Путь наверх

Дворец правосудия был залит медовым тёплым светом. Шаги отдавались жутким эхом, будто падали капли крови в уже пролитый океан. Впереди был Азгор, преграждающий выход, а позади – ничего не осталось. Из тени от колонны, подбрасывая и ловя кость, вышел невысокий скелет и угрюмо, смотря исподлобья, произнёс: – Эй! Ты была занята, хах? В общем, у меня есть для тебя вопрос. Ты думаешь, что даже худший человек может измениться? Что кто угодно может стать хорошим человеком, если постарается? Хе-хе-хе-хе… Фриск усмехнулась в ответ, наклонив вперёд голову, отчего чёлка бросила тень на глаза. – Хороший – это человек, выполняющий ваш план, не так ли? Можно было разглядеть, как в темноте полыхнула и тут же погасла пара алых искр. – Ладно, – произнёс Санс обречённо. Девушка лишь снова усмехнулась. Даже шутнику нечего ответить? Горько усмехнулась. Значит, она всё же была не более чем инструментом? Впрочем, весь пройденный путь и был следствием этого факта. – Ну, вот тебе вопрос получше: хочешь плохо провести время? Фриск скривилась. – Не скажу, что и так хорошо провела время. – А разве друзья тебе его не помогли провести хорошо? Ах, да! У тебя же – нет друзей. Голос глубокий, вкрадчивый, очень отличающийся от обычного – более высокого, весёлого и смеющегося. – Я думала, что у меня есть друзья! – в обвиняющем голосе Фриск можно было заметить слёзный оттенок. – Я… тоже. Санс пожал плечами, на которых будто лежала вся тяжесть мира. На миг показалось, что за скелетом стоят все убитые монстры, которых он просто не имеет права подвести. – Если ты пересечёшь эту черту… тебе очень не понравится то, что потом произойдёт. «Я не хочу больше драться. Особенно с ним: он всегда был таким… чутким, милым». Девушка сделала неловкий, но решительный шаг и вздрогнула. Это точно не её инициатива. Не её движение. – Ну, что же. Извините, старая леди. Вот почему я никогда не даю обещаний, – произнёс Санс, обращаясь в пустоту. После этого он поднял лицо на Фриск, и в левой глазнице зажглось синее пламя. – Какой прекрасный денёк снаружи… Птички поют, цветочки цветут. В такие дни дети как ты… должны гореть в аду. Из здания будто высосали весь свет и всё тепло. Тело снова не слушалось, но на этот раз не из-за горячего порыва изнутри, а будто сжатое в ледяные тиски снаружи. Санс резко дёрнул рукой – и Фриск отлетела на несколько метров и шлёпнулась на пол. Почувствовав, что хватка ослабла, девушка откатилась и увидела, как место её падения пронзили острые кости. Гневно сжав зубы, Фриск схватилась за нож и бросилась в бой, уворачиваясь от летящих в неё костей. И тут же тело пронзила резкая и просто невозможная боль, стало невыносимо жарко, нечем дышать, кожа горела, глаза испарялись… 👎☜✌❄☟ Оставив за спиной золотистое свечение, от которого скелет прикрыл глазницы, Фриск подошла. – Это снова я, комик. – Дружище, почему бы тебе не отступить? Твоё выражение лица просто ужасно! «Ему не жаль». «Ни капли». – О, почему бы действительно мне не пойти по своим делам? – Фриск рассмеялась, чуть запрокинув голову и обнажив зубы. – Может, потому что ты мне мешаешь? – Хочешь ещё раз попробовать пройти? Девушка сделала шаг вперёд. ⚐☠☜ 💣⚐☼☜ 👎☜✌❄☟ – Что? В очередной раз убьёшь ребёнка? – Ты не ребёнок – ты демон, который приходит, стоит лишь назвать имя. Не так ли, Чара? Девушка вздрогнула. «Не так же?» «Не. Так». ✌☠⚐❄☟☜☼ 👎☜✌❄☟ – Ты же знаешь, я не остановлюсь. – Нам обоим некуда отступать. Но тебе – потому что за спиной лишь пустота, а мне – потому что там мои оставшиеся друзья. – Тогда начнём, убийца, – прозвучало синхронно. ☠☜🕈 👎☜✌❄☟ – Дружище! Может, хватит? Ты не устала? – Дружище! Я не устаю. Я возвращаюсь каждый раз новой. Это ты существуешь вне времени и устаёшь за каждый из этих периодов. – Я думаю, я в любом случае сильнее, чем ты. – Я знаю, что я сильнее, чем ты. Она сделала шаг вперёд. 