Мой Рагнарёк

      — Ивар, хватит по углам с дамами зажиматься, — насмешливый голос Штефана заставил Рагнарссона вздрогнуть и оторваться от Кати. — Если позволите, хотел бы забрать его. Надо бы промыть ему голову, чтобы больше не терял со мной связь. И, кстати, буду рад видеть вас обоих в гостях через неделю.       — О, конечно! — Катя окинула Музиоля быстрым взглядом, словно что-то отмечая про себя. — Вам — позволю.       Оказавшись в стороне, Ивар выдохнул и с благодарностью взглянул на Штефана. Тот продолжил улыбаться, не привлекая лишнего внимания. Обычная дружеская беседа. Ничего более.       — Слушай, мне плевать, что там сейчас у тебя творится с рыжей. И что опять за игры. Пока Соф в безопасности и счастлива. Но сейчас её увел этот придурок — утонуть ему в болоте. — Непроизвольно руки сжались в кулаки как у Штефана, так и у Ивара.       — Я понял тебя. — Рагнарссон кивнул. — Спасибо.       — Да брось, — отмахнулся Гои. — Ты ненамного, но получше того козла. Так что не особо бери на свой счет.       Ивар усмехнулся. Пусть небольшое, но доверие Штефана удивило его и порадовало. Осмотревшись, Ивар заметил Катю, которая болтала с другими девушками, и поторопился выйти наружу. Впрочем, далеко идти не пришлось. Софи сидела на скамье, завернутая в непонятную куртку. Вероятно, принадлежавшую Даниле, что стоял рядом. Его растерянный вид удивил бы любого, и Ивар предпочел скрыться в тени, дабы понаблюдать. Вскоре Данила вернулся внутрь, а вот Софи неловкой походкой удалилась вглубь заснеженного парка. Ивар разрывался от противоречивых желаний, но ноги сами уже несли его в выбранном сердцем направлении.       Хруст снега под крепкими ногами нарушил девственно белое безмолвие, и Софи испытала укол раздражения. Ей нужно было побыть одной, а не объясняться с…       — Данила, я же сказала! — бросила она, обернувшись на ходу. Перед глазами мелькнул силуэт скандинавского викинга: нога поскользнулась, повела ее, и Софи вскрикнула, а снег тут же мягко принял её в свои объятия.       — С тобой одни проблемы, — пробубнил Ивар, но полез все же помогать Софи подняться. Крепкой хваткой он сжал её запястья и потянул на себя. — Ты прям наотрез отказываешься носить что-то более женственное? — помогая отряхнуться от снега, беззлобно заметил Рагнарссон. Спокойствие давалось ему нелегко, норовило взорваться чувственным фонтаном. Чужая мужская куртка, как некий символ на теле. Символ, что должен принадлежать только одному человеку, и это был Ивар. И больше никому. От такого собственнического настроя Рагнарссон стиснул зубы почти до скрежета. Он не имел никакого права на Софию сейчас. И понимал это. Только вот принимать дурное сердце не желало. Очередная проблема, не имевшая решения.       От прикосновения к холодной коже по всему телу пробежали разряды тока. Губы Софи дрогнули и невольная улыбка осветила ее лицо. Поднявшись на ноги, она встретилась взглядом с Иваром, и сердце забилось чаще, в противовес удерживаемым ритмам Рагнарссона. Она не замечала ни промокшего от снега платья, ни холода.       — Никогда не думала, что увижу свадьбу Штефа, — сказала она лишь бы не молчать.       — Он молодец, решительный. — Ивар хмыкнул, тут же отпуская руки Софи. Он понимал, что любое неосторожное действие могло обернуться катастрофой. — Я рад за него. Он хороший парень. Хоть и не особо приспособленный.       — Может, мне тоже стоит последовать его примеру? — усмехнулась Софи, что самой аж дурно стало. Представить рядом с собой кого-то, кроме Ивара, она не могла, но он ускользал от нее. Как дважды сбегала она сама. Софи всмотрелась в его лицо в поисках ответов — на вопросы, которых она сама до конца не понимала.       — Всему своё время, — произнес Рагнарссон и сжал осторожно плечо Софи. Ему хватило и такого мимолетного касания, чтобы удостовериться, что он всё еще способен идти дальше. Что Софи не отвернулась. Хотя всё было бы проще, покинь она его… Проще, наверное, для неё, точно для Дании, и больнее для него. — Иди внутрь. Замерзнешь. — Наверное, слышать такое от человека в осенней кожанке было странно.       — Ивар? — Софи не придала значения его словам, потому что холода не ощущала. Они были так близки там, в таверне, но теперь те события казались Софи такими далекими, совсем нереальными, как наваждение, как сон. А девушка со странным именем приобрела вполне реальные, живые очертания. Неужели настало время ей отпустить его? Софи вздрогнула от одной только мысли, и захотелось вцепиться в холодные руки Рагнарссона и держать, не отпуская. — Ты… — Запнувшись, она растеряла все свои мысли.       «Ты хочешь быть с ней?» — Произнести эти слова вслух не хватило смелости.       — Я боюсь, что вместо тебя брат найдет ледышку. Идём давай! — Он подтолкнул Софи вперед, упорно не замечая её растерянности. Если всё пойдёт вдруг не так, то София должна жить дальше. Ничто не должно цеплять её в скором прошлом. И Ивар сам должен был стать этим прошлым. Он думал об этом в постели, ощущая горячую ладонь на своём плече. Решил, впиваясь пальцами в колено беспринципной Катерины. И убедился только что. Всматриваясь, запоминая каждую черточку, линию на лице Софи, словно в последний раз. Ивар будто догадывался, что больше не увидит её, не вернется. По собственному решению или по воле судьбы — уже не важно.       Софи шагнула вперед, как он того хотел, но внезапная мысль заставила ее остановиться. Она ощущала себя героиней одного из дешевых романов, что читала Марго, но вместо того, чтобы вернуться во дворец, обернулась.       — Почему ты сказал, что я — твоя слабость? — Тот самый — правильный вопрос — сорвался наконец с так по-детски дрожавших губ.       Рагнарссон остановился, будто его пронзили копьем вдоль всего тела и вбили в землю. Он невольно прислушался. Приоткрытый рот выдавал, что вопрос застал его врасплох и не являлся простым. Но за это время Ивар научился подавлять эмоции:       — Не сейчас, Соф. — Холод присутствовал в его словах наравне с заботой. Окажись сейчас рядом кто-либо из врагов, коим мог быть здесь абсолютно любой, несдобровать не только Ивару, но и всем, с кем он так или иначе был связан. За информацию о слабостях Рагнарссона совершенно точно могли убить любого. — Просто будь осторожнее. И меньше вопросов, — отрезал Ивар, давая понять, что больше их разговор не продолжится ни в каком ключе.       — Хорошо. — Софи нахмурилась.       Она так и не разобралась, так и не поняла, чему же верить — глазам или сердцу, — и это съедало изнутри. Но уже в следующее мгновение ее лицо разгладилось и как-будто посветлело. Но вот только совсем неправдоподобно. Взглянув на Ивара напоследок, Софи стремительно направилась обратно во дворец, где атмосфера праздника и веселья окутала ее вновь, но больше не касалась души. София Гои запуталась, заблудилась в трех соснах и понятия не имела, что же ей делать, как во всем разобраться.

