и улыбается.        — А куда мы едем? — поинтересовалась фиолетоволосая.        — В Выксу. Надо наверстать упущенное время. Надеюсь ты не возражаешь, что я вот так тебя украл? — усмехнулся Сидорин.        — Нет. Тем более нам надо будет многое обсудить. — Крапивина улыбнулась, откидываясь на спинку сиденья и доставая сигареты. Она закинула ноги, которые до сих пор не были обуты, на переднее стекло. Красноволосый включил музыку и, взяв пример с Алисы, закурил. Девушка весело подпевала, крутясь на месте и изображая танец. Парень посматривал на неё через зеркало и смеялся. Привычная лёгкость и непринуждённость вернулись к ней. Впервые за эту неделю, Алиса искренне смеялась и радовалась. Казалось, всё плохое позади — они наконец вновь воссоединились. Однако странная история со звонками не давала покоя. Люди могут созваниваться чуть ли не с разных континентов, а тут всего другой город. Причём целую неделю. Что-то здесь было не так, но дурманящий дым сигареты отогнал эти мысли на второй план. Главное, что Серафим рядом, только от одной мысли сердце трепетало.        Чуть позже уже виделся город. Крапивина не хотя убрала ноги, пристегнула ремень безопасности и обула кеды. Сидорин сделал музыку потише.        — Лис, а го похавать зайдём куда-нибудь? — предложил он. Та порылась во внутреннем кармане сумки, вытаскивая мелочь и сто рублей, которая выглядела помятой и уже сама собой закручивалась в трубочку. На удивление, Алиса поймала себя на мысли, что действительно хочет есть, наверное впервые за неделю, ведь до этого она толком не могла наслаждаться вкусом. А сейчас захотелось чего-нибудь жирного, жаренного и вкусного.        — Погнали в мак. — сказала фиолетоволосая оценив свои финансы, хотя даже если бы у неё было больше денег она бы всё равно предпочла мак, заместо какого-нибудь ресторана.        — Мне нравиться твой выбор. — говорит Серафим и они заезжают в город.

Снимай спандекс, но не снимай чокер, Только не лей слёз — я предпочитаю водку.

***

Пару минут и уже подъезжают к большому зданию с рестораном быстрого питания. Парень паркует машину и они выходят из неё. В лицо ударяет воздух и лучи солнца. Алиса набрасывает на себя худи и они вместе с красноволосым идёт в помещение. Народу было достаточно много и мест на всех не хватало. Крапивина кое-как наорала Сидорину на ухо что надо купить и сунув деньги в его карман пошла сражаться за стол. Ей всё же удалось отвоевать маленький столик в углу с местами друг напротив друга. Пока девушка сидела в одиночестве, она смотрела на спину Серафима, облокотившись щекой о руку. Фиолетоволосая уже не могла обманывать себя, да и эмоциональный всплеск давал о себе знать. Уже было очевидно. Не может же хорошее настроение просто так появиться, по случайному стечению обстоятельств, в тоже время, когда появился красноволосый. Он — причина её хорошего настроения и смысл жизни. Наверное, это слишком громкое высказывание, но Крапивина считала так. Родителям было откровенно всё равно о чём думает девушка и чем она живёт; друзьям она доверяла, но не настолько сильно, боялась что её проблемы расценят как детские; про одноклассников говорить и не стоит; и вот только Сидорин стал тем, кто точно может понять. Но теперь вопрос в другом: что он чувствует к ней?        Вскоре, красноволосый сделал и забрал заказ, глазами нашёл девушку и поспешил к ней. В этом углу, поодаль от всех, было немного спокойней, можно было разговаривать нормально и слышать разговоры людей, как фоновый шум.        — Что-то здесь больше, чем я говорила… — сказала Алиса, смотря на поднос с двумя стаканами газировки, картошки, наггетсов и одним чикенбургером. Её денег хватало только на газировку и чикенбургер, но для одного Серафима всё остальное было порядком многовато.        — Бля, Лис, я же говорил, что заплачу. — ответил парень отдавая ей её деньги обратно. Девушка непонимающе уставилась в ответ. Когда он такое говорил? Или она просто не услышала из-за скопления людей. — Да ладно тебе. Что мне жалко?        — Ну, бля… Мне как-то неудобно… — замешкалась Алиса, бросая взгляд на чек, но Серафим тут же прячет его в карман джинс.        — Неудобно срать на потолке. Считай, что угощаю. — ответил красноволосый, принимаясь за еду.        — Спасибо большое… — неуверенно сказала девушка и так же принялась за поедание, жадно глотая жаренную картошку, чуть ли не разжёвывая её. Такой резкий и дикий аппетит ввёл Сидорина в лёгкий ступор.        — Я думал мне показалось, что ты выглядишь немного болезненно в отличии от нашей первой встречи. Тебе вообще не кормят дома? — спросил он. Крапивина с набитым ртом, виновато посмотрела на собеседника. Сначала, она подумала, что парень говорит в негативном ключе, но увидев его обеспокоенный тон и выражение лица, девушка поняла что это не так. Стоит ли ей рассказывать о своих переживаниях или лучше пока помолчать? Чтобы не выглядеть инфантильно, фиолетоволосая остановилась на втором варианте. Хорошенько прожевав еду, она ответила.        — Просто неделя выдалась трудной. Мы писали пробники по экзаменам, да. — ответила Алиса. Конечно же враньё и Серафим сразу это понял, но чтобы не давить на девушку решил оставить её в покое и дать наесться. Когда повисло молчание, Кравпивина вспомнила про странное сообщение и рискнула спросить о нём. — Слушай… понимаю, наверное, тебе покажется это странным, но всё же. Сегодня ночью где-то в часов 3 я получила сообщение якобы от тебя. Через пару минут я вновь зашла в сообщения, но его там уже не было.        Глаза Сидорина округлились. Девушка уже стала винить себя, что рассказывает глупость про свои галюны. Подумаешь, просто привиделось, а она уже расценивает это как что-то значимое. Любой человек давно забудет, а не станет рассказывать всем на право и налево.        — Ты тоже видела это?! — удивлённо спросил парень, хотя скорее его вопрос звучал как риторический. Серафим запустил руку в свои волосы, поправляя чёлку, спадающую на лицо. — Когда у меня не получилось до тебя дозвониться, я стал строчить сообщения, но многие не отправились, выдавало ошибку. Вчера я просидел за конспектом и уснул на столе. Проснулся от вибрации телефона. Смотрю, а там от тебя сообщение. Я ахуел, пошёл покурить на кухню и потом тоже не обнаружил того сообщения. Я подумал мне приснилось.        Ну раз уже два человека видели сообщения друг от друга, значит это точно не «показалось». Словно кто-то не давал им быть вместе. Это даже не какой-то другой человек, это вселенная. Или сотовый оператор, но это навряд ли. В общем, поговорили про эти сообщения и сошлись на мысли о неисправности. Оба в это, как не крути, не верили, но надо было найти логическое объяснение. Всё же вариант с потусторонними силами казался очень сомнительным, странным и несерьёзным. Друзья сменили тему диалога, рассказывая что с ними происходило за эту неделю, делились какими-то новостями, просто вспоминали разные случае. Уже нет повода для грусти. Этот вечер они собираются провести весело.

