Близость

      В себя он приходил долго и медленно. В сознании вспыхивали обрывки воспоминаний, ярких цветов и звуков, горло от страха сводило судорогой, а сердце колотилось о ребра в бешеном рваном ритме. Он застрял между сном и явью, в ступоре лежал на своей койке, беспорядочно мотая головой и шевеля губами, не в силах издать ни звука. Когда он открыл глаза, мир вокруг был словно подернут сероватой дымкой, а на периферии зрения и контуры объектов и вовсе размывались. Свет был выключен. Кто-то сидел рядом, но ему потребовалось время чтобы понять, что этот человек реален, а не просто очередной плод воображения. - Дэмерон? – прохрипел он, с трудом ворочая потяжелевшим языком. В камере темно. Они наконец-то отключили свет. Дэмерон сидел, низко склонив голову и почти согнувшись пополам, упираясь лбом в собственные руки. Он бросил взгляд через плечо, когда Хакс заговорил. - Привет, Хагз. Выглядишь так же паршиво, как я себя чувствую. Хакс несколько раз моргнул, подсознательно ожидая, что он сейчас растворится во мраке. Его здесь нет, он не реален. Быть такого не может. Если только… - В какой-то момент я подумал, что ты умер, - сказал Дэмерон. – Док Калония выглядела так, будто хотела кого-нибудь прикончить. Хакс сглотнул. Выдавить из себя слова удалось не с первой попытки. - Органа тебя послала? Она думает…думает… Дэмерон вздохнул и рассеянно потер лоб. - Нет. Она меня не посылала. Она даже …, - он перебил сам себя коротким смешком и покачал головой. – Знаешь что? Я даже... ,– он снова запнулся и опустил взгляд на свои ладони. Хакс чуть привстал, опираясь на подушку. - Ты разве не должен быть где-то далеко и совершать очередное геройство? Ему показалось, что Дэмерон улыбнулся. - Знаешь, мне бы чертовски хотелось быть где-то далеко и совершать очередное геройство, но я по некоторым причинам отстранен, - его голос стал странно хриплым и прерывистым. Хакс закрыл глаза. - Если бы ты был под моим командованием, я бы тебя в шлюз выкинул. Ну или отправил бы на переподготовку в зависимости от того, насколько полезен ты был. В этот раз Дэмерон точно улыбнулся и даже тихо рассмеялся. - Переподготовка, - повторил он, качая головой. – Срань Господня, Хагз. Хакс проигнорировал нотки жалости в его голосе. Ему наверное не стоило этого говорить или по крайней мере свести все в шутку, но он едва осознавал происходящее вокруг. Вот он на своей койке, а вот уже на Джакку. Вот рядом с ним сидит Дэмерон, а в следующую секунду это его мать. Образы сменялись слишком быстро, от этого кружилась голова и он впился ногтями в кожу на колене раненной ноги, которая все еще не зажила до конца, хоть и болела меньше благодаря бакте. - Ты ведь не должен здесь находиться? – спросил он. Дэмерон и не поднял вгляда. - Нет, определенно нет. Но что я могу сказать? Я сам себе закон. Хакс несколько раз судорожно вдохнул. Краем сознания он слышал смех Сноука, ощущал первые прикосновения Силы, что сдавливали его горло. - Тогда не мог бы ты пойти и заняться чем-то другим? – натянуто произнес он. Дэмерон повернулся, посмотрел на него. - Ты действительно хочешь, чтобы я ушел? – спросил он. «Да», подумал Хакс. «Пожалуйста, уходи и не возвращайся.» Но слова застряли в горле, утонули в вязком страхе. Если Дэмерон уйдет, он останется наедине со своими кошмарами. Если Дэмерон уйдет, они его сожрут. Пожалуйста, не забирай его, умоляет его мать. Хакс отрицательно покачал головой. Дэмерон напряженно кивнул и снова отвернулся. Его руки все еще были сцеплены и зажаты между коленями, будто он сам себе не доверял. Хакс был ему за это благодарен. Он ощущал, будто его всего покрыли трещины. Он слышал отдаленный голос матери. Слышал, как она пела. Слышал, как