Симуляция верности

— Чёрт… какой я дурак, — протягивая гласные, причитал альфа, — почему ты не остановил меня? Омега недоумённо хлопнул глазками несколько раз, а после сам сорвался на полукрик. — А ты меня к себе близко не подпускал во время разговора, даже если бы из рук твой этот телефон стащил, положил бы меня с одного удара. Ты, когда пьяный, — слишком агрессивный и неконтролируемый. — Я бросаю, — тихо пробормотал Чонгук, утыкаясь лицом в ладони. Хотелось верить своим словам, ведь эта выпивка принесла ему уже столько проблем. Легче просто бросить, в крайнем случае, пить исключительно по действительно важным праздникам. Джихён искренне засмеялся, прикрывая рот ладошкой. По-видимому, парень не верил, что Чон бросит пить из-за какого-то там Тэхёна. Но просто он не знал, что и насколько этих двоих связывает. — Слушай, мы, вроде, хорошие друзья, а о человеке, который привлекает твоё внимание, слышу впервые, — снова заговорил серьёзным тоном омега, — тем более, рассказал бы хотя бы про своего сына! Альфа застонал от пульсирующей боли в висках, так ещё этот надоеда что-то требует. Слишком много сейчас проблем появилось у Чонгука, которые нужно решить в ближайшее время. А также, нельзя забывать про работу, иначе это будет полный… — Чон! — всё ещё не дождавшись ответа друга, омега приуныл, но больше об этом не стал спрашивать, — если ты пытаешься вернуть того Тэхёна, то советую поскорее позвонить, а лучше съездить к нему, он наверняка знает про меня, вдруг подумает что-то не то? Кажется, для тебя это будет просто удар под дых. О нет, вдруг боль в висках стала куда более заметнее. Намджун же рассказал Тэ про Джихёна, почему-то альфа уверен в этом на все сто процентов. Только эта мысль не утешала, а делала состояние в сотню раз хуже. Чонгук встал с кровати, начиная второпях суетиться. Сейчас в его планы входило: умыться, сходить в душ, надеть чистую одежду. А после, направиться к своему ледяному принцу в его замок, дабы загладить все нюансы в их отношениях (когда они нормально разговаривали в последний раз?). Сесть за руль Чон всё-таки не решился, похмелье даёт о себе знать. Поэтому сейчас мужчина сидел на кожаном кресле машины таксиста, называя нужный адрес. Тэхён наверняка сейчас на работе, стоит попытать удачу, приехав в это место. Чтобы успокоить себя, альфа начал набирать знакомый номер, дабы сообщить, что хочет приехать и поговорить. Даже если пока омега занят посетителем, Чонгук согласен подождать столько, сколько нужно, да и пяти минут хватит на извинения. Только трубку никто не поднял, но Чон не стал унывать, утешая себя мыслью: «Руки заняты, вот и не берёт». Правда, в своих думах он сомневался. Когда, заплатив водителю, мужчина вышел из такси, его захватила лёгкая паника. Тэхён — не из тех омег, что кидаются на ручки к альфам из-за простого «извини», но попытаться стоит. Бегать уже столько времени Чонгуку относительно надоело, а надежда на хорошее будущее друг с другом постепенно раскалывается и испаряется. Чону давно известно, что Ким его терпеть не может, а разрешает быть рядом чисто из-за сына, но ему не хотелось верить в это на полную силу. Теперь же, мужчина тщательно всё обдумал, и пришёл к не очень хорошему выводу. Стоит отпустить его. Звук колокольчика оповестил людей в салоне о приходе человека. Правда, на его появление обратил должное внимание только Хосок, стоявший в это время за главной стойкой. — Здра… — начал бета, натягивая улыбку и поднимая взгляд на зашедшего, после — вскликнул удивлённо, — Чонгук? — Покажи, где Тэхён. Церемониться с братом Чон не стал, сразу перешёл к делу. У этих двоих — слишком натянутые отношения, которые уже никак не улучшить. Хосок прошёл немного к другой комнате, останавливаясь в дверном проёме. Ничего не отвечая, он показал рукой на нужного человека, на что Чонгук лишь