Пей мою кровь, пей и пьяней — Это самый честный купаж, самый верный коктейль чувств.

***

       На улице заметно потемнело и солнца уже не было видно на горизонте, но небо ещё светло-синее и только-только начали зажигаться огни. Серафим и Алиса зашли в неподалёку стоявшую Пятёрочку. Пройдя к стенду с алкоголем они принялись выбирать напитки.        — Алис, — позвал её парень. Та повернулась к нему, красноволосый указывал на одиноко стоявшую тележку. — Прокатишься?        — Ля, Сим, ты чё? — усмехнулась девушка покрутив пальцем у виска, не скрывая улыбки. Всё же ей не настолько плевать на общественное мнение.        — Ой, блядь, да ладно тебе. Ты весишь не больше литровки. — ответил Серафим. Крапивина сглотнула, легонько кивая, тем самым принимая его предложение. Сидорин помог ей сесть в тележку и подкатил к нужным полкам. По бокам фиолетоволосую обложили бутылками. Гараж, Эска, Бурбон и ещё неизвестная Алисе марка лежали внутри тележки. Пожалуй, единственным отличие между парнем и девушкой были разные вкусы в алкоголе. Всё же, Крапивина подросток предпочитающий что-то фруктовое и со вкусом. В то время как Сидорин лучше разбирается в напитках. Захватив ещё пару энергетиков, парень повёз её кататься по всем отделам. Фиолетоволосая кое как сдерживалась, чтобы не сильно смеяться при этом. Но их забава долго не продлилась.        — Что это вы делаете?! — возмущённый голос женщины вернул в реальность. Судя по зелёной безрукавке и бейджику на груди — эти двое наткнулись на неприятности. — Мы тут выделяем бюджет на тележки, чтобы кто-то их ломал?        Спорить с этой особой смысла не было. Только Алиса приподнялась что-бы попытаться встать, как к ней наклонился Серафим. Он взял её за спину и под колени, вытаскивая из тележки. От неожиданных действий с его стороны, девушка схватила красноволосого за шею. Парень осторожно поставил её на пол и фиолетоволосая отцепилась от него. Женщина из персонала несколько секунд смотрела на них с презрением, а после благополучно удалилась раскладывать товары в другой отдел. В след ей Сидорин и Крапивина показали факи и покатили тележку на кассу.        — Не расстраивайся. — чуть улыбнулся парень, видя как смутилась от этой ситуации девушка. — Держи шоколадку. — он протягивает её плитку молочного шоколада с фундуком и попадает в точку, ведь это одна из любимых шоколадок Алисы. Та принимает её, теперь уже смущаясь по другой причине. Они расплачиваются, погружают бутылки в пакет и уходят на улицу. Сложив всё на заднее сидение и сев на переднее, парень и девушка поехали дальше. Крапивина скатилась по спинке сиденья и открыла шоколадку, начиная её поедать, запивая водой, которая завалялась в машине.        — Почему ты заплатил за меня? — этот вопрос крутился у неё в голове всё это время. Всё же не каждый будет платить за другого человека. Ладно один раз, но не постоянно же.        — Мне нравиться тебя смущать. — неожиданно ответил Сидорин, самодовольно улыбаясь увидев боковым зрением замешательство девушки и как к её щекам подоспел бледный румянец. Уж не такого ответа она ожидала. — Ну, а вообще… Мы с тобой веселимся — веселиться без еды и бухла не особо весело. Всё же я не могу веселиться один. А так как я приехал внезапно, чего ты не ожидала и не взяла деньги, и поспособствовал твоему конфликту с родителями, я должен загладить свою вину.        — Пиздец у тебя там мыслительные процессы в голове… — сказала Алиса, ещё больше не ожидая такого развёрнутого ответа. — Но ты не виноват. Так сложились обстоятельства. Мы будем винить вселенную, что она не позволила нам связаться.        — Ну, с последним я не согласен. — ответил парень, взяв её за руку. — Она нас связала. — девушка сдавлено посмеялась над таким мини-каламбуром. Она немного приподнялась на сидении, отломав кубик шоколада и поднесла его к лицу Серафима. Он приоткрыл рот. Крапивина сунула сладость во внутрь, чувствуя как парень лизнул два её пальца. Фиолетоволосая отдёрнула руку.        — Фу! Серафим, у меня пальцы грязные, а ты их облизываешь! — воскликнула она, но при этом не переставая улыбаться, обнажая передние зубы. В этот момент они остановились на светофоре.        — А вот что ты руки суёшь? — усмехнулся Сидорин поворачиваясь к ней. У Алисы произошёл странный прилив смелости. Она и сама не ожидала от себя таких действий, но почему-то в её голове это выглядело забавно. На этот раз девушка взяла кубик шоколада губами. Сев боком, лицом к Серафиму, согнув под себя ноги, она привстала на коленях. Крапивина взяла ладонями лицо Серафима, поддавшись вперёд и прикрыв глаза, она передаёт ему шоколад, языком просовывая его в рот парня. Возможно, это и правда была не лучшая идея, но в любом случае уже поздно. Красноволосый молча наблюдал за её действиями. Ему попросту не хотелось сопротивляться, да и не зачем. Кто откажется от шоколада, да ещё и которым кормит девушка. Напоследок, Сидорин проводит языком по её нижней губе, чувствуя всё тот же вкус шоколада. Резкий сигнал машины сзади заставил Алису испуганно отпрянуть назад, а Серафима повернуться к дороге и схватиться за руль. Светофор уже горел зелёным, о чём и сообщил гудок водителя. Поняв это, парень и девушка рассмеялись.        — Слушай, а мы куда вообще едем? — спросила фиолетоволосая.        — Хочу показать тебе моё любимое место. Я всегда туда прихожу, когда мне грустно и сижу там один. — ответил красноволосый, проезжая между домами.

Плевать на репутацию — мы чилим, как хотим, Снова снимаю цепи с демонов, что внутри.

***

       Припарковавшись возле огромной многоэтажки, Серафим и Алиса берут по бутылки и идут к подъезду. Парень открывает домофонную дверь пропуская фиолетоволосую вперёд. Они вместе заходят в лифт и красноволосый нажимает кнопку на самый последний этаж. Добравшись до него, выходят в подъезд. Сидорин ведёт девушку к лестнице, где стоит дверь, которая закрывает лестницу на крышу от посторонних людей. На удивление парень легко открывает замок и саму дверь.        — Как то я со своими друзьями пришли сюда побыть на крыше и спилили этот замок так, чтобы можно было легко приходить сюда и со стороны замок казался целым. — поясняет Серафим прикрывая за ними дверь и поднимаясь вместе с Алисой наверх. — Конечно, много раз этот замок меняли, но мы каждый раз спиливали его вновь. Сейчас ещё не успели поменять, похоже.        Они преодолевают ещё одну дверь и отказываются на самой крыше. Сильный ветер трепет волосы. Крапивина выходит смотрит вдаль, подбегая к краю. Конечно, она часто бывала на крышах. Тут спокойно, красиво, никто не запалит с выпивкой и не будет ворчать про «потерянное поколение». Но на крышах в своём посёлке таких видов нет. Здания не превышают пяти этажей, да и въевшиеся виды же давно не вызывают того восхищения. Выкса была намного больше. Леса, дома, дороги и яркие огни были как на ладони. Парень и девушка расположились на каком-то кубическом бетоне. Хоть какая-то альтернатива полу, но по прежнему холодно. Открыв бутылки, они принялись распивать алкоголь, закусывая всё той же шоколадкой.        — Слушай, а как я в прошлый раз добралась до дома? — спросила Алиса.        — Ты реально не помнишь? — скривил брови Серафим, получая в ответ отрицательное мотание головой. — Мы с тобой пошли гулять и по дороге купили коньяк. Ты тогда очень сильно напилась, что не могла ходить, да и я был не лучше. Мы сидели в парке на лавочке, а позже нас нашли Дима с остальными. Они увезли тебя домой, а меня потащил кореш.        — Ебать… Что-то припоминаю… — сказала девушка потихоньку восстанавливая память. Да, точно друзья забрали её и фиолетоволосая еле как доковыляла до своей квартиры и сразу уснула в кровати. Сидорин достал сигареты и Крапивина последовала его примеру, они подкурили. Девушка сделала ещё один глоток гаража. Кисловато-сладкий привкус клюквы оставался на языке.        — Го цыганочку? — предложил красноволосый.        — Го. — сразу же ответила Алиса, поворачиваясь к парню и отстраняя от себя сигарету. Серафим приблизился к ней, прикасаясь ладонью щеки. Он затянул сигаретный дым, наклоняясь к губам фиолетоволосой. Крапивина затягивает дым, немного касаясь его губ, как же ей хотелось его поцеловать, но что-то останавливало. После чего Сидорин отстраняется и девушка выдыхает клубы дыма в воздух.