***

      Мысль о том, что брату и Марго лучше уехать из Новгорода, родилась в светлой головушке Софи еще в ночь их с Иваром разговора в таверне, когда Рагнарссон невольно дал понять, что в городе явно что-то затевалось. Тогда полным ходом шла подготовка к свадьбе, и тревожить их совсем не хотелось, но теперь торжество осталось позади и нужно было решить, что делать.       Софи закрыла таверну пораньше и направилась в дом брата. Ее встретил вкусный аромат, источаемый с кухни, где хозяйничала Маргарет, и звуки гитары — любимицы брата. Эта уютная атмосфера обезоруживала так, что аж в глазах щипало, и было ужасно жаль ее разрушать, но Софи понимала, что рубить с плеча легче, чем тянуть.       — Штеф, Марго, мне нужно поговорить с вами. — Софи нервничала и хмурилась, устраиваясь в мягком старом кресле и грея руки о чашку чая, любезно приготовленного невесткой. Марго отбросила передник и присела на диван рядом с мужем. Музыка тут же затихла.       — Что-то произошло? — Штефан откинулся на спинку кресла. С их небольшим семейством постоянно что-то происходило, и слышать такие новости практически вошло в привычку. — Только не говори, что собралась куда-нибудь с этим… как там зовут того тупого амбала? — Он взглянул на Марго, наигранно задумавшись.       — Если ты о Даниле, то мы с ним все выяснили еще на вашей свадьбе. — Софи окинула брата пристальным взглядом, понимая, что эта новость ему пришлась по душе, судя по появившейся довольной ухмылке. — Но речь пойдет не о нем. Некоторое время назад я говорила с Иваром — еще до праздника, мы встретились в таверне.       — Так ты тоже знала, что он здесь? — ахнула Марго и тут же зажала рот руками, осознав, что проговорилась. И верно: Софи повернулась к ней, впиваясь взглядом. Зелень в глазах медленно подернулась чернотой.       — «Тоже»?       — О чем вы обе? — Штефан изогнул бровь и переводил взгляд с одной на другую.       — Некоторое время назад я встретила на забавах Рагнарссона, — пояснила Марго, все еще ощущая пристальный взгляд Софии. Почему когда речь заходила об этом… этом монстре, ее подруга становилась такой колючей, словно… Как он сам. От этой мысли Марго стало не по себе, и она невольно поежилась, как от несуществующего порыва холодного ветра. — Я ответила ему, что Софи нет в городе, и я не сожалею.       — Ладно. — Софи отставила чай, к которому так и не притронулась. Марго пыталась защитить ее, но какая теперь разница, если Ивар нашёл таверну? — Ивар хочет, чтобы мы все уехали из Новгорода. Он считает, что нам может грозить опасность. Это все, что он сказал, больше я ничего не знаю.       Рука Штефана сама потянулась к переносице. Он сжал её, тяжело выдохнув. Всё больше появлялось сомнений: что они вообще когда-либо обзаведутся домом в обычном понимании. Дэро надеялся, что хоть в Руссии, о которой так много слышал с детства, которая так щедро и добродушно приняла их, считай беженцев, найдётся место для маленького островка счастья. Он ведь не так много хотел от жизни. Или счастье в настоящем мире — это уже много?       — Я верю Ивару, — отрезал Штефан, хмурясь. — Если мы в беде и по его вине… — Пальцы пробежались по значительно отросшей бороде. — Он предупредил нас. Да и плохого не желает. Я знаю. Поэтому… — Решение давалось нелегко, и Дэро замешкался, начав медленно перебирать струны. — Поэтому мы все собираем вещи прямо сейчас.       — Штефан, я тоже так думаю. И еще, я думаю, что нам нет смысла двигаться вглубь Руссии: мне кажется, нам стоит вернуться назад, — Софи выпалила на одном дыхании и застыла, переводя взгляд с брата на Марго, в ожидании бури.       — Назад? Ты говоришь про Скандинавию? — Софи кивнула в ответ на вопрос невестки — Марго поменялась в лице, краска отхлынула от щек.       — Скандинавия, значит… — протянул Штефан. — Туда ближе всего будет добраться, чтобы покинуть территорию Руссии. И главное: нужно добраться до Дании. — В Норвегию Дэро и сам не собирался: не горел желанием так или иначе сталкиваться с бывшим Маргарет. — А после мы уже найдем, куда направиться. Говорят, есть еще свободные земли…       — Я останусь здесь. — Не медля, Софи перешла к самой трудной части разговора, и видя, как брат переменился в лице, поспешила добавить: — На время, конечно. Вы уедете раньше. — Где-то они уже проходили такое и, похоже, Марго думала о том же.       — Это все из-за Ивара, да? — Тонкий голос взвился и зазвенел льдом. — Ты совсем обезумела, Соф!       — А ты осталась бы, будь Дэро на его месте?       — Дэро — мой муж, и любит меня. А Ивар все празднество не отлипал от русской девки. Ты снова рискуешь ради того, кому плевать на тебя! Думаешь, он поступил бы ради тебя также? Ты снова бросаешь нас ради этого монстра. — Софи так переменилась в лице, словно ее ударили. И так все перемешалось, а упоминание этой Кати вызвало новую порцию боли. Крыть было нечем. Софи понимала, что любые ее слова сейчас прозвучали бы глупо. Она верила Ивару несмотря ни на что, но сказать об этом Марго, преисполненной неприязни, если даже не ненависти к Ивару, не смогла.       — Помолчи! — Штефан огрызнулся на Маргарет впервые за всё время их знакомства, и это обдало его кипятком. Но Дэро должен был прервать поток негатива. Не хватало ссор из-за Ивара. — Одну тебя я не оставлю, Соф. И даже не спорь. Понадобится, усыплю, оглушу и силой затащу в машину. И хоть кусайся, хоть бей — мне будет плевать, — говорил Штефан ровно, лишь едва заметно подрагивала бровь и губа. — Ты меня знаешь — в упрямстве соперничать бесполезно.       — Штеф, я не уеду, не сейчас… — Никогда еще Софи не слышала, чтобы брат повышал голос на свою обожаемую жену, и это настолько поразило ее, что исчезли все решительные и твердые нотки — в голосе зазвучала мольба.       Дэро сжал губы. Пальцы замерли на струнах гитары. Мысли крутились в голове, сменяя одна другую.       — Я дам тебе три дня. — Никогда эмоциональный Дэро не был рассудительным. Но то ли свадьба заставила его изменить взгляды, то ли всё пережитое за последние месяцы… — После этого я найду тебя и заберу. Теперь ты. — Штефан повернулся к Маргарет. — Ивар любит её. Нравится тебе это или нет, но и викинги умеют любить. И даже такие, как этот Ивар. Он дважды отпустил ее, хотя мог удержать. Он мог убить ее или причинить боль, но не сделал этого. В день нашей свадьбы он притворился, что не знает ее. Как думаешь, милая, почему?       Марго сдавленно охнула и в удивленном жесте прижала ладони к лицу, но промолчала. Софи сама ощущала себя не лучше. В голове крутился ночной разговор в таверне, и все слова, что говорил тогда Ивар, складывались воедино. Сомнения напрасно терзали ее. Но Дэро-то откуда знал? Брат снова удивил ее.       — Дэро, я не могу обещать тебе этого. — Если бы у нее было хоть какое-то представление о том, что происходило, если бы Ивар дал какую-либо зацепку… Но он не рассказал почти ничего, и все это было похоже на хождение вслепую. — Я не знаю, сколько времени мне нужно, но я буду здесь до последнего.       — Ты не слышала меня? — Дэро отставил гитару, что означало лишь одно: он был серьезен. — Я забираю тебя через три дня. Тебе хватит на всё времени. Уверен, Ивар поддержит меня. Поэтому этот вопрос закрыт. — Штефан поднялся из кресла. — И хватит о нем так переживать. Он вернется к тебе, поверь, — уже мягче добавил Штефан.       Софи не могла согласиться. Уехать, когда Ивару грозила опасность, — все ее нутро противилось такому раскладу, но Штефану об этом знать незачем. За три дня действительно могло многое произойти — в этом брат прав. Но и продолжать этот спор было бессмысленно.       — Когда вы уедете? — уклоняясь от прямого ответа, она перевела разговор в иное русло.       — Сегодня ночью. — Привычная улыбка так и не появилась на лице Штефана. — Поэтому будь готова. — Подойдя ближе к Софи, Дэро прижал её к себе. — Он правда любит тебя, если именно это сейчас вертится в твоей голове.       — Штеф… — только и смогла прошептать Софи, пряча лицо на груди брата. Как в детстве, когда что-то расстраивало или пугало ее, — потом она перестала делать так, считая себя слишком взрослой для подобных жестов. Но сейчас… в глазах предательски защипало. Софи боялась за Ивара, боялась за Штефана и Марго, но больше всего пугало незнание. — Я помогу вам и провожу. — Взяв себя в руки, Софи отстранилась. Минутка детства закончилась.

