Над скалами больше не летают чайки

      Серые ракушки сухо трещали, осыпаясь под ногами путников, не спеша шагающих вдоль запыленных склонов, ведущих прочь от Последнего Утёса. Каменистые тропки, сглаженные временем и непокорным ветром, петляли меж крохотных островков жухлой зелени, ныряли в тёмные каньоны и вновь выбирались на свет заходящего солнца, чьи алые лучи разливались на далеких плато, властно ложились на горные хребты, погружая бредущих в мятежные тени.       Выбрав устойчивое для ног место, мужчина обернулся навстречу погружающемуся в Бездну светилу. Подставляя, исполосованное шрамами, лицо под его последние яркие блики, он глубоко вдохнул полной грудью, прикрывая глаза, и расслабленно покачнулся на рваном ветру. Казалось, он мог провести так целую вечность, застыв здесь безмолвным соляным изваянием. Но огненный диск померк в грохочущих волнах, выпуская на волю безликого ночного брата. Нул, мёртвая звезда, пока еще не ярко тлел в бегущих на восток тучах. Плечи путника поникли. Он медленно отвернутся от опустевшего горизонта и, скользя взглядом по наблюдающей за ним Гэлл, спрыгнул в очередную расщелину. Он не ждал, что спутница последует за ним в непроглядную для неё тьму сырого, грязного грота. Она бы предпочла и дальше прыгать по корявым насыпям, промерзая на ветру. И звук скольжения по замшелым камням, который он услышал за своей спиной, заставил его губы растянутся в ухмылке. Надо было отдать ей должное. Девчонка не отставала. Не плакала. Не задавала вопросов. Она вообще не произнесла ни слова с тех пор, как они выкарабкались на проклятое побережье.       «Могла бы хоть сказать куда идти! Это её дом, а не мой».       Кровь в его жилах ядовито зашипела, прилила к лицу, заставляя шумно выдохнуть разгоряченный воздух. Это чувство было похоже на закипающую в груди ярость. Он помнил его. Когда-то давно, в другой жизни ему доводилось вынашивать в себе эту бурю. Беспечно подчиняться ей, блаженно отдавать себя её власти. Но сейчас… Мужчина, до скрежета, сжал острые зубы. Вытянул длинную руку перед собой, касаясь сырых камней, всеми силами пытаясь не потерять связь с реальностью, какой-бы убогой она не была. Сейчас, стоило в его груди шевельнуться лишь хвосту спящего демона, как агония, разливалась по его накаляющимся венам, пузырилась осколками в голове, выкручивала руки и заставляла дрожать ноги, застила жарким маревом глаза и тянула в пекло преисподней. Ярость, сжирающая его сознание, тянула его туда, где в адских котлах бурлила донная лава. Туда, где в ядовитых газах, плавали разлагающиеся пучеглазые холодные монстры. Туда, где это чувство зародилось.       «Домой».              Из горла сгорбившегося путника вырвался мучительный стон. Оттолкнувшись от стены, он вцепился в голову дрожащими пальцами, и в ночном гроте раздался его вымученный крик. Эхо, невнятным стоном, пронеслось по его извилинам и выпорхнуло из каменной ловушки под звёздное небо. Легче не стало, но агония в груди замерла — демон поджал хвост, позволяя вдохнуть свежий воздух. Кровавая пелена спала с глаз, разрешая сознанию вернуться.              - Боишься? — он поднял голову и внимательно посмотрел на стоящую рядом девушку. Она не отшатнулась, как и раньше, спокойно смотрела в глаза. Не потупилась, когда он приблизился к ней вплотную, прищуриваясь.              - Всё чего я боялась, со мной уже случилось, — её голос спокойный, бесстрастный, самоуверенный настолько, что мужчина фыркнул со смеху. Его лицо застыло в издевательской гримасе.              - Ты наивная дура, раз в серьез можешь говорить такое.       