Red and Black

В чертогах наставника Коридо было спокойно и умиротворенно, а сам владелец помещения располагался на разукрашенной золотыми узорами кровати-тахте, сложив ладони на коленях и смотря на вошедшего тролля. Отсек фиолетовокровки был одарен множеством изображений страхоужасов, а основной частью комнаты являлся большой алтарь, посвященный этим самым темным богам, что составляли часть религии Трепетопотомков. Димаго оглядывал Коридо своим спокойным и мягким взглядом, после чего протянул ладонь и пальцами поманил своего наставляемого в комнату улья. Будь перед Маллефом кто-то другой, джаггало уже давно находился бы в комнате, развалившись на диване рядом и болтая о чем-то совершенно посредственным. Но Патера? Перед ним тролль вел себя уважительно, практически с трепетом, что было достаточно иронично, даже не двигаясь без слов разрешения. И когда наставник позвал тролля к себе, то он подошел, присаживаясь рядом и склоняя голову, чтобы посмотреть на Димаго. - Д6р6г6й м6й, к9к тв6е с9м6увствие сег6дня? – рука с тонкими пальцами, похожими на паучьи лапки, коснулась подбородка Коридо, слегка приподнимая его, - Тв6е четверт6е в6ззв9ние с6всем ск6р6 придет. И я н9деюсь, чт6 к6гд9 н9ступит тв6е время прикл9дыв9ть св6ю 9стр9льную пр6екцию души в ст6р6ну темн6й м9терии, т6 6ни 6кут9ют ее св6ими вездесущими 6бъятиями. Пальцы Димаго были обычно достаточно холодными, но сейчас, когда они касались полбородка Коридо, тому казалось, словно они были горячее, чем огонь. И пускай джаггало держал свое лицо, он знал, что его наставник может прочесть его невероятно легко. Патера всегда был тем, кто мог заглянуть в душу Маллефа, раскрыть с помощью витиеватых слов грудную клетку и добраться своими руками до самого сердца, особо при этом не напрягаясь. Иногда сам фиолетовоглазый задумывался о том, что он чувствует в сторону своего наставника. Бывает ли то мимолетное чувство некоторого внутреннего страха, спрятанного глубоко внутри, таким уж мимолетным? Не давая себе слишком долго погружаться во внутренние размышления, тролль слегка прищурился и склонил голову вперед. - {моЕ состояниЕ каК и былО здоровыМ таК и осталосЬ такиМ НАСТОЯТЕЛЬ патерА очередноЕ шоУ закончилосЬ каК обычнО простО ЧУДЕСНО} – Коридо говорил спокойно, сохраняя свои привычные интонации, однако все же был заметно более сдержан, если не совсем аккуратен в своих выражениях. Он проявлял явно уважение перед своим наставником, которое не показал бы никому другому, даже будь это императрица. Пускай и важная фигура для Трепетопотомков, ничто не могло сравниться с их лидером. И Маллеф понимал это. - {однакО действительнО считаетЕ лИ вЫ менЯ достойныМ длЯ ВОЗЗВАНИЯ? ведЬ я нЕ настолькО познаЛ глубокуЮ сторонУ пустотЫ каК вЫ самИ} – спросил у него джаггало. Димаго издал мягкий смешок и провел пальцами от подбородка до шеи Коридо, после чего поднялся с дивана и, все еще касаясь пальцами кожи, поманил своего ученика за собой в сторону, как оказалось, зеркала. - К6рид6, чт6 ты видишь? Маллеф смотрел в зеркало, пока его наставник стоял рядом. Джаггало не любил зеркала. В них всегда, с того момента, как он раскрыл смеховуду, отражалось нечто отвратительное и порой напрягающее. Темным богам было словно легче прорваться через грань реальности, что была отражена в глазах фиолетовокровки. Он видел перед собой практически дошедшего до возрастного порога тролля, в ярких цветастых одеждах и с таким же привлекающим внимание гримом. На его теле, участки которого не скрывала одежда, можно было видеть мускулы и шрамы от сражений на коже. И конечно же эти ярко-фиолетовые глаза. - {я вижУ себЯ чтО готоВ вестИ вашУ волЮ} Коридо почувствовал, как вокруг его талии обвиваются руки и обнимают его, аккуратно, словно он был похож на какой-то трофей, что боялись разбить. Мягкий и обволакивающий голос его наставника снова заполнил комнату, но сейчас он был словно вязкая пленка, которая опутывала пространство и прилипала все ближе, становясь практически единой с телом. - Ты видишь ист6чник всех н9ших ст9р9ний. Истинный преемник св6ег6 предк9, путев6дн9я нить всег6 н9ашег6 вер6в9ния. Ты велик6лепный др9г6енный к9мень, к6т6рый хр9нится в н9ших л9д6нях, чт6 мы перел6жим в с9мую з9щищенную шк9тулку н9 всей 9льтернии, - правая рука Димаго заскользила выше, ногтями проводя по выделяющемуся прессу Маллефа, пока не доходит до грудной клетки и останавливается прямо там, где бьется сердце, - Великие 6тд9ленные умы, выс6к6п6чтенные Стр9х6уж9сы, н9ши истинные п6велители – выбр9ли тебя к9к п6сл9нник9 их в6ли н9 эт6т мир. Неся их в6лю – ты пр6н6сишь в6лю всех тех избр9нных душ, чт6 пр6х6дили эт6т путь д6 тебя, пр6йдут вместе с т6б6й и будут пр6х6дить п6сле тв6ей смерти. Коридо