она плакала. Слышал глухой звук, что издало ее тело, упав на пол. Прикоснись к нему Дэмерон сейчас, и он бы сломался, рассыпался на части. - Можно тебя спросить? – Дэмерон заговорил тихо и мягко, но Хакса все равно передернуло. Он и не замечал, как сильно дрожал. Он сжал простынь в кулаках, пытаясь унять дрожь. – Как думаешь, что было бы, если бы твой отец тебя не забрал? Вопрос дал ему возможность сосредоточиться, вырваться ненадолго из зыбкого водоворота воспоминаний. - Ты уже спрашивал. - Это не ответ. - Нет, - согласился Хакс. Дэмерон вздохнул и выпрямился. Одной рукой он сжал висевшее на груди кольцо, а второй оперся о постель, в миллиметре от бедра Хакса. Там был шрам, на левой тазовой кости, которого Дэмерон так часто касался на той планете – он помнит это странно смутно, будто годы прошли с того времени, будто это все было просто горячечным бредом. Это от ременной бляхи, часто хотелось сказать ему. Отцу нравилось оставлять мне шрамы в память об уроках, которые он считал важными. Но он не был уверен, отшатнется ли после этого Дэмерон или притянет его ближе с этим отвратительным выражением в глазах, глупой потребностью всех спасти. Рука у Дэмерона была горячая, он это чувствовал, даже не касаясь. Он дрожал. Замерз, что ли? Он помнил холод ночей на Джакку. На Арканисе, в его маленькой чердачной комнате, где гуляли сквозняки и дребезжали оконные стекла, тоже было холодно. Мать прижимала его к себе, чтобы согреть. На Джакку не было никого и ничего. «Хочу домой», внезапно подумал он. Но дома у него никогда не было. Судорожный вздох вышел слишком похожим на всхлип. Рука Дэмерона легла на его бедро, осторожно сжала, даря покой и тепло. Хаксу хотелось сказать ему, чтоб отпустил, я в порядке, в порядке, мне не нужна твоя жалость. Все вокруг снова начало распадаться на части, будто все, что она ему показала, не происходило взаправду – по крайней мере не с ним. Все это случилось с мальчиком по имени Армитаж. Не с ним. Никогда. У него не было матери. Не было и нет. Он был создан только для одного. - Ненавижу то, что ты со мной сделал, - сказал, почти что шепотом, Дэмерон, и Хаксу захотелось рассмеяться от того, как глупо это прозвучало. Что он сделал с Дэмероном? А кто вытащил его из того шаттла? Кто спас его жалкую жизнь? Кто добровольно сдал его Сопротивлению, не моргнув и глазом? Он не смог сдержаться и горько, натужно засмеялся. Дэмерон в ответ издал странный, тяжелый и болезненный, ни на что не похожий звук. - Можно мне…? – его голос прозвучал так, словно между ними было огромное расстояние. Хакс не ответил, не смог ответить, слишком много всего происходило, в голове, в груди. Все вокруг плыло, вокруг него смыкался хор голосов, звуков и лязга металла – отец, Сноук, Рен. Мать, Рэй. Мир кружился, он словно падал в бездну, теряя самого себя. А потом все остановилось. Остановилось, потому что Дэмерон оказался вдруг везде, приник к нему и сжал крепко, почти до боли. Он зарылся лицом в волосы Хакса, что-то бормотал, не поглаживал, как обычно, просто держал. Хакс уткнулся в плечо Дэмерона, нашел одной рукой его кольцо, сжал его так, что гладкие края металла больно впились в ладонь. Что случилось с тем, кто его носил? Ему хотелось спросить, но он не решился бы сейчас заговорить. - Все в порядке, - сказал Дэмерон, хотя все было прямо противоположно. – Я здесь, я рядом. С тобой все хорошо. Ты в безопасности. Я не позволю причинить тебе вред. Хаксу захотелось рассмеяться, но его била слишком сильная дрожь. - Прости за все, что с тобой случилось, - горячечно продолжил Дэмерон. – Прости за то, что они с тобой сделали. Я должен был остановить их. Я должен был остановить их раньше, но я … - Да, - стиснул