Думаю, после всего этого будет глупо задавать вопрос «Нравлюсь ли я ему?». Но не всё так однозначно. Можно ведь расценить это как просто шутку. Для Симы это может и шутка, а вот моё сердце сейчас выпрыгнет, а цвет лица становиться такой же как его волосы.

В моём сердце открылись вакансии для твоих. Дьявол, я таю на глазах — всё грёбаный эфедрин.

       — Алиса. Расскажи что на самом деле происходило за эту неделю. — резко говорит Серафим, смотря куда-то вдаль. Его лицо стало более серьёзным. Он ждал подходящего момента чтобы спросить и сейчас самое время. — Я бы хотел верить, что всё хорошо, но я ведь вижу что это не так. Расскажи мне. Тебе станет легче.        Алиса переводит взгляд вдаль, глядя на то как зажигаются огни в домах. Она несколько минут думает о том стоит ли рассказывать, выдерживая долгую паузу. Тёплая рука парня накрывает её руку. И пусть сейчас он не смотрит на неё, но девушка чувствует мысленную поддержку. Сидорин чувствовал всё это время её напряжение и просто хочет чтобы она выговорилась. У них не должно быть секретов друг от друга.        — Знаешь… — Крапивина тяжело вздохнула. Рука парня сильнее сжала её руку. — Я потеряла смысл. Все дни на нервах. Не могла спать, снились кошмары. Пропал аппетит. Меня нечего не радовала и я не помнила когда в последний раз смеялась. — рассказывала девушка, отпивая гараж. Нос немного пощипывало, не понятно от ветра или подходивших слёз. — А самое главное, я не могла забыть тебя. Я очень много думала почему ты не звонишь. Вчера я и вовсе за день рыдала раза три. Больно вспоминать… А ещё больнее было вспоминать ту субботу… — глаза стали слезиться. Фиолетоволосая поспешила их смахнуть. Красноволосый повернулся к ней. Он залпом выпил содержимое своей бутылки. Развернувшись боком и вытянув ноги, Сидорин положил голову на её колени. Крапивина убрала свою бутылку в сторону, наклоняя голову к парню. По её щеке скатилась слезинка. — Я долго думала почему мне вообще так важен твой звонок. Я никогда не переживала, если люди, с которыми я познакомилась, обрывали со мной связь. А с тобой я заработала несколько нервных срывов. — Серафим протянул к её лицу руку, большим пальцем стирая слезы, поглаживая щёку и покрасневший нос. Он продолжал внимательно слушать её монолог. Алиса набрала в грудь побольше воздуха. — Блядь, никогда не думала, что скажу это. Но… Я люблю тебя. Звучит так наивно и глупо. Но я не могу ничего сделать со своими чувствами. — слёзы сами лились из глаз, некоторые падали на лицо Серафима. Он снова взял её руку, переплетая их пальцы.        — Прости… — тихо ответил он. Другой рукой парень убрал спадающие волосы девушки за ухо. На её лицо попал свет с улицы, в приглушённом свете её глаза блестели от слёз. — Прости, что причинил тебе боль. Я тоже думал о тебе эту неделю. А когда увидел не мог поверить своему счастью. Но мне было страшно смотреть на твоё бледное лицо, прослеживающуюся худобу через оверсайзные вещи и потерянный взгляд. — Сидорин приложил её руку к своим губам. — А ещё сложнее смотреть на твои слёзы. Я не считаю твои чувства глупыми. Я же сказал, что нас связала вселенная, а значит у нас нет другого выбора. Да и мне, собственно, другого не надо. — красноволосый слегка улыбнулся. Он стёр с лица Алисы слёзы и, зацепившись пальцем за её чокер, заставил нагнуться к нему, запечатляя на губах поцелуй. Девушка улыбается, слёзы высозли из-за ветра неприятно стянув кожу. Она аккуратно прикоснулась к его волосам. Тонкие пальцы медленно водили сквозь прядей, а небольшие ногти рисовали узоры на коже головы, вызывая мурашки. Парень прикрыл глаза, выдыхая.        Вибрация телефона прерывает общение. Серафим поднимается, принимая сидячее положение и подносит телефон к уху.        — Да? — спрашивает он и пододвигается к Алисе. Та притаилась, стараясь не мешать. Девушка потянулась к бутылке гаража, допивая его. Она не особо слышала что говорил человек на той стороне. Единственное отчётливое слово «клуб». — Ну, я даже не знаю… — отвечает красноволосый. Он смотрит на Крапивину, словно спрашивая её. Фиолетоволосая кивает, хоть и сама не знает с чем соглашается. — Хорошо, мы придём… Да, давай, увидимся. — Сидорин вешает трубку. — Чтож, вечер только начинается.