Гэлл смерила его оценивающим взглядом, пожала плечами и двинулась дальше. Злобное веселье спасшего её незнакомца ничуть не задевало. Она аккуратно продолжала протискиваться по узкому проходу, то и дело поглядывая наверх. Где-то рядом должен был быть крутой подъём, а дальше… Она не станет думать об этом ни сейчас, ни завтра, никогда бы то ни было. Она никогда не вспомнит добрых изумрудных глаз, ласковых рук, теплоту губ. Не будет ни слёз в ночи ни молитв в пустоту. Сказка закончилась, не успев начаться. Да и могла ли она быть?       Гэлл приникла к отвесной рыхлой стене, зарываясь пальцами в мелкие корешки и отверстия в камне. Нога уперлась в скользкий выступ. Проехавшись лицом по грязной ложбине, она подтянулась и с глухим выдохом поднялась на поверхность. Нул, полноправный властелин ночи, правил царством мрака. Вокруг, на раскинувшихся безжизненных полях был разлит призрачный свет и в его холодном мерцании мир был прекрасен. Гэлл обернулась на вылезшего из разлома спутника. Он отряхнул ладони друг о друга, хищно вывернул голову, блеснув дикими глазами. Нул отражался в них сверкающими жемчужинами, так ей показалось. Хотя ни разу в жизни ей не приходилось видеть морских сокровищ: ни жемчуга, ни демонов.       Гэлл нравилось смотреть на него. Даже несмотря на то, что, выходца из Бездны это, кажется, раздражало. Нравилось следить за метаниями его рассудка, за движениями беспокойных рук, и выражениями лица. Жаль, он мало говорил — это бы помогло ей лучше отвлекаться от, роящихся и, жалящих её чувств, мыслей. Если бы его не было рядом, то она давно развернулась обратно и без сожалений кинулась бы отдавать обещанное Мораал. На этом свете ей больше не было места. А пока… Гэлл замедлила шаг, замечая вдалеке покосившийся домик. Пока она будет указывать путь существу, ищущему ответы и покорно плетущемуся позади, разделяя её одиночество.       - Этот дом принадлежал сыну Упрямой Талл, — Гэлл указала рукой на поросшее сорной травой строение впереди. — Море забрало его и теперь, дом может стать нам укрытием на ночь.       - Ты устала? — мужчина нетерпеливо перешагивал с ноги на ногу. И дураку было понятно, что если он остановиться, то попросту разорвётся на куски. — Не стоит задерживаться там, где нас не ждут.              - В Гиливаре нас тоже не ждут, — сердце противно сжалось.              - А кто сказал, что мы там задержимся?       - Надо хотя бы поискать одежду, — Гэлл развела руки в стороны, позволяя мужчине разглядеть её с ног до головы. Его чернильные глаза, осторожно блуждавшие по телу, зажмурились, а из груди послышался едва сдерживаемый рокот.       - На это нет времени!       - Тебе она тоже не помешает. Или ты думаешь, что наведешь на всех страх в этих лохмотьях?       - А что, рыбацкие портки придадут мне значимости?       - По крайней мере не поднимут на смех.       Гэлл сложила руки на груди, в который раз выдерживая распаляющийся взгляд спутника. Мужчина, зашипел, желваки на его лице напряглись, заставляя девушку медленно втянуть носом воздух.       - Ладно, — огрызнулся он, направляясь к завалившей лачуге.       Дверь отворилась со скрипом, накренилась и заваливаясь на бок, рухнула на землю. Мужчина брезгливо выкинул в сторону, оставшийся в руке кривой кусок железа, служившего когда-то дверной ручкой. Пригнувшись, он перешагнул порог и исчез в темноте. Гэлл помнила этот дом. Ребёнком, она была его частой гостьей. После служб, Талл пекла рыбный пирог, а Микло угощал её, когда та не видела. Конечно Талл знала о шалостях сына. Она была строгой и внимательной матерью, но ничего не могла сделать против добродушного сердца ребёнка. А теперь, перекошенный дом был пуст, холоден и мёртв, как и его наследие, как тело Микло, разбившееся о скалы. Входить в него не хотелось. Хотелось сохранить память о нём, как о чистом, пахнущем хлебом месте, где рыжеволосый мальчик улыбался ей, протягивая руку.       - Возьми, — перед носом Гэлл мелькнула тряпка. Девушка моргнула, избавляясь от заставших врасплох картин старины и нерешительно расправила перед собой то, что когда-то было платьем Упрямой Талл. — Довольна? — мужчина вынырнул из чрева усопшего жилища и отряхнулся. На нём были выцветшие бриджи, растянутая рубаха и некое подобие плаща с сапогами с широким голенищем.       «Должно быть Микло готовился стать капитаном».       Гэлл встряхнула платье и приложила к себе, отмечая, что подол валяется на земле.              - Ничего лучше там нет. Если не веришь — взгляни сама, — он учтиво указал рукой на черный провал в стене и вскинул брови. — Можешь остаться в этом, — в его глазах вновь блеснули отражения Нул, гипнотизируя своей пустынной глубиной, — уверен, явись ты в таком виде, и твой дорогой Алай умрёт от разрыва сердца, решив, что покойная невеста явилась за его душой. Гэлл сжала пальцами грязное дряхлое платье, так, что костяшки побелели, но промолчала. Она не станет вспоминать добрых изумрудных…       - Отвернись, — она остервенело начала срывать с себя остатки свадебного «жертвенного» одеяния. Повинуясь обозлённой спутнице, мужчина повернулся лицом к черному провалу и слушал, как шуршит падающая на землю ткань. — Что ты собираешься с ними сделать? — затягивая пояс потуже, Гэлл скептически оглядела свой наряд и принялась обрывать подол платья.       - Не знаю, но тот, кто проводил ритуал должен что-то знать, — мужчина обернулся и видя тщетные попытки спутницы, одним рывком оторвал мешающую полосу ткани. — Они ответят за то, что сделали со мной. За что со мной так поступили? — голос, едва не сорвавшийся на крик, не мог заглушить грохот его заполошно забившегося сердца. - Почему я?! - Глаза Гэлл повлажнели, в носу противно защипало. Отчаяние, терзающее демона, было и её мукой. — Разве ты не хочешь узнать тоже самое? — он обхватил ладонями её лицо, сжал, требуя ответа, и под его длинными пальцами стало влажно. Девушка всхлипнула, и мужчина нетерпеливо встряхнул её за плечи. В его руках она чувствовала себя тряпичной куклой, не более. — Мы связаны, Гэлла, — зашипел он, сквозь зубы, — меня выдернули из Бездны, а тебя ей не отдали. Она не получила желаемое. Жертва Мораал не может быть добровольной, это даже мне известно, — демон отстранился, тяжело вдыхая разгоряченный вокруг себя воздух и медленно побрёл от завалившегося дома. — Нравиться тебе или нет, но пока мы не узнаем, что происходит, я не дам тебе повернуть назад.       - Зачем ты спас меня?       Мужчина обернулся. Полы плаща с чужого плеча громко бились на ветру о его ноги.       - Я бы погибла там. Ты — свободен, а Бездна получила бы новую душу, — она поравнялась с ним и требовательно уставилась в глаза, бывшие когда-то человеческими. — Ты не мог знать, что я прыгнула добровольно.       - Поверь, лучше остаться наивной дурой, чем отправиться познавать все грани ужаса Бездны, — демон дружелюбно усмехнулся, потупив взгляд, полный застарелой боли. — Идём, — он сунул руки в широкие карманы и медленно, дыша полной грудью, направился вверх по склону.       Впереди была земля Гиливара. Древнее могущественное сосредоточие её рода, постепенно врастающее в землю. Время неумолимо хоронило обтёсанные камни вместе с его обитателями. В этих местах Гэлл могла бегать с закрытыми глазами. Здесь она пасла овец вместе с Шаалом, ещё глупым озорным щенком, здесь прыгала через костры с Микло и Берой, дочерью давно умершей знахарки, Али. Здесь было её пристанище — среди зеленых лугов, поросших мелкими колючими кустарниками с бледно-голубыми цветами. Их вплетали в косы, с ними вили венки из старой сухой лозы и вешали на двери, чтобы задобрить духов предков. Каждый поворот тропы, каждый камень в мокрой траве, старые норы и новые были для неё открытой книгой.       - Что это? — спутник требовательно дернул её за руку, заставляя очнуться и открыть глаза. В воздухе отчетливо пахло дымом. — Там твой дом? — мужчина кивнул на поднимающееся из-за холма зарево и взглянул на лихорадочно сверкающие глаза девчонки. Её светлые волосы медленно серели от падающего на них крупного пепла.       - Брин, — чуть дыша прошептала она, отталкивая от себя длинные цепкие руки. — Пусти же ты, — ночную тишину разрезал звук звонкой пощёчины, от которой на лице мужчины растеклось красноватое пятно. Гэлл встрепенулась от содеянного и стыдливо отпрянула. Демон, нависший над её перекошенным от страха лицом, отстранился, тяжело выдыхая. Обозлённое беспамятство отступило, позволяя девушке прийти в себя. — Прости, — прошептала она, и её руки тут же обрели свободу, — там мой брат. И Асдис, — она внимательно следила за, потирающим щеку, спутником, — та, кто ответит на твои вопросы.       Мужчина стиснул зубы.       - Не думаю, что они решили заживо сгореть в своих кроватях, — хмыкнул он. — Я бы сделал всё, чтобы спастись, — и решительно направился в сторону бушевавшего зарева.       - Брин — больной мальчишка, а Асдис дряхлая старуха, — стараясь не отставать от широкого шага демона, Гэлл начала тянуться к его руке. Как только её пальцы вцепились в рукав капитанского плаща — шаг мужчины сорвался на бег.       Жирный обжигающий пепел лип к разгоряченным лицам уставших, тяжело дышащих путников. Он забивался в глаза, растекался грязью на потных шеях и ладонях, оседал едким дымом в носу и горчил в пересохших глотках.       - Не понимаю, — бормотала Гэлл, медленно обходя величественное затухающее кострище, разведенное в центре двора Гиливара. Высокий постамент из массивных брёвен, «из таких в пору было строить флотилии, а не пускать на бесполезные алтари!» был окружен лениво тлеющими охапками хвороста и жгучей лозы. Еще дальше валялся перетоптанный мусор. Гэлл аккуратно переступала через наваленные грязные тряпки, и то, что тоже могло неплохо гореть. — Что это значит?       Она напряженно вглядывалась в черные провалы опустевшего дома, на каменных стенах которого играли затухающие огоньки. Гиливар был цел и невредим, насколько позволяло ему время. Это грело Гэлл душу. Это значило, что Брин уцелел! Как и остальные. И от этих мыслей в груди её шевелилась боль.       - Значит, что их здесь больше нет. — мужчина поддел носком грязного сапога обугленную головёшку и пнул её в сердцевину кострища. — Чертова Бездна! — рявкнул он, бессильно размахивая руками. — Куда они могли уйти?       - На запад, — рассеяно отозвалась Гэлл, обходя кострище в который раз. Его жар слабел и теперь подойти можно было совсем близко. Наклоняясь к одной из дурно пахнущих дымящихся куч, она робко потянулась рукой к валяющимся на ней знакомым ракушечным бусам. Не успела она коснуться оплавленных старых безделушек, как в ногу вцепился вонючий кусок бурого мяса. Забыв, как дышать от переполнившего её голову ужаса, девушка замычала, сваливаясь в горячую золу и завопила от страха.       - Демон, — воззвало в ночи дымящееся, переплавленное нечто, бывшее когда-то человеком.       Мужчина подхватил оцепеневшую от ужаса девчонку, оттащил подальше во тьму и рывком поставил на подгибающиеся ноги.              — Что это? — он не сводил глаз с шевелящегося куска обожжённой плоти, всё еще тянущегося в их сторону.       - Демон, — хрипело существо. Уже мертвое, оно всё еще пыталось казаться живым. — Я знала, что ты за ним вернёшься. — мужчина отпустил плечи спутницы и медленно шагнул навстречу распространяющемуся трупному смраду.       - Стой, — взмолилась, Гэлл, но тот её больше не слышал. Завороженный, шаг за шагом он приближался туда где мерцали закопченные ракушки.       - Едва дождалась, — потусторонний голос утонул в хриплом булькающем кашле, — чтобы вернуть тебе его. — свистящие хрипы из груды обугленного мяса и костей затихли, заставляя мужчину отчаянно броситься перед ней на колени.       - Вернуть кого? Что вернуть? — зарычал он, сдерживаясь, чтобы не прикоснуться к мерзкой пакости руками.       - Твоё имя, демон, — из раскуроченного провала рта послышался гадкий смешок. — Я возвращаю то, что отняла, Лим. — рот захлопнулся, заставляя мужчину отпрянуть от рассыпающегося на куски трупа и растерянно обернутся на, стоящую позади, девчонку.       - Что? И это всё? — мужчина хохотнул, закрывая грязными руками лицо. — Какого черта это было? Что за шутки? — он вскочил на шатающиеся ноги и побрёл прочь от кострища.       - Успокойся, — Гэлл выставила перед собой руки в примирительном жесте, но он вцепился в её плечи мёртвой хваткой и приподнял над землей. — Прекрати, мне больно!       - Больно? — закричал он, встряхивая её, как мешок сена. — Посмотри на неё! — его черные глаза помутнели. Лицо исказило страдание. — Кто она? Это твоя Асдис? Что вы за люди, что позволяете творить такое? — демон оттолкнул её от себя вновь закрывая истерзанное лицо руками и шумно выдохнул.       «Это слёзы?»       Гэлл переминалась с ноги на ногу. Она понятия не имела, как можно было успокоить разозлённого, отчаявшегося морского дьявола. И было ли ему это нужно?       - С ней твоя надежда не умерла, — она медленно поравнялась с ним и тронула за поникшее плечо. Демон раздраженно шмыгнул носом и вздёрнул мокрый подбородок.       «Слёзы.»       - Это была не Асдис. — лицо мужчины резко обернулось к ней, прожигая жадным взглядом. — Это Брёль — древняя ведьма, предсказательница. Несколько дней назад она коснулась моей руки. - Гэлл бесстрастно усмехнулась в пустоту. - Сказала, что…       - Что? — смотря перед собой невидящи взором, демон дёрнул смоляной бровью.       - Что ты ждёшь меня слишком долго. Что Бездна зовет, — Гэлл с затаённым ликованием наблюдала за тем, как отстраненный лик демона медленно повернулся в её сторону. Вслушиваясь в своё колотящееся сердце, она отступила назад, — и мне остаётся лишь откликнуться…       Демон схватил её за тонкое запястье, где не так давно её крепко сжимали костлявые пальцы слепой старухи. В его бездонных глазах горел азарт, любопытство. От былой апатии и скорби не осталось и следа. Он жадно ждал продолжения тихих, таких простых, но волнительных для него слов.       - Идём на запад, Лим, — произнесла она и улыбнулась, видя, как черные глаза разгораются недобрым восторгом. Её ладонь обхватила его длинные пальцы, заставляя мужчину фыркнуть, но всё же обнажить чернильный рот в довольной улыбке. - Только прошу, учись контролировать свои...чувства. - Гэлл мимолётно окинула его взглядом и ухмыльнулась себе под нос. Приятно было сделать кого-то счастливым, пусть даже на немного, пусть даже этот кто-то не человек. Она крепче сжала его руку и тут же налетела на камень в траве.       Лим обернулся на замешкавшеюся спутницу и недовольно нахмурил брови.       - Тут не было никаких камней, — пыхтела девчонка, крутясь волчком. — О, Бездна, да что это? — раздраженно шаркнув ногой она вновь наткнулась на нечто, преследующее её в сырой траве.              — Помочь? — теряя терпение, мужчина наклонился и тут же отпрянул от охнувшей девицы.       - Кальф! — задыхаясь от неожиданного восторга, она отцепила от ноги грязный комок подпаленной шерсти и прижала к груди. Лис забил хвостом, и девушка рассмеялась сквозь радостные слёзы.       - Что ты там сказала про...чувства?