кивнул, возможно, в знак благодарности? Я же в это время был, и правда, занят, проводя разные махинации с волосами очередного клиента. Альфа, видимо, решил не тревожить меня, но почувствовал его присутствие я почти сразу. — Зачем ты тут? — сказал, как отрезал. Поднятый мой на зеркало взгляд был сделан не случайно, так я смог наконец взглянуть на истинного. Ответа от Чонгука я дождался не сразу, ведь ему понадобилось время, чтобы осмотреть моё рабочее место. Внутри меня разрастался гнев, но выплёскивать его мне категорически нельзя, в моих руках ножницы… Только приглушать злость пришлось болью, которая медленно и неприятно расходилась по всему телу. — Нет больше до нас дела, ему наскучило с нами, он приедет просто извиниться за тот звонок… Ведь всё, что он тогда сказал — неправда… да… неправда! — буквально шептал я несколько минут ранее, перед приходом Чонгука сюда. — Ты не отвечал на звон… — я грубо перебил его, сдерживая подступающий комок в горле. — Чонгук, ты же не слепой, я работаю. Альфа тяжело вздохнул, смотря в сторону телефона, который покоится очень близко ко мне. Я опять ловлю его взгляд, только теперь он был печальным и угасающим. Догадался, что я специально не брал трубку? Уже приготовившись к потоку агрессии в мою сторону, я был, правда, удивлён, когда Чон спокойно сел на диванчик рядом с моим рабочим местом. Он отвёл взгляд, произнося: — Я подожду до момента, когда ты сможешь освободиться. — Ты… В груди всё сдавило, я отчётливо слышал громкий стук своего сердца, такое чувство, будто оно вот-вот выскочит наружу. Лишь бы истинный этого не понял. В тишине мы просидели (только я стоял и делал работу) достаточно долгое время, а мне уже становилось стыдно. Клиент искоса поглядывал на бедного Чонгука, который всё ещё покорно ждёт на том же самом диванчике. — Вот и всё. Как вам? — спрашиваю напоследок у посетителя-альфы я, вглядываясь вместе с ним в зеркало. Пытаюсь не обращать внимания на рядом сидящего альфу, но его запах был слишком насыщенным для меня. В какой-то момент я понял, что мне от этого аромата мокрого асфальта и правда спокойней, агрессия испарилась, потому работу свою я доделывал в хорошем расположении духа. — Знаете… а мне нравится! Вы всегда так хорошо работу свою делаете? Слова этого альфы заставили меня чуть смутиться, но виду я почти не подал. — Не уверен, что меня можно назвать профессионалом, но я хорош в этом деле, да, — ответил самодовольно посетителю я, глядя на него через зеркало. Улыбнувшись, он произнес: — У вас, молодой человек, золотые руки! Уверен, что любое дело вам даётся без проблем. Как давно вы работаете в этой сфере? Разговор завязался быстро. Я отвечал на вопросы этого альфы, он задавал новые — так где-то пятнадцать минут прошло. Конечно, хотелось уже проводить этого человека, но мой злой директор этого не позволял. — В общем, Ким Тэхён, я рад, что встретил вас. Вы очень талантливы, а денег берёте немного. Могу я записываться на стрижки к вам лично? Я кивнул, пока клиент всё более заинтересованно осматривал меня. — Телефончик-то дадите? — он протянул мне в руки свой мобильник, и я, честно говоря, впал в ступор, но телефон альфы взял. Вспомнив вдруг о Чонгуке, я решил удостовериться в его присутствии, окинув взглядом диванчик. И да, он всё ещё находился там, накинув ногу на ногу и смотря на моего собеседника с некой озлобленностью. Чем вызваны эти эмоции и так понятно. Ревность чистой воды. А ведь неплохая идея — заставить его ревновать, верно? — Конечно, звоните в любое время! — сказал я посетителю чуть громче, чтобы Чонгук услышал. Пока мы болтали, а я, довольно улыбаясь, давал свой номер телефона, Чонгук не спускал с меня взгляд, что я, к сожалению, не видел, но чувствовал. Вдруг, нас прервал недовольный голос, обладателя которого я знал уж очень хорошо. — Вы уже