Ты не находишь нужных слов, а я мастер в «Скрабл», Мы так хотим почувствовать живую страсть и завтра.

***

       Пол часа и машина уже припарковывается возле большого здания. Выйдя на улицу, в глаза сразу бросается потемневшее небо. На экране телефона светиться цифры 21:03. Серафим и Алиса проходят немного дальше, вдоль этого здания и подходят к двери. Яркая неоновая вывеска гласит название, но написано это таким шрифтом, который хрен прочитаешь. Вокруг входа мигает гирлянда.        — О, Серафим, наконец… — только они подошли ко входу, как тут же к ним подошли три парня. Они стояли у входа с сигаретами. Даже на расстоянии в метр можно было учуять запах алкоголя, да и было видно, что они подвыпившие. Сами парни абсолютно обычной внешности: джинсы, накинутые кофты из-за прохладной погоды, кроссовки и ничего не примечательного.        — Здарова. — сказал Сидорин пожав каждому руку.        — Привет. — тихо говорит Крапивина.        — А что за милая особа с тобой? — спрашивает один из парней, по видимому самый пьяный, и берёт руку девушки с целью поцеловать тыльную сторону. Та смотрит на него с удивлением.        — Это моя девушка — Алиса. — представляет фиолетоволосую Серафим и выхватывает её руку. Крапивина смотрит на него в недоумении и с скрытой радостью. Он назвал её своей девушкой.        — О, сорян, брат. Не знал. Поздравляю. — отвечает тот, сразу же делая шаг назад. Парни бросают окурки в мусорку и жестом приглашают в клуб. В глаза тут же светит яркий свет, заставляя прищуриться. Из колонок доноситься громкая музыка. Пьяные люди танцуют, некоторые сидят за столами. Сквозь поток людей почти невозможно пробраться. Алиса чувствует, как Серафим крепко берёт её за руку, чтобы не потерять друг друга в толпе. Друг Сидорина что-то говорит ему на ухо и парень что-то отвечает. Троя парней уходят куда-то вбок к столам, а красноволосый ведёт девушку к барной стойке. Они присаживаются на стулья и заказывают у бармена пару коктейлей. Серафим наклоняется к Алисе.        — Лис, мне только что передали новый товар. — говорит он. Губы девушки сами собой расплылись в улыбке.        — Чё прям здесь? — спрашивает она. Бармен ставит пред ними два бокала с напитком. Красноволосый потягивает ему купюру.        — Есть таблетки. — отвечает парень, доставая из кармана зип-лок с круглыми белыми таблетками, показывая их фиолетоволосой так, чтобы никто другой не заметил. Хотя всем сейчас точно не до того чем занимаются эти двое. Серафим берёт две таблетки и подбрасывает в их стаканы. Алиса наблюдает реакцию в стаканах, как пузырики воздуха летят вверх, растворяя таблетку. Через пару минут таблетка полностью растворилась. Сидорин и Крапивина выпивают содержимое. Эффект подействовал только через пол часа. Он постепенно накрывал сознание. Вокруг всё становилось ярким, а музыка громче. Появилась лёгкость и необычайное счастье. Энергия била через край, что заставило девушку танцевать. Она не понимала музыку, но всё равно двигалась под воздействием наркотика, иногда втягивая в это парня. Следующие часы были проведены за танцами, разговорами с друзьями Серафима и ещё парой коктейлей. Пусть и воздействие разных наркотиков относительно одно и тоже, но всегда интересно пробовать что-то новое.

Она хочет меня трахнуть, невероятно, Она — тот случай, когда озабоченность так пикантна.