👎☜✌👎 – Остановите колесо сансары, я сойду! – выкрикнула девушка со смехом. – Тебе мешает тяжесть грехов, и ты это знаешь. Избавишься от них, и… – Если я сломаю колесо, это ведь тоже прекратится. Только ещё вернее: без ВАШИХ понятий, что есть грех. – Ты не из тех, кто играет по правилам. – А ты из тех, кто следит, чтобы правила продолжали портить всем жизнь. – Тебя просто нужно остановить. – Так за чем же дело встало? – усмехнулась девушка. И переступила черту. 😐✋☹☹☜👎 Санс грустно смотрел на свои руки. Если бы на них проступила вся пролитая в зале правосудия кровь, она бы разлилась далеко за пределы здания и затопила округу. Бластеры за его спиной открывали и закрывали пасти, будто колеблясь. – Я знаю, ты мне не отвечала раньше, но… где-то внутри, я чувствую, в тебе есть искра доброго человека… память о ком-то, кто однажды стремился сделать всё правильно… О ком-то, кто, в другом времени, может, даже был… другом?.. Ну же, дружище! Ты меня помнишь? Пожалуйста! Он вытянул руки в каком-то отчаянном порыве, потянулся к Фриск. Сердце сжалось от боли. Конечно же, она помнила. Такое – нельзя забыть. От такого нельзя отмахнуться. Даже если глаза застилает пепел убитых монстров, от сочувствия отгораживает забор из очков пыток… – Пожалуйста! Если ТЫ слушаешь… – девушка поняла, что это не к нынешней ей, не к жестокому чудовищу, а к той доброй девочке, какой она была и может быть. – Давай забудем обо всё этом, ок? «Неужели всё может быть так просто? Санс!» На глаза навернулись слёзы. Фриск неуверенно улыбнулась, уже готовая податься вперёд, к скелету. «Нет! Ты не забудешь. Он не забудет! Нет! Это же… ловушка…» Чара осязаемо тянула за плечи назад и, понимая, что проигрывает, положила голову на плечо, продолжая шептать. Невидимая для Санса, для Фриск она явственно существовала. – Просто положи своё оружие, и, ну, моя работа станет куда легче… «Он уже вслух говорит, что это ловушка! Остановись! И… не останавливайся!» Фриск разжала пальцы, и нож упал на пол. Ненужный. Лишний. «Родная… Тебе же будет только больнее… Не слушай его…» – Ты щадишь меня? – Санс улыбнулся и кивнул. – Наконец-то, дружище, приятель! Я понимаю, как тяжело тебе далось… сделать такой выбор – отменить всё, над чем так усердно работала. Я хочу, чтобы ты знала: я не дам этому пропасть зря… Иди сюда, дружище! Он раскрыл руки для объятий, и Фриск буквально запрыгнула в них, бросилась на шею и прижалась к монстру. «Ну, да, ну, да…» На миг показалось, что Санс ухмыльнулся Чаре. А затем кости пронзили грудную клетку Фриск. Из глаз брызнули слёзы. Изо рта потекла струйка крови. – Если мы и вправду настоящие друзья… то ты сюда больше не вернёшься. «Милая, я же говорила, – скорбно произнесла Чара и добавила уже совсем другим тоном, суровым. – Сохраняй решимость». Перед тем, как всё исчезло во тьме, Фриск показалось, что она увидела две довольные улыбки. 👎☜💧❄☼⚐✡☜👎 Санс вздохнул. – Что ж… Приготовься. Будет больно. – И ты приготовься. Ведь ты не можешь уклоняться вечно. Скелет лишь устало покачал головой. – Может быть, всё это больнее мне, чем тебе… – Друзья ведь и нужны, потому что в мире существует боль. – Друзья должны её делить на два! – выкрикнул с осуждением Санс. – А мы её лишь умножаем на два! Он сжал кулаки и с… жалостью посмотрел на девушку. – Ты ведь тоже страдаешь! – Но ведь даже страдать вместе – веселее! – буквально пропела Фриск с сумасшедшим взглядом. – Это безумие. – Это – решимость. – Тебе не победить. – Мне – нет. – Фриск пожала плечами. – Но всем нам, – она провела пальцем по медальону в форме сердца на шее, – не просто возможно – предопределено. ❄☟☜ ☹✌💧❄ 👎☜✌❄☟ Подло. Гадко. Безрадостно. Фриск буквально наскочила на уснувшего Санса. Девушка была полна ненависти за прошлые смерти, решимости прекратить это и… жалости. Удар ножом. Всего один – и кончено. Но Санса на своём месте уже не было. «Как?» – только и успела подумать Фриск. Перебросив клинок в другую руку, девушка нанесла размашистый удар, не глядя. – Как? – прохрипел монстр, оседая на пол и хватаясь за пересечённую порезом грудь. – Хех… кажется, это всё, а?.. Только… не говори потом, что я тебя не предупреждал… – С трудом он поднялся, не глядя на Фриск. – Я пойду к Гриллби… Папирус, тебе что-нибудь нужно? Девушка не обернулась. Просто не могла. Раздался звук… «…с которым они все исчезают».