закончили? — сказал Чонгук, вставший с дивана. Этим предложением он закончил беседу между мной и незнакомцем, а последний так вообще решил поскорее уйти, явно напугавшись такого настырного человека. Хмыкнув, мне осталось только смириться с нетерпеливым Чоном. Кинув напоследок уходящему «До встречи!», я обернулся к истинному. Только долго глядеть не смог, ведь понял, что на моём лице очень хорошо видна обида и горечь. Сославшись на уборку, я отвернулся. В считанные секунды в моих руках оказалась швабра, которой я решил воспользоваться, дабы не навести подозрения для Чонгука. А, по правде говоря, этой вещью хотелось хорошо так долбануть одну персону. Убирая волосы с пола, наконец, мне послышался его голос. — Может, уйдём в безлюдное место? Тут слишком много посторонних. Я мигом вскипел, не поворачиваясь, а говоря слишком громко: — А что? Боишься, другие услышат о том, как ты бросил истинного с ребёнком? Вот почему этот человек вообще въелся в мои мысли? Почему я всё больше страдаю, хотя и пытаюсь убедить себя, что это не так… Почему вообще этот идиот оказался моим истинным? Я же сразу себе твердил: «Тэхён, этот альфа долго с вами не задержится, а все его сладкие речи — брехня», так какого хрена всё равно не мог успокоиться во время его отсутствия?! Коллега, работающий за соседним столом, вместе с клиентом, заинтересованно обернулись на мой крик. Я и так был на грани, так ещё и они тут. Моё лицо озарила саркастичная улыбка до ушей, которая за секунда поменялась на выражение а-ля «займитесь своими делами». Всё, больше не могу, придётся всё-таки сыграть по плану Чона. Хватая его за кисть, я иду по помещениям салона, пытаясь не оглядываться на выражение лица альфы. Так получилось, что пришлось пройти мимо Хосока, а ведь он в покое явно не оставит. Услышав в адрес весёлое «надеюсь, вы идёте просто поговорить», мне осталось только фыркнуть, сжимая руку Чонгука сильнее. — Убью, — шепчу я, удивляясь смешку человека позади меня. Мне самому захотелось улыбнуться в этот момент, но я обошёлся только очередным закатыванием глаз. Мы остановились у двери с надписью «Персонал». Наше с Чоном прикосновение закончилось, мне пришлось отпустить его, пока я рылся в карманах. Тот молчал, пока я минуты две пытался подобрать к нужной скважине ключ. Молча, мы прошли вглубь комнаты. Вообще, это помещение было небольшим, но комфортным. Маленький диванчик, столик, кухонные тумбы, микроволновка, крошечный холодильник, чайник, да телевизор. Всё-таки, здесь работают люди, которые с утра до позднего вечера забиты заказами, а отдых между клиентами требуется обязательно, иначе сорваться на любого из них можно уже к середине рабочего дня. Я, прикрыв дверь, встал, облокотившись об тумбу. Чонгук же сверлил взглядом стул. Я хотел было огрызнуться, только альфа вовремя отошёл на другое место, предпочитая, так как и я — держаться на своих двоих. — Говори. Тут мы точно одни. Чон тяжело выдохнул, подпирая щеку ладошкой. М-да… Уже какой раз за сегодня замечаю, что выглядит он не очень. Но это и понятно, развлекался там с омегой в баре, а потом может и у себя дома на кровати. Вот же чёрт, Тэхён, опять ты об этом… — Ты даже чаю не предложишь? — Чонгук, у тебя мало вре… — начал говорить я, закатывая глаза, но меня перебили. Видимо, он понял, что всё это уже начало напрягать. — Прости, Тэхён, в последнее время я перестал приезжать к Субину… — видно, что альфа не знал с чего начать, поэтому сказал первое придуманное. Почему-то эта фраза кольнула в самое сердце. Значит, только к сыну… — Понимаешь, из-за смерти отца… я чувствовал себя так ужасно, у меня в жизни никогда такого не было. Мозг выключился, и я решил, что алкоголь поможет унять боль. Мои ладони сжались в кулак, а в венах закипала злость. Мне очень захотелось плакать. От обиды, от горечи. Я даже зажмурился, чтобы