       Буквально выпав из входа в клуб, Серафим и Алиса поковыляли к машине. В ушах всё ещё звенело и вот, наконец, долгожданная тишина. Глаза стали слезиться от воздуха, а пот со лба обдуло холодом. Улицы пустынные и только девушка шла впереди, изображая подобие танца, крутясь вокруг себя, чуть ли не падая на асфальт, и напевая какую-то песню под нос. Подойдя к машине и сев внутрь, парень и девушка просто откинулись на сидение чтобы немного отдохнуть. В клубе было очень весело, они то и дело были на ногах. Крапивина поворачивается набок, сложив ладони вместе, подпирая щёку.        — Ты не боишься в таким состоянии вести машину? — спрашивает она. Вспомнив про бутылки на заднем сидении, фиолетоволосая тянется к ним. Всё ещё холодные. Возможно, такую температуру они сохраняют благодаря тому, что это стеклянные бутылки. Будь они пластиковыми то уже давно бы стали тёплыми. Пользуясь моментом, Алиса берёт Эску, положив её рядом.        — Думаешь у меня такое впервые? — усмехается Серафим поворачивается к ней. Они смотрят друг другу в глаза. Оба уставшие, но такие счастливые. — Лис… Может останешься ночевать у меня? Утром отвезу тебя обратно. — предлагает парень. Не долго думая, Крапивина соглашается. Бывало, что она оставалась ночевать у своих друзей, так что ей это не впервой. Но вот оставаться у своего «парня» — это уже что-то новенькое. К тому же, сейчас он не особо в состоянии вести её в дальнюю дорогу, автобусы уже не ходят, да и попросту не хотелось расставаться. Сидорин тянет руку к оставшиеся бутылке на заднем сидении, открывая и тут же делая глоток. Фиолетоволосая тянется к нему, целуя в губы и тут же отстраняется, открывая свою бутылку и выпивая её. Красноволосый принимает сидячее положение и заводит машину.

Блядь, наверное, я постоянно это думаю, но… Серафим идеален. Так повезло, что мы встретились на той вечеринке. Теперь я и правда не представляю свою жизни без него…

Язык любви — это мёртвый язык, Не опускайся до любви, иначе

       На удивление спать не хотелось вообще. Хотя обычно после дозы тянет в сон. Но Алиса оставалась всё такой же энергичной и умудрялась на протяжении всей дороги говорить без умолку, при этом активно жестикулируя. В итоге, они сами не заметили как уже были возле дома Серафима. Обычная пятиэтажка, из серого кирпича, рядом небольшой магазин и детская площадка. Выйдя из машины, парень повёл девушку. Лифта не было, да и собственно в таком доме он и не нужен. Поднявшись на третий этаж, они остановились возле дверь. На ней весел номер 14. Достав из кармана ключи, красноволосый пропустил Крапивину внутрь. Она прошла и сделала шаг в бок, держась за стену и развязывая шнурки на кедах. Сидорин последовал за ней, включая приглушённый свет в коридоре и закрывая дверь. Разувшись, парень скинул к себя кофту и провёл девушку дальше.        — Сорян за срачь, ко мне не часто приходят в гости, вот я и не ожидал. — сказал красноволосый, пройдя в комнату. Алиса осмотрелась. Небольшая квартирка. Полка на стене с различными наградами, мелкими фигурками, фотографиями в рамках и прочих памятных вещей. Письменный стол с ноутбуком был захламлён бумагой, фантиками и другим мусором. Рядом с кроватью складировались пара бутылок и банок из-под энергетика. В углу стоял шкаф, но при этом некоторая одежда висела на стуле. На стенке у стола наклеены несколько плакатов. Нельзя сказать, что комната была прям уж грязной. Ухоженно, просто небольшой творческий беспорядок.        — Вполне уютненько. — ответила девушка. — У меня в комнате хуже, поверь.        — Хорошо, ну я думаю, что ты не особо горишь желанием спать в своей одежде. — парень перевёл тему, открывая дверцу шкафа в поисках подходящей одежды для фиолетоволосой. Вскоре он закрыл шкаф обратно и вручил Крапивиной сложенную футболку. — Свои вещи кинешь на стул. Ну, а я не буду тебя смущать и переоденусь в ванной. — Серафим взял свои вещи и удалился из комнаты. Девушка немного сомневалась, всё же неудобно перед ним, но с другой стороны красноволосый сам предложил переночевать у него. Алиса сняла с себя одежду и чокер, оставаясь в нижнем белье. Оттянув, успевший задраться выше за это время, лифчик вниз, она сошлась на мысли что не будет его снимать. Пусть в нём не особо комфортно, но девушка немного стеснялась. Развернув футболку, фиолетоволосая просунула голову и руки в отверстия, потянув края вниз. Белая однотонная футболка, как говорит мама, прикрывала попу и к счастью не просвечивала, чем могли похвастаться не многие белые вещи. Конечно, размер был не её и вещь буквально висела на плечах Крапивиной, но она привыкла носить большие вещи, так что минусом это не является. Девушка вышла из комнаты. С правой стороны закрытая деверь, по видимому ведущая в ванну, слева тёмная кухня. Дверь открывается и к Алисе выходит Серафим, одетый в розовую футболку и лёгкие чёрные штаны. Он кидает на неё оценивающий взгляд.        — Как на счёт чая? — спрашивает парень, опомнившись и нарушив молчание. Девушка соглашается и они проходят на кухню. Кухня оказалась немного меньше, чем комната. Всё стандартно: стол, диванчик, кухонный гарнитур и холодильник. Крапивина садиться за стол, закидывая ноги рядом с собой. Сидорин ставит чайник, берёт хлеб и колбасу, принимаясь мастерить бутеры. Самое то на ночь. Парень сел напротив фиолетоволосой. Его рука потянулась к краю стола, где лежала пачка сигарет. Поправив пепельницу, чтобы она стояла посередине, Серафим достал сигарету и жестом предложил Алисе. Она осторожно приняла её, зажимая между губ, придерживая пальцами. Парень поднёс зажигалку сначала к девушке, а затем подкурил сам.        — Сим, а ты вообще веришь в любовь с первого взгляда? — спросила Крапивина, выдыхая. Комната постепенно начала заполняться дымом. Сидорин непонимающе посмотрел на неё, скривив проколотую бровь. — Ну, вот… Наши отношения как-то резко перешагнули два уровня. От незнакомцев мы стали возлюбленными, хотя это наша вторая встреча.        Парень задумчиво посмотрел куда-то наверх, почесал затылок и затянул сигарету, облизнув пересохшие губы. Он попытался собрать мысли в кучу, из-за опьянённого разума это было сделать труднее. Но в то же время, ведь чем пьянее человек тем больше он откровеннее.        — Знаешь, вообще трудный вопрос. Как я уже говорил, любовь вообще странная вещь. — начал говорить Серафим. — Всё в мире не однозначно и нельзя сказать, что чего-то сто процентно нет, а что-то сто процентно есть. Как по мне, любовь с первого взгляда есть, просто она очень редкая. — ответил он и вновь затянул сигарету. С этими словами, Алиса полностью была согласна и не может не радовать, что красноволосый разделяет её позицию. — А ведь я тоже потерял некий смысл в жизни, после нашей встречи. Скучно стало проводить время с друзьями, я много бухал и прогуливал шарагу. Особенно тошно было от того, что я не мог связаться с тобой. Мне кажется, что если мы так не могли эту неделю друг без друга, то это что-то да значит. — после этих слов, Сидорин отвлёкся на чайник, который уже начинал свистеть. Выключив газ, парень налил кипяток по кружкам, разбавляя холодной водой, закинул пакетики с чаем и поднёс к столу вместе с бутербродами. Крапивина поблагодарила его, закидывая сахар в кружку и размешивая. Они отвлеклись от серьёзного разговора. Всё же надо разбавить эту напряжённую атмосферу. В конце концов, какая разница сколько они общаются. Впереди ещё много времени, никто не будет держать их вместе в случае чего. Девушке хотелось чтобы этот момент не кончался. Чтобы эта ночь длилась вечно.