зубы Хакс. – Должен был. Империи нужны дети. Звезды, его начало мутить. - Прости, - повторил Дэмерон. – Прости. Хакс почувствовал, как липнет к внезапно вспотевшей коже одежда. Он сжал кольцо еще крепче, медленно, глубоко задышал. Сконцентрировался на Дэмероне, на тепле его тела, крепких объятиях, запахе. Следующий вдох дался ему легче. - Вот так, - прошептал Дэмерон, гладя его по плечу. – Вот так. Дэмерон не отпустил даже когда его дыхание выровнялось, только сдвинулся слегка, чтобы устроиться поудобнее, начал перебирать пальцами волосы Хакса и это было приятно, так… Жалко, прошипел отцовский голос, громко, злобно и пугающе близко. Он подавился вдохом. - Эй, эй, - тут же отреагировал Дэмерон. – Это не по-настоящему. Ты в безопасности. Хакс кивнул, снова сжал кольцо. - Кому оно принадлежало? – вопрос вышел неловким, каким-то вымученным. Секунду Дэмерон молчал, поглаживая его по спине. Перед тем как ответить, он прерывисто вздохнул. - Моей маме, - сказал он. Хакс неожиданно ярко представил себе женщину с такой же, как у Дэмерона, оливковой кожей, темными вьющимися волосами и добрыми глазами. «Такая женщина никому бы не позволила бить своего ребенка», подумал он и тут же возненавидел себя за эту мысль. «Она не была виновата, не была, не была.» - Она умерла, когда я был ребенком, - продолжил Дэмерон. – Хакс, скажи что-нибудь. Дай знать, что ты в порядке. - Я не в порядке, - пробормотал Хакс ему в плечо. - Я знаю, - Дэмерон прижался губами к его макушке. – Я знаю. Хакс сделал еще несколько прерывистых вздохов. - Органа знает, что ты здесь? Она послала тебя выпытывать информацию? Дэмерон покачал головой. - Она знает? – спросил Хакс, подразумевая очевидное. - Нет, - Дэмерон слабо улыбнулся. – То есть, возможно она предполагает. Но нет. Ответ вызвал у Хакса смешанные чувства. Больше всего там было радости. Вряд ли он смог бы смотреть в глаза Органе, знай она обо всем. Вряд ли смог бы сопротивляться, попытайся она использовать это против него. Но было и немного злости пополам с горечью. Боишься, что о тебе подумают, Дэмерон? Боишься, что назовут предателем, который спутался с врагом? С массовым убийцей? - Могу я спросить, кто такая Рэй Слоун? – подал голос Дэмерон. – Знаю, я сказал, что не за информацией пришел, но… - Ты разве не в курсе? – огрызнулся Хакс. – Органе кажется, что все об этом знают. - Я знаю немного, - Дэмерон проигнорировал жесткий тон Хакса и продолжил гладить его по спине и волосам. – Один из наших пилотов – Снэп, Снэп Уэксли, рассказывал мне кое-что. После падения империи он и его мама повстречали её, помогли убить какого-то парня, Ракса или как-то так. Он умер. Снэп. Погиб, пытаясь добраться до Крэйта. - То есть, спрашивая, кто такая Рэй Слоун, ты имел в виду… - Для тебя, ага. Хакс фыркнул. Он не знал, кем была для него когда-то Рэй, а сейчас определенно никем и не была. - Ну, она тоже погибла, так что это не имеет значения. - Но однажды имело? - Да, - пробормотал Хакс, закрыв глаза и воскрешая перед мысленным взором ее, преклонившую перед ним колени, обменивающую свою безопасность на его. Я не дам ему тебя тронуть, сказала она тогда, и он ей поверил. - Тогда мне жаль, - сказал Дэмерон. – Мне жаль. Он придвинулся ближе, прижался лбом ко лбу Хакса, его теплое дыхание оседало на чужом лице. - Мне ж…, - снова начал он, но услышь Хакс еще одно извинение, и он бы сорвался. А потому он сжал подбородок Дэмерона и яростно его поцеловал. Замерев на секунду, Дэмерон поцеловал его в ответ, притянул к себе за шею, сдавил бедро, чтобы прижаться еще ближе, но вдруг остановился, мягко поймав запястье Хакса. - Эй, эй, - сказал он, - я не… Но Хакс не мог больше этого чувствовать – хотел