солёные капли не прокатились вниз с моих глаз. — За тот звонок… ц, когда пьяный — меня невозможно контролировать. Меня пытался остановить мой друг, — я шумно втянул воздух, пытаясь думать о чём-то другом. — Прости, что я тогда наговорил, я понимаю, что тебе было не приятно такое слышать, осознание этого пришло ко мне только сегодня утром. Может, тогда я ещё был под влиянием эмоций, что ты постоянно прогонял меня… поэтому всё вылилось в это… Последняя нить гордости лопнула во мне. Одна слеза спустилась по моим щекам вниз, но чёлка не сильно позволяла это делать, да и Чонгук, этот дурак, видимо, совсем не смотрит мне в лицо. Что-то разговор у нас совсем не очень… — И ещё… я… хотел извиниться, — голос Чонгука именно сейчас звучит слишком подавлено, отчего мне хочется плакать сильнее, — прости, я совсем не давал тебе покоя. У тебя есть своя личная жизнь, а мой запах, наверняка, всегда в то время находился на тебе…кажется… Кажется, я и правда не заслуживаю тебя, Тэ… Феромоны, из-за накала эмоций, точно сейчас разбушевались в этой комнате. Наступила тяжёлая тишина, которая пожирала нас обоих, идиотов, которые не могли ничего произнести. Я полностью откинул свои маски: холод, гордость, угрюмость разом, с треском, разбились на тысячи осколков, а собрать их уже точно не получится. Слёзы огромным потоком покатились из моих глаз, капая на пол. Я поднимаю голову и взгляд на истинного, решаясь показать своё состояние. На его лице видно удивление. Секунда — и я подбегаю к нему, подымая свои сжатые в кулак ладошки. — Прекрати, замолчи, не хочу больше этого слушать! — сил хватает на несколько ударов в грудь альфе, а потом эти самые кулачки, как я и, начали съезжать вниз. Из-за пелены слёз всё было размыто, а, в итоге, я и вовсе закрыл глаза. Полностью осесть мне не дали руки, подхватывающие за подмышки. Я всхлипнул несколько раз, перед тем, как начать говорить: — Ты идиот! Ты ушёл, оставил меня, снова… Ты снова бросил! — кричу я, всё-таки ощущая, как сажусь на пол. В недоумении открывая глаза, ведь не чувствую больше прикосновений альфы. Чонгук же, к счастью, оказался рядом. Он тоже сел на пол, а в его взгляде были собраны многочисленные эмоции. Опять наступила тишина, которая прерывалась только моими жалобными всхлипами. — Твой феромон больше не был на мне, — начал я, хватая альфу за рубашку, — недавно, какой-то маразматик напал на меня… он… — слёзы пошли с двойной силой, руки дрожали очень сильно, а голос то и дело подрывался, — он успел снять с меня верхнюю одежду, а штаны лишь наполовину. Он понял по запаху, что я уже рожал, и сказал: «Кому ещё ты будешь интересен, только если не в борделе по скидке, но если хочешь, могу и заплатить после»… Мне было неприятно ощущать его жирные пальцы на моей груди, губы, оставляющие на шее отме-етины… На последнем слове я захлебнулся в своих рыданиях. Голова непроизвольно уткнулась в грудь истинному, а после я понял почему. Чонгук прижал меня к себе, обнимая так сильно, что было сложно дышать. Но я не обратил на это внимание, мои руки тоже обвились чуть выше талии Чона, ещё сильнее приближая к себе альфу, хотя куда ещё… Больше говорить мне не хотелось, а он и не требовал. В момент мне стало ещё более комфортно, ведь теплая рука истинного медленно поглаживала меня по волосам. Второй кистью он поднял мою голову за подбородок, утыкаясь взглядом в мои слезящиеся глаза. Ладонь, которая покоилась на моих волосах, исчезла, но спустя секунды снова что-то делала для меня. Слёзы с щёк были стёрты этими родными пальцами. Плакать я перестал тут же. — Тэхён, любимый, — тихо произнёс Чонгук, поглаживая меня по щекам. Альфа чуть наклонился ко мне, затягивая мои губы в нежный поцелуй. Это было вовсе не по-взрослому, без языка и других пошлостей, но это так дорого для меня стоит… — Давай попробуем начать сначала?