ощущал жар голоса своего наставника, как с каждым словом руки вокруг тела, подобно путам, все крепче привязывали джаггало к себе. Но он и не посмел двигаться и даже мысли у него не возникало о том, чтобы позволить себе схватить Патеру за запястье и откинуть его. А ведь Коридо мог – его долгие обороты тренировок и высокий рост давали возможность значительно перехватить контроль перед наставником, который был силен только настолько, насколько позволяла его кровь. Однако он этого не делал. Сейчас, перед словами, он был самым слабым троллем в этой комнате и только шумное дыхание было единственным, что исходило от него. - К6рид6, ты зн9ешь, п6чему я выбр9л именн6 тебя? – спросил его Димаго, разворачивая тролля и касаясь обеими руками его щек. Для этого Коридо нужно было слегка наклониться, что он и сделал инстинктивно, даже не спрашивая. Наставник джаггало сделал шаг назад и Маллеф последовал за ним, не разрывая контакта глаз, - Я видел зн9ки и 6ни все ук9зыв9ли на т6, чт6 именн6 ты приведешь н9с к пику велич9йшег6 пр6зрения. Тв6е существ6в9ние в9жн6 для н9с всех, К6рид6. 6н6 в9жн6 для меня. Слова обращались настоящим дурманом и казалось, что в комнате становится все тяжелее дышать. Маллеф даже немного отвел голову в сторону, однако руки его наставника тут же повернули его обратно, чувствуя каждое движение и возвращая контроль над ними. Джаггало был верен Димаго и поэтому делал все то, что тот пожелал, ведь он был его наставником и именно благодаря ему жизнь фиолетовокровного стала такой, какая она есть сейчас. Это странное тягучее чувство внутри, когда он смотрит в ответ на Патеру, когда осматривает его лицо и чувствует его пальцы на своей коже... Это ли не истинное восхищение? Каждая частица его тела трепещет, его душа отдает тягучей негой, когда слова о великом предназначении досягают его ушей. И этот глубинный страх отходит все дальше, затмеваясь преданностью и желанием быть подле него, не покидать сторону его наставника. Поэтому пальцы сами по себе следуют шепоту, снимая с плеч наставника его скрепленную золотым знаком накидку, а разум проясняется только тогда, когда внезапно видение мира сменяется и Коридо осознает, что нависает над своим наставником, что лежит на той же кровати-тахте, с которой тот его встречал ранее. Джаггало никогда не видел Патеру настолько приближенно к себе, что может всматриваться в его мягкую полу-улыбку сверху-вниз, задевая ногой подол робы того. Руки Димаго обвивают шею своего ученика и наклоняют того ближе, к грудной клетке, а затем скользят выше, поглаживая по непослушным жестким волосам. - Д6р6г6й м6й К6рид6, 6тд9й св6е сердце сег6дня мне п6лн6стью и без 6ст9тк9. 6ткр6й св6ю душу для меня… Димаго говорит, а его глаза становятся все более и более отчетливей в своем фиолетовом цвете, повторяя цвет глаз Коридо. А Маллеф почувствовал очередное сопротивление где-то глубоко внутри, оно снова так сильно кольнуло его извне, что он замешкался с ответом. Казалось, что его наставник заметил это и хватка на волосах стала сильнее. Тролль в робе приподнял свою голову и слегка прищурил глаза. От него ощущалась более холодная, властная аура. - Ты же не 6слуш9ешься меня? Маллеф шумно выдыхает и снова сосредотачивается. То чувство страха, греховного и немыслимого, снова было заточено глубоко. Он не имеет права так думать, он не направляет себя на испытание веры. Коридо – истинный верующий их религии, а не грязный еретик. - {никогдА} Димаго удовлетворенно выдыхает и целует своего наставляемого в лоб, после чего его голос снова приобретает мягкие ноты. - М6л6дец, К6рид6, х6р6ший м6й мальчик, - глаза Патеры светятся все ярче и он применяет свое смеховуду на своем ученике, захватывая его сознание и видя, как взгляд и телодвижения того становятся более послушными, без единого мимолетного проявления сомнения или же мысли. Димаго опускает одну из своих рук и проводит пальцами по губам Коридо, полу-улыбка тролля становится шире и он за подбородок снова притягивает того ближе к себе, чувствуя жар чужого тела, готового следовать любому приказу или просьбе, чувствуя невероятную тягу к самому троллю в робе. - 9х, ты будешь всегд9 м6им чудесным з6л6тым укр9шением, ты действительн6 невер6ятн6 мне в9жен, д6р6г6й м6й. Судьб9 решил9 именн6 т9к и ник9к ин9че, - тролль облизывает свои губы, осматривая черты лица Маллефа, - Скрепим же н9ше единение, к9к к6гд9-т6 ег6 скрепим н9ши предки. Ты прекр9сн6 следуешь св6ей р6ли. Ну же, иди к6 мне. Коридо улыбается в ответ и наклоняется ближе, скрепляя новообращенные узы поцелуем и ведя дорожку продолжительных поцелуев и укусов по шее, смазывая свой грим. Все это под тихий направляющий шепот Димаго. Ловушка наконец-то захлопнулась.