***

      Софи знала, что, провожая брата и Марго, поступала правильно, но все же оставаться в чужом городе одной было неприятно и не комфортно. Если бы не выяснение отношений с Данилой, может, она уже знала бы что-то из дворца, но он все испортил, когда полез со своими чувствами. Время шло, назначенный братом срок сходил на нет — оставалось меньше суток — а она еще ничего не прояснила. Софи гнала прочь мысли о встрече с Иваром, помня его слова, но все это угнетало. Единственным отвлечением оставались утренние пробежки. Ни о каких тренировках с Данилой не могло быть и речи, а заниматься сама она не могла, поэтому с первыми лучами солнца Софи нагружала саму себя как могла.       Накинув на голову капюшон от черной толстовки, Гои помчалась по привычному маршруту. Не происходило ничего необычного. Новгородцы спешили по своим делам. Город постепенно просыпался. Но кто ищет — тот всегда найдет. Остановившись у киоска, чтобы взять воды, Софи вдруг услышала родную новоримскую речь. Неподалеку о чем-то спорили двое мужчин, и Софи подошла поближе, вслушиваясь в голоса. В споре не было ничего подозрительного: мужчины никак не могли договориться, где им остановиться. Абсурд какой-то, промелькнуло в голове. Одеты они были как новгородцы, но, всмотревшись в их лица, Софи поняла, что уже видела их раньше. Венецианские вассалы.       Нервно кусая губы, пытаясь вспомнить имена, Софи прикончила бутылку воды и, выкинув, побежала дальше.       Марко Бертолуччи!       Имя всплыло в мыслях так неожиданно, что она едва не споткнулась на ровном месте. Остановившись, Софи уперлась в колени, пытаясь отдышаться.       Марко Бертолуччи — фаворит и любовник Инфанты Марии. Но что он здесь делал? Такие персоны не скрывались в странной одежде на улицах чужой страны… Только у одного человека, возможно, был ответ, а даже если и нет, то ему точно нужно об этом знать.       Софи быстрым шагом направилась ко дворцу, но остановилась неподалеку, прихватив у газетчика свежую сводку новостей. Сделав вид, что погружена в чтение, Софи лихорадочно соображала, как же ей встретиться с Иваром. Если он во дворце, не идти же туда…       Оставалось только ждать. Наблюдая за высокими сводами дворцовых ворот, она переминалась с ноги на ногу, понимая, что привлекала внимание. Мороз пробирался под одежду, подходящую для бега, но совсем не подходящую для того, чтобы стоять на месте. Наконец, Софи увидела его: Ивар показался в приоткрывшихся воротах и — о, чудо! — один. Ее сердце возликовало, пока глаза жадно всматривались в его высокий силуэт. Натянув капюшон на лоб еще больше и все так же сжимая в руке газету, Гои дождалась, когда он перейдёт дорогу, и пошла навстречу. Чем ближе она оказывалась, тем сильнее ускорялся шаг, и когда Ивар оказался прямо перед ней вместо того, чтобы отойти в сторону, Софи осталась на одной линии с ним и врезалась плечом в его плечо.       — Осторожнее, — бросил Ивар, поморщившись. Нет, он не брезговал, но натянутые нервы давали о себе знать. Утром он чуть не разгромил стол, потому как чай, к которому он уже успел пристраститься, оказался слишком горячим и обжег язык. Все шло не так — из рук вон плохо.       — За таверной есть заброшенный дом. Сегодня в девять. Есть информация. — Она выбрала все самое важное — ключевое — что могла сказать, когда вместо извинений взглянула на Рагнарссона. Глаза сияли, что так сильно шло вразрез с сухими обрывками фраз, но даже на пару минут увидеть его лицо так близко — все внутри переполняло тепло. Но не тратя больше ни минуты, Софи поправила капюшон и направилась дальше. Теперь оставалось самое сложное: просто ждать.       Она вышла из дома и заперла таверну ровно за десять минут до назначенного времени. Куртка согревала ее, наполняя теплом изнутри. Лицо также, как и утром, скрывал капюшон. Софи ничего не могла поделать — руки дрожали. По слабо освещенной лестнице Софи прошла пару пролетов, пока не отыскала более менее расчищенный этаж. Оставалось совсем немного — всего пара минут. За ее спиной раздались шаги, под подошвами зашуршал мусор. Все инстинкты в голос завопили «тревога». За мгновение до того, как обернуться, Софи поняла, что позади нее не Ивар — слишком легкими были шаги для мужской поступи.       — Ты?! — изумленный возглас нарушил тишину. Она сразу узнала ту, что стояла всего в паре метров, до побелевших костяшек пальцев сжимая рукоять пистолета.       — Вот мы и встретились снова, дорогая. Надеюсь, ты не забыла меня. — От мелодичного голоса веяло таким холодом, что кровь стыла в жилах.