забыть – а потому не дал ему договорить. - Пожалуйста. Дэмерон нашел его лицо и снова поцеловал, перевернулся так, чтобы оказаться сверху и вжался коленом между бедер Хакса. Его руки беспорядочно оглаживали его бока, грудь, ловко расстегивали пуговицы на рубашке. Покончив с ней, Дэмерон ненадолго отстранился, чтобы снять собственную, но тут же снова приник к Хаксу. Тот зашипел, ощутив прикосновение чужой обнаженной кожи, подался ближе, а Дэмерон принялся жадно целовать его шею и линию челюсти. - Звезды, как я тебя хочу, - чуть ли не прорычал он. - Да… - прошипел в ответ Хакс, вскидывая бедра. Дэмерон засмеялся ему в шею. Хакс вздрогнул, скользнул руками по спине Дэмерона под пояс его штанов. Он зажмурился так сильно, что ему почти удалось представить, что больше ничего вокруг нет. Только они. Никакой войны и крови на руках. Он стащил штаны Дэмерона чуть ниже и тот снова рассмеялся. - Какая же это плохая идея, - тяжело дыша, сказал он. У него никогда этого не было. Вернее было, но не так. До этого все всегда было спешно, тайком. Всегда была какая-то цель – показать свою силу, унизить кого-то, забыться. Никогда не было просто… Дэмерон снова поцеловал его, возвращая в реальность. Грубая простынь на койке, пальцы Дэмерона, поглаживающие его щеку. В это раз все было медленнее, более чувственно. Он вжал Хакса в койку, приподнял его бедра, достаточно, чтобы окончательно стащить с него штаны, и горячо прижался к нему. Дэмерон толкнулся бедрами и Хаксу пришлось подавить стон. Дэмерон двигался медленно, его руки, казалось, были везде, а Хакс обнимал его за плечи. Когда Дэмерон снова прижался губами к его шее, он запустил пальцы в его волосы. Дэмерон на это зашипел и снова двинул бедрами, на этот раз медленнее, и Хакс выгнулся и застонал ему губы. - Блять, - задушено прошептал Дэмерон. – Блять. Он потянул Хакса за волосы, заставив того запрокинуть голову, и терзал его шею, пока они оба не кончили друг другу на животы, содрогаясь от прошибающих все тело волн жара. Дэмерон медленно, нехотя, выпутал пальцы из волос Хакса и продолжил целовать его, оставляя влажную дорожку до самых губ. - В следующий раз, - задыхаясь, пообещал он, - я тебя трахну. Еще не до конца пришедший в себя Хакс вздрогнул от этих слов и прошептал в ответ: - Да. Он не был уверен, кто из них первым переплел пальцы, но пролежали они так довольно долго. Дэмерон нежно, лениво и до дрожи медленно целовал его, вырывая из груди тихие полувздохи-полустоны. Какое-то время спустя Дэмерон пошевелился. - Пойдем, - ласково сказал он. – Надо обмыться. Хакс позволил себя поднять и почти отнести в ванную, так как ноги у него не гнулись. Стоя под душем, Дэмерон опять поцеловал его, прижал к стене и вжался в него пахом. Спрятав лицо в изгибе его шеи, он смазал пальцы лосьоном и медленно, осторожно, вошел ими в Хакса. Тот слишком устал, чтобы сделать что-то большее, чем запрокинуть голову и тихо постанывать в такт движениям внутри. «Здесь точно что-то не так», промелькнула в сознании отстраненная мысль. «Это все – их план. Сначала переломать, а потом подослать Дэмерона. Подослать Дэмерона, чтобы он втерся в доверие и потом…» Дэмерон поставил засос на его ключице и мысль улетучилась. Когда они закончили, Хакс бессильно растекся по Дэмерону и отчаянно пытался не уснуть, пока тот вытирал его и переодевал в чистую одежду. - Я могу остаться, пока ты не заснешь, если хочешь, - тепло сказал Дэмерон, когда они вернулись обратно на койку. Хакс, что почти лежал на нем, едва нашел в себе силы ответить. - Да. Не боишься, что застанут в таком виде с заключенным, а? - Хакс, - с усталым вздохом ответил Дэмерон, поглаживая его по волосам. «Утром все будет по-другому. »