Умирать, остаётся умирать, Чтобы их понять, чтобы их понять, но я не хочу.

       Удивительно, что за всё это время ни звонка, ни сообщения не последовало от родителей. Хотя, наверное, они уже привыкли к нраву Алисы. Мол всё равно вернётся домой, просто вопрос времени. Алиса, сидя на кровати в комнате, вновь обновила сообщения на телефоне, посмотрела вк, но ничего не было. Из кухни вернулся Серафим, он щёлкнул по включателю и свет в комнате погас, но небо за окном наполнило комнату холодным светом. Девушка отложила телефон на тумбочку, подходя к окну и оперевшись о подоконник посмотрела вперёд. Фонари на улице ещё горели, но от них не было толка. Пустая улица, в нескольких окнах в доме напротив горел свет. Сзади подошёл красноволосый и положил голову на плечо Крапивиной вместе смотря на посветлевшее небо. Некоторое время они смотрели на вид, а после Сидорин поцеловал девушку в висок и отстранился, присаживаясь на кровать. Взяв телефон в руки, он проверил соц сети. Насмотревшись на вид, фиолетоволосая залезла на кровать, отползая к стенке и забралась под одеяло. Она привстала на колени, накинув одеяло на голову и закрываясь им так, что было видно только её лицо. Алиса подкралась к Серафиму сзади и обняла со спины, накрывая одеялом. Парень повернул голову к ней, слегка улыбаясь. Та прижалась лбом его лба и они коснулись кончиками носа. Красноволосый убрал телефон в сторону. Он закинул ноги на кровать, поворачиваясь к девушке всем телом. Руки парня легли на её талию, а девушка продолжала обнимать его за шею. Фиолетоволосая уткнулась лбом в плечо, прикрывая глаза и шумно выдохнула. Сидорин положил правую руку на её голову, поглаживая по волосам.        — Серафим… Я не хочу возвращаться обратно… — сказала Крапивина, сильнее сжимая в руках его футболку. И вот почти конец ночи. Они лягут спать, проснуться и он отвезёт её домой.        — Я тоже не хочу чтобы ты уходила. — ответил парень, склоняя голову к неё, носом зарываясь в крашенные волосы, вдыхая их запах. Лёгкая дрожь прошлась по телу девушки. Красноволосый взял её лицо, заставляя посмотреть на него. — Это последний год. Осталось всего пару месяцев и всё. Ты сдаёшь ОГЭ, я защищаю диплом и нас больше ничего не держит. — он провёл большим пальцем по её щеке, скользнув вниз, слегка касаясь губ. — Давай уедем отсюда? Можно сказать: начнём жизнь с чистого листа. — предлагает Серафим. Алиса смотрит на него, притаив дыхание. Предложение было очень даже заманчивым. Но с другой стороны: готова ли она бросить всё? Друзей, родителей… — Можешь не отвечать. На раздумья у нас достаточно времени.        Девушка улыбнулась, поддаваясь вперёд целуя парня. Он сразу же ответил, теснее заключая её в объятия. Хотелось не думать о плохом, не думать что будет завтра. Просто здесь и сейчас, пока они одни, пока они вместе. Тонкие пальцы Алисы зарываются в кудрявые волосы, поглаживая их. Серафим не спешно, но жадно, целовал её. В то время как девушка была очень растерянна и неуверенно целовала его в ответ. Все её предыдущие отношения были не серьёзными. Точнее их даже не назвать отношениями. Пара недель прогулок за ручку и разрыв из-за безразличия фиолетоволосой. Она не любила, просто боялась обидеть человека и соглашалась, после расставания не чувствовала ничего. Всё это было давно, после восьмого класса никто не интересовался Крапивиной, как и она никем. Что же про Серафима. Он никогда не считал сколько у него было девушек. И отношения тоже не длились много. Есть ли гарантия, что их отношения будут долгими? Кто знает… Но пробовать можно.        Они легки на подушку. Кровать была рассчитана на одного человека, пришлось потесниться, но особого дискомфорта не было. Лёжа на боку, Серафим и Алиса смотрели друг на друга. Девушка взяла его правую руку, заинтересованно рассматривая татуировки, проводя подушечками пальцев по ним. Парень перехватил её руку, целуя тыльную сторону. Он поднимает глаза на фиолетоволосую, отпуская её руку, но только для того чтобы положить ладонь на её щёку. Медленно погладив кожу, красноволосый проводит пальцами сквозь прядей, смотря как они рассыпаются и падают. Сидорин берёт инициативу в свои руки, вовлекая Крапивину в новый поцелуй, на этот раз более страстный. Сначала, девушка робко отвечала ему, проводя рукой по шее к плечу, а после бесстыдно и резко запрокинула ногу и сидела на бёдра парня. Отстранившись, фиолетоволосая выпрямила спину, эффектно откидывая волосы назад.        — Тебя не смущает мой возраст? — спросила она, хитро ухмыльнувшись и прикусив нижнюю губу. Руки Серафима переместились на её бёдра, сжимая их.        — Разница в четыре года не такая большая. Подумай: через ещё четыре года, мне будет двадцать четыре, а тебе двадцать. — ответил он, облизнув губы. Аргументный аргумент, но Алисе этого было достаточно. Руки парня скользят под футболку, очерчивая талию. Хрупкое, подростковое тело, непорочная бледная кожа, казалось что чуть надавив можно сломать её. Взгляд упал на руку. Сидорин видел длинные розоватые шрамы, но сейчас смог разглядеть их поближе. Говорить Крапивиной чтобы она так не делала бесполезно, проблема в её голове и она не контролирует себя. Парень твёрдо намерен исправить всё, чтобы у фиолетоволосой не было поводов резать себя. Он приподнимается, принимая сидячее положение. Алиса вытягивает ноги, они прижимаются друг к другу плотнее, чувствуя тепло кожи. Сидорин проводит губами по её шее, оставляя мокрый след. Девушка кладёт подбородок на его плечо, сладко выдыхая в ухо. Наконец, после мучающих каждую ночь кошмаров всё закончилось, она могла спать спокойно, ощущая рядом с собой дорогого ей человека.

Мне кто-нибудь, как отменить восход — Она останется на ночь, она обещала.

***

       Сильная головная боль давила на мозг. Адские ощущения. Впервые такое происходило, словно похмелье, вперемешку с отходником. Шум закладывал уши. Алиса хотела встать, но она была полностью опустошена, как физически так и морально. Пошевелить не удавалось даже пальцем, тело не слушало её, лёжа на боку неподвижно, как тряпичная кукла. Глаза очень болели, с трудом девушка разлепила их. Картинка было мутной, всё расплывчато и трудно держать глаза открытыми. Их получалось лишь приоткрыть и то на секунду. Этого хватило, чтобы разглядеть плывущее небо в окне. Шум колёс и лёгкое потряхивание. Смотря вперёд, точнее пытаясь туда смотреть, Крапивина видела два передних сиденья машины. Если ощущения не подводят её, то сейчас она лежит на заднем сидении машины. Кое как фиолетоволосая разглядела красные волосы человека за рулём. Лёгкие сдавила тяжесть, невозможно было дыша. Алиса попыталась подать голос, но из приоткрытых губ был слышен лишь тихий хрип. Её везут обратно домой. Паника накрыла. Девушка не хочет возвращаться, она хочет остаться с Серафимом, но он её не слышит.        — Серафим… Пожалуйста… Я не хочу… — хрипит Крапивина, перед тем как закрыть глаза, не в силах сопротивляться. По щеке скатывается слеза.

Расскажите, как вечность любить её, Чтобы она не скучала, со мной